Агдас бесплатное чтение

Глава 1. Пробуждение

Что такое страх? Почему мы боимся всего нового и неизвестного? Мама всегда читала мне о древних открытиях, раскопках, тайнах... Куда делось любопытство людей, желание открывать неизведанное и познавать его? Почему мы стали такими жестокими и закрытыми?

Сабрина Мейсон

2086 год. Салит — крупнейший портовый город островного государства Агдас, затерянного где-то в Тихом океане. Расположенный вдоль побережье, Салит стал первым пристанищем для переселенцев с материка. Современные жители города уже давно забыли, почему их предки обустроились именно здесь, но надежда, что Салит смог оправдать ожидания все еще жива.

С каждым годом, город все больше вливается в современный ритм жизни. Новые технологии, как и во всем остальном мире, довольно быстро развиваются и распространяются. Однако, здесь все еще можно найти места, напоминающие о прошлом.

Например, статуя рыбаков на центральной площади, основанная в 2063 году. Она изображает трех мужчин с их снастями и уловом. Или храм Покровителя в Штормовом районе. Храм выполнен в классическом стиле, но имеет уникальную атмосферу, передающую природу своего божества.

Многие здания в районе Сирен были построены еще в конце 2010х годов первыми переселенцами.

Одним из таких зданий было кафе «Три сиропа». Оно из последних сил старалось сохранить в себе дух былых времён, следуя старым традициям. Пятьдесят лет назад трое братьев решили открыть это заведение и взяли слово со всех своих преемников, что те не станут менять кафе в угоду моде.

Прямо на пороге посетителей встречала цветастая деревянная вывеска ручной работы. За ней оранжевая дверь открывала вихрь ароматов, музыки и уюта. Овальный зал, окаймлённый книжными полками, каждый день наполнялся голосами, смехом и запахом вкусной еды.

В центре зала стоял мини-фонтан с цветной водой, которая меняла цвет, как ей вздумается. Порой дети любовались этой игрой красок, а сотрудники предлагали им бросить монетку на удачу - традиция, о которой им рассказывали их бабушки и дедушки.

Внутри светло-лиловых стен разместились колонки, издающие чарующие звуки классической музыки. Бах, Чайковский, Мусоргский, Моцарт. Многие посетители даже не знали, кто эти люди и какой вклад они внесли в развитие искусства в свое время.

Современную молодёжь нельзя винить за подобное невежество. Они живут в другое время, увлекаются другими вещами. Элизабет прекрасно это знала, но порой у нее не получалось закрывать на это глаза. В голове девушки до сих пор крутилась утренняя сцена.

— Это ж надо было такое сказать, — девушка механически пересчитывала дневную выручку. Цифры мелькали на экране, но приходилось вновь и вновь нажимать кнопку сброса — мысли продолжали возвращаться к утреннему разговору с посетителем.

Моника — её коллега и, пожалуй, единственная подруга — уже закончила уборку: стерла последние крошки со столиков, поправила помятый за день фартук и теперь приближалась к стойке, качая головой. Ее пушистые каштановые волосы наотрез отказывались оставаться в хвосте, а потому их хозяйка сдалась и распустила его.

— Да перестань ты заводиться. Ну попросил парнишка убрать старые книги. Что тут такого?

— Что такого? — Лиззи с раздражением хлопнула крышкой кассы. — Все эти книги из библиотеки моего деда и прадеда! — Она резким жестом указала на полки с потрёпанными фолиантами, редкими реликвиями бумажной эпохи.

— Ой, да перестань! — Моника выключила стереосистему, и музыка резко оборвалась. — Они настолько древние, что даже названия не разобрать. Ты вечно всё драматизируешь.

Ловко взобравшись на барный стул, подруга потянулась к одной из висячих ламп. Под потолком кафе мерцали изящные клетки с механическими птицами, в которых были встроены светильники. Иногда сотрудники выпускали этих искусственных птах, и тогда по залу начинал кружить причудливый танец света и тени, создавая неповторимую атмосферу.

— Просто они мне дороги, — упрямо твердила Лиззи, сжимая кулаки. — А этот сопляк просто... просто...

— Что? — Моника скрестила руки на груди, ожидая продолжения. Но Лиззи лишь вздохнула и вытащила пачку сигарет из заднего кармана джинс. Упаковка была старой и мятой, рисунок еле просматривался. Табак внутри давно превратился в труху — стоило прикоснуться, и он рассыпался бы прахом.

— Читаешь нотации подросткам о ценности книг, а сама хранишь этот музейный экспонат, — фыркнула Моника, подталкивая подругу к выходу. — Вот уж действительно пережиток!

— Я их не курю. Ты же знаешь. Просто…Они напоминают мне отца.

— Да, знаю, — Моника сняла фартук и небрежно швырнула его под стойку. — Он хотя бы не таскал тебя по казармам, как мой дед, когда я была ребенком.

Она прищурилась, изучая подругу:

— Что-то у тебя сегодня слишком много этих "просто". Обзавелась новым словом-паразитом?

Уголок губ Лиззи дрогнул в усмешке.

— Видимо, да.

Ее пальцы крутанула пачку сигарет еще один раз, перед тем как спрятать ее обратно в карман джинс.

— Жаль, что я плохо помню его, — пробубнила она себе под нос.

Моника щелкнула кнопкой мини-телевизора у кассы и взялась за швабру. Элизабет, протиравшая стойку, замерла — экран приковал её внимание.

Телеведущая в розовом костюме рассказывала о последних событиях.

«Сегодня в шесть часов вечера было подавлено восстание рабочих на текстильном комбинате под Лионом. Протестующие отказывались возвращаться к станкам, пока администрация не уволит всех Одарённых сотрудников».

Камера переключилась на дрожащую любительскую съёмку: толпа, перекошенные лица, чьи-то руки, хватающие за плечи. За кадром - взволнованный французский говор, где гнев смешивался с одобрительными выкриками.

«По предварительным данным, в столкновениях погибли двое Одарённых и сын владельца фабрики, пытавшийся их защитить»,— голос дикторши оставался бесстрастным.

«Конфликт, к счастью, исчерпан. Все требования рабочих удовлетворены, производственный процесс восстановлен».

Камера вновь переключилась на студию. Телеведущая выдержала небольшую паузу, чтобы перевести дух. Лиззи мельком обратила внимание, на то, как женщина сжимала в своих пальцах ручку.

«Это уже третий подобный инцидент в Европе. Подобные ситуации происходят и в других странах. Напомним, что в прошлом месяце в Чикаго произошёл взрыв в одной из Академий для Одарённых...»

— Кажется, люди обречены вечно враждовать, — проворчала Моника, переворачивая стулья ножками вверх.

Ирония ситуации не ускользала от неё: в эпоху бытовых роботов и умных систем хозяин кафе упрямо настаивал на ручной уборке. По старинке. Без всяких послаблений.

Поначалу весь персонал — и Лиззи, и Моника, и другие — возмущались этому абсурдному требованию. Зачем в 2086 году вытирать столы тряпкой, когда есть автоуборщики? Но постепенно что-то изменилось.

Моника провела ладонью по полированной деревянной столешнице, ощущая под своими смуглыми пальцами годичные кольца. В этом был странный ритуал — каждое движение, каждый взмах швабры словно соединял их с теми, кто точно так же наводил порядок десятилетия назад.

Ручная уборка стала медитацией. Нудной, утомительной, но... особенной. Именно эти ритуалы создавали ту самую атмосферу ушедшей эпохи, за которую клиенты и любили их кафе.

Элизабет щелкнула кнопку выключения, и экран погас. Она смотрела на свое отражение ровно секунду, прежде чем сказать:

— Ты права. Я всё никак не пойму — откуда в людях столько ярости?

Моника, опираясь на швабру, ответила весьма односложно:

— Зависть. Обычная человеческая зависть. Представь: кто-то просыпается с суперспособностями и летит на первые полосы газет. А кто-то — вот так вот, со шваброй в руках, до пенсии.

— Но большинство Одаренных живут обычной жизнью, — тихо возразила Лиззи, поправляя салфетницу. — Они не супергерои в плащах.

— Именно это и бесит людей больше всего! — Моника резко опустила стул на пол и плюхнулась на него. — Мой сосед... Боже, когда его отдел возглавил тот парень с фотонным зрением, он чуть не разнёс всю квартиру в щепки. Мы с его женой два часа уговаривали его не делать глупостей.

Её руки слегка дрожали. Лиззи молча придвинула второй стул, их плечи почти соприкоснулись.

— А ты? — спросила Лиззи, осторожно изучая лицо подруги. — Что ты на самом деле думаешь о них?

В кафе повисла тягучая пауза, нарушаемая лишь тиканьем старинных часов за стойкой.

— Честно не знаю, — Моника пожала плечами и начала обмахиваться краем фартука. — Родители у меня любят всех этих суперспособных. Мама до сих пор вспоминает, как лет пять назад какой-то летун буквально перенес ее из магазина домой на своей спине вместе с покупками. Мол, от простых людей такой помощи не дождешься. Папа ее поддерживает.

Она нервно провела рукой по волосам:

— А друзья... они считают Одаренных генетическим мусором. Уверяют, что все они долго не живут.

— Но это же ложь! — Лиззи резко сжала край своей рубашки. — Они умирают только без должного обучения. Если способности проявились — значит, организм адаптировался.

— Я в курсе. Но мои друзья те еще гении мысли. Им без толку что-то объяснять, —Моника закатала рукав кофты, чтобы взглянуть на часы. Половина девятого.

— Слушай, Лиз, а тебе не надо на эти твои занятия?

Лиззи вскочила, словно ошпарилась, схватила запястье Моники, чтобы тоже посмотреть на ее часы. Занятие начиналось ровно в девять. Нужно было бежать.

— А ты принесла? — с надеждой спросила она, переодевая обувь. Подруга хитро прищурила глаза, зная, что через пару секунд ее будут готовы носить на руках.

— Где-то под стойкой… — небрежно махнула она рукой.

Лиззи наклонилась и взяла в руки прекрасную акустическую гитару в белом чехле.

— На тебя всегда можно положиться, — Лиззи надела гитару на спину и в благодарность поцеловала Монику аж в обе щеки.

— Беги уже! — Моника, всё ещё смеясь, крикнула ей вдогонку. — И помни — я жду свой VIP-билет на дебютный концерт!

— Будет тебе целая пачка! — голос Лиззи растворился в уличном шуме вместе со стуком её кед по брусчатке.

Погода в Салите оставляла желать лучшего. Осень всегда наступала внезапно. Леденящий ветер с океана впивался в кожу, а влажность обволакивала, словно мокрая простыня. Явно ожидался дождь. А ведь брат говорил ей надеть ветровку.

Лиззи нервно дёрнула воротник, застёгивая рубашку на все пуговицы. "Хоть бы успеть до дождя", — мелькнуло в голове. Впрочем, если не успеет — ну и чёрт с ним. Главное, чтобы гитара осталась сухой.

Элизабет была благодарна подруге за одолженный инструмент. Учиться на гитаре преподавателя, становилось просто неудобно. Хотелось готовиться к концерту на «своем» инструменте. Лиззи была бы рада купить себе гитару. Новую, красивую…но ее зарплаты не хватало на подобное.

Остановка виднелась в двух кварталах от кафе. Лиззи уже мысленно рассчитывала время, когда вдруг — удар под дых — её автобус начал отъезжать. Сердце бешено застучало.

— Стой! — вырвалось у неё, когда она рванула вперёд, нелепо размахивая свободной рукой.

Но жёлтый автобус равнодушно мигнул ей задними фарами, продолжая удаляться. Лиззи застыла на краю тротуара, сжимая ремень гитарного чехла.

— Твою мать! — от негодования девушка пнула близ стоящий столб. Пальцы на ноге неприятно заныли от такого действа. Оставалось надеяться, что следующий автобус приедет скоро.

Девушка присела на скамейку и достала телефон. Был смысл позвонить брату, чтобы он не переживал. Листая список контактов, Лиззи в очередной раз сделала себе замечание о том, что стоило би почистить все эти непонятные номера. «Цветы плохо», «Подарок брату», «Новая коллега, уволилась», «учились в одной школе» и целый список подобного. Лиззи даже не могла вспомнить, когда последний раз звонила по этим номерам. И пользовалась ли она ими вообще? Единственные номера, которые ей действительно пригождались это номера брата, Моники, начальника и матери. Хотя последний девушка тоже мысленно отнесла к тем, что стоит удалить. А вот номер ее преподавателя по гитаре ей сейчас очень пригодился бы. По крайней мере она смогла бы предупредить его, что может опоздать. Чего она, к слову никогда не делала, и до ужаса ненавидела. Пунктуальность — одна из черт, которой Лиззи неприкрыто гордилась.

Она набрала номер.

Раздались длинные гудки, прежде чем на другом конце линии послышался голос:

— Да, слушаю. — Кевин ответил машинально, даже не взглянув на экран. Эта профессиональная привычка — брать трубку не глядя — часто ставила его в неловкие положения.

— Кев, это я, — Элизабет прижала телефон к уху, перекрывая шум улицы. — Не смогла поймать автобус... Ты не подбросишь до занятий?

На том конце провода повисла тягостная пауза, прерванная глубоким вздохом:

— Эли, я бы с радостью, но... — в голосе брата слышалась беспомощность, — я на собрании. Даже не знаю, когда нас выпустят.

— Ладно, я понимаю, — Лиззи сдавила телефон чуть сильнее, стараясь, чтобы разочарование не просочилось в голос. Она прекрасно знала — одно неверное движение Кевина, и они останутся без его зарплаты. — Позвоню после занятий, — поспешно закончила она и отключилась.

Обидно, конечно, что брат не сможет ей помочь, но ничего не поделаешь. Пока есть время, можно почистить телефон от мусора. Контакты, старые фото, видео, приложения, которыми не пользуешься. Лиззи решила удалить все. Она знала, что, скорее всего, все эти игры вернуться на ее телефон через какое-то время, а фотографии понадобятся в самый неожиданный момент, но будет уже поздно.

— Ждете автобус? — раздался мужской голос прямо рядом с Элизабет. Девушка чуть вздрогнула и машинально прижала телефон к груди. Она подняла голову и посмотрела на незнакомца. Дорогие, но уже старые ботинки, заляпанные джинсы, черная рубашка навыпуск и пиджак, явно на размер меньше, чем положено. Волосы были в хорошем состоянии, но вот само лицо страдало от прыщей.

Лиззи старалась не судить людей по внешности, но от вида этого человека ей стало не по себе.

— Да. Вы… тоже? — неестественно медленно спросила она. Не хотелось вызвать у мужчины неправильную реакцию. Мало ли, что это за человек.

— Слышал, там, где-то авария случилась. Три машины столкнулись. Боюсь, вы можете не дождаться автобуса. Я могу вас подвезти.

А вот и классическая ловушка для наивных девочек. Лиззи прекрасно знала, что соглашаться на подобные предложения глупо и опасно. Она сняла со спины гитару, взяла ее в руки и встала.

— Спасибо, но не хочу вас обременять. Я лучше сама, — она улыбнулась. Мужчина сделал шаг навстречу. Лиззи сжала гитару крепче. Не хотелось бы ломать инструмент Моники об голову этого мутного типа. Но Лиззи была уверена, что подруга ее поймет.

— Вы уверены? Темно уже, — забота, прозвучавшая в его голосе, испугала девушку еще сильнее. В ответ она пискнула:

— Нет, — она сглотнула, — точнее да, темно. Но я не особо спешу. Еще раз спасибо.

Мужчина кивнул и ушел. Неожиданно, но расслабляться не стоит. Девушка подумала, что могла бы сказать, что ждет брата, но он мог слышать ее разговор по телефону. Да, скорее всего, он все слышал, и потому подошел. Понял, что помочь некому. Вот же мерзавец. Правда ли то, что он сказал про автобус. Там, действительно, произошла авария?

Лиззи проверила время. Осталось всего пятнадцать минут. Плохо дело. Этот тип, кажется, правда, ушел. Его нигде не было видно. Выбора не оставалось, нужно было идти пешком. Лиззи помнила, что короткий путь пролегал через три переулка, поэтому ей не очень хотелось так идти. Того и гляди заблудиться можно, но выбора не было.

— Была не была, — прошептала Лиззи, придавая себе уверенности. Она вновь водрузила гитару на спину, взяла зонтик из специальной урны рядом с остановкой и быстрым шагом перешла дорогу. Она надеялась успеть хотя бы на вторую часть своего урока.

Кевин ненавидел экстренные собрания. Особенно если он считал, что причина не была такой уж срочной. Например, желание босса взять на работу Одаренных.

— В этом году еще два наших конкурента наняли Одаренных, и их доходы резко возросли. Если посмотреть на этот график, можно увидеть, что… — Парнишка, выступающий с речью, был принят в компанию чуть более полугода назад. Это была его первая презентация, и дрожь в голосе выдавала волнение. Он видел, насколько коллегам было до лампочки. Кто-то сидел в телефоне, общался с соседом или просто нагло спал. Кевину стало жалко бедолагу, поэтому он изо всех сил старался делать вид, что внимательно слушает.

Когда экран переключился на последний слайд, в комнату вернулся босс.

— Спасибо, Скотт, садись. — Мистер Ньюман сам встал во главе стола и продолжил совещание. Кевин обратил внимание, как сразу поменялась атмосфера в комнате. Когда выступал начальник, никто не смел заниматься посторонними вещами.

— Уверен, из выступления коллеги вы поняли, чему посвящено наше заседание сегодня. Знаю, многих не обрадует такая перспектива, поэтому готов принимать ваши заявления об уходе уже завтра утром.

Все начали переглядываться. Первой заговорила Хлоя Вудс — блондинка, сидящая напротив Кевина. Она подняла руку.

— Вы серьезно хотите нанять Одаренных? Мистер Ньюман, при всем моем уважении к вам, неужели вы считаете, что это поможет компании в развитии? Где гарантия, что эти чудики не ухудшат наше положение?

В ее словах слышалась логика и разумное опасение, которое сразу поддержали несколько человек. Кевин был в их числе, но он решил воздержаться от высказываний. Мистер Ньюман медленно опустился в свое кресло и сложил руки в замок. Он выдержал паузу, мысленно обращаясь к каждому сотруднику в комнате, а потом ответил:

— Мне казалось, ваш коллега вполне четко объяснил успехпрочих компаний. Однако, если вы все-таки сомневаетесь, позвольте спросить: разве у меня были гарантии, когда я брал на работу вас, мисс Вудс? — Он адресовал вопрос конкретно ей, но каждый понял, что вопрос обращен ко всем. — Разве я мог знать наверняка, что вы приведете компанию к успеху или к краху? Не стоит мыслить предвзято. Одаренные — это обычные люди. Таково мое мнение.

— Боюсь, вы не правы, — продолжала Хлоя. Мужчины рядом закивали, поддерживая ее. Однако ни один из них не высказался вслух.

— Я понимаю страх и недовольство в сторону Одаренных. Это все еще новое явление для нас. Но давайте подумаем и поставим себя на их место. Вы бы хотели, чтобы вас ненавидели просто потому, что вы другие? Сомневаюсь, — мистер Ньюман говорил спокойно и тихо. Он прекрасно знал, что многие его подчиненные воспримут в штыки возможность работать с Одаренными. Он был к этому готов, поэтому знал, что говорить.

Кевин больше был на стороне Хлои в этом вопросе. Ему не была приятна перспектива разделить офис с этими уродами, как он их называл. Для него Одаренные были аномалией, которая еще покажет себя в будущем. Он только надеялся не застать это самое будущее. Однако больше всего Кевин не любил и даже презирал тех, кто стоял за Одаренными. Кто был причиной их появления. Он не любил избирательность. Кто-то становился достойным помощи, а кто-то нет. Эта мысль съедала его изнутри.

— Мистер Томпсон, вам есть что сказать? — Все взгляды устремились на Кевина, когда начальник обратился именно к нему. Секунду парень не мог понять, чем привлек всеобщее внимание, но потом сообразил, что, погрузившись в свои мысли и не очень приятные воспоминания, он полностью смял папку с документами для заседания. Видимо, мистер Ньюман решил, что Кевину есть что сказать, раз уж он так реагирует на дискуссию.

— Нет, простите, — не желая влезать в распри, он расправил папку и прочистил горло. Он не хотел иметь с Одаренными ничего общего, но также желал компании процветания и успеха. Ведь от этого зависела его работа и его семья.

— В таком случае, собрание окончено. Можете быть свободны, — начальник не видел причин продолжать. Хлоя подорвалась с места и последовала за начальником, когда тот покинул кабинет. Она, явно, не считала их разговор законченным.

— Упрямая она, правда? — Рядом с Кевином сидел его близкий друг Дерек О'Доннелл. Он все собрание просидел в телефоне, лишь изредка отрывая голову от экрана.

— И не говори. Хлоя не оставит в покое эту историю с Одаренными, — Кевин усмехнулся и встал из-за стола. Они с Дереком вместе вышли из зала и направились к лифту.

— Не удивительно. Хлоя же работает в отделе кадров. Ей придется проводить встречи с ними. Жесть. Вы же с ней встречались, нет?

— Было дело, — Кевин не любил вспоминать о своих отношениях с Хлоей. Они закончились недавно и не на очень хорошей ноте. Он до сих пор не мог понять, остались у него чувства к ней или нет.

— Смотри, что мне Саманта прислала, — Дерек показал Кевину экран своего телефона. Там была переписка и довольно пикантные фото женского тела в белье. Кевин тут же отвернулся и нажал на кнопку лифта.

— Боже, зачем ты мне это показываешь? Это же твоя жена.

— А чего такого? — Дерек не понял замечания, но телефон все же убрал в карман. — У меня красивая жена. Я люблю ею хвастаться. Она не против.

Они вошли в лифт.

— Если она тебе ничего не говорит по этому поводу, не значит, что ей всё равно. Просто твоя Саманта довольно покорная.

Дерек фыркнул.

— Покорная? Скажешь тоже. Это ты её в гневе не видел. Она один раз меня сковородкой ударила. До сих пор шишка есть, — для демонстрации Дерек почесал свой затылок.

— Врёшь ты, — Кевин был знаком с женой своего коллеги и прекрасно понимал, какой у неё характер. Она никогда не позволяла себе ругаться на мужа или повышать голос. Было довольно сложно представить её дерущейся.

— Честно. Можешь у Генри спросить, он подтвердит.

— Твоему Генри четыре. Он всё что угодно подтвердит за конфеты.

Лифт спустился на первый этаж. Дерек отправился к стойке администрации, чтобы забрать свой зонт. Он всегда оставлял его у секретаря на сохранение. Кевин же решил перезвонить сестре. Он набрал её номер и начал ждать ответа. Через пару гудков он услышал голос.

— Кевин? Да?

Парень тут же отметил сбившееся дыхание Лиззи.

— Эли, ты бежишь, что ли?

— Я убегаю... тут... ма... он едет... вешаю... чёрт!

Связь была просто ужасной. Кевин не разобрал половины слов, что пыталась сказать девушка, но он понял, что ему срочно нужно ехать за ней.

Элизабет и в самом деле оказалась в не очень приятной ситуации. Сейчас она неслась по очередному переулку, не помня, когда именно начала бежать. Гитара болталась на спине, грозя упасть и разбиться. Девушка не хотела сломать чужой инструмент, но не могла двигаться медленнее. Всё дело было в машине, что буквально преследовала её.

Всего пару минут назад Лиззи свернула в этот переулок, так как это был самый короткий путь до занятий. Всё было спокойно. Дождя ещё не было, девушка шла достаточно быстро, но не бежала, чтобы не запыхаться. Однако стоило ей оказаться у выхода к главной дороге, как путь ей преградила машина. Естественно, девушка отошла, подозревая, что водитель просто живёт здесь и хочет припарковаться. Но автомобиль поехал прямо на неё, ударив бампером.

— Какого хрена?! — возмутилась девушка. Ей уже встречались подобные гении, которые считали себя королями дорог, но подобной наглости Лиззи ещё не видела. Он же буквально сбил её. Или хотел сбить. К счастью, Лиззи устояла на ногах.

Окно со стороны водителя открылось, и оттуда показалась мужская физиономия. Было плохо видно из-за включённых фар, но Лиззи узнала голос.

— Ты мне отказала, сука. Я тебе помочь хотел. И награду получить! А теперь я просто повеселюсь с тобой, — он вышел из машины, держа в руках биту.

К своему ужасу, Лиззи быстро сообразила, о чём он говорил. Это был тот странный мужчина с остановки. Лиззи выставила вперёд зонтик, но разве он мог что-то противопоставить металлической бите? Этот мужик намеревался надругаться над девушкой, а потом убить её. Или наоборот, что тоже не радовало.

Оставалось только бежать. Машина преграждала путь к дороге. Лиззи рванула обратно в переулок, надеясь, что люди в домах услышат её крики. Через пару секунд за её спиной раздался звук движущегося автомобиля. Он ехал медленно, словно играясь с ней. Он был уверен, что жертва никуда не денется.

Лиззи с ужасом понимала, что он был прав. Бежать некуда. Стоило направиться обратно в сторону остановки - ведь так она попала бы на главную дорогу. Но эта мысль покинула её сознание, вытесненная страхом и адреналином. Лиззи хотела только оторваться. Гитара, казалось, весила несколько тонн. Зонт бесполезно болтался под ногами.

Девушка швырнула его назад, попав в капот, но чуть не упала сама. Она поскользнулась и снизила темп. Преследователя это позабавило. Он прибавил газу и заверещал, как резаный. Ему было очень весело. Он чувствовал себя охотником и добытчиком. Хищником.

Как раз в этот момент позвонил Кевин. Лиззи было совершенно не до него сейчас. Она даже не помнила, что говорила ему. Скорее всего, просто ругалась в трубку и кричала что-то.

— Тебе не убежать, детка! — подначивал мужик, вновь высунувшись из окна. — Стой, тварь!

Лиззи свернула за угол дома и, к своему ужасу, увидела стену. Тупик.

— Да вы издеваетесь, — выплевывала она воздух. Горло горело, а лёгкие трещали по швам. Бежать она ещё могла, но некуда. Машина преградила ей путь из этого закоулка. Осталось только расшибиться об стену. Или кинуться сразу под колёса.

— Оставь меня! Хватит уже! — взмолилась девушка. Она хотела звучать грозно, но куда там. Её голос надломился, и слова вылетали в виде истошного писка. Она прижалась спиной к стене. Послышался треск гитары.

— Ты мне надоела! — ответил водитель. Он опустил стекло, и из салона полилась музыка. Что-то очень громкое и агрессивное. Звук нарастал.

— Оставь меня в покое! — кричала Лиззи, но её не слышали. Музыка заглушала все её слова. А потом машина рванула прямо к ней. Колёса заскрипели, фары ослепили девушку. Она закричала и обхватила голову руками, падая на колени.

Но удара не последовало. Музыка резко оборвалась, а фары погасли. Она осмелилась открыть глаза и увидела невероятную картину. Машина остановилась в метре от неё. Передняя часть, включая место водителя, была полностью смята в гармошку. Лобовое стекло разбито, и через него виднелось тело мужчины. Его голова безвольно болталась на плечах, а изо рта стекала тонкая струйка крови.

Глава 2. Опасения

Центральное отделение полиции Салита.

Не самое приятное место для начала дня. Очень мало людей мечтают тут оказаться, особенно в качестве пострадавших или подозреваемых. А Лиззи до сих пор не могла понять, к какой ее относят категории.

Напротив неё сидел упитанный мужчина лет пятидесяти. Его седые усы шевелились каждый раз, когда он говорил. Детектив не повышал голос. Он был очень спокоен и терпелив.

— Мисс Томпсон, вы уверены, что вам больше нечего добавить по поводу случившегося? — Он допрашивал девушку уже около получаса. Она даже его имени вспомнить не могла, хотя в начале их разговора переспросила его несколько раз. Глаза девушки закрывались уже сами собой, а рот, наоборот, открывался в очередном зевке.

