Птица счастья бесплатное чтение
![](/img/b/101954.jpg)
Еще жива родная сторона
Время
- Времени нечеткий негатив.
- Но Пегас по-прежнему ретив.
- Люди на свету или впотьмах, —
- время проявляется в стихах.
- Наши боль, и мужество, и страх, —
- время выражается в стихах.
- Велика поэтами Россия.
- Велика поэтому Россия.
Зачарованная даль
- Нас осталось так немного.
- Нас еще томит печаль.
- Заповедная дорога,
- Зачарованная даль…
- Здесь до боли все знакомо.
- Здесь родные берега.
- И ведет дорога к дому
- Сквозь невзгоды и века…
- У родимого порога
- Снова вишни зацветут…
- Здесь все лучшее от Бога.
- Здесь меня, как Бога, ждут.
- Снова музыка воскреснет.
- Оживет лесной рояль…
- И воскреснет наша песня —
- Зачарованная даль.
- Дом родной – края лесные.
- Путь домой – и свет, и грусть…
- Заповедная Россия,
- Зачарованная Русь.
Родная сторона
- Здесь, как и встарь, – фасады в три окна…
- На всех оконцах – ставеньки резные.
- А на опушке
- ягоды лесные.
- Еще жива родная сторона.
- Над крышами – сиреневый дымок.
- У палисада
- юные березы.
- А ранним утром так прозрачны росы…
- И небосвод по-прежнему высок.
- Еще слышны здесь птичьи голоса.
- Еще буренка топчется на взгорье.
- И кур крадет
- из ближнего подворья
- из леса забежавшая лиса.
- Но сколько здесь уродливых пеньков!
- Беспутной жизни множество отметин…
- Ручной пилой отрезаны столетья
- от нынешних компьютерных годов.
- Перевелись и редкие стада.
- Стареют и оставшиеся козы.
- Разогнаны колхозы и совхозы,
- и заплясала в поле лебеда!
- Уже подгнили лодки у реки.
- В седых сараях притупились косы.
- Уже невнятный голос тепловоза
- все хуже слышат наши старики.
- Не то чтоб нынче бесполезен труд,
- а просто здесь
- крестьянину не светит…
- Рванувшие на заработки дети
- уже подарков предкам не несут.
- Они в недальнем городе живут.
- Претит им быт бессмысленный и древний…
- Они все точно знают про деревню:
- Там не везет!
- И внуков не везут.
- …Но есть один оставшийся родник
- в лесу.
- В глуши.
- И все ему неймется.
- Он, словно сердце слабенькое, бьется,
- он к факту вырожденья не привык.
- Земля людей оттуда не видна.
- Он просто дышит воздухом и волей.
- Он хочет к свету вырваться —
- не боле…
- Еще жива родная сторона?
Меж Арбатом и Тверской
- Путь земной мой только начат.
- Жизнь пока что налегке.
- От площадки от Собачьей
- жили мы невдалеке.
- Двор наш узок был и гулок.
- Подворотен волшебство.
- Трубниковский переулок —
- гавань детства моего.
- В той эпохе домуслимовой,
- в страшный год тридцать восьмой
- возле лавки керосиновой
- я стоял на Поварской.
- И с наполненным бидончиком
- я домой к себе бежал,
- в кухню, к примусу с поддончиком,
- в свой родной полуподвал.
- Рядом был Союз писателей,
- тут он был, на Поварской.
- И тогда уже не ладили
- гении между собой.
- Молодые все, да ранние…
- Был Корней еще не стар.
- И просящий подаяния
- чуть подвыпивший Гайдар.
- А когда бежал из школы,
- как всегда – к себе в подвал,
- дядю Степу Михалкова
- на углу я повстречал.
- И чуть-чуть уже кумекая,
- пристрастившийся читать,
- прибегал в библиотеку я
- с другом
- книги выбирать.
- Мы любуемся обложками.
- Постигаем Имена.
- Всех путевыми дорожками
- нас вела Читай-страна.
- После школы были вузы.
- Даже два. Театр. Эфир.
- Я в юнцах на сцене ТЮЗа
- был хорош вполне и мил…
- Много ль надо человеку,
- что в те годы возникал?
- Я свою библиотеку
- по крупицам собирал.
- С детства рифмой звонкой ранен,
- собирал не все подряд.
- Блок, Крученых, Северянин
- до сих пор в шкафу стоят.
- И все чаще в эту пору
- те стихи я вспоминал,
- что в трамваях, в коридорах
- между делом сочинял.
- Но в начале литработы
- стал я сразу понимать:
- стих – забава.
- Надо что-то
- посерьезней сочинять.
- К нашей пьесе самой первой
- долго шли с Сережей мы.
- Наконец, сбылась премьера
- с режиссером Деммени.
- Это было в Ленинграде.
- А в Москве
- уже потом
- стали пьесы наши ставить
- в каждом клубе городском.
- Я к писательству де юре
- был тогда еще в пути.
- Был тогда в литературе,
- как в театре – травести.
- Правда, книги издавались —
- проза, сказки для детей.
