Метель бесплатное чтение
![](/img/b/10884.jpg)
Глава 1
Холодный ветер бил по лицу наотмашь. Не спасал даже капюшон старого пуховика, которым я неуклюже пыталась прикрыться. Удерживая замерзшими руками пакеты с продуктами, толкнула обшарпанную дверь подъезда и скользнула по заледеневшим ступеням внутрь. Отряхнувшись от снега, я подняла взгляд на окошко: метель разгулялась, превращая снежинки в ледяные стрелы.
Задумчиво вздохнула – наверное, и салюта толком не будет видно…
Подтянув пакеты, шагнула на лестницу, мысленно радуясь, что живу на третьем этаже. Пока от остановки дошла до дома, уже порядком устала. Еще и на рынке сколько носилась с ними…
В подъезде стоял спертый запах горелой серы от хлопушек и петард, которые детвора особенно любила взрывать в таких звучных местах. Я как раз свернула в пролет, ведущий на третий этаж, когда сверху раздался неспешный стук каблуков. Чтобы не тесниться на лестнице с пакетами, я решила переждать в пролете, а заодно передохнуть.
Моя соседка по лестничной площадке, ухоженная девушка с длинными каштановыми волосами, легкой походкой спускалась по ступенькам, запахивая на себе норковую шубку. Завидев меня, она тут же встрепенулась и замедлила ход.
– О, Анют, привет! – защебетала она, приглядываясь. – Блин, что, там вообще беда?
– Привет… – отозвалась я, улыбнулась и, чтобы скрыть смятение, стряхнула оставшийся снег с рукавов. – Думаю, тебе лучше хотя бы капюшон накинуть.
Несмотря на то, что Эля могла позволить себе дорогие салоны и роскошный гардероб, она была простой и общительной, что удивляло. Невольно сравнивая нас, я всегда испытывала неловкость от ее внимания к моей неприметной персоне. Не раз соседка интересовалась моей жизнью, справлялась о делах, и я не могла объяснить, чем вызывала такой живой интерес с ее стороны.
– Да я так, за сигаретами выскочила, – отмахнулась она, видимо, переживая за волосы, которые, благодаря кератиновой обработке, спускались по плечам прямыми шелковыми прядями. – А ты, смотрю, закупилась. Ждешь кого на вечер?
Я машинально посмотрела на пакеты и тут же пояснила:
– Ой, да там половина методичек! Взяла, чтобы к зачетам на каникулах подготовиться. А справлять… одна буду. Подруги из медучилища по родителям разъехались, поэтому…
– Да ты что! – неожиданно перебила Эля. – Так, погоди, я сейчас быстро в магазин, а потом к тебе забегу, окей?
– Эм… хорошо!
Растерянно проводив соседку взглядом, я пожала плечами и, подобрав пакеты, продолжила путь.
Захлопнув дверь, которая скрипела на весь подъезд, я задержалась в прихожей, со скептическим выражением лица оценив скромную, но аккуратную обстановку однокомнатной квартиры. Она досталась мне от государства как сироте, поэтому несложно догадаться, в каком состоянии я впервые увидела эту обитель. О чем, кстати, не забываю себе напоминать и утешаться, глядя на уют, который удалось создать.
Сирота… До сих пор как-то не по себе оттого, что государство причислило меня к этому статусу при живых-то родителях! Но так сложилось, что отец даже фамилии мне не оставил и канул в неизвестность, еще когда я питалась грудным молоком. А моя молодая и свободолюбивая мамочка начала куда-то пропадать, когда мне было чуть больше трех. Она все чаще оставляла меня одну в квартире с тарелкой продуктов, пока однажды совсем не исчезла.
К счастью, меня вовремя нашла соседка, а спустя какое-то время я оказалась в доме родной тети Раи – великодушной женщины, которая оформила на себя опеку. И все вроде бы складывалось благополучно… Ну и пусть не видела я в том доме, который так навсегда и остался для меня чужим, человеческого тепла и поддержки. Пусть должна была знать свое место, безукоризненно выполнять домашние дела и не обижаться на холод от родного человека. Пусть ровно в восемнадцать лет меня практически выставили за дверь, как только кончили платить пособие. Но зато меня не бросили тогда в детдоме, точно безродную шавку! Зато меня одевали, обували и кормили – уж об этом тетка заботилась. Зато я выросла с надеждой и какой-никакой целью в жизни.
Вот это «зато» и помогало мне подниматься с колен каждый раз, когда падала, спотыкаясь о кочки на дороге судьбы. Но, надо заметить, теперь я чувствовала себя более уверенно, двигаясь по выбранному пути. И казалось, даже судьба начала считаться со мной, как только я обрела самостоятельность! Я успешно училась на первом курсе медучилища, имела жилье и даже немного зарабатывала, делая капельницы и уколы на дому.
Единственное, чего мне не хватало, – это родного человека рядом. Человека, которому я могла бы полностью открыться и доверить сердце. Друга или подруги – неважно! Это казалось самым необходимым, чтобы стать по-настоящему счастливой и убежать от душевного одиночества.
Я не нашла такого человека. За все восемнадцать лет жизни! И наверное, сама виновата в этом, потому что после предательства матери меня так и не научили доверять…
Я уже успела разобрать пакеты и даже забыть о соседке, которая намеревалась прийти, когда в дверь вдруг постучали. Поспешив в коридор, я с гостеприимной улыбкой открыла Эле. Снова захватило дух от ее роскошного вида. Она настолько не вписывалась в обшарпанную обстановку моей квартиры, что стало неловко.
Соседка же, судя по всему, чувствовала себя абсолютно комфортно. Не спеша разувшись, она лишь быстро огляделась, прежде чем твердой походкой направилась на кухню.
На самом деле общительная красотка была у меня всего два раза. И то по каким-то бытовым вопросам, а потому дальше порога не заходила. Наверное, это и заставляло меня немного нервничать.
Эля тем временем остановилась у окна, сдвинула шторку и потянулась к форточке.
– Не против? – спросила она не оборачиваясь и таким тоном, будто знала: я точно не откажу.
– Да, конечно, – тут же отозвалась я, попутно окидывая беглым взглядом кухню и думая, чем бы угостить соседку.
Она в свою очередь уже достала тонкую сигаретку и, придерживая локоть, сделала медленную затяжку. Я, честно говоря, не знала, что Эля курит. И было непривычно видеть, как тяжелеет ее воздушный образ с этой сигаретой в руках.
– Может, чаю? – предложила я, чтобы разбавить молчание.
– Да не-е… – отмахнулась соседка, поморщившись от дыма. – Я так, на пару минут.
Сделав очередную затяжку, она вдруг внимательно посмотрела на меня.
– Кстати, давно спросить тебя хотела… Что у тебя за краска такая волшебная? Волосы не портит?
Я смущенно улыбнулась и непроизвольно заправила за ухо белокурую прядь волос, что выбилась из собранного хвоста.
– Это не краска, – ответила я, чувствуя, как потеплели щеки от румянца. – Это мой цвет!
– Да ты что?! – восхищенно воскликнула Эля. – Повезло!
Я лишь пожала плечами, на самом деле не считая это везением. Имей я возможность, уже давно бы перекрасила свои светло-русые волосы в какой-нибудь темный цвет. Просто в домашних условиях эта затея вышла бы крайне неудачно, а салоны я не могла себе позволить.
Темноволосая красавица между тем принялась разглядывать старый интерьер моей кухни, и, что интересно, в ее глазах я не заметила снисхождения, скорее любопытство.
– А ты сама снимаешь квартиру или кто помогает? – спросила она задумчиво.
– Нет, это… моя квартира. Государство предоставило.
Соседка тут же сосредоточила взгляд на мне.
– А ты… то есть у тебя… – пыталась она подобрать слова.
– Да. У меня нет родителей, – облегчила я ей задачу, не ощущая от этого признания никакой тяжести.
– Хм… печально.
В этом вся Эля. Насколько, по крайней мере, я могла о ней судить. Она просто констатировала факты. Не сочувствовала, не пыталась выдавить уместные эмоции, если не испытывала их.
Я стояла, подперев плечом косяк, и уже в какой-то момент решила, что соседка не перейдет к сути визита, потому что она так и продолжала без смущения задавать какие-то личные вопросы: о работе, об учебе… даже о парне, которого у меня не было. Но в какой-то момент, удовлетворившись очередным ответом, Эля вдруг перевела тему:
– Слушай, Ань… Я что сказать-то хотела, – опомнилась она, как бы между прочим закрывая форточку. – Меня тут в одно место пригласили на вечеринку, а я так не хочу одна туда ехать! Поехали вместе, а?
Я, честно говоря, даже предположить не могла, что любознательная соседка предложит именно это. А потому как-то сразу замешкалась с ответом.
– Спасибо, конечно… – вовремя вспомнила я причины для отказа. – Но я не очень люблю вечеринки. Да и смотреться там буду глупо и неуместно!
– Ой, я тебя умоляю! – вскинулась она. – Такую красотку из тебя сделаю, сама себя не узнаешь! Весь гардероб перемерить дам и дорогу оплачу, ты только соглашайся.
Я скептически смотрела на Элю, пытаясь найти более веские аргументы.
– Ну что ты будешь тут одна тухнуть под телик? – не унималась она, выражая такое недоумение, что даже как-то не по себе стало. – Лови момент, а то кто знает, когда еще такая возможность выпадет? Хоть развеешься, впечатлений наберешься.
Я видела: великодушная соседка очень старалась меня уговорить. Видимо, для нее это было важно. Но что-то внутри меня гораздо сильнее противилось этому предложению, чем желало поехать с ней.
– Извини, Эль… – ответила я, сконфуженно опустив голову. – Спасибо тебе большое за то, что предложила, но тебе правда лучше найти кого-то другого!
Эля разочарованно поджала губы.
– Ладно, – сдержанно произнесла она. – Это ты извини, навязалась тут тебе…
– Да нет же, я просто…
– Ань, успокойся! – улыбнулась соседка, выпорхнув мимо меня в прихожую. – Ну, нет так нет.
Что-то такое неприятно заворочалось внутри, пока я наблюдала, как она обувается. Конечно, я соврала, что не люблю вечеринки. Учитывая мой скромный образ жизни, я только ради впечатлений мечтала там оказаться хотя бы раз! Но неуверенность в себе оказалась сильнее…
Эля уже вышла за порог, когда вдруг обернулась и бесстрастным тоном бросила напоследок:
– Ты все же подумай, Ань… Если что, стучи смело, только имей в виду, до восьми нужно успеть собраться!
Я нерешительно кивнула, а она неспешной походкой направилась к своей двери.
Вернувшись на кухню, где меня ждали продукты для ужина, я апатично прошла мимо них к окну. Устремив взгляд на белый пейзаж, я попыталась еще раз убедить себя в правильности принятого решения. Но вместо этого невеселые мысли собрались в один плотный поток и начали давить на меня.
А что, если Эля права и я уже не первый раз упускаю возможности? Просто не даю себе думать, что бывает другая жизнь и что все может быть иначе?
Не давала покоя еще одна мысль, которая особенно глубоко закралась в мое сознание и теперь напомнила о себе: я так жалуюсь на одиночество, но при этом сама же держу людей на расстоянии. Сама боюсь сблизиться с кем-то, довериться и постоянно нахожу причины, только бы не делать шаг навстречу.
А что, если в следующем году все повторится?! Ведь недаром есть примета: как Новый год встретишь, так его и проведешь…
Я вышла из квартиры в шесть. Немного помявшись у массивной железной двери, я все же нажала на звонок и за секунды волнительного ожидания даже не раз успела передумать. Но Эля открыла почти сразу. На ее губах заиграла довольная улыбка и, посторонившись, она молча пропустила меня в квартиру.
Надо сказать, щедрая соседка не преувеличивала, когда говорила, что я себя не узнаю… Стоя перед большим зеркалом, я не могла оторвать зачарованный взгляд от своего отражения. Большие серые глаза стали такими выразительными после того, как Эля грамотно их подчеркнула тенями, что я сама себя гипнотизировала. Губы, украшенные вишневой помадой, казались теперь припухшими и сочными. А волосы она помогла мне красиво собрать в высокую прическу, которую, кстати, можно было легко распустить благодаря умело вставленным шпилькам и практически полному отсутствию лака. Но самым главным украшением все-таки стало платье, одолженное соседкой.
Благородного черного цвета, оно сдержанно открывало плечи и шло облегающим топом до талии, а дальше расходилось широкой юбкой в пол. Необычный материал, из которого сшили платье, был плотным, но легким, что позволяло юбке держать форму даже при движении. И я боялась представить, сколько такое может стоить.
Любая девушка в таком наряде почувствовала бы себя настоящей леди, персоной из высшего общества. И конечно, в какой-то момент меня невольно начало донимать любопытство: кем надо работать, чтобы позволить себе такой гардероб?
Эля так же успешно справилась и со своим образом. Она выбрала облегающее длинное платье насыщенно-красного цвета с откровенным вырезом от середины бедра. Нанесла уместно яркий макияж, а прямые темные волосы превратила в воздушные кудри, уложив их на одну сторону.
Глядя на роскошную соседку, я продолжала задаваться вопросом о ее достатке. Почему-то не сходились у меня промелькнувшие варианты о богатых родителях или успешной карьере… Эле было около двадцати пяти, хотя, возможно, и больше, просто она очень хорошо следила за собой. И я слишком часто пересекалась с ней на лестнице в рабочее время, а потому не могла предположить, кем она могла работать.
В какой-то момент я все же не выдержала и, когда мы уже одевались в прихожей, решила начать издалека.
– У тебя такая шикарная квартира, – оглянулась я восхищенно. – Даже не знаю, сколько нужно работать, чтобы такую содержать… А гардероб? Просто сказка!
Эля лишь равнодушно пожала плечами.
– Главное не то, сколько ты работаешь, а кем! – заметила она, придирчиво поправляя идеальный макияж. – В любом случае, я не работаю, если ты об этом. Неблагодарное это дело.
Я слегка нахмурилась, с непониманием уставившись на собеседницу.
– Я только вкладываю, малышка, – пояснила она, перехватив мой взгляд в отражении. – Вкладываю в себя!
Пригладив приятный мех белоснежного манто, которое соседка так же любезно мне предоставила, я опустила глаза, чтобы не выдать замешательство.
– Но… тогда как же ты… Надо же откуда-то брать деньги, чтобы вкладывать? – заметила я, краснея за нетактичный вопрос.
Эля как-то загадочно улыбнулась, прежде чем обернулась ко мне и вкрадчивым тоном сообщила:
– А деньги мне дают мужчины.
Ровно в восемь вечера мы вышли из подъезда, кутаясь от хлесткого снега в меховое прикрытие. Прямо у порожков ожидал черный глянцевый внедорожник, и, лишь мельком посмотрев на него, я принялась искать желтую машину такси, которую Эля должна была вызвать. Однако она неожиданно подхватила меня под локоть и, к моему удивлению, направилась именно к этому автомобилю.
Не говоря ни слова, Эля открыла передо мной заднюю дверь и, спокойно отреагировав на мой настороженный взгляд, дождалась, пока я заберусь в высокий просторный салон. Осторожно передвигаясь на черном кожаном сиденье, я немного задержалась, увидев водителя в строгом деловом костюме, и тут же робко проронила:
– Здравствуйте…
В темных глазах мужчины, что смотрел на меня через зеркало заднего вида, не отразилось никаких эмоций.
– Добрый вечер, – услышала я холодно-вежливый ответ.
В этот момент Эля уже захлопнула дверь, повернулась ко мне с довольным выражением лица и спросила:
– Ну, как тебе?
Машина сразу тронулась, а я не смогла сдержать смущенной улыбки, озираясь в дорогом салоне автомобиля. И будучи не в силах как-то еще выразить свои эмоции, только и выдавила:
– Круто!..
Весь путь я не могла отогнать навязчивые мысли о нашем разговоре с Элей. Не хотелось думать, что эта ухоженная красотка имеет все блага благодаря не самому приличному занятию. Хотя… это ведь не мое дело. Она сама вправе выбирать. Да и вообще, если у такой видной девушки есть богатые ухажеры, действительно, зачем ей работать?
