Трактирщица-3. Паутина для Бизнес-леди бесплатное чтение

Глава 1. Магические последствия и отложенные ритуалы

Хельда боялась обнимать мужа слишком крепко. На груди, там, где в тело вонзились прозрачные трубки Ловца Душ, остались раны. Этан их зашил, а Бояна обмотала главу Клана Смерти бинтом из тонких полосок хлопковой ткани.

– Быстро заживёт, вот увидишь, – старался улыбнуться Кеннет. – Пустяк. Особенно, если сравнивать с ранениями в бою.

Но жена продолжала волноваться. Прикладывала ладони к бледным щекам и дышала так, будто каждый глоток воздуха отдавался болью. Его болью. Исполни Кеннет свой план до конца, ей бы не пришлось смотреть, но боги решили иначе. Позволили беременной женщине пережить смерть отца её ребёнка. Проклятье, да все его кошмары были о том, как Хельда кричит, схватившись за живот! А потом кто-то из лекарей говорит: “Мне жаль, вы потеряли сына”.

– Бездна, – простонал он, поднимаясь на локтях.

– Лежи, пожалуйста, – тут же встрепенулась жена. – Тебе рано вставать.

– Нет, – Кеннет позволил Хельде помочь ему сесть. Вздохнул, напоминая себе, что обезболивающее зелье ведьм не будет действовать вечно. А, значит, нужно запастись пузырьками Бояны впрок. – Некогда лежать. Чем быстрее Этан проведёт ритуал передачи главенства над кланом, тем лучше. Нельзя оставлять воинов без командира. Напьются, по женщинам пойдут.

Она обернулась и вопросительно посмотрела на кланового мага, всем своим видом показывая, что ждёт честного ответа. Не хотела, чтобы муж пострадал из-за спешки.

– На час можно отложить, – медленно проговорил Этан. – Вы не простоите на ногах так долго, как этого требует ритуал. Потерпят воины.

Кеннет не любил, когда ему перечили, но ругаться с хранителем клановой магии не стал. Голова уже кружилась, пришлось держаться за край операционного стола, чтобы не упасть. Всё-таки быть мёртвым целый час – не шутки. Или дело в другом?

– Ох, Бояна, ты что в зелье подмешала?

– Кеннет, ты только что умер, – ответила за неё Хельда. – Зелья не причём. Отдохни, пожалуйста. Даже если все воины Клана Смерти разом напьются, то не устроят конец света за час.

Он поймал её руку, чтобы поцеловать. Забота напоминала об ощущении тепла, что затопила его с головой перед тем, как включили Ловца Душ. И оправдывала хотя бы на десятую часть смелый, но опрометчивый поступок жены. С её поддержкой было легче. Её любовь не дала провалиться в темноту и холод бездны навсегда.

– А где твой браслет? – удивился он и перевёл взгляд на своё запястье. – Мы в разводе?

Глупый вопрос. Конечно, да. Если уж магия клятвы меча сочла его мёртвым, то брачный артефакт и подавно.

– Да, – Хельда смутилась. – Главное не рассказать об этом способе развода лине Иллае. Твоему отцу не понравится идея быть подключенным к Ловцу Душ.

– Зная мать, могу заверить тебя, что она сама ляжет на операционный стол, лишь бы получить свободу.

– Я уничтожу артефакт, – мрачно пообещал клановый маг. – Больше никаких рискованных экспериментов не будет.

Бояна расстроилась. Дочь Верховной, сиявшая радостью от того, что смогла помочь дяде Нэту, демонстративно отвернулась и начала складывать инструменты в металлическую торбу для стерилизации.

– Можно было и оставить, – едва слышно проворчала она. – Для истории.

– Он способен принести немало пользы, – согласилась с принцессой ведьм Хельда. – Нельзя его спрятать в какой-нибудь ящик и запечатать магией так, чтобы никто не мог вскрыть? В конце концов, есть и другие беременные тёмные леди, кроме Доротеи. Не стоит рубить с плеча.

– Он опасен, – настаивал Этан.

Волосы мага потемнели от пота, а взгляд казался безумным. Врагу не пожелаешь отвечать за чью-то жизнь и бояться допустить ошибку. Глава клана понимал, почему у мага руки чесались взять молоток и разбить проклятую машину. Иначе к ней очередь выстроится из желающих освободиться от пожизненных магических клятв. Выдержит ли сердце Иллаи такое испытание? Кеннет не хотел проверять. Уж лучше родители разведутся на бумаге.

– Да, опасен. Как и любой могущественный артефакт, – не стала спорить с Этаном жена. – Но однажды он уже спас Сокола. Почему бы не довести Ловец Душ до ума так, чтобы использовать только во благо? Держите его в секрете, не рассказывайте об изобретении Джамиса никому хотя бы пару месяцев. За это время вы с Бояной сделаете “новую” машину, чтобы спасать жизни воинов, которых ранили в бою. Тогда никто не свяжет слетевшую клятву с вашим творением.

Бояна, почувствовав поддержку, оставила инструменты в покое и с надеждой посмотрела на главу клана.

“Пожалуйста”, – говорил её жест. Сложенные перед грудью ладони. Азарт учёного и жажда спасти воинов отключали страх. Этана в его решениях было сложно поколебать, но последнее слово принадлежало Кеннету. Плевать, что номинально он больше не глава. Реальная власть осталась при нём.

– Отложи молоток, Этан. Выдохни и убери Ловец Душ в убежище. Хельда права, Соколу он помог. А дополнительные свойства можно не афишировать. А лучше отключить такую возможность совсем.

– Хорошо, – сдался маг. – Я подумаю, как это сделать.

Бояна вновь засияла улыбкой. Даже не собиралась скрывать, как рада изучить новую игрушку. Для неё любой артефакт был прежде всего вызовом. Переделать Ловец  до неузнаваемости – очередной способ доказать себе, чего она стоит.

Кеннет потянулся за рубашкой, подавив очередной стон. Его перстень с чёрным камнем по-прежнему лежал на приставной тумбе, а браслет закатился в угол. Когда упал с руки во время эксперимента, никто не обратил на брачный артефакт внимание. Нехорошо получилось. Будто главе клана плевать на то, что его жена в магическом смысле стала вдовой.

– Хельда, – позвал он, – в бездну передачу главенства, она действительно может подождать. Ты выйдешь за меня замуж?

Она замерла точно так же, как было в первый раз. Посмотрела на мужа с удивлением и медленно кивнула.

– Наверное, вопрос риторический, – пробормотала с улыбкой и положила ладонь на ещё плоский живот. – Но да, я выйду за тебя замуж. Снова.

Второй раз “цепляло” так же мощно. Живот судорожно дёрнулся от радостного вдоха, а улыбка грозила стать идиотской. Глава клана продолжал превращаться в мальчишку рядом с любимой женщиной. И, кажется, этого уже не изменить. Чуть-чуть другой оттенок у чувств, но сила прежняя.

– Я понимаю, тебя может смутить, что, едва освободившись от магических пут, я предлагаю снова поклясться в вечной верности. Но я не хочу жить в “браке просто на бумаге”. Я готов принести тебе клятву меча, как делали предки.

Хельда закрыла глаза, задумавшись над предложением. Единственная альтернатива смерти Верховной, которая могла бы устроить жену, – та же рабская клятва. Никакой ревности больше, конец недоверию. Кеннет физически не смог бы ей изменить или соврать.