- А стихи… Те оставались
- страстью тайною моей.
- Ах, тогда, в шестидесятых,
- моден был нелегкий труд.
- Сколько фильмов было снято
- тех, что до сих пор живут.
- Сколько песен было спето
- тех, что в сердце мы храним.
- Был лучом любви и света
- ослепительный Муслим!
- Я как будто бы очнулся.
- Мир открылся мне иной…
- Робко к песне прикоснулся,
- к песне детской, озорной.
- Оказался не статистом
- я на песенной стезе.
- Стал поэтом и артистом
- я в те годы в ДЗЗе[1].
- Появлялся в альманахах…
- Первый сборник… И второй…
- Стал входить почти без страха
- я в СП на Поварской.
- На судьбу свою не сетовал,
- средь великих – не изгой.
- Как внимательно беседовал
- Юрий Трифонов со мной!
- Здесь встречался я с элитою.
- И меня без лишних слов
- привечали знаменитые
- Смеляков, Гамзатов, Львов!
- Ах, с годами все отчетливей
- свет и тени прошлых лет!
- Громы-звоны не умолкли
- поражений и побед.
- Пусть за дальними широтами
- необъятная земля,
- за Никитскими воротами
- состоялась жизнь моя.
- Пусть изъезжено немало,
- но они навек со мной —
- эти несколько кварталов
- меж Арбатом и Тверской.
- Этот малый круг московский —
- центр земли в моей судьбе.
- Переулок Трубниковский,
- низко кланяюсь тебе!
- Годы детства. Песни ранние.
- Все я в сердце берегу.
- …Снова с площади Восстания
- я с бидончиком бегу.
- Но в эпохе постмуслимовой
- на родной, на Поварской
- нету лавки керосиновой
- и СП – полупустой…
- Жизнь повсюду стала круче.
- В ЦДЛ одна беда:
- рестораны стали лучше,
- книги хуже, чем еда.
«Я не плыл по Венеции в венценосной гондоле…»
- Я не плыл по Венеции в венценосной гондоле.
- И салонно в Салониках я в порту не скучал.
- Ранним Римом раним я. И Боливией болен.
- И гостиница в Ницце снится мне по ночам.
- В наше время парижи и доступней и ближе,
- сто туристских круизов разгоняют печаль.
- Что поделаешь, – жаль, что я не был в Париже,
- что, полжизни прожив, не видал Этуаль,
- что индейца с мачете я не встречу под вечер,
- не впишусь элегантно в экзотичный экспресс
- где-нибудь в Эльдорадо, что со мной не щебечут
- на борту «Каравеллы» королевы небес.
- …Зато я помню первые бомбежки,
- как шли мы парами с учителем в подвал,
- и корешок мой – Щепетов Сережка —
- мне полкусочка черного отдал.
- Что говорить: «Я это не забуду!» —
- и стоит ли те беды ворошить…
- Но это все не выдумка, не чудо,
- а чудо то, что мы остались жить,
- что мирным небом с той поры мы дышим,
- что сильный вправе забывать о зле.
- А тот солдат, что спас Россию,
- выше
- всех Триумфальных арок на земле…
Русский вальс
- Песня-печаль. Дальняя даль.
- Лица людей простые…
- Вера моя, совесть моя,
- Песня моя – Россия.
- Время дает горестный бал
- В Зимнем дворце тоски.
- Я прохожу в мраморный зал
- Белой твоей пурги.
- Жизнь моя – Русь. Горе и грусть.
- Звезды твои седые…
- Издалека я возвращусь
- Песней твоей, Россия.
- Все позабыв и не скорбя,
- Можно прожить вдали…
- Но без тебя, но без тебя
- Нет у меня любви.
- Вешних лугов, праведных слов
- Буду беречь ростки я.
- Вера моя, удаль моя,
- Песня моя – Россия.
- Время дает горестный бал
- В Зимнем дворце тоски.
- Я прохожу в мраморный зал
- Белой твоей пурги.
- Русский вальс – трепетный круг солнца и вьюг.
- Милый друг, вот и прошли годы разлук…
- Милый друг, вот и пришли годы любви…
- Русский вальс, нашу любовь благослови!
Экскурсовод
- В городе Кириллове, там, за Белым озером,
- где из тьмы истории Родина встает,
- смысл поэмы каменной сообщает в прозе нам
- тоненькая девочка – наш экскурсовод.
- Подкупает речь ее не умом – сердечностью.
- Нас проводит девочка и уходит в ночь,
- добрая от Родины, от общенья с вечностью,
- тихая в бессилии прошлому помочь, —
- этим фрескам радужным, гибнущим от сырости,
- той стене порушенной, что была крепка.
- Строил это празднество зодчий
- Божьей милостью
- в те века, где строили храмы на века.
- Двор, забитый мусором. Пруд, заросший ряскою.
- Беглыми туристами разрисован скит.
- Тоненькая девочка с тоненькой указкою,
- словно образ Родины, сердце мне щемит…
«Встречаю рассветы, встречаю закаты…»
- Встречаю рассветы, встречаю закаты,
- как самые светлые Божьи дары.
