Изгой бесплатное чтение
![](/img/b/122960.jpg)
Глава 1. С Днем Рождения
Кейт.
Аэропорт. Стою и нервно тереблю ручку спортивной сумки, тихонько пиная стойку регистрации. Совершенно очаровательный, зализанный, с чеширской улыбкой диспетчер уже минут сорок покинул пост с моими документами. Забив мои данные в базу для оформления билета в один конец, худощавый манерный мужчина растекся в оскале от уха до уха и глубоко поклонился, извиняясь за неудобство, крепко стискивая мой паспорт.
Неужели не похожа…
Сначала я подумала, что мои плохо замазанные синяки или сальные волосы, а может даже мое осунувшееся лицо смерти с проваленными глазными яблоками, заставили его усомниться в подлинности моей личности.
Но когда я увидела лысую сморщенную бошку, сверкающую издалека в многолюдной толпе, я поняла, что поймана с поличным и быстро присела, едва сдерживая моментально подступающие слезы.
Нет… Господи…
Тщетно пытаясь унять бешеный ритм своего сердца, гуськом я прокралась к стене и нырнула в зону ожидания. Переходя на короткие перебежки, я виртуозно протиснулась сквозь густонаселенный зал и завернула в темный безлюдный коридор, ведущий к женскому туалету.
На противоположной стороне виднелась табличка выхода, к которой я неслась, как сумасшедшая… пока… пока в три больших шага путь мне не преградил ОН.
Твою ж…
Исполняя полицейский разворот на пятках, я кинулась в обратную сторону, где нарисовался бритоголовый Цербер. Они двигались в мою сторону, а я пятилась к стене, пока не вжалась и не сползла по ней на корточки, едва не разрывая тонкую ткань растянутого мужского трико острыми коленками, пряча в них свое лицо.
– Посмотри на меня! – раздался сверху низкий, хриплый, повелительный, пробирающий до мозга костей голос. Голос, который преследует тебя в самых страшных снах, голос того… кто гонится за тобой наяву и медленно убивает.
Я судорожно замотала головой. По моим щекам пролился неконтролируемый поток горячих соленых слез, которые обжигали мои покрытые мелкими ссадинами впалые щеки. Грозный мужчина мучительно медленно нагнулся ко мне и повторил более спокойным тоном, интонационно ставя точку между такими простыми, но такими пугающими меня сейчас словами.
– Посмотри. На. Меня, – он грубо схватил меня за мои истерзанные запястья, отрывая мои скрещенные на ногах руки, которые ногтями вцепились в такие же измученные щиколотки, словно меня только что сняли с креста.
Хах… словно…
Я не могла унять бешеный тремор своих губ и просто громко и часто дышала, пытаясь хотя бы не крикнуть. Превозмогая противный ком, засевший в горле, я пропищала.
– Пус..с..ти…
Я закрыла глаза, ведь я знала, если я снова взгляну в этот темно-синий, такой разъяренный прямо сейчас водоворот, я снова не смогу выбраться из него. Айдар рванул меня вверх. Жесткая ладонь до боли сжала мои щеки и с силой впечатала мой затылок в стену… а я не смотрела… я съела свой рот зубами до проступающей крови и закрыла горящие глаза.
– Смотри, я сказал! Или я срежу твои веки!
Позади раздался звук откинувшегося лезвия перочинного ножа. Понимая, что он не шутит, я взглянула на него.
Ненавижу!
Надменный оскал кривой усмешки заставил меня вздрогнуть всем моим истощенным, почти немощным телом.
– Ты не сбежишь от меня, Китти! Либо ты будешь моей, либо мертвой!
***********************************************
Месяц назад.
– Боже мой, я проспала! – воскликнула я, подрываясь с мягкой постели и путаясь в скомканном одеяле, рухнула на рядом расстеленный коврик.
– Все в порядке, милая? Я слышал шум, – через пару минут ко мне зашел обеспокоенный дядя Том.
Мой любящий заботливый дядюшка. Такой нарядный сегодня. После трагической гибели моих родителей он единственный, кто был рядом. Год назад я утратила смысл жизни, когда потеряла абсолютно все, что было мне так дорого. Если бы не дядя Том, я бы, наверное, просто свихнулась.
– Все в порядке, дядь, – поднимаюсь с пола и сажусь на край кровати, а мой гость добродушно улыбается и хочет еще что-то сказать, но ко мне врывается женщина, которую я сейчас меньше всего хотела бы видеть.
– С Днем Рождения, наша драгоценность!
– Спасибо, – равнодушно бросаю и с интересом рассматриваю ее слишком короткое для ее возраста, вызывающее ярко-синее платье.
Месяц назад в нашей жизни нарисовалась эта особа и плавно перебралась на мою территорию, да еще и вместе со своим сынком Артуром. Пренеприятнейшие люди, от которых у меня лично был мороз по коже.
– Спускайся вниз, дорогая, побыстрее, нас уже заждались., – расцвел с ее появлением дядюшка, и они удалились.
Сегодня двадцать пятое число, первый месяц лета и мой день рождения. Мне исполняется восемнадцать лет. Я ждала этой даты с замиранием сердца, словно со мной должно было произойти настоящее чудо. Но самый главный плюс был в том, что теперь я могла жить одна.
Я, конечно, благодарна дяде за все, но, все же, это мой дом.
Надев скромные темно серые рейтузы и мешковатую бордовую худи, я вошла в украшенную гостиную и поразилась уровнем подготовки к столь незначительному событию. На столе меня ждал огромный букет розовых лилий, а над потолком парили, казалось, тысячи разноцветных воздушных шаров.
– С Днем Рождения, красотка!
Я вздрогнула, когда ладони Артура легли на мою талию и развернули к себе. Его взгляд пробежался по моему скромному одеянию, и он хмыкнул без скрываемого удовольствия, когда я отстранилась и недоверчиво хмыкнула.
– Это ты обо мне?
Я никогда не считала себя привлекательной, особенно стесняясь своих чересчур округлых форм груди и бедер. Наряду с тонкой талией, это смотрелось вульгарно, и я часто носила мешковатую одежду.
Да, я тот человек, который в жару на пляже носит кардиган, и в восемнадцать выглядит на двадцать пять.
– Ой, да брось, я много раз видел тебя без твоих убогих шмоток. Ты чертовски хороша собой, Кейт.
Я сделала еще один шаг назад, настороженная его внезапным и совершенно неуместным комплиментом.
– Что тебе нужно?
– Кейти, ты готова? Я устрою тебе самый незабываемый день рождения, милая.
Лицо моего незаконного сожителя озарила злобная гримаса, когда в зал влетел готовый к празднеству Томас, и он молча удалился. Я с недоумением преследовала взглядом его сжатые кулаки и напряженные плечи.
Ну что со мной не так?
Всю мою жизнь меня преследовали неудачи, я часто подвергалась насмешкам, а порой даже травле, хоть и пыталась быть максимально незаметной в этом мире, не желая участвовать и подчиняться его законам.
Но мне всегда не хватает смелости дойти до конца…
Но школа была позади, а благодаря своему баллу я получила приглашение учиться в одном из самых престижнейших учебных заведений Штатов, Калифорнийском государственном университете в Лонг-Бич.