— Поверьте, если бы что-то и было, я бы не стала это утаивать, — Лиззи откинулась на спинку стула. Она была истощена. Не было сил даже думать о чём-то, не говоря уже о том, чтобы вспоминать детали событий, произошедших пару часов назад.

Перед глазами Элизабет до сих пор стояла та машина. Она помнила её смятый капот, повсюду - осколки стекла, и безжизненные глаза мужчины, устремлённые вдаль. Его сдавило, кости, скорее всего, сломаны, а внутренние органы превратились в кашу. Лиззи это так напугало, что она просто отключилась. В чувства её привели работники медслужбы.

Люди из домов вокруг вызвали полицию. Слышали ли они музыку или женские крики? Или просто увидели, что произошло? В любом случае, девушке было непонятно, почему ей не помогли сразу. Хотя нет... Всё предельно ясно. Никто из них не хотел проблем. Никто не готов был становиться спасителем и рыцарем, бегущим к леди в беде. Каждый из них, даже если что-то и видел, предпочёл задёрнуть шторы и спрятаться в своей квартире. Лиззи повезло, конечно, что кто=то всё же решил вызвать скорую.

— Мисс, как вы себя чувствуете? — Когда Лиззи открыла глаза она увидела перед собой человека в куртке скорой помощи. Сама она тогда лежала в самой машине. Лиззи чуть приподнялась на лежанке и увидела, что происходило снаружи.

Вокруг смятого автомобиля ходили полицейские и спасатели. Они анализировали аварию и пытались достать то, что осталось от водителя.

— Я в порядке, — прохрипела Лиззи.

Сотрудник помог ей сесть прямо и начал измерять давление. Он позвал одного из офицеров. Это была женщина невысокого роста с копной чёрных кудрей, завязанных в пучок. Множество прядей выбивались из причёски, создавая впечатление, будто она только что проснулась. Она подбежала к машине и забралась внутрь.

— Вы мисс Томпсон? — уточнила она.

— Откуда вам известно? — При себе у Лиззи не было никаких документов, которые бы помогли определить её личность.

Женщина не ответила. Она внимательно посмотрела на сотрудника медслужбы. Тот быстро убрал все приборы с тела пострадавшей и оставил девушек одних. Офицер перешла на шёпот:

— Знаю, вы можете не захотеть, чтобы я сидела сейчас рядом с вами, но я Одарённая. Я могу узнать имя человека, лишь взглянув на него.

— Вы очень смелая, раз решили признаться в этом. Многие люди ненавидят таких, как вы.

— Я просто выполняю свою работу. Не вижу смысла скрывать силу, если она может помочь расследованию. И я надеюсь, что вы, мисс Томпсон, не относитесь к числу Несогласных. — Женщина подмигнула. Подсознательно она понимала, что может говорить с Лиззи откровенно.

— Несогласных? Это те, кто не любит Одарённых?

— Именно. Это военный термин. Я привыкла его использовать.

— В таком случае я Согласная, — Лиззи попыталась пошутить, чтобы показать, что чувствует себя нормально. У неё не было никаких травм, страх почти отступил. Всё, что напоминало о случившемся, находилось за спиной офицера.

— Можешь шутить, значит, всё хорошо. В твоём телефоне я нашла номер твоего брата. Он поехал в участок. Боюсь, нам придётся и тебя туда доставить.

— Меня в чём-то обвиняют? — Мысль об этом вызвала волну паники. Кевин будет ждать её в участке. Перспектива — хуже некуда. Элизабет не желала доставлять брату неприятности, но он отвечал за неё, и выбора не было. Хоть сестре и было девятнадцать лет, в Агдасе она считалась несовершеннолетней вплоть до двадцати.

Один из врачей вернулся к машине. Он ещё раз спросил о самочувствии и забрал какой-то прибор. Видимо, они столкнулись с проблемами при извлечении тела водителя. На секунду Лиззи представила, как они достают его по частям. Представила куски мяса, лоскутами свисающие с костей, представила запёкшуюся кровь, его глаза, смотрящие прямо на неё. Её затошнило. Офицер не заметила, как побледнела девушка.

— То, что здесь произошло, вызывает множество вопросов. Нам нужно вас допросить. У меня есть предположение, но...

— Вы считаете, что я Одарённая? Что я сделала это? — Такие выводы были логичны. Нельзя злиться на полицию и врачей, если они так думают. Наверное, стань Лиззи свидетелем, а не участником подобной ситуации, мысль о даре возникла бы в её голове первой.

— Как я уже сказала, выводы делать рано. Как только вы будете готовы, мы отвезём вас в участок.

Так Лиззи и оказалась в этой комнате — с полностью стеклянными стенами. Стол и стулья прикручены к полу. Единственное, что не заставляло её чувствовать себя преступницей — это отсутствие оков. Детектив размял шею.

— Хорошо. Я понимаю, что вы пережили настоящий кошмар. Не стану давить на вас, но, если всё же что-то вспомните — буду рад это услышать, — он встал из-за стола и сделал знак рукой. Это был сигнал для тех, кто сидел по ту сторону зеркала и прекрасно всё видел.

В комнату вошли двое мужчин. Они вывели Лиззи в коридор, где ждал Кевин. Он тут же стиснул сестру в объятиях. Девушка прижалась к нему и спрятала лицо в его пиджаке. Она знала, что Кевин будет тут, просто надеялась увидеть его до допроса. К сожалению, им не позволили встретиться раньше. Кевин прождал в коридоре несколько часов. Когда ему позвонили, он не знал, что думать. У него не было мысли, что сестра что-то натворила. Он сразу же испугался за её состояние.

— Мистер Томпсон, я бы хотел поговорить с вами, — детектив вышел вслед за Лиззи.

Кевин кивнул. Ему не хотелось отпускать младшую сестрёнку, но он был готов, что его тоже могут позвать на разговор. Однако в комнату для допросов его не повели. Детектив просто отвёл его немного в сторону и тихо заговорил.

— Велик шанс, что ваша сестра Одарённая.

— Исключено. Она не может быть одной из этих, — огрызнулся Кевин. Ему не хотелось даже думать о такой возможности. Он взглянул на Лиззи, которая подошла к торговому автомату и молча рассматривала товары. Детектив обратил на это внимание, но продолжил:

— Я не эксперт и не представитель Академии, чтобы знать это наверняка. Вам стоит обратиться к ним.

— Нет. Вы не понимаете. Я не хочу иметь с Академией ничего общего, — грубо отрезал мужчина и вернул свой холодный взгляд на полицейского.

— Дело ваше, — согласился детектив. Он держал лицо и не повышал голос. — Но вашу сестру нашли рядом с трупом. Убила ли она его сама или это просто несчастный случай — не важно. Ей грозит долгое разбирательство: допросы, суды, осмотры и возможный срок. Мы можем задержать её и держать здесь, но это не спасёт ей жизнь. Мы с вами оба знаем, что, если она Одарённая, она умрёт через десять дней. Только если вы не поможете ей.

— А если вы ошибаетесь? — продолжал стоять на своём Кевин. — Академия уже забрала у меня отца. Я не собираюсь просто так доверять им жизнь сестры. Если хотите её арестовать — попробуйте. Но сначала найдите достаточно доказательств, что такая как она могла смять машину и убить человека голыми руками.

Кевин сделал жест рукой, подзывая сестру, и они оба вышли из здания.

— Что они у тебя спрашивали? — спросил Кевин, когда они сели в его машину. Лиззи застегнула ремень безопасности.

— Хотели знать, что произошло, — девушка отрегулировала кресло. Ей приходилось постоянно это делать, потому что Кевин часто подвозил своих коллег.

— И что ты им ответила? — парень завёл мотор, но ехать не спешил. Он хотел сразу всё обсудить, чтобы не отвлекаться по дороге.

Лиззи обречённо выдохнула:

— Сказала, что не знаю. И это правда. Можно хоть до утра не докапываться до меня? — Она поёрзала в кресле, находя удобное положение.

Кевин кивнул и нажал на педаль газа, но девушка вдруг спохватилась:

— Постой, а где?... — она машинально посмотрела на заднее сиденье и увидела там гитару Моники. Чехол был помятым.

Лиззи вспомнила, как затрещал инструмент, когда она прижалась к стене. Скорее всего, гитара сломана, и Монике это не понравится. Но хорошо, что она хотя бы не потерялась. Кевин проследил за взглядом сестры через зеркало заднего вида:

— Её передали мне полицейские. Решили, она твоя. Судя по всему, в расследовании она бы им не помогла. Не переживай, гитара цела. Я проверил. Это ты у Моники одолжила?

Лиззи вернулась в нормальное положение:

— Да. Для сегодняшнего урока. Вот же гадство... — ей стало так обидно, что она так и не попала на репетицию. Так ждала этого, а тут подстава.

— Эй, не ругайся. Я сколько раз просил, — машина тронулась с места и выехала на главную дорогу. Кевин приоткрыл своё окно.

— Как прошло твоё собрание на работе? — Обычно Лиззи не интересовалась работой брата. Она даже не знала, какую должность он занимает в компании. Но сейчас ей не хотелось ехать в тишине. Ноги снова начали дрожать, стоило какой-нибудь машине проехать мимо.

— Ничего особенного. Босс решил набрать на работу парочку Одарённых. Многие начали возмущаться.

— И ты тоже? Я знаю, ты их не любишь, — Лиззи проводила взглядом очередной автомобиль. Красный. За рулём — женщина.

— Не люблю, это верно. Но кто я такой, чтобы вмешиваться? Если мистер Ньюман решил, что так лучше — ему виднее. Главное, чтобы они мне на глаза особо не попадались, — Кевин усмехнулся.

— А почему ты их не любишь?

— Кого?

— Одарённых. Мы сегодня обсуждали их с Моникой. Она сказала, что пока не знает, как к ним относиться. Не может решить. Так как же ты понял, что не любишь их? — Лиззи перевела взгляд на брата. Его руки на руле напряглись. — Это связано с нашим отцом? Мы никогда не говорили о том, что произошло с ним...

— И сейчас не время начинать, — резко оборвал он сестру и перестроился в другой ряд.

Они остановились на светофоре. Со стороны Кевина виднелась белая машина. Её водитель слушал очень громкую музыку. Кевин цокнул языком и закрыл своё окно. Лиззи поняла, что не стоит упоминать отца. Это очень больная тема. Она вновь отвернулась от старшего брата и уставилась на людей, переходящих дорогу. Среди них были и женщины, и мужчины, несколько детей и один дед. Кто-то из них вполне мог быть Одарённым. Или Несогласным. А может, скажем, этот дед был Несогласным, пока его жена или сын не оказались Одарёнными. Или у кого-то из детей проснётся дар, который решит всю их судьбу.

Загорелся зелёный.

— В полиции думают, я Одарённая, верно? — Лиззи знала, что это так. Ей было интересно узнать, сообщили ли об этом Кевину. Её брат не торопился с ответом. Он обогнал чёрный автомобиль. Лиззи обратила внимание, что водитель ругался с женщиной, а сзади сидел маленький мальчик. Мысленно Лиззи попросила мужчину лучше следить за дорогой.

— У них есть такие предположения, но это неправда.

— Откуда знаешь? — Они уже почти доехали до дома, и Лиззи начала отстёгивать ремень. Она сделала это машинально, но потом, подумав, застегнула его обратно.

— Это нелепица. Ты и Одарённая. Нет, то, что произошло — просто случайность.

— Я видела ту машину. Она стала вдвое короче. Думаешь, тот урод врезался в воздух? — Лиззи не хотела спорить, но ей не нравилось, как брат наплевательски ко всему относился. Они оба знали, чем может обернуться игнорирование ситуации.

— Я не знаю, что произошло. Но я знаю, что ты тут ни при чём. Может, это тот мужик был Одарённым. Вот дар его и прикончил.

Лиззи лишь фыркнула в ответ. Кевин был настоящим упрямцем и не желал смотреть фактам в лицо. Девушка понадеялась, что за ночь он всё обдумает и придёт к правильному решению.

Брат и сестра жили в тихом спальном районе Салита на севере от доков. Их дом состоял из двух этажей, но всё равно считался маленьким. Он достался им по наследству от отца. У Кевина была ещё своя квартира, где он жил во время учёбы в колледже и пока встречался с Хлоей, но сейчас он предпочитал присматривать за сестрой. В конце концов, ей было всего девятнадцать, а значит, она не могла жить без официального опекуна. После ухода матери Кевин принял на себя всю ответственность. К счастью, ему тогда уже исполнилось двадцать. Пришлось, конечно, год побегать от социальной службы, но сейчас Кевин мог не опасаться проверок.

Лиззи нравилось жить со старшим братом. Оставаться одной, особенно ночью, было страшно. Девушка никогда в этом не признается, но она до сих пор боялась смотреть ужастики — потом ей казалось, что маньяки и призраки рыщут за дверью её спальни.

Кевин припарковал машину и заглушил мотор.

— На ужин рис с рыбой, — огласил он, отстёгивая свой ремень. Лиззи открыла дверцу и, выходя, бросила в ответ:

— Не хочу есть.

— Уверена? — Кевин осознавал, что сестра недовольна его словами. Но он желал сделать как лучше. От Академии нельзя ждать ничего хорошего.

Лиззи зашла в дом и сразу же направилась в свою комнату. Кевин не стал её останавливать. Он надеялся, что она поспит, побьёт свою подушку и успокоится. Забудет этот день, как страшный сон. Он и сам надеялся его забыть. Мысль о том, что сестра может оказаться Одарённой, пробирала его изнутри.

Но и Лиззи было нелегко. Теперь она только и думала о такой возможности. У неё есть сила. Она чувствовала её нутром. Хоть эта мысль и казалась безумной, всё же перспектива стать Одарённой ласково грела душу. Всё лучше, чем быть по-настоящему виновной в смерти какого-то извращенца и попасть в тюрьму.

Спальня девушки напоминала интерьер подводной лодки. Железная овальная дверь, которая открывалась с характерным скрипом. Круглые окна-иллюминаторы. Одна из стен была сделана в виде командного пульта с большим лобовым стеклом. Вся мебель выдержана в коричневой и синей гамме.

Лиззи взошла по низким ступеням на свою кровать и плюхнулась на покрывало. Специальные датчики заработали и начали изображать лёгкую вибрацию и покачивание.

— Вид из окна 11, — теперь вместо панорамы города, из окон можно было увидеть подводный мир Тихого океана.

— Как же хочется оказаться рыбой. Плавать, ни о чём не думать, а потом просто быть съеденной кем-нибудь. Никаких забот.

Она перевернулась на живот и спрятала лицо в подушку. Всё, что произошло всего несколько часов назад, казалось девушке дурным сном. Она надеялась проснуться завтра и обнаружить, что ничего этого не было. Ни мужчины, ни аварии, ни полиции. Ничего. В голове была пустота, и даже это выматывало. Хотелось закрыть глаза и уснуть.

Но в кармане завибрировал телефон. Не глядя, Лиззи вытащила его и бросила на другой край кровати. Однако прибор не замолкал. Этот звук сверлил уши, вызывая зуд во всём теле.

— Да, что? — раздражённо гаркнула девушка, решив всё-таки ответить. Хотя сейчас ей хотелось только швырнуть телефон в стену.

— Судя по голосу, у тебя либо всё просто ужасно, либо не так уж и плохо.

— Боже, прости, Мон. Я не посмотрела, что это ты.

Лиззи поставила телефон на громкую связь и положила его себе на живот.

— Нашему начальнику звонили из полиции. Он сразу же позвонил мне, так как мы с тобой подруги. Судя по голосу, он не понимал, как реагировать. С тобой всё в порядке? — Голос Моники звучал обеспокоенно.

— Да, да. Со мной всё... нормально. Я, если честно, и сама не знаю, что произошло, — Лиззи прекрасно понимала, что её слова звучат странно. Она видела всё своими глазами. Она участвовала в тех событиях. Но почему-то от этого они казались менее реальными.

— Хочешь поговорить об этом?

Моника умела слушать. Она не раз выручала подругу. Но сможет ли она понять всё на этот раз и дать хороший совет? Очевидно, сама Моника никогда не была в подобной ситуации. Лиззи попыталась вспомнить их разговор в кафе. Они говорили об Одарённых, но Лиззи забыла, что на этот счёт думает её подруга. Девушка мысленно стукнула себя по голове. Ей следует внимательнее слушать других людей, а не витать в облаках. Это же просто невежливо. В голове возникло опасение, что однажды Монике может надоесть подобное отношение, и она просто прекратит их дружбу. Особенно сейчас думать о подобном было больно и страшно.

— Лиз, ты же знаешь, я не стану осуждать или...

— Осуждать? Значит, ты уже что-то знаешь? — Лиззи нервно усмехнулась. Её голос прозвучал удивительно холодно.

Моника слегка замешкалась с ответом, не ожидав, что подруга сразу пойдёт в наступление и будет так агрессивно защищаться.

— Начальник передал мне, что тебя забрали в полицию после аварии, в которой обвиняют именно тебя. Я не верю в это, но... — Моника пыталась подобрать слова. У неё уже были какие-то мысли в голове, но она не была готова их высказать. Она тщательно подбирала выражения.

— Отчасти это так. Хотя... да, это так, — не было смысла юлить. Хоть Элизабет и сама не понимала всей ситуации, но видела, что произошло. Машина была смята почти полностью, а человек погиб. Да, он был тем ещё козлом, но Лиззи действительно его убила. Больше там никого не было.

— Ты подстроила аварию? — Моника ужаснулась. Она выкрикнула эти слова довольно пискляво, что говорило о её шоке. — Как это произошло?

— Не уверена, но, кажется, есть шанс, что я могу быть Одарённой.

Повисла пауза. Моника молчала, и Лиззи уже была уверена, что та повесит трубку и отвернётся от неё навсегда. Молчание длилось почти минуту. Но потом она всё же заговорила:

— У тебя проявились... силы? Что там произошло?

Лиззи пересказала все события, делая паузы и прислушиваясь к реакции Моники. В определённые моменты сама девушка начинала думать, что несёт какой-то бред. Коллега не перебивала и только изредка просила продолжать.

— Уверена, ты не веришь ни одному моему слову, — закончила Лиззи.

— Мне нетрудно верить твоим словам. Вера — это не сложно. А вот понять, где правда — труднее, — отозвалась Моника. Послышалось какое-то шуршание, будто девушка копалась в бумагах.

— Значит, ты думаешь, что я вру? — Лиззи ужасно устала и не хотела анализировать слова коллеги. Ей нужны были чёткие ответы, а не философские высказывания.

— Секунду... — пробормотала Моника. Шуршание усилилось, а потом прекратилось. — Нашла.

— Ты о чём?

— Я так поняла, что брат отказывается думать, что ты Одарённая, — голос Моники стал более оживлённым. Лиззи обратила на это внимание и убрала громкую связь. Она не хотела, чтобы Кевин случайно услышал их разговор.

— Да. У него... своё видение ситуации, так сказать. Да и он не любит все эти Академии и прочее. Говорит, что все они обманщики и желают нам лишь зла.

— Звучит как паранойя, — подытожила Моника.

— Да, звучит. Но он не рассказывал мне о конкретной причине его недоверия... Так что... что ты там задумала? — Глаза Лиззи начинали слипаться, поэтому она хотела поторопить подругу.

— Слушай. Я понимаю, что Кевин может быть против — это ваше дело. Но... вдруг ты на самом деле Одарённая? В таком случае тебе нужна помощь, и срочно. Уверена, тебе не нужно напоминать, что с тобой произойдёт, если не обратиться в Академию?

— Теоретически я умру, — сложно было вот так поверить, что люди умирают на ровном месте.

— Сейчас не время рисковать. Ты можешь включать и выключать своего скептика сколько угодно, но я не намерена тебя терять. Не хватало мне ещё твои смены в кафе отрабатывать. — Девушка усмехнулась. Лиззи лишь слегка улыбнулась уголками рта.

— Я пришлю тебе номер своего старого друга. Мы с ним, правда, давно не общались.

— Кто он? — Лиззи спрыгнула с кровати и подошла к столу. Начала рыться в ящике в поисках тетради и ручки. Как назло, нашёлся только карандаш.

— Его зовут Саймон Коул. Он Одарённый и учится в нашей местной Академии. Позвони ему — может, он расскажет о тебе своему директору или кто там у них.

Моника продиктовала его телефон, а Лиззи пришлось записать его прямо на обоях. Было сложно разглядеть цифры.

— Хорошо, я свяжусь с ним. И даже не спрошу, почему ты сама не хочешь ему звонить. Сделаю вид, что это нужно в первую очередь мне.

Моника нервно засмеялась:

— Но это так и есть.

Лиззи повесила трубку и ещё раз взглянула на номер. Сама она понимала, что лучше перестраховаться. Вряд ли Академия сделает с ней что-то, окажись она не Одарённой.

Лиззи не хотела умирать. Ей нужна была помощь. Ей нужен был тот, кто даст ей чёткие ответы. Хотя, с другой стороны, представители Академии были связаны с пришельцами. Они сами являлись пришельцами. Лишний раз не хотелось с ними пересекаться.

Кевин это не одобрит. Он уже дал понять, какой позиции придерживается. Лиззи могла злиться на него, называть безответственным, но пока она не знала причину — не могла до конца его осуждать. Никто не мог.

Перед девушкой стоял нелёгкий выбор. Проигнорировать помощь Моники и довериться брату? Кевин мог оказаться прав насчёт несчастного случая. Но такой вариант казался детским. Можно было поступить по-взрослому — принять своё решение, позаботиться о себе самостоятельно. Брат не всегда будет рядом. Ей и самой нужно думать о последствиях.

Девушка набрала номер.

Внизу на кухне Кевин сидел перед тарелкой с рисом и рыбой. На другом конце стола лежала порция Лиззи. Из гостиной доносился звук телевизора — Кевин не любил есть в тишине. Ему нужно было что-то слушать.

Как и сестра, Кевин стоял перед выбором. Он не был дураком и понимал: Лиззи — Одарённая. Эта мысль возникла, как только ему показали фото аварии. Но он не желал иметь дело с Академией. Не было гарантий, что они не поступят с сестрой, как с отцом.

Но и бездействовать он тоже не мог. Любил сестру слишком сильно.

В зале зазвонил телефон. На экране высветилось: «Не бери».

Закатив глаза, Кевин поднял трубку:

— Мама, здравствуй. Что-то случилось?

Голос стал дежурно-ровным. В ответ — тоненькие интонации подвыпившей женщины.

— Кев, дорогуша, ты меня узнал? — На фоне играла музыка — что-то непонятное и очень громкое. Разумеется, она была в баре.

— Конечно, мама, я узнал тебя, — сдержанно ответил Кевин, возвращаясь за стол. Ужин мог остыть.

— Слышали, он узнал меня! — женщина похвасталась каким-то собутыльникам или бармену. Через секунду фоновая музыка была заглушена взрывом хохота. Она была там с какими-то девицами.

Кевин приступил к рыбе.

— Сыночек, у меня тут такое дело... Мне нужны денюжки.

Услышав это, Кевин поперхнулся и поднялся, чтобы налить воды. Его не смутили её слова. Просто всякий раз, как она делала такой голос — словно он ей не сын, а богатенький папик, — его тошнило. Он налил полный стакан и осушил его за один глоток.

— Сколько?

— Тут совсем немного. Пару тысяч. Может, пять, — продолжала выпрашивать женщина.

На секунду Кевин представил, как сейчас выглядит его мать. Наверняка в потрёпанной или порванной одежде, которая не сочетается ни по стилю, ни по фасону, ни по цвету. Её грязные волосы заколоты безвкусной заколкой или распущены и закрывают лицо. Макияж размазан, возможно, на теле есть синяки и гематомы. На соседнем стуле лежит её зелёная сумка. Сама женщина почти лежит на стойке, разговаривая с ним. И это в лучшем случае. В худшем — она прямо сейчас ублажает бармена свободной рукой, чтобы не платить за выпивку.

— Я вышлю тебе деньги. Через два дня, пойдёт?

— Спасибочки, мой любименький! Целую тебя!

Мама первой повесила трубку. Кевин отложил телефон и налил себе ещё воды. Затем вернулся к столу и попробовал рис. Он уже остыл, как и рыба.

Глава 3. Эксперимент

На следующее утро Кевин проснулся чуть раньше обычного. Проходя мимо комнаты сестры, он прислушался. Девушка ещё спала. Кевин приоткрыл дверь и заглянул внутрь. Лиззи спала на неразобранной кровати, во вчерашней одежде.

Кевин обвёл взглядом спальню сестры. У стены стояла гитара Моники, на столе разбросаны книги — те, что Лиззи принесла с работы, чтобы подклеить или покрасить. В окнах спальни всё ещё играла программа подводного мира. Парень вышел из комнаты, прикрыв за собой дверь.

Ему нужно было идти на работу. С одной стороны, он хотел остаться. Его сестра была в ужасном состоянии сейчас. Переживала настоящий кошмар. Ей нужна была поддержка. С другой стороны, если Кевин останется, это будет только сильнее давить на девушку. Нужно делать вид, что ничего особенного не произошло.

Перед уходом парень подошёл к панели на стене в зале. Он ввёл несколько комбинаций и настроил для сестры время набора ванной и подогрева завтрака. Понимал, что проснётся она примерно через час. Это меньшее, что он мог сейчас для неё сделать.

Сам же Кевин предвкушал целый набор событий сегодня. День, полный переживаний, страшных мыслей, а ещё скандалов на работе из-за Одарённых.

В машине парень сначала включил радио и только потом выехал со своего парковочного места.

«Утро наступило на улицах нашего любимого Салита. С вами ваш незаменимый ведущий Оран Фостер. Начнём с хороших новостей на сегодня. В полдень на центральной площади пройдёт встреча с супергероями, а именно с Невидимкой и Шаровой Молнией. У полиции сегодня будет много работы. Напоминаю, что любое публичное проявление дара на улицах Салита вне стен Академии запрещено законом, поэтому подобные встречи проводятся под строгим контролем. Не забудьте об этом, когда будете там присутствовать. Всегда стоит напоминать себе об этом».

Кевин усмехнулся такому комментарию ведущего. Он выехал на главную дорогу и встал на светофоре. Уже давно ходят слухи, что сам Оран Одаренный, а он только рад давать намеки и поднимать свой рейтинг. Он был единственным ведущим на городском радио. Его все любили как раз из-за его комментариев к событиям и лёгкой подаче материала. Он всегда общался со слушателями, как с друзьями. Хотя сама новость, скорее всего, немногих привела в восторг. Встреча с супергероями на главной площади — это сулило только разгром и возмущение среди людей.

Супергерои были Одарёнными, которые решили служить людям. Однако сам Кевин, например, всегда ждал от них подвоха. Ему казалось, что все эти герои просто пытаются казаться хорошими, а на самом деле служат Академиям и выполняют грязную работу. Возможно, они там все с промытыми мозгами и верят, что приносят пользу.

«А теперь к трагичным новостям», - продолжил радиоведущий, - «ночью нам стало известно об ужасной аварии. Водитель был буквально смят в собственной...»

Осознав, о чём сейчас пойдет речь, Кевин вырубил приемник. Ему не хотелось ещё раз всё это слушать. Он и не думал, что подобные новости так быстро утекут и станут достоянием общественности. Главное, чтобы Лиззи не увидела и не услышала всего этого.

Ещё и мать вздумала позвонить. От их вчерашнего разговора Кевину до сих пор было не по себе. Ему не составит труда переслать ей деньги. Всё что угодно, лишь бы не встречать её вживую.

На работе царила лёгкая суматоха. Проходя мимо стойки администрации, Кевин столкнулся с мистером Ньюманом. Мужчина вёл за собой троих молодых людей и рассказывал им о компании.

— Это новые сотрудники? — уточнил Кевин у главной секретарши.

— Да. Жалко их, — ответила девушка, перекладывая бумаги.

К стойке подошла Хлоя Вудс. Кевин развернулся, чтобы не встречаться с ней взглядом.