– Нет, – ответила она через мгновение. – Мы похороним клятву меча навсегда. Сотрём любые упоминания о ней из летописей и учебников истории, уничтожим формулировку, как это сделали предки с первым её вариантом. Ты – мой муж, а не подданный. Мне достаточно тех брачных уз, что связывали нас до сегодняшнего дня. От магических привязок одни проблемы, и я не хочу, чтобы между нами стояла нерушимая клятва. Пусть наши отношения будут твоим ежедневным выбором, а не проклятием.

В ритуальном зале стало тихо. Казалось, весь мир замер и дрожал бликами солнечного света в глазах жены. Кеннет не нашёл слов, чтобы ответить ей. Хельда только что избавила мужа от необходимости доказывать свою любовь магической клятвой, но не запретила делать это каждый день совсем по-другому. Вниманием, заботой, разрешением быть собой. Делать, что хочется, даже если у главы кулаки сжимаются от желания приставить к ней всю охрану клана. Хватило того времени, что они провели в вынужденной размолвке. Страдала Хельда не только от холодности любимого мужчины. Нельзя запирать птицу в клетке. Она перестаёт петь.

– Спасибо, – прошептал он, целуя её руку. – Второй раз проводить ритуал по обычаям клана бессмысленно, но как ты смотришь на свадьбу в другом королевстве? Я слышал, в Кессании красивая церемония.

– Я всё ещё твоя жена по бумагам. Кто станет проводить обряд для супружеской пары? – Хельда тихо рассмеялась и обняла мужа. – В бездну Кессанию и брачную церемонию. Если расстегнувшиеся браслеты – не проблема для нас из-за мнения клана, то пусть всё остаётся как есть.

– Проблема, на самом деле, – Этан кашлянул, привлекая внимание. – Лин Делири, я не успел вам рассказать, но есть одна существенная разница между статусом жены и положением вдовы. Защиты становится меньше. Пропадает магическое разрешение убить любого, кто попытается причинить вред лине Хельде. Это был своеобразный магический договор, который можно предоставить суду в качестве оправдания. И суд должен его принять.

– Я и так убью любого, – нахмурился Кеннет. – Без договора. Не вижу проблемы.

– Брачный ритуал – проблема, – продолжал настаивать клановый маг. – Отсутствие браслета-артефакта на руке жены главы клана вызовет много вопросов. Выдаст с головой тот факт, что вы избавились от клятвы меча через смерть. А значит, был период, когда лишились права называться главой.

– Тогда проведи и брачный ритуал тоже. Или я опять чего-то не понимаю?

Этан свернул последнюю испачканную кровью простынь и бросил её в плетёную корзину. Хельда тоже не понимала, куда шёл разговор. Стояла, сложив руки на груди и молча наблюдала за магом.

– Магический договор, лин Делири, касается каждого члена клана, как клятва меча. Воины почувствуют возвращение метки. Если вы помните, это похоже на удар. Крошечный разряд на уровне груди. Мы в сложной ситуации. Отсутствие ритуала выдаст нас, но и сам ритуал, проведённый заново, тоже.

– Бездна! – зарычал Кеннет. – Почему ты сразу не сказал?

– Я забыл, – Этан низко опустил голову. – Такие тонкости не требуется помнить каждый день. Виноват, лин Делири.

Слабость нарастала. Руки заболели, когда глава клана вцепился в край операционного стола мёртвой хваткой. Клятва меча, даже исчезнув, продолжала портить жизнь.

– Значит, проведём выборы нового главы клана, как положено. Если я чего-то стою, как командир, то мне не страшны конкуренты.

– Нет, – Этан заправил отросшую прядь волос за ухо. – Есть другой способ. Я читал в книгах о случаях, когда выбранная главой жена не могла зачать ребёнка. Клан оставался без наследника много лет. Но дважды нашлась женщина, согласная родить бастарда. Так вот. На церемонии объявления наследника клановая магия цеплялась и за неё тоже, предоставляя права законной супруги. Глава становился многожёнцем.

– Я что-то слышал об этом, – воспоминания приходили мучительно. – Кажется, были времена, когда в принципе не возбранялось брать вторую и даже третью жену.

– Да, своеобразную моду как раз и задали главы клана. Жёнам приходилось жить вместе, делить не только мужчину, но и хозяйство. Две масштабные войны случилось накануне. Мужей на всех не хватало. Такой выход мыслился не самым плохим, но я не предлагаю вам искать вторую супругу. Нам интересен факт предоставления статуса. Насколько я помню, на первую, главную и единственную жену он тоже распространяется. Лина Иллая после церемонии объявления вас наследником получила защиту ещё раз.

– Теперь я понял, – Кеннет усилием воли поборол дурноту. Или просто успел немного окрепнуть после операции. Ритуальный зал больше не вращался перед глазами. – Ты предлагаешь дождаться рождения нашего с Хельдой сына, объявить его наследником и вернуть таким образом статус законной жены, не вызывая подозрений?

– Да, именно так, – подтвердил Этан.

“Ах, вот на что надеялась Сандра, – внезапно осенило главу клана. – Управляющая могла узнать о тонкостях ритуала объявления наследника и пожелать стать второй женой при живой Иллае. А потом, чего уж там, подсыпать яд сопернице. И отец пошёл бы на такое?

Хельда покрутила в тонких пальцах свой брачный браслет, рассматривая тусклый камень. Потёрла белое золото, будто ласково уговаривая артефакт вновь застегнуться на запястье.

– Я всё ещё под защитной сетью, как и любой член клана. Никто не заметит изменений в магическом плетении, – сказала она. – Но слуги, воины из охраны, другие соклановцы увидят отсутствие брачных браслетов. Нужны артефакты-пустышки, внешне копирующие настоящие.

– Я сделаю их, – пообещал Этан. – Пару дней потрачу, но справлюсь. А пока старайтесь закрывать запястье длинным рукавом.

– Хорошо. Потерплю пару дней без браслета, – Хельда положила свой брачный артефакт на операционный стол. –  И годик похожу с фальшивым. Это лучший вариант из всех предложенных. Самый простой и безопасный.

Кеннет снова взял её за руку и сжал тонкие пальцы. Жена приняла мудрое решение. Если магия позволяет скрыть следы преступления, каким является назначение нового главы без выборов на совете, то не стоит усложнять ситуацию. Клановое плетение и без того слишком запутанная вещь.

– Тогда мне пора одеваться и готовиться к ритуалу.

Но виски кольнуло болью, а на границе сознания прозвучал голос помощницы.

“Лин Делири”.

Пришлось жестом просить Хельду подать зеркало.

– Да, Галия.

В отражении появились сначала кудряшки, а потом чуть вздёрнутый нос и аккуратный подбородок девушки.

– Лин Делири, я получила в высшей степени странное письмо от Верховной Станы. Она выражает соболезнования по поводу вашей смерти и требует встречи с новым главой. Грозится прибыть в клановый дом с минуты на минуту. Что делать?

Глава 2. Соболезнования от Верховной

В Клановый дом меня отправили на повозке с приличным сопровождением. Единогласно нашим собранием клятворушителей было решено, что Верховную нужно задержать, пока Этан проведёт ритуал передачи главенства Кеннету и приведёт пациента в более-менее “живой” вид. Бояна ему была нужна в качестве ассистента, поэтому на растерзание к Стане поехала я.

Нервно натягивала рукав платья, от каждого воина-охранника ожидая услышать вопросы: “Что это было? Где клятва? Что с главой?” Но они молчали. Только изредка переглядывались и украдкой на меня косились.

Когда приехали к клановому дому, я была готова разразиться речью о воле богов, даровавших Кеннету и всему клану свободу. Сдержалась. Степенно спустилась, прошла к парадному входу, кивнула Галии.