- Дыханием вечности небо объято,
- и нас еще терпят иные миры.
- Читаю рассветы, читаю закаты
- в священном писанье российской земли,
- где главы увили виньетки пернатых,
- листки манускриптов – в дорожной пыли.
- Листаю рассветы, листаю закаты,
- листаю овраги, луга и леса.
- Лишь это одно – непреложно и свято.
- Лишь это – извечная наша краса.
- И мы выбираем себе Геростратов.
- И наши вожди в нашей русской глуши
- сжигали рассветы, сжигали закаты
- наивной доверчивой нашей души.
- Простите рассветы, простите закаты
- за злые деянья ничтожных людей,
- за все бесконечные наши растраты
- природных богатств и небесных идей.
Звезды
- Звезды над планетой.
- Над Россией.
- Звезды Вифлеема.
- Дар волхвов…
- Звезды человечеству светили
- столько лет бессвязных и веков.
- Серебром и золотом, и медью
- светятся над нами в час ночной
- вечные холодные созвездья,
- нашей не встревожены судьбой.
- В них еще живут воспоминанья,
- как на землю русичи пришли,
- как волну нашествий и страданья
- прадеды мои перенесли.
- Звезды знают:
- в мире у народа,
- как земля, вращается судьба.
- Воля.
- Рабство.
- И полусвобода.
- Радость.
- Всенародная беда.
- Нет сейчас ни святости, ни пользы.
- Всё мы научились продавать.
- Тусклые коммерческие звезды
- Начали над родиной мерцать.
- Звезды – боги вечного молчанья —
- смотрят в наши будущие дни.
- Мудрые небесные созданья, —
- что нам напророчили они?
- Звезды нам по-разному светили.
- Только без значенья —
- никогда.
- Гаснет над великою Россией,
- гаснет путеводная звезда.
«Ах, как элегантен язык наш певучий!..»
- Ах, как элегантен язык ваш певучий!
- О, как необычна гортанная речь!
- Не выберешь в мире язык самый лучший,
- но каждую речь надо свято беречь.
- Все больше на шаре земном полиглотов.
- Все легче становится нам разглядеть
- и тонкости речи различных народов,
- и самых различных словес круговерть.
- Вот этот язык – он такой безмятежный,
- как будто здесь жизнь без забот и затей.
- А этот – заумный,
- а этот – небрежный,
- а это – язык для бездушных идей.
- Английский – в фаворе. Он четок и гладок.
- Испанская речь до чего ж хороша!
- В китайских словах – миллионы загадок.
- И только у русского слова – душа.
«Ты теряешь, родная, последние силы…»
- Ты теряешь, родная, последние силы.
- Мы уже не спасем тебя. Не укрепим.
- Мы пришли попрощаться с тобою, Россия,
- с бледным небом твоим, с черным хлебом твоим.
- Мы не будем стремиться к богатым соседям.
- Не прожить нам без ласки слезящихся глаз…
- Никуда не уйдем. Никуда не уедем.
- Ты сама потихоньку уходишь от нас.
- Мы стоим пред тобой в современных одежах, —
- космонавты и братья мои во Христе.
- Ты была нашим предкам столпом и надежей.
- В мире не было равных твоей широте.
- Ты была, наша матерь, небогатой и честной.
- И не зря же ты в муках на свет родила
- знаменитых царей и героев безвестных,
- и неслась в новый мир, закусив удила.
- Так за что же тебе выпадали мученья?
- Зарубежный альков и щедрей и теплей…
- Очень страшно семье,
- если нет продолженья.
- У России почти не осталось детей…
- Свиньи чавкают, в храм водрузивши корыто.
- И рыдают солдатки у афганской черты.
- Васильковое небо зарыто, закрыто
- черным облаком смога, свинца, клеветы.
- Так чего же мы ждем?
- Для чего мы хлопочем?
- И зачем по инерции смотрим вперед?
- Ты прислушайся:
- мы пустотою грохочем.
- Присмотрись:
- вместо поезда вьюга идет.
- …Вот мы все собрались на последней платформе.
- Осквернен наш язык… Уничтожен наш труд.
- Только там, под землею, останутся корни.
- Может быть, сквозь столетья они прорастут.
«Мы все – как деревья с опавшей листвою…»
- Мы все – как деревья с опавшей листвою.
- Печать нынче хуже и бомб, и свинца…
- Убили повторно Гастелло и Зою.
- Народ без героя. Страна без лица.
- На трассе ухабистой нет разворотов.
- Сужается нашей судьбы коридор.
- На кладбище бывших советских заводов —
- сплошная разруха. Позор и разор.
- Лишили учащихся зренья и слуха.
- Лишили рабочего права на труд.
- В верхах – показуха.
- В эфире – чернуха.
- Порнуха – рекламный коммерческий блуд.
- В лампаде огонь благодатный погашен.
- Забыли Иисуса и Бога-отца.
- Забыли великих подвижников наших.
- Народ без героя. Страна без лица.
- От злата и зла сберегал нас Спаситель.
- Конечно, мы жили с грехом пополам…
- Но все ж, если Русь – нашей веры обитель,
- Зачем мы пустили торгующих в храм?