– Идем же, – протянул мне руку дядя, и я вымучила из себя беззаботную улыбку, выкарабкалась из самобичевания и, сбросив с себя все тревоги, направилась вслед за разодетым мужчиной.
Лонг Бич – город курорт, хозяева домов которого могут жить, ни в чем себе не отказывая, на одну лишь ренту. И в таком раю родилась и выросла я. Но я была изгоем в этой роскоши… попросту не к месту. Этот город не принимал меня, выталкивал, и я уже начала сомневаться в том, что в этой жизни я буду пригодна и просто счастлива, ну или хотя бы не бесполезна.
Мама говорила мне, что я особенная… но я до сих пор не знаю, плохо это или хорошо.
Я так надеюсь, что все наконец-то изменится… и… и как же мне ее не хватает.
Дядя Том арендовал сегодня катер и устроил "увлекательную"прогулку вдоль побережья с мороженным и сахарной ватой, что смешило меня и умиляло одновременно.
И вот уже под вечер он привез меня домой. Высадив меня, он поехал за Андреа, которая задерживалась на позднем маникюре, в чем я максимально сомневалась, но в отношения между ними я лезть не хотела, да и не имела никакого права.
Мне порой кажется, что она думает, это ее дом… ее собственность. Я должна набраться смелости и, наконец, вышвырнуть ее и ее сынка из моей жизни.
***********************************************
Отмыв слипшиеся от растаявшего сахара и высушив волосы, протерев запотевшее зеркало ладонью, я всмотрелась в свое отражение.
Ну же, Кейт… все будет хорошо.
Упираясь ладонями в холодную гранитную поверхность, пытаясь впиться в нее ногтями, я обреченно выдохнула вместе с шумом легкого прохладного ветерка, который ворвался сквозняком во влажное помещение.
– Я же сказал, что ты красотка. Готова получить подарочек от меня?
Глава 2. Китти
– Мне ничего от тебя не нужно.
Но словно оглохший, упрямый качок продолжал приближаться, двигаясь плавно и развязно… самоуверенно. На всякий случай я схватилась за узел влажного полотенца, и Артур поймал мое движение.
– А вчера ночью ты говорила по-другому… – промырлукал юноша мне в навостренное ушко, подходя максимально близко.
Откидывая мои волосы назад, он влажно поцеловал мое вздрагивающее плечо.
– И позавчера, – поцелуй в шею… мой тихий стон, – И позапозавчера. Мне продолжить?
Мои руки обвили его шею, а ноги – пояс. Артур прижал меня к холодной персикового цвета стене, и я пискнула. Теплая ладонь двинулась под моим бедром к ягодицам, подбираясь и проводя пальцами между половых губ.
– Арт…
И, да, у меня был маленький секрет. За наброшенной маской в виде бесформенной одежды и конского хвоста, за скромной бесхребетной тихушницей жила моя вторая личность, моя грязная развратная душа, которая очень любила секс…
Махровая ткань сползла вниз пока Артур стирал моим извивающимся телом прохладную испарину со светло коричневого кафеля, рывками целуя губы, щеки, шею. И, кстати, нет, это не он меня растлил, это я соблазнила его, придя к нему в душ однажды.
Все началось после смерти моих родителей. Щелкнул тумблер. Сработала кнопка запуска. Была поставлена точка невозврата. В моей голове поселилась похоть, которая вытеснила невыносимую боль утраты.
– Моя девочка… – задыхаясь от вожделения, старался парень напротив, а мне было чертовски мало его неопытных неубедительных движений. Я хотела больше, быстрее, глубже, в конце всегда забирая инициативу в свои руки.
Ты больна, Кейт…– говорила я своему отражению, расчесывая свои спутанные намокшие волосы, а Арт осыпал поцелуями мою спину, ласково гладя голый живот, сжимая мягкую грудь.
– Ты такая красивая.
Наивный мальчик еще не знал, что скоро он вылетит из моего дома и из моей жизни. Я не держалась за него и его чувства. И сейчас я не хотела, что он был рядом, мне захотелось его задушить. Его юношеская любовь меня бесила до трясучки. Поначалу все было неплохо, новые ощущения, страсть, но сейчас… я понимала, что могу получить больше. И его потуги не убивали снова разрастающуюся боль.
Боль. Под вечер мозги снова забивала тупая ноющая пульсация, а душа горевала, плакала, выла… невыносимо. ПРОСТО НЕВЫНОСИМО! Кто сходил с ума, тот меня поймет. Кто не терял, прошу, идите мимо.
– Оставь меня одну.
Артур покорно вышел, он получил, что хотел, в отличии от меня. И все же он грустил, чем раздражал еще больше. В помещении становилось прохладно, жар от интенсивных скачек спал, пришла она…
Неудовлетворенность.
А за ней осознание того, что мне надо лечиться, надо закрыться. НАДО НАДЕТЬ ТЫСЯЧУ КОФТ и две сотни брюк и трусов, чтобы никто не увидел, не узнал, не понял. Между ног зудело от ощущения недосказанности, под кожей разливалось возбуждение, по каждой венке носилось навязчивое желание, которое могло сгубить меня однажды и навсегда. И я сдалась.
Сегодня же мой день рождения! И почему я должна встречать его дома?
***********************************************
Лос-Анджелес. Город ангелов. Город грехов. За тридцать минут желтый автомобиль умчал меня в мир невероятных возможностей и непредсказуемых открытий. Таксист привез меня, как я и просила, к самому лучшему, самому дорогому клубу этого города. Сегодня я не хотела сдерживаться, я хотела быть той второй личностью, я хотела выпустить коготки.
Беспрепятственно попав внутрь, даже не козыряя водительскими правами совершеннолетней дамы, я расположилась на велюровых диванах цвета морской волны под диковинного цвета и формы мерцающими люстрами. Золотые стены, тонкие ковры из натуральной шерсти просто кричали о неприличной роскоши заведения, где богатенькие папочки снимали ищущих легкой наживы девочек.
Здесь за золотой браслетик нужно было просто отсосать брюхатому толстосуму. Нет. Тут я была впервые, но на Лонг Бич полно таких мест, где я вдоволь этого насмотрелась. Я тенью наблюдала за грязными сценами, которые будоражили мою кровь и убивали во мне все человеческое.
Моя женственность погибала, она просто не могла выжить наряду с моими сумасшедшими фантазиями. Днем забитая Кейт страдала и занималась самоунижением, но ближе к ночи пробуждалась "ОНА". И именно "она"шла в эти злачные места, горела стать частью этого убогого мира. Она Китти. Я знала, что под этой маской меня никто не узнает, что я невидима. И они не узнавали. Ведь это была не я.
Иди домой, Кейт, одно дело Артур… а другое совсем незнакомый мужик, который может сделать с тобой все, что угодно.
И это "все, что угодно"было решающим, оно глубоко пустило корни в мое нутро и не давало мне подняться и уйти. Сейчас балом правила не я, у меня не было рычагов давления на "нее".