Так я пыталась оправдать соседку. Конечно же, не разделяя той гордости, с которой она преподносила это, но все же… я не любила судить людей.
Когда машина вдруг остановилась, я подумала, что приехали мы довольно быстро. Однако не успела даже ничего толком разглядеть в запотевшем окне, как дверь со стороны Эли неожиданно открылась, и в салон сели… еще две девушки.
Встретив неожиданную компанию с растерянным выражением лица, я отчего-то напряглась, когда автомобиль снова тронулся.
Девушка с ярко-рыжими волосами и шатенка с полными губами уселись напротив, кокетливо поправляя роскошные элегантные наряды. Они по очереди обменялись невесомыми поцелуями с Элей, а по мне лишь мазнули равнодушными взглядами.
Я обернулась к соседке.
– Девочки освободились в последний момент, – пояснила она, пожав плечами, а затем невинно добавила: – Ты же не против компании?
Покосившись на незнакомок, я лишь молча мотнула головой, после чего отвернулась к окну. Тревога тягучей субстанцией растекалась в груди. Вроде и не случилось ничего такого, но я никак не могла расслабиться.
Ехали мы довольно долго. Или просто для меня время тянулось, как резина… Особенно после того, как две незнакомки, не стесняясь никого, что-то по очереди нюхнули и, по всей видимости, поймали нужное настроение. Эля последовала их примеру, а над моим категоричным «НЕТ» лишь снисходительно посмеялась.
Очень скоро под воздействием этого вещества они уже покачивались в такт музыке прямо на сиденьях и весело просили молчаливого водителя сделать громче. Я же с каждой минутой, нет, с каждой секундой все сильнее ощущала давление неуютной, отталкивающей атмосферы.
А машина тем временем уже вывезла нас за пределы города и неслась по заснеженной дороге какого-то элитного коттеджного поселка. Глядя на богатые дома, большую часть из которых уже украсили к Новому году, я попыталась реанимировать упавшее настроение.
В конце концов, что за ханжа разошлась внутри меня? Я же не дикая какая-то – наслышана о замашках богатой молодежи, да и в состоянии разделить хорошее настроение с другими, пусть и сохраняя дистанцию с подозрительными веществами.
Кажется, мне удалось настроиться. И девочки явно заметили это, в какой-то момент втянув меня в разговор. Во время этого разговора ни о чем они как бы между прочим спросили моего мнения, после которого последовала целая волна вопросов.
Я узнала, что рыженькую звали Олей, а пухлогубую – Алиной. Наверняка девочки воспринимали меня как обезьянку из другого мира, которую интересно изучать. Но это никак меня не трогало, потому что вопросы задавали тактично, и я сама увлеклась, отвечая на них.
С этим настроением мы и подъехали к дому, у которого остановился наш внедорожник, миновав охраняемые кованые ворота.
Кутаясь в меховое манто, я вышла из салона последней и принялась растерянно оглядываться на заснеженной территории. И что-то меня сразу смутило, несмотря на ухоженный двор. Никакого намека на Новый год! Ни одной елочки, ни гирлянд… ничего.
Эля окликнула меня и последовала за подружками, которые сразу направились к главному входу, приподнимая на ходу платья. Прямо все так благородно одеты! Может, я зря себя накручивала, и в доме нас ждал самый настоящий бал?
Хотя, конечно, маловероятно, потому что в этом случае здесь должны тесниться ряды машин. А что еще больше меня насторожило, так это тишина… Слишком тихо для места, где должна пройти вечеринка.
Поежившись от холодного снежного ветра, я попыталась задавить разгулявшуюся подозрительность и неохотно последовала за всеми, рассматривая роскошный дом в три этажа.
Как только девушки ступили на порожки, большая двустворчатая дверь вдруг отворилась, и нам навстречу вышел взрослый коренастый мужчина в стильном деловом костюме. Пропуская нас в дом, он так усмехнулся, что я невольно поежилась. С трудом получалось игнорировать взгляд, которым он словно облизывал каждую.
– А мы уж начали волноваться! – изрек мужчина с напускным укором.
Девушки принялись кокетливо отшучиваться, пока я, застыв в шаге от двери, осторожно озиралась в просторной прихожей. Обстановка сразу поразила мою неискушенную душу. Я будто оказалась в каком-то музее! Высокие потолки, дорогая мебель, натертый до блеска паркет, что тянулся в огромный зал, где я увидела роскошную лестницу из белого дерева. Интерьер дома в классическом благородном стиле с преобладанием белого и коричневого впечатлял и завораживал.
– А ты чего застыла, снежинка? – неожиданно привлек мое внимание тот самый гостеприимный дядька.
Пробежавшись по моей фигуре прозрачно-голубыми глазами, он вдруг шагнул ко мне, нагло нарушая личное пространство, и протянул руки к вороту манто.
– Дай-ка я тебе помогу…
– Нет, спасибо! – тут же отшатнулась я от незнакомца и, натянув вежливую улыбку, тихо настояла: – Я… сама.
Наградив меня неприятным хриплым смехом, он лишь пожал плечами и медленно отступил.
Мой напряженный взгляд метнулся к Эле, которая в это время задумчиво наблюдала за происходящим. В следующий миг она игриво улыбнулась и обратилась к этому наглому типу:
– Не обижайтесь на нашу скромную девочку, – сладким голоском пропела она, игнорируя замешательство, что отразилось на моем лице. – Дайте малышке немного времени освоиться.
Покосившись на Элю, мужчина как-то загадочно прищурился.
– Да кто ж против? – усмехнулся он, сканируя меня «неживыми» глазами. – Для такой Феи все что угодно.
Я почувствовала, как от смятения вспыхнули щеки. Наглый тип между тем ловко поймал за талию Олю и Алину, после чего повел их вглубь зала.
– Ну, пошли осваиваться, малышки! – бросил он.
Я впилась в троицу обиженным взглядом, не реагируя на Элю, которая оказалась рядом и приобняла меня за плечи.
– Ну ты чего? – участливо поинтересовалась она. – Расслабься и постарайся проявить уважение. Мы, в конце концов, находимся в гостях у очень приличных людей!
Я пристально посмотрела на соседку и, не скрывая подозрения в голосе, спросила:
– Я думала, мы ехали на вечеринку?
Но похоже, это ее совсем не смутило. Эля лишь слегка нахмурилась, после чего невозмутимо ответила:
– Ну да, на вечеринку. На закрытую вечеринку, куда нам с тобой выпала честь попасть!
Ее лицо выглядело серьезным, и я снова усомнилась в адекватности своих подозрений. Даже стыдно стало… на какую-то долю секунды. И словно прочитав это в моих глазах, Эля теснее прижала меня к себе и подтолкнула в сторону зала.
– Успокойся, Анют, лови момент! – заговорщическим тоном произнесла она. – Будет весело, вот увидишь!
Не знаю, как ей это удалось, но мне действительно стало спокойнее.
Переместив руку на мою спину, новая подруга повела меня за остальными. Цокая каблуками по дорогому паркету большого зала, мы свернули перед лестницей и направились к высокой арке, откуда доносились голоса и ненавязчивая музыка.
От волнения сердце учащенно билось в груди. За аркой оказалось хорошо освещенное, просторное помещение с многочисленными высокими окнами, как в каком-нибудь сохранившемся здании прошлых веков.
– А вот и мы! – игриво произнесла Эля, привлекая внимание находившейся здесь компании мужчин.
Все лощеные, с цепкими взглядами, одетые в стильные костюмы с броскими дорогими аксессуарами. Прямо логово воротил бизнеса или, того хуже, бандитов…
Двое солидных мужчин разного возраста, которые в этот момент играли за бильярдным столом, отвлеклись, оценивающе на нас посмотрев. Тот наглец, что пытался помочь мне раздеться, стоял у окна и лишь мельком оглянулся, что-то томным голосом рассказывая Алине и Оле, по-прежнему обнимая обеих. Еще один, вальяжно сидевший на низком прямоугольном диване у стола, оторвался от планшета и наградил нас бесстрастным выражением лица.
И все. Никаких приветствий или располагающих жестов.
Я невольно обратила внимание на большой прямоугольный стол, который щедро уставили разнообразными блюдами, и отметила, насколько отличался этот банкет от обычного праздничного стола… Дорогой аперитив, фарфоровая посуда, симметрично разложенные морепродукты, красочные нарезки, в том числе мясные, и много чего еще!
Эля подтолкнула меня к этому самому столу и, дождавшись, пока я сяду на край противоположного дивана, грациозной походкой направилась к бильярдной зоне. Приблизившись к игравшим, она принялась о чем-то кокетливо с ними беседовать.
Неловко расправляя юбку платья, я украдкой взглянула на мужчину, который сидел напротив и нагло меня рассматривал. Ему точно было больше сорока, о чем говорила проседь в волосах и морщины, утяжеляющие черты лица.
– Здравствуйте, – тихо поздоровалась я, покраснев от неловкости.
– Ну привет, – тут же отозвался он, откладывая в сторону планшет с логотипом яблока.
Ничего не спрашивая, мужчина вдруг поднялся и не спеша прошел к краю стола, где на подносе стояло ведерко с шампанским в горке льда. Дернул приоткрытую пробку, взял вытянутый бокал на тонкой ножке и налил шипучий напиток. Затем так же молча протянул его мне.
– Спасибо… – тут же поблагодарила я, робко улыбнувшись и перехватив бокал.
– На здоровье, – сухо ответил он и уселся обратно, снова взяв в руки планшет.
Вот и поговорили. Блин, куда я попала?!
Глава 2
Вечер обещал быть долгим…
Едва пригубив вкусное шампанское, я устремила взгляд на огромную плазму, встроенную в стену: транслировали зарубежные клипы. Так и сидела большую часть времени, пытаясь понять, в чем заключается веселье таких вечеринок для избранных.
Очень скоро бокалы вручили всем девчонкам, которые, в отличие от меня, пили не стесняясь. Периодически в зал заходил вышколенный официант во фраке, с аккуратной бабочкой на шее. Он следил за чистотой стола, а также освежал напитки и блюда.
Становилось все шумнее, мужчины громко смеялись, в открытую флиртуя с девушками и позволяя себе как бы невзначай их касаться. И только суровый дядька напротив меня не спешил разделять всеобщее веселье, погруженный в какую-то работу. Время от времени он с напряженным выражением лица покидал зал, приложив телефон к уху.
В какой-то момент и те, кто стоял, сели за стол, и, наверное, я бы могла уже заразиться настроением подвыпивших представителей элиты, если бы не темы, в которых я совсем ничего не понимала. Они шутили над какими-то неудачливыми конкурентами в бизнесе, отпускали недвусмысленные фразы в адрес сидящих рядом девушек и не уставали подливать им напитки.
Эля сидела возле меня, а по правую руку от нее пристроился один из игравших со странным именем Беркут. Других имен я так и не запомнила. Да со мной никто и не знакомился, лишь поинтересовались, как зовут самую молчаливую девушку вечера.
Морально мне было легче оттого, что она присела рядом. Я так смущалась, что сама бы не решилась что-то попробовать из богатого ассортимента блюд. А соседка молча наполнила мою тарелку, подбадривающе погладив меня по коленке.
Музыка становилась громче, а разговоры откровеннее. Уткнувшись в тарелку, я все больше нервничала, чувствуя себя лишней.
Как раз в тот момент, когда я неуклюже ела креветку, неожиданно раздались возгласы. Я вздрогнула, и морепродукт выскользнул из моих пальцев. Все мужчины разом начали кого-то приветствовать, глядя в сторону арки, к которой я сидела спиной. Растерянно посмотрев на них, я наскоро вытерла пальцы салфеткой и обернулась.
В зал зашли двое: тот самый серьезный дядька, что снова выходил разговаривать, и незнакомый мужчина в строгом костюме без галстука, который окинул присутствующих каким-то хмурым и уставшим взглядом.
Я не знаю почему, но как только его увидела, у меня дух захватило… Как дурочка уставилась на незнакомца, осознавая, что никогда не встречала таких красивых мужчин!
Ему было около тридцати. На высоком крепком теле идеально сидел черный выглаженный костюм, а белая рубашка оттеняла смуглую кожу. Сразу заметила гармоничные восточные черты лица, густые темные волосы и глаза… невероятные, пронзительно-черные и завораживающие! Мне словно довелось увидеть настоящего восточного князя.
Кажется, я почувствовала, что кто-то потрепал меня за плечо, прежде чем услышала громкое:
– Дамы, знакомьтесь! Самрат – хозяин дома, в котором мы проводим этот волшебный вечер, так что прошу любить и жаловать!
По-моему, это сказал тот, что весь вечер окучивал Алину и Олю, но я не была уверена. Пребывая в этом странном зачарованном состоянии, я даже не попыталась снова повернуться к столу.
– Брат, я надеюсь, ты присоединишься к нам? – настойчиво спросил другой мужчина.
Хозяин дома с необычным именем Самрат испытующе покосился на седовласого спутника, на что тот лишь скривил губы в ухмылке и пожал плечами.
– Да, конечно, – бросил он сухо, придирчиво осмотрев присутствующих, в том числе задержав взгляд и на мне.
Я тут же оторопела от этого прямого контакта, ощутив, как что-то щекоткой пробежало внутри, но не могла отвести глаз, точно под воздействием неведомой силы.
– Шею не сверни, дорогуша! – неожиданно раздалось совсем рядом, и я очнулась.
Тут же посмотрела на Элю и покраснела от ее красноречивого и насмешливого выражения лица. А в следующую секунду спешно повернулась к столу. Ощущая гулкие удары сердца в груди, только теперь осознала, как глупо выглядела.
Прикусив от волнения губу, я попыталась отвлечься и невольно обратила внимание на Олю и Алину. Их загоревшиеся недвусмысленные взгляды и завлекающие позы, которые они сменили как бы невзначай, явно предназначались для нового гостя! И это подействовало на меня как ушат холодной воды на голову… Жестко спустило с небес, к которым я имела неосторожность потянуться. Мое поведение виделось теперь еще более глупым. А еще жгучее унизительное напоминание захватило разум: кто они и кто я? Забылась, Аня, стоило только увидеть красивого обеспеченного мужчину?
Тем временем хозяин дома и его деловитый спутник приблизились к столу. Высокое кресло во главе его тут же освободилось, и Самрата пригласили занять почетное место. Как некстати это самое место оказалось практически рядом со мной… Я даже запах незнакомца уловила, от которого в прямом смысле голову повело.
Никогда не думала, что запах может быть не только вкусным, но и красивым! Как будто я могла прочувствовать каждую его терпкую ноту: аромат зимней свежести, приятный дорогой одеколон и даже его личный, мужской запах.
Господи… да что со мной происходит?
В какой-то момент я осмелилась украдкой взглянуть на этого восточного князя и тут же поежилась, уловив холодок, исходивший от него. Самрат явно не одобрял эту вечеринку и не стеснялся этого показывать. Или же ему не нравилось, что в доме находились непрошеные гостьи…
Награждая всех холодной полуулыбкой, хозяин дома цепким взглядом блуждал от лица к лицу, и с каждой секундой в этой атмосфере я чувствовала себя все неуютнее. Даже извиниться хотелось за свое присутствие!
Скоро Самрату налили алкоголь. Выслушав дружеский тост Беркута, он приподнял бокал, как бы приветствуя присутствующих и давая отмашку веселиться. А как только сделал символический глоток, все выдохнули и почувствовали себя более уверенно.
Вечер продолжился в том же темпе и настроении, но, в отличие от всех, я больше не могла расслабиться, сидя рядом с главой дома. Нет, он никак не проявлял себя: не отталкивал и не располагал. По всей видимости, я не интересовала его высочество, равно как и остальные девочки, которые не раз пытались завлечь видного мужчину различными уловками. Но Самрат никак не реагировал на эти попытки и просто наблюдал. Как будто его ленивый интерес вызывала сама атмосфера за столом.
Конечно, будучи настолько привлекательным, он привык к повышенному вниманию противоположного пола и, скорее всего, считал эту нелепую гонку между девушками своего рода забавой.