- Любовь бескорыстная переродилась.
- Любовью к наживе разбиты сердца.
- Сдались мы тельцу золотому на милость.
- Народ без героя. Страна без лица.
- Мы, словно шахтеры, застрявшие в клети.
- Угрозы убийц. Нескончаемый страх.
- Надежда осталась в ушедшем столетье.
- Осталась порядочность в прошлых веках…
- Живем не трудом, а всеобщим обманом.
- Промозглым туманам не видно конца…
- Толпимся в своем общежитии странном.
- Народ без героя. Страна без лица.
- Сердцам опустевшим и чувствам бездомным
- уже не вернуть наших предков купель.
- Кроим свою жизнь по заморским фасонам.
- Накрыла Россию чужая метель.
- Ни песен своих, ни друзей не осталось.
- Случайные связи, и брак без венца…
- Какая инертность! Какая усталость!
- Народ без героя. Страна без лица.
Поместья
- Страсть к высоте у нас неудержима.
- Сдавались людям пики гордых гор.
- А ныне
- в буднях нового режима
- пик высоты – воздвигнутый забор.
- Растут поместья на родных просторах.
- Ограда до небес вознесена.
- Такие понастроили заборы —
- куда тебе кремлевская стена!
- Не видны даже царственные крыши.
- Заборы утверждают твой успех.
- А кто по иерархии повыше —
- себе ограду ставит выше всех!
- Поместья…
- Наступленье на природу.
- Круши,
- руби под корень
- и сноси!
- Грядет дебилизация народа.
- Идет заборизация Руси.
Подземка
- Три машины ГАИ. Спецсигналы,
- что бомбят перепонки ушей…
- Привилегий, все кажется, мало
- для влиятельных наших мужей:
- «Мерседес»,
- а не старая «Эмка»,
- проблесковый маяк, —
- не ведро…
- А метро превратилось в «подземку».
- Превратили в подземку метро.
- То метро важным рылам обрыдло.
- Спецохрана для спецколымаг.
- А «подземка» осталась для быдла,
- для все новых бомжей да трудяг.
- …Я-то помню открытие станций,
- голубого экспресса разгон.
- Те колонны, слепящие глянцем,
- и во время войны, и потом.
- Дети были одними из первых,
- кто, как нового счастья гонцы,
- мчались не во Дворец пионеров,
- а в подземные эти дворцы.
- Мы влюблялись в метро не напрасно, —
- там судьба от бомбежек спасла.
- Наша первая
- встреча с прекрасным
- в этом мраморном царстве прошла.
- Жизнь низвергнуть до адского круга
- наши власти сумели хитрó.
- Унижали культуру, науку
- и унизили даже метро!
- Обозвали подземкой.
- И ныне
- Здесь идет криминальный парад.
- Здесь воруют.
- В удушливом дыме
- здесь подземные взрывы гремят.
- Перестройки и переоценки
- полной мерой изведали мы.
- И сегодняшним
- детям подземки
- уж не вырваться к солнцу из тьмы.
Глаза России
- Все дети на планете божественно прекрасны.
- Родятся наши дети без хитрости и зла.
- И будущее кажется безоблачным и ясным,
- и кажется дорога привольна и светла…
- Над ними, малышами, склоняется Россия,
- их Родина, их счастье, надежда и краса.
- И смотрят на младенца небесно-голубые
- прекрасные родные славянские глаза.
- Была ли ты, Россия,
- всегда такой счастливой?
- Не ведаю – не знаю. Ответить не берусь.
- Но знаю, что старалась
- всегда быть справедливой,
- моя голубоглазая застенчивая Русь.
- Я рос в войну великую, когда людей косила
- нелепая и страшная военная гроза.
- И я тогда впервые взглянул в глаза России,
- внезапно потемневшие и гневные глаза.
- Все было в этом взгляде:
- страны
- несокрушимость,
- тяжелые ранения, страдания и боль.
- Была во взгляде этом победная решимость,
- святая, материнская великая любовь.
- …А позже мы увидели
- (ах, лучше бы приснилось!),
- как рушилась и падала великая страна,
- как дьявольскому пиршеству страна
- сдалась на милость.
- Лицо свое теряла безропотно она.
- А ведь еще недавно казалось нашим предкам,
- что будет все прекрасней ее житье-бытье,
- что солнце не погаснет, что страх Руси
- неведом.
- Тогда и мы поверили в бессмертие ее.
- Ошиблись древнерусские великие пророки,
- и старцев-предсказателей умолкли голоса…
- Сегодня у России бесцельные дороги,
- безвольные, пустые, бесцветные глаза.
Об изменении названий
- Когда-нибудь эти расколятся воры…
- Все высказать сам я не премину,
- как наши деляги
- и наши «партнеры»
- изготовляли другую страну.
- С высоких позиций нас нынче сместили.
- Страна наших предков давно уж не наша.
- Веками была величавой
- Россия.
- Теперь прозябает какая-то
- раша.
«Не нынче. Не вчера. Во время оно…»
- Не нынче.