– Наконец-то, лина Хельда, – сглотнула она, торопливо вышагивая по коридору. – Верховная уже минут пять ожидает. От лимонада отказалась. Велела принести вина. А откуда у меня здесь вино? Попросила одного из воинов сбегать за бутылкой красного фитоллийского. Но вдруг ведьмы пьют что-то другое? Я же не знаю их вкусов и не умею читать мысли!

Нервничала помощница мужа. Я впервые видела её такой рассеянной.

– Какое нальём, такое и будет пить, – попыталась холодно ответить я. Голос немного дрогнул. Самую малость. Я прочистила горло, чтобы это не повторилось при Стане. Не хватало только показать ей страх или неуверенность. – Спасибо, дальше я сама.

Галия склонила голову и осталась в приёмной. А я выпрямила спину, вздёрнула подбородок и открыла дверь кабинета мужа во второй раз за день. Забавно. В первый я тоже думала, что увижу внутри Стану. Только тогда я рассчитывала на страстную и обнажённую ведьму в какой-нибудь неприличной позе, а сейчас… Не знаю. Какой я хотела её увидеть?

– Тёмных ночей, Верховная Стана, – вежливо поздоровалась я. И да, голос не дрогнул. – Мой супруг не смог явиться по вашему приказу. Может, я могу вам чем-то помочь?

– Хельда, – пробормотала ведьма, комкая белоснежный платок. – Мне так жаль. Ох, одна Лилит знает, как мне жаль Нэта!

Старая ревность заныла, как больной зуб. Я едва не поморщилась от неприятных ощущений. Всё было не так. Я думала, что увижу злую Верховную, окачу её презрительным взглядом и злорадно сообщу, что мой муж больше не её раб. Представляла этот момент перед сном, тысячу раз прокручивала сцену своего торжества над сильнейшей ведьмой нашего времени. Но передо мной стояла просто женщина. Да, в роскошном платье и дорогих украшениях, но с красными глазами, искусанными губами и мокрым от слёз платком. Боги, да ей действительно было больно! Она оплакивала “Нэта”!

– Госпожа Верховная, – я едва не отвела взгляд, заметив, как сгорбилась гордая и высокомерная Стана. – Не знаю, кто вам сказал, будто с Кеннетом что-то случилось. Вас жестоко обманули. Мой муж  в порядке. Сейчас они с клановым магом возносят традиционную молитву, прося у предков благословения нашему будущему ребёнку.

– Это невозможно, – она покачала головой. – Я сама почувствовала, как сердце Кеннета остановилось. Клятва меча оказалась двусторонней связью. Пару минут я думала, что умираю сама. Не могла сделать и вздоха. Дамиан послал за лекарем, но всё уже закончилось. Жизнь вашего мужа оборвалась. Простите, Хельда. Смерть я ни с чем не спутаю.

– Пару минут назад я говорила с помощницей кланового мага, в доме которого оставила мужа, – выдавила я из себя улыбку. “Смерть я ни с чем не спутаю,” – звучало в голове по кругу. Конечно, не спутаете. Потому что именно смерть мой муж и пережил. Из-за вас.  – Кеннет жив, здоров и полон сил. Я попросила передать ему, чтобы немедленно перенёсся к нам порталом. Но молитву нельзя прерывать. Иначе придётся начать сначала, а она и без того заняла целый день. Помощница мага заверила меня, что обряд почти подошёл к концу. Если желаете, мы можем вместе дождаться главу клана, чтобы вы лично удостоверились в его благополучии.

– Желаю, – ведьма поджала губы. – Знаете, что мне интересно, лина Делири?

– Что же? – я присела на диванчик, жестом предлагая и Верховной не стоять столбом.

Отметила про себя переход от дружеского обращения “Хельда” к более официальному “лина Делири”. Недолго Стана была доброй и понимающей.

– Клятва Меча не позволила бы Кеннету игнорировать мой письменный приказ явиться на встречу, – голосом Верховной впору было остужать лаву. – Но его тут до сих пор нет.

– Письмо прочитала Галия, – фальшиво смутилась я. – Она связалась со мной. А я не передала мужу, что вы приказали явиться. Сказала только, что ждёте его, когда ритуал будет закончен. Прошу прощения. Наверное, это моя вина.

– Допустим, – не стала она развивать тему. Не поверила. Посмотрела раздражённо на закрытую дверь, будто это она нагло врала своей Верховной. – Где помощница Кеннета? Она за вином в Бессалию пешком по океану пошла?

– В клановом доме не держат алкоголь, – снова солгала я. – Но ваш приказ – закон, так что Галия спешит его выполнить.

Вино тут хранили, но только в подвале. Подозреваю, мы с Кеннетом выпили все запасы. Вспомнив наш единственный по-настоящему романтический вечер, я покраснела.

Помощница мужа вошла с круглым подносом, на котором стояло два бокала, а в качестве закусок красовались нарезанные аккуратными кубиками фрукты на шпажках. Итак, нас ждала бутылка красного фитоллийского и… холодный отвар ромашки.

– Благодарю, – улыбнулась я. – Вы как всегда очень внимательны.

Галия кивнула, весело сверкнув глазами. Ох, она точно не забудет, как я искала любовницу Кеннета за занавеской. Ещё и внукам начнёт рассказывать, какими бывают ревнивые жёны.

– Неплохой выбор, – сдержанно похвалила Стана, пробуя вино на вкус. – Так значит вы носите под сердцем ребёнка Нэта?

– Да, мы надеемся, что будет сын.

– Сын – это хорошо, – согласилась всё ещё злая ведьма. – Сын не влюбится в кого попало.

– Кем попало вы только что назвали нашего кланового мага?

– Это вы мне скажите, – выцедила она сквозь зубы, и на дне синих глаз будто загорелось потустороннее пламя. – Мне стоит волноваться?

– Этан – сильный маг. Не это ли главное при выборе мужчины у ведьм?

– Бояна не простая ведьма, – напомнила Стана, продолжая прожигать меня взглядом. – Через десять-пятнадцать лет она займёт моё место. Наденет корону и будет править Фитоллией. Ваш клановый маг согласен занять соседний трон? Он справится с такой ответственностью? Сомневаюсь. Моей дочери нужен другой мужчина.

– Вашей дочери нужны артефакты, – хмыкнула я, надеясь свести разговор в шутку. Как реагировать на беспокойство Верховной по поводу романа Этана и Бояны я не знала. – Вот они – её истинная любовь и единственная страсть.

– Этим она пошла в меня, – Стана позволила себе мимолётную улыбку. – А ещё упрямством. Так, значит, Кеннет сейчас молится богам?

– Предкам, – педантично поправила я. – Но уже должен закончить. Будет тут с минуты на минуту.

Где-то в клановом доме открылся портал, но я его не почувствовала. Зато услышала знакомую поступь по коридору. К моему затаённому ужасу, куда менее уверенную, чем обычно. Нездоровилось любимому мужчине. Ему поспать бы, хорошо поесть и не мучиться на официальных мероприятиях, но людям вроде Верховной плевать на других. Даже думая, что Кеннет мёртв, она примчалась к его вдове требовать объяснений. И вовсе не затем, чтобы выразить соболезнования. А если бы я сейчас рыдала над саркофагом? Нет, Стана ничуть не изменилась. Какой была бездушной стервой, такой и осталась.

– Верховная, – поприветствовал её Кеннет, открывая дверь кабинета. – Тёмных ночей. Что случилось?