Кажется, из самой молчаливой гостьи вечера я превратилась вообще в незаметную… Девочки же, оставив попытки, вовсю развлекались, переместившись к бильярдному столу в компании мужчин. Они довольно редко попадали по шарам, но тем не менее умудрялись занимать приковывающие внимание позы. И нетрудно было догадаться для кого.
Старинные часы показывали одиннадцать. Этот неуютный вечер, казалось, длился уже целую вечность. Несдержанный смех начинал раздражать, непонятные разговоры между мужчинами навевали тоску, а от запахов еды и алкоголя просто тошнило. Кстати говоря, к бокалу я больше не притронулась. Глядя куда угодно, только не на главную персону за столом слева от меня, я никак не могла унять волнение, вызывающее обжигающую краску на щеках, а потому избегала лишних катализаторов.
Не знаю, в какой момент настроение вечера сменилось. Просто в очередной раз, оторвавшись от телевизора, я повернула голову в сторону бильярдного стола и застыла…
Алина лежала прямо на нем, заведя руки над головой. Их держал один из мужчин. Его друг в этот же момент щекотал ее ноги, поочередно снимая черные туфли на шпильках. Шатенка смеялась, дергалась и мотала головой, пока в какой-то момент тот, что фиксировал ее запястья, не накрыл мягкий рот моей новой знакомой в грубом развратном поцелуе.
Я в недоумении посмотрела на Элю, надеясь увидеть на ее лице те же эмоции. Однако меня ждал сюрприз. С какой-то блаженной улыбкой она наблюдала за происходящим, не испытывая никакого смущения! А потом что-то заставило меня взглянуть вниз…
По телу будто ток пробежал, когда я увидела руку Беркута, уверенно скользившую по бедру соседки в районе выреза платья. Не успела я опомниться, как мужские пальцы проворно нырнули под юбку и оказались прямо между ее ног! Но было и то, что меня окончательно ввергло в ступор, – Эля не сопротивлялась!
Меня как ветром сдуло на самый край дивана. И тут я почувствовала чей-то пристальный взгляд, а через секунду встретилась с холодными серыми глазами того самого серьезного дядьки, который сидел на противоположном диване. И как в замедленной съемке его ладонь ленивым движением опустилась на место рядом с ним и хлопнула несколько раз.
В ужасе пялясь на его руку, я сглотнула, понимая всю серьезность ситуации. Не знаю, что меня заставило бросить беспомощный взгляд на Самрата, который, как оказалось, в этот момент наблюдал за мной, прищурив черные глаза. Похоже, мое волнение развлекало его не меньше всего остального.
Господи… как же я так влипла?!
Неожиданно в этой накаленной ситуации за какие-то доли самой страшной секунды в жизни что-то перевернулось в моем сознании. И это что-то очень кстати помогло мне собраться и понять – спасения ждать неоткуда! Я могу положиться только на себя…
Итак, обворожительно улыбнувшись, я поднялась и, невинно взглянув на терпеливо ожидающего мужчину, смущенно произнесла:
– Извините. Мне нужно отлучиться на минутку!
И не дожидаясь реакции, решительно вышла из-за стола, впившись побелевшими пальцами в клатч, усыпанный черными стразами. Каждая мышца в теле буквально звенела от напряжения, но я старалась двигаться максимально естественно, направляясь к арке.
– Смотри не задерживайся там! – услышала я строгое напутствие за спиной и, крепко зажмурившись, заставила себя сделать вид, что не услышала.
Как только оказалась в полумраке главного зала, я повернула к лестнице, справа от которой должен был находиться туалет. В какой-то момент вечера Эля шепнула мне подсказку на ушко, так что я приблизительно знала, куда идти.
Закрывшись на защелку в помещении, похожем на целую комнату, я заметалась из стороны в сторону.
Ну что, Аня, достаточно впечатлений на сегодня?!
Злость пробирала за невероятную наивность, из-за которой я оказалась на этом бале монстров. Но не было времени сетовать на жизненный подзатыльник… Обдумав единственно возможный вариант отступления, я кинулась к раковине, положила на столешницу клатч, дрожащими руками достала телефон.
Решила вызвать такси. Денег с собой взяла немного, но остальную сумму добавлю уже на месте. И только хотела нажать на кнопку вызова, как застыла, растерянно глядя в пространство…
– Блин!.. – выдохнула я, вспомнив маленькую деталь: у меня нет адреса!
Беспощадными пинками прогоняя панику, я через несколько долгих секунд снова посмотрела на дисплей, понадеявшись на старую добрую геолокацию…
Однако неудача, похоже, решила станцевать ламбаду на моей сообразительности. Сюрприз оказался до возмущения банальным – сеть отсутствовала! Вообще. Учитывая размеры дома и его интерьер, мне показалось это не то что странным, а до дрожи жутким. Настолько, что я даже допустила мысль о том, что связь здесь специально блокируют, чтобы такие залетевшие дурочки, как я, не имели возможности выбраться. Это, конечно, могло быть приветом от паранойи, но кто знает, на какие причуды способны богатые люди…
Выбора не было.
Главное – любыми путями выбраться отсюда! А значит, придется как-то незаметно выйти на улицу, чтобы вызвать такси. Конечно, меня еще ждал пост охраны, который наверняка сообщает о любой манипуляции на территории… Но почему-то эту мысль я отодвинула на второй план. Внутри поселилась странная убежденность, что я обязательно найду какой-нибудь другой выход. Да хоть через каменный забор перелезу – ничто меня не остановит!
Задержав внимание на зеркале, подсвеченном софитами, поймала свой перепуганный взгляд. Нет, так не пойдет! Я глубоко вдохнула, не спеша поправила макияж, дала себе время настроиться и, только удовлетворившись твердостью, отразившейся в глазах, тихо произнесла:
– Давай, Аня, ты сможешь!
Напряженно прислушиваясь и старательно ступая на носочках, чтобы не стучать каблуками, я вышла из коридора в зал. Доносившаяся мелодия била по нервам, как будто я из реальной жизни перенеслась в самый накаленный момент фильма. А еще напрягали их голоса, несдержанный смех и звуки… настолько характерные, что по телу пронеслась раскаленная волна от красочных картин, которые уже успешно рисовала моя фантазия… Неужели они… прямо там?.. На глазах друг у друга?!
Я до крови прикусила щеку от нахлынувшей обиды – как она могла?! Втянула меня, даже не задумываясь о том, что не все падки на роскошь и подобные перспективы. А эти мужчины… они спокойно приняли меня за одну из них!
Меня передернуло от противного, грязного, унизительного осадка. Как можно добровольно на такое пойти?! Да никакие деньги этого не стоят!
Абстрагировавшись от происходящего в зале, я двинулась дальше по зеркальному полу, сторонясь лестницы. И чем ближе подходила к открытому пространству напротив арки, тем больше сомневалась в том, что удастся пройти незамеченной.
Я уже подошла к началу лестницы и, схватившись за гладкие перила, осторожно наклонилась, чтобы проверить, нет ли кого за аркой. Потихоньку, шаг за шагом я отходила все дальше, внимательно наблюдая за тем, что происходило в том зале.
Сердце гулко забилось в груди, а дыхание остановилось, когда я увидела Беркута. Тут же шагнула назад и застыла на месте, почувствовав выброс адреналина в кровь.
Ничего… спокойно.
Практически не дыша и не двигаясь, я начала по очереди снимать туфли, опуская ступни в тонких чулках на холодный мраморный пол. Глаза впились в двустворчатую дверь парадного входа, который казался мне спасением.
Только бы пройти незамеченной… Только бы никто из них не обратил внимания… Полумрак пришелся очень кстати, но, к сожалению, не мог полностью скрыть мой маневр.
Каждая проходящая секунда скручивала нервы в тугой узел. Пора решаться, иначе страх задавит меня раньше.
Плавно наклонившись к туфлям, я подняла их за ремешки, выпрямилась и аккуратно подобрала юбку платья. Глядя прямо перед собой и не смея делать резких движений, двинулась по направлению к двери, буквально ощутив жар на коже, когда поравнялась со смежным залом.
Чулки опасно скользили по мрамору, тело лихорадило, а в глазах уже все начало рябить, но я стойко продолжала идти к цели. Оставалось преодолеть совсем чуть-чуть, всего несколько метров. И эта маленькая победа заранее разносила в сознании импульсы радости.
– Дверь заперта. – Бархатный баритон отдался глубоким эхом в пространстве и заставил меня замереть на месте. – А чтобы ее открыть, нужен кодовый ключ.
Проглотив возникший в горле ком, я медленно обернулась к мужчине, который стоял на лестнице и все это время наблюдал за мной.
Пока эмоции мощной лавиной раскатывались внутри, воспаленный мозг транслировал только одну, странную для этой ситуации мысль: меньше всего я хотела, чтобы это был он!
Самрат стоял точно в центре ступеньки, широко расставив ноги и засунув руки в карманы узких брюк. Его лицо – нечитаемая маска, а глаза, в которых отражался холод, буквально пригвоздили меня к полу. И что-то екнуло в груди от одного только взгляда на этого властного человека.
Я не могла это объяснить, но то, как воздействовала на меня его привлекательность, пугало! И подсознание диктовало держаться подальше от такого влияния.
– Простите… – выдохнула я, наконец очнувшись. – Я кое-что забыла, и… мне срочно нужно позвонить!.. А тут нет связи, и я решила…
Я резко умолкла, потому что Самрат посмотрел на меня так, что коленки задрожали от волнения. Ведь я нагло несла эту чушь, забыв даже о том, что все еще стояла босиком на мраморном полу, с туфлями в руках, а минуту назад на его же глазах как преступница кралась к двери!
– Иди за мной, – вдруг услышала я тихий приказ и оторопела.
Хмурый хозяин дома не спеша развернулся и начал подниматься по лестнице, а я в тревожном замешательстве не решалась двинуться с места.
Неожиданно из другого зала донесся женский смех, который резко сменился протяжным стоном. Настороженно подобравшись и посмотрев в ту сторону, я ощутила лед, спустившийся по позвоночнику, и мощь грохочущего в груди сердца. В отчаянии оглянувшись на дверь и лихорадочно взвесив шансы, я все же решила следовать за Самратом.
Пока мы поднимались на третий этаж, я успела обуться и придумать не одну убедительную речь для спасительного оправдания. А следуя по просторному коридору, невольно отметила, что восточный господин ни разу не обернулся, хотя я практически неслышно следовала за ним. Точно был уверен – я не посмею его ослушаться.
В какой-то момент Самрат остановился у одной из дверей и учтиво открыл ее передо мной. Робко потоптавшись на месте, я переступила порог и, сделав всего два шага, растерянно замерла на месте, осматриваясь в большой просторной комнате или… спальне.
Высокие окна закрыты темно-синими плотными шторами, справа у стены располагалась тщательно застеленная большая кровать, а слева я обнаружила главное достояние комнаты – самый настоящий камин! В нем уже полыхал огонь, который надежно контролировало жаростойкое стекло.
Комната грамотно объединяла в себе современный и классический стиль, уютную атмосферу которого дополнял очаг. Но было кое-что, что выделяло ее во всем этом большом доме… Елка! Настоящая, живая, бережно установленная в каменную чашу с песком. Пушистые ветки так профессионально украсили симметрично развешанными шариками и гирляндами, что взгляд сам собой возвращался к этой красоте.
– Проходи, – услышала я совсем рядом и вздрогнула от неожиданности.
Опасливо обернувшись, уставилась на хозяина комнаты, который словно нехотя отвернулся от меня и прошел к небольшому бару недалеко от камина. Я покосилась на закрытую дверь и постаралась прогнать пугающее ощущение, что я в ловушке. От нарастающего волнения я уже потеряла всякую осторожность и решила больше ничего не выдумывать.
– Не могли бы вы… вызвать мне такси?.. – спросила с горячей надеждой, глядя на широкую спину, обтянутую кипенно-белой рубашкой.
Самрат не ответил. Взяв бутылку какого-то явно дорого шампанского, он захватил два бокала на тонкой ножке и направился к журнальному столику у камина. Пробка хлопнула, когда молчаливый князь без труда открыл бутылку, после чего разлил шипучий напиток. Он подошел и протянул бокал, проигнорировав мое замешательство.
– Спасибо… – тихо выдавила я.
– Зачем ты приехала сюда? – неожиданно последовал строгий вопрос.
Я растерянно уставилась в красивые черные глаза.
– Что?.. – отозвалась еле слышно.
– Неужели думала, что кто-то сжалится и позволит остаться в стороне, если тебя вдруг одолеют сомнения?!
В оцепенении приоткрыв рот, я даже не сразу нашлась с ответом.
– Но… это какая-то ошибка! – залепетала я, удерживая бокал дрожащими руками. – Я ничего не знала… Эля, она позвала меня, чтобы я не праздновала Новый год одна, и я подумала, что…
Ком подкатил к горлу и не дал мне закончить, как и сбившееся от нахлынувших эмоций дыхание.
– И ты подумала, – продолжил за меня Самрат, обжигая презрительным взглядом, – что за такие деньги кому-то будет достаточно на красоту твою смотреть весь вечер?
Меня бросило в жар.
– К-какие деньги?.. – выдохнула я, невольно отступив от хозяина комнаты. – Я… не знаю ни про какие деньги!
Ситуация набирала неподъемные для меня обороты. Господи, что же натворила эта Эля?!
– Пожалуйста… Я не брала никаких денег, вы можете спросить у Эли!.. – произнесла я дрогнувшим голосом. – Можно… можно я поеду домой?..
Несколько мучительно долгих мгновений Самрат смотрел на меня с нехорошим прищуром, от которого кровь в венах замедлялась.
– Нет, – отрезал он так, что у меня все внутри упало.
Впрочем, не успела я окончательно испугаться, как строгий князь вдруг соизволил объяснить отказ:
– Сомневаюсь, что в это время ты дозвонишься хотя бы до одной службы такси. А если и получится, в такую метель дом найдут в лучшем случае к утру!
С этими словами Самрат залпом осушил свой неполный бокал и, поморщившись, холодно велел:
– Иди сядь у камина. Стоишь дрожишь.
Вот такой вердикт. И понимай как хочешь. Отпустил бы он, имей такую возможность? Или это просто уловка, чтобы я не чувствовала себя как в западне?
Языки пламени завораживали своим хаотичным танцем. Обняв себя руками, я сидела на низком диване, что стоял напротив камина, откинувшись на гладкую спинку. Самрат в этот момент задержался у музыкального центра, встроенного в стену, выбирая какую-то приемлемую для себя композицию. Наконец музыка с восточным мотивом, которая привлекла мое внимание с самых первых нот, ненавязчиво разлилась по комнате, и очень скоро я буквально кожей ощутила его приближение.
Миновав диван, хозяин комнаты уверенно расположился в большом кресле слева и принялся без стеснения изучать меня взглядом. Чувствуя это пристальное внимание, я лишь раз повернула голову в его сторону, но так и не решилась поднять глаза.
– Как тебя зовут? – вдруг спросил Самрат бесстрастным тоном.
Покосившись на него, я выдержала неловкую паузу и смущенно ответила:
– Аня.
Он склонил голову набок, оценивающе прищурив черные глаза, точно примерял услышанное имя к тому, что видел перед собой.
– И сколько тебе лет, Аня?
Взволнованно сложив руки на коленях, я тут же отозвалась:
– Восемнадцать, – и зачем-то уточнила: – В феврале будет девятнадцать.
В этот момент в дверь неожиданно постучали. Мгновенно встрепенувшись, я напряглась и посмотрела в ту сторону, после чего с заметным беспокойством оглянулась на Самрата. Желудок провалился куда-то вниз, а сердце пустилось вскачь от страшной мысли: вдруг это кто-нибудь из них?.. Вдруг вся эта непринужденная атмосфера только для того, чтобы усыпить мою бдительность, и коварный князь приготовил для меня особое наказание за попытку побега?!
Кажется, кровь сошла с лица, так дурно мне стало от этого нахлынувшего подозрения. Но мою попытку повиноваться инстинкту и осторожно встать Самрат пресек мгновенно.
– Сиди, – приказал он с тихой сталью в голосе, от которой у меня коленки подогнулись сами собой.