- Не вчера.
- Во время оно,
- в эпоху просто мирного труда.
- Когда спокойно жили миллионы,
- случилась настоящая беда.
- Не урки и не уличные банды,
- а враз по наущенью сатаны
- построилась великая команда —
- команда разрушителей страны.
- Взялись они восторженно за дело.
- Резвились, как мартышки в шапито…
- Такого, как в России, беспредела,
- воистину не видывал никто.
- Разрушили колхозы и заводы,
- прикрыли все неслабые НИИ.
- Сумели все талантливые всходы
- намеренно стереть с лица земли.
- А новые земельные монархи
- сгноили пашню и сгубили целину.
- Бандиты, по прозванью – олигархи,
- спокойно прикарманили страну.
- О, сколько нас, к разбою непригодных,
- чужими стали в городах своих…
- И бродят, бродят толпы безработных
- на пепелищах наших заводских.
- С нас требуются взятки и откаты.
- Мы – пленники коммерческих страстей.
- Мы терпим издевательства богатых.
- Прощаем равнодушие властей.
- Мы – чемпионы по долготерпенью.
- И вновь по указанью сатаны
- построился отряд уничтоженья
- уже полуразрушенной страны.
Уехали
- Здесь все теперь по-новому,
- все нынче не по-нашему,
- с всеобщей безработицей,
- с постыдными утехами.
- Былые одноклассники,
- родные однокашники,
- уехали. Уехали. Уе-ха-ли!
- Быть может, ради рейтинга,
- а может, ради деточек,
- со зла ли на правительство,
- добра ли ради, смеха ли…
- Седые академики,
- науки нашей светочи,
- уехали. Уехали. Уе-ха-ли!
- Ну что ж… Грустить не надобно.
- Бог с ними, с эмигрантами,
- порвавшими с Отчизною,
- с несчастиями здешними.
- Зачем им тут общение
- с погибшими талантами?
- Важнее там знакомство
- с делягами успешными.
- Обидно, что уехали
- они с такими рисками
- в страну традиций благостных,
- среди которых главная —
- вражда к всему славянскому
- и ко всему российскому,
- к соборной нашей родине,
- к народу православному.
Остаюсь
- Вот пришло письмо издалека,
- Где живут богато и свободно…
- Пусть судьба страны моей горька, —
- Остаюсь с обманутым народом.
- Пусть судьба печальна и горька…
- Мы – изгои в собственной стране.
- Не поймем: Кто мы? Откуда родом?
- Друг далекий, вспомни обо мне, —
- Остаюсь с обманутым народом.
- Друг далекий, вспомни обо мне…
- Слышен звон чужих монастырей.
- Снова мы себя переиначим.
- На обломках Родины моей
- Вместе соберемся и поплачем.
- На обломках Родины моей…
- Мы еще от жизни не ушли.
- Свет берез не весь еще распродан.
- И вернутся снова журавли.
- Остаюсь с обманутым народом.
- И вернутся снова журавли…
- Не зови в дорогу, не зови.
- Верой мы сильны, а не исходом.
- Не моли о счастье и любви, —
- Остаюсь с обманутым народом.
- Не зови в дорогу, не зови…
Подмосковье
- Какая здесь родная красота!
- И шепот трав, и птичьи переклички…
- Дождями теплыми омытая листва.
- Летящие сквозь время электрички.
- Я помню тот послевоенный день,
- как даже мы, мальчишки, были рады,
- когда в кругу российских деревень
- вставали под Москвой наукограды.
- А покоренье первых звездных трасс
- сравнимо только с первою любовью.
- Дорога к дальним звездам началась
- в моем родном недальнем Подмосковье.
- Теперь – увы! В фаворе сорняки.
- И я молю, чтоб хоть у нас в округе
- роскошные дворцы-особняки
- не заслонили б хижины науки!
- Пусть побеждает не сорняк, а труд
- во имя жизни и всего святого.
- Пусть и друзья и недруги поймут,
- что к новым взлетам Родина готова!
- Пусть к нам придут и свет, и волшебство,
- и теплый дождь, и птичьи переклички,
- и мимо окон детства моего
- в грядущий день несутся электрички!
На перевале
- Мы знали Россию в годину лихую.
- Застали страну в ее каторжный срок —
- голодную, нищую, полуживую
- Россию, которой никто не помог.
- И мы не рванули в далекие страны.
- Мы вынесли все. Мы сумели, смогли
- очистить от скверны и вылечить раны,
- кровавые раны российской земли…
- Врачуют недуг не спеша, терпеливо,
- по крохам зарю вызволяют из тьмы…
- О, как мы хотели увидеть счастливой
- Россию, в которую верили мы!
- Колеса истории забуксовали.
- Казалось, мы все под колеса легли…
- И вот мы увидели
- на перевале
- Россию, которую мы сберегли.
- Но снова – печали от края до края.
- И снова солдаты домой не пришли.
- Не плачь, умоляю,
- не плачь, дорогая,
- Россия, которую мы сберегли…
- Серебряный луч засверкает в тумане,
- И крест золотой воссияет вдали…
- Очнувшись от горя,
- восстанет, воспрянет
- Россия, которую мы сберегли!