Чёрный мундир мой муж застегнул на все пуговицы. Чуть влажные волосы зачесал пальцами назад. А вот с болезненной бледностью и лихорадочным блеском в глазах ничего не смог сделать.

– Ты умер, – не здороваясь, ответила ведьма. – Ничего не хочешь мне рассказать?

– Вот это новость, – цокнул языком глава Клана Смерти и закрыл за собой дверь. – И как же я тогда явился на твой зов? Попросил Сарвальда сделать из меня умертвие? Только ему под силу создать настолько “живую” марионетку.

– Это объяснило бы слетевшую клятву, – Стана поставила бокал на пол и встала со стула. Выпрямилась. От прежней сутулости и растерянности не осталось и следа. – Император нашёл способ снять клятву и оставить тебя в живых? Такую ты взял плату за источник магией вместе с информацией, как его использовать?

– Умей Сарвальд воскрешать людей, мы бы здесь с тобой не стояли. Тёмная империя тогда легко захватила бы все королевства. Бесценный дар – бесконечно оживлять павших воинов. Но нет. Такое до сих пор подвластно только богам. Разве Хельда не рассказала, что я молился предкам? Не было смерти, Стана. Клановый маг предложил попросить высшей милости, и у меня получилось избавиться от клятвы.

Верховная сложила руки на груди. Прищурилась, заглядывая Кеннету в глаза.

– Значит, боги снизошли, – проговорила она через силу. – Высшей волей избавили тебя от клятвы меча. Хорошо. Пусть так. Я не стану обращать внимание на интересное совпадение с Сарвальдом, твой больной вид и злорадную ухмылку лины Делири. Что ты намерен делать дальше? Соберёшь соклановцев и вернёшься в Кессанию?

– Для начала отпраздную свободу, – муж взял бутылку со стола и плеснул вина в мой бокал. – Не каждый день, знаешь ли, боги милостивы ко мне. Тысячу лет не было такого, чтобы кто-нибудь, кроме Лилит, отвечал на вопросы смертных. И вот я, простой глава клана наёмников, удостоен чести не подчиняться больше приказам Верховной ведьмы. За это стоит выпить.

Кеннет явно провоцировал её на скандал. Залпом осушил полный бокал вина и вальяжно уселся в кресло. Голова кружилась? Ноги больше не держали? Я подала ему подушку, но муж жестом отказался.

– Я не хотела бы напоминать, при каких обстоятельствах ты дал клятву меча, потому что здесь твоя жена, – ведьма едва не рычала от злости. Мне показалось, у неё волосы зашевелились из-за магического напряжения вокруг. Маленькие молнии были готовы разлететься в разные стороны. Но нет, Верховная сжала кулаки и длинно выдохнула, взяв силу под контроль. – Я не знала ни о свойствах произнесённых тобой слов, ни об их истории. Ты не дал мне права отказаться. Ты навязал мне эти узы. А теперь будто мстишь за свою же ошибку.

– Ты с удовольствием пользовалась ею двадцать лет, разве не так? – Кеннет поставил бокал на низкий столик. – И сейчас примчалась в клановый дом лишь для того, чтобы узнать, кого совет выберет на моё место. Надо же как-то контролировать целую армию убийц. Увы, обещанием любви уже не получится.

– Ты сам прекрасно знаешь, на что способны воины клана без жесткого контроля, – Верховная не желала признавать свою вину. – Мне нужны были гарантии. Клятва давала их. Теперь её нет. Ты представляешь, к каким последствиям приведёт такая “воля богов”?

– Я по-прежнему глава, – Кеннет демонстративно коснулся чёрного камня в перстне. Этан провёл ритуал и артефакт снова выполнял часть своих магических обязанностей, а муж владел всей полнотой власти. – Этого достаточно, чтобы воины выполняли мои приказы. Не причиняли вреда тебе, твоим близким и любой другой ведьме в Фитоллии. Изменились только побуждающие формулировки. С “обязан под страхом смерти” до “лин Делири так сказал”.

– Клан остаётся в составе Фитолии? – удивилась Стана. – Ты не собираешься требовать полной независимости?

– Это не только твоё королевство, – ровным тоном ответил муж. – Но и наш дом. Я благодарен, что ты выделила земли в своё время, помогла построить город и двадцать лет платила субсидии. У меня рука не поднимется перечеркнуть это из-за личных обид. Очень старых к тому же. Но не стану скрывать, я думал о федеративном договоре.

– Хочешь больше автономии? Увеличить финансирование я не смогу, даже не проси.

– Хвала Сарвальду, оружейные мастерские я запустил, – улыбнулся он. – Скоро можно будет говорить о полном самообеспечении. И да, я хочу расширения своих прав, как главы клана. Прежний договор учитывал требования клятвы меча. Закреплял документально магическое подчинение. Теперь клятвы нет и договор логично пересмотреть. Точно так же, как и условия оказания военной помощи. Я буду предоставлять её правительству Фитоллии на общих основаниях. Но с небольшой скидкой в дань уважения нашей старой дружбе.

– Тогда мне придётся пересмотреть сумму субсидий, – Стана задумчиво перебирала прозрачные камни на ожерелье. – Если платить за услуги наёмных воинов сверх того, что я выплачиваю вам ежегодно в качестве поддержки – фитоллийская казна совершенно опустеет через год-другой.

– Ты наговариваешь на свою казну, – благодушно ответил муж, – не так уж она уязвима к тратам. Но я согласен, что независимый клан может обойтись без субсидий. Проект федеративного договора я тебе пришлю в ближайшее время. Извини, не знал, что боги так быстро откликнутся. Не подготовился.

– Если над проектом будет работать занудный законник твоей жены, то готова биться об заклад, что ты пришлëшь все документы едва ли не завтра, – Верховная сморщила нос и дёрнула плечом. Артур явно раздражал ведьм своей аккуратностью и ответственным подходом.

– Лин Саливан будет рад помочь, – не удержалась я от улыбки. – Напишу ему сегодня же, если нужно.

– Даже не сомневаюс-с-сь, – прошипела ведьма, напомнив мне змею за стеклом. Клыки показывает, пугает изо всех сил, а укусить не может. – Буду ждать тебя с черновым проектом через три дня. Я за это время подготовлю расчёты. Отказываться от финансирования клана сразу – путь к кризису, голоду и росту смертности, а мне нужны живые и здоровые воины. Так что желательно прикинуть, по каким статьям я могу безболезненно урезать бюджет. Тогда уже обсудим всё подробнее.

– Согласен, – кивнул глава клана.

Глава 3. Общая спальня

Когда Верховная покинула нашу тëплую компанию, я вознесла богам короткую молитву благодарности. Никогда не думала, что стану настолько верующей. Впрочем, нужно всячески это демонстрировать, потому что по легенде именно воля предков и богов сделала Кеннета свободным от клятвы меча. Интересно, получится ли у нас под лозунгом “это одобрили высшие силы” открыть школу при посольстве? Или в Клане Смерти настолько консервативные порядки, что даже религия бессильна?

Я поставила пустые бокалы на поднос и посмотрела на мужа. Бледный, уставший, но довольный до неприличия.

– Тебе нужно отдохнуть. Пошли домой?

– Да, но обойдёмся без портала, – вздохнул единственный в мире воскресший мужчина. – Подышим воздухом, пока поедем в открытой повозке.

– Обожаю открытые повозки, – поддержала я идею.

Кеннет велел Галии распорядиться насчёт транспорта и охраны, просмотрел особенно важную корреспонденцию и написал пару коротких писем. Я только улыбалась про себя. Не такие уж мы и разные. Он тоже каждую свободную минуту уделяет работе.

Уезжали с тем же отрядом охраны, что следовал за мной по пятам целыми днями. Во главе, разумеется, безупречно вежливый командир. Ох, его уже хотелось задушить. Честно. Нельзя быть таким правильным. Даже на глазах у высокого начальства.

Кеннета разморило в дороге. Он стойко держался, чтобы не уснуть, а я, наоборот, жалела, что нельзя подложить ему подушку под голову и укрыть одеялом.

– Спи, родной, – шептала ему, – в бездну приличия.

– Нет, – он покосился на кучера и щелчком пальцев повесил купол тишины. – Вот доберёмся до дома. До спальни. До постели. Ты же пустишь меня к себе? Я прощён?

– Это ты меня наказал своим переездом, – пробормотала я, даже не надеясь скрыть обиду. – Дверь спальни ни разу не запиралась. Я жду твоего возвращения каждую ночь.

– Не вижу смысла больше откладывать, – Кеннет запустил пальцы в мои волосы. Перебирал пряди, любуясь, как открывается шея под пушистым шарфом, стоит мне отклонить голову. – Но есть одна сложность. Традиции действительно запрещают прикасаться к тебе до родов.

– А если мы никому не скажем? – почти промурлыкала я. Нежность мужа пьянила, кружила голову. Я почти успела забыть, что он умеет быть таким. – Запрём двери, забаррикадируемся, повесим три купола тишины. Никто не узнает, что мы нарушили традиции. Снова.

– Ты будишь во мне демона сладострастия, – тихо зарычал Кеннет, – но я не против. Так здорово чувствовать себя живым. Я готов весь мир обнять. А целовать хочется только тебя.

Кучер не оборачивался и мы позволили себе отдаться чувствам. Поцелуи мужа были со вкусом травяной настойки ведьм. Его кожа пахла дымом от зажённых ароматических палочек в доме Этана. Клянусь, я никогда не чувствовала себя счастливее, чем сейчас. Но путешествие закончилось. Повозка остановилась у ворот нового особняка Делири.

Где-то на дорожках парка играли дети. Сюда доносились их звонкие голоса и мелодичное пение Амелии. “Море волнуется раз, море волнуется два…”

Приют переехал к нам недавно, но я уже не представляла полупустой особняк без юных воспитанников. Старшие девочки освоились на рабочих местах. Я успела заметить, что из Динали могла бы получиться отличная экономка. Сандра радостно переложила на плечи помощницы добрую половину своих обязанностей, так что теперь любовницу Ксанира то и дело можно было увидеть отдыхающей в саду. Не скажу, что меня это радовало, но Иллая одобряла такой подход. Она хотела получить здорового ребёнка.

Стоило нам подойти к крыльцу, как из-за угла выскользнула Миса, оглядываясь по сторонам. Нет, никого не было. Она подбежала к нам и поклонилась.

– Ясного неба, лин Делири, – скороговоркой поприветствовала главу. – Лина Хельда, можно вас на минуточку? Это важно.

– Если важно, то можно, – расстроено кивнула я. Хотелось поскорее утащить мужа в нашу спальню, чтобы удостовериться, что он вернулся.

– Светлых дней, Миса, – с лёгким налётом церемонности ответил Кеннет. – Да, я пока полюбуюсь на клумбы.

Немыслимое дело для порядков, принятых в клане, но корону мой муж никогда не носил. Коротко поклонился мне и ушёл к скамейке. Подозреваю, чтобы дать отдых ногам и спине. Её приходилось держать по-военному прямой даже у себя дома.

Служанка проводила главу клана взглядом и достала из кармана на переднике помятый листок бумаги.

– Динали велела передать вам, – шёпотом отчиталась Миса. – Я вытащила его из урны в комнате лины Сандры. Кажется, там что-то секретное.

Письмо было любопытным. На простой бумаге без подписи и печати ровным мужским почерком кто-то набросал несколько строк.

“Я услышал твой список требований и не собираюсь выполнять ни одно из них. Тебя плохо кормят в особняке? Жалованья не хватает на самое необходимое? Не смей лгать. Кеннет добросовестно относится к содержанию слуг. И с твоим возможным ребёнком ничего плохого не случится. Я не собираюсь отказываться от наследника, но теперь жду его рождения без прежнего энтузиазма. Скоро сама узнаешь, почему. Новость быстро облетит весь клан. Сиди тихо и не беспокой меня по пустякам. Это всё”.

– Спасибо, – я сложила листок пополам. – Сандра не хватится письма? Ты нашла его, когда выносила мусор?

– Да, если спросит, скажу, что выбросила всё, – воспитанница понятливо усмехнулась. Ей экономка не нравилась с первого дня. – Я не обязана помнить, что было в урне.

– Если увидишь что-то, что покажется важным, сразу говори мне. Вы ведь поняли из письма, что происходит?

– Не дурочки ведь, – надула губы Миса. – Сандра решила, что телом на достойную жизнь быстрее заработает. А старый Делири теперь отказывается платить по счетам, потому что вы тоже скоро родите ребёнка. Наследником будет ваш сын, значит её уже не нужен. Потому она весь день злая ходит. На Динали опять кричала, Нэди отругать пыталась. Но та ей быстро на выход указала. Видите? Мы наблюдаем за ней, лина Хельда, не волнуйтесь.

– Вижу, и благодарности моей нет предела.

Служанка поклонилась и убежала выполнять чьи-то поручения.

*разрыв

Кеннету было интересно, что написано в письме. Он тянул шею в нашу сторону, но я успела подойти раньше, чем муж решился встать со скамейки.

– Послание Ксанира для Сандры. Обсуждали её денежное содержание.

– Ох, никогда бы не подумал, что буду терпеть любовницу отца в собственном доме, – он недовольно поджал губы. – Тем более не понимаю, как её терпит мать.

– Иллая собирается забрать ребёнка у Сандры, – призналась я. – Пока она не родит, нельзя выпускать её из виду.

– Бездна, – муж потёр пальцами глаза и одёрнул чёрный мундир. – Этого только не хватало. Я знал, что отец в своём сумасшествии перешёл все границы, но когда он успел заразить мать?

– Если женщине постоянно твердить: “Рожай, рожай, почему у нас до сих пор нет ребёнка”, то довести её можно до чего угодно.

Я села рядом, расправив широкую юбку. Осень на островах была мягче, чем в Бессалии. Без проливных дождей и промозглого холода. Но из-за беременности меня уже одевали так, будто наступила зима.

Да уж, письмо наводило на тяжёлые мысли. Ксанир не прыгал до потолка от радости, почувствовав, что клятвы меча больше нет. И не спешил налаживать отношения с пока ещё законной супругой. Он просто велел Сандре сидеть тихо. Словно ждал, не случится ли у меня выкидыш? А вдруг родится девочка? Тогда у него оставался шанс объявить наследником своего второго сына.

– А что уже точно известно, что Сандра понесла? – нахмурился муж.

– Нет, насколько я знаю. Но начинаю задумываться о том, чтобы пригласить лекаря, – я погладила его по щеке. – Не хотелось бы скандала, если он поймёт, от кого беременна Сандра.

– Вряд ли по её животу это заметно. Если слуги не будут болтать, то сплетни не должны просочиться. Меня куда сильнее заботит празднование новоселья. Я всё-таки обязан принести в жертву несколько баранов, коз и быка, а заодно объявить на весь клан, что ты носишь под сердцем нашего ребёнка. Будущих бабушку и дедушку придётся пригласить. А они практически в разводе. И я не уверен, что им хватит сил изображать счастливую семью.