Настороженно глядя на него, я плавно опустилась назад, чувствуя, как расходится по телу мелкая дрожь. Самрат в свою очередь так же не сводил с меня глаз, когда вдруг громко велел:
– Заходи, Баят!
Машинально оглянувшись на дверь, которую уже кто-то открывал, я уставилась на сухопарого невысокого мужчину, возникшего в проходе. Одетый в черный фрак на белую рубашку, незнакомец сделал уверенный шаг в комнату и, посмотрев на ее хозяина, слегка склонил голову.
– Добрый вечер, Самрат Исметович! – с почтением произнес он, сразу после чего отступил к двери.
Через несколько мгновений закатил в комнату небольшую тележку, уставленную различными закусками. От нахлынувшего чувства облегчения я даже незаметно прикрыла глаза.
Господи… как, должно быть, глупо я выглядела со стороны!
Тем временем этот, по всей видимости, дворецкий с абсолютно невозмутимым видом подкатил тележку ближе к нам. Не задерживаясь, он покинул комнату, пожелав приятного вечера. Я невольно покосилась на искушающие аппетитным видом закуски, но тут же одернула себя. Еще не хватало выставить себя голодной оборванкой, которой и видеть-то таких блюд не доводилось!
Но я даже не успела принять тот самый беспристрастный вид, как уже услышала твердое:
– Поешь.
Встретившись с неожиданно участливым взглядом черных глаз, я смущенно улыбнулась и все же вежливо отказалась:
– Спасибо, я… не хочу.
Казалось, такой ответ гостеприимного князя совсем не устроил, судя по тому, как шумно он втянул воздух, после чего вдруг поднялся с места. Оказавшись у тележки, Самрат взял небольшое блюдо и начал наполнять его на свой вкус. Растерянно наблюдая за происходящим, я вся подобралась, когда он возвысился надо мной и опустил это блюдо прямо на мои колени.
– Ешь! – раздалось сверху строгое наставление. – Я видел, за весь вечер ты ни к чему не притронулась.
Опустив глаза на тяжелую тарелку, я практически не дышала, чувствуя ужасное смятение и неловкость. Хорошо, что люди не умеют читать мысли, иначе я не смогла бы скрыть истинную причину «диеты». Ведь она стояла прямо передо мной!
– С-спасибо… – только и выдавила я, захватив пальчиками холодную каемку блюда на коленях.
Но видимо, этого восточному господину было недостаточно, потому что он не спешил уходить.
Глава 3
Ощутив теплое прикосновение к щеке, я растерянно застыла, а в следующую секунду перестала дышать, когда Самрат поднял мое лицо своей ладонью. Наши глаза встретились, и по телу тут же побежали обжигающие иголки, оставляя в животе странный сладкий осадок.
– Не надо бояться меня, – сказал он, глядя на меня сверху. – Я не кусаюсь.
Кажется, я очень сильно захотела возразить, что-то вроде того, что вовсе его не боюсь. Но язык точно к небу прилип, и губы лишь дрогнули в улыбке.
Как только хозяин дома отстранился, атмосфера значительно разрядилась. Даже дышать стало легче. Он не спеша направился куда-то вглубь комнаты, скрывшись из моего поля зрения, и, воспользовавшись моментом, я отправила в рот первое попавшееся канапе. Это было что-то мясное и фруктово-кислое. И как только я распробовала, насколько это вкусно, осознала, что очень голодна. Дальше уже не стала скромничать и принялась спешно уплетать разные деликатесы, запивая это дело маленькими глотками шампанского.
К тому моменту, как я опустошила добрую половину тарелки, скованность уже совсем отступила, а на смену ей пришло расслабление: то ли от алкоголя, к которому мой организм не привык, то ли от сытной еды.
– Вкусно? – внезапно раздался бархатный голос прямо над ухом, мгновенно парализовав меня.
Не успев толком прожевать, я так и проглотила кусочек, что был у меня во рту, почувствовав спиной мощное биополе Самрата и вспыхнув от смущения, точно керосиновый факел.
– Да… – сдавленно отозвалась я, не смея шелохнуться. – Спасибо!..
Горячее дыхание защекотало кожу на шее, отчего по телу волной разошлись мурашки.
– До Нового года осталось несколько минут, – сообщил тот же голос с бархатной хрипотцой. – И нам лучше встретить его более традиционно.
Меня залихорадило от волнения. Как, уже? Новый год вот-вот?!
Тем временем хозяин дома уверенно протянул мне через плечо свежий бокал с шипучим напитком, который я неловко перехватила, слегка коснувшись теплых мужских пальцев. После этого осторожно подняла тарелку с колен и встала с дивана. Удерживая шампанское в руках, я поставила ее на тележку и обернулась к Самрату, который терпеливо ожидал меня по ту сторону дивана.
Боже, как же странно это все…
Чужое место, чужой человек, который предпочел быть со мной в такой символичный момент! И это настораживало. Это его спокойствие – настораживало!.. И где-то на краю сознания то и дело пробивались тревожные колокольчики.
Не спеша приближаясь к своему загадочному похитителю я, наверное, так и не смогла скрыть испытующий взгляд…
– Что-то не так? – сдержанно спросил он, как только я замерла напротив.
Замявшись на мгновение, я отрывисто мотнула головой и поспешила объясниться:
– Нет, просто… Мне неловко оттого, что в такой момент вы находитесь со мной, а не с друзьями или близкими людьми!
И тут же почувствовала лед отчуждения с его стороны.
– Я уже давно не считаю Новый год каким-то особым моментом, – сухо сообщил Самрат. – Для меня это просто смена чисел и подведение итогов. Поэтому и провожу я его так, как посчитаю нужным!
Это прозвучало так цинично и небрежно, что я не смогла сдержать эмоций и нахмурилась. Ну а восточный господин как ни в чем не бывало поднял бокал и уверенным движением стукнул его о мой.
– За старый год, – лаконично изрек он и, не дожидаясь моей реакции, сделал глоток.
Я отпила из бокала, задумчиво наблюдая за хозяином дома, который отошел от меня и, задержавшись напротив камина, устремил взгляд на горящие поленья. Невольно закралась странная мысль: может, я сказала что-то не то? Он так смотрел на этот огонь, точно о чем-то думал или что-то вспомнил. Наверняка была причина, из-за которой этот самодостаточный красавец так относился к простым радостям жизни. Но я, конечно, никогда об этом не узнаю…
Тягучий осадок заполнил сердце, и как-то тоскливо стало на душе… Что это за жизнь, где праздники и не праздники вовсе, где даже богатство не приносит радости, а только развращает умы блаженных, чтобы утолить разъедающую суету дней – скуку?!
Неожиданно где-то на улице начали раздаваться хлопки. Видимо, уже пришло время для обращения президента, и вот-вот забьют куранты. Я невольно взглянула на зашторенные окна. Должно быть, салют здесь устроят с настоящим размахом… все-таки элитный район.
Не знаю почему, но я с детства считала самым особенным моментом встречи Нового года именно салют. Я никогда не получала подарки… но подарком считала это разноцветье в небе, объединяющее людей.
– Хочешь посмотреть? – неожиданно услышала я и встрепенулась.
Оказывается, Самрат уже обернулся и, наблюдая за мной с загадочным прищуром, довольно безучастно задал этот вопрос.
– Да!.. – тут же радостно отозвалась я, а губы так и норовили растянуться в улыбке. – Только я, наверное, ничего не увижу… из-за снега.
Эта деталь сразу остудила мой пыл. Однако мой загадочный похититель ничего на это не ответил и, слегка поджав губы, уверенно направился к центральному окну. Отставив бокал, он распахнул тяжелые шторы, немного отступил и равнодушно посмотрел на вспыхивающие огни. У меня же все внутри уже щекотало от предвкушения и будоражащих с детства чувств.
В какой-то момент я незаметно приблизилась, остановившись в нескольких шагах от Самрата. Приоткрыв рот, я с нескрываемым воодушевлением уставилась на развернувшийся салют, который быстро набирал обороты.
К счастью, я ошиблась… В белом небе разноцветные искры победно разрезали снегопад! Плотные облака, точно мутное зеркало, окрашивались в цвета, посылаемые огнями. Это было волшебно, неописуемо и заставляло задерживать взгляд, отзываясь приятным теплом в груди. И я стремительно переходила в какое-то другое состояние, где ничего не было, кроме этого салюта. Ни этого дома, ни его строгого владельца, который задержал на мне взгляд, а потом куда-то ушел, что подтолкнуло меня подойти ближе к окну. Я даже толком не обратила внимания, когда в комнате стало темно, и только огонь в камине теперь разбавлял теплым светом пространство. Я вся была там… Летела в небо уверенным огнем, оставляя после себя искрящуюся дорожку, и в пиковый момент взрывалась фейерверком!
– С Новым годом, – услышала я бархатный баритон где-то позади. Он и заставил очнуться.
Увидев, что стало темно, осторожно огляделась и инстинктивно обняла себя руками.
– С Новым годом… – тихо отозвалась я, так и не решаясь обернуться.
Неожиданно кожу на голове защекотало, и я резко застыла, осознав, что Самрат стоит прямо за моей спиной. Совсем рядом!
Несколько мгновений, и мои волосы тяжелой волной упали на спину… Сердце птицей забилось в груди, и хотя алкоголь немного спутал сознание, я четко осознавала происходящее.
Порывисто обернувшись, я оказалась практически лицом к лицу со своим похитителем. Хотела сделать шаг назад, но Самрат среагировал мгновенно, поймав одной рукой за талию, а второй зарывшись в волосы. Я сжалась всем телом, оказавшись притянутой к его широкой груди так, что ощутила ее твердость и вибрацию сердцебиения. Дыхание сорвалось, а руки инстинктивно уперлись в каменное тело, чтобы избежать этой невыносимой близости. Больше всего меня спугнуло ощущение в животе, природу которого я так и не смогла объяснить. Будто маленький заряд прошел.
– Не бойся, – спокойно и решительно произнес Самрат, удерживая меня. – Все будет хорошо.
Даже в полумраке я разглядела пламя, отразившееся в черных глазах. И это так напугало, что по телу побежала мелкая дрожь, а ноги точно свинцом налились.
Мужская ладонь тем временем властно надавила на мой затылок, а потом… князь-искуситель меня поцеловал. Уверенно накрыл мои губы и, сдержанно распробовав их, с легкостью проник языком в рот, пользуясь моментом моего падения в бездну.
И эта бездна захватила меня.
Проникла в каждую клеточку, вызывая мощный вихрь ощущений, что мгновенно вскружил голову и унес куда-то, где взрывались салюты…
Его запах был вокруг и внутри меня, а вкус таким пряным и опьяняющим, что я не могла противостоять этому захватившему все мое существо чувству. Может, потому что это произошло впервые?.. Меня впервые целовал взрослый опытный мужчина. Никто и никогда прежде не целовал меня так… Так, будто лишал воли!
Я не поняла, в какой момент начала пятиться под натиском Самрата. Он ловил губами мои губы, больше не удерживая, а неотрывно блуждая по телу опытными руками. Моя спина соприкоснулась со стеной, и владелец дома властно придавил меня, оторвавшись от губ. Заливаясь густой краской, я уже собиралась что-то возразить, но он не дал опомниться и, накрыв горячими поцелуями шею, подавил к чертям все сомнения.
Казалось, это длилось вечность… Я прерывисто дышала, но все же попыталась восстать против этого грубого пренебрежения моим достоинством: когда ладонь Самрата коснулась груди, с моих губ сорвалось резкое «нет!».
Я попыталась вывернуться из жарких тисков и всеми силами отгородиться от этого искушающего яда.
– Не надо, пожалуйста… – протестовала я, отрывисто мотая головой, чтобы выветрить дурман. – Остановитесь!
Внезапно я почувствовала, как восточный князь напрягся, стал точно камень и, резко отстранившись, взял в ладони мое лицо.
– Прекрати, – велел он, впиваясь в меня полыхающим от желания взглядом.
Я нервно сглотнула и не успела опомниться, как Самрат рывком повернул меня лицом к стене. Убрав волосы с пылающей щеки, он склонился к моему уху и одновременно положил ладонь на дрогнувший живот.
– Успокойся, малышка, я не стану делать что-либо против твоей воли!
С этими словами он прижал меня к себе и коснулся губами чувствительного места за ушком. Задрожав в мужских руках, я плотно сжала губы, чтобы не простонать от волны жаркого пламени внутри. Пока пыталась собрать в кулак остатки воли, его ладонь скользнула от живота вверх и накрыла мою грудь, напряженную и чувствительную, как будто мое тело без разрешения отозвалось на его прикосновение.
Ох, мамочки… Аня, возьми себя в руки! Так же нельзя… это неправильно!
Замок на спине бесшумно разошелся, и только когда лямки скользнули с плеч, я поняла, что меня раздевают. Самрат провел ладонями по бедрам, стягивая пышную юбку и обжигая обнаженную кожу горячим дыханием. Неловко прикрываясь и путаясь в ворохе ткани, я попыталась сбежать, пользуясь моментом, но практически сразу оказалась в кольце мужских рук. Спиной к стене. Во власти дьявольски красивого захватчика, который немного отступил и медленно скользнул взглядом по моей фигуре в простом черном белье.
Сложив руки на груди, я опустила глаза, тяжело дыша и кусая губы от стыда. Ему не понравилось. Он разочарован и теперь… точно передумает!
Это было дико и ненормально, но от этих мыслей я почувствовала не должное облегчение, а только колючее смятение.
Неожиданно Самрат поднял мое лицо за подбородок, заставляя смотреть на себя.
– Не надо, – хрипло произнес он, убирая руки, которыми я пыталась прикрыться. – Не прячь эту красоту!
Тело вытянулось струной, когда, приблизившись вплотную, похититель снова очаровал меня своим запахом и теплом. Осторожно провел ладонью от ключицы до груди и, высвободив ее от чашечки, задел каменный сосок. Терпеливо глядя на вздымающееся полушарие, Самрат изучал его большим пальцем, пока второй рукой расстегивал на спине застежку лифчика.
Я ахнула и вцепилась в мужские плечи, когда он вдруг наклонился и захватил ртом сосок. Внизу живота сладко-сладко заныло и, запрокинув голову, я обреченно осознала, что запретное и манящее удовольствие завладело мной окончательно.
Лифчик уже соскользнул с плеч и оказался на полу. Дрожа в руках Самрата, я не чувствовала холода, а только пожар, который разгорался внутри. Оторвавшись от груди, он начал терзать губы и одновременно протолкнул руку между моих ног. Резкий вздох сорвался с губ. Я инстинктивно сжала бедра и попыталась отстраниться, но тщетно…
Становилось только жарче!
Плавные ненавязчивые движения князя-искусителя усыпляли бдительность и остатки разума. Умелые пальцы уже сдвинули трусики и скользнули по горячим влажным складочкам, заставив меня потерять равновесие и робко простонать. Ощущения пронзили насквозь, я была повержена, и, когда Самрат неожиданно отстранился, прислонилась спиной к стене, чтобы не упасть.
Озноб прошел по телу. Опьяненная, я увидела, что он направился к кровати размашистым шагом. Там рывком стянул покрывало вместе с одеялом и потащил все это за собой в сторону камина. Меня же стремительно начали отпускать тиски страсти.
Напряженно озираясь по сторонам, я сосредоточилась на поисках одежды и лихорадочно соображала, как решить эту ситуацию, ведь уже перешла все мыслимые и немыслимые границы. Самрат тем временем нетерпеливым движением отодвинул диван и бросил одеяло прямо на пол у камина, а затем, не теряя ни секунды, направился ко мне.
Четко осознав, что вот-вот произойдет, я попятилась к стенке.
– Стойте… Подождите!.. – только и сорвалось с губ, когда он уже приблизился и неожиданно подхватил меня на руки.
От растерянности язык прилип к небу, а нутро безошибочно распознало непреклонное намерение моего похитителя. Инстинктивное предостережение пробежало в сознании: нет смысла пытаться противостоять ему! И все. Приняв это, я как будто отстранилась от происходящего. А дальше все превратилось в быструю карусель…
Самрат принес меня к камину, держа на руках точно пушинку, и бережно уложил на мягкое покрытие. Стоя на коленях и пристально глядя на меня сверху, он начал ловко расстегивать пуговицы рубашки и очень скоро обнажил свой крепкий рельефный торс.