- Судьба с терпеливою паствою дружит
- и с тем, кто не предал сыновней любви.
- Еще нашим внукам и Богу послужит
- Россия, которую мы сберегли.
- И снова к нам, грешным, сойдет вдохновенье.
- Ты станешь зарей и надеждой земли…
- Отпразднуем вместе твое воскресенье,
- Россия, которую мы сберегли.
- Творец не для Ирода родину сóздал.
- Воскреснет Россия во имя любви.
- Вот только бы кто-нибудь
- снова не продал
- Россию, которую мы сберегли…
Горькая моя Родина
- Горькая моя родина,
- Ты и боль моя, и судьба.
- Вновь кружит непогодина…
- Только мы одни у тебя.
- Так близка мне твоя
- Даль далекая,
- Ты Россия моя
- Одинокая.
- Облака над тобой
- Невесенние.
- Но я верю в любовь
- И спасение.
- Горькая моя родина,
- Как тебя не звать, не любить…
- Пусть судьба не устроена, —
- Надо веровать, надо жить!
- Соловей, голоси!
- Все мне чудится,
- Что крещенье Руси
- Снова сбудется.
- Еще русская речь
- Не задушена.
- Еще сможем сберечь
- Слово Пушкина.
- Горькая моя родина…
- Нет, нельзя тебя разлюбить…
- Пусть гудит непогодина,
- Будем веровать, будем жить!
- Не осилит меня
- Сила черная.
- Вся страна мне родня —
- Русь соборная.
- Так близка мне твоя
- Даль далекая.
- Ты Россия моя
- Синеокая…
Еще поют в России соловьи
- Еще поют в России соловьи.
- Еще душа в смятенье не остыла.
- Мы в эти годы горькие смогли
- Спасти все то, что дорого и мило.
- Еще поют в России соловьи.
- Мы часто шли судьбе наперекор.
- В своих мечтах и в людях ошибались.
- Мы, словно дети, верили в добро —
- И столько раз надежды не сбывались!
- Поверь, что годы тяжкие прошли,
- что на пожарах накричался кочет.
- Еще поют в России соловьи.
- Еще весну отечеству пророчат.
- Еще поют в России соловьи.
- Ворвется в сердце солнечный прибой,
- Повеет ветер ласковых акаций…
- Еще опять мы встретимся с тобой.
- Чтоб больше никогда не расставаться!
- Мы – дети самой преданной любви.
- Ее никто отныне не отнимет.
- Еще поют в России соловьи, —
- И значит, песня землю не покинет!
- Еще поют в России соловьи.
«Я вновь аккорд возвышенный беру…»
- Я вновь аккорд возвышенный беру…
- Почти весь мир с тобой исколесили,
- и все же нет воистину
- в миру
- милее нашей матушки – России…
- Ее войною выжженных полей,
- ее сомнений и деяний нервных.
- Как я любил своих учителей,
- своих друзей и верных, и не верных!
- Я знал триумф актеров – алкашей,
- стихи и слезы пьяного поэта.
- Их души уникальны,
- как музей
- извечного сраженья тьмы и света.
- Мне даже зэки были как родня.
- Но как меня муздычили коллеги,
- как с упоеньем мучили меня
- за слово доброе о русском человеке!
- На мне давно поставлено тавро.
- Мол, примитивен.
- Прост.
- Не современен.
- Мол, не поэт,
- а песенник.
- Зеро.
- В фаворе ныне Бродский, не Есенин.
- Я предан был несчастным и родным,
- расстрелянным и на войне убитым.
- Я посвящал стихи свои —
- своим
- героям
- и совсем не знаменитым.
- Нет, с них икон я вовсе не писал.
- Я их в работе видел, видел в деле.
- Я их в миру с натуры рисовал,
- чтобы другие их не проглядели.
- Теперь для многих стран,
- да и для нас
- иконостас – семья Евросоюза.
- И все ж семейка та не поднялась
- до бывшего, до нашего Союза,
- где все же был союз между людьми,
- где был порыв космический неистов,
- где были мы честны
- перед детьми, —
- не пестовали новеньких нацистов,
- где люди знали правду о войне,
- в стихах и песнях бережно хранимой,
- где верилось несбыточной весне
- в стране хоть разношерстной,
- но единой.
- Нас не прошиб пока Евроозноб.
- Мы все, как встарь, равны.
- Как прежде, вместе
- читаем вновь Айтматова взахлеб,
- поем навзрыд украинские песни.
Золотая ты моя, золотая
Мелодия
- Ты моя мелодия,
- Я твой преданный Орфей…
- Дни, что нами пройдены,
- Помнят свет нежности твоей.
- Все как дым растаяло,
- Голос твой теряется вдали…
- Что тебя заставило
- Забыть мелодию любви?
- Ты мое сомнение,
- Тайна долгого пути…
- Сквозь дожди осенние
- Слышу я горькое «прости».
- Зорь прощальных зарево,
- Голос твой теряется вдали…
- Что тебя заставило
- Предать мелодию любви?