– Твоя мама справится, – уверенно ответила я. – В любом случае не переживай об этом. Территория особняка достаточно велика, чтобы они ни разу не встретились. Я попрошу Иллаю помочь с организацией. Она будет занята, так что лин Ксанир не должен стать проблемой. А вот дети на жертвоприношении – неприятная ситуация. Кстати, о детях. Мы с Амелией придумали, как можно уменьшить недовольство клана из-за посольской школы.

– Ты имеешь в виду, как можно забрать сирот из рук опекунов и не вызвать бунт? С большим интересом выслушаю.

– После ухода Доминики из приюта, официальным опекуном бессалийских сирот стала я. Они живут со мной. И для клана это – норма, – я начала объяснять наш с Амелией план, стараясь подбирать формулировки со всей деликатностью. – Если сироты клана перейдут под опеку главы, то мы получим официальное право забрать их к нам в особняк. Потом можно прийти к выводу, что переселить их временно на источник – полезно для раскрытия магического потенциала. Недовольные, конечно, будут. Но когда первый выпуск поступит в академию и покажет хорошие результаты, бунтовщики окончательно затихнут.

Кеннет положил руку на высокую спинку скамейки и задумался. Да, такого не делал никто и никогда. Фактически, я предлагала ему усыновить пятьдесят или шестьдесят детей. Стать отцом для тех, кто потерял обоих родителей. В Бессалии любой правитель ответил бы однозначное “нет”, но в клане многое было завязано на кровь. – Дети не получат фамилию Делири, не смогут претендовать на право называться наследниками, – продолжила я. – Мы опять совершим важное действие только на бумаге, не подтверждая его магически. Но оно откроет широкую дорогу в будущем. Я хочу забирать в посольскую школу всех мальчиков и девочек, кого не могут прокормить их родственники и чьим магическим потенциалом никто не занимается. Я мечтаю о сильном клане, где ценят каждого. Не важно, в какой семье ты родился. Избрал ли путь воина или стезю лекаря. У нас не будет “лишних” людей.

– Я разделяю твоё стремление, – ответил глава клана. – Но хочу рассмотреть и другие способы забрать детей в бессалийский интернат. Ты дашь мне время подумать?

– Конечно, ты лучше знаешь своих людей, – не стала я настаивать. – Но лучше подумать об этом, когда выспишься. Пойдём в спальню, если ты не передумал возвращаться.

Он улыбнулся и ответил мне долгим поцелуем.

Глава 4. Его Величество Дартмунд

Убежище Клана Смерти охранялось строже некоторых магических тайн. Точные координаты знал только глава и его ближний круг. Даже Шеар не мог выполнить приказ доставить туда бессалийского короля, пришлось просить Этана открыть портал. Стой Сокол на ногах, смог бы сопровождать монарха, но лучший убийца до сих пор лежал на койке в лазарете. Лекари делали всё, что могли. “Ждите, лин Делири. Такие раны затягиваются долго”. Он ждал. А пока сам отправился к королю, чтобы сообщить последние новости.

Серебристая арка портала была единственной дорогой вглубь необитаемого острова. Земли там почти не было. Высокий холм, поросший кустарником, полоска песчаного пляжа и выдолбленная в толще горных пород пещера. О королевской роскоши и комфорте речи не шло. Когда Кеннет ступил на каменный пол убежища, он увидел тусклый свет двух зажжённых лампад, деревянную дверь в конце коридора и скромный половик, связанный матерью одного из разведчиков.

– Ваше Величество, – глава клана постучал в дверь. – К вам можно?

– Нужно, лин Делири, – Дартмунд закашлялся. – А то я скоро сойду тут с ума от одиночества.

Кеннет занёс в комнату корзину с продуктами. Повариха Хельды, прочитав меню, думала, что готовит на целый отряд. Положила столовые приборы, завёрнутые в салфетки, несколько кружек, тарелок. Но, главное, десять горшочков с изысканными блюдами. Король любил утку в апельсиновом соусе. Свежую лососину на тонкой лепёшке со сливочным сыром и зеленью. Индейку со сложным гарниром.

– От запаха голова кружится, – Дартмунд встал с кровати, подтягивая штаны. Они едва держались под толстым животом. – Я нашёл холодную кладовку в ваших закромах. Если держать там корзину, ничего не испортится.

– Вам хватает вина? – глава клана поставил корзину на стол. – Принести ещё несколько бутылок?

– Нет, благодарю, – монарх откинул тряпицу и накинулся на горшочки с азартом дочери, дождавшейся отца с подарками из дальнего странствия. – Жажда не так сильно меня мучает, как голод. “Всё от нервов”, – говорила покойная супруга. Может быть. Вы разделите со мной трапезу?

– Почту за честь.

Кеннет принял из его рук горшочек, взял салфетку с приборами и сел за стол. Есть не хотелось. Но было бы глупо изводить короля переговорами, не дав ему поужинать. Дартмунд переносил вынужденное заточение с поразительным для его возраста и положения терпением. Грубая мебель в комнате, никаких слуг и солнечного света. А всё, что он просил – “поесть нормально”.

– М-м-м, – мычал король Бессалии, обгладывая утку. – Восхитительно. Мой повар превзошёл сам себя. Он знал, для кого готовил?

– Нет, корзинку собирали в клане, – Кеннету достался крем-суп с грибами. Одно из лучших блюд Нэди. – Мы соблюдаем секретность.

– Хорошо, – Дартмунд плеснул вина в кружку и поднял её в символическом тосте. – За успех нашего предприятия. Как там моя фальшивая задница? Удобно уселась на троне?

Кеннет легко расшифровал шутку. Речь шла о человеке с магически изменённой внешностью. Глава боевых магов клана умел создавать настолько правдоподобную иллюзию, что даже родная мать Дартмунда не увидела бы подмены. Выражение лица, телосложение, походка, голос – всё принадлежало королю. Но носил маску другой человек.

– Да, можно сказать, что он счастлив.

– Ещё бы, – фыркнул король, рукой вытирая с губ апельсиновый соус. – Ест и спит на золоте, в туалете шёлком подтирается. Одно неудобство – могут убить.

– Мы думаем, это случится завтра на рассвете, – сдержанно ответил Кеннет. – Чуть позже, чем ваша младшая дочь попытается заколоть кинжалом старшую. Не своей рукой, разумеется. Мы следим за нанятым убийцей.

– Он из высокого квартала? – у Дартмунда пропал аппетит. Король отодвинул горшочек и сложил руки на столе.

– Да. Много лет работал на предшественника Паучихи и вряд ли пойдёт против интересов королевы преступного мира.

– Не смейте вручать этой сучьей дочери незаслуженный титул! – монарх грохнул кулаком по столу. – В ней нет ни капли королевской крови!

– Прошу прощения, Ваше Величество, – поклонился Кеннет. – Больше я такой оплошности себе не позволю.

– Ладно, – смягчился Дартмунд. – И вы простите мне резкость, лин Делири. Ситуация – демону в бездне не пожелаешь. Собственные дети. На родного отца…

Слезу он не пустил, сдержался. Хотя Кеннет по напряжению в комнате чувствовал, что из последних сил. Старик-король был раздавлен ещё несостоявшимся покушением. И вроде бы за власть цеплялся, но уже думал, зачем она ему, если династия прервётся и оставить королевство будет некому.

– Так что там с покушением на Маризу? Наёмный убийца из высокого квартала. Ну же, продолжайте, лин Делири.

– В интересах Паучихи посадить на трон как раз старшую принцессу. Поэтому, Её Высочество, скорее всего, похитят и спрячут. Затем убийца уйдёт в тень, позволит дворцовой страже убить “куклу”…

– Фальшивого короля? – перебил Дартмунд. – Вот прям взять и убить? А он знает? Или это будет сюрпризом?

– Он знает, – ответил Кеннет, покручивая серебряную ложку. – Мы взяли рабочего с завода в Трезде. Его уволили несколько месяцев назад, когда новый хозяин стал терпеть убытки. А у рабочего девять детей. Трое своих и четверо племянников. Сыновей погибшего на войне брата. Семья голодала, вот он и решился на отчаянный шаг.

– Вы предложили ему золото?

– Да. Столько, сколько он счёл достаточным, чтобы надеть маску и сесть на трон.

– Однако, – королю стало сложно дышать. Он оттянул пальцем тугой шейным платок и хлебнул вина. – Слышал о таком, но не думал, что столкнусь лично. Был бы помоложе, возмутился, что верноподданических чувств не хватило, пришлось заплатить. Но я, смею надеяться, поумнел. Вы ведь включите это золото в статью расходов по договору?

Кеннет молча кивнул.

– Я добавлю сверху. Моя жизнь стоит того, чтобы девять детей из бедной семьи ни в чём не нуждались. Но мы всё время останавливаемся. Что произойдёт дальше?

– Воины клана усилят охрану вашего сына. Мы дождёмся объявления “король умер, да здравствует королева” и достанем завещание. Принцессу Атоллию вместе с мужем возьмут под стражу. А пока ваш сын будет готовиться к коронации, мы зачистим остальных заговорщиков.

– Я хочу сам приговорить Маризу к казни, – напомнил король.

– Если мы отобьём её у Паучихи, то посадим в ту же тюрьму, что и младшую принцессу. Но велик шанс не успеть. Спасаясь бегством, “Сучья дочь” будет тщательно заметать следы.

Оставить в секрете личность покровителя и членов Ордена Невидящих для Паучихи важнее, чем жизнь принцессы-неудачницы при воскресшем короле. Кеннет не сомневался, что Маризе перережут глотку прямо в её убежище. Причём те же люди, что её охраняли.

– И всё же я надеюсь на полное исполнение наших договорённостей, – король налил вина в кружку и достал из корзины второй горшочек. – Только тогда я соглашусь выплатить премию сверх обозначенной суммы.

Кеннет снова молчал кивнул.

***

Паучиху искали по всем бессалийским провинциям, заглянули в каждую зловонную дыру высокого квартала, а королева преступного мира пряталась у всех на виду. Прямо в центре столицы в катакомбах под площадью восстания. Когда-то королевская гвардия держала там зверинец. Маги науськивали опасных тварей на врагов короны. Клетки уходили на три уровня под землю. Специально, чтобы звери не мёрзли, провели водяное отопление. И навесили крайне специфическую магическую защиту. Принесённых в жертву людей закопали в четырёх углах подземелья. Сквозь трупы текла субстанция, изобретённая тёмными, и поддерживала охранную сеть. Три столетия назад король подчинился воле восставшего народа и сравнял верхние этажи зверинца с землёй. Покойников выкопали и перезахоронили. Катакомбы тоже собирались засыпать, но ограничились тем, что завалили камнями лестницы, ведущие вниз. Так столица обзавелась седьмой из двенадцати своих площадей.

“Паучиха раскопала зверинец ещё до того, как стала королевой, – писал в одном из своих докладов Пруст. – Заново замаскировала вход и положила в саркофаги свежих жертвенных покойников. Двух бродяг и двух проституток, если верить тому, что болтают. В особом порядке и с соблюдением баланса по полу, весу и возрасту жертв. Дело было за малым – найти рецепт субстанции тёмных. Именно тут по слухам и появился таинственный покровитель с воронами-ящерицами”.

Скверные новости для клана. Кеннет долго сидел, оглядываясь на свернутую трубочкой записку. Получалось, что Орден Невидящих заинтересовался Паучихой раньше, чем она получила власть. Что-то такое было в обычной на вид девушке, что выделяло её из других обитателей высокого квартала. Особый дар? Ценные знания, доставшиеся ей по наследству? Или она просто оказалась в нужное время в нужном месте? Хотелось бы выяснить до атаки на логово, но времени не оставалось. Покровитель воссоздал субстанцию тёмных и активировал защиту зверинца. Паучиха со своей свитой укрылась там сразу после того, как узнала, что источник Хельды перешёл в руки Верховной. Попасть в подземное убежище могли только те, кто прошёл обряд посвящения. В том числе два уже мёртвых разведчика клана и Пруст. Отрезав воинам головы, королева запретила посвящать новичков.

“Защита похожа на мыльную плёнку с цветными разводами, – продолжал Пруст. – Она пропускает имеющих магическую метку и убивает тех, у кого её нет. Мы постоянно находим дохлых крыс и бродячих котов. Но если “отравить” стражей-покойников настойкой водного перца, то субстанция распадётся и защита исчезнет”.

Кеннет двадцать лет тесно работал с Прустом, но до сих пор дух захватывало от того, в какие тайны он умудрялся проникать. Когда говорят, что незаменимых людей нет – нагло врут. Клану долго придётся ждать рождения человека, подобного нынешнему главе разведки.

Вторжение в логово Паучихи спланировали на предрассветное утро государственного переворота в Бессалии. Для Пруста на городской ратуше повесили условный знак – нарядили одну из каменных статуй в чепец с кружевами. Разведчику предстояло добраться до четырёх саркофагов в самых дальних закоулках бывшего зверинца и вколоть настойку в тела нетленных жертв. Кеннет не знал, получится у него или нет. Но всё-таки спустился вместе с небольшим отрядом магов в подвал бывшей аптеки. Здесь за одним из пустых стеллажей прямо на стене блестела “мыльная плёнка”.

– Я же говорил, покровитель Паучихи прибыл из другого мира, – проворчал Линней. – Заклинание тёмных оборачивалось обычной иллюзией. А здесь демоны знают что.

– Как хорошо, что головорезы и мелкие воришки не разбираются в магических тонкостях, – поддержал его Шеар. – Иначе не за что бы не согласились нырять в эдакую дрянь.

– Вы занервничали, что ли? – нахмурился глава клана. – Сворачиваем операцию, идём по домам?

Воины в походное одежде, удобной для резни, дружно промолчали. Плёнка действительно вгоняла в ступор. Что прикажете делать, когда она исчезнет? Шагать прямо в стену? Поисковики не реагировали. Более тонкие инструменты обнаружения магии тоже молчали. Оттого-то городская стража не беспокоилась из-за пустого подвала, а Паучиха успешно водила сыскарей всех мастей за нос.

“Зря ты не хочешь получить награду за её голову, – с укором сказала бы Хельда. – Столько денег потеряем”.

Да уж, жена иногда слишком сильно напоминала покойного лина Беринского. Каждый золой, пролетающий мимо её кошелька, считала личным оскорблением. Но Кеннет не привык мечтать о награде за ещё живого человека. Если Паучиха – “дама с секретом”, то ожидать от неё можно чего угодно.

– Плёнка бледнеет, – Линней ткнул пальцем в стену.

– Тебе кажется, – фыркнул было Шеар, но тут же замер.

Цветные разводы устроили безумную пляску. Будто кто-то вставил соломинку в лужу и начал мутить воду, пуская пузыри. Чужая магия боролась с чем-то, а потом исчезла. В это же мгновение запищал поисковик.

– Кто заказывал обычную иллюзию? – Шеар с улыбкой покосился на Линнея. – Получите, распишитесь.

– Сейчас проверим, – боевой маг достал из мешка белого кролика, – какая там иллюзия.

Ушастая жертва испуганно принюхивалась. Кеннет сомневался, что животное, даже такое глупое, добровольно пойдёт прямо в каменную кладку, но Линней не в цирк пришёл на представление. Не собирался показывать чудеса дрессировки. Он бросил кролика так, чтобы он пролетел сквозь иллюзию и щелкнул пальцами, накладывая заклинание-определитель жизни. Жёлтый ореол над животным, давшим стрекача, виднелся даже в полумраке тайного коридора.

– Ай, да Пруст, – тихо радовался Шеар, – ай, да командир. Успел. Сделал.

– Выстраиваемся в боевом порядке, – Линней, не спрашивая разрешения, взял руководство атакой.

Первым поставил двух воинов с самой сильной магической бронёй. В клане их называли “щитами”. За ними “боевиков”, Кеннета, Шеара и магов поддержки. Сам Линней держался ближе к главе клана. Подал условный знак и отряд вошёл в коридор на первом уровне зверинца.

Свита Паучихи не ждала гостей. Часовые мирно пьянствовали в тесном закутке и умерли от удушающего заклинания, не издав ни писка. Пруст нарисовал карту в одном из посланий, Линней выучил её и знаками направлял отряд по запутанным коридорам разбойничьего логова. Хозяев убивали спящими в постели. Редких праздно шатающихся успевали поймать до того, как они наделают слишком много шума. Повариха выронила котелок с нарезанными овощами и тут же уснула. Кеннет позволил потратить несколько минут, чтобы связать её и спрятать в кладовке. Больше никому пощады не дали. Когда до спальни королевы оставалось два поворота, глава клана занервничал, что всё идёт слишком легко. Обманчиво просто. Но сколько раз самые сложные вылазки заканчивались вот так? Профессионально выполненной резнёй. Именно за это Клану Смерти платили золотом. Разве нет?

“Живой за поворотом справа, – знаками показал Линней. – Один. Стоит”.

Воин-щит обновил голубое сияние брони и шагнул в темноту. До того, как с его пальцев сорвалось нечто смертоносное, вспыхнул огонёк. Возле двери в спальню Паучихи стоял Пруст.

“Значит, она там”, – мелькнула мысль.

У Кеннета ладонь заныла, как хотелось выхватить меч и лично отрубить ей голову. Но в очереди на право мести он стоял далеко не первым. Шеар потерял друзей, Пруст резал им глотки. Последние всполохи гнева ушли под гнёт железной воли главы клана. Он позволил “щиту” открыть дверь и пару мгновений просто смотрел, как чёрные тени заполняли роскошно обставленную комнату. Как вздрогнули полотна балдахина. Последний взгляд Паучихи был отражением ужаса. Она не смогла достойно принять смерть. Закричала, когда кинжал вошёл в сердце.

“Ты пожалеешь”, – сказала эта женщина Хельде.

“Я пришлю голову твоей жены” – угрожала она в письме.

– Несите сундук, – приказал Кеннет.

В смерти не было ничего прекрасного, но месть иногда доставляла удовольствие.

Глава 5. Официальное новоселье

Поводов для праздника у нас было невероятное количество. Начиная с переезда и моей беременности, заканчивая долгожданным решением бессалийского вопроса. Кеннет вернулся утром. Уставший, немного пьяный и очень довольный. “Её больше нет,” – шептал он, обнимая меня. Почти задушил в объятиях. Я только тогда поняла, насколько его раздражала опасность, исходящая от королевы преступного мира. Нет, муж тысячу раз повторял о своей тревоге вслух, но я всё равно не понимала. Паучиха ведь была так далеко. Не считая ранения Сокола, она не предприняла ничего стоящего против нас.

Я одёрнула себя, ругая за легкомыслие. Лучший убийца клана выжил, благодаря настойчивости Этана и Бояны. По чистой случайности. И даже тогда я не до конца осознала, в какой опасности были мы все. Но теперь всё закончилось. Запоздавшие страх и неуверенность уже не имели значения. Кеннет победил.

– Лина Хельда, гости начали прибывать, – сказала Мина. – Вы готовы?

– Да, – я поправила пару цветов на платье и задержалась взглядом на браслете.

Этан сделал украшение-копию брачного артефакта, так что больше не было нужды в длинных рукавах, но Иллая настаивала на тёплой одежде. Так что красный камень выглядывал из-под ткани традиционного чёрного цвета лишь наполовину.

– Пойдём встречать, – позвала я служанку, и она открыла для меня дверь, пропуская вперёд.

В самом особняке было пусто, только слуги сновали по коридорам с подносами наперевес. Кеннет уже ждал на крыльце. Расслабленный, улыбчивый и нарядный. В чёрном парадном мундире. С неизменным мечом на перевязи.

– Выглядишь отдохнувшим, – я поцеловала мужа в щёку. – До сих пор мечтаю узнать, как у тебя получается высыпаться за пару часов. Меня всё время клонит в сон.

– Ты носишь ребёнка. Лекарь сказал, это нормально.

– Значит, твой секрет мне не поможет, – рассмеялась я. – Иллая встречает гостей?

– Только одного, – Кеннет указал взглядом на высокого плечистого мужчину рядом со свекровью. – Я пригласил Мариса.

Того самого первого ухажёра и официального жениха, у которого Ксанир увёл невесту. Я не ожидала подобного хода от мужа. Смотрела на него с изумлением. Раньше он настойчиво отговаривался от любого вмешательства в отношения родителей и вдруг пригласил возможного разлучника. Конечно, если у Мариса не остыли чувства и он спустя столько лет готов взять реванш в битве за сердце лины Иллаи.

– Как отреагировал твой отец?

– Не знаю пока, – муж подал мне руку. – Но он ответил на приглашение. Значит, приедет.

– Я вчера говорила с Иллаей, – вспомнила я. – Лекарь подтвердил беременность Сандры, но пол ребёнка пока неизвестен. Надеюсь, она не устроит сцену сегодня.

Я нашла взглядом Сандру, увлечённо беседующую с одним из приглашённых поваров. Нэди не справилась бы с такой толпой народа, пришлось звать на помощь фитоллийских умельцев. Мужчина улыбался симпатичной женщине, выставляя грудь колесом, и активно жестикулировал. Кажется, получив от Ксанира однозначный отказ потакать её прихотям, Сандра решила найти новую жертву. Забавно, что даже дитя под сердцем не казалось ей преградой.

– Не переживай, – Кеннет повёл меня к дороге, куда подъезжали гости. – Мама не позволит испортить торжество.

С этим я была согласна. Иллая слишком много сил и времени потратила на организацию новоселья, чтобы кто-нибудь мог сорвать чётко выверенный план. Иногда мне казалось, что свекровь вела боевые действия, а не устраивала праздник, настолько ответственно она подходила к задаче.

Двор украсили цветами и разноцветными лентами, поставили огромные столы и шатры для жертвоприношения. Вина закупили немногим меньше, чем на свадьбу, хотя сегодня гулять три дня не полагалось. Моих воспитанников нарядили, благо одежды Риль нашила им на десять лет вперёд.

Настроение у нас с Кеннетом было таким замечательным, что пытка приветствиями гостей пролетала почти незаметно. Я опиралась на руку мужа, улыбалась соклановцам и отвечала благодарностью на многочисленные поздравления со скорым пополнением. Когда же в паре метров от нас открылся портал, и из арки на засыпанную �