От одного робкого взгляда у меня дух захватило: какой же он красивый!.. Мне еще не приходилось видеть обнаженного мужчину, но в тот момент казалось, что красивее я никогда и никого не увижу.
Загипнотизированная черными глазами, я пропустила момент, когда мужские пальцы поддели резинку моих трусиков, и через несколько мгновений оказалась полностью обнажена. Самрат развел коленом мои одеревенелые ноги и, уверенно устроившись между бедер, придавил своей тяжестью. Отрывисто дыша, я вся напряглась, взволнованно глядя в его ястребиные глаза, и в какой-то момент зажмурилась, приготовившись к чему-то нехорошему и болезненному.
Но ничего такого не происходило…
Захватчик моего тела и разума не спешил. Ласково гладил мое обнаженное тело, грел горячим дыханием, начал массировать набухший чувственный бугорок там, внизу, отчего возбуждение разлилось внизу живота, и я снова начала пропадать. Вся эта обстановка, этот полумрак и огонь в камине создавали особую атмосферу, и она так же действовала против меня… Потому что мне не хотелось… очень не хотелось, чтобы Самрат останавливался!
Я таяла, плавилась и забывалась. И только когда что-то твердое и горячее коснулось меня между ног, очнулась и распахнула глаза. Было страшно и волнительно одновременно. Хотелось прекратить все это и, напротив, пойти до конца. Хотелось забыть обо всех приличиях, хотелось, чтобы это случилось… Низ живота уже скручивало от невыносимых спазмов, и, точно чувствуя это, Самрат вошел в меня одним толчком…
От тупой опоясывающей боли я не могла даже вздохнуть. Сдавленный крик вырвался из горла, выступили слезы, а руки попытались оттолкнуть мучителя, который замер, задержав на мне хмурый взгляд.
– Черт!.. – только и рыкнул он, прежде чем придавил своим телом, не давая возможности убежать.
Затем сделал еще толчок, и я заметалась под ним, отрывисто хныкая и пытаясь свести колени.
– Не сопротивляйся! Назад нельзя, нужно потерпеть.
Прикусив щеку до крови, я послушно затаилась и поддалась, когда он согнул одну мою ногу в колене, шире развел их и начал сдержанно проталкиваться раз за разом, погружаясь все глубже. А я… я ждала и молилась, чтобы это скорее закончилось! Телесная боль постепенно отступала, но внутренняя становилась только сильнее, возвращая меня в ледяную реальность.
Господи, что же я наделала?..
Неожиданно все прекратилось. Просто в какой-то момент Самрат остановился и не спеша освободил меня от своей тяжести. Морщась от саднящего дискомфорта и тупой боли между ног, я поспешила повернуться на бок, чтобы скрыть слезы, но он не позволил… Поймал руками и притянул к широкой груди.
– Глупенькая, что же ты мне не сказала? – услышала я бархатный голос, но в ответ лишь сжалась комочком.
Некоторое время вздрагивала от тихих рыданий, кутаясь в эти чужие объятия. Щемящая боль от обиды душила… Так низко пасть!.. Конечно же, он мне не поверил. Наверняка решил, что я цену себе набивала! Или просто струсила и не захотела выполнять свои «обязанности».
В какой-то момент хозяин дома заботливо накрыл меня одеялом, но так и не выпустил из рук. Очень скоро от моей горечи осталось только неровное дыхание, и где-то на границе сна я все пыталась понять: почему он до сих пор со мной? Почему сразу не ушел? Неужели моя девственность что-то меняет или может иметь хоть какое-то значение?..
Что-то заставило меня вынырнуть из тяжелого, глубокого сна. Медленно открыв глаза, я поняла, что уже раннее утро и что я лежу, свернувшись клубком, где-то под мышкой у дьявольски красивого незнакомца, с которым провела ночь. На мою бедную голову тут же навалились воспоминания вчерашнего вечера. Вспомнила я и сон, в котором проснулась одна возле камина, где меня, голую, застала охрана, а потом выгнала, небрежно и унизительно бросив вслед деньги.
Сердце болезненно сжалось в груди от страха и понимания, что все это не исключено и в реальности.
Неожиданный шум где-то за окном заставил отвлечься от мыслей и вспомнить, что меня на самом деле разбудило. Осторожно приподнявшись, я тихо простонала от последствий вчерашней близости и огляделась. Комнату заливал холодный белый свет, исходивший от снежного пейзажа за окном. Если бы не данные обстоятельства, такое пробуждение не уступило бы самому романтичному моменту – проснуться вдвоем у подножия шикарной украшенной елки!
Взглянув на Самрата, который мирно спал, укрывшись по пояс, я закусила губу и потихоньку начала отползать, забрав с собой один из пледов. По всей видимости, он набросал их для нас еще ночью.
Не без труда поднявшись и мгновенно ощутив головокружение, я осторожно направилась к окну. Меня покачивало, виски пробивала неприятная пульсация, а из-за токсинов алкоголя к горлу подкатывала тошнота.
Щурясь от света, я выглянула в окно и плотнее укуталась в плед, наблюдая за тем, что происходило внизу: отрывисто смеясь и что-то выкрикивая, три до боли знакомые девицы следовали неровной походкой за охранником, который сопровождал их к воротам. Там уже ожидала глянцевая машина. Сзади их подгонял тот самый Беркут, куривший на ходу и небрежно махавший на девушек рукой.
По внутренностям прокатился липкий сгусток. Как будто это я там была, и это я с таким позором покидала дом! Появилось нестерпимое желание как можно скорее уехать отсюда. До того, как проснется хозяин дома. После всего, что случилось, я не выдержу даже одного его взгляда…
Решение пришло быстро. Лихорадочно оглядевшись, я нашла свой клатч, который лежал на тумбочке у двери. Вытащив телефон, просеменила назад к окну, переживая, что не будет связи. Но, как оказалось, зря – телефон выдал полную сеть. И только я собиралась перейти в контакты, чтобы набрать номер Эли, как мое внимание вдруг привлекло промелькнувшее уведомление о сообщении…
– Что ты делаешь? – услышала я строгий хриплый голос позади и вздрогнула от неожиданности.
Не спеша обернувшись, я прижала телефон к груди. Самрат лежал в том же положении, сосредоточив на мне хмурый взгляд.
– Извините… я сейчас соберусь и уйду! – сбивчиво произнесла я, чувствуя жгучий стыд. – Только позвоню девочкам, чтобы машину задержали…
Кажется, он нахмурился еще больше, прежде чем холодно велел:
– Подойди ко мне.
Сердце ухнуло вниз… Ну вот, этот самодостаточный красавец скажет мне все, что думает, и прогонит, оставив на всю жизнь глубокую рану и воспоминания о моем унижении!
Я пересекла комнату и остановилась недалеко от камина.
– Ближе, – терпеливо настоял Самрат.
Выдержав паузу, я ступила на одеяло, приблизившись еще на несколько шагов.
– Наклонись, кое-что сказать тебе нужно.
Уже с неприкрытым волнением глядя на хозяина дома, я подавила дикое желание сбежать и, осторожно опустившись на колени, наклонилась к нему, краснея до кончиков волос. Я не успела даже ничего понять, как Самрат повалил меня на пол и властно прижал спиной к крепкой груди.
– Девочки могут валить на все четыре стороны, – сообщил он непреклонным тоном. – Ты – остаешься!
– Но…
– Спи, еще рано, – отрезал мой похититель и плотнее прижал меня к себе.
Находясь в полном замешательстве, я почти не дышала, наверное, минуты две. Потом, смирившись с происходящим, обреченно выдохнула, даже не думая обольщаться на этот счет. В моих руках все еще был телефон, и, осторожно вывернув руку, я все-таки взглянула на сообщение от незнакомого номера.
«С Новым годом, дочка! Это тяжело объяснить… но нам нужно увидеться. Прошу, свяжись со мной по этому номеру! Мама».
Мой хмурый взгляд еще долго гипнотизировал странное сообщение, прежде чем я тихо фыркнула и выключила дисплей. Ну конечно – мамочка. Привет через тысячу лет! Кажется, кто-то очень сильно ошибся номером.
А глаза и правда слипались. Попытавшись сдвинуться с места и окончательно убедившись, что тиски надежные, я сдалась и решила, что действительно будет лучше поспать. У богатых свои причуды, и пока я в его власти, вряд ли удастся как-то повлиять на происходящее… Скоро проснется, протрезвеет окончательно и на свежую голову будет только рад избавиться от меня!
Медленно вздохнув, я закрыла глаза и почти сразу уснула.
Глава 4
Удерживая в руках теплое обнаженное девичье тело, я с трудом справлялся с диким желанием взять ее прямо в тот момент. Сонную, беззащитную… разбудить требовательным вторжением в податливое тугое лоно и наконец услышать стон наслаждения, а не боли! Казалось, меня возбуждало в незнакомке все: шелковые снежные волосы, разметавшиеся по моей руке, изгибы стройного миниатюрного тела, натуральный девичий запах и даже цвет бледной кожи, который довольно резко контрастировал с моей, смуглой! Член был напряжен до предела, но непокорное возбуждение все же держали прочные титанические цепи, поэтому все, что я себе позволил, – лишь невесомо касаться нежной кожи.
Я не думал, не анализировал, что за дурман окутал мой разум со вчерашнего вечера. Какое-то звериное начало диктовало держать эту недотрогу рядом с собой и всецело обладать.
Мог ли я подумать, что минувшая новогодняя ночь настолько перетасует мои планы?.. Вряд ли. И пока я не мог точно ответить даже себе, к добру ли эти перемены.
А ведь вчера все должно было сложиться иначе. Успешное завершив длительные переговоры по текущему проекту, я планировал поднять победный бокал виски у камина под бой курантов и отдохнуть – вот уже много лет я не изменяю этому плану ни под каким предлогом.
Но что-то с самого утра пошло не так. Препятствия возникали одно за другим, заставляя нервничать весь мой штат: от юристов до экономистов. Но последней каплей стало наглое опоздание второй стороны на встречу для подписания договора, а затем неожиданный отказ от сотрудничества.
Но я не собирался сдавать позиции, напротив, во мне проснулся стратег, с азартом взявшийся за дело. Однако для решения этих проблем требовалось время, поэтому единственное, что испортило мое настроение, – сдвиг сроков открытия нового ресторана.
Вечер был в самом разгаре, когда я не в лучшем расположении духа вернулся домой. Да, Беркут предупреждал насчет мужской компании, но не упомянул, что будет еще и женская. Точнее, отборный ассортимент элитных девочек из эскорта. Не то чтобы я был против таких вечеров, но не у себя дома. И не в этот вечер.
Не знаю, почему сразу выделил блондинку. Даже не оценил, не примерился, а просто заострил внимание на том, как держится эта тихая гостья.
Думаю, и задержался за этим столом дольше, чем планировал, именно из-за странного любопытства, что пробивалось сквозь скуку: я волей-неволей возвращался взглядом к Ане. Потому что она не просто выделялась, а прямо-таки выпадала из компании роскошных коллег, начиная со школьной кукольной внешности и заканчивая больно странным поведением.
«А??у арасында?ы торгай».
Воробей среди лебедей. Точно! Гостья напоминала мне нахохлившегося воробья, именно поэтому я невольно назвал ее про себя Торгай.
В отличие от подруг и их многозначительных взглядов, полных вожделения, Торгай упорно прятала от меня глаза и заметно волновалась, судя по румянцу, что не сходил с ее щек. Ко всему прочему, скромница ни разу не вступила в общие разговоры, не спешила скрасить вечер кому-то из мужчин и вообще как будто была далека от этого мира.
Но все же Аня приехала с ними. И цепями ее никто здесь не держал.
В какой-то момент, в самый разгар всеобщего веселья, когда время близилось к полуночи, а наблюдать за эротическими постановками у меня не было ни желания, ни настроения, я решил уйти.
Но что-то все же задержало меня. Взгляд так и впился в Аню, которая наконец заметила, что развернулось прямо под ее носиком. Я тут же вошел в азарт – стало очень интересно, как она выберется из этой ситуации. И окончательно понял: Торгай попросту была не готова к тому, чем ей придется платить за этот вечер. И хотя казалось, что я раскусил эту маленькую птичку, в ней все равно оставалась какая-то загадка, не на шутку меня раздразнившая.
Чудна?я – зачем вообще сунулась в этот брод?
Задумчиво осушив бокал, я невольно посмотрел на Ноя, который уже полностью переключился на объект моего внимания. По всей видимости, старого пса очень заводила эта ее робость. Он сделал призывной хлопок по дивану жилистой ладонью, а красавица впала в ступор и в поисках спасения взглянула на меня большими серыми глазами. Но сразу поняла, что зря. Умница быстро оценила ситуацию, смогла взять себя в руки, поднялась и спокойно произнесла:
– Извините. Мне нужно отлучиться на минутку!..
На моих губах даже дрогнула улыбка – как все предсказуемо.
– Смотри не задерживайся там! – только и бросил раздраженный Ной, потянувшись к бокалу.
Я переглянулся с ним и понял, что он даже не заметил ничего или же решил, что девочке нужно дать морально собраться. А все потому что, как и я, знал: поначалу они все такие пугливые и стеснительные, но стоит грамотно приласкать, и, словно по мановению волшебной палочки, эти воздушные принцессы превращаются в доступных и на все согласных шлюх.
Я тогда намеренно задержался на лестнице, чтобы поймать ее. И тихо наблюдая, как эта отчаянная беглянка босиком скользит по мраморному полу по направлению к входной двери, почему-то совсем не веселился, а напротив, все больше хмурился. Хотя и предвидел это бегство.
– Дверь заперта, – сообщил ей холодно, разом обломав все намерения. – А чтобы ее открыть, нужен кодовый ключ.
Не знаю, откуда в тот момент взялся гнев, что резким потоком понесся по венам. А после того, как Торгай озвучила свои нелепые отговорки, мне до скрежета зубов захотелось преподать ей урок. Проучить как следует за такую наглость!
Только вот повел я пойманную птичку все же в свою комнату, заведомо зная, что туда никто не посмеет сунуться.
Я не думал над тем, что именно буду делать с этой красавицей. В первую очередь мной двигало навязчивое желание окончательно раскусить девчонку и сорвать с нее маску невинности. А уж потом понять, как она вообще попала сюда. Поэтому, грубо игнорируя просьбу вызвать такси, я начал задавать вопросы в лоб:
– Зачем ты приехала сюда? Неужели думала, что кто-то сжалится и позволит остаться в стороне, если тебя вдруг одолеют сомнения?!
– Но… это какая-то ошибка!.. – молвила Аня, растерянно хлопая ресницами. – Я ничего не знала… Эля, она позвала меня, чтобы я не праздновала Новый год одна, и я подумала, что…
– И ты подумала, – продолжил я за нее, – что за такие деньги кому-то будет достаточно на красоту твою смотреть весь вечер?
Казалось, каждый мой вопрос бил Аню словно плеть, настолько остро она реагировала. В какой-то момент даже создалось впечатление, что она вот-вот разрыдается от такого напора.
– К-какие деньги?.. Я… не знаю ни про какие деньги! – выдохнула Торгай, отступив от меня на шаг.
Черт возьми, ну нельзя же так играть! Так натурально, что даже циник во мне засомневался. На волне этого замешательства я даже допустил мысль, что лучше всего будет просто избавиться от подозрительной гостьи. Раз уж избавил недотрогу от ожидаемой участи, так хватит с нее и этого испуга.
Однако стоило Ане жалобно попросить отпустить ее домой, как что-то щелкнуло в голове. Как будто глубинный затвор сработал, внутренние процессы поменяли полюса, и я не задумываясь отрезал ей все пути к отступлению. Грубо солгал о том, что в такую метель никому не уехать раньше утра.
Притом, что в моем гараже в полной готовности стояли три иномарки.