- Ты мое призвание,
- Песня, ставшая судьбой.
- Боль забвенья раннего
- Знал Орфей, преданный тобой.
- Стань моей вселенною,
- Смолкнувшие струны оживи…
- Сердцу вдохновенному
- Верни мелодию любви!
«Почитай мне стихи…»
- Почитай мне стихи —
- буду слушать твой голос негромкий…
- В эту зимнюю ночь
- я открою ворота весне.
- Почитай мне стихи
- о далекой, как сон, незнакомке.
- Почитай мне стихи
- о пленившей Шираз Шаганэ.
- Нас к холодным огням
- зазывают электрогитары,
- всё насыщенней дни,
- все короче влюбленности срок.
- Только Демон летит,
- все летит к изголовью Тамары,
- все звучит над землей
- бесконечный его монолог.
- Наша юность уйдет,
- как уходят с проспектов трамваи,
- и встречаться другим
- с непохожей на нашу весной…
- Остаются стихи,
- остаются стихи – и я знаю:
- все стихи на Земле
- о тебе, о тебе об одной.
Дикая cобака Динго
- Тихо над городом нашим зажглась
- Звездная россыпь…
- Кажется нынче, что каждый из нас
- Сильный и взрослый.
- Слышится эхом из дальних годов
- Снежная вьюга…
- Не потерять бы серебряных слов
- «Друг» и «подруга».
- Пусть испытают на мужество нас
- Люди и звезды.
- Добрые ветры и огненный час,
- Сказки и проза,
- Белые канаты ринга,
- Северного неба сталь,
- Дикая собака Динго —
- Первая моя печаль.
- Только бы нам не забыть никогда
- светлую повесть…
- Мчится по рельсам судьбы сквозь года
- Утренний поезд.
- Юность останется в нас навсегда
- Ранним рассветом,
- Тихой улыбкою, дымкой костра,
- Песней поэта.
Девочка Грёза
- Ах, о чем ты,
- Девочка Грёза?
- Что ты плачешь
- И кого ты ждешь?
- Жесткий ветер
- Высушит слезы,
- Грёз не будет,
- Наступает ложь.
- Песен детства
- Больше не будет.
- Расставанья
- Наступает час.
- Наступают
- Новые люди.
- Может, хуже,
- Может, лучше нас.
- Наступает
- Горькая проза,
- Проза тусклых
- И холодных глаз.
- Не нужна им
- Девочка Грёза,
- Посмеются
- И забудут нас…
- Бог судья им,
- Грозам – угрозам,
- Бог судья им.
- Будем дальше жить.
- До свиданья,
- Девочка Грёза…
- Постарайся
- Обо мне забыть…
Влюбленная Весна
- Когда мы влюблены,
- Когда душа светла,
- На улицах Весны
- Ловлю твои слова,
- На улицах Весны
- Слова твои ловлю
- И снова говорю:
- Люблю тебя, люблю!
- Прости меня, прости
- За долгие дожди,
- За прошлые грехи,
- За смутные стихи…
- Сегодня мы вдвоем.
- Мы радость сберегли.
- И мы с тобой поем
- От имени любви.
- И мы с тобой поем
- От имени любви.
- И мы с тобой поем
- От имени любви
- О том, что в отчий дом
- Вернутся соловьи.
- На улицах Весны
- Слова твои ловлю,
- И снова говорю:
- Люблю тебя, люблю!
- Когда мы влюблены,
- Когда душа светла,
- На улицах Весны
- Звенят колокола.
- Над музыкой любви
- Не властны времена.
- Безумствуй и цвети,
- Влюбленная Весна!
Имя твое
- Имя твое я шепчу, как молитву.
- Только любовь обещает спасенье.
- Имя твое я шепчу, как молитву.
- Ты моя жизнь. Ты мое утешенье.
- Встреча с тобой – это словно улыбка,
- Словно судьбы золотое сеченье,
- Словно сквозь слезы поющая скрипка,
- Словно с печалью земной примиренье.
- …Кружит над миром пронзительный ветер.
- В стужу укроюсь твоей теплотою,
- В час, когда доброе солнце не светит,
- Мир занесен пожелтевшей листвою.
- Путает ветер и листья, и лица.
- Роет для Воланда адскую серу.
- Мимо летят одичалые птицы.
- Бродит любовь, потерявшая веру…
- Свет твоих глаз в этом сумраке,
- словно
- Возле иконы стою чудотворной…
- В нашей часовне светло и безмолвно.
- Сердце наполнено свежестью горной.
- Имя твое я шепчу, как молитву.
- Только любовь обещает спасенье.
- Имя твое я шепчу, как молитву.
- Ты моя жизнь. Ты мое утешенье.
«Роднее родных нас нужда воспитала…»
- Роднее родных нас нужда воспитала.
- Нас школа Беда не гнушалась учить.
- Нам с детства тепла и еды не хватало,
- а что о другом говорить…
- Но все ж разгорались сырые поленья,
- и бледная, но наступала весна.
- Я помню твой смех на большой перемене
- и майские ночи без сна.