Я блуждала взглядом по соседям, по рядом стоящим столикам, ломящимся изысканными блюдами и разноцветными напитками, пока не поймала на себе пристальный взгляд… синих, как океан, глаз. Экзотической внешности молодой мужчина в светлой прирасстегнутой рубашке сканировал меня, даже не украдкой, просто в упор. Будучи впервые под вниманием такого привлекательного парня, я раскраснелась. Он улыбнулся мне, а мне захотелось натянуть кусок красной тряпки хотя бы на задницу, ибо мое платье без бретель было больше похоже на полотенце.
Он поднял стакан с янтарной жидкостью и направил мне воздушный привет. Незнакомец поднес напиток к губам, не отводя испытывающего взгляда. Так и не отпив, он поднялся и двинулся на меня, вжимая меня в спинку сидения своим орлиным взором… но… но путь ему преградил лысый неприятнейшей наружности верзила и проговорил ему что-то на ухо. Лицо красавчика исказила злобная гримаса, и они унеслись в другой зал, откуда громыхала музыка. Я приложилась к ярко-розовой трубочке, усмехаясь зеркальной столешнице.
По-другому просто не могло быть, Китти.
– Тут не занято? – ко мне подсела очень откровенно одетая, слишком ярко накрашенная женщина лет тридцати, бегая подленькими глазками по мне и моему столу, изучая, видимо, стоимость того, что на нем было.
– Я не интересуюсь женщинами.
– Ну что ты, просто все занято вокруг, – махнула на меня тетя в блестящем купальнике и юбке для танца живота, – А ты тут совсем одна. Да, брось, я посижу немножко и уйду, как только освободится место у барной стойки.
Официант принес бутылку текилы в шляпке, тонко нарезанный лимон и плошку соли. Дама сама налила себе стопку, лизнула руку, опрокинулась и, обсосав лимон, заглатывая его вместе с кожей, спросила.
– Будешь?
Глава 3. Вечеринка
Я никогда раньше не пила. Ни грамма. Помещение кружилось заведенным волчком, чувство тошноты меня не покидало, лицо моей спутницы напомнило клоунское… и впервые за долгое время мне стало весело.
– Ну, за тебя, кошечка. Быстро же ты ушла с пяти стопок.
Я не заметила, как мы переместились в VIP зону, где моя новая подруга уже ерзала по ширинке пузатого спонсора острой черной шпилькой, закинув на него свои ноги, оголяя задницу в кислотных стрингах.
Второй дяденька пытался безуспешно затащить меня на колени, хватая за тонкие запястья, пытаясь обнять меня за талию. Отбиваясь от хряка, я глупо хихикала, как видела это в подобных ситуациях.
– Эй, девочка, все равно поймаю.
Я оттолкнула отвратного, до блевоты противного мачо с залысинами от самой макушки и залезла на круглый стол перед кожаным полукругом, осматривая свои владения. Изображение уже троилось, я рассмеялась.
Давно я так не веселилась. Да, наверное, даже никогда. Жалко вслух сказать ничего не получается. Я бы может даже спела.
– Давай, крошка, тряхни попкой для папочки! – он достал из кармана хрустящие купюры, сложенные пополам между двумя пальцами, и поводил им по воздуху, словно ароматным сальным пирожком.
Я не помню лица этого человека, да и ярко раскрашенное пятно в виде облика моей знакомой начинал теряться в моей памяти. Я уже очень плохо осознавала происходящее, когда стащила с себя платье. Неумело я выгибалась в такт негромкой музыке под выкрики и улюлюканья свинтуса передо мной, широко расставляя ноги, подманивая его пальчиком.
Как же хорошо…
– Продолжай, уфь уфь… – мой зритель встал и подошел вплотную.
Он крякнул и, облизывая сухие толстые губы, расстегнул ширинку в тот момент, когда наши собутыльники начали пожирать друг друга, пуская слюни по подбородкам. Повторюсь, я их не помню, НО… но перед моими глазами навсегда застыл вид простреленной шеи и фонтан алых брызг, окрашивающих все вокруг, в том числе и меня умывая горячими каплями.
Поросячий визг верещащих женщин смешался с топотом спасающегося табуна людей. Потеряв равновесие и, рухнув на пол, я залезла под стол в скрытую полость. По пути в сомнительное убежище я успела разглядеть стеклянный взгляд с жирнющими стрелками и дыру во лбу с тонкой струйкой.
О, Боже… о, Господи…
Алкоголь выветрился мгновенно, веселый настрой улетучился, и ко мне подкрался он… страх… ужас, сковывающий горло, ускоряющий сердцебиение. Холодок приближающейся смерти коснулся моих висков. Я закрыла глаза… затаила дыхание. Грудь охватило болезненное металлическое кольцо и затянулось в тугой корсет до хруста моих ребер.
Тук-тук… тук-тук…
– А-а-а-а-а-а-а-а-а-а!!!!!!!!!!
Нечто нечеловеческой силы вырвало меня из темноты и грубо потащило за волосы по мертвому тихому залу, ступая тяжелыми черными ботинками по крошащемуся под ними стеклу.
– Не рыпайся, шлюха!
Он толканул меня в столик, и я снесла все, что на нем было, снова оказываясь на полу вместе с шелковой скатертью, разбивая в кровь свои локти о разбитую посуду.
– ХВАТИТ!!!
Натягивая темно-вишневого цвета ткань на полуобнаженное тело, я снова увидела его, моего загадочного голубоглазого принца, который даже не смотрел в мою сторону, и мне почему-то стало ужасно стыдно перед ним.
– Ты не мой босс, сопляк! Я подчиняюсь Айдару! – лысый потянулся в запах своего кожаного пиджака, когда молодой мужчина приставил к его затылку серебряный пистолет.
– Я сейчас вышибу к херам твои последние мозги, отморозок! Девка ни в чем не виновата! Да он с тебя кожу живьем сдерет за такой поступок! Она же ребенок!
– Ты плохо знаешь своего брата, Карим, – свирепый великан недовольно хрюкнул и харкнул в сторону расстрелянного месива, стирая остатки слюны большим пальцем.
– Дело сделано, уходим, – мой спаситель смерил меня неоднозначным взглядом напоследок.
Они покинули помещение также стремительно, как и вошли.
Почему-то на коленях, я прокралась обратно к столику и, с трудом сдерживая рвотные позывы, вытащила свое платье из-под безжизненного жирного кита.
Твою мать, Китти, во что ты вляпалась?
С трясущимися коленями, на ватных ногах я добралась до туалета смыть с себя кровавый соус, поданный под текилу к моему дню рождения, и по стеночке прокралась на выход.
Я глубоко вдохнула ночной загазованный воздух мегаполиса, который гудел словно пчелиный рой даже ночью, начиная совершенно отдельную жизнь, пропитанную грехом и порочностью. Улица кишела людьми, которые спешили Бог знает куда посреди ночи в самом центре города Ангелов.
Прострелянная шея… разорванная артерия.
Я перебирала ногами, обнимая себя за плечи, просто шла в никуда… под моими веками каждый раз проносился темно-красный фонтан быстрым мелькающим двадцать пятым кадром. Пройдя около квартала на автомате. Я встала как вкопанная и громко матюгнулась, потому что забыла свою сумочку на том самом диване, где теперь уже мертвый ублюдок пытался купить мои интимные услуги.