Зачем это сделал – сам не понял. И до сих пор не понимаю, почему за полчаса до символичной полуночи предпочел своему традиционному комфортному уединению компанию незнакомки. Может, потому что так и не раскусил? Так и не смог понять, в чем ее секрет?
Но как бы там ни было, я решил, что лучше Ане не заблуждаться, а потому без прикрас донес до нее, как на самом деле отношусь к этой дате.
Не знаю, в какой момент захотел эту загадку. Захотел так, что даже все вопросы и подозрения резко отошли на второй план. Когда Аня естественно и без жеманства набивала щечки изысканными закусками, о которых позаботился верный Баят? Или же когда стояла напротив окна, с искренним восхищением глядя на салют? Ведь именно это восхищение так приковало мое внимание к ней, что даже заставило на какое-то мгновение перенестись в далекое прошлое. Туда, где еще не было забот, а только слепая вера в чудеса.
А дальше мое сознание, которое никогда не брал даже самый крепкий алкоголь, словно пеленой накрыло. Вопреки здравому смыслу я пошел на поводу у вспыхнувшего желания – захотел вкусить этот плод, которому удалось пробить брешь в моей избалованной во всех смыслах натуре. Но только так, чтобы не боялась. Чтобы не мешала неопытность на этом скользком поприще, и первый раз моей пленницы прошел максимально сглаженно, а самое главное – добровольно.
Однако когда девичье тело, такое хрупкое и манящее, оказалось в моих руках, изнутри словно высвободилось что-то. Что-то животное и необузданное. Я сжимал шелк снежных волос, втягивал запах Ани и чувствовал, как едет моя крыша, будто учуял в этом запахе высший сорт наслаждения!
– Не бойся, – сказал уверенно, чувствуя, как сжалась недотрога. – Все будет хорошо.
А затем я попробовал на вкус сочные губы, которые красавица робко приоткрыла, растерявшись от накатившей волны возбуждения. Да, я чувствовал ее желание, именно поэтому мне с большим трудом удавалось сдерживать себя. Точнее то, что неожиданно поднялось с глубины, и то, что уже было не остановить.
– Нет!.. – услышал я, когда прижимал Аню к стене и поймал ладонью соблазнительную вершину ее груди.
Она начала выворачиваться и отталкивать, чем не отрезвила, а напротив, вызвала неуправляемый приступ ярости. Какой уже был смысл строить из себя скромницу? Бушующая энергия внутри больше не давала возможности церемониться. Поэтому, поймав нежный подбородок Ани твердой рукой, я впился в ее лицо потемневшим взглядом и жестко велел:
– Прекрати.
Различив ступор в серых бездонных глазах, я развернул красавицу лицом к стене и постарался взять себя в руки. Чувствуя, как дрожит ее живот под моей ладонью, я склонился к маленькому ушку и начал гипнотизировать страх пойманной птички.
– Успокойся, Аня. Я не стану делать что-то против твоей воли!
Да. Это был коварный ход. Потому что я слишком хорошо чувствовал силу пламени ее ответного желания. И знал, как разбудить то, с чем загадочная гостья точно не справится. Возможно, в тот момент она тоже каким-то образом поняла это и… подчинилась.
Больше не было разговоров – только действия. Мои ласки, которые не давали Ане опомниться, пока руки ловко освобождали стройное, миниатюрное тело от одежды. Несдержанные движения еще больше распаляли и пробуждали в недотроге настоящую страсть, с которой было бессмысленно бороться.
Я сам с трудом мог контролировать это. Особенно когда Аня предстала передо мной обнаженная, пытаясь спрятать свою красоту. Я просто не мог отвести глаз. Как будто мой личный компас, который давно размагнитился, теперь указывал стрелкой только на нее. Я хотел видеть ее всю, исследовать руками каждый сантиметр ее тела и еще больше заводиться от разгулявшегося аппетита.
Обычно для подобных утех кровать меня вполне устраивала. Но не в этот раз. Сам не понял, что толкнуло меня сдернуть одеяло и расстелить его прямо у камина. Но мне хотелось именно этого. Здесь. В тот момент. С ней.
Уложив Аню и склонившись над ее нежным телом, я не спешил поддаваться страсти, уловив трепет в серых глазах. Взгляд красавицы был таким глубоким и доверчивым, что я не позволил себе этим пренебречь. Не хотел ломать ее, потому действовал терпеливо до тех пор, пока не почувствовал, что Аня готова принять меня. Пока не увидел, что она словно опьянела от желания, и тогда толкнулся в горячее, влажное и очень тугое лоно.
– Черт!.. – рыкнул после неожиданного крика, который никак нельзя было принять за крик удовольствия.
Сжавшись подо мной, девочка с ласковым именем Аня, которое именно с того момента врезалось мне под корку, зажмурилась, не в силах сделать вдох.
Девственница, черт возьми!
Девочка, которая пыталась войти в мир денег таким грязным путем, была девственницей! Теперь все встало на свои места. Вот почему она вела себя так. Вот почему весь вечер я не мог сопоставить и раскусить Аню, несмотря на такую очевидную обстановку.
Давно мои внутренние ориентиры не были в таком раздрае… Но я не позволил убежать смущенной красавице, которая начала рьяно вырываться после нового толчка. Дело нужно было доводить до конца.
– Не сопротивляйся! – велел я сдержанно, прочно удерживая ее под собой. – Назад нельзя, нужно потерпеть.
Она послушалась. Или же решила довериться опыту чужого, но взрослого человека, стойко выдерживая мои уверенные движения. Именно поэтому все прошло гораздо быстрее и безболезненнее, чем могло бы быть. Ну а мучить пленницу лишний раз я не собирался.
С этого момента и проснулись инстинкты. Хотя, возможно, началось все гораздо раньше, еще за столом – когда я только выделил ее. Но девственность Ани стала неожиданностью и все обострила настолько, что, даже когда сексуальное желание было удовлетворено, желание ею обладать не прошло. И вместо того, чтобы оставить беззащитную красавицу в покое и дать ей уединиться, я, напротив, собственнически притянул хрупкое тело к себе. Начал успокаивать и, чувствуя, как замедлялся пульс Ани, понял, что успокаиваюсь и сам.
Помню, что перед тем, как провалиться в сон, я смог более трезво взглянуть на ситуацию и решил, что отпущу ее утром. И конечно же, как никогда щедро возмещу то, что взял у загадочной гостьи этой ночью.
Но как же я ошибался, полагая, что контроль в моих руках…
Аня проснулась раньше. Даже не оделась, а уже побежала к окну вызывать подруг, чтобы уйти, пока я спал. Эта картина послужила катализатором. Но как только я услышал ее извинения, все вчерашние планы окончательно отошли в сторону, покорно уступая только одному властному порыву: нет, Торгай, никуда ты не уйдешь.
Да – дико, эгоистично, необъяснимо. Но, придвинув обнаженное тело вплотную к своему и снова вдохнув ее манящий аромат, я понял, что пока меня устраивает только этот вариант. И даже теперь, когда я уже непозволительно выспался, а загадочная красавица все еще лежала под моим боком, это ощущение комфорта никуда не ушло.
Я нахмурился. Не спеша перекатившись на спину, бесшумно отстранился от Ани и наконец заставил себя подняться. Лениво передвигаясь, направился в ванную, захватив по пути телефон. На вызов ответили незамедлительно.
– Блондинка, что осталась у меня. Узнай все о ней.
Глава 5
Как же тяжело выбираться из сонной неги… Как же неохота покидать эти сладкие объятия… Но больно настойчивыми были маячки внутри. Они напоминали мне, что там, наяву, нет безопасности и комфорта. Поэтому пробуждение оказалось не самым приятным.
Еще не открыв глаза, я настороженно прислушалась к ощущениям. Тихо и пусто. Пустота ощущалась настолько явно, что, открыв глаза, я уверенно огляделась, чтобы убедиться, что одна в постели и в комнате.
Отлично. Самое время уходить!
Обернувшись пледом, я неуклюже поднялась на ноги и поспешила в ванную, на ходу пытаясь найти платье. Но его нигде не было.
– Да блин… – выдохнула я, растерянно уставившись в ту часть комнаты, где меня точно «раздевали».
Никаких следов. Даже белья не нашлось, и это заставило меня не на шутку разнервничаться. Что это вообще значило?
Раздосадованно укусив губу, я покосилась в сторону ванной, а затем увидела шкаф на полстены и, не теряя времени, двинулась к нему. Богатый, аккуратно сложенный гардероб предстал передо мной. Я быстренько стянула первую попавшуюся рубашку белого цвета и, закрыв шкаф, на цыпочках продолжила путь в ванную.
Теряясь в неожиданно большой глянцево-синей уборной, скинула плед и юркнула в душевую. Волосы пришлось перевязать ниткой от крестика – времени сушить их у меня точно не было. Помылась я довольно быстро. Только немного задержалась на самом интимном месте, которого боялась даже касаться, и в итоге лишь без толку поводила рукой вокруг.
Вытершись полотенцем, я дрожащими от волнения пальчиками накинула рубашку, застегнула на все пуговички и поспешила в комнату с аккуратно сложенным пледом в руках. И только открыла дверь и сделала шаг, как тут же закрыла ее. Потому что сначала в нос неожиданно ударил запах еды, а уже в следующую секунду я увидела его.
Самрат стоял возле стола, которого вчера не было… как и двух кресел на ножках. Кажется, он бесстрастно изучал блюда, которых для завтрака было многовато, как я успела заметить.
Блин, ну глупо же так стоять! А если он меня увидел?
С этой мыслью я решительно вдохнула и уже потянулась к ручке… но дверь открылась сама.
Взгляд черных глаз буквально парализовал. Я даже забыла как дышать, так опешила от неожиданности и властной энергетики хозяина дома. Он, в свою очередь, сразу обратил внимание на рубашку, что я без спроса надела, но тем не менее никак не отреагировал. Лишь на миг в черных глазах мелькнул огонек, похожий на интерес.
– Выходи, – тихо, но твердо велел Самрат. – В этом доме ты нигде не спрячешься от меня.
Смятение накатило колючей волной и, принявшись изучать свои босые ноги, я пролепетала:
– Я не пряталась… я просто…
Однако никто не стал слушать мои нелепые попытки объясниться, и скупой на эмоции восточный красавец молча освободил дверной проем и направился к столу. Сделав медленный вдох, я робко последовала за ним, хмуро гипнотизируя широкую спину в светлой водолазке, которая особенно подчеркивала рельефность его фигуры. Замерев в нескольких шагах от стола, я намертво вцепилась в плед, которым прикрывалась, насколько это было возможно, и спросила, стараясь противиться неуправляемому трепету перед Самратом:
– А… где моя одежда?
Он тем временем не спеша сел в одно из кресел и устремил на меня испытующий взгляд.
– Сядь, поешь, – услышала я вместо ответа.
Растерявшись на несколько секунд, я лишь мельком посмотрела на аппетитные блюда, прежде чем вежливо отозвалась:
– Спасибо, я… не голодна.
Конечно, это была неправда. Несмотря на вчерашний плотный ужин, от одного вида еды мой желудок сжался в голодном спазме. Но то, что вопреки моим ожиданиям, я все еще была здесь, уже начинало откровенно настораживать! И с каждой секундой эта настороженность прогрессировала.
– Знаете, мне правда уже пора ехать домой! – сообщила я с твердостью в голосе. – Так что не могли бы вы…
Слова так и застряли в горле, когда Самрат вдруг поднялся и начал приближаться с медленной, но уверенной грацией хищника. Легкое движение, и плед исчез из моих рук. Горячая ладонь на пояснице, по которой тут же ток прошел, и я уже рядом со вторым креслом, что для меня любезно отодвинули.
– Сначала поешь, – повторил он с нажимом, контролируя, чтобы я села. – А потом мы поговорим.
Надо сказать, трудно не поджать лапки, когда ты стоишь без нижнего белья в чужой рубашке, а крепкий влиятельный владелец этой рубашки настаивает на таком незначительном моменте. А еще это его «потом поговорим» прямо-таки не вселяло оптимизма…
Тем временем бессовестный похититель уже взял тарелку и, без спроса наполнив ее по своему усмотрению, поставил возле меня. Прямо как вчера. А дальше, не обращая внимания на мой заторможенный вид, придвинул второе кресло ближе и, усевшись в него, выбрал завтрак для себя.
Украдкой наблюдая, как он начал есть, я сглотнула слюну и тоже нерешительно взялась за вилку. Стараясь отогнать навязчивое ощущение чужого контроля, я принялась задумчиво жевать изумительно вкусные блюда. Жаль только, сложившиеся обстоятельства не позволяли мне в полной мере ими насладиться. Ведь страшный вопрос уже пронесся в сознании: в чьих же руках я оказалась?!
Некоторое время мы ели молча. Казалось, каждый мускул моего тела напрягся до предела, настолько неуютной была эта тишина. По крайне мере для меня. Самрат же, судя по всему, чувствовал себя абсолютно комфортно.
В какой-то момент я с тихим стуком отложила вилку и, опустив руки на сведенные колени, сжала пальцами края рубашки, что с натяжкой прикрывала мои обнаженные бедра.
– Теперь я могу ехать домой? – спросила я, поймав момент, когда хозяин дома глянул на мою тарелку, опустошенную лишь на треть.
Он не сразу ответил. Как будто специально оттягивал момент, как ни в чем не бывало продолжая трапезу. Однако вместо ответа я услышала неожиданный вопрос:
– Зачем?
С таким же неестественным самообладанием Самрат встретил мой взгляд, полный настороженности и недоумения. Но я даже не успела ничего соврать или придумать что-то уместное, как он меня снова ошарашил.
– Ты ведь учишься? – спросил проницательный похититель, беззаботно отложив приборы и стянув салфетку.
Так, стоп, паника! Все же логично – что еще я могу делать в восемнадцать лет?
– Да… – осторожно отозвалась я, чувствуя, как от волнения начинают холодеть пальцы на руках.
– Значит, как и положено во всех учебных заведениях, у тебя каникулы. – Самрат уже не спрашивал, он утверждал.
Я растерянно сомкнула губы. Больше не решалась что-то комментировать, лишь напряженно ожидала, к чему выведет этот странный разговор.
– Так зачем тебе нужно домой, Аня? Кто-то ждет тебя там? – спросил хозяин дома, а я почувствовала странную реакцию оттого, что он просто назвал мое имя. – Насколько мне известно, ты живешь одна. И твой тихий образ жизни мало кого привлекает из сверстников.
Сердце забилось быстрее. Я лихорадочно соображала: откуда он это знает?
– Может, ты торопишься к подруге, которая живет с тобой в одном доме и которая вчера привела тебя сюда?! – продолжал Самрат допрос, до колючих мурашек пугая меня своей информированностью. – Это ведь она тебе одежду дала? Вряд ли такие наряды найдутся у простой девочки, которая прилежно учится на бюджетном и живет в однокомнатной квартире, что досталась ей от государства.
Мои щеки точно кипятком ошпарило. От стыда и смятения захотелось провалиться сквозь землю. И я не выдержала. С шумом отодвинула стул и резко поднялась, чтобы убежать куда угодно. Но меня тут же бесцеремонно поймали за руку.
– Я тебя не отпускал, – строго заметил Самрат и почти рывком усадил меня к себе на колени, легко пресекая любую попытку вывернуться из его рук.
Когда от моего сопротивления осталось лишь шумное дыхание, я отвела взгляд, полный захлестнувшей меня обиды. Но это не помешало бесцеремонному похитителю настойчиво поднять мое лицо за подбородок.
– Я не пытался тебя оскорбить или унизить, – серьезно сказал он, заставляя смотреть на себя. – Такова жизнь, от этого никто не может быть застрахован! Но теперь я по крайней мере понимаю причины, по которым ты могла пойти на это.
Я нахмурилась, а в глазах отразилось недоумение.
– Вы так и не поверили мне? – спросила севшим голосом. – Даже несмотря на то, что вчера вы…
Я прикусила губу и опустила голову, стараясь проглотить подобравшийся к горлу ком. И только взяв себя в руки, смогла ровным тоном выдавить то, что никак не укладывалось в моей голове:
– Тогда скажите, почему я до сих пор здесь?
Самрат медленно склонил голову набок.