- Орешник, обрызганный солнечной пылью…
- На соснах промерзших вскипает смола…
- Как всё это в давние дни полюбили!
- И нынче мы те же, какими и были…
- Ты это сумела, смогла.
- Как прежде, волнуют цветение липы
- и струйки дождя на вагонном стекле,
- огня беспокойные алые всхлипы
- и тихие блестки в золе.
- И в мантии тины смешной головастик.
- Капель. Под окном воробьиная рать.
- Все это и было и есть наше счастье,
- а новое глупо искать.
- Хоть звали и нас поднебесные дали,
- манил океанов жемчужный прибой,
- всю жизнь мы земное тепло собирали.
- Мы очень богаты с тобой.
- Сквозь теплые сумерки талого снега
- струится чуть тлеющих почек настой…
- Ты ивою тонкой в зеленых побегах
- стоишь над живою водой…
«Я земной календарь поправлю…»
- Я земной календарь поправлю.
- Не смогу навсегда уйти.
- На кого я тебя оставлю
- в этом трудном земном пути?
- Никакой самой страшной силой
- нас с тобою не разлучить.
- Ты не скажешь другому «милый!»,
- песню не пересочинить.
- Слишком связаны наши души.
- Слишком мы на одной волне.
- Ты не скажешь другим «послушай!»,
- как всегда говорила мне.
- С юных лет в тесноте московской
- я талантом твоим согрет,
- мой найденыш в толпе бесовской,
- мой звереныш.
- Мой ясный свет.
- Мы смогли разобраться в главном,
- в круговерти нелегких дней.
- Вроде, все у нас нынче славно,
- только сердце болит сильней…
- Комплиментов тебе немало
- сочинила твоя земля.
- Но как бешено ты устала,
- знаю в мире один лишь я.
- Надо быть мне умней, я знаю.
- Жизнь одна у нас на двоих.
- Что ж я сам тебя угнетаю,
- все учу привечать чужих?
- Ты прости этот глупый выверт.
- Наша верность сильней невзгод.
- Кто родную слезинку вытрет,
- кто от бурь тебя сбережет?
- И заметив тоску во взгляде,
- кто тревогу твою поймет?
- По головке тебя погладит,
- слово ласковое шепнет?
- Самых скорых карет скорее
- кто на помощь к тебе придет?
- Кто ладошки твои согреет,
- от озноба тебя спасет?
- …Мало в жизни осталось юга.
- Наступает полярный час.
- Не покинем с тобой друг друга,
- и Господь не покинет нас.
Летнее утро
- От сна отряхнувшись, березки шумят.
- Склоняется ива над озером гибко.
- Прекрасен июньский и день, и закат,
- а летний рассвет – это Божья улыбка.
- Ночная гроза над землею прошла.
- Гром с молнией! Буря! Природы смятенье…
- А летний рассвет —
- это нежность тепла
- и тихого ветра прикосновенье.
- Купается солнце в речной синеве.
- Земля ожила этой призрачной ранью.
- И птицы проснулись в промокшей листве.
- Так звонко и радостно их щебетанье…
- И день благодатен. И ночь хороша.
- А летнее утро – земли вдохновенье.
- И каждой травинки святая душа
- поет о немыслимом счастье творенья.
- Так трепетны раннего солнца лучи!
- Чуть скрипнет спросонья родная калитка…
- У летнего утра – от счастья ключи.
- Июньский рассвет – это Божья улыбка.
- В июне раздолье для бурундука.
- Птенцы покидают родимый скворечник.
- Так коротко лето. Так жизнь коротка.
- И только любовь на земле бесконечна.
- Ты рядом со мной. Или где-то вдали, —
- мы вместе с тобой, как с иголкою нитка.
- Есть женщины вамп.
- Есть жрицы любви.
- А ты у меня —
- это Божья улыбка.
Нам не жить друг без друга
- Улица моя лиственная…
- Взгляды у людей пристальные…
- Стать бы нам чуть-чуть искреннее —
- Нам не жить друг без друга.
- Скорости вокруг бешеные,
- Мы себя едва сдерживаем.
- Значит, надо быть бережнее —
- Нам не жить друг без друга.
- Мы разлучаемся со сказками…
- Прошу, стань сильней меня, стань ласковей.
- Слышал я слова правильные,
- Всё искал пути праведные…
- А твои слова памятные —
- Нам не жить друг без друга.
- Ленточка моя финишная!
- Все пройдет, и ты примешь меня.
- Примешь ты меня, нынешнего, —
- Нам не жить друг без друга.
- Мы разлучаемся со сказками…
- Прошу, стань мудрей меня, стань ласковей.
«Премьера большого спектакля…»
- Премьера большого спектакля.
- Массовкой эффект достигается…
- Но есть неприметная капля,
- а в капле той – жизнь отражается.
- И зернышко поля ржаного
- в войну за победу боролось.
- Зерно – существо и основа.
- Колосс – этот маленький колос.
- Гляжу, словно в окна вагонные,
- на каждую хатку с пристрастием.
1 Дом звукозаписи. – Примеч. авт.
Продолжение книги