— Нечего их жалеть. Гнать их надо, — как всегда резко высказалась Хлоя и, не задерживаясь, отправилась к лифтам. Кевин проводил её взглядом.

— Вот как раз из-за таких мне и жалко новичков. Их уже все ненавидят, — продолжала секретарша.

— Могу сделать вывод, что вы не относитесь к ненавистникам, — Кевин посмотрел на девушку и пробежался по ней взглядом. Вспомнил, что она пришла ровно спустя два года после того, как он сам начал работать.

Девушка уронила листок, но быстро подняла его и поправила белые волосы. По цвету они напоминали бумагу и придавали ей болезненный вид.

— Я не хочу плохо к ним относиться. Они Одарённые, и я не вижу в этом проблемы. Они не сделали ничего плохого.

На секунду Кевину показалось, что она оправдывается, потому что сама такая же. Одарённая. Или она с ними знакома. И потом его ужаснула мысль, что и он теперь такой же. Если Лиззи Одарённая, значит ли это, что все коллеги будут ненавидеть её по умолчанию? Но это же бред. Хлоя— самый ярый ненавистник здесь, но она прекрасно знает Лиззи. Неужели она вот так просто её возненавидит? Насколько же теперь изменится жизнь его сестры?

— Да, они ничего не сделали. Пока что, — он потряс головой, отгоняя дурные мысли, и двинулся к лифту.

Элизабет, в отличие от старшего брата, проснулась в хорошем настроении. Ей снился чудесный сон: она гуляла по лесу с белками и ела ягоды. Кевин угадал с временем — в ванной её ждала горячая вода, а завтрак должен был разогреться через пятнадцать минут.

Воспоминания слегка стёрлись, и теперь девушка смотрела на всё позитивнее. Мысль о силе уже не казалась такой ужасной. Она сможет помогать людям, разовьёт способности, станет героем. Пусть Несогласные обвиняют её во всех грехах — это можно пережить.

На завтрак Кевин оставил ей молочную кашу, сэндвич с овощами и печенье. Лиззи поставила чайник и включила телевизор в зале. В доме ей не разрешалось есть на диване, но пока никого не было — нельзя было упускать такую возможность.

Решив избегать новостных каналов, Лиззи включила какую-то детскую передачу. Ведущая с малышнёй делали поделки из глины. То, что нужно, чтобы в голову не лезли ненужные мысли.

Вчера знакомый Моники Саймон так и не ответил на звонок. Видимо, Лиззи звонила слишком поздно. Поэтому сегодня ей предстояло повторить попытку. Несмотря на то, что воспоминания уже сгладились, и ситуация не казалась такой ужасной, Лиззи ещё сильнее не хотела звонить. Она думала — а надо ли это ей? Может, всё обойдётся. Это весьма опрометчиво, но девушке уже хотелось забыть обо всём и вернуться к привычному ритму жизни: готовиться к смене в кафе, повторять упражнения на гитаре, спорить с Кевином о вечернем фильме, вместе готовить ужин.

Сейчас же всё было по-другому. Лиззи обвела взглядом комнату. Вся мебель — на своих местах. Те же звуки и запахи. Те же ощущения. Но перемена чувствовалась слишком отчётливо. Сложно было сказать, что именно изменилось. Скорее всего, это была она сама. Лиззи уже не будет прежней.

Детская передача кончилась. Начался какой-то концерт. Девушка выключила телевизор и помыла посуду. В телефоне всё ещё висел номер Саймона — назойливое напоминание о том, что нужно сделать.

— Я же должна это сделать, да? Что я теряю? — спросила девушка у своего отражения в чайнике.

Она взяла телефон и вновь набрала номер. Три длинных гудка — и на другом конце послышался мужской голос:

— Слушаю, кто это? — Парень дышал тяжело, будто только что бежал.

— Саймон Коул? Привет.

— Привет, я вас знаю?

— Нет, но я подруга Моники Честер. Ты должен её знать.

Внутри Лиззи зародилось невыносимое желание бросить трубку, но она смогла побороть его.

Саймон молчал пару секунд. Его дыхание выравнивалось.

— Прости, я после пробежки. Немного запыхался — объяснил он. — Моника, говоришь? Да, давно мы не виделись. Ты её подруга?

— Мы вместе работаем. Она дала мне твой номер... сказала, что ты сможешь мне помочь.

Послышался лёгкий смешок.

— Боюсь предположить, с чем я могу тебе помочь... Прости, не услышал твоего имени.

— Элизабет, — слишком резко ответила девушка, а потом добавила уже более спокойно, - Можно просто Лиззи.

— Рад познакомиться, Лиззи. Объясни, чем могу помочь?

Девушка опустилась на диван — так было спокойнее. Сделала глубокий вдох и выпалила:

— Я слышала, ты учишься в Академии. Вчера у меня... кажется, проявился дар. Мне нужно встретиться с кем-то из ваших!

Пауза затянулась. Лиззи проверила, не разорвалось ли соединение. Надо было говорить осторожнее. Вдруг Моника ошиблась, и Саймон не имеет отношения к Академии?

— Значит, ты Одарённая? — уточнил парень.

— Возможно. Не знаю. Поэтому и нужна помощь.

— Понял. Я сообщу о тебе директору.

На заднем фоне начали слышаться какие-то голоса. Саймона звали, и Лиззи решила, что пора прощаться.

— Я тебя, наверное, отвлекаю. Спасибо, что поговоришь с директором обо мне. Мне ждать звонка или...

— Он свяжется с тобой. Не переживай. Правда, не могу сказать, когда.

— Не страшно.

На этом их разговор закончился. Лиззи отключила телефон и плюхнулась на диван. Она была рада, что всё прошло нормально — без неловких уточнений и объяснений. Саймон сразу согласился помочь, и это было замечательно.

Телевизор всё ещё работал. Девушка пощёлкала каналы пару минут, но все передачи превратились для неё в калейдоскоп лиц и мешанину слов. Вскоре она бросила это занятие и ушла в комнату.

Номер с обоев оказалось не так просто стереть. Он, конечно, не бросался в глаза, но Лиззи всё равно постаралась избавиться от следов карандаша. Ей не хотелось объяснять брату, что это за "тайные послания" она оставила на стене.

Мысль о Кевине заставила её задуматься. Она пожалела, что не уточнила, как именно Академия с ней свяжется. Лиззи рассчитывала на звонок — желательно на сотовый. Мало ли какие у них порядки.

Если они придут прямо домой, когда брат будет рядом — скандала не избежать. Или позвонят на общий телефон... Если есть Одарённые, узнающие имена с первого взгляда, наверняка найдутся и те, кто угадывает номера из воздуха. Это тоже плохой вариант — трубку ведь мог снять Кевин. Он обычно отвечал на домашний.

А как насчёт телепатии? Они же там все Одарённые. Продвинутые. Наверняка среди них есть телепаты. Способ общения безопасный... но жутковатый.

Пока Лиззи размышляла обо всём этом, она решила всё же выяснить, какой именно у неё дар. Вряд ли это было обязательным для встречи с Академией, но девушке хотелось чувствовать себя увереннее. По крайней мере, если ей удастся вызвать свой дар снова, она будет точно знать, что не потратит ничье время впустую.

Для проверки она взяла из холодильника бутылку молока, перелила содержимое в кружку, а пустую бутылку поставила в центр кухонного стола. Усевшись на стул, Лиззи пристально уставилась на неё. Она не знала точно, что должна сделать или что должно произойти. Девушка постаралась вспомнить вчерашние события: ту машину, свой испуг, скрежет помятого капота. Закрыв глаза, она вытянула руку вперёд — казалось, так должно сработать.

Но ничего не происходило. Бутылка стояла на месте неподвижно. Однако Лиззи не собиралась сдаваться. Возможно, стоило сузить круг предполагаемых способностей. В интернете было полно информации о сверхспособностях — супергерои появились не вместе с Одарёнными. Истории о людях с необычными дарами существовали давно. Лиззи не была фанатом таких тем, но и полным профаном её назвать было нельзя.

После нескольких минут поисков она остановилась на трёх вариантах:

1. Телекинез — способность двигать предметы силой мысли.

Лиззи представила, как бутылка поднимается в воздух, мысленно отдавая команды. Безрезультатно.

2. Деформация — изменение формы предметов на расстоянии.

Это больше походило на вчерашний случай. Уставившись на бутылку, Лиззи попыталась "сжать" её воображаемой рукой. Снова ничего.

3. Силовое поле — создание защитной сферы.

Последний вариант. Лиззи сомневалась, но других идей не было. Закрыв глаза, она представила полупрозрачный шар, обволакивающий бутылку и поднимающий её в воздух. Удивительно, но это далось легче всего.

Ощущений по-прежнему не было — никаких вибраций или сигналов. Лиззи была уверена, что почувствует, если дар сработает. Но когда она открыла глаза, то буквально остолбенела — бутылка действительно висела в воздухе, заключённая в прозрачную сферу. Всё в точности, как она представляла.

Сохраняя спокойствие, Лиззи медленно поднялась со стула. Боялась, что шар лопнет и эффект исчезнет. Она не понимала, как удерживает сферу, поэтому двигалась осторожно. Подойдя ближе, наклонилась, чтобы рассмотреть подробнее — и в этот момент поле исчезло. Бутылка с грохотом упала на стол.

Эксперимент дал окончательный ответ. У Лиззи есть дар — она может создавать защитные поля. Вооружившись этим знанием, девушка попыталась восстановить события аварии. Видимо, от испуга она инстинктивно создала перед собой стену, в которую врезалась машина.

Собственная сила ужаснула Лиззи. Значит, она может создавать поля разной формы и плотности. Сфера лопнула быстро — угрозы не было. Но тогда всё было иначе. Жизнь девушки висела на волоске. Стена оказалась плотнее, выдержав удар автомобиля. Не просто выдержав — машина сложилась пополам, убив водителя.

Теперь Лиззи точно знала: она Одарённая.

Для Кевина день выдался бесконечно долгим. И дело было не только в переживаниях за сестру. Он знал — Лиззи не сделает глупостей. В отличие от его коллег.

Как только мистер Ньюман представил новых сотрудников, стало ясно: жизнь превратится в ад. Ответ не заставил себя ждать — на одного из новичков напали в конце смены.

— Кев, как думаешь, босс примет такой отчёт? — Дерек сунул другу розовую папку с документами.

Кевин бегло просмотрел содержимое:

— Вроде нормально. Стандартный отчёт. Вот только папка... — он вернул документы.

Дерек плюхнулся на край стола:

— И что не так с папкой? Ну розовая, бывает!

— Цвет не важен, — вздохнул Кевин. — Но Ньюман терпеть не может розовый. До тошноты. Серьёзно.

— Ага, скажешь тоже! — Дерек огляделся, будто надеясь найти подходящую папку на соседних столах. — У тебя есть запасная?

— Нет, прости. — Кевин закрыл программу. — Я сдал отчёт вовремя. Только ты вечно тянет до последнего.

К ним подошёл один из новичков — высокий худой паренёк лет двадцати. Деловой костюм сидел на нём нелепо.

— Извините, я подслушал... Вам нужна другая папка? — обратился он к Дереку.

Тот резко повернулся и подался вперед всем корпусом.

— А у тебя есть?

— По правде сказать, нет, но я могу помочь... — начал мямлить парень. Ему было неловко, из-за этого было сложно разобрать его слова.

— Ты чего там бубнишь? Есть или нет? — Дерек решил поторопить бедолагу. Но в результате парень побледнел, и Кевин понял, что тот скоро в обморок грохнется.

— Успокойся, не торопись, — мягко велел Кевин. Новичок глянул на него и кивнул. Вместо ответа он коснулся пальцами розовой папки, и та тут же поменяла цвет на черный. Кевин с Дереком одновременно отпрянули от стола, но потом Дерек восхитился:

— Блин, круто. Спасибо... как тебя?

— Пол. Пол Грейсон, — новенький заулыбался. Он гордился тем, что оказался полезен.

Кевин же быстро начал анализировать ситуацию. Мистер Ньюман отбирал Одарённых явно не просто так. Их способности должны были помочь производству. Пол может менять цвета материи — скорее всего, он не ограничен по типу предмета. В теории он может менять цвет чего угодно — будь то бумага или камень. Единственный способ использовать такую силу — закупать материалы без покраски (они дешевле) и окрашивать их с помощью Пола. Или покупать материалы других цветов, если на них скидка или нужного цвета просто нет. Разумеется, Кевин не знал всех нюансов и не мог читать мысли шефа. Но это пока единственный вариант, зачем им такой Одарённый, как Пол.

— О, Полли, нашел себе друзей? — к столу подошли Хлоя и несколько ребят. Разумеется, Хлоя уже выучила имена всех новеньких — она ведь проводила с ними собеседования. Кевин, даже и представить не мог как это выглядело. Он колебался с выбором кому больше сочувствовать.

— Да, мисс Вудс, — Пол потупил взгляд.

— У тебя такая классная сила. Менять цвета — это же круто. Уверена, Ньюман взял тебя только для того, чтобы ты перекрашивал его костюмы под настроение. А иначе зачем ты здесь?

Жестко, как всегда. Хлоя никогда не умела подбирать слова — уж Кевин-то знал об этом. Хотя в данной ситуации она и не пыталась выбирать выражения. Ей было плевать. Сейчас она не видела в этом вообще никакого смысла — так как разговаривала с отбросом, по её мнению. Ребята за спиной Хлои загоготали, а Пол еле протиснулся, чтобы уйти. На его счастье, девушка не стала его останавливать. Её игра только началась.

Кевин был уверен — для Пола и других новеньких уготована ещё масса испытаний и издевок. Она твёрдо решила изжить их, по крайней мере, из компании. А может — и со свету.

— Зря ты с ним так, — сказал Дерек. Он взял свою чёрную папку и встал.

— Да ладно. Ты его защищаешь? — Хлоя не ожидала подобной реакции. Она была уверена, что все поддержат её попытку унизить Одарённого. Удивление мелькнуло на её лице, но лишь на мгновение. В глазах вспыхнул знакомый Кевину огонёк — он надеялся, что ошибается.

— Нет, но это слишком. Он мне помог, а ты повела себя как сука! — Дерек резко вышел в коридор.

— Беги к своему дружку! Может, ещё и утешишь его! — крикнула ему вслед Хлоя. Список её жертв пополнился — она не собиралась ограничиваться новичками. Нет, теперь в зоне риска были и их защитники.

Её взгляд упал на Кевина. Остальные разошлись, оставив их наедине. Кевин лихорадочно соображал, куда бы ему срочно "понадобиться".

— Ну что? Наши новые коллеги? Убожества, правда? — Хлоя уселась на край стола, вертя в пальцах стакан для ручек.

— Я с ними ещё не знаком, — сухо ответил Кевин. В ответ раздалось презрительное фырканье.

— Оно тебе и не надо. Ты не из тех, кто встанет на сторону этих уродцев. Ты понимаешь суть вещей, — девушка спрыгнула со стола, встала парню за спину и начала мять его плечи.

— Ты же против Одарённых. Так ты мне говорил, когда мы встречались. Ничего же не изменилось.

Холодный пот прошиб Кевина изнутри. Хлоя говорила так, будто всё знала. Знала про Лиззи. Хотя откуда? По радио хоть и рассказали про аварию, но имя сестры вряд ли звучало. Полиция не стала бы его оглашать.

— Разумеется, я против. Они просто выродки. Ошибки природы, — отчеканил Кевин, поправляя галстук.

Хлоя улыбнулась:

— Полностью поддерживаю. Всё-таки у нас с тобой одни взгляды. Не во всём, конечно, но мы похожи.

Она наклонилась, поцеловала парня в шею — и вышла за дверь.

Кевин откинулся на спинку стула. Он ненавидел, когда она так делала — напоминала о том времени, когда они были вместе. Хорошие воспоминания меркли перед горечью расставания. Это она его бросила. Так почему теперь позволяла себе такие вольности?

После её ухода воздух ещё долго оставался тяжёлым. Кевин не мог не согласиться с позицией Хлои — он тоже не любил Академию и Одарённых. Но её неприязнь была пропитана ядом. Для Хлои они стали врагами номер один — без разбора, без причин.

Мысли вновь вернулись к Лиззи. Весь день Кевин молил, чтобы всё обошлось. Чтобы сестре не пришлось испытать то, что сегодня выпало на долю Пола — ненависть и унижение. Лучше уж смерть. Если Лиззи и правда Одарённая... он желал лишь одного — чтобы она никогда об этом не узнала. Чтобы умерла человеком в глазах коллег и всего мира.

Глава 4. Представители Академии

Прошло три дня. Для Лиззи это были самые долгие три дня. Из Академии никаких новостей. Каждый раз, когда Кевин был дома, девушка не отходила от телефона. Она вела счёт дням — её жизнь теперь висела на волоске.

Порой ей казалось, что поднимается температура или накатывает вялость. Это не давало покоя. Девушка сидела как на иголках, но признаться Кевину не решалась. Она не знала, чего боялась больше — обвинить брата в неправоте или стать для него изгоем? Даже мысль о смерти тревожила меньше, хотя ночью она просыпалась от того, что у нее из носа шла кровь. "Просто стресс", — убеждала себя Лиззи.

— Я пойду сегодня на работу, — заявила она в понедельник утром, сидя за столом вместе с братом.

Кевин отложил вилку:

— Тебе же дали отпуск?

Лиззи сделала глоток чая:

— Да, но надоело сидеть дома. Хочу встретиться с Моникой.

Брат отодвинул тарелку, скрестив руки. Чувствовал — сестра что-то скрывает. Но допрашивать не стал:

— Хорошо. Могу подвезти, если хочешь.

Разумеется, Лиззи согласилась. Гулять по улицам не хотелось — будто весь мир знал, кто она. Нужен был человек, в котором уверена. Горько, что этим человеком стал не Кевин.

Дорога заняла десять минут. Кафе «Три сиропа» находилось недалеко от их дома в центре района Сирен.

Всего в городе было шесть районов. Лиззи и Кевин жили в районе Сирен, который считался развлекательным. Здесь было много кафе, рестораном, торговых центров, клубов и прочего. Их дом находился на границе со Штормовым районом. Он считался спальным. Там было больше всего жилых районов, школ, больниц и прочего. Именно там так же находился храм Покровителя. Работа Кевина находилась в Коралловом районе — деловом центре города. Все крупные предприятия имели свои здания именно там, наряду с полицией и мэрией. Еще был Портовый район. Исходя из названия ясно, что там был порт и всего несколько домов. В основном так жили моряки с семьями. Порой они открывали там свои магазинчики для приезжих. Фермерский район находился уже по дороге из города. В Салите было не очень много фермеров или заводов, так как город жил в основном рыбным промыслом, а не сельским хозяйством. Но фермеры разводили животных, а заводы занимались текстильном и перерабатывающей промышленностью. Последний район назывался Пекло. Там жили в основном иммигранты. Район считался самым бедным и опасным. Лиззи никогда туда не ходила.

В выходные район Сирен был переполнен. Все хотели отдохнуть и развлечься, но в утро понедельника улицы были почти пусты.

Когда машина Кевина остановилась рядом со входов в кафе, Лиззи смогла разглядеть всего несколько посетителей. В основном пенсионеры и мамочки с детьми.

— Мне приехать потом за тобой? — спросил Кевин, не глуша мотор.

— Нет, спасибо. Я пока не знаю, сколько тут пробуду, — отмахнулась сестра, выходя из машины. Она не стала дожидаться слов брата и сразу вошла в здание.

Моника, заметив подругу ещё с улицы, поспешила к ней навстречу.

— Чего приперлась? — Вытерев ладони об юбку, она взяла Лиззи под локоть и повела в кухню. Несколько посетителей проводили их взглядами, но быстро вернулись к своей еде.

— Скучала, вообще-то, а ты, видимо, нет, — Лиззи демонстративно попятилась к двери, но всё равно оказалась на кухне, где повар готовил заказы.

— Мон, а кто в зале остался? — недовольно спросил он, тряся половником и забрызгивая пол каплями супа.

Моника махнула ему рукой, мол отстань, и усадила Лиззи в углу.

— Ты поговорила с братом? Что он сказал? — начала она без предисловий.

Под ее натиском Лиззи даже опешила, но, сглотнув, ответила.

— Ещё нет, — обречённо признала она, ожидая лекцию.

— Ты спятила! — Моника отвесила подруге подзатыльник. — Это будто мне надо! Ты понимаешь, что от него нельзя такое скрывать?

— Я прекрасно это понимаю! — сорвалась Лиззи. Ей претило, что Моника обращается с ней как с ребёнком.

Подруга встала, обошла стул и облокотилась, прогнув спину. Ее темные волосы выбились из рабочего пучка и накрыли плечи.

— Я не знаю, как ему сказать, — уже тише проговорила Лиззи.

— Ты видела свою силу? — голос Моники звучал приглушённо.

— Да.

— Кевин — твоя семья?

— Да.

Моника выпрямилась. На усталом лице читалось: дальнейшие слова излишни. Лиззи сама доказала свою глупость.

— Всё не так просто, — продолжала защищаться девушка, но Моника не собиралась продолжать. Повар, закончив готовить, ждал, когда официантка отнесёт заказы. Моника взяла поднос и вышла.

Лиззи уронила голову на стол. Она не ожидала, что подруга заставит её чувствовать себя виноватой. Хотя отрицать её правоту было нельзя. Повар громко загремел посудой — явно не желая слушать её страдания.

Из зала донёсся звук радио — заиграла песня конца XX века. Послышались возмущённые голоса:

— Эй, что за старьё!

В обычный день Лиззи бы вышла и "накостыляла" недовольному. Но сейчас было плевать. Все прошлые переживания казались пустяками. Кому-то не нравится музыка? Плевать. Забросила гитару? Плевать. Теперь были другие заботы.

Моника вернулась:

— Ты звонила Саймону? — сменила тему, успокоив гостей.

Лиззи оживилась — здесь она могла ответить уверенно:

— Звонила. Он пообещал помочь. Но со мной пока никто не связался.

— Не переживай. Саймон надёжный, — Моника похлопала девушку по плечу.

— А мне вот интересно, — Лиззи переплела пальцы, — он удивился, что это ты рекомендовала его. Говорит, давно от тебя не слышал. У вас что-то было? — Настала очередь Моники отвечать на неудобные вопросы. Лиззи хотела насладиться ролью следователя.

Моника сузила глаза:

— Дружили с детства. Потом встречались. Мне было семнадцать.

— Ты его любила?

— Разумеется. Он был первой любовью, — Моника запрокинула голову, пряча глаза. Повар тактично вышел покурить.

— И что же случилось? — Лиззи ожидала именно такого ответа. Теперь он казался ей логичным, но странно было слышать о любви из уст всегда резкой Моники.

— Мы расстались. Я его бросила. Испугалась, наверное... — Моника помнила тот день до мелочей: как пришла к Саймону, как его мать предложила подождать, как пила чай на кухне, подбирая слова... И как в итоге оставила записку под подушкой и сбежала. Четыре года прошло — а извиниться так и не решилась. Винила себя не за расставание, а за трусость. За то, что не посмотрела в глаза. За эту жалкую бумажку...

— Тебе было всего семнадцать. Это нормально — бояться в таком возрасте, — Лиззи встала на защиту подруги, хотя сама никогда не любила. Для неё чувства всегда были загадкой — осуждать она не смела.

Моника потрепала её по голове:

— Спасибо, крошка. Но не оправдывай меня. Я виновата — и до сих пор это чувствую. Потому и не позвонила сама... Хотя рада, что он тебе ответил, услышав моё имя.

— Думаешь, он злится?

— Естественно, — Моника не сомневалась в этом. По крайней мере, она бы злилась, если бы тогда ситуация приняла другой оборот.

Разговор с Моникой дал Лиззи понять, что нельзя скрывать от Кевина правду. Рано или поздно он всё равно всё поймёт, и лучше узнать это от неё, чем от кого-то другого. Лиззи не хотелось оставлять брату символическую записку и жалеть потом об этом, как Моника. Нужно набраться смелости и высказать всё лично. Он её брат, он поймёт, насколько Академия важна. Он не отвернётся от неё, забудет о своих взглядах. Ведь она его младшая сестрёнка.

Дома Кевина не оказалось. Насколько помнила девушка, у него был выходной, но, видимо, появились какие-то дела.

— Так даже лучше, — выдохнула Лиззи, усаживаясь в кресло в зале. У неё была пара часов или пара минут, чтобы собраться с мыслями. С чего ей начать? Можно сказать всё, как на духу. Прямо в лоб, без пауз. Но в таком случае есть шанс, что Кевин начнёт переспрашивать и уточнять. Лиззи не горела желанием по сто раз всё повторять.

Она могла бы привести в пример статистику, сказать, что репутация Академии стала на порядок выше, и доверие людей к ней так же возросло. А может, начать с козыря? Показать брату силу? Прямо с порога, чтобы он шлёпнулся в обморок. Да, не лучшая затея.

К тому же, Лиззи так и не смогла понять, каким именно образом работает её дар. Она провела ещё несколько экспериментов, но удачными были лишь некоторые. Иногда ей не удавалось вызвать то поле, иногда оно слишком быстро исчезало. Хотя ощущения в обоих случаях были одинаковые. Никакие. Девушка не чувствовала напряжения или потоков энергии, о которых так часто писали в комиксах или рассказывали в фильмах. Дар просто работал или не работал. Не особо-то прикольно.

Раздался звонок в дверь. Лиззи попыталась его проигнорировать. Кевин сам откроет, а больше здесь никого не ждали. Однако гости не уходили и продолжали давить на кнопку звонка.

— Твою ж... Иду! — если это продавцы всякой ерунды, Лиззи готова была послать их куда подальше в лучшем случае.

Подойдя к панели в прихожей, Лиззи взглянула на экран. За дверью стояли две женщины. Одна — пожилая, с седыми волосами, убранными наверх. Её глаза скрывали солнечные очки. Второй было лет тридцать. Её чёрные волосы едва доставали до плеч. Она стояла чуть позади и смотрела вниз. Обе были одеты в серые брючные костюмы.

На панели не высветилось никакой информации о них — ни имён, ни места работы. Словно они не значились в городской базе данных.

Лиззи напряглась. Ей не хотелось открывать незнакомцам. Если их нет в базе, значит, они могли быть преступниками.

— Мисс Томпсон, я знаю, вы ждали нас, — послышался голос пожилой женщины.

Девушка отпрянула от двери. Она не ожидала, что её позовут по имени. Да ещё и заявят, что их тут ждали. Хотя, может, они и правы. Дрожащей рукой Лиззи повернула ручку и открыла дверь. К своему удивлению, она увидела только брюнетку. Первой женщины нигде не было.

— Прошу прощения, — кто-то за спиной взял Лиззи за плечи.

Девушка вскрикнула и развернулась. Вторая гостья уже была в доме и мило улыбалась. Брюнетка вошла внутрь и закрыла дверь.

— Вы из Академии? — уточнила Лиззи.

Женщина проследовала в зал. Её напарница повела Лиззи следом. Они сели на диван. Лиззи оказалась лицом к даме в очках, которые та не спешила снимать. Отражение собственного лица в них сбивало с толку.

— Один из моих учеников рассказал мне о вас. Мы присматривались к вам эти три дня, — призналась женщина. У неё был мелодичный голос, не смотря на возраст. Она сидела ровно, подобно английской королеве. Её напарница напротив устроилась на подлокотнике и включила телевизор — видимо, ей было неинтересно.

— Ванесса, дорогая, — женщина обратилась к брюнетке, и та выключила звук.

— Почему вы сразу не пришли? Зачем шпионить? — Лиззи не понимала, уместно ли сейчас возмкщаться но ничего не могла поделать.

— Нам нужно было убедиться, что вы сказали правду, мисс Томпсон...

— Прошу, просто Лиззи, — перебила девушка. Когда её называли по фамилии, ей казалось, что она провинилась. Женщина кивнула и продолжила:

— Видите ли, с тех пор как появились Академии, многие пытались попасть к нам обманом. Кто-то хотел стать супергероем и воплотить детскую мечту, кто-то скрывался от властей, кто-то страдал психическими расстройствами.

О таком Лиззи не подумала. Она вдумчиво кивнула:

— Понимаю.

Женщина похлопала её по коленке и сняла очки. Её глаза оказались полностью чёрными. Лишь в центре, вместо зрачка, виднелась тонкая белая полоса, словно нарисованная краской.

— Вы... пришелец? — Лиззи отодвинулась назад. Она никогда не видела ничего подобного. Ванесса засмеялась, заметив её реакцию.

— Мой отец был пришельцем, — покачала головой женщина. — Одним из тех, кто пришёл помочь. Он основал нашу Академию, а потом вернулся домой. Я гибрид. Меня зовут Сирила Винтерс. Отец передал мне знания, и теперь я помогаю Одарённым.

— Вы спасаете им жизнь, — неожиданно для себя брякнула Лиззи и тут же покраснела.

Сирила добро улыбнулась:

— Вы славная девушка, Лиззи. Не из Несогласных, судя по всему. Это упрощает дело.

Ванесса фыркнула:

— Несогласные тоже приходят к вам?

— Конечно. Одарённым может стать кто угодно. Даже те, кто всю жизнь открещиваются от нас. Правда, не все принимают свой дар... — взгляд Сирилы стал грустным. Лиззи не была уверена, но ей так показалось.

— Я хочу научиться контролировать дар. Я проводила эксперименты, — твёрдо сказала девушка.

— Продемонстрируете?

Лиззи обрадовалась возможности. Рядом с ними она чувствовала — сегодня всё получится. Дар не подведёт в такой важный момент. Она встала и слегка размяла плечи.

— Сейчас, только найду... что... — она хотела взять небольшой предмет, чтобы заключить его в сферу, как тогда с бутылкой молока.

— Успокойтесь, — Сирила взяла Лиззи за руку и усадила обратно, затем обратилась к помощнице: — Ванесса, будь добра.

Брюнетка закатала рукав пиджака. Лиззи пристально рассмотрела её руки. Кожа была настолько бледной, что вены просвечивали чётко. Только они оказались не синими, а зелёными. Ванесса вытянула руку и раскрыла ладонь. Через секунду сквозь кожу проросла жёлтая роза. Она аккуратно извлекла цветок и положила на кофейный столик.

— Сойдёт?

— Это прекрасно, — не смогла сдержать восхищения Лиззи, переводя взгляд с розы на руки Ванессы. Та быстро поправила рукав и вновь уткнулась в экран телевизора.

— Прошу, — Сирила отодвинулась, освобождая пространство.

Лиззи закрыла глаза, представив полупрозрачную сферу с розой внутри. Чувствуя, как Сирила сжимает её плечо, она не решалась открыть глаза — было ли это одобрением или предупреждением? Выдержав паузу, она медленно приподняла веки. Сквозь ресницы удалось разглядеть мерцание силы — дар работал! Но когда глаза открылись полностью, сфера исчезла.

— Сложный дар, — констатировала Ванесса, всё ещё изучая розу. Обе женщины видели проявление силы — значит, Лиззи могла гордиться хотя бы этим.

Сирила надела очки:

— Вы Одарённая, и мы поможем вам. Можете отправиться с нами на обучение. Как вы распорядитесь даром — не в нашей власти. Но предупреждаю: обучение займёт три года.

— Три года? — Лиззи вздрогнула. — Но люди умирают через десять дней! Я думала...

— Десять дней — срок для тех, кто отвергает помощь. Тренировки замедлят процесс. Для полного овладения даром нужны три года.

— Понимаю.

— Подумайте и примите решение, — Сирила дала знак Ванессе, и та направилась к выходу.

— Но помните: времени у вас не так много.

Лучшим решением для Лиззи было уйти сейчас же — последовать за Сирилой в Академию и начать обучение. Но тогда она так и не поговорит с братом. А если женщины уйдут, и разговор с Кевином закончится плохо, второго шанса может не быть. От напряжения у девушки разболелась голова.

Сирила направилась к выходу вслед за Ванессой. В этот момент распахнулась входная дверь. Лиззи потребовалась доля секунды, чтобы осознать, кто вошёл — и её обдало ледяным жаром.

— Добрый вечер, — вежливо поздоровалась Сирила.

Но Кевин не ответил взаимностью. Молниеносно сблизившись, он прижал женщину к стене, сжимая её горло.

— Что вы здесь забыли? Какого чёрта вам нужно?!

Лиззи, шокированная поведением брата, бросилась на помощь:

— Кев, остановись! Это я их пригласила!

Но мужчина не ослаблял хватку. Странно, но Сирила, кажется, даже не испытывала дискомфорта. Ванесса тоже сохраняла спокойствие.

— Я помню тебя, — тихо произнесла Сирила. — Помню твоего отца.

— Заткнись о нём! — Все попытки Лиззи оттащить брата оказались тщетны. Он будто врос в пол. Лицо исказилось от ярости.

— Твой отец не был Одарённым! Ты слеп, если не видишь этого и винишь нас, — Ванесса подошла сзади и резким движением освободила Сирилу. Кевин перевёл взгляд на брюнетку.

— Вы бросили его умирать, — голос сорвался. Он стиснул зубы. Лиззи между тем убедилась, что с Сирилой всё в порядке.

— Понимаю твою боль, — женщина говорила с прежним спокойствием. — Ты так хотел, чтобы отец выжил, что убедил себя в его даре. Но это не так. У него был рак последней стадии. Мы не могли его вылечить. Ты потерял драгоценное время, умоляя нас о помощи.

— Заткнись! — прошипел Кевин. Лиззи никогда не видела брата таким. Она металась между желанием успокоить его и страхом сделать лишнее движение. Ванесса продолжала удерживать его локоть, пока Сирила не сделала знак отпустить.

Кевин поправил волосы, выпрямился:

— Пришли за моей сестрой? Хотите забрать и её?

— Всё не так, Кев! Они помогут мне, — язык заплетался. Внутри боролись желание объяснить и животный страх перед изменившимся братом. Кевин грубо толкнул сестру плечом, проходя мимо.

— Делай что хочешь. Мне плевать, — бросил он на ходу, поднимаясь наверх.

Он даже не обернулся, не дал ей сказать ни слова. Лиззи застыла на месте, чувствуя, как почва уходит из-под ног. Предательское щемление в груди говорило яснее слов — последняя ниточка, связывающая её с домом, оборвалась.

— Нам пора, — тёплые руки Сирилы легли на её плечи, возвращая в реальность.

Лиззи не стала собирать вещи. Не оглянулась на родные стены. Просто шагнула за порог, в новый мир, где теперь предстояло жить. В голове — тягучая, звенящая пустота. В груди — острая, режущая боль. Единственный человек, в чьей любви она никогда не сомневалась, только что вычеркнул её из своей жизни.

Глава 5. Лимит

Оказавшись за порогом, Элизабет удивилась, не увидев транспорта. Сложно было поверить, что Сирила и Ванесса пришли пешком.

— А как мы... — не успела она договорить, как Сирила сжала её плечо, и девушку охватило странное ощущение. Ноги будто скрутило узлом, а голову окунули в ледяную воду. Это длилось секунду, но Лиззи успела испугаться. Она зажмурилась и задержала дыхание.

— Мы на месте, — Сирила убрала руку.

Лиззи нехотя открыла глаза. Они стояли на лужайке перед старинным особняком в викторианском стиле с налётом готики — трёхэтажный, с массивной дверью, колоннами и покатой крышей. Вокруг сновали люди: кто-то сидел у фонтана, кто-то играл в баскетбол. Территорию густо засадили деревьями и кустарниками — на взгляд Лиззи, растений было слишком много. За спиной чернели кованые ворота.

Ванесса без слов направилась к зданию. Лиззи сделала шаг за ней, но директриса остановила:

— Нам сюда, — она указала на небольшой домик в стороне.

— Я думала, мы идём в Академию.

Сирила взяла её под руку и уверенно повела туда, куда считала нужным. Разделение с Ванессой вызвало у Лиззи сомнения. Та женщина излучала спокойное безразличие, разительно отличаясь от Сирилы с её тёплым радушием. Если директриса внушала уверенность, что всё происходит не зря, то от Ванессы веяло чем-то другим — ощущением бренности, будто ничто не имело особого значения. Этот диссонанс разбудил в Элизабет тревогу. В голове зароились беспокойные мысли.

— Куда мы идём? — она старалась звучать заинтересованно, без дрожи в голосе. Сирила всё ещё казалась терпеливой и доброжелательной — даже инцидент с Кевином не вывел её из равновесия.

— Проверим лимит вашей силы. Чтобы составить график тренировок.

Это звучало нестрашно, но тревожило — почему её не ведут в основное здание?

— Мы идём в какую-то лабораторию? — Они подошли к домику, больше напоминавшему садовый сарай из старых книг. Правда, в тех историях такие домики обычно принадлежали маньякам.

— Можно и так назвать. Ученики зовут это "бункером", — Сирила пропустила девушку внутрь.

Темнота. Лиззи споткнулась о что-то мягкое.

— Осторожно, тут инструменты, — с опозданием предупредила директриса, щёлкая выключателем. Свет загорелся тускло, будто от свечи, но Лиззи разглядела мешок с землёй у своих ног.

— Опять бросили на проходе. Кому-то ноги сломать охота, — Сирила оттащила мешок в угол и сняла очки. Её пальцы скользнули по стене, нажимая невидимые кнопки.

— Что вы...

— Не старайтесь разглядеть. Ваши глаза не приспособлены, — белые полосы в её глазах внезапно расширились, заполнив черноту на мгновение, будто моргнув.

— Там панель? Почему я её не вижу?

— Система отца. Видима только для таких глаз, как мои. Меры безопасности. Поэтому допуск есть только у меня и ещё пары сотрудников. Все строго по моему указу, — последний щелчок — и стена раздвинулась, открывая лифтовую шахту.

Кабина оказалась обычной, если не считать потрёпанных стен. Минуту спустя Лиззи не выдержала:

— Долго ещё?

— Пару минут. Лифт старый, — Сирила вертела очки в руках, не надевая их.

— А почему просто не перенесёте нас?..

Догадка осенила Лиззи — телепортация. Так женщина появилась в их доме. Значит, и от хватки Кевина могла освободиться в любой момент.

Сирила вдруг рассмеялась, пряча очки в карман:

— Неужели хотите снова это ощутить?

Воспоминание о том мерзком чувстве заставило Лиззи передёрнуться. Она энергично замотала головой.

— Я так и думала.

Двери наконец распахнулись. Лиззи шагнула в небольшую комнату, напоминающую пост охраны. Вдоль стены мерцали мониторы, за которыми сидел мужчина в белом халате. Присмотревшись, девушка разглядела на экранах учеников Академии — кто-то тренировался на стадионе, другие спешили по коридорам или перекусывали в кафетерии. Хотя большинство просто отдыхали во дворе.

— Ричард, мне нужна комната потенциала, — Сирила положила руку ему на плечо.

Мужчина развернулся, быстро переключив несколько камер. Лиззи оценила его внешность: блондин лет сорока, светло-голубые глаза за толстыми очками. Он бегло окинул её взглядом, достал из кармана ключи и вернулся к мониторам, сгорбившись над каким-то изображением. Лиззи поморщилась — мысль о постоянном наблюдении вызывала неприятный холодок под лопатками.

— Спасибо.

Они прошли несколько метров по коридору, прежде чем Сирила остановилась у первой двери слева. Ключ щёлкнул в замке.

— Заходите, — в её голосе появилась новая, деловая интонация.

Лаборатория оказалась заставлена столами и шкафами, напоминая то ли архив, то ли старую библиотеку. У дальнего стола над микроскопом склонилась женщина в белом халате. Услышав шаги, она подняла руку, не отрывая глаз от окуляра.

— Натали, у тебя разве не выходной? — удивилась Сирила, пропуская Лиззи вперёд.

— Ха-ха, очень смешно, — женщина сделала пометку в блокноте и повернулась. Моложе Ричарда, возможно даже Ванессы. Каштановые волосы с безупречным пробором. Это сразу бросалось в глаза.

— Новичок? — она кивнула на Лиззи, устроившуюся за компьютерным столом. На мониторе был открыт файл "Группа Выпускников". Девушка отвела взгляд.

— Да. Лиззи, знакомьтесь — Натали Фишман. Наш лаборант и ваш временный куратор.

Обменявшись кивками, Натали пояснила:

— Если что — спрашивай. Я не всегда здесь, иногда в основном корпусе.

Её взгляд перешёл на Сирилу:

— Я подготовлю состав.

Сирила открыла боковую дверь и жестом пригласила Лиззи следовать за ней. Девушка встала, задаваясь вопросом — сколько ещё комнат ей предстоит увидеть, прежде чем получит внятные объяснения?

— Это комната потенциала, — объявила Сирила.

Помещение оказалось крошечным, пустым — голые стены, никакой мебели. Напоминало камеру.

— И для чего это? — Лиззи водила взглядом по стенам, ища скрытые панели. Сирила приблизилась, положив руки ей на плечи. Её чёрные глаза изучали лицо девушки с неестественной сосредоточенностью.

— Сейчас мы проверим природу вашего дара и его пределы. Вам не нужно ничего делать — просто расслабьтесь. Я оставлю вас здесь одну. Натали запустит через вентиляцию специальный газ, — она указала на решётку в стене. — Состав активирует вашу силу, выведя её на максимум. Возможна лёгкая боль, но ничего страшного. Нам нужно оценить потенциальную опасность дара. Процедура займёт секунды.

— А если... он окажется слишком опасным? — голос Лиззи дрогнул. До этого момента сила казалась безобидной, но теперь в голове зашевелились сомнения.

Сирила потрепала её по волосам:

— Хорошо, что беспокоитесь. Дар не может убить носителя. А что до окружения... — она развернула Лиззи к камере под потолком, — мы глубоко под землёй, стены крепче ядерных бункеров. Да и Ричард следит.

Камера была микроскопической — незаметной, если не знать о её существовании.

— Вижу скепсис, — неожиданно раздался голос из динамика. Лиззи вздрогнула. Сирила рассмеялась:

— Напугал девочку!

Щёки Лиззи вспыхнули от смущения.

— Простите, — сказал Ричард. — Но не волнуйся — я могу подавить любую способность через экраны. Разгуляться тебе не дадут.

Это немного успокоило. Лиззи сделала глубокий вдох, почувствовав, как жмёт обувь.

— Готовы? — Сирила на мгновение задержалась в дверях. Получив кивок, вышла, щёлкнув замком.

Гудение вентиляции... И болотного цвета дым, хлынувший из решётки. Холодный, без запаха. Лиззи закашлялась рефлекторно, но боли не чувствовала. Только напряжённое ожидание.

— Как ощущения? — голос Ричарда звучал настороженно.

— Всё нормально. Ничего не происходит. Так и должно быть?

Молчание. За дверью — приглушённые голоса.

И вдруг — ад.

Жгучая боль пронзила каждую клетку. Горло сжалось, будто перехваченное удавкой. Конечности онемели — невозможно пошевелиться. Ощущение, будто кожу сдирают полосками, а оголённое мясо прижигают раскалённым железом. Лиззи попыталась закрыть глаза — веки вспыхнули, опаляя глазные яблоки. Дыхание превратилось в судорожные хриплые вздохи — каждый глоток воздуха ножом резал гортань.

"Брат был прав... Не стоило идти... Лучше бы умерла во сне..."

Перед тем как сознание поглотила тьма, она почувствовала чьи-то руки и обрывки фразы:

— Нужно прекращать! Она...

Холод бетона на виске. Тишина.

Глава 6. Конфликт

Кевин бродил по пустому дому, до сих пор не веря в происходящее. Сестра ушла, выбрав Академию, а не своего брата. Единственного родного человека, который у неё остался. Она отвернулась от того, кто воспитывал её, защищал, ухаживал, приглядывал и оберегал.

Гнев и негодование набирали обороты. Руки продолжали чувствовать шею той старухи. Парень жалел, что не сжал сильнее, не сломал ей гортань. Позволил говорить и забрать Лиззи. Ещё и эта её помощница посмела вмешаться, решила, что сможет сдержать его натиск. Забавно. Кевин мог переломить её одним ударом.

Но, почему-то, не стал этого делать. Это не давало ему покоя.

Есть Кевин не стал. Запах еды вызывал тошноту и ещё бо́льшую злобу. В доме стояла тишина. Она давила на мозг, но нарушать её парень не хотел. Ему казалось, что включи он телевизор или просто музыку — и чувство одиночества на время пропадёт. Кевину не хотелось забывать, что он остался один. Ни на секунду не хотелось забывать.

— Дерьмо! — выругался, ударив стену кулаком. Боль от удара прошлась по костяшкам пальцев и отдала в плечо.

Он всегда старался смотреть на любую ситуацию здраво. Одарённые были для него потенциальными врагами. Он не доверял ни им, ни Академии. Но когда мистер Ньюман решил нанять Одарённых ради улучшения компании — Кевин не стал возражать. Он мог понять необходимость этого.

Их с Лиззи отец был болен. Кевин был ещё подростком, когда всё произошло. Лиззи было десять тогда. Она не особо помнит о том, как отчаянно Кевин пытался спасти отца. Мать ушла в запой уже тогда. Ей было плевать. Отец не жаловался на боль и не мешал своему сыну предпринимать жалкие попытки достучаться до Академии.

Кевин помнит, как к ним пришла директриса. Она заперлась в одной комнате с его отцом, а выйдя оттуда — просто молча ушла. Через день Кевина пригласили в здание Академии. Сирила отказывалась помочь, отказывалась принять мистера Томпсона в Академию, ссылаясь на то, что у него нет дара. Что у него рак.

Но Кевин отказывался верить, что его отец умирает не от того, что он — своего рода избранный, а от простой болезни. В голове не укладывалось, что кому-то суждено становиться героем, а кто-то погибает от такой обыденной вещи, как рак. Это ужасно злило и заставляло парня затыкать уши. Он решил сделать Академию козлом отпущения. Заверил себя, что они погубили его отца. Они были во всём виноваты.

Но на деле это было не так. Упрямство и твердолобость Кевина сыграли с ним злую шутку. Если бы он не тратил время на Академию, смог бы вовремя обратиться к простым врачам — возможно, у отца ещё был шанс.

Парень упал на диван и закрыл лицо руками. Лиззи имеет дар. Кевин давно это понял, но не хотел верить. Он поступал как эгоист. Его сестра могла погибнуть, а сейчас — хоть и ушла, но она жива.

В кармане зазвонил телефон. Вибрация неприятно щекотала ногу.

— Слушаю, — ответил Кевин, не глядя на экран. Он был готов послать кого угодно, но в трубке раздался знакомый голос:

— Эй, Кев, есть планы на вечер? — коллега Дерек звучал подозрительно радостно.

— Нет, — рыкнул Кевин.

Дерек выдержал паузу — всего две секунды:

— Тут, моя пирогов напекла... Говорит, нужны гости. Вот я о тебе и подумал.

— Как мило, — процедил Кевин. Ему было плевать на пироги. Он уже понял подвох.

— Мы будем тебе рады. И Лиззи приглашена.

Кевин замялся с ответом. Стоило ли сразу сказать, что сестры не будет?

— Я приду один, — наконец выдавил он, — Лиззи ночует у подруги.

— Ясно. Тогда ждём только тебя, — Дерек никогда не лез в чужие дела. Это Кевину в нём и нравилось.

Перед выходом он взял ключи от своей квартиры в центре — не мог оставаться в доме, где всё напоминало о сестре: её комната в стиле подводной лодки, детские рисунки, фотографии, прожжённый угол ковра, вечный запас сахарных колечек...

Дорога заняла меньше часа. Кевин припарковался подальше — нужно было остудить голову. Не хотелось вымещать злость на друзьях.

Дверь открыл сам Дерек с сыном на руках:

— Дядя Кев! — Генри протянул ручонки.

— Ого, как вырос! Сколько тебе?

— Четыре! — мальчик гордо показал по два пальца на каждой руке.

— Генри, дай дяде Кеву раздеться, — Дерек поставил сына на пол. — Беги помогай маме.

— Шустрый, — заметил Кевин, снимая обувь.

Мальчишка радостно убежал в другую комнату.

— Не то слово. Шило в заднице — весь в мать.

— В кого-кого? — из зала появилась Саманта с бокалом в руках.

— В тебя, дорогая, — Дерек поцеловал жену. — Наш сын такой же красивый и умный.

Саманта прищурилась:

— Ну, допустим, поверю, — затем она кивнула гостю. — Стол почти готов. Проходи.

— Нужна помощь?

— У меня уже есть четырёхлетний помощник, — улыбнулась она.

В зале Генри уже смотрел телевизор. Кевин заметил — еды хватило бы на десятерых.

— Будут ещё гости?

Супруги переглянулись. Саманта явно была недовольна.

— Да... Подруга Саманты, наша секретарша Сильвия и... Пол.

— Того Одарённого позвали?! — рука Кевина сама сжалась в кулак.

— Знаю, ты их не любишь. И я тоже. Но Пол, вроде, нормальный. Не заносчивый, — Дерек понимал причину недовольства друга. Он знал, что взгляды Кевина на Одарённых были близки к позиции Хлои Вудс. Сам же он старался сохранять терпимость — хотя бы к тем, кого толком не знал.

— Стоило предупредить. Прости. Но это всего лишь ужин. Что может пойти не так? — Дерек неловко рассмеялся, почесывая затылок. Жена тут же обернула его за руку и начала гневно что-то шептать. Кевин услышал только:

–

Я думала ты сказал…

Новость не обрадовала Кевина. Он не рассчитывал на компанию. Особенно сейчас, когда родная сестра сбежала в Академию. Услышав имя Пола, он сжал челюсти. Одарённый — последний, кого хотелось видеть.

Но это был ужин Дерека и Саманты. Они решали, кого приглашать. Кевин сделал глубокий вдох:

— Не переживай. Это ваши гости. Всё нормально.

Саманта закончила сервировку, наложила Генри еды в тарелку с инопланетянами. Мальчик, не отрываясь от телевизора, пододвинулся ближе, подложив под себя подушку. Кевин сел рядом.

— Что смотришь?

— Это Леди-Хамелеон! — ребёнок тыкал пальцем в экран.

— Это один человек? — Кевин удивился — на экране было трое актёров.

— Ты не слышал о ней? — Дерек поставил на стол бутылку вина. — Юлия Маркус. Она играет всех персонажей.

— Ещё одна Одарённая? — Кевин скрипнул зубами.

— Она превращается в других, — пояснил Генри, накалывая огурец.

Дерек открыл вино:

— Снимается три года. Сама играет всех — экономит на актёрах. Правда, голос не меняет — её переозвучивают.

Кевин наблюдал сцену погони в метро. Трудно поверить, что преследователи и жертва — один человек.

— Сомнительная экономия. Массовка-то точно другие?

— Не факт, — Дерек замялся. — Она талантлива.

Неохотно Кевин согласился — персонажи выглядели убедительно. Хотя судить по одному эпизоду было рано. Он сделал глоток вина, когда раздался звонок.

Пока хозяева встречали гостей, Кевин размышлял — Одарённые актёры могли бы экономить бюджеты, но лишали бы работы огромное количество других актеров. Хотя невозможно одному играть во всех фильмах. Феномен Юлии Маркус был чем-то новым для мужчины — способность сыграть всех персонажей. С таким даром легко стать преступницей, но она выбрала кино. Хотя кто знал, что за этим стоит? Кевин все же не смог не предположить, что это может быть лишь пылью в глазах.

Первой вошла Сильвия. Кевин узнал её по белёсым волосам, собранным в пучок. Голубое платье делало её кожу почти прозрачной. Выглядела девушка как всегда болезненно.

— Мистер Томпсон, не знала, что вы здесь, — она опустила глаза.

— Меня тоже не предупредили, — он усмехнулся. — И хватит с меня "мистеров" — мы не на работе.

— Простите. Не привыкла.

Кевин был удивлён — Дерек общался с тихой секретаршей. Но лучше она, чем скандальная Хлоя.

— Генри, смотришь «Убежать до отправления»? — Сильвия улыбнулась ребенку, усаживаясь на диван рядом с Кевином. Из колени на миг соприкоснулись, и парень тут же отвернул ноги чуть в сторону. Сильвия одернула подол платья.

— Да! Мой любимый! — мальчик тянулся к куриной ножке. Кевин подвинул тарелку.

— Мне тоже нравится. Но в «Картине на троих» она играла просто божественно.

— «Картина на троих»? — Кевин нахмурился. Кино было не его стихией. Лиззи бы тут пришлась кстати — она обожала рассказывать про актёров.

Мысль о сестре заставила всё внутри Кевина сжаться на секунду, но Сильвия всё равно заметила.

— Всё в порядке? — она слегка нахмурилась.

Кевин мотнул головой:

— Не обращай внимания.

Он сделал глоток напитка, прочистил горло. Сильвия вернулась к теме:

— «Картина на троих» — драма прошлого года. Отец перед смертью просит дочь разыскать двух старших сестёр и изобразить их на картине. Сюжет прост, но персонажи раскрыты глубоко... иногда пугающе.

Она достала телефон, показала постер — три девушки на картине.

— Юлию номинировали за эту роль.

— Но разве это честно? — Кевин ткнул пальцем в экран. — Она же Одарённая.

— И что? — Сильвия нахмурилась. — Внешность не делает актёра. Только труд и талант. Даром это все не купить.

В зал вошёл Пол. Даже в джинсах и рубашке он выглядел как перепуганный стажёр.

— Ты, наверное, Пол? — Сильвия встала, пожала ему руку, усадив рядом.

Кевин удивился, как четверо уместились на диване. Саманта с Дереком вернулись, заняв стулья.

— Нора в пробке, — шепотом сообщила Саманта мужу.

— С работы? — уточнил Дерек, разливая вино.

— Нора — твоя сестра, Сэмми? — Сильвия фамильярно кивнула.

Пол и Кевин синхронно подняли брови. Саманта поспешила объяснить:

— Мы с Сильвией учились вместе. Я была её наставницей.

— Да. Помогала мне и... Саре. — Голос Сильвии дрогнул.

Саманта резко сменила тему:

— Кевин, Пол, ешьте! Дерек, передай мясо.

За столом застучали приборы. Только Генри ковырял вилкой курицу, превращая её в кашу. Фильм закончился — ребёнку стало скучно.

— Дерек, как переключить? — Кевин огляделся в поисках пульта.

— ГУП, найди мультики.

Телевизор сразу перешёл на детский канал.

— Гуп? — удивился Пол.

— Голосовой Универсальный Помощник, — пояснил Дерек. — Подарок на годовщину. Месяц привыкали.

— Удобно, но странно, — усмехнулась Саманта.

Сильвия проглотила кусок:

— И что он умеет?

— Всё. Техника, безопасность, развлечения. Пришлось отказаться от утренней аэробики — система путала команды.

Кевин представил Саманту в спортивном бра, безуспешно кричащую "Гуп, громче!" на видео с тренировкой. Он помотал головой, срочно прогоняя образ.

— Кстати, вы вчера новости смотрели? — Сильвия резко сменила тему.

— Про ограбление военной базы? — впервые за вечер вступил в разговор Пол.

— Да. Это просто ужасно.

— Согласен, — Кевин кивнул. — Власти уверены — это работа Одарённых.

— Вот что ужасно! У них даже сомнений нет. Одарённые — и точка. Разве это справедливо? — Сильвия осушила бокал.

— Ты думаешь, это мог быть кто-то другой? — Скептически отозвался Кевин.

— Кто угодно! Дезертиры, шпионы, иностранные агенты. Почему сразу Одарённые?

— Но ты же не отрицаешь, что среди них могли быть и Одарённые? — Кевин развернул корпус строго к девушке и говорил только с Сильвией. Остальные молча наблюдали.

— Конечно, не отрицаю. Но утверждать наверняка — предвзятость, — в её глазах читались и смущение, и упрямство.

— Они заслужили такое отношение. Сколько среди них преступников!

— Это не так! — Пол воспринял это лично.

— Да что ты знаешь! — Кевин вспылил.

Дерек жестом попросил жену увести Генри.

— Нельзя судить тех, кого не знаешь! — Сильвия тоже повысила голос.

— Мы такие же люди. Да, среди нас есть преступники, но не все же, — Пол говорил спокойно, но быстрее обычного.

— Ты прав. Не Одарённые виноваты, а Академия! Вот настоящее зло!

— Ты не понимаешь! Академия спасает таких, как я, — Пол пытался быть рациональным, зная, что Кевин не сталкивался с их реальностью.

Но Кевин уже не контролировал себя:

— Они не спасают — они разрушают семьи! Забирают сестёр, промывают мозги! Заставляют забыть родных и слепо следовать за этими пришельцами! — Его кулак обрушился на стол. Бокал опрокинулся, вино впиталось в скатерть. Саманта, успевшая вернуться, закусила губу. Все промолчали. Кевин осознал, что зашёл слишком далеко.

— Кев... Лиззи в Академии? — тихо спросил Дерек.

Кевин ничего не ответил. Он просто встал и покинул квартиру.

Уже в машине, он вдруг закрыл глаза, пока его руки сжимали руль. Глубокий вдох, чтобы перевести дух. Нельзя было устраивать сцену, не время и не место. Его друг и его семья ничего плохого ему не сделали. Они не заслужили, что он вот так испортил им вечер. Но возвращаться и извиняться, Кевин был не намерен. Пока нет. Нужно было остыть, побыть одному.

Он достал из кармана телефон. Хотел выключить, на случай если Дерек начнет звонить, но увидел сообщение от матери.

«Любименький, не забудь отправить денег своей дорогой матушке».

От такого простого предложения стало еще более тошно. Кевин сжал телефон в руке. Хотелось выкинуть его из окна и переехать на машине. Но вместо этого, он написал краткий ответ.

«Пошла на хуй».

Затем он завел мотор и выехал со дрова.

Глава 7. Неопределенность

Комната, куда поместили Лиззи, была больше кладовки, но меньше нормальной спальни. Тело всё ещё помнило адскую боль, отказываясь двигаться. Девушка была рада уже тому, что может дышать и видеть — пока этого хватало.

— Ты очнулась? — голос сбоку показался знакомым, но это определённо была не Сирила.

— Кто вы? — Элизабет боялась пошевелиться — вдруг боль вернётся.

— Мы виделись в лаборатории. Я Натали Фишман.

— Что со мной? — голос звучал хрипло. Справа скрипнул стул — Натали села рядом.

— Мы проводили тест на потенциал, но ты отключилась слишком быстро. Показатели не зафиксировались. К сожалению.

— Боль, — выдохнула Лиззи, сглотнув ком в горле.

Она повернула голову. Перед ней сидела та самая женщина в белом халате, с папкой на коленях. Каштановые волосы были заколоты карандашом. Её изучающий взгляд скользил по телу Одаренной.

— Опиши боль. По шкале от одного до десяти, — Натали достала карандаш из волос, готовясь записывать. Пряди рассыпались по плечам.

— До десяти? — Лиззи не верилось, что для них это просто рутинный вопрос. Она чувствовала себя подопытным кроликом.

Натали оторвалась от записей:

— Скажи, сколько тебе лет?

— Девятнадцать.

— Понимаешь, — женщина вздохнула, — к нам попадают дети от года. Я работаю здесь пять лет. Но такой реакции на тест не видела никогда. Обычно люди стоят в газе 10-15 минут, мы снимаем показатели, потом они демонстрируют способности. Редко кто теряет сознание — и никто не жаловался на боль. Ты — первый случай. Поэтому, я и задаю такие вопросы.

Она замолчала, сжав губы. Ей явно было неловко за этот допрос.

Лиззи молчала. Она не винила Натали — та просто делала свою работу. Виновата была только она сама. Кевин предупреждал... Может, у него была интуиция?

Воспоминание о том, как брат схватил Сирилу за горло, вызвало жжение в шее. Лиззи впервые видела его таким. Страшно подумать, что на месте директрисы могла оказаться она сама. Но раньше не брат никогда не проявлял агрессии. Даже в детстве, когда мать начинала пить и забывала что-то сделать, он даже не кричал на нее. Только делал осуждающий вид. Чтобы напасть на кого-нибудь, у Кевина должна была случиться самая тяжёлая горячка. Неужели его ненависть к Академии настолько сильна?

Молчание затянулось. Натали вновь собрала волосы и встала. При мысли об том, чтобы остаться одной, Лиззи охватила паника.

— Десять, — выпалила она, когда дверь уже приоткрылась.

Натали замерла:

— Что десять?

— Боль. Она была на десять баллов.

Женщина закрыла дверь и вернулась:

— Это ненормально. Мы не мучаем людей. Запомни это.

Лиззи выдавила горький смешок.

— Я слышала, ты показала свою силу, когда Сирила пришла за тобой, — Натали не стала открывать папку. Хотя записи были важны, сейчас казалось правильнее просто поговорить.

Элизабет кивнула, вспоминая тот момент — как гордилась, что не ошиблась в своих догадках.

— Ты чувствовала боль тогда? Может, покалывания?

— Думаете, это из-за моей силы? — девушка испугалась. Ужасно было обладать даром, приносящим мучения.

— Всё может быть. Я с таким не сталкивалась, — призналась Натали, в голове уже роились теории.

— Возможно, случайность, которая не повторится, — ее тон был спокойным и тихим, но Лиззи лишь закрыла глаза — она не особо не верила.

— А может, дело действительно в способности. Трудно сказать точно, — покачала головой Натали, видя реакцию девушки.

— Вам нужно больше данных, да? — Лиззи медленно повернула к ней голову. Болевых ощущений не последовало. — Так учёные в фильмах говорят.

— Это помогло бы. Но я не заставлю тебя проходить через это снова.

Натали встала:

— Поспи. Завтра утром мисс Винтерс объяснит, что делать дальше.

—Хорошо, спасибо вам, мисс Фишман.

—Прошу, зови меня Натали. Ненавижу всю эту субординацию.

Дверь закрылась. Тишина. Лиззи лежала без движения, мысленно возвращаясь к тому ужасу. Обычный человек старался бы забыть, но её что-то грызло. Натали явно была удивлена — а она-то знает, как должно быть.

Лиззи повернула голову к окну — единственное движение, на которое пока хватало сил. На улице уже стемнело. Видимо, она пролежала без сознания несколько часов.

Кевин, наверное, уже спит. Завтра ему на работу. Спросят ли коллеги про Лиззи? Рассказывал ли он Дереку? С его семьёй она хорошо общалась. Или, может, этой Хлое Вудс — его бывшей, которую Лиззи никогда не любила. Та просто собрала вещи и ушла, а на работе делала вид, что всё в порядке. Кевин подыгрывал, но сестра знала — ему было тяжело. Он почти начал пить, но что-то остановило. Возможно, пример их матери, о которой Лиззи давно ничего не слышала.

Монике было бы интересно узнать. Она обрадовалась бы, что подруга последовала совету. Испугалась, услышав про тест, но в целом была бы рада — теперь Лиззи среди тех, кто может её понять.

Выйдя из палаты, Натали обратилась к Сириле, ожидавшей в коридоре:

— Она готова пройти тест снова. По крайней мере, думает об этом.

Директриса поднялась с кресла:

— Она описала, что с ней произошло?

— Оценила боль на максимальный балл. Удивительно, что ещё не сбежала. Бедный ребёнок. Что это могло быть?

— У меня есть лишь догадка. Мой отец писал о подобном — когда два дара конфликтуют во время теста, вызывая боль. Хорошо, что она потеряла сознание. Иначе, не уверена, что Ричард смог бы все остановить.

Они вышли в коридор, столкнувшись с группой учеников. Те быстро прошли мимо, не задерживая директора.

— У Лиззи два дара? Я о таком не слышала. Насколько часто такое бывает?

— Крайне редко. Возможно, другие директора сталкивались с чем-то подобным. Свяжусь с ними, — Сирила поправила очки на носу.

— А тренировки? Нужно начинать завтра, но какой план составить при подобных условиях.

— Начнём пока с уровня дельта. Этого должно хватить на первое время. Я постараюсь все разузнать побыстрее. И спроси напрямую о повторном тесте. Если согласится — проведите его с Ванессой в роли свидетеля.

Голос её звучал уверенно, хотя ситуация была новой даже для неё. В голове женщина уже прикидывала к кому из своих коллег обратиться в первую очередь.

— Попросить старших учеников присматривать за ней? — предложила Натали.

— Саймон уже знаком с ней. Но его дар не защитный...

— Нужен кто-то сильнее, — закончила мысль Натали.

Зрачки Сирилы расширились, заполнив глаза — знак глубоких раздумий. В уме она перебирала учеников.

— Ирония, — директор слегка усмехнуласт, когда обе вышли из больничного крыла.

Натали вопросительно подняла бровь.

— Лиззи обладает защитным даром, но нам придётся защищать других от неё.

На улице было еще темно. Большая часть учеников спали в своих комнатах, за исключением тех, кто имел особые тренировки в ночное время, если их дар того требовал.

— Завтра утром поговорю с Саймоном, — сказала Натали.

— А я подберу кого—то ещё, — кивнула директриса. — Если мисс Томпсон все же откажется от теста — обратись к Рите Уайтхолл.

— Рита? Ей всего двенадцать. Как её дар поможет?

— Она видит воспоминания. Узнаем, что случилось с мисс Томпсон, без лишних вопросов, — Сирила потерла руки от холода и засунула их в карманы.

На этом женщины разошлись. Натали двинулась к бункеру, чтобы провести очередную ночь не в теплой постели, а за компьютером. Лаборатория встретила ее холодом. Ричард уже ушёл — его смена начиналась на рассвете. Достав запасную кофту, она села за компьютер. На экране замерли данные теста Лиззи. Очередная загадка Одаренных, которая принесет ещё ни одну бессонную ночь. Натали закрыла файл и открыла папку с данными выпускных групп. Хоть что то знакомое, то с чем можно сейчас работать.

Сирила же пришла в общежитие и тихо постучала в дверь на третьем этаже. С той стороны послышались ворчание и потом дверь чуть приоткрылась. Мужской голос что—то ворчал, но потом, увидев гостью, владелец комнаты буквально распахнул дверь.

— Директор Винтерс!

— Прошу прощения за такой ранний визит, мистер Коул, но у меня есть к вам пара вопросов. Позволите?

Парень быстро натянул первую попавшуюся футболку, прибрал с пола гитару и свои джинсы и пропустил женщину внутрь. Директор, кажется, не обратила на это никакого внимания и спокойно села на стул в углу.

— Мистер Коул, мы узнали о мисс Томпсон именно по вашей наводке, но, могу спросить, как вы с ней познакомились?

Саймон уселся на край своей смятой кровати и потер щеку.

— Ну, я не особо с ней знаком. Как я понял моя старая подруга дала ей мой номер.

— Подруга? — женщина подалась чуть вперед, ее очки сползли на кончик носа. — Значит о даре Элизабет известно еще кому—то?

— Наверное, — парень пожал плечами. — Это плохо?

Мисс Винтерс скрестила ноги и положила руки на колено.

— Скорее всего в этом нет ничего плохого, но учитывая, что происходит в последнее время…

— Что—то случилось? — Саймон напрягся от таких слов. Женщина помотала головой и улыбнулась успокаивающе.

— Нет—нет, не переживайте. Я имела в виду, что в мире становится все больше агрессивных Несогласных. Я переживаю, что мисс Томпсон могла встретить кого—то из них еще до встречи с нами. Это было бы весьма неприятно.

Саймон почувствовал облегчение, что ничего серьезного не случилось, и сел немного удобнее.

— Согласен. Но вы же пришли не для того, чтобы просто спросить откуда я знаю новенькую, так?

— Это так, мистер Коул. Я пришла к вам с просьбой.

— Присмотреть за ней? — догадался Саймон. Директор рассмеялась.

— Как вы это поняли?

— Это логично. Я буквально привел вас к ней. К тому же меня все здесь называют Старостой. Наверное, для этого есть причина.

Женщина поднялась на ноги, но не спешила уходить.

— Вы очень ответственны и талантливы. Я вижу, как многие ученики полагаются на вас. Будет прекрасно если вы присмотрите за Элизабет, но не напрямую. Не стоит водить ее везде за ручку. Для этого есть Ванесса, — она усмехнулась и поправила очки. — Достаточно просто быть рядом и дать ей чувство комфорта. Получится?

— Постараюсь, — кивнул Саймон и так же поднялся. Я открыл дверь для женщины, когда она подошла к ней.

— Я знала, что на вас можно рассчитывать. Простите еще раз, что разбудила, — она покинула его спальню.

Саймон закрыл за ней дверь и плюхнулся обратно на свою кровать.

— И почему же я такой ответственный, — пробубнил он в подушку. До утра еще было несколько часов, но что—то подсказывало, что уснуть парню не удастся.

Глава 8 Вступительная лекция

Лиззи провела ночь в тщетных попытках уснуть. Лишь под утро, когда солнечные лучи пробились в окно, ей удалось подняться с кровати. Воспоминания о боли притупились, хотя осознание пережитого кошмара оставалось.

Никто не разрешал покидать комнату, но девушка решила, что короткая прогулка не повредит. В коридоре медицинского крыла царила больничная атмосфера —кресла для ожидания, стойка с мониторами, проекция с графиком осмотров.

— Мисс Томпсон, вам нельзя вставать! — Девушка-медсестра бросилась к Лиззи, хватая её под руку, будто та не могла стоять самостоятельно.

— Я просто хотела пройтись. Ноги затекли...

Её оправдания прервал чёткий голос Ванессы:

— Отойдите от неё!

Медсестра мгновенно ретировалась. Ванесса подошла ближе:

— Тебя ждут на тренировочной площадке.

— Разве уже определили программу? Я думала...

Ладонь Ванессы резко закрыла ей рот.

— Ни слова о вчерашнем. Для всех ты обычная новенькая, прошедшая тест. Ясно? —Сегодня она говорила жёстче, без следов прежней инфантильности. — Ясно? — повторила, не дождавшись ответа.

Лиззи кивнула, стараясь идти рядом, а не быть "ведомой".

— Начнёшь с базовой защиты. Через день–два скорректируем, если понадобится.

Они вышли на задний двор с тренировочными зонами — беговые дорожки, манекены, бассейн. Площадка кипела активностью — одни Одарённые перемещали предметы силой мысли, другие двигались с нечеловеческой скоростью. Больше всего поразили тройняшки, синхронно закручивавшие воду в бассейне в гипнотические спирали. Когда Лиззи проходила мимо, все три сестры одновременно повернули к ней слепые, полностью белые глаза.

— Сестры Флоренс — коротко пояснила Ванесса. — Контроль жидкостей. Талантливы, но... непопулярны.

Лиззи не стала уточнять причины — тройняшки и правда выглядели жутковато. Они приближались к зоне с манекенами, где паренёк с каменной рукой яростно лупил стальную куклу.

— Здесь тренируются новички и бойцы — сказала Ванесса.

— Значит, я тут, потому что новичок?

— Соображаешь — усмехнулась та.

В глубине площадки мускулистая женщина сидела в шпагате.

— Линда, мы пришли! — объявила Ванесса.

Женщина вскочила с земли за секунду.

— Ну что, новичок, не сбежала? — Линда ухмыльнулась.

— Я решила попробовать — прошептала Лиззи.

— ЧТО–О?! — Линда приставила ладонь к уху, кривясь. —ГЛУХОВАТА Я СТАРАЯ!

— Я РЕШИЛА ПОПРОБОВАТЬ! — закричала Лиззи в ответ.

— Вот это настрой! — Линда выпрямилась. — С этим можно работать.

Ванесса удалилась, оставив Лиззи наедине с тренером. Та мгновенно встала в стойку:

— Ударь.

— Что?

— Ударь! — Линда хлопнула себя по плечу.

Лиззи оглянулась. Вокруг все были заняты своими тренировками.

— Мне правда нужно вас бить?

— Выпусти злость. Так надо.

— Но я не злюсь...

— Врешь! — Линда ткнула пальцем в её грудь. — Всё ещё злишься на брата, на Академию, на эту боль. Выпусти это!

— Откуда Вы знаете о моем брата? — Лиззи сделала шаг назад, словно создавая барьер недоверия между собой и женщиной. Та не стала сопротивляться и позволила ученице отступить.

— Я один из преподавателей, которых назначили тебя тренировать. Мне положено знать подобное. Не все, конечно, но основные детали.

— И как много вы знаете?

— О твоём брате я наслышана. Я начала работать здесь почти сразу после того инцидента. Вряд ли он все ещё тот мальчишка, который поливал нас грязью стоя у ворот.

— Что? Кевин не стал бы… - Элизабет прикусила язык. Видимо, она действительно, много чего не знала.

— Вижу, я была права. У тебя есть причины злиться. Судя по твоему лицу.

— Вы не знаете меня. Я не буду никого бить, — упрямилась Элизабет, обхватив себя руками.

— Поспорим? Просто ударь и всё, — усмехнулась Линда.

Выбора не было. Лиззи, никогда не участвовавшая в драках, чувствовала себя нелепо. Она скопировала стойку тренера и ударила её в плечо. Линда мгновенно перехватила запястье, потянула на себя, развернулась и перекинула Лиззи через бедро. Оказавшись на земле, та лишь разинула рот.

— Неплохо, — оценила Линда, помогая подняться.

— Зачем вы это сделали?

— Чтобы ты ударила меня ещё раз, — тренер вновь подставила плечо.

— Я не хочу снова лететь на землю, — Лиззи потирала спину.

— Не полетишь. Ты же теперь знаешь, что будет, — Линда прищурилась.

Лиззи поняла — нужно предугадать действия. Она ударила снова, но теперь второй рукой схватила свободную руку Линды. Та вместо броска скрутила её запястье и взяла в захват.

— Нечестно!

— Третья попытка? — Линда отпустила её.

— Вы снова измените движения.

— Естественно. Так интереснее.

Тренировка длилась сорок минут. Лиззи раз за разом оказывалась в захватах или на земле. Когда тело покрылось будущими синяками, она сдалась.

— Ты хорошо справилась, — они обе пошли к скамейке.

— Смеётесь. Я вас ни разу не одолела.

— Я не этого добивалась, — призналась тренер. — Да и ты пока не моего уровня.

— Круто иметь такой дар...

— Ой, что ты. Я не Одарённая. Просто сильная.

У скамейки Линда достала две бутылки воды из сумки, что там лежала, и предложила одну своей ученице.

— В чём был смысл тренировки? — Лиззи сделала несколько жадных глотков.

— Увидишь позже. Если будешь приходить каждое утро.

— Очередное клише "всё зависит от тебя"?

— Ты сама это сказала, — Линда толкнула её в плечо.

Когда другие ученики стали расходиться, Линда спросила у мальчика с каменными руками:

— Микки, сколько времени?

Лиззи заметила — его руки стали обычные.

— Одиннадцать пятнадцать, — он ответил на бегу и чуть не споткнулся.

— Тебе нужно идти к Ванессе, — Линда поднялась, обращаясь уже к Элизабет. —Она скажет, что дальше.

— А вы не мой наставник?

— Я один из твоих преподавателей, — уточнила Линда. — У тебя так же должен быть куратор. Ванесса является заместителем директора, но и ответственной за новичков. Она ведёт ваш учёт, составляет планы тренировок и вводит в курс дела. А ещё именно она назначает преподавателей. Ты найдешь ее на втором этаже главного корпуса. Это там, - она указала на центральное здание. Лиззи помнила его в вечер ее прибытия сюда обратила на него внимание.

— Дойдешь сама? — уточнила женщина. Лиззи кивнула.

Она поблагодарила за тренировку и направилась к главному корпусу. Это было самое большое здание из всех. Здесь проходили занятия, важные собрания и приемы гостей Академии. Хотя последнее происходило редко.

Не смотря на довольно-таки теплое осеннее утро, внутри здания было прохладно. Скорее всего такое большое помещение было непросто отапливать. Современные технологии по нагреву воздуха не устанавливались в старых сооружениях по технике безопасности.

Главная лестница — массивная, с позолотой и синим ковром — вела на второй этаж. Поднявшись туда, Лиззи попала в широкий коридор. Другие ученики сновали туда-сюда по своим делам. Некоторые явно спешили и передвигались трусцой. Одна девушка с белыми косичками слегка врезалась в Лиззи, но тут же извинилась, убегая прочь.

Сам коридор был каким-то пустым. Ни картин, ни ковров и прочего. Резкий контраст по сравнению с лестницей. Двери все были одинаковые за исключением одной. Слева, в самом конце коридора, Лиззи увидела массивную чёрную дверь между двумя вазами с цветами — единственным элементом декора. На табличке было написано: “Директор Сирила Винтерс/ Заместитель Ванесса Гарднер.

Лиззи сглотнула и размякла шею для уверенности. Она постучала трижды. После короткой паузы — ещё два раза.

— Войдите.

Ванесса сидела в просторном кабинете, залитом жёлтым светом лампы. Персиковый ковёр, плотные занавески, фото пшеничных полей в оранжевых рамках. Она кивнула на жёлтый диван, не отрываясь от ноутбука.

— Ого, здесь много жёлтого, — не удержалась Лиззи, пробегаясь глазами по картинкам и мебели.

— Сирила любит этот цвет. И полевые цветы. И брусничное варенье, — Ванесса продолжала печатать. — Как тренировка?

— Весьма продуктивно.

Ванесса хмыкнула и почесала нос.

— Правда? Это радует. В последнее время новички взяли за привычку ныть и качать права. Им кажется, что здесь к ним будут относиться как-то по-особенному, — расстроенно подметила женщина.

— В каком смысле?

— Если бы я знала, — Ванесса сделала последние клики мышкой и отвернула слегка экран, переводя взгляд на Одаренную. — Я должна провести для тебя вступительную лекцию. Это ужасно скучное занятия. Лично для меня. Тебе, возможно, будет интересно, не знаю, — мысль о том, что ей предстоит еще раз рассказывать эту историю уже сотый раз, вызывала у Ванессы приступ тошноты. Но делать было нечего. Для Лиззи это была полезная информация. Ванесса только надеялась, что новенькая уже знает хоть что–то.

— Скажите, мисс Томпсон, что вы знаете о нашем мире? — женщина села чуть ровнее в кресле, и ее голос сделался официальным.

Лиззи опешила от вопроса и такой перемены. Секунду назад Ванесса призналась, что ей скучно, а теперь выглядит так словно собралась защищать докторскую. Выходит, у нее есть рабочий режим.

Но что именно она спрашивает? Что Элизабет знает о мире, в каком ключе? Это вопрос, связанный с историей или географией?

— Ну, сейчас у нас 2086 год. Каждый день в людях проявляются особые силы, которые могут их убить, — слишком неуверенно заговорила Лиззи, так что Ванессе пришлось ее остановить.

— Понятно, вы ничего толком не знаете. Ладно, расскажу с самого начала.

Она чуть размяла шею и откинулась назад, жестом приглашая ученицу присесть на диван. Он оказался до смешного мягким. Лиззи пришлось постараться чтобы не провалиться полностью.

— Все началось в 2000 году, когда два астронома-любителя из Греции обнаружили странный сигнал на своей сканере. Они передали эти данные правительству, где уже на специальной технике ученые смогли обнаружить неопознанный объект в верхних слоях атмосферы. Разумеется, эта информация быстро была передана другим странам, был созван совет, на котором люди разделились на два лагеря. Одни считали, что с объектом необходимо связаться, вступить в контакт, начать переговоры. Другие же, и их было большинство, выступали за немедленное уничтожение, полную аннигиляцию.

Монитор компьютера издал писк, Ванесса отвлеклась на пару секунд, чтобы прочитать сообщение.

— Так вот, к счастью, среди ученых был шведский астробиолог Ларс Бергман. Он смог уговорить дать ему месяц на попытку установить контакт, — Ванесса перешла к тумбе за диваном, на котором сидела Лиззи и начала нажимать кнопки на инопланетном устройстве. Лиззи поняла это по диковинному дизайну. Устройство издало несколько жужжаний, и в воздухе начал материализоваться листок бумаги. Лиззи имела представление об инопланетных технологиях, которые все больше просачивались в жизнь обычных людей. Однако они с братом пользовались чем-то подобным крайне редко. У них просто не было денег на покупку таких устройства.

— У него была команда из его коллег и учеников. Мистеру Бергману удалось связаться с кораблем и даже попасть на борт, но о чем именно он говорил с пришельцами, никто так и не узнал, — продолжила Ванесса. — Единственное что он сказал, так это то, что пришельцы были здесь с исследовательскими целями и вскоре собираются улетать. Мол они изучали наш климат, смену времен года и тому подобное. Военные приняли такой ответ, но были настороже. Все военные базы поставили корабль на мушку, а сам доктор Бергман был отправлен под стражу, пока его слова не подтвердятся.

— Они думали, он обманывает их? — спросила Лиззи. Документ уже успел напечататься, и заместитель директора вернулась за рабочий стол.

— Именно. Многие предполагали, что он мог быть под внушением. Однако через пару месяцев инопланетный корабль действительно исчез с радаров, а потом и с нашей орбиты. Наблюдение продолжались еще полгода. Никаких новый гостей, и ученый смог вернуться к своей обычной работе.

— Почему я об этом никогда не слышала? Я думаю, в школах должны об этом рассказывать. Или хотя бы в интернете…

Ванесса не дала Лиззи договорить, рассмеявшись.

— В школе? В интернете? Ну, ты даешь, конечно, — она откашлялась и вновь заговорила спокойно.

— Вплоть до 2010 года, никто из обычных людей и понятия не имел ни о каком корабле, ни, уж тем более, о пришельцах. Это было строжайшем секретом.

— Но им же пришлось хоть что-то рассказать, — догадалась Лиззи. Сейчас она же знала о существовании Одаренных и о том, что Академии были построены инопланетянами.

— Именно, — улыбнулась Ванесса. — После 2010 года по всему миру начали регистрироваться внезапные смерти. Началась паника, врачи не могли ничего сказать, как и ученые. Люди были напуганы и озлобленны. Некоторые начали утверждать, что перед смертью их друзья или родственники могли делать что-то странное или удивительное, — Ванесса замолчала. Она уставилась на свою ладонь, где из-под кожи женщины начал появляться росток. Интересно, считала ли сама Ванесса свой дар странным или удивительным?

— Начались поиски ответов. Жертвы были совершенно разные люди, не связанные друг с другом. Не было ничего, чтобы выделяло их. В конце 2011 года немецкая медсестра Агна Вагнер потеряла своего мужа и потребовала присутствовать на вскрытии. Во время осмотра она взяла образец его ткани и потом проанализировала его в лаборатории. Она обнаружила изменения клеточной структуры и передала эти сведения главе медицинского сообщество Германии. Теперь у врачей была зацепка. Они начали проверять умерших и пришли к выводу, что подобные изменения есть у всех. Но вопрос оставался: что вызывает эти изменения? — Ванесса сделала приглашающий жест рукой, предлагая Лиззи самой подобрать ответ. Девушка задумалась, но ответила довольно быстро.

— Они начали проверять рацион людей?

— Не сразу, но да. Первая мысль была связана с вирусом или бактерией. Вначале врачи обратили внимание на лекарства, но быстро поняли, что из десяти жертв, например, семеро не принимали никаких лекарств, один был диабетиком, а двое жили на антибиотиках. В таком случае, они перешли на еду. Проверяли продукты питания, проводили тесты. И ничего, пусто. Не было обнаружено никаких новых бактерий или вирусов.

— Уверена, они волосы на себе рвали от злости, — перебила Лиззи.

— Не то слово, — согласилась женщина. — Им уже было не до шуток. Смерти продолжались, а исследования ничего не давали. Пока в 2013 году студент из университета в Оклахоме не опубликовал книгу. Это была постапокалиптическая фантастика. По сюжету, большая часть человечества была уничтожена из-за заражения воздуха. Книга попала в руки некоторым ученым, и те задумались. А что, если дело на самом деле в воздухе. И начались новые исследования. Спустя всего несколько дней их догадки подтвердились. В атмосфере были найдены неизвестные частицы. Проверка была проведена в нескольких местах планеты, и результат был один и тот же. Заражению подвергся весь воздух на планете. И вот тут все вспомнили инопланетный корабль и доктора Бергмана.

В дверь постучали. Ванесса извинилась и вышла из кабинета. Лиззи решила размять ноги. Она подошла к фотографиям на стене. Они были слегка выцветшие. Лиззи смогла узнать саму директрису.

— Она еще ребенок, — усмехнулась самой себе девушка. С ней иногда такое бывало: смотришь на пожилого человека и не веришь, что когда-то он был таким же ребенком, как и ты.

На фото можно было увидеть первых учеников Академии. Они стояли перед самим зданием. Были и фото на тренировочном поле, в кабинетах. Все ребята выглядели такими счастливыми.

За дверью стали слышны голоса. Лиззи снова села на диван, когда вернулась Ванесса.

— Ох, эта отчетность доконает меня. Извини еще раз, — протараторила она и села рядом с Лиззи. — На чем я остановилась?

— Они вспомнили о докторе Бергмане.

— Ах, да, — секунда чтобы вновь войти в роль заместителя директора, и Ванесса продолжила.

— Он был единственным, кто вступал в контакт с пришельцами, поэтому за ответами все сразу бросились к нему. Скорее даже они просто нашли кого можно во всем обвинить. Доктор Бергман, разумеется, отказывался связывать все, что происходило вокруг, с деятельностью инопланетного корабля, но выбора у него не было. Он согласился связаться с кем-нибудь оттуда, — женщина ткнула пальцем вверх. — И вновь никто не знает, как он это сделал. Бергман не разрешал никому заходить в его лабораторию, он не рассказывал, как именно он может связаться с пришельцами, не показывал никаких устройств связи, ничего. Просто через несколько месяцев на нашей орбите был вновь замечен неопознанный корабль. Он был точно таким же, как и в прошлый раз. Разговаривал с пришельцами вновь только Бергман. Лишь несколько из них согласились показаться публике. Они выступили перед телевидением и заявили, что хотят помочь.

— Постойте, у меня возник вопрос.

— Да? — Ванесса размяла затекшие плечи.

— Если непонятные токсины были в воздухе, разве они не должны были просто раствориться со временем?

— Возможно, при других обстоятельствах. Но наша среда способствовала делению молекул того газа. Сами пришельцы сказали, что это из-за наличия большого количества углекислого газа, которого нет на их планете.

— Ясно, значит пришельцы могли говорить как мы? И даже выступили перед людьми? —задалась вопросом Лиззи. Ей было трудно в это поверить. Она вспомнила черные глаза директрисы и попыталась представить, какого это было, увидеть пришельцев в живую или по телевизору.

— С трудом. Доктор Бергман объяснил это тем, что во время первого контакта с ними, он записал на их компьютер несколько страниц текста на нескольких языках. Могу ошибаться, но, по–моему, там были шведский, русский, английский, китайский, французский и испанский. Потом они смогли разобрать структуру человеческого языка и выучить что-то.

— Зачем им это? — не понимала девушка.

— А зачем они с самого начала изучали наш климат в 2000 году? — парировала Ванесса. Она потянулась и встала с дивана. — Почти все на том корабле были учеными, заинтересованными в нашей планете. Это была их работа, узнавать нас. Возможность общаться на нашем языке, это невероятный подарок, — она вернулась за рабочий стол и сделала пару кликов, проверив что-то на компьютере. Ее лоб слегка нахмурился. Ей явно не нравилось то, что она читала на экране.

— Пришельцы признали, что частицы в нашем воздухе — это частицы вещества, которое они использовали в качестве топлива. Они понятия не имели, что оно может хоть как-то повлиять на нас. Начались попытки очистки. Совместными усилиями началось строительство фильтров. Первый тест, второй, третий. Результата нет. Частицы никуда не уходили. Их количество не становилось меньше. Только больше. Ну, собственно, как я уже сказала все дело в углекислом газе, который вступил в реакцию.

— Пришельцы не могли такое предсказать?

— Нет. На нашей планете то вещество, его, кстати, назвали «Xéno aéra», чужой воздух на греческом, — пояснила заместитель, увидев недоумение на лице Одаренной. Лиззи никогда не было заинтересована в лингвистике. Разумеется, она не знала греческого. Она вообще не знала никого, кто бы знал греческий. Или любой другой язык.

— На нашей планете оно начало вести себя очень непредсказуемо. Пришельцы не могли сказать ничего конкретного. Но они на самом деле пытались помочь. Люди все больше начали замечать странности за теми, кто в скором времени умирал. Тогда в 2012 году было еще одно обращение по телевидению. Один из пришельцев предположил следующее: «Ваш воздух не чище сделать. Может то, что убивает можно под контроль».

Лиззи была впечатлена тем, что Ванесса помнила эту цитату, хотя на тот момент она еще вряд ли родилась. Поняв это, заместительница взяла в руку табличку со стола и протянула ее девушке. Та взяла предмет и прочитала надпись на ней. Там была написана именно эта цитата. Лиззи не смогла сдержать смех.

— Наш директор решила сделать это гимном нашей академии? Или что–то в этом роде?

Лиззи вернула табличку, и Ванесса продолжила.

— Так начали проводиться тесты с участием людей. Все, кто начинал замечать за собой странности сразу же обращался в специализированные учреждения или простые больницы. Над ними начинали наблюдать. Здесь выделились трое: российский врач Леонид Карпов, австралийский ученый–биолог Генри Джонс и английский ученый-биолог Саманта Гарднер. Они смогли установить точные «рамки жизни» — десять суток. Именно они доказали, что у людей на самом деле возникают необъяснимые способности. К сожалению, имена первых подопытных не сохранились, но их силы были представлены публике как доказательства. И вот тогда пришельцы знали, что делать. Они рассказали, что на их планете все представители их расы обладают особыми силами. Просто для них это что-то настолько обыденное, что они не посчитали нужным это упоминать.

— Например телепортация, — Лиззи сказала это скорее самой себе, вспомнив, как мисс Винтерс переместилась с ней в Академию. Ванесса услышала комментарий и кивнула.

— Они предположили, что обучение контролю способностей может помочь предотвратить смерть. Загвоздка была лишь в том, что из-за разного днк и клеточного строя у людей зарождались разные силы и подход нужен был разный. Так и начали появляться Академии. Первая была основана в 2015 году в Аргентине. Именно там была задокументирована первая смерть. Сейчас академии есть в каждой стране и почти в каждом городе.

В коридоре раздался звук похожий на школьный звонок только замедленный. Ванесса сверилась с часами.

— Замечательно. Я успела рассказать тебе основное. Вступительную лекцию можно считать завершенной, но есть еще кое-что, на что я хотела обратить твое внимание, —женщина достала из ящика маленький диктофон. Он был старый и местами потертый.

— В нашей Академии мы помогаем всем Одаренным. Мы учим вас контролю, проводим тренировки и прочее. Но сейчас я включу вам предсмертные слова одного из моих учеников, — Ванесса понизила голос и поджала губы. Лиззи напряглась. Сразу возник вопрос, откуда у Ванессы такая запись. Действительно ли там будут предсмертные слова?

— У нас учился парень по имени Тим Ла’Флер. Его даром было видеть сны других людей. Он хотел стать психологом и использовать дар в работе. У него был огромный потенциал. Но он слишком понадеялся на нас. Тренировки перестали ему помогать, способность становилась сильнее, пока он не начал видеть сны других, даже когда не спал сам. Тим никому не говорил об этом. Видимо, считал, что нужно просто перетерпеть. Это была его фатальная ошибка, — Ванесса нажала на кнопку. Вначале Лиззи ничего не слышала, только какой-то тихий скрежет. А потом комната наполнилась смехом. Истерический, отчаянным, сумасшедший. Человек буквально выдавливал его из себя задыхаясь.

— Что это? — Лиззи машинально закрыла уши. Ванесса подождала пару секунд и выключила запись.

— Это последние минуты Тима. Когда мы поняли, что с ним что-то не так было очень поздно. Нам пришлось изолировать его. Помочь мы уже не могли. Он умер, проломив себе череп о стену своей же комнаты.

Женщина вернула диктофон на место. Только после этого Лиззи убрала руки от своих ушей. В голове все еще оставались отголоски того ужасного предсмертного смеха.

— Зачем вы храните такое?

— Это напоминание. Академия сделает все возможное, чтобы помочь, но она должна знать, когда вам нужна помощь. Поэтому, если вы, мисс Томпсон, почувствуете хоть малейшие изменения в себе или в своих силах, сразу идете к любому сотруднику и говорите об этом. Даже если это просто одна бессонная ночь. Не важно. Нам нужно знать все, чтобы история Ла’Флера не повторилась. Понятно?

Лиззи нервно закивала.

— Хорошо, можете идти, — женщина протянула Одаренной листок бумаги, что только недавно распечатался. Лиззи взяла его трясущейся рукой и покинула кабинет.

Глава 9. Разговоры в ночи

Натали сидела в своей лаборатории под академией. Ей нужно было подготовить отчеты по выпускникам к следующей неделе, но глаза уже отказывались работать. Женщина никогда не думала, что с возрастом столкнется с проблемой фокусировки зрения. Хотя ей всего тридцать.

Откинувшись на кресло, она потёрла глаза и услышала шаги позади себя. Не успела она повернуть голову, как кто-то обхватил ее плечи руками и наклонился, чтобы покрыть ее шею несколькими мелкими поцелуями.

— Ты, разве уже закончил? — она улыбнулась. Роберт положил подбородок ей на макушку.

— Наконец-то. Эти ночные тренировки меня доконают. Почему современная молодежь так не любит спать? Но теперь я могу провести время со своей женой. Надеюсь, ты тоже закончила.

— Ну, еще не совсем, — Натали начала убирать его руки от своих плеч, но мужчина не дал ей этого сделать, обнимая крепче.

— Не хочу ничего слышать. Хватит на сегодня работы. Пошли домой.

— Слышала бы тебя Ванесса, — Натали усмехнулась и развернула кресло, чтобы посмотреть на мужа. На губах мужчины играла усмешка.

— Ванесса может сама закончить все что ей надо. А мне нужна моя жена, — он наклонился и чмокнул ее губы, словно мальчишка. Натали покачала головой, находя такое поведение нелепым, но очень привлекательным.

— Дай мне пять минут и жди меня у ворот.

Роберт слегка надулся, но кивнул. Он выпрямился, потягивая спину.

— Ладно уж. Какая ты упрямая. У тебя пять минут или я сам вытащу тебя из этой лаборатории.

Натали посмеялась вслед своему мужу и вернулась к монитору и табелям. Разумеется, Роберт был прав. Ей стоит отдыхать чаще, но Натали не считала себя загруженной работой. К тому же она знала, что Ванесса делает куда больше. Заместитель директора всегда создавала впечатление весьма незаинтересованной личности. Порой казалось, что она вообще не хочет находиться в академии.

В этом году они выпускали всего пять выпускников. На три человека меньше, чем в прошлом году. Не хотелось думать о том, что было с теми кто решил не продолжать ли вовсе не начинать его.

Женщина открыла фото одного из учеников. Молодой парень лет двадцати. Натали помнила, что его привела старшая сестра так как сам он впадал в дикую панику от своего же дара. Ещё одной выпускницей была женщина сорока лет. Пришла сама, когда муж уехал о ее даре и подал на развод.

Каждый ученик знал какого это остаться одному. Но, к сожалению, до сих пор были те, кто не хотел связываться с Академиями и надеялся, что рассказы о смертельности дара ложь. Статистика же говорила об обратном.

Печатая на компьютере, Натали услышала стук двери.

— Уже иду, иду, — она повернулась, вновь ожидая увидеть Роберта, но вместо него к ней приближалась одна из учениц.

— Мисс Уайтхолл? Как вы сюда попали?

— Меня впустил Монитор, — пожала плечами девочка. Натали поджала губы. Некоторые дети дали Роберта кличку Монитор из-за его дара и обязанностей, но этот ребенок всегда говорил очень пренебрежительно о взрослых. Да, в принципе, обо всех людях.

— Вы просили узнать о новенькой, — Рита прислонилась к письменному столу напротив Натали. Женщина тут же напряглась и кивнула.

— Да. Тебе это удалось?

— Не люблю, когда меня просят использовать дар подобным образом, но понимаю, зачем вам это, — девочка скрестила руки на груди, — в новой Одаренной нет ничего особенного. Обычная официантка. Пытается играть на гитаре и живет с братом. По крайней мере жила. Я увидела тот день, когда ее дар появился. Ее преследовала машина, но, судя по всему, она активировала дар случайно. Больше я ничего не смогла узнать. Скорее всего, там больше ничего и нет. Очередная обычная Одаренная.

Натали скривилась от слов Риты. Однако, это было ожидаемо. Лиззи создавала впечатление самой обычной девушки. И все-таки тот тест оставлял вопросы. Выходит, второго дара нет? Неужели директор ошиблась. Нет, рано такое говорить.

— Спасибо, мисс Уайтхолл. Давай я выведу тебя, — женщина взяла свою сумку и двинулась к выходу. Рита последовала за ней.

— А зачем вы вообще попросили меня шпионить за новенькой? Разве в ней есть что-то особенное? — спросила девочка, идя чуть сзади.

— А ты не увидела в ее воспоминаниях?

— Что именно? Вы же знаете, что я не могу выбирать какие воспоминания увидеть.

— Верно, прости. Да, это и не важно. Нам хватит того, что ты рассказала, — слегка неловко усмехнулась Натали, когда они начали подниматься на лифте. Ученики не должны знать о тестах друг друга. Все же эта информация конфиденциальна.

Повисла пауза. Рита, кажется, ощущала себя вполне комфортно в тишине, а вот Натали было не по себе. Эта маленькая Одаренная всегда пугала ее. Причем не своим видом или действиями. Просто присутствием. Она излучала что-то взрослое и холодное. Рита всегда держалась на равных со взрослыми, на некоторых могла даже с высока смотреть. Ей, словно было плевать, что они старше и умнее. И эти ее белые волосы. У Натали всегда мороз проходил по коже, когда она думала, что же заставило двенадцатилетнюю девочку посидеть.

Они поднялись на поверхность, где ждал Роберт.

— Спокойной ночи, — тихо произнесла Рита и отправилась в сторону общежития. Роберт приобнял жену за талию.

— О чем вы говорили?

Они оба двинули к запасным воротам, где Роберт всегда парковал машину.

— Насчет новенькой Одаренной. Элизабет Томпсон.

— А, да. Этот ее тест. Выяснили в чем дело? — участливо поинтересовался Роберт. Его рука все еще сжимала талию женщины, слегка поглаживая кожу.

— Не совсем. Директор хотела посоветоваться с другими Академиями.

Они оба вышли к машине Роберта. Мужчина щелкнул на кнопку сигнализации и открыл дверь для жены.

— Нора еще не уехала? — удивился он, заметив еще один автомобиль на парковке. Роберт устроился на месте водителя и помог Натали закрепить ремень безопасности.

— Ты так и не починил ремень? — возмутилась Натали, поправляя рубашку и усаживаясь поудобнее.

— Прости, прости. Из головы вылетело. Обещаю завтра заняться, — он чмокнул жену в висок и завел мотор. Машина быстро пришла в движение, и они покинули парковочное место. Натали глянула на машину коллеги.

— Да, Нора говорила, что дети в Песочнице стали плохо спать. Может поэтому она решила остаться на ночь.

— Вполне возможно, — пожал плечами Роберт. — Это в ее духе. И как я только со всеми вами работаю. Вы ужасно упрямые женщины, — он выехал на главную дорогу и пристроился в поток машин.

Натали шлепнула его по коленке.

— Ничего мы не упрямые!

Роберт отреагировал кратким смешком.

— Как скажешь, любимая.

Женщина закатила глаза и повернулась к окну. Ей не давала покоя мысль о новой студентке. Почему результат теста был именно таким. Сможет ли директор что-то узнать.

Пару минут они ехали молча, пока не остановились на светофоре.

— Переживаешь? — догадался мужчина. Пока была возможно, он нежно погладил ее руку.

— Я просто не понимаю. Мисс Уайтхолл сказала, что не увидела в Элизабет ничего странного. Она простая девушка. Судя по всему, которая ничего не подозревает о втором даре. Вообще есть ли он? Что-то здесь не сходится. Мы с подрбным никогда не сталкивались.

— Если мы с этим не сталкивались, не значит, что здесь есть ошибка. Насколько я понимаю, новенькая пришла в себя и начала занятия. Давай не будем беспокоиться раньше времени.

— Наверное, ты прав, — согласилась Натали и откинулась на спинку автомобильного кресла.

Загорелся зеленый и машина вновь тронулась в сторону их квартиры недалеко от Академии.

Рита вернулась в свою спальню в общежитие академии. Ее соседка уже давно спала. Если задуматься, Рита никогда не видела ее не повернутой к стене и спящей. Рита только покачала головой на это и уселась на свою кровать. Сна не было ни в одном глазу. Только сцена аварии из воспоминаний этой новенькой. Страшная картина. Хотя, может такой ее запомнила именно Одаренная. Память может искажаться со временем. Все это знают.

— И все-таки тут что-то не так, — пробубнила Рита. Ее соседка начала двигаться под одеялом. Девочка скривила рот и покинула свою комнату. Она двинулась вверх по лестнице. Общежитие было тихим. Тренировки выматывали, поэтому Одаренные предпочитали спать по ночам, а не развлекаться как множество других молодых людей. К тому же здесь жили люди разных возрастов, не только дети и подростки.

Рита пришла к одной из дверей и открыла ее самостоятельно, не задумываясь спросить разрешение. Комната была темной, но девочка уверена двинулась в дальней стеле, где была кровать. Она уселась прямо на человека, который там спал. Послышалось недовольное мычание

— Чего ты…блин, Рита, это ты, — хозяин комнаты чуть повернулся и его лицо показалось из-под одеяла.

— Неужели ты все еще надеешься на кого-то еще, Саймон?

— Очень смешно, Рита, слезь с меня, — парень перевернулся на спину, заставляя девочку скатиться на край кровати.

— Я хотела спросить, — Рита села удобнее и поправила свои перчатки.

— Чего? — Саймон все еще пытался проснуться. Он потер глаза.

— Это же ты привел сюда новенькую. Ту рыжую.

— Новенькую? А, это ты про Лиззи? Я никого не приводил, — Саймон сел прямо. — Она позвонила мне и попросила помощи. Что мне было делать? А зачем спрашиваешь?

— Что ты можешь о ней рассказать?

— Ничего. Как я понял, она подруга Моники. Это… моя подруга детства. Я не особо знаком с Лиззи. Только ее имя и знаю. А что?

Рита спрыгнула с кровати.

— Ничего. Спи.

Она покинула его комнату.

По всей территории Академии уже было тихо. Студенты спали, а многие учителя уже уехали домой или так же заперлись в своих комнатах. Рита вышла на один из общих балкончиков, которые располагались в общежитие.

— Тоже не спишь? — там уже стояла одна из тройняшек. Ее белые волосы были заплетены в неряшливый пучок, а ночнушка закрывала ноги до колен.

— Привет, Полара. Ты тут одна? — Рита подошла ближе и присела прямо на перила балкона.

— Тирана и Андра уже спят. Они всегда быстро засыпают.

— А у тебя снова кошмары, — догадалась Рита. Полара кивнула, чуть повернув голову к собеседнице. Рита продолжила, — всегда было интересно, как слепые видят сны.

— Скорее всего те, кто потерял зрение, видят их так же, как и все остальные. Мы же с сестрами родились слепыми. Наши сны — это больше ощущения. Я чувствую тревогу, страх, будто что-то плохое должно произойти. Для меня это кошмар.

— И часто у тебя бывают кошмары?

— Чаще, чем хотелось быть, — признала Полара и слегка улыбнулась. — Но иногда это хорошо. Лучше пережить тревогу во сне, нежели в жизни.

Между девочками повисла пауза. Рита, смотрела вниз с балкончика на внутренний сад академии. Полара думала о своих сестрах и представляла их лица, которых она никогда не видела.

Глава 10. Песочница

На следующее утро, Лиззи изучила листок, переданный Ванессой. Это оказалось расписание тренировочной недели.

6.00 — Подъем.

6.40—7.00 — Утренняя медитация. Каб.307

7.00—8.00 — Завтрак (здание с красной крышей)

8.00—10.00 — Тренировка с наставником (Линда)

10.00—11.00 — Лекция по истории Дара. Каб.201

11.00—12.00 — Свободное время

12.00—13.00 — Обед.

13.00—13.20 — Встреча с психологом. Каб.305

13.20—15.00 — Тренировка с наставником (Линда)

15.00—18.00 — Свободное время.

18.00—19.00 — Ужин

19.00—19.20 — Вечерняя медитация. Каб.307

22.00 — Отбой.

Распорядок дня был одновременно подробным и одновременно написан на отвали. Сразу можно было представить, как Ванесса печатала его. Ни приветствия, ни деталей, ни пожеланий удачи. Просто голые этапы действий.

Лиззи проверила время на прикроватных часах. Она плохо спала, а потому проснулась почти вовремя. Было 6.30 утра. На новом месте всегда спалось плохо, а если учесть все случившиеся, Лиззи удивилась, что вообще смогла уснуть. Она села на кровати и еще раз осмотрела свою новую комнату.

Вчера после лекции Ванессы, Линда проводила ее к общежитию и показала ее комнату. Судя по еще одной кровати, У Элизабет должна быть соседка. Но вчера они так и не увиделись. Да и сейчас кровать все еще пустовало.

— Может у меня и нет никакой соседки? — задалась вопросом Лиззи и пошла умываться.

Насчёт личных вещей девушка не переживала. В комнате было все необходимое. Одежда, какая-то косметика, компьютер, планшет для записей, как и просто тетради с ручками. Имелся даже голографический мольберт. Судя по всему, в Академию часто попадали люди, у которых не было своих вещей, поэтому в комнатах было то, что могла понадобиться в первую очередь. Жаловаться было не на что. Вот только одежда оказалась совсем не по вкусу Лиззи, поэтому она так и ходила в своих джинсах и клетчатой рубашке брата. К тому же все эти наряды все-таки могли принадлежать ее соседке. Не стоило рисковать и надрываться на неприятности.

Приведя себя в порядок, она отправилась на утреннюю медитацию. Хорошо, что Ванесса записала номера кабинетов. Так ориентироваться намного проще. Расположение главного корпуса было легко запомнить. Он находился в самом центре всей Академии. Огромное здание, состоящее из трех этажей.

Несколько ребят шли в том же направлении, что и новенькая, и вошли в кабинет 307.

— Доброе утро, мои хорошие, — их приветствовал высокий, почти писклявый женский голос. Лиззи прошла в кабинет следом за каким-то мальчишкой и увидела полную даму в кричаще желтом платье и с копной непослушных рыжих волос. Она заметила новенькую, и тут же подскочила к ней, словно мячик.

— Ты должно быть мисс Томпсон. Сегодня твоя первая медитация.

— Эм, да. Это так, — смущенно улыбнулась Лиззи и окинула взглядом остальных. Некоторые Одаренные посматривали на нее, но в целом мало кому было до нее дело. Однако она заметила, что собравшиеся люди были разного возраста. В основном конечно дети и подростки, но был и пожилой мужчина и женщина средних лет.

— Меня зовут Элеонора Марьен. Я буду учить тебя медитации. Ты уже когда-нибудь медитировала, дорогая?

— Нет, никогда.

— О, не переживай. Это нормально, — она хлопнула в ладони. — Итак, пора начинать. Расходитесь по комнатам.

Элеонора коснулась стены и кабинет разделился на несколько таких же помещений. Люди спокойно начали расходиться по своим комнатам, словно зная куда идти. Глаза Лиззи расширились сами собой, что вызвало легкий смешок у преподавателя. Она наклонилась к Одаренной и прошептала.

— Это мой дар. Я могу умножать предметы.

— Умножать? Ого, — поразилась Лиззи. — А какие предметы?

Женщина коснулась своей груди и создала несколько своих копий, которые вошли каждая в отдельную комнату.

— Любые — с гордостью заявила она и подтолкнула Лиззи к последней двери.

— Давай начнем занятие.

Лиззи послушно толкнула дверь и зашла в новосозданную комнату. Элеонора последовала за ней и попросила ее сесть на пол. Комната была точно такой же, как и предыдущая. Тот же ковер, фикус в углу и картина на стене.

— А как же остальные ребята?

— Не переживай. Мои копии уже проводят с ними занятия. Они полностью автономны.

Они обе уселись на ковер друг напротив друга.

— Тут уютно, — Лиззи неловко провела пальцами по ворсинкам ковра.

— Благодарю, милая, — Элеонора хохотнула. — Не люблю пустые комнаты, но я не могу создавать много предметов. Но я рада, что ты не считаешь эту комнату пустой. Итак, давай начнем. В медитации нет ничего сложного. Сперва, сядь так, как тебе удобно, но старайся держать спину прямо. Это важно для дыхания.

Лиззи послушно выпрямила спину и постаралась принять удобную позу. Хотя она все равно ориентировалась на йогов, которых видела по телевизору.

— Ладно, расслабься и закрой глаза. Я буду направлять тебя своим голосом, — объясняла женщина. Ее голос был тихим и спокойным, словно обволакивал теплым одеялом. От него становилось тепло внутри. Это, даже, немного напрягало. Но Лиззи подвигала плечами, закрыла глаза и начала слушать.

— Дыши медленно и глубоко. Вдох и выдох. Неспеша и вдумчиво. Представь, что ты хочешь заметить малейшие частички воздуха, проникающие в твои легкие. Тебе спокойно. Ты никуда не бежишь, не опаздываешь. Есть только здесь и сейчас. Ты слышишь только мой голос и стук своего собственного сердца. Обрати на него внимание. Как оно стучит? Громко? Быстро? Почувствуй эту пульсацию. Как она разливается по всему твоему телу. Ты ощущаешь ее в кончиках пальцев ног, на шее, в кистях, на затылке. Это все ты. Это твое нутро. Тебе нужно осознать его. Осознать, кто ты такая сейчас и кем ты хочешь быть.

— Кем хочу быть?

— Именно, — улыбнулась Элеонора. — Мы все хотим кем-то стать. Лучше, сильнее, умнее. Какова твоя цель?

— Я не знаю, — Лиззи слегка нахмурилась, но держала глаза закрытыми.

— Не страшно. У тебя есть время. Это важный вопрос, и он не терпит спешки. Тебе не обязательно отвечать на него сегодня. Но задуматься стоит, моя дорогая. Итак продолжим. Вдох и выдох.

Элеонора продолжила говорить спокойно и тихо.

В целом первое занятие по медитации оказалось не таким сложным или запутанным, как думала Лиззи. Скорее всего, проходи оно в группе, было бы хуже. Выходя из кабинета, Лиззи не могла не думать о способности преподавательницы. Сколько еще Одаренных работает в этой Академии? Есть ли среди учеников уже такие, кто может использовать дар так же хорошо и свободно?

Об этом можно было поразмыслить позже. Настало время завтрака, судя по часам на одной из стен Академии. Следовало идти к зданию с красной крышей. О его местоположении Лиззи, разумеется, не имела ни малейшего понятия. Оставалось надеяться, что расписание для всех одинаковое, и толпа, идущая по коридорам, направляется туда же, куда нужно девушке.

— Эй, новенькая? — кто-то сзади коснулся плеча Лиззи, но повернувшись она не увидела никого конкретного. Лишь незаинтересованные в ней лица, движущиеся к выходу. Лиззи решила не мешать движению и выйти из здания вместе со всеми. К тому же людей было так много, что дышать становилось трудно. Настоящая давка.

На улице сразу стало легче. Было уже светло, на небе ни облачка. Обычно в такие дни, Лиззи любила ходить на пирс и наблюдать за кораблями, что прибывали в Агдас.

— Эй, новенькая, — вновь тот же голос над самом ухом позвал ее. Девушка обернулась и увидела молодого парня. Скорее всего своего ровесника. Он был на голову выше, долговязый, с рыжими кудрями и конопатым носом картошкой. Его близко посаженные карие глаза бегло осматривали девушку, не заостряя ни на чем конкретном внимания.

— Ты кто? — Лиззи слегка нахмурилась, отступая на шаг.

— Меня зовут Пит. Ну, это для своих, — гордо заявил паренек.

— А я, разве, своя? — с сомнением спросила девушка. Она не хотела отставать от толпы и стала медленно двигаться за всеми.

— У тебя рыжие волосы. Нам стоит держаться друг друга, — Пит растрепал свои кудри и усмехнулся. — Так, как тебя зовут?

Волосы Элизабет были красными. По крайней мере, она сама всегда так считала. Ей не очень нравилось, когда ее называли рыжей. Сразу вспоминались неприличные стишки из детства.

— Лиззи, — кратко отозвалась она.

Мимо них пробежал мальчишка, которого Лиззи сразу вспомнила по своей первой тренировке. Он тоже был на поле. Пит ему свистнул.

— Микки, займи нам место! — попросил он, но в ответ получил лишь неприличный жест.

— Он всегда так отвечает, — быстро объяснил Пит. Лиззи почувствовала себя не в своей тарелке. Ей начало казаться, что этот Пит был из тех ребят, кто хотел казаться клевым и популярным, но на деле был отщепенцем. Это не самое полезное первое знакомство.

— С чего ты взял, что мне не с кем сидеть? — Лиззи не хотела звучать грубо, но подобный напор от еще неизвестного толком человека, не мог не напрягать. Пит ничуть не обиделся, а наоборот рассмеялся.

— Не будь ты новенькой, давно бы сделала как они, — он демонстративно встал перед несколькими людьми, идущими ему навстречу и расставил руки в сторону, будто хотел, чтобы его обняли. Люди же не обратили на него ни малейшего внимания. Продолжили болтать между собой, проходя сквозь парня. Лиззи не смогла сдержать вскрик и быстро закрыла рот рукой.

— Какого хрена? — выругалась она, на что Пит залился смехом и схватился за живот. Окружающие среагировали на его приступ, но довольно быстро потеряли интерес.

— Ты… это твой дар? — Лиззи начала обходить парня вокруг, будто он был экспонатом в музее. Питер попытался несколько раз глубоко вздохнуть, чтобы успокоиться.

— Да. Я умею фазировать. Другими словами, проходить сквозь…

— Я знаю, что значит фазировать, — огрызнулась девушка. Когда она искала название своей способности, запомнила несколько прочих терминов.

— И тебе не больно? — она ткнула парня несколько раз в плечо. На последний раз, ее рука провалилась сквозь тело парня, и Лиззи отскочила назад.

— Я ничего не чувствую, иначе это было бы весьма неприятно, — признался Питер.

Толпа уже была далеко впереди, и Пит, взяв Лиззи под руку, направился к зданию с красной крышей. Оно находилось прямо за главным корпусом.

Это был небольшой домик из кирпича. Крыша была скорее коричневой, чем красной. Двери распахнуты настежь, а за ними можно было разглядеть столики и стулья. Лиззи сразу вспомнила кафе «Три Сиропа», где она работает. Точнее сказать, работала. Вряд ли она сможет вернуться к своей профессии официантки. Захочет ли?

Подойдя ближе, можно было увидеть, что столовая была точно такой же как почти в любой школе: столы, стулья, место для шведского стола, двери на кухню, умывальники, место для грязной посуды и мусорки. Все на своих местах.

— Пит, сюда! — Микки все же не забыл занять место для своего товарища. Питер подвел Лиззи к квадратному столику с четырьмя стульями и усадил на один из них.

— Лиззи, знакомься это мой друг Майкл. Мы зовём его Микки.

Девушка улыбнулась мальчишке, пододвигая свой стул ближе.

— Она будет с нами сидеть? Почему?

— Не ной. Прояви гостеприимство, — Питер слегка нахмурился, глядя на мальчишку. Тот лишь закатил глаза, но кивнул.

— Вот и хорошо. Тебе как обычно, Мик? — лицо Питера вновь расслабились, с губы растянулись в улыбке.

— Да. Если не будет пирога, возьми фруктовый салат. Он всегда есть, — попросил мальчишка. Пит уверено щелкнул пальцами и обратился к новой знакомой.

— А тебе чего взять?

— Какой-нибудь дессерт. Я не очень хочу есть, — скромно ответила Лиззи. Парни загадочно переглянулись, и Пит ушел.

Лиззи осмотрела помещение еще раз. Теперь она могла разглядеть одну интересную вещь. Все столики в этой столовой были разные. Можно было увидеть столики для пикника со скамейками, стеклянные столики, складные, со скатертями и без, круглые, треугольные, длинные и всякие-всякие разные. Стулья так же не отставали. Кое-где можно было увидеть даже целые кресла.

Столик, за который усадили саму Лиззи был деревянным, выкрашенным в синий. На столешнице был узор из желтого горошка. Стулья были так же деревянными, но спинки были обернуты какой—то вязанной тканью. Микки заметил, как девушка анализирует мебель и решил вмешаться.

— Необычно правда? Это все первые ученики притащили.

— Притащили? — переспросила Лиззи.

— Ага. Когда академия только открылась, финансирование было такое себе, — Микки неопределенно помахал рукой. — Одаренные, которые стали первыми учениками, хотели выразить свою благодарность, вот и притащили все это. Кто из дома, кто купил в магазине, кто сам сделал, — мальчишка похлопал по столику. — Например, вот этот стол принесла мое тетя. Она тоже тут училась. А стулья — это подарок от отца Пита.

— Ого. Да у вас прям семейная реликвия тут, — восхитилась Лиззи.

— А то, — возгордился паренек.

Девушке стало интересно, сколько еще тут тех, у кого родственник так же обладают даром. Многие ли из них учились в Академии или печальные истории так же имеются. Есть ли среди учеников кто-то с такой же жизненной ситуаций, как у самой Лиззи. Отвернулась ли семья еще от кого-то?

Вспомнив о брате, девушка поджала губы и начала теребить рукав рубашки, но, к счастью, Пит вернулся с подносом и отвлек новенькую от грустных мыслей.

— Разбираем, — скомандовал Питер и сам начал раздавать всем их еду.

— Мик, тебе повезло, я успел ухватить тебе последний кусок пирога, — он протянул другу тарелку с шоколадным пирогом. Точно такой же получила и Лиззи.

— Ага, значит, ты сначала ей взял? — обиженно подметил мальчишка.

— Само собой.

Лиззи прыснула и поблагодарила Пита. Себе он взял картошку и йогурт. Из напитков все получили по кружке черного чая. Напиток был горячий, поэтому Лиззи сначала подула и сделала маленький глоток на пробу. Сахара там не было от слова совсем. Напиток неприятно горчил.

— Приятного аппетита, — провозгласил Микки и за один раз откусил чуть ли не пол пирога, измазав лицо. Пит протянул ему салфетку.

Лиззи не могла не заметить, что Микки явно был намного младше их обоих. Низкого роста, упитанный, с короткими черными волосами. У него была щель на передних зубах, которая была очень заметна, стоило ему открыть рот.

— Я тут рассказал Лиззи о нашем столике. Я не против, что она с нами сидит. Только, впредь, спрашивай разрешение, Пит, — Микки попытался сделать грозный вид. Питер в шутку приложил руку в голове.

— Слушаюсь, сэр.

Лиззи не смогла сдержать усмешку и попробовала пирог. В отличии от чая, он был очень сладким. Может так и задумывалось? Сладкий пирог и горький чай.

— Да, он рассказал мне, что всю эту мебель принесли первые ученики. Значит ваши семьи тоже Одаренные?

— У меня только отец. Но он не пользуется даром в обычной жизни. Говорит, ему это не нужно, и он просто фокусируется на работе, чтобы прокормить мою сестру. Ей всего десять сейчас.

— У вас проблема с деньгами, — не очень тактичный вопрос, но было поздно забирать его назад. Питер кивнул.

— Мы с Микки оба из Пекла, — самый бедный район города, — Живем в соседних домах. Если честно, мы даже не удивились, когда узнали, что мы оба Одаренные.

— Ну, вообще-то, мои родители очень удивились. Они у меня простые. К Одаренных нормально относятся, но это все равно был стресс, — Микки вытер рот рукавом.

— У тебя тетя Одаренная, так? — уточнила Лиззи и отпила еще чаю. Пирог не помогал перебить горечь.

— Да. Она хотела помогать городу, но в Салите нельзя использовать дар на улице, поэтому она уехала. Сейчас работает адвокатом.

— А какой у нее дар?

Микки выпрямился на стуле.

— Очень страшный. Все в ее присутствии говорят правду.

— Прям все?

— Прям все и всю правду. Наверное поэтому, у нас в доме ее не очень любят, — Микки пожал плечами.

Пит и Лиззи улыбнулись неуверенности мальчишки. Пит потрепал его по голове.

— Не, наверное, это она не любила к вам приходить. У тебя же всегда бардак в комнате был.

— Эй, не правда! — возмутился Микки и отпихнул руку друга от себя. Пит перевел внимание на Лиззи.

— Ну, а ты. Из династии Одаренных?

— Нет, вовсе нет. Я такая одна. Мой отец был морским биологом. Он переехал в Салит сразу после университета и встретил маму. Все кроме меня в семье нормальные, — девушка закусила губу. Могла ли она все еще называть все это семьей.

Пит подался вперед и щёлкнул ее по носу.

— Неверно! У тебя все в семье нормальные, включая тебя.

Лиззи согрнуоа пару раз глядя на Питера. Потом нахмурилачт и недовольно потеряла нос, поворачиваясь к Майклу.

— Микки, а сколько тебе лет? — спросила она.

— Четырнадцать, а что?

— Да, нет. Просто, ты…

— Ребенок? — Микки совсем не обиделся на подобный комментарий. Он вновь вытер рот рукой и, оглядевшись, указал на один из столиков. За ним сидели двое девушек лет двадцати, мальчишка — явно ровесник Микки и мужчина лет пятидесяти. За соседним столиком можно было увидеть старушку и женщину. Еще за одним сидели девчушка лет восьми, не больше, и парень чуть старше самой Лиззи.

— Ты, возможно, не поверишь, но это все ученики.

Лиззи чуть не подавилась пирогом.

— Ты серьезно? Хотя, если вспомнить, я видела какого-то пожилого мужчину на своем первом занятии по медитации.

— О, ты еще столького не знаешь, — подключился Пит. — Доедай быстрее, и я тебе покажу просто крыше сносную вещь, — пообещал он и начал подгонять девушку.

— Ты о «песочнице»? — догадался Микки и сам начал есть быстрее. — Я тогда с вами. Обожаю это место, — он прям загорелся весь.

— Что за «песочница»?

— Одно просто потрясающее место, — восхищенно ответил Микки, запихнул в себя оставшийся пирог и залпом допил свой чай. Вспомнив в горечи напитка, Лиззи сморщила нос.

Парни буквально силком вытащили ее из-за стола и потащили на улицу. Они прошли главный корпус и направились в сторону того маленького сарайчика, который уже был известен девушке. Однако, как выяснилось, их путь лежал не туда.

Вся Академия состояла из нескольких зданий и близлежащей территории. Главный корпус находился в самом центре и был окружен тренировочным полем. Там проходили все основные занятия. За главным корпусом находилась столовая. Справа от главного здания можно было найти общежитие, где жили все ученики. Там же находился и сарайчик. А вот за ним, можно было разглядеть небольшое здание с маленькой пристройкой. Именно туда целенаправленно шли парни.

— Вы уверены, что мне нужно это видеть? — Лиззи начала сомневаться, стоит ли следовать за этими двумя. Все-таки, ни Питет, ни Микки пока не вызывали доверия. Уж больно напористыми они были.

— Поверь, это перевернет твой мир, — обещал Пит. — Ну, мой уж точно перевернулся, когда я впервые узнал, — чуть погодя признался парень.

Здание было кирпичным, как и все остальные. Круглые окна с цветными стеклами, покатая крыша с черной черепицей. Входная дверь была украшена рисунками.

— Это мел? — подойдя ближе, Лиззи хотела провести рукой по рисунку, но Пит остановил ее руку.

— Точно. Раньше, зам директора вечно ругалась, когда кто-то рисовал тут. Но потом она решила, что так дверь не выглядит мрачно, наверное, — он пожал плечами и открыл дверь.

— Дамы вперед, — Пит галантно отошел в сторону, чтобы пропустить девушку. Но Микки был иного мнения. Он довольно грубо отпихнул Лиззи и первым вошел в здание.

Внутри трое увидели узкий коридор, лестницу, ведущую наверх и стойку. За ней сидел темнокожий мужчина в белом халате. Он читал бумажную книгу.

— Откуда у вас эта книга? — Элизабет подошла к мужчине и протянула руку, чтобы увидеть название романа.

— Это сборник стихов. Я люблю поэзию, — мужчина спокойно убрал руку девушки и перевел взгляд на Пита с Микки.

— Чего вам опять тут нужно?

— Пришли показать новенькой «песочницу», — довольно гордо заявил Пит.

— Они вам не экспонаты в музее, чтобы вечно на них пялиться, — в голосе мужчины чувствовалась усталость и раздражение. В здание вошла женщина. Она прошла мимо стойки и скрылась за одной из дверей.

— Да ладно тебе, Смити, мы быстро.

— Для вас я мистер Смит, как и для всех остальных, — мужчина откашлялся, чтобы слегка смягчить тон.

Лиззи осмотрелась. Интерьер не сильно отличался от главного здания. Лишь кое-где можно было заметить детские атрибуты. На стойке лежал планшет, обклеенный персонажами неизвестного ей мультика, на стенах то тут, то там висели детские рисунки. На лестнице у перилл были нижние поручни.

— Ладно, у вас две минуты. И это только для новенькой, — Смит указал книгой на Лиззи и слегка улыбнулся. Ему было лестно, что она обратила внимание на его чтиво. Это редко, кто делал.

— Идем, — Пит и Микки оба схватили девушку по руки и потащили наверх. Они держали так крепко, что на следующий день у нее явно могли проступить синяки.

— Аккуратнее, — попросила она, когда чуть не споткнулась о ступеньку.

Второй этаж не сильно отличался от первого. Некоторые двери были открыты. Краем глаза Лиззи смогла разглядеть кровати и маленькие столики. По коридору пробежали две девчушки. Пит и Микки остановились около зеленой двери. Как и входная, она была разрисована мелками. Качество рисунков явно разнилось. Хотя в углу можно было увидеть очень красивую лилию. Тот, кто нарисовал ее, имел талант.

— Прошу, — Пит галантно открыл дверь и заслонил Микки своей спиной.

— Спасибо, — машинально ответила Лиззи и вошла внутрь.

Сама комната не представляла из себя ничего особенного. Обычное помещение, с кроватями, шкафчиками, небольшим столом в углу. За ним как раз сидела Натали.

— Мисс Фишман, — тут же узнала ее Лиззи и подошла ближе. Женщина оторвалась от планшета и сняла очки. Ее глаза были красными.

— Лиззи, у тебя все хорошо? — спросила женщина, но в ее голосе не было волнения. Пит показался за спиной девушки.

— Мы проводим экскурсию.

— А, понятно. Это хорошо. «Песочница» — хорошее место. Помогает сконцентрироваться. Наверное, это скрытый дар этих малюток.

Только сейчас Лизи по-настоящему обратила внимание на кроватки. Они были детскими. В таких, как правило спали младенцы. Девушка подошла к одной и посмотрела на малыша, который спал, подперев щеку маленькой ручкой. На вид ребенку было чуть больше года.

— Почему они здесь?

— Это их корпус. Мы зовем его «песочницей» именно по этой причине, — Пит, подошел сзади и провел рукой, как бы указывая на всех маленьких обитателей комнаты.

— То есть, они Одаренные?

— Да. У каждого из них есть способности, которые проявились с самого рождения, — к ребятам подошла Натали. Она поправила одеяло малыша.

— Где их родители? — спросила Лиззи.

— Кое-кто живет с ними в этом корпусе. Чаще всего мы получаем известие о новорожденных с даром от больниц, а не от родителей. Многие люди, узнав, что у их детей есть дар, отказываются от них. Кто-то даже забирает их из больницы и позволяет им умереть.

— Почему им это позволено?

— Они родители и имеют право решать судьбу своего ребенка в этом вопросе. К сожалению, у нас нет закона, который обязал бы обращаться в Академии. Это все еще выбор каждого.

— Но как они выживают? Вряд ли младенцы могут тренироваться или медитировать?

— Ты права, — улыбнулась Натали. — Я не совсем уверена, как именно проходят их тренировка. Все-таки это не мой профиль. Об этом тебе лучше спросить Ванессу. Она составляет тренировки для всех учеников вместе с нашим директором. Однако, я уверена, что раз уж эти малютки с нами, значит способ есть.

— Может, они применяют гипноз? — предположил Микки. Он прохаживался вдоль кроваток и всматривался в некоторые из них.

Пит поднял с пола игрушку и положил в ближайшую кроватку.

— Не, это ужасно звучит.

Лиззи еще раз посмотрела на ребенка. Где были его родители? Они здесь в корпусе или там в городе? Знают ли они, что он выжил? Рады они этому или они из Несогласных?

Мысли плавно заставили девушку вспомнить брата. Кевин, на самом деле, не хотел отдавать сестру сюда. Хотя, он, явно, знал, что это может быть опасно для нее. Он готов был рискнуть ее жизнью. Вот она, натура Несогласных.

Лиззи бросила взгляд на настенные часы в комнате и ужаснулась.

— Черт, Я опаздываю. У меня сейчас тренировка, — она засуетилась и пошла к двери.

— Сама дойдешь? — спросил Пит.

— Да, — махнула Лиззи и покинула комнату.

К счастью, она уже выучила, где находится тренировочное поле. В отличии от кабинетов и корпусов, его было очень легко найти.

Линда уже ждала ее на скамейке.

— Опаздываем, — подметила она строго, поднимаясь на ноги.

— Прости, я… Больше опаздывать не буду, — девушка сделала глубокий вдох, чтобы привести дыхание в порядок.

— Ты тренироваться в джинсах собираешься?

— Вчера это не было проблемой, — слегка нахмурилась Лиззи, осматривая себя. Ей не хотелось снова бежать куда—то.

— Вчера у нас и тренировки то толком не было. Так, легкий флирт. Быстро переодеваться.

— Да, во что? У меня же нет здесь вещей.

— Быстро! — неожиданно громко и властно скомандовала Линда. Лиззи ничего не оставалось. Она ринулась к общежитию.

Все еще негодуя и не понимая, во что она будет переодеваться, девушка вошла в свою комнату. Ее соседка сидела на своей кровати. Она кратко кивнула и продолжила печатать в телефоне. Видимо, расписание для всех все же было разное. Лиззи прочистила горло.

— Слушай, я тут…

— Твои вещи уже принесли, — соседка указала на чемодан на кровати Лиззи. Вчера его не было. Девушка подошла ближе и открыла чемодан. Внутри была ее одежда и некоторые личные вещи.

— Как это?

— Директор всегда продумывает такие моменты. Но не спрашивай как. Я понятия не имею.

Лиззи начала перебирать одежду в поисках спортивного костюма, которого у нее с роду не было. Но она быстро нашла шорты и майку. К концу дня на улице было не очень жарко, но не хотелось тратить время на подбор наряда. Лиззи и так отняла у Линды много времени.

Она быстро переоделась в ванной комнате и спрятала чемодан под кровать.

— Я, кстати, Лиззи, — она слегка улыбнулась своей соседке. Та подняла голову от тетради.

— Кирка. Ударение на первый слог, — немного недовольно представилась девушка.

— Приятно познакомиться.

Лиззи не стала ничего больше спрашивать и продлевать этот чисто вежливый диалог. Она поспешила обратно на тренировочное поле.

Времени для самой тренировки оставалось не так много. Скорее всего поэтому Линда была не такой добрячкой как вчера.

— Заходи сразу на круг вокруг поля. Десять минут! — скомандовала она, жестикулируя. Лиззи и так уже задыхалась от отдышки, но спорить не стала. Не в том она положении.

Линда отдавала разные распоряжение. Держать шаг, дышать спокойно и тому подобное. Спустя десять минут она подозвала Одарённую к себе. Лиззи уже буквально выплевывала лёгкие.

— Да, что же это, — кряхтела она, упираясь руками в колени. Линда лишь усмехнулась и хлопнула ее по спине.

— Не боись. Покровитель тебя не оставит.

— Вы верите в Покровителя, — Лиззи прикрыла рот рукой, чтобы холодный воздух и так сильно обжигал горло.

— Конечно верю. А ты?

— Я атеист.

— Каждому свое, — улыбнулась Линда. — Ладно, давай продолжим.

Эта тренировка на самом деле отличалась от первой. Наконец-то, наставник не просто роняла девушка на землю, а показывала ей различные упражнения. Это было тяжело, но Лиззи могла быть уверена, что синяков у нее не прибавиться.

Во время выполнения одного упражнения, ученица решила спросить.

— Линда, а вы ходите в Песочницу?

— Если только по работе надо, — Линда стояла, чуть впереди демонстрируя правильные движения.

— А мне сказали, что это вроде места силы здесь в Академии.

Линда усмехнулась и повернулась, меняя позу и вид упражнения. Теперь она разминали тазовые мышцы. Лиззи начала повторять.

— Не буду юлить, — продолжила Линда. — Я не очень люблю маленьких детей. Не мое.

— У вас нет детей, — слишком быстро спросила Лиззи. Но Линда не смутилась ее вопросом. Она помотала головой.

— Только младшая кузина. Но она не в Салите живет.

Они обе присели на скамейку для небольшого перерыва. Линда протянула ученице полотенце и бутылку воды. Лиззи тут же сделала два больших глотка, чуть не поперхнувшись.

— А что вы вообще думаете о Песочнице?

Линда лишь слегка пригубила воду из той же бутылки и убрала ее назад.

— Жалко их конечно. Ужасно это все. Родители, отказывающиеся от своих же детей. Хотя, если подумать, такие истории происходили все время, и дело тут далеко не в даре. Просто есть такие люди. Для меня это все равно дикость. Я выросла в любящей семье, — женщина улыбнулась приятным воспоминания.

— Вы родились в Салите?

— Да. Моя семья переехали сюда из Вашингтона. Поэтому я говорю на двух языках. Агдассийском и английском. Мне всегда казалось, что они довольно похожи.

Лиззи вдруг усмехнулась.

— И правда. В школе я учила французский и тоже вечно сравнивала его с агдассийским. Мне порой кажется, что он похож на многие европейские языки. Разве такое возможно?

— Сложно сказать. Многие европейские языки основываются на латыни. Агдассийский не относится ни к одной языковой группе. Он полностью уникален. По крайней мере, так говорит моя кузина. Она лингвист. Забавно, что мне родители дали просто американское имя, а вот ее назвали Ла́никой. Довольно агдассийское имя, хотя она не осталась на острове.

— Чисто Агдассийские имена не очень популярны. Я почти никого не знаю с такими именами, — призналась Лиззи. Она стала вспоминать посетителей кафе «Три сиропа».

— В Салите нет, но в других городах вполне. Когда я была студенткой, много мест посетила на острове. В Салите много семей, которые перебрались на остров относительно недавно и много иммигрантов. Хотя это и первый город.

Затем Линда хлопнула себя по коленям.

— Ладно, давай продолжим. У нас еще пара минут осталась

Тренировка возобновилась, но Лиззи уже не думала об упражнениях или дыхании. Песочница не давала ей покоя. Все те бедные дети, лишившиеся семья, даже толком не узнав, что это такое. Академия стала их спасением, в этом нет сомнений, но все же. Почему родители так легко отказались от них? Может кого-то заставили отказаться? Было ли это трудным решением для их мам?

В голове вновь промелькнул образ брата. Кевин буквально заменил сестре родителей. После смерти отца и ухода матери, он был единственной опорой для девушки. Он никогда не давал повод усомниться в нем. Всегда был рядом, помогал, поддерживал. Он совмещал учебу и подработки, чтобы у Лиззи была хорошая жизнь. И он никогда не просил ничего взамен. Он могла развлекаться, заниматься своим хобби, гулять с друзьями и прочее. Она была свободна. Но теперь, она потеряла его.

Глава 11. Извинения, страхи и обещания

Если еще вчера Кевин сомневался стоило ли ему переезжать в свою старую квартиру, то сегодня он осознал, что это было единственным верным решением. Многие вещи, конечно, напоминали ему о не самом удачном романе с Хлоей, но зато ничего не кричало о том, что родная сестра сейчас в лапах этой Академии.

На работе все было куда хуже. Каждый раз, когда кто-то начинал разговор, Кевину казалось, что они знают про Лиззи. Он боялся осуждения со стороны коллег. Боялся услышать, что-то плохое в адрес сестры. К тому же тот ужин в доме его друга не мог быть просто забыт. Эта секретарша, поддерживающая Одарённых, а значит поддерживающая Академии. Как такое возможно? Кто в здравом уме мог поддерживать этих мошенников. Они похищают людей, и никто ничего не делает. Даже Кевин ничего не делает. Он потерял последнего близкого человека, члена семьи, а сегодня как ни в чем не бывало пришел на работу. Все это не могло не создавать комок в горле.

— Мистер Томпсон?

Однако ему было сложно сосредоточиться на его рабочих обязанностях.

— Мистер Томпсон?

Вся офисная суматоха звучало приглушенно, словно происходила где-то очень далеко.

— Мистер Томпсон! — Пол уже несколько минут стоял у стола коллеги и пытался добиться его внимания. Только прикосновение к плечу заставило мужчину очнуться от оцепенения. Пол стоял с папкой в руках и смотрел очень озадаченно. Даже испуганно.

— Чего тебе, Пол? — Кевин откашлялся, чтобы смягчить тон. Нельзя было переносить личные проблемы на работу.

— Босс просил передать вам это, — Пол положил папку на стол, и Кевин открыл ее, придвинув ближе. — Здесь показатели доходов за прошлый месяц. Нужно сделать проверку.

— Хорошо. Сейчас же займусь. Мистер Ньюман сказал, когда ему это сдать?

— Завтра утром.

— Понятно. Сделаю все в лучшем виде, — Кевин выдавил улыбку, что было слишком очевидно. Пол, ничего не сказав, вышел из кабинета. На его месте довольно быстро образовалась Хлоя. Маленькая кабинка быстро наполнилась запахом ее духов. Кевин резко выдохнул.

— Весь в делах, я смотрю.

— А ты нет, что ли? — Кевин отложил папку в сторону и включил компьютер. Девушка вальяжно уселась на край его стола, не дожидаясь приглашение. Она бы его все равно не получила.

— Сегодня весь офис обсуждает утренние новости, но видимо, у тебя жизнь поинтереснее будет. Раз уж ты ни о чем не слышал.

— О чем именно? — Кевин нервно сглотнул. Разумеется, речь не могла идти о его сестре. Академии никогда не светились в новостях. Особенно, когда у них было новое поступление.

Хлоя повернула к себе экран компьютера и ввела голосовую команду.

— Происшествие с Одаренным в России.

Началась загрузка и очень быстро на экране появилась статья, а также видео репортаж. Кевин не стал включать видео, но обратил внимание на фотографии.

— Что это такое? — снимки были не лучшего качества, но на них можно было разглядеть фигуру человека, распятого на стене.

— Это расправа. Ночью этот урод убил молодую девушку и ее парня. Он буквально вывернул их наизнанку.

— Кто это сделал с ним?

— Судя по всему случайные свидетели. Журналисты говорят, что его увидели какие-то рабочие, которые возвращались после смены на стройке, — Хлоя наклонилась чуть вперед. — Как по мне, это еще очень мягкое наказание для такого как он.

— Они убили его?

— Ну, как я поняла, они накинулись и прибили его к стенке, а потом позвонили в полицию. Возможно, эта мразь все еще жива. Тем и лучше. Пусть мучается, — Хлое очень хотелось плюнуть прямо в экран.

— Почему он это сделал?

— А тебе не понятно? — девушка была обескуражена подобным вопросом. — Он же Одаренный. Значит больной и опасный. Разве им нужен повод?

Кевин продолжал рассматривать фотографию. Благодаря низкому качеству, она не вызывала столько отвращения, сколько могла бы. Но мужчину волновало другое. На секунду он представил на месте этого неназванного русского Одаренного свою сестру. Малышку Лиззи, точно так же прикованную к стене. Будь это она, чтобы он чувствовал? Ненависть к тем, кто так поступил? Страх, что она могла навредить кому-то? Чувство справедливости за подобное наказание? Негодование от того, по какому пути пошла ее жизнь? Или облегчение, что все закончилось? Но закончилось для кого? Сможет ли Кевин, как и раньше существовать, узнай он о смерти сестры? Ведь, по правде, он был близок к этому. Лиззи — Одаренная. Всем известно, что люди умирают после пробуждения дара, если они не обращаются в Академию. Даже Несогласные не отрицают всего этого. Но на самом ли деле Академию помогает? Что сейчас с его сестрой? Как она? Жива ли? Сможет ли он с ней связаться?

Хлоя говорила ему какие-то вещи, но перестав получать от Кевина развернутые ответы, она ушла.

Мужчина еще долго сидел в тишине. В голове начал возникать план, от которого становилось тошно. Хотя, от чего именно Кевину было плохо, он не понимал. Действительно ли ему стоит попытаться навестить сестру? Пускают ли вообще посетителем в Академии? Станет ли ему легче, когда он увидит живую и здоровую Лиззи? Или лучше сказать «если» он ее увидит.

Наступило время обеда, и Кевин решил размяться. Есть он не хотел, но вот спина ныла от сидячего образа жизни. Стоило пройтись и подышать свежим воздухом.

Спустившись на лифте и поболтав с одним коллегой о его собаке, Кевин подошел к стойке секретаря. Сильвия разговаривала по телефону, но заметив мужчину, кивнула ему и еле заметно улыбнулась. Улыбка не выглядела искусственно, и от этого у Кевина скрутило живот. Он прикусил губу

— Я передам мистеру Ньюману, что встреча переносится на два часа…Да, хорошо…. Разумеется. Спасибо за звонок мадам Силк, хорошего вам дня, — по-дежурному от тараторила Сильвия и положила трубку.

— Вы на перерыв? — обратилась она к Кевину и сделала запись на маленьком синем стикере.

— Да. Ты?

— Я единственная секретарша здесь. У меня не бывает перерывов, — девушка помассировала себе плечо и размяла шею.

— Ты, что же, не ешь целый день? — с небольшой издевкой усмехнулся мужчина. Сильвия, проигнорировав его интонацию, заговорщицки осмотрелась и поманила Кевина пальцем. Мужчина перегнулся через стойку и увидел в дальнем углу стола контейнер с едой, тщательно спрятанный за папками.

— Только никому, — секретарша приложила палец к губам, и Кевин понимающе сделал тоже самое. Но потом он будто опомнился и одёрнул руку от своего лица. Почему она так дружелюбна? И почему он невольно отвечает ей тем же?

— Я вообще-то хотел кое-что сказать? — начал было Кевин. Сильвия вмиг изменилась в лице. Ее губы превратились в тонкую нить.

— Насчет того нашего разговора в доме Дерека. И насчет моей выходки. Я хотел…

Сильвия не дала ему закончить предложение, резко перебив.

— Насчет этого, я последний человек, перед которым вам нужно извиняться, — она начала нервно постукивать кипой бумаг, стараясь выровнять их.

— Начните с хозяев дома. Думаю, они заслужили ваше извинение в большей степени, чем я.

— Да, я, конечно, извинюсь и перед ними, просто…

— Я понимаю, — Сильвия медленно выдохнула. — Вам кажется, ваши слова задели меня, но это не так. Я привыкла, что у людей есть ваша точка зрения насчет Одаренных. Все-таки я работаю здесь, — она горько усмехнулась и убрала бумаги в стол. Кевин тут же вспомнил Хлою — эпицентр всей ненависти в их компании. Сильвия подняла глаза на мужчину.

— Меня уже давно все это не трогает. Я надеюсь, что ситуация изменится, и мы все станем терпимее и более понимающими, но все должно идти своим чередом. А вот Саманта и Дерек вряд ли заслужили то, что произошло. Так что идите к ним.

К стойке подошли трое человек в деловых костюмах. Сильвия засуетилась и начала уточнять их имена. Кевин решил, что хватит отвлекать сотрудницу от работы. Он еще секунду постоял у стойки, а потом вернулся на свой этаж, чтобы найти Дерека. Он не подозревал, что его друга не было в офисе с самого утра.

Еще утром Дерек проснулся, увидев перепуганное лицо своей жены, которая трясла его за плечо и буквально молила пойти с ней. Не успев толком продрать глаза, Дерек был силком вытащен из постели и волочился по коридору, еле переставляя ноги.

— Боже, Сэм, ну что такое? Я хотел еще поспать.

— Тише, — Саманта прикрыла ему рот своей рукой и указала на дверь в спальню их сына. — Посмотри, только тихо, — велела она, отходя в сторону.

Дерек зевнул и почесал затылок. Состояние жены начало его волновать, поэтому он не стал острить. Подошел к двери детской и осторожно приоткрыл ее, заглядывая внутрь. Генри сидел на круглом коврике в центре комнаты. Повсюду были разбросаны его игрушки. Все как обычно. Сам мальчик был спиной к двери, а потому не мог видеть родителей. Все еще было не понятно, что так напугало Саманту. Дерек поморгал, чтобы сфокусировать взгляд. В руке Генри держал свой грузовик. Он делал вид, что тот летает по воздуху. Ребенок издавал смешные звуки. Скорее всего, это так звучал мотор в его исполнении. Получалось очень плохо. Потом он поставил машину на пол, и та продолжила ехать. Сама. Там не было такой функции. Эту игрушку сделал отец Саманты. Из простого дерева и пластика.

Дерек обернулся к жене, но та жестом попросила продолжить наблюдать.

Генри потянулся за жирафом, с которым он часто спал. Его звали Мистер Спотс. Как только ладошка мальчика коснулась плюшевой головы, зверь ожил. Он начал двигать шеей, ногами, ходить по ковру и попытался завалить грузовик.

Отойдя от двери, отец долго смотрел на свои ноги. Саманта так же молчала, прикрыв рот ладонью. Однако они оба знали, что им нужно сделать.

— Позвоню начальству. Возьму выходной, — решил мужчина.

— Я могу сама его отвезти, — хотела возразить Саманта, но муж ее перебил.

— Нет. Мы должны сделать это вместе, — он полностью закрыл дверь в комнату сына и добавил. — Так будет правильно.

— Я позвоню Норе. Она может…не знаю, проконсультировать нас, что ли? — Саманта засуетилась и начала лихорадочно искать телефон, который был вмонтирован в стену. Точнее это была специальная панель, которая вмещала функции телефона, поисковика и некоторые другие.

— А мы ему скажем? — спросил Дерек.

— Думаю, он уже и сам все понял. Он умный мальчик, — Сэм еле улыбнулась и набрала номер своей сестры.

В «Песочнице» был только один телефон. На стойке у главного входа. Мистер Смит всегда отвечал на входящие звонки. За сегодняшний день он ответил уже на десять звонков и вел строгий учёт каждого в своей тетради. Ему звонили родственники детей, сотрудники самой Академии и некоторые представители местных больницах. У всех были свои цели — узнать, можно ли навестить ребенка, уточнить часы сна, записать новых потенциальных одаренных и прочее.

— Детский корпус академии Салита. Артур Смит слушает, — в очередной раз отчеканил он приветствие. На часах уже был обед.

— Да, разумеется, мисс…простите, повторите свое имя, — Смити запнулся и вытащил тетрадь с записями звонков. — Мисс Саманта О’Доннел. Я помню, вы звонили сегодня утром. Да, конечно, мы обо всем позаботимся. Вы сообщили, что сами привезете ребенка.

В трубке послышался тихий женский голос.

— Да. У вас работает моя сестра Нора. Я уже звонила ей утром, и она сообщила мне, что нас встретят у западных ворот Академии. Я просто хотела уточнить, — было видно, что женщина нервничала.

Артур смягчился и зазвучал словно профессиональный психолог.

— Не переживайте. Мы обо всем позаботимся. Мы уже общались с вами утром, и все обговорили. Вас встретят у западных ворот, только вы не сообщили время прибытия.

— Мы сможешь подъехать через час.

— Замечательно. Мы все подготовим. От вас ничего не требуется кроме непосредственно прихода. Напомните, как зовут ребенка?

— Генри, — прошептала она одними губами.

Смити сделал еще парочку уточнений и повесил трубку. Он поднялся на второй этаж и вошел в один из кабинетов. Там не было детей или детской мебели. Только два письменных стола, диван с креслом и телевизор. За одним из столов сидела женщина с розовыми волосами. Это была одна из медсестер.

— Нора, твоя сестра снова звонила, — начал Артур.

— Она уже приехала? — женщина встала на ноги и одёрнула халат.

— Через час. Встретишь их?

Нора повернулась к монитору компьютера, что стоял в углу комнаты и нажала пару кнопок.

— Да, я уже все подготовила. Руководство оповестила, так что тебе меньше работы, — она хмыкнула, разминая поясницу.

Артур скрестил руки на груди и закатил глаза.

— Какая ты продуманная.

— Ну, кому-то же надо быть, — Нора слегка подмигнула, проходя мимо него и покидая комнату.

Занятие с Линдой уже закончилось, когда Лиззи заметила женщину в медицинском халате быстро направляющуюся к забору вокруг Академии. Линда так же обратила на это внимание и прокомментировала.

— Слышала сегодня должны ребенка привезти.

— Ребенка?

— Да. Я краем уха услышала в коридоре. Видимо, это за ним идут. Ладно, я сама побегу, а то у меня другое занятие, — она хлопнула ученицу по плечу и убежала к главному зданию.

Лиззи же не могла унять любопытства. Она, считай, только что узнала, что в Академии обучаются и живут дети, а теперь к ним везли еще одного. Не отдавая себе отчета, она побежала трусцой, стараясь нагнать ту женщину в халате.

— Извините! — крикнула она, размахивая руками и стараясь привлечь внимание.

Женщина остановилась и обернулась.

— Чего тебе? — она скривилась будто увидела что-то очень противное. Элизабет попыталась отдышаться. Перед ней явно была медсестра. Скорее всего они часто работали в «Песочнице». У нее были розовые, коротко постриженные волосы, из-под халата виднелась серая футболка и рванные джинсы. Совсем как у какой-нибудь старушки.

— Простите, я хотела спросить, вы идете встречать ребенка? Одаренного ребенка?

— И да, и нет, — неопределенно ответила она. — Это мой племянник, так что это не первая встреча. Моя сестра его привозит вместе с мужем. Иди, тебе нечего тут делать, — она махнула рукой, словно отгоняла муху. Лиззи оскорбил этот жест, но она прикусила губу и все равно сделала шаг вперед, зацепившись за корягу.

— Боже, какие вы подростки неуклюжие, — медсестра смерила девушку строгим взглядом.

— Я уже не подросток, — пропищала Лиззи. Что-то во взгляде женщины пугало. Чувствовалось, что это очень тяжелый человек со своими правилами и устоями. — Я тоже хочу встретить с вами ребенка.

—Зачем тебе это?

Под пристальным взглядом женщины, Лиззи совсем сдулась и закашлялась, когда начала отвечать.

— Я здесь новенькая. Меня до сих пор многое пугает и кажется не понятным. Я не хочу, чтобы маленький ребенок был таким же потеряным. Я, конечно, понимаю, что его везут родители, но может он впервые с ними расстается. Это тяжело и …

— Ясно, перестань. Идем, — женщина закатила глаза и продолжила путь.

— Простите, — Одаренная кашлянула и сделала глубокий вдох. Она постаралась идти вровень с женщиной. — А как зовут этого ребенка?

— Генри. Это сын моей сестры Саманты, — сдержано ответила женщина.

На секунду Лиззи замерла и чуть отстала от женщины.

— Генри? Не Генри О’Доннелл случайно? — очень хотелось услышать отрицательный ответ, но, к сожалению, Нора обернулась на ученицу и кивнула. Лиззи остановилась окончательно и облизнула пересохшие губы.

— Я знакома с этой семьей. Я знаю Генри.

— И откуда же ты знаешь моего племянника? — скептически спросила Нора, скрещивая руки. Она смерила свою собеседницу внимательным взглядом, словно впервые увидела.

— Я сидела…с ним, когда он…был маленьким.

— Постой! А не ты ли? — Женщина приблизилась и взяла девушку за подбородок. Она повернула ее лицо, чтобы лучше разглядеть. — Девчонка с крысиным хвостом?

Лиззи оскорбленно дернула головой.

— Он не был крысиным! Просто мои волосы…требовали другого ухода, — девушка начала нервно теребить прядь.

Нора усмехнулась.

— Ты, видать, меня совсем не помнишь. Хотя прошло не так уж и много времени. У подростков память и правда, как у мальков.

У Лиззи было смутное ощущение, что она знала эту женщину. Этот взгляд, голос, овал лица. Все было знакомым, но четкого понимания, откуда она ее знает не было. Однако ее слова придавали ей уверенности. Ей не нравилось быть оскорбленной.

— И почему же я должна вас помнить?

Вместо ответа Нора задрала подбородок, словно в небе внезапно возникло что-то до ужаса интересное. Лиззи же увидела на шее женщины татуировку. Прямо в том месте, где шея переходила в плечо. Небольшой круг с песочными часами внутри.

— А! Я помню вас. Вы мисс Нора.

Четыре года назад Лиззи часто сидела с маленьким Генри, и иногда с ними была женщина. У нее всегда был недовольный вид, белые длинные волосы и холодный взгляд. Она часто просто сидела в кресле и лазила в своем телефоне. Даже не смотрела на детей, избегала их взгляда. Лиззи хорошо запомнила именно татуировку.

— Я Нора Митчелл. Руки жать не будем, ты и без того меня задержала, — устав от этих церемоний, женщина толкнула Одаренную вперед по тропе.

— Почему мы идем прямо в кусты?

— Сэмми не хочет привлекать лишнего внимания, поэтому я предложила западные ворота. Они заброшены, но функциональны, если можно так сказать, — ответила Нора. Она шла впереди, высоко поднимая ноги. В этой части территории трава была довольно высокая, и здесь росло много колючих кустарников. Элизабет все ноги обколола пока они шли.

— А почему их забросили?

— Мадам Винтерс решила, что одних центральных будет вполне достаточно для приема гостей. Учитывая, что за большинством Одаренных она все равно ходит сама и телепортируется с ними.

Лиззи в момент вспомнила те ощущения при перемещении, и ее всю передернуло.

— Смотрю, ты знаешь, о чем я, — заметила женщина. — Западные ворота, по идее должны были снести и сделать сплошной забор, но пока что всем некогда.

Из-за деревьев показались ворота. Слегка покосившиеся и ржавые. Видно, что за ними никто не ухаживал. Однако, когда Нора взялась за решетку и потянула на себя, дверь поддалась без ожидаемого скрипа или скрежета.

— Эй, горемыки, плачете тут? — медсестра обратилась к кому-то по ту сторону. Ограда была из цельного камня, а потому Лиззи не могла видеть ничего с той стороны. Ей нужно было подойти ближе.

— Боже, Нора, почему так долго? Я места себе не нахожу, — послышался другой женский голос. Он звучал приглушенно и устало. Лиззи, наконец, вышла за ворота и увидела своих знакомых. Саманта и Дерек стояли рядом с Норой, а малыш Генри спал на папиных руках.

— Какие мы нежные. Мы всего на пару минут задержались, — продолжала отшучиваться Нора. Дерек перевел взгляд за спину своей родственницы.

— Лиззи?

В глазах обоих супругов было удивление, но не такое сильное, как ожидала сама девушка. Она неловко махнула им рукой, но приближаться не стала.

— Мы хотели бы…

— Остаться анонимными, да, мы помним, — Нора и Саманта обнялись. Было видно, что Саманте очень тяжело. У нее были красные глаза и осунувшееся лицо. Она пережила много стресса, за одно только утро. Дерек выглядел не лучше, но держался ради сына и жены. Казалось, только сам виновник не реагировал на происходящее. Мирно посапывал, уронив голову на плечо отца.

— Отныне у Генри нет фамилии и родителей. По крайней мере документально, — сказала Нора, когда Дерек передавал ей племянника. Лиззи сделала шаг вперед, чтобы помочь, но поняла, что это лишнее.

— Мы же можем, его навещать? — Саманта взяла сына за руку и еле-еле сжала его маленькие пальчики.

— Разумеется, в любой день, но лучше позвонить мне заранее, — предупредила Нора.

— Хорошо, — мать смогла только прошептать ответ и отвернулась, прикрыв рот рукой. Слово взял Дерек.

— Мы знаем, что поступаем правильно. Мы…любим его, — мужской голос так же дрожал, но глаза были сухими. Отец погладил ребенка по голове и обратил внимание на Лиззи. Нора отошла к сестре, а Дерек подошел к девушке.

— Не знаю, сказал ли вам Кевин? — Лиззи перебирала пальцы, неуверенно смотря на мужчину. Тот помотал головой.

— Он не говорил. Но по тому, как ему тяжело, у меня появились догадки, — та выходка Кевина на ужине не могла остаться без внимания.

— Ясно, — факт того, что ее брату тяжело без нее, вызвал у Лиззи определенное тянущее чувство внутри, но его поведение с директором, его слова — их нельзя было просто так забыть. Лиззи не знала, насколько искренни страдания ее брата. Она могла бы сомневаться и в намерениях Дерека с Самантой. За последнее время она уже вообще ни в чем не была уверенна.

— Вы хотите остаться анонимными? Что это значит?

— Мы решили это в самый последний момент, если честно, — мужчина оглянулся на жену. — Мы не хотим, чтобы Генри забыл нас, мы не отказываемся от него. Сейчас, нам просто кажется, что так будет правильно.

— Я понимаю, — соврала Лиззи. Она совершенно этого не понимала. Почему они хотят лишить сына родителей, хоть и только на бумаге, почему передают его какими-то тайными путями? Возможно, девушка не понимает, потому что она не родитель, она не может поставить себя на место этих двоих. И все-таки, они привели Генри сюда. Это уже огромный шаг.

Лиззи никогда не задумалась, кто такие Дерек и Саманта? Несогласные, или они поддерживают Академии? Может до сих пор они сохраняли нейтралитет. Но что-то подсказывало, что Кевин давно объяснил свою позицию своему лучшему другу. Теперь у каждого их них будет свой секрет. У Кевина сестра, а у Дерека — сын.

— Я хотел бы попросить тебя кое о чем, — Дерек стал говорить тише. — Нора, конечно, тетя Генри, но она не будет с ним постоянно. Он хороший ребенок, но ему всегда было трудно заводить друзей. Наверное, это наша удача, что ты оказалась здесь. Генри помнит тебя, я уверен в этом. Присмотри за ним.

— Разумеется, — Лиззи улыбнулась. Именно поэтому она и пришла их встретить.

— Спасибо тебе, — Дерек обнял девушку и вернулся к Саманте. Нора попрощалась с ними, и они с Лиззи проследили как машина скрылась за поворотом.

Генри спал на плече своей тети, и Нора не спешила его будить.

— Пойдем, уложим его, — предложила женщина. Лиззи молча согласилась, и они втроем пошли обратно к «Песочнице».

Артур и остальные сотрудники уже позаботились о кровати для Генри. Ее поставили на втором этаже в одной из спален. Там уже было три кроватки, на которых мирно спали ровесники Генри. Лиззи была удивлена увидеть их спящими. По своему опыту она знала, как сложно уложить детей. Нора заметила ее недоумение.

— Тренировки отнимают у них много сил, — прошептала она, укладывая своего племянника.

— А какие у них тренировки?

— В игровой форме, но все же это тренировки, — Нора небрежно накрыла ребенка одеялом. Лиззи не стала это комментировать. Она задала другой вопрос.

— И что теперь? Генри стал сиротой?

Женщина кивнула в сторону двери, намекая, что им стоит поговорить в коридоре. Когда они обе вышли, она ответила.

— На бумагах, но не на самом деле. Многим детям здесь повезло куда меньше.

— И как это работает? — Лиззи начала спускаться вниз по лестнице, и Нора шла следом.

— Это значит, что теперь у Генри нет фамилии. Его родители не будут указаны ни в каких документах.

— Но они же смогут навещать его?

— Смогут, конечно. Но если кто спросит мы будем говорить, что это просто родственники. Не особо близкие.

Лиззи остановилась на нижнем ступеньке и повернулась к собеседнице.

— Но почему?

— Это для других детей. Как я сказала не всем так повезло. Мы бы не хотели конфликтов. Какими бы ангелами дети не казались, они могут быть сущими демонами.

Девушка кивнула невольно соглашаясь. Она пожелала Норе спокойной ночи и покинула «Песочницу». Нора же вернулась в свой кабинет старшей медсестры. На компьютере ее уже ждало сообщение. Открыв его и прочитав, женщина усмехнулась и прикусила губу, сдерживая полноценную улыбку. Она начала печатать ответ. Всего два слова.

«Мерлин проснулся».

Глава 12. Нападение

Первая неделя в Академии пролетела быстро. Элизабет всегда была чем-то занята. Тренировки с Линдой начали приносить свои плоды. По крайней мере, падать было уже не так больно, как прежде. Ежедневные медитации помогали лучше контролировать чувства и эмоции. Лиззи заметила, что даже засыпать она стала легче. Натали помогала ей использовать ее способность. Пару раз она приглашал ее в лабораторию, где подключала к датчикам и просила применить силу. Судя по всему, эмоции напрямую были связаны с даром и, чем больше Лиззи контролировала себя, тем легче было создавать защитные поля. Каждый вечер одаренная помогала Норе в Песочнице. Как и предположил Дерек, его сын Генри помнил Лиззи и почти всегда бегал за ней по пятам. Девушка была этому рада. Она понимала, как сложно может быть маленькому мальчику оказаться в подобном месте.

Из друзей у Элизабет были только Питер и Микки. Не то чтобы она пыталась завести еще знакомства, но никто из других учеников также не проявлял инициативы. Хоть Академия и считалась пристанищем для всех одаренных, нельзя было не заметить обособленность многих людей здесь. Пару раз девушке помогали в столовой или в компьютерном зале, но это скорее было проявление вежливости, а не искреннего интереса. Сложилось впечатление, что к новенькой не знали, как подступиться. Лиззи начала переживать, что слухи о ее непонятном тесте просочились за пределы преподавательского круга.

Многие ученики радовались возвращению директрисы Винтерс из ее командировки. Лиззи была далеко не единственной, кто считал Ванессу слегка странной и пугающей.

Одним утром Лиззи и Пит шли на утреннею медитацию как раз-таки в саду Ванессы.

— А ты заметила, как странно она разговаривает? — парень шел чуть впереди спиной вперед. Лиззи вечно дергала его за рукав, чтобы ее друг никуда не врезался. Его это только забавляло.

— Ты имеешь в виду ее манеру вечно менять свой тон?

— И не только это. Она еще и по-разному к тебе обращается. То на «вы», то на «ты». У нас с Микки есть теория, что существует две Ванессы. Первая — это строгая и собранная заместительница директора, которая всегда говорит только по делу и держит всех в ежовых рукавицах.

— А вторая? — Они вошли в сад и присели на скамейку дожидаясь мисс Марьен.

— А вторая словно злобный близнец, которой начхать на все формальности, и она просто хочет на пляж.

Они оба засмеялись.

Со стороны живой ограды, которая отделяла сад, послышались шаги.

— Обалдеть. Рехнуться можно! — отреагировал Пит, когда посмотрел в ту сторону.

— Чего ты? — Элизабет повернулась и смогла разглядеть голову Роберта, какого-то мужчины и макушку директора.

— Издеваешься? Это же супергерой Фантом. Он офигенный.

Лиззи еще раз посмотрела на гостя, но его имя не заставило ее ни о чем вспомнить. Она его не знала, поэтому лишь пожала плечами.

— Не пугай меня так. Ты не можешь не знать его. Фантом — это один из немногих супергероев родом из Салита.

— Немногих? — Лиззи отвернулась от ограды и поправила свой ботинок.

— Именно. Из Салита известны только два супергероя. Это Фантом и Деметра. Они состояли в самой первой супергеройской команде Альянс Первых.

Лиззи прыснула и прикрыла рот рукой, делая вид что подавилась. Пит решил не обратить на это внимание. Собственный рассказ увлек его слишком сильно.

— У них была настоящая команда. Фантом, Деметра, Призрак, Инферно…

— Это их имена?

— Ну, прозвища. Супергероям же принято иметь прозвища. Тайна личности и все такое. Хотя это правило работает только комиксах. На деле личности многих героев не являются тайной. Например, Деметра — это наша уважаемая мисс Гарднер.

— Ванесса?! — Лиззи закашлялась, подавившись по-настоящему на этот раз. Пит похлопал ее по спине.

— Да. Раньше она была супергероиней. Не понятно почему перешла в академию, — он пожал плечами.

— А остальные? Где они? — Лиззи глянула вновь за ограду. Директриса и двое мужчин все еще стояли там и беседовали в пол голоса. Пит слегка промычал перед ответом.

— Я слышал, что Инферно погибла. А вот Призрак не знаю. Может так же отошел как дел?

Вскоре к говорящим присоединился еще один мужчина. Он был самым высоким и одет в военную форму. Они все отправились в главный корпус академии.

— Пойдем, послушаем, — шепотом предложил Пит и уже начал толкать Лиззи в нужную сторону.

— Издеваешься? Не буду я подслушивать, — запротестовала Лиззи, пытаясь усидеть на скамейке. — У нас же занятие.

— Да-да, идем, — парень ее даже не слушал, а просто толкал на выход из сада.

Лиззи была крайне недовольна сложившейся ситуацией, но Пит временами был невообразимо упертый. Вдвоем они вернулись в главный корпус и поднялись на второй этаж. Логично, что собеседники ушли в кабинет Сирилы. Подойдя ближе, двое одаренных поняли, что дверь слегка приоткрыта. В коридоре можно было услышать отрывки фраз.

— Я не буду слушать, — стояла на своем девушка.

— Как скажешь, тогда просто стой тут, — зашипел на нее Пит. Он прислонился к стене и стал слушать разговор в кабинете. Лиззи закатила глаза, но встала рядом со своим другом.

Фразы были слышны обрывочно. Лучше всего было слышно директрису. Видимо, она стояла рядом с лверью.

— Вы уверены, что это Одаренные? — ее голос звучал спокойно, но нарастающая тревога прослеживалась. Мужской голос что-то ответил ей. Скорее всего, подтвердил ее слова, судя по интонации. Далее заговорила Ванесса.

— Вам известно, кто пропал из нашего города?

Лиззи и Пит переглянулись на слове «пропал». Обоим стало не по себе, но теперь они не могли перестать слушать.

— Нам удалось установить личности, — вновь заговорил мужской голос. Он становился то громче, то тише, будто его носитель ходил по комнате. — Выяснилось, что это не первое похищение. К сожалению… — дальше слова стали неразборчивыми. Послышалось какое-то копошение, и дальше говорила его директриса.

— Это список пропавших? Не мало, как я вижу, — дальше она прочитала пару имен.

Пит и Лиззи слушали эти имена и вдруг глаза Пита расширились. Лиззи заметила его реакцию, но пока не стала ничего спрашивать. Мисс Винтерс