– Потому что ты мне нравишься, – спокойно сообщил он.
Я вспыхнула от смущения. А в следующую секунду и вовсе замерла, когда его рука поднялась от моей спины к шее и уверенно зарылась в волосах. Я даже не успела разобрать: плакать мне или радоваться его признанию? Ведь так легко оно прозвучало, точно этот состоятельный красавец ничего такого в эти слова и не вкладывал!
Мужские пальцы тем временем начали не спеша поглаживать мою голову, как если бы Самрат намеренно хотел меня успокоить. И это оказалось так неожиданно приятно, что по телу тут же разбежались непослушные мурашки…
– Будет проще, если ты перестанешь переживать из-за того, что я могу о тебе подумать, – сказал он, прекрасно чувствуя, как я теряюсь от его манипуляций. – Ведь если ты до сих пор здесь, значит, уже допускаю, что ты говоришь правду.
Неожиданно этот восточный чародей придвинул меня вплотную к себе, заставляя мгновенно подобраться. Внутри разошлись будоражащие импульсы, а когда его рука вдруг оказалась на моем бедре и беспрепятственно проникла между ног, тело бросило в жар. Вцепившись в предплечье Самрата, я рвано выдохнула и попыталась свести ноги. Но он не дал.
– Не надо!.. – только и проронила я стыдливо, встретившись с черными глазами.
Лицо горело огнем, а внутри все вытянулось струной. Казалось, стоит только вздохнуть, и она лопнет!
– Еще болит? – спросил он хмуро, игнорируя мой ступор и осторожно, но умело изучая меня там.
Не в силах смотреть в глаза хозяина дома, я несколько раз кивнула, чувствуя, как от волнения на теле выступила испарина. Хотя мне не было больно, скорее, неловко…
– Кровь была, когда ты в душ ходила? – следом уточнил он, еще больше вгоняя меня в краску, да таким серьезным тоном, что я даже напряглась.
– Не знаю… Нет, кажется, – неуверенно призналась я и растерянно замерла, встретившись с напряженным взглядом Самрата.
И даже не успела ничего понять, как он поднял меня со своих колен и, взяв за руку, повел за собой.
– Пойдем.
Когда мы оказались в ванной, этот любитель покомандовать сразу подтолкнул меня к душевой кабине.
– Разденься, – велел он, легко выдержав мой вспыхнувший возмущением взгляд.
– Зачем это? – спросила я подозрительно, обняв себя руками.
Самрат шумно вздохнул и терпеливо ответил:
– Не буду врать – мне нравится, как ты смотришься в моей рубашке, но она будет мешать.
В его голосе не было даже намека на иронию, но я все равно не спешила слушаться. И дождалась того, что он сам начал приближаться, за пару шагов загнав меня в угол.
– Перестань дрожать. – Самрат ловко расстегивал пуговицы, несмотря на то, что я старательно мешала ему это делать. – Наедине со мной ты не должна стесняться. Тем более я уже видел все, что ты прячешь.
Так же ловко он освободил меня от рубашки и, не обращая внимания на мое горячее смущение, позволил самой зайти в душевую кабину. И ведь я даже не могла предположить, что меня ждет. Но то, что он был одет, почему-то настораживало еще больше. Мой бесцеремонный похититель лишь небрежно подтянул рукава, прежде чем вытянул шланг и включил воду.
– Раздвинь ноги, – услышала я неожиданное указание.
Я, потирая кожу, сплошь покрытую колючими мурашками, в полной растерянности уставилась на Самрата.
– Что? – только и выдохнула, догадавшись наконец, что он собрался делать.
Но хозяин дома уже потерял терпение, потому что тут же притянул меня ближе и с каменным выражением лица сам развел мои ноги.
– Тебе нужно было сразу это сделать, – заметил он, настойчиво, но бережно вторгаясь в нежные складочки. – Такая небрежность может плохо закончиться.
Мне пришлось закусить щеку, чтобы не простонать от дискомфорта и унизительного положения. И хотя теплая вода хорошо сбивала болезненные ощущения, я все же не смогла сдержать сдавленного стона. Да и вообще, мне стало уже так не по себе от всего этого, что слезы сами собой навернулись на глаза.
Пряча глаза, я успела вытереть мокрые дорожки на щеках, прежде чем Самрат отстранился и выключил воду. Кажется, он ничего не заметил, потому что сразу направился за полотенцем. Стараясь проглотить появившийся в горле ком, я молча снесла, когда этот заботливый командир завернул меня в него, точно ребенка, и вынес из душевой кабины.
Только в комнату он не спешил. Возвышаясь надо мной, ласково провел ладонью по щеке.
– Я хочу, чтобы ты провела со мной некоторое время.
Самрат сказал это бархатным, пронизывающим голосом, и я бы наверняка растаяла от такого предложения. Если бы не обстоятельства, при которых попала в этот дом. И он не стал игнорировать замешательство, отразившееся на моем лице.
– Это не значит, что я к чему-то тебя обязываю, Аня, – заметил князь-искуситель, глядя мне прямо в глаза. – Что бы ты ни думала, у меня не так много свободных дней в году, и, как правило, я их ни с кем не делю. Но в этот раз я решил нарушить традицию. Хочу, чтобы эти дни ты провела здесь. Рядом со мной.
Мой настороженный вид говорил сам за себя, однако я все же решилась задать вопрос:
– Но… что это будет значить? В качестве кого вы хотите, чтобы я осталась?
Черные глаза задумчиво скользнули по мне.
– Если тебя устроит, считай, что в качестве гостьи.
Конечно, после такого ответа внутреннее напряжение ощутимо поубавилось… но все же не настолько, чтобы я сразу расслабилась.
– Не надо меня бояться, – добавил вдруг Самрат ледяным тоном. – Я не зверь и не собираюсь тебя истязать.
– Я вас не боюсь, – тут же возразила я, волчонком взглянув на него.
Как ни странно, но после этого черты лица хозяина дома тут же смягчились, а черный взгляд потеплел так, что дыхание сбилось.
– Вот и умница, – ласково улыбнулся он. – Только я все же предупрежу: если вдруг обратишься ко мне на «ты», я тебя не съем.
Уловив мою растерянность, Самрат лукаво прищурился, отчего я заволновалась еще больше и невольно смяла пальцами края полотенца.
– Просто не понимаю… почему я? – проронила я, желая во что бы то ни стало разгадать мотивы этого человека, а самое главное – попытаться отвлечься от искорки, без спроса разгоревшейся в груди.
Но отвлечься не получилось. Потому что Самрат неожиданно наклонился так близко, что я уловила аромат его кожи. А затем, обжигая горячим дыханием, прошептал на ухо:
– Мне нравится, как ты краснеешь. – Его баритон, казалось, пробирал насквозь. – А когда волнуешься, твой пульс можно даже услышать.
От его слов… от близости мужского тела как-то сразу стало тяжело дышать. А когда рука Самрата легла мне на затылок и теплые губы невесомо коснулись ушной раковины, я вздрогнула от разряда, что пробежал по телу и закончился дрожью внизу живота.
– Пока я сам себе не могу ответить, почему ты, – заметил он, когда его губы оказались рядом с моими.
Где я была в этот момент?.. Не знаю… Где-то в невесомости, где не нужно думать, подчиняться воле и внимать остаткам разума.
А что со мной стало, когда Самрат поцеловал меня? Уверенно прижал к себе, накрыл мои губы и властно развел их языком… Я пропала. Окончательно и бесповоротно. Внутрь проникли его запах и вкус, они пропитали меня, и, казалось, я была готова согласиться на все, пока этот дурман управлял мной!
Но… неожиданно все прекратилось. Самрат отстранился, и только теперь я смогла увидеть непроглядную ночь, что собралась в его глазах. Казалось, секунда – и он сорвется. Или же это я была готова сорваться в пропасть, тогда как невозмутимый князь легко контролировал себя…
Какие-то звуки вдруг донеслись из комнаты, заставляя нас обоих очнуться. Самрат сразу отреагировал, посмотрев на приоткрытую дверь ванной и, не говоря ни слова, вышел. Некоторое время я растерянно стояла на месте, слушая, как он приглушенным голосом говорит по телефону, а после в комнату явно кто-то зашел. Пара коротких фраз, какое-то шуршание, и дверь снова хлопнула.
Я плотнее закуталась в сырое полотенце, когда хозяин дома вернулся и, окинув меня придирчивым взглядом, сказал:
– Идем. Все хорошо.
Он дождался, пока я подойду, опустил ладонь на мою спину и повел в комнату.
Когда я увидела целый десяток больших прямоугольных пакетов, кем-то оставленных посреди комнаты, то сразу в замешательстве взглянула на Самрата.
– Выбери себе, что понравится, и то, в чем можно ходить по дому, – беззаботно произнес он, а сам отошел к камину, отвечая на очередной звонок.
Некоторое время я тупо стояла, переминаясь с ноги на ногу. Затем все же поддалась девчачьему любопытству и заглянула в один из пакетов. Вытащив что-то шелковое и похожее на блузку, я тут же выронила это обратно и выпрямилась, заметив, что Самрат уже обернулся. Он завершил разговор, в момент оценил ситуацию и уверенно направился ко мне. Точнее, к пакетам, и принялся с напряженным видом выкладывать их содержимое на диван.
Хозяин дома остановился, только когда выбрал нижнее белье, белую рубашку из легкой ткани и велюровые стрейчевые брюки стального цвета. Не забыл он и об обуви, и на пол рядом с диваном встали белые туфли на аккуратном каблучке.
Как-то сразу в голове пробежала мысль, что все содержимое пакетов было моего размера… Всех десяти огромных пакетов! Господи, да я как будто в фильм какой-то попала… Только вот не была уверена, какой жанр для меня уготовила судьба: мелодраму или все же драму?
Самрат между тем уже разложил все выбранное им на кресле и сообщил:
– Это подойдет.
Со стороны я, наверное, смотрелась дико, но ничего не могла с собой поделать и, заметив мою нерешительность, он не стал дожидаться, пока я осмелею. Не спеша приблизился и поднял мое лицо за подбородок. Его большой палец приятно поглаживал кожу, но внутри меня все так и звенело от напряжения.
– Одевайся и выходи, – услышала я в какой-то момент и отмерла.
А когда Самрат отстранился и направился к выходу из комнаты, я проводила его растерянным взглядом до самой двери.
Боже, да что же это со мной?.. Даже страшно становилось от того, что происходило внутри рядом с ним! Ведь я так и не ответила на предложение погостить, но похоже… этот восточный господин уже получил ответ.
Когда я оделась, мне даже в зеркало не нужно было смотреть, чтобы понять – все сидит идеально! И перед тем как выйти, снова покосилась на пакеты – не верилось, что все это для меня. Но особенно трудно было правильно расценить, что подразумевал под собой этот жест: заботу или все же жалость к обделенной девочке, которая оказалась рядом с состоятельным мужчиной?
Он ждал меня у лестницы. Молча оценил мой вид и взял за руку. Я опустила глаза и взволнованно поправила прядь волос, что выбилась из свободной косы.
– Идем, – услышала я мягкое повеление и послушно последовала за Самратом.
Он устроил мне экскурсию по дому. Не выпуская ладони, провел по второму этажу, показал кабинет, закрытую веранду с панорамными окнами, выходившими на ухоженную территорию за домом и запасную лестницу, по которой мы и спустились на первый этаж. Здесь располагалась кухня, спортзал, несколько гостевых комнат и… тот самый зал для отдыха за аркой. Самрат его миновал и направился в библиотеку, которая больше всего меня поразила – своими габаритами и завораживающим оформлением в винтажном стиле.
Вся экскурсия прошла практически без слов. Владелец этой роскоши отпускал лишь редкие комментарии, когда мы входили в ту или иную комнату. Но в этом молчании, как ни странно, я чувствовала себя комфортно. Я волновалась просто оттого, что он держал меня за руку и знакомил с домом. С домом, но не с собой…
Даже несмотря на то, что я провела ночь с этим мужчиной и осталась в его обители, я по-прежнему даже не представляла, с кем добровольно остаюсь наедине.
Последняя комната, в которую Самрат привел меня и где нам суждено было задержаться, оказалась самой необычной в доме. От растерянности я даже замерла, не сделав и двух шагов от двери. Как будто всего лишь переступив порог, перенеслась из Европы с ее выдержанной классикой на Восток!
Это было очень просторное помещение с высокими потолками, отделанное преимущественно в золотых и коричневых тонах. Здесь стены, пол, да и все вокруг сплошь украшали узоры и орнамент. Под ногами – красивейший ковер. Роскошные сатиновые шторы раздвинуты. Мебели почти нет, и вообще, ничего лишнего нет.
Главной частью интерьера служил стол, что стоял посреди комнаты. Необычный, как и все вокруг: длинный, овальной формы и очень низкий. В центре этого стола, накрытого белоснежной скатертью, находился тяжелый керамический чайник. А остальную его часть занимали кем-то щедро расставленные разнообразные угощения: орехи, цукаты, фрукты, какая-то экзотическая выпечка… И все это явно приготовили заранее! Я даже различила пар, что шел из носика пузатого чайника чудно?й приплюснутой формы.
Стульев я не увидела. Вокруг стола, прямо на ковре, были симметрично разложены тонкие цветные матрасы одинаковых размеров или даже одеяла. А еще подушки, которые, по всей видимости, и служили здесь стульями.
– Проходи, присаживайся, – Самрат мягко подтолкнул меня к столу.
Я пошла не спеша и очень нерешительно, потому что даже не представляла, с какой стороны вообще подходить нужно. К счастью, гостеприимный хозяин не стал испытывать меня на сообразительность. Подвел к столу, выбрав самое удобное, по его мнению, место, а затем умело и показательно сел в позу лотоса на те самые матрасы.
Ну точно восточный князь!
С каким-то загадочным блеском в глазах, наблюдая за каждым моим движением, он дождался, пока я сяду рядом. Только я все же отличилась и села на коленки, почему-то считая позу на японский манер более скромной и уместной. Правда, надолго меня не хватило – оказалось не так-то просто сидеть на пятках, поэтому пришлось плавно переместиться на бочок.
Самрат, ничего не спрашивая, выбрал две чашки из стоявшего вокруг чайника ряда и поставил возле нас. Кстати, только тогда я заметила, что у этих чашек не было ручек… Дальше он плавным и уверенным движением наполнил их чаем где-то наполовину. Даже не знаю почему… Может, чтобы не обжечься с такой посудой?
Меня окутал терпкий пряный аромат, и руки сами потянулись за чашкой – так захотелось попробовать. Чай, кстати говоря, оказался не таким горячим, чтобы трудно было держать чашку, а вкус – одно наслаждение. В жизни ничего подобного не пробовала!
Пока я смаковала теплый напиток, Самрат уже успел наполнить тарелочку сладостями и протянул ее мне. Сам же, одним глотком опустошив свою чашку, вдруг поднялся из-за стола и направился в дальнюю часть комнаты. Задумчиво отправив в рот миндаль, я украдкой наблюдала, как он задержался у музыкальной установки, а затем продолжил путь к деревянному стеллажу. Там находились какие-то вытянутые металлические кувшины и кальяны разных размеров и цветов. Красивая музыка с восточными нотами и спокойным мотивом уже разлилась по комнате, когда загадочный хозяин дома выбрал один из них. И пока я пила чай, он подготавливал все необходимое на специальном столике.
Когда Самрат вернулся, хрустальный пузатый сосуд уже был наполнен… молоком? А на его макушке дымились разогретые угольки. Так же, не спрашивая, он налил мне еще чаю, а сам принялся раскуривать кальян.
Молоко забурлило в сосуде, и фруктовый дым быстро заполнил пространство вокруг нас. А я настороженно, хоть и не без любопытства, следила за происходящим. Ведь кальян невольно ассоциировался у меня с чем-то не очень хорошим… С чем-то недоступным для всех и запретным. Сразу приходили в голову фильмы, где за кальяном, как правило, проводились не самые скромные посиделки.
– Хочешь попробовать? – обратился ко мне Самрат в какой-то момент.
Он усмехнулся, когда я слишком усердно замотала головой.