Просто идиотка! Как вообще додуматься можно было до этого! Да лучше бы тебе голову прострелили, дура озабоченная.
Злость на себя вытеснила мандраж и пережитый шок, и я направилась обратно, скидывая туфли, оставаясь босой. Конечно, видеть это мясо снова мне совершенно не хотелось, но выбора не было.
Деньги, телефон, и новая ПОМАДА! Все осталось там. Тем более, это не худшая картинка, которую я видела в своей жизни, если быть откровенной. Мертвых я не боюсь… бояться нужно живых.
Так что с оптимистичным настроем, совершенно неуместным, я двинулась обратно в место, где рассталась со своей алкогольной девственностью. Вдруг, рядом со мной со свистом остановилась машина.
– ВЗЯТЬ ЕЕ!
Я не успела даже подумать или хотя бы раскрыть рот. Я поймала удар в затылок и провалилась по тьму.
Глава 4. Айдар
Айдар.
Стрелки часов отмерили полдень. Мои изнеможенные глаза закрывались от гребанной невыносимой боли в груди, которая безжалостно душила меня каждый раз. Каждый день. Полдень, и во мне разрывается бомба.
Стараюсь дышать ровно, но мне не хватает воздуха. Еще свежая краска недавно выкрашенных стен кабинета трескается и обваливается, и под ней проступает серый, обшарпанный бетон полуразрушенного барака.
Один и тот же навязчивый кошмар, от которого мне не скрыться.
Не хочу его видеть, не хочу возвращаться туда, но беспощадные неумолимые воспоминания кружат в моей голове вечно голодными стервятниками с изогнутыми острыми клювами и терзают разлагающийся мозг. Задерживаю дыхание, плотно закрываю веки и снова распахиваю. Реальность. Красный кабинет. В дверях стоит Кадер и держит за шкварник практически не одетую слишком молодую девочку.
– Кто она?
Девчонку колотит. На ее плохо прикрытом теле вижу пятна засохшей крови. Босая. Идеально ровные гладкие ноги. Узкая талия. Пышные бедра и грудь. Округлые девичьи плечи. Пристально смотрю ей в лицо. Страх. Сколько страха в ее карих большущих глазищах.
– Ты оглох?
Кадер прочищает горло и рапортует о произошедшем, но я его не слушаю, потому что не могу отвести взгляда от кончиков густых темных волос, ниспадающих на бронзового цвета кожу.
– Почему не убил вместе с остальными?
– Карим вступился. Айдар, могу пришить суку хоть сейчас. Он сказал, что ты бы не одобрил. Угрожал убить меня… такого не бывало. Ну, и я засомневался. Вдруг эта шалава нам сгодится.
Карим… влюбчивый мелкий засранец. Сколько моих самых лучших шлюх он загубил своей любовью. Они летели на него словно мотыльки и сгорали заживо. Сучий потрох!
Я снова взглянул на едва дышащую новую зазнобу своего братца. Впервые он вступился за женщину. Обычно влюблялся, трахал и выкидывал, а тут… какой героизм… мне стало интересно.
– Имя.
– К-к-кейт.
Ее конечности заходили ходуном, когда она, заикаясь, но все же храбрясь, произнесла свое имя, практически прогоняя только что испытываемый ужас.
– А полное?
– Кэтрин.
На долю секунды мне показалось, что в ее глазах мелькнул дьявольский огонек, который тут же сменился отчаянием и смирением с ситуацией. Я всматривался в нее, осознавая, что моя боль прошла.
– Отпусти ее, Кадер. Скажи, Кейт, почему ты дрожишь? Тебе страшно?
– Я не боюсь живых людей. Я просто замерзла, я провела ночь и утро в багажнике.
Мой помощник убрал руку и отступил на шаг в сторону. Я вновь вернулся к расхрабрившейся девушке. Мне очень хотелось проучить брата, а эта крошка могла бы стать отличным рычагом давления.
– Я сохраню тебе жизнь, Кэтрин. Но ты будешь работать на меня и делать то, что я скажу.
– Я на все согласна, – ответила даже не задумавшись, – если вы отпустите меня.
– Отпущу, – подтверждаю, – если ты выполнишь то, что я прошу. Если я в тебе ошибся, я убью тебя.
– Что надо делать? – отважно стоит на своем, а я, смакуя, ухмыляюсь.
– Я надеюсь, ты не девственница, Кэтрин, ибо тебе придется соблазнить моего брата, и побыть в роли шлюхи.
– Я согласна.
Я кивнул, и Кадер увел такую воодушевленную моей затеей девчонку, словно она только и ждала, когда ей предложат стать проституткой.
***********************************************
Я вошел в красную комнату с оббитым бархатом низким диваном и небольшой сценой посередине. Сев и вальяжно раскинув руки, я приготовился выпустить своего зверя. Черная кожа, металлические клепки, развратное кружево и мелкая сетка украшают умопомрачительное горячее тело. Лишь оно могло излечить меня, дать забыться и заглушить до сих пор оглушительный звук…
Долорес моя игрушка. Рабыня, готовая на все ради удовольствия, которое я могу доставить женщине. И я знаю ее податливое тело вдоль и поперек, каждую его эрогенную зону, каждый его эротичный изгиб.
Мой персональный ад.
С ней мне не нужно было притворяться, Лори принимала меня таким, какой я есть, а я щедро вознаграждал ее каждый раз за это. И сейчас она стояла передо мной на коленях, покорно склонив голову.
– На стол, – жестко отрезал я, расстегивая мелкие пуговицы, и девушка покорно засеменила в указанном направлении, виляя своей сочной задницей, которая скоро будет гореть от безжалостных ударов и принимать мой член.
Встав на четвереньки, облизнув пухлые губки, она раскрыла свой теплый ротик, получая хлесткую пощечину по своему красивому лицу.
– Я разве разрешал открывать рот?
– Нет, господин, я подумала, вам понравится, – заигрывает Лори.
– Я разрешал тебе говорить со мной?! Тебе запрещено думать, Долорес, ты лишь исполняешь приказы!
Я схватил ее за горло, сжимая до легкого хруста, оставляя максимально тонкий просвет для струйки воздуха и багровые следы на нежной коже.
– Ты поняла?
Синеющая девушка моргнула в знак согласия. Я ослабил хват, скинул лишнюю одежду, расстегнул и спустил брюки, доставая заветную награду для огненно-рыжей куколки. Сучка скалится, чем заводит меня сильней. Хватаю ее за волосы, наматываю на кулак. Второй рукой надавливаю на подбородок.
Через какое-то мгновение я уже вколачиваюсь в ребристое скользкое горло до самого затылка, удерживая болезненный хват. Впиваюсь пальцами в шею, отверстие открывается шире, и вхожу на всю длину.
Обожаю ее грязный рот и язык.
Лори сладко стонет и умывается черными от туши слезами. Ее скулеж трансформируется в квакающий звук, и вязкая слюна начинает капать с ее подбородка на упругую большую грудь с сине-зелеными венами.
Роскошный вид…
Запрокидываю голову с диким рыком и закрываю веки, под которыми возник образ кареглазой малолетки и ее гладкие ножки.
Черт!
Пару ударов и окрашиваю вместительную гортань горячей спермой. Поспешно одеваюсь и падаю на кроваво-красный кожаный диван, пряча лицо во влажные поледеневшие в миг ладони, сгоняю холодный пот со лба.
– Айдар, все хорошо? – Лори ложится мне на грудь и слегка царапает каменный пресс коготками. Глажу ее макушку и заботливо целую.
– Все нормально. Просто побудь со мной сегодня.
Ложусь на холодную подушку дивана и увлекаю ее за собой, прижимаю к себе и наблюдаю, как ее медного цвета крупные локоны превращаются в темно-каштановую копну непослушных волос.
Глава 5. Золотые цепи
Кейт.
– Жди здесь! – скомандовал лысый.
Стеклянный пол отражал мои длинные ноги. По ледяной плитке я дошла до небольшой тахты и, наконец-то, присела за столь долгое время. Чего именно ждать, мне не объяснили, но я решила не уточнять.
Отвратительный тип. Не то, что его хозяин…
Я очень надеялась, что господин не заметил, насколько сильно сжимались мои бедра и пальцы на ногах при звуке его властного низкого голоса, и что он не ощутил запах моего желания, не услышал учащенного дыхания и бешеного сердцебиения.
Боялась ли я его? Безумно! Хотела ли? Еще сильней. Я поняла, что именно он тот, кто мне нужен, он тот, кто утолит мои животные инстинкты. Перед глазами его острый словно бритва взгляд, его мощные руки с широкими венами и припухшими костяшками, его сильная шея, по которой катилась мелкая испарина, его пульс, бьющийся на запястьях.
Его кулак больше твоей задницы, Китти. Он может голыми руками размозжить твою маленькую головку, если ты доиграешься.
Но соблазн был так велик, а этот самый Карим мог бы стать идеальным орудием для управления этим хищником. Китти ликовала, облизывая мягкие губы.
Хищник. Настоящий мясоед, способный растерзать плоть зубами в мелкие клочья. Карим займет достойное место в нашей пищевой цепи в роли травоядного.
В висках застучал тревожный колокольчик, глазные яблоки сдавила боль начинающейся мигрени. Комната пошла кругом, и я оглохла на несколько секунд, крепко зажмурившись, пытаясь сфокусироваться.
Боже мой… что со мной…
– Эй, Кэтрин?
Я открыла глаза, смотря на сразу располагающую к себе привлекательно женщину сорок плюс. Синий шерстяной костюм выгодно подчеркивал ее очень объемные формы, а яркий вкусный макияж придавал шарм.
– Кто вы? Что теперь со мной будет?
О чем я только думала… – спросила я себя, а ответила мне Китти, – У тебя не было выбора, дорогая, я лишь помогла принять тебе это решение.
– Не переживай, девочка. Ничего такого, что ты сама не захочешь. Пока что я тебя подготовлю к вечеру, – жестом изящной тонкой руки женщина пригласила меня в свой кабинет. – Меня зовут Багира, и я забочусь о работающих здесь девушках. Я и врач, и психолог, и стилист, и начальник. Я правая рука Айдара здесь, первое доверенное лицо.
Она вызывала доверие, если вообще уместно называть это слово в подобном месте. Мы сели друг напротив друга, и я зачарованно осмотрела интерьер, выполненный в восточном стиле, видимо, под стать ее внешности.
– Что это за место?
Я никак не могла унять мандраж, мои кисти заходили ходуном, и Багира накрыла их своими теплыми крупными ладонями.
– Послушай, Кейт, Айдар – человек слова. Выполни то, что он говорит, и он отпустит тебя. Я помогу тебе, чем смогу. Давай для начала сделаем из тебя красотку.
– Что это за место? – снова серьезно произнесла я, вытаскивая свои руки, а женщина поднялась, и сделав круг по багровому помещению, раскинула руки, как в мюзикле «Чикаго».
– Добро пожаловать в "Золотые цепи".
***********************************************
"Золотые цепи"агентство по подбору девочек на любой вкус, начиная с эскорта, заканчивая любой грязной фантазией клиента. Все по обоюдному согласию, никакого насилия, полный соц пакет и высокий доход. Кабаре, стриптиз, приваты, красные комнаты и многое другое. "Золотые цепи"предлагали весь спектр услуг. Настоящая феерия. Любой каприз за ваши деньги по ОБОЮДНОМУ согласию.
Самые дорогие "жрицы"носили широкие золотые ошейники, как знак их эксклюзивности. Такая шлюха выбирала сама, что ей делать и с кем. Желающих попасть в их ряды измерялось четырехзначными цифрами, резюме прилетали буквально со всей страны, и требования к таким девочкам были самые жесткие. От внешности до уровня образования и владения языком (в прямом и переносном смысле).
Золотой дом делился на четыре зоны соответствующего цвета. Красный, золотой, черный и ультрафиолет. Красный был любимым цветом хозяина, все общественные помещения были оформлены именно им. Золотом были оформлены помещения для элитного персонала и клиентов. Черный цвет символизировал самые грязные уголки "Цепей", и Багира клятвенно обещала, что я их никогда не увижу. Фиолетовый и его оттенки был предназначен для всех остальных.
Итак, в своем новом образе – в платье из страз и капрона, я стояла перед красной дверью, оформленной в виде арки, словно вышитой золотым ажурным вензелем. Сегодняшним вечером я должна была привлечь внимание Карима. Это должна быть случайная встреча словно я устроилась сюда на работу.
Это так глупо… ну как он в это поверит?
Или заставишь, или умрешь!
Я раздраженно фыркнула на себя, которая напомнила моей второй личностью, что наша жизнь висит на волоске, и нерешительно постучала. Двери распахнулись, и я вошла в огромный, наполненный разношерстными людьми зал. Девушки были все, как на подбор, прекрасны, некоторые не молоды, но совершенны. А вот мужчины были самых разных мастей. От мала до велика, худощавые и мускулистые, юнцы и старики, высокие и метры с кепкой. И вокруг них кружились волчками заведенные "золотые"девочки под негромкую соблазнительную мелодию.
Мой взгляд упал на барную стойку. В глазах рябило от обилия кроваво-красного цвета, но, сконцентрировавшись, я смогла различить двух ярко выделяющихся девочек, махающих мне с высоких кожаных стульев. По описанию Багиры, именно они меня ждали здесь. Их шеи приковали мое внимание, на них красовались те самые золотые ошейники. Мне показалось на долю секунды, что они их немного придушивают, а может…
А может это лишь плод твоего воображения, Кейт…
– Привет, малышка! Так вот ты какая… наслышаны весьма… как попала сюда, да еще и сразу в элиту? – манерничала блондинка с красными губами и шикарным сексуальным смоуки.
– Она шутит, Кейт. Меня зовут Триша. Эта выскочка – Спаркл. Так ты нам расскажешь, откуда ты взялась? Весь Дом уже на ушах, – добродушно поприветствовала меня темнокожая мулатка.
Девушки щебетали яркими канарейками, особенно Триша в ее лимонного цвета платье. Спаркл меня поразила своей красотой, я не могла насмотреться на нее, словно ее слепили лучшие скульпторы современности
– Так уж вышло, что я … – я широко улыбнулась и хотела ответить нашу выдуманную с Багирой теорию. Мы придумали абсолютно все, от возраста до происхождения. Я лепила одно вранье на другое, но девочки словно не слушали меня.
Куда они смотрят…
Разворачиваюсь… и вижу его.
Черт-черт-черт! И он здесь.
Айдар. В черном костюме и такой же рубашке, притягательный и чертовски сексуальный. Сердце рвется к нему навстречу, а он даже не смотрит в мою сторону. Сталкиваюсь взглядом с тощей женщиной с каре в белоснежных кружевах, которая собственнически вцепляется в локоть своими тонкими кривыми пальцами, сминая ткань пиджака.
– Кто она?
Негромко произношу я, и вместо девочек мне отвечает мужчина, голос которого я сразу узнала, ведь он принадлежал моему прекрасному синеглазому принцу из распутного клуба в центре города Ангелов.
– Его жена.
Глава 6. Инструмент
Кейт.
– Ах! – от неожиданности я даже подпрыгнула настолько, насколько мне позволили высокие металлические шпильки хрустальных туфелек. Я обернулась на устраивающегося рядом уже знакомого мне мужчину.
Какой же он… лапочка…
– Вы меня напугали…
После заварушки в клубе романтический флер больше не одолевал мое трепетное сердце, тем более в ТАКОМ месте. Холодный рассудок и желание спастись из золотой клетки затмило все вокруг.
Спокойно, Кейт, просто веди себя естественно и придерживайся инструкции. Соблазнила, сдала его с потрохами и ушла.
Как объяснила Багира, Айдар не мог поймать его с поличным, чтобы припереть к стене с совершенно объективными претензиями, куда так таинственно и бесследно пропадали "его пташки".
Карим завороженно смотрел на меня, и под его чарующим взглядом я потупила взор, искоса наблюдая, как девочки испаряются с соседних стульев. Мы остались наедине, я поежилась, обнимая свое плечо.
– Прости, я не хотел тебя пугать, девочка. Что ты будешь? Вино?
Щелчок пальцев, и словно из-под пола выскочил усатый бармен с зализанной гелем челкой, а заботливый юный джентльмен заглянул в меня в поисках ответа на свой вопрос.
– Я… я не пью.
– Да-да. Я видел, – приподнял он одну бровь.
– Правда, это был первый раз.
Давай, Кейт! Ближе к делу! Ты же шлюха!
Поддаваясь порыву, я накрыла часть его кисти, лежащей на стойке, своими влажными от волнения пальчиками и стыдливо опустила глаза, играя застенчивую недотрогу.
– И благодаря тебе не в последний.
Карим аккуратно поднял мое лицо за подбородок, заставляя взглянуть в его бездонные глаза. Я покорно следовала за этим движением, безоговорочно отдаваясь его воле, стараясь играть роль преданного щенка.
– И откуда ты только взялась такая, неземная, – он облизнулся на мою грудь без бюстгалтера, которая надрывала тонкие, почти невидимые лямки, и спросил, – Как твое имя?
– Кейт. Отчим прозвал меня Китти.
– Кис-кис! – сердце забилось быстрее, потому что он произнес чертов набор букв, от которых мои органы встряхнуло с неистовой силой. Резко вверх. Быстро вниз. Но вновь, закрывая на замок чувства, я улыбнулась.
Это было не с тобой, Кейт… это была не ты.
Очаровательный собеседник заказал мне бокал белого вина. Я с осторожкой пригубила сухой напиток, поглядывая в сторону посетителей, среди которых словно на троне восседал Айдар со своей спутницей. Его безэмоциональное лицо смотрело сквозь толпу. Он поглаживал тонкое предплечье женщины рядом, которая словно перетянутая струна держала осанку и по-королевски держала подбородок.
– Так откуда ты здесь, Китти? Я не верю в такие совпадения.
Мне так сейчас была нужна помощь моей второй личности, ее уверенность, ее шарм. Я расслабилась. По внутренней стороне кожи провели ледяным кубиком, и изнутри покрова я покрылась мурашками.
Помоги мне… – и она пришла…
– Я здесь работаю, малыш, – я сексуально изогнула бровь и закинула свои идеальные ноги друг на друга, нагибаясь к моему собеседнику ближе, опуская взгляд на его губы. Карим словил этот жест и вновь провел по ним языком.
– Малыш?! Я смотрю глоток вина дал о себе знать.
Он смеется надо мной? – я провела указательным пальцем от ворота его белоснежной рубашки вниз по мелким пуговицам, заставляя Карима набрать полную грудь воздуха и стать серьезным.
– Это будет не самая престижная запись в твоем личном деле, Кейт. Ты не до конца понимаешь, во что ввязываешься. Это публичный дом, девочка. Как не называй, девушки, которые работают здесь, шлюхи.
О, нет, это вы даже не догадываетесь, что вас ждет, мальчики, и кто я такая.
Ты что задумала!– стало моей последней репликой на сегодня.
Близилась ночь, а значит перевес был уже на моей стороне. Получив доступ к телу, я захотела выжать из него максимум сегодня. И не с этим слащавым парнишкой. Меня интересовал сам государь.
– Потанцуешь со мной?
– Прямо здесь? – изумился он, так как в зале не было танцпола как такового, и даже места, где можно было бы это сделать, кроме как у самой барной стойки.
А я грациозно сползла с кожаного сидения и увлекла за собой красавчика, притягивая его за руку, прижимаясь к его напрягающемуся крепкому телу.
Он не тот, кто нам нужен… но он наш инструмент, наш путь к цели.
– И все-таки, расскажи, как ты попала сюда. Ты без метки, а значит новенькая. И так совпало, что прошлой ночью ты была в компании врага моего брата, а сегодня здесь… кто ты?
Я обняла его шею, и мы продолжили двигаться под пристальными взглядами разодетых и полураздетых "туристов". Я потянулась к его лицу, Карим опустился ко мне со своей высоты. Я прошептала.
– Твой брат хочет использовать меня, я должна соблазнить тебя, а он обвинит тебя в пропаже девочек.
– Зачем ты мне это говоришь? Если Айдар узнает…
Я легко коснулась его шеи губами, и он потерял мысль. Ладони младшего братца скользнули на мои ягодицы, и я тихо застонала в ответ на его осторожные ласки.
– Просто ты мне очень… очень нравишься.
Не прошло и минуты, Карим прильнул к моим приоткрытым шепчущим губам, проникая между ними кончиком языка. Он отстранился на мгновение и обрушился вновь настоящим болезненным градом, толкая меня к барной стойке
Попался!
Впечатывая меня в деревянную столешницу, синеглазый красавчик поглощал мое дыхание и томные еле слышные стоны, разгуливая ладонями по моей полуголой спине. А я сжимала кулаки в его жестких черных волосах и пожирала плотоядным взглядом свирепого буйвола, разъяренного дьявола, который делал вид, что ему наплевать.
Айдар поднялся и окинул зал безразличным взором, он деликатно подал руку жене и, обнимая за талию, покинул помещение.
Слабак.
– Кэтрин, прием окончен, я провожу тебя, – нас бестактно прервала Багира, уводя меня в сторону за локоть.
– Я сам, – настоял Карим.
– Нельзя, мой хороший, ты же знаешь. Ты можешь прийти завтра.
– Я заплачу любые деньги. Я покупаю ночь, – наступал синеглазый.
– Это невозможно, дорогой, – сохраняла спокойствие чудесная женщина с высокой прической, – Пока на ней нет ошейника, она принадлежит только Айдару, а он распорядился проводить ее в комнату. Для первого дня достаточно.
Карим злобно просканировал невозмутимую учтивую женщину и на прощание поцеловал мою щеку, сладко прошептав, касаясь языком мочки уха.
– До завтра, кис-кис. Я готов быть пойманным с поличным и сбежать с тобой хоть на край света.
***********************************************
И снова этот цвет…
Мы миновали длинный коридор, а мои глаза уже хотели лопнуть от изобилия оттенков красного. С другого конца послышались громкие истеричные женские возгласы.
– Твоя дверь самая последняя. Ты отлично сработала, девочка, скоро ты отправишься домой. Доброй ночи.
Я благодарно кивнула. Багира поспешила удалиться, а мои ноги благополучно понесли меня прочь от предложенных апартаментов туда, откуда лились угрозы и крики.
– Ты обещал соблюдать правила, Айдар! С МЕНЯ ХВАТИТ!
Я прижалась к стене и прислушалась к стремительно приближающимся шагам. Разъяренная женщина вылетела прочь, не замечая меня, припечатывая дверью. Я тихонько вошла в небольшой закуток, заглядывая в темную тесную спальню, где перед кроватью, ко мне спиной, стоял напряженный мужчина, крепко сжав кулаки.
– У вас все хорошо?
– Чего тебе? – он был груб и словно наэлектризован.
– Я только хотела сказать про Карима, я…
– Я все видел. Можешь быть свободна, – холоднее фреона, но я все равно вошла в комнату, потому что знала, что он хочет этого ровно также, как и я, если не больше.
Он повернулся и пригвоздил меня тяжелым взглядом к полу. Я замерла.
– А если я не хочу уходить?
– Уходи по-хорошему, Кэтрин, – отдал приказ повелитель моих фантазий.
– Нет!
Его глаза сверкнули хищным желанием, лицо исказил опасный оскал. Я затаила дыхание, когда он начал пятиться к стене, смотря на меня не отрываясь, гипнотизируя, подавляя, завораживая. Айдар взял нож со стеклянного столика. Медленно он подошел ближе и провел острым лезвием по моему плечу, поддевая тонкую лямку платья, которое сливалось с цветом моей кожи.
Первая нить была срезана, полностью оголяя одну мою грудь. Грубые пальцы болезненно сжали сосок, и я непроизвольно сжала бедра, дрожа от вожделения. Миллионы нервных окончаний отозвались такой сладкой истомой просто до болезненных колик внизу живота.
Ммм… дааа… то, что доктор прописал…
– Опять ножки сводит, грязная развратница?
А ведь Айдар даже не представлял насколько грязная, испорченная, озабоченная, просто одержимая тварь стояла сейчас перед ним и желала его каждой клеточкой изнывающего тела. Или знал?
Какой наблюдательный…
Второй срез, и платье упало к моим ногам. Айдар вышвырнул нож и положил свои горячие ладони мне на талию, с силой впиваясь большими пальцами в ребра.
– Как думаешь, твоему брату понравится то, что ты видишь?
Он впился сильнее, я застонала и запрокинула голову, жадно хватая воздух, прокусывая нижнюю губу до крови.
– Это в твоих интересах. Иди спать, – дышит тяжелее, и я так близка к своей цели, – С твоими темпами недели вполне хватит.
– Ну, тогда спокойной ночи…
Айдар сделал шаг назад, и я абсолютно голая последовала на выход, когда тяжелая рука рванула меня назад за запястье.
Глава 7. Аванс
Айдар.
Я не мог отвести от нее глаз еще на приеме и украдкой поглядывал в сторону выбранного мною инструмента против брата. Девочка ведь, совсем юная. Легкий макияж лишь подчеркивал ее женственность и красоту, а натуральный румянец затмевал бронзовую пудру. Песочные часы ее фигуры плавно и грациозно двигались в такт мелодии, звучащей в моей голове. Она была так прекрасна, но, увы, не знала об этом. Ее образ менялся, постоянно переливался от невинного ягненка до кровожадной самки богомола, которая вот-вот откусит голову Кариму и с удовольствием проглотит, облизав пухлые алые губки. Я любовался, но тщательно это скрывал, не обращая внимания на нервные фырканья Зиры, которая, как и любая бы женщина на ее месте, интуитивно почувствовала конкуренцию. Мне было плевать, я не мог отвести глаз от НЕЕ.
И сейчас Кэтрин стоит настолько близко ко мне, что дышать становится просто невыносимо. Ее потрясающее платье, которое имитировало голую кожу, измазанную мелкой блестящей пыльцой, валялось у ее невозможно притягательных ног. Хочу ее до одури, до беспечного безумства. Но сдерживаю себя, покрываясь снаружи колючими острыми шипами. Мой взгляд жадно поедает каждый миллиметр знойного тела. Круглые и мягкие плечи, слегка повисшая круглая грудь примерно четвертого размера (видимо она не так давно резко набирала и скидывала вес), светло-коричневые соски, почти плоский живот, осиная талия, пышные просто идеальные бедра с полной задницей… острые колени и стройные, просто невероятные, ровные ножки.
Ее запястье настолько тонкое, что я почти дотягиваюсь до своих костяшек большим пальцем. Давлю так, что кисть ее синеет на моих глазах. Пожираю хищным взглядом ее сочное обнаженное гладкое тело, и в полумраке ее кожа кажется золотой. Не могу бороться и отвести плотоядный взгляд, брюки давят и натирают так сильно, что кажется они сейчас воспламенятся.
– Что такое, Айдар? Жена не удовлетворяет? – язвит безбашенная хищница, нет, дьяволица, которая поселилась в моем невинном ангеле.
Чую ее развратное нутро, упиваюсь похотливым взглядом. Запах ее желания сводит с ума. Распутная блудница переминается с ноги на ногу, видимо устав от высоких каблуков. Вижу на щиколотках красные следы от кожаных ремешков новой обуви и завожусь еще сильнее, мечтаю выпороть эту дрянную девчонку… исполосовать ее нежное тело вдоль и поперек.
– Последний раз предупреждаю, проваливай, – но отшвыриваю ее руку, а из ноздрей ровно, как и между ног, валит горяченный пар.
Сука не уходит, а расстегивает пряжку моего ремня и порочно облизывает кончиком языка коралловую кожу. Она смотрит мне прямо в глаза, гипнотизирует, пуская мои брюки вместе с бельем в полет к своему платью. Ее несжатый кулак скользит по натянутой до предела длине, а ногти впиваются в чувствительную кожу.
– Возьми меня, мой лев, – нахально спускает рубашку по моим плечам и шепчет, – отпусти себя… я искала тебя, а ты меня… я же чувствую все.
А я даже не заметил, когда она успела ее расстегнуть.
Ее тонкая талия так легко умещается в ладонях, они даже могут сомкнуться в кольцо. Словно наяву ощущаю, как соприкасаются подушечки моих пальцев, когда поднимаю ее вверх вниз по колом стоящему члену. Не целую ее, а просто смотрю, как она запрокидывает голову и просто верещит от наслаждения.
Эта картинка вихрем проносится в моей голове, но я продолжаю смотреть на нее… а она на меня. Я медленно схожу с ума от ее близости. Но без стыда и малейшего смущения мы знакомили наши тела друг с другом в звенящей тишине красной комнаты. Моя каменная эрекция выдавала меня с потрохами ровно, как и ее сжатые между собой бедра, по которым бы моментально полились бы ее соки, если бы она их только распахнула. Это было некое таинство для двух больных на голову людей.
Она права, я ждал именно ее всю свою гребанную бессмысленную жизнь… но она так легко меня не получит! Твою мать! Айдар, что происходит вообще, тебя клеит малолетка… но в которую ты влюбился без памяти с первого взгляда. Но это не любовь… одержимость, ревность, безумие, боль… вот, что ждет тебя, если ты не выгонишь в шею эту мразь… не любовь. Но такие существа, как вы с ней, на нее и не способны.
– Ты еще не этого заслужила, отрава, – грубо сжимаю ее щеки, подавляюще смотрю ей в глаза без зрачков и белков, просто во всепоглощающий черный космос, в бездонную мглу, борюсь с собой и продолжаю давить на оборзевшую куколку. – Исполнишь то, что я сказал, сможешь попросить еще раз.
Да кого я обманываю… черт побери! Ну как же мне оттолкнуть ее. Еще пара минут, и она будет драть свою глотку на все заведение… а я – ее до слепой ярости.
– Мне нужен аванс, Айдар. Я не уйду пока не получу свое.
Впервые девчонка смела раскрыть свой рот в мою сторону, тем более в таком дерзком тоне. Толкаю ее к стене и иду следом, выпутываясь из брюк. Впечатываю затылок в стену и следом ее упругие бедра, в одно из которых впиваюсь мертвой хваткой до синяков. Напряжение пульсирует в набухших высоковольтных венах, ледяная испарина катится по моим висками, когда ее ножки раскрываются, и мои пальцы ныряют между мокрых скользких половых губ.
– Смотри мне в глаза, – властно приказываю прикрывшей веки развратнице.
Надеваю ее на свою кисть, придавливая большим пальцем набухший клитор. Глаза в глаза, ее губы раскрываются в немом крике… минута… и ее бедра сжимают мою руку в тиски. Кэтрин срывается в мои объятия и обнимает мою голову, зарываясь холодными пальчиками во влажные волосы на затылке. Она издает на громком выдохе сладострастный стон, наконец давая волю чувствам. А я понимаю, что ни одна женщина на этой сраной планете больше никогда меня не коснется… ровно, как и ее ни один мужчина, кроме меня.
– Уходи, – приказываю.
Одеваю на дрожащие плечи свою рубашку, и девушка с солеными нежными пухленькими щечками молча покидает помещение, в воздухе которого пахло разорвавшейся безысходностью зависимых теперь друг от друга людей. Зайдя в спальню и уперев одну ладонь в стену, в два движения я выпустил то, что должно было достаться Кэтрин.
***********************************************
Кейт.
Карим заявился ко мне практически сразу после обеда с огромным букетом банальных алых роз. В светло-голубой рубашке под цвет его удивительных глаз и в драных таких же джинсах. Он был мой ровесник, и мне было чертовски легко найти с ним общий язык.
– Ты очень красивая, – подносит он мою руку к мягким губам и оставляет легкий поцелуй.
Багира выбрала для меня сегодня черное платье футляр без бретелей и остроносые туфли на металлической шпильке. Мои волосы были убраны под необыкновенной красоты золотой гребень, усыпанный разноцветными кристаллами. Множество шпилек удерживало непослушную копну, и лишь пара прядей падали на голые плечи, по которым то и дело пробегалась волна обжигающих воспоминаний сегодняшней ночи.
Моя Китти сладко посапывала, а меня пробирала волнительная дрожь от мыслей об Айдаре. Я не понимала, как она может быть такой храброй рядом с ним. Если бы сейчас поставить меня перед ним, мои колени бы просто не выдержали бы такого натиска, а руки бы не осмелились на интимные прикосновения.
Сейчас передо мной был смущенный голубоглазый юноша, который подставлял мне свой локоть.
– Идем, кис-кис, я расскажу тебе об этом месте.
Меня передернуло от этого прозвища, и где-то в утробе Китти воспламенилась на долю секунды, мгновенно потухая и возвращаясь в дневную спячку. Я натянула учтивую улыбку и взялась за предложенную крепкую мускулистую руку, помня о своей миссии и вознаграждении в случае ее успеха.
Карим открыл мне совершенно другую сторону «Золотых цепей». Девочек-рабынь, тех, что не носили золотых ошейников и обитали в фиолетовых локациях, местные работники и, в том числе руководители, звали «бройлерами», но никак не «жрицами», и даже не «шлюхами». БРОЙЛЕРАМИ! Среднячковых их же клиентов нарекли «шпорами», и, в общем-то, это и был самый прибыльный сектор, но… НО не в области доставления удовольствия и предоставления основного спектра услуг Цепей.
– Это мой маленький тайный бизнес, Китти, – гордо вещал Карим, по-джентльменски держа мою руку, пока мы спускались по винтовой лестнице к железной стене, – Ты готова увидеть мое детище, дорогая?
– Конечно, – робко произнесла я и непринужденно улыбнулась.
Он нажал на скрытую полость, и перед нами начала появляться сначала узкая полоска света, а затем и абсолютно белый коридор. Эхо моих острых каблуков шло впереди меня и бежало обратно в ужасе от увиденного, вбиваясь в мои пятки.
– Это сработанные Бройлеры, точнее то, что от них остается, когда они изнашиваются, – безэмоционально объяснял молодой человек, приобнимающий меня за талию.
Немой крик застыл в моих глазах и связках, когда Карим прильнул к моим губам.
Господи… Боже…
***********************************************
В центре Лос-Анджелеса в элитной квартире с панорамным видом на Голливуд, как раз-таки напротив огромного окна сидела сгорбившаяся худая женщина с каре все в том же белом ажурном платье, которое уже пахло даже неприлично, и наблюдала за приближающимся рассветом. Капая на заляпанную мизерную грудь, она осушила очередной стакан с крепким пойлом, когда в гостиную вошла рыжая любовница Айдара и обратилась к ней через отражение.
– Ну и зачем ты так срочно хотела меня увидеть, Зира?
– У нас появилась проблема, Долорес, – не поднимая глаз, пьяная женщина наполнила новую дозу, вытерла подбородок и чокнулась с гостьей через ослепительный пейзаж.
Глава 8. Досье
Айдар.
Красный кабинет, золотые непроницаемые портьеры, похожие на чешуйчатую шкуру сказочного дракона, плотно задвинуты. Ни один луч беспощадного солнца не проникает в п