– Я выбрал самое вкусное для заправки, тебе понравится, – продолжил он искушать меня, протянув трубку с металлическим кончиком. Но я лишь недоверчиво уставилась на нее.
– Ни разу не пробовала? – последовал вопрос, на который я снова дала отрицательный ответ. Только более неохотный.
Похоже, это успокоило гостеприимного хозяина, потому что он больше не стал настаивать. Поднес трубку к губам, не отрывая от меня глаз, и медленно втянул белый дым. А я, завороженная этим зрелищем, даже не отреагировала, когда он вдруг подался вперед и, захватив мою шею сзади, притянул к себе. Самрат ловко поймал мои губы, чтобы с уверенным поцелуем запустить этот дым внутрь…
Он выдыхал очень бережно – лишь дал мне попробовать аромат, но с непривычки горло так засаднило, что я начала кашлять. Князь-искуситель сразу отпустил меня, и очень скоро в моих руках оказалась чашка с чаем, который за пару глотков помог успокоить першение в горле. Но даже после этого я чувствовала на языке насыщенный вкус черешни, который наверняка теперь будет ассоциироваться у меня с его бархатным смехом.
Глава 6
Самрат больше не делал попыток соблазнить меня кальяном. Да только с какого-то момента уже я сама начала бросать недвусмысленные взгляды в сторону сосуда каждый раз, когда он клал трубку на поднос. Смотрела и понимала, что не откажусь от новой порции! И дождалась – проницательный хозяин все понял без слов и после очередной затяжки протянул мне трубку, которую в этот раз я хоть и робко, но взяла.
Уж не знаю, то ли это дурацкое самовнушение по поводу вредности кальяна, то ли новые впечатления, но на какой-то затяжке я начала хихикать. По комнате разносилась спокойная восточная музыка, рядом сидел мужчина, от красоты и уверенности которого меня бросало в дрожь, вокруг была просто невообразимо волшебный антураж, и, видимо, поэтому я как будто охмелела.
А Самрат так спокойно наблюдал за этим, что даже не по себе становилось. Наверное, я была для него забавой… Эдакой неискушенной, непосредственной и очень любопытной особой. И хотя эта мысль была лишь догадкой, она задевала что-то внутри меня. Неприятно задевала.
– Расскажешь, о чем думаешь? – спросил он, ласково убирая прядь моих волос с лица, когда я в очередной раз не смогла сдержать улыбки.
От этого простого жеста мои щеки вспыхнули. Но, несмотря на смущение, я не стала скрывать неадекватных мыслей, что влияли на мое настроение.
– Не знаю, просто это все… – проронила я, оглядывая комнату. – Как будто я оказалась в каком-то сказочном дворце эмира! Не верится, что все это по-настоящему.
Хозяин дворца сдержанно улыбнулся и как бы невзначай забрал у меня трубку. Видимо, от греха подальше.
– Все по-настоящему, Аня, – серьезно уверил он. – Но я не эмир. И даже не араб. Я – казах.
Мой взгляд, полный живого интереса, тут же устремился на Самрата. Стоило ему что-то раскрыть о себе, как захотелось узнать гораздо больше! Почему-то я даже не предполагала, что он может быть казахом… Черты его лица трудно было назвать типичными для этого народа.
– Должно быть, тебя сбил с толку кальян, – заметил вдруг мой загадочный знакомый, кивнув в сторону сосуда. – Но в наше время такая вещица есть у каждого второго и она не отождествляется с нашей культурой. Просто это мой способ расслабиться. Видимо, вторая половина, что существует в моей крови, стремится к разнообразию и свободе.
– Вторая половина? – повторила я неосознанно.
А Самрат так взглянул на меня, будто не ожидал, что я придам значение этому упоминанию.
– Да, – отозвался он как-то сухо и, отложив кальян, потянулся за телефоном, что завибрировал на столе. – Моя мать была русской. Говори!
С хмурым выражением лица Самрат сосредоточился на разговоре, а я уставилась на него так, будто решила во что бы то ни стало пробраться в его голову! Ведь, несмотря на то, что он сказал это почти равнодушным тоном, я уловила главное слово – «была». А еще поняла, почему у этого мужчины необычной красоты не прослеживалось явных азиатских черт. Он был метисом.
– Я понял. Сейчас буду, – кого-то коротко уведомил Самрат и уже хотел нажать отбой, но не успел.
Ему что-то такое сообщили, отчего красивое лицо стало еще более хмурым.
– Что? – грозно рыкнул он. – И я только сейчас об этом узнаю?!
Неожиданно в дверь постучали. Причем так настойчиво, что хозяин дома впился в нее потемневшим взглядом и, поджав губы, нажал отбой.
– Заходи, – громко бросил он.
Дверь сразу открылась, и в комнату шагнул крепкий мужчина, одетый в строгий деловой костюм. Взрослый, с коротким ежиком на голове, он как солдат сложил руки за спиной и обратился к Самрату:
– Самрат Исметович, простите за беспокойство… – Хотя он говорил твердо, я различила в голосе незнакомца нотки вины. – Мне только что доложили, что вас не успели…
Он так и не договорил, потому что дверь за его спиной резко распахнулась, да с такой силой, что ударилась о стену. А после в комнату уверенным шагом зашел еще один мужчина. И этот незнакомец в дорогом кашемировом пальто так презрительно покосился на охранника, что я сама невольно подобралась.
– Свободен! – приказал он.
Но охранник сначала посмотрел на Самрата и, только получив разрешение, удалился. Так мы остались втроем… Представительный незнакомец в возрасте с черными волосами, разбавленными проседью, и угольно-черными глазами бросил лишь небрежный взгляд в мою сторону. Все его внимание было приковано к главному мужчине этого дома.
– С Новым годом, Самрат, – произнес он ледяным тоном. – Ты уж прости, что я без приглашения.
– С Новым годом, отец, – хладнокровно отозвался сын, даже не шелохнувшись, тогда как я захотела слиться с интерьером.
От стыда и смятения бросило в жар. Появилось неестественно четкое ощущение, что этот мужчина все понимает и знает! В том числе и при каких обстоятельствах я оказалась в доме его сына…
– Скажи своей барышне, – услышала я скрипучий голос, – чтобы покинула помещение. Нам нужно поговорить.
По телу разошлись неприятные иголки. Я украдкой покосилась на Самрата, прежде чем начала неловко подниматься.
– Сиди, – тут же услышала я тихий, но стальной приказ, и застыла.
Он не смотрел на меня. Его темный взгляд схлестнулся с властным взглядом напротив.
– Это барышня – моя гостья, – подчеркнул хозяин дома. – Прояви уважение, отец.
Ошарашенно уставившись на него, я не могла поверить в то, что услышала. Из-за разницы в менталитете я, конечно, мало что знала о том, как должны общаться дети с родителями в их стране, но понимала, что Самрат вел себя довольно дерзко. Я прямо ощущала, как накалился воздух… Казалось, отец вот-вот сотрет сына в порошок!
– Посиди здесь, Аня, – спокойно сказал Самрат, продолжая в упор смотреть на неожиданного гостя, и добавил: – В моем доме достаточно места, где мы можем поговорить.
Я чувствовал, как он прожигает глазами мою спину. Как мысленно разбирает на косточки и с трудом сдерживается, несмотря на внешнее хладнокровие. Но мне было плевать. Я проводил его до кабинета, еще и спокойно попросил Баята кофе сделать – обстановку разрядить не помешает.
Открыл дверь перед отцом, зашел следом и сразу направился к столу. Разговор обещал быть нелегким, но я надеялся, что все же удастся сохранить сдержанный деловой тон. Хотя кого я обманываю? Да, отец был опасной акулой, известной в деловых кругах, умевшей держать лицо и прятать эмоции. Но не со мной.
– Когда ты собирался сказать мне? – властным тоном потребовал он ответ, игнорируя стул, который я выдвинул для него. – Когда осмелился подумать, что можешь принимать подобные решения без моего ведома?
Как всегда – повадки властелина мира везде и во всем. Только со мной это не прокатит. Не в моем доме. Я спокойно сел за стол и не колеблясь ответил:
– Я не собирался говорить. Тебе и так своевременно доносят обо всем.
Черные глаза отца вспыхнули гневом. Любой на моем месте уже бы десять раз пополам согнулся, откланялся или под стол нырнул от грозного взгляда этого влиятельного человека. Я же стойко выдерживал накал.
– Что за игру ты затеял, сын? – спросил он.
Я медленно втянул воздух и откинулся на спинку кресла. Всего одним предложением мой бывший шеф, сам того не ведая, убедил меня в правильности принятого решения.
– Никаких игр, отец, – спокойно отозвался я. – Я сделал то, что посчитал нужным.
– Нет, вы только посмотрите! И ты так легко об этом говоришь? – прогремел он. – Ушел из компании со своим пакетом акций и даже не посчитал нужным ввести меня в курс дела?
Отец за два шага приблизился к столу. С хлопком оперся об него ладонями и впился в меня уничтожающим взглядом.
– Знаешь, кто так делает? – процедил он сквозь зубы. – Так только крысы с корабля бегут, сынок…
Желваки заиграли на скулах, а руки сжались в кулаки, когда я подался ему навстречу.
– Все крысы, отец, останутся на корабле. По правую руку от тебя. Я не взял ничего лишнего и не оставил тебя в шторм, так что большего с меня ты не спросишь!
Его губы уродовала кривая, презрительная ухмылка, пока наши взгляды сошлись в безмолвной схватке.
– Скажи мне прямо: зачем ты это сделал? Почему ушел из компании именно сейчас? – не унимался он. – Ты что, не понимаешь, что сделал хуже только себе, и в итоге именно ты останешься ни с чем? Нет, ты не глупец и все просчитываешь на десять шагов вперед… Так чего тебе не хватало? Я дал тебе карт-бланш: возможности, власть, влияние… У тебя было все!
Я поднялся с места, намеренно продолжая разговор на одном уровне.
– Ошибаешься, – возразил железным тоном. – Все было у тебя. Каждый мой шаг, каждое мое действие были под твоим контролем! А теперь карт-бланш действительно у меня. И теперь я сам несу ответственность за победы и за промахи.
Отец медленно выпрямился, став пасмурнее грозовой тучи. Разглядел наконец причину и понял, что ошибался в выводах: я ему не угроза.
– Когда это началось, Самрат? – спросил он вдруг серьезным тоном. – Когда ты стал видеть во мне врага? Перестал просить совета и доверять моему слову?
Даже не думая поддаваться на эту провокацию, я не спеша вышел из-за стола, думая о том, что правду, скорее всего, он не услышит из моих уст никогда. Потому что это не имеет уже никакого значения. И никакого облегчения не принесет ни ему, ни мне.
– Я тебе не враг, отец. – Я старался говорить убедительно. – Ты всегда можешь положиться на меня. Я останусь верен и помогу в случае необходимости. Но на этом и завершатся наши общие дела. У каждого из нас остаются достойные возможности, чтобы идти дальше.
Он прорычал:
– Ты, неблагодарный щенок! Ты забываешь, кто дал тебе эти возможности!
– Ни на секунду не забывал, – тут же отозвался я с вызовом. – Ты никогда этого не позволишь. Но и я в свою очередь не позволю забыть тебе о том, что сполна заплатил за это!
Отец разочарованно качнул головой. Сколько раз уже я видел это разочарование… Только напрасно. Уже не трогает меня, уже не болит.
В дверь постучали. Баят зашел в кабинет с подносом в руках и чуть не выронил его из-за небрежности непрошеного гостя, который ушел не прощаясь.
Я не могла сидеть на месте. Все ходила по комнате, пытаясь унять карусель мыслей в голове и справиться со смятением… Как же некстати я оказалась свидетелем того, что обычно остается за закрытыми дверями! И как же неудобно теперь было из-за своего присутствия. В самом деле, что я здесь делаю? Так странно все, так неоднозначно… Хотелось как можно скорее уехать домой. Прямо в тот же момент оказаться в привычной, комфортной обстановке, где смогла бы наконец расслабиться. И я уже всерьез рассматривала идею подняться в спальню, где забыла телефон, чтобы вызвать такси и уехать. Но не успела даже выйти из комнаты, потому что вернулся Самрат.
Я как раз стояла с взволнованным видом у окна, нервничая из-за того, что начинало темнеть. Да… первое января – самый короткий день в году. Услышав шаги, тут же обернулась и растерянно застыла, поймав на себе взгляд черных глаз. Не взгляд, а грозовая туча! Я буквально кожей ощутила, как поменялось биополе хозяина дома. Каким тяжелым стало оно и колючим. Казалось, даже в комнате стало темнее с его появлением.
– Идем, – сказал Самрат, остановившись в нескольких шагах.
Мы поднялись в спальню. Будто не замечая моей неловкости, он усадил меня на диван, как раз напротив домашнего кинотеатра, спросил, какие фильмы я люблю смотреть, и все… больше ни слова. Даже бровью не повел, с абсолютно серьезным видом включая мой любимый советский фильм «Девчата». А после сел в кресло рядом, прихватив с собой ноутбук.
Я честно пыталась сосредоточиться на любимом кино, но то и дело посматривала в сторону хмурого князя, который полностью погрузился в какую-то работу. И прервал он ее, только когда принесли ужин. Тот же немногословный мужчина по имени Баят, доброе лицо которого мне запомнилось, накрыл стол и удалился.
Все проходило в густой тишине и, честно говоря, мне кусок в горло не лез. Красивое лицо Самрата было задумчивым – видимо, разговор с отцом оказался непростым, а я как сверхмощный радар тонко улавливала его настроение… И меня все глубже пропитывало липкое ощущение, будто я здесь лишняя. Поэтому весь ужин, ковыряясь в тарелке, я только и думала, как бы мне первой покинуть этот дом, не дожидаясь момента, когда меня выпроводят.
Поднявшись из-за стола, Самрат сразу направился в дальнюю часть комнаты разговаривать по телефону. Я тоже не стала здесь задерживаться и принялась убирать тарелки. Это получилось само собой. Видимо, мне очень нужно было занять руки.
Сразу после я вернулась на диван и, устроившись удобнее, продолжила вечерний просмотр. Нужно было абстрагироваться, все равно пока ничего не могу изменить. Поэтому я постаралась сосредоточиться на фильме и даже смогла проникнуться его атмосферой, на мгновение забыв, где нахожусь.
В какой-то момент ко мне присоединился Самрат. В этот раз он не стал брать ноутбук и сразу сел рядом со мной, закинув руку на спинку дивана. Я невольно вытянулась из-за волнения, которое появлялось каждый раз, как хозяин дома нарушал мое личное пространство. А он, в свою очередь, с отрешенным видом принялся не спеша перебирать мои волосы пальцами, глядя на экран. Как будто так и должно быть. Как будто мы каждый день так делаем.
Я была уверена: Самрат не смотрел фильм, а по-прежнему думал о своем, но старалась делать вид, что ничего не замечаю. Хотя и сама порой не замечала того, что происходило на экране. Так приятно он задевал мои волосы и щекотал кожу на голове, что мурашки рассыпались по телу. Я даже не поняла, когда от этих движений мои глаза в прямом смысле начали закрываться. То ли от удовольствия, то ли от того…
Неожиданно картинка на экране погасла. В этот же момент Самрат поднялся с дивана и, взяв меня за руку, потянул за собой.
– Пора спать, – прокомментировал он свои действия.
Прошел со мной к пакетам, которые в ряд стояли у стены, и быстро отыскал в них ночную шелковую сорочку. Хорошо хоть не слишком откровенную, но тем не менее довольно короткую. Я взяла ее из теплых рук и встретилась взглядом с черными глазами. Так мне хотелось что-то сказать ему, так хотелось что-то прояснить… Самрат наверняка видел это, но лишь ласково погладил меня по щеке и, отстранившись, направился назад к дивану.
С помощью пульта он выключил общий свет, оставив для себя неяркий торшер. Я же быстренько переоделась, забралась в кровать и клубочком свернулась под одеялом. Некоторое время наблюдала, как работает занятой хозяин, но в какой-то момент тихо вздохнула и закрыла глаза, уговаривая себя отключить свой радар и оставить все размышления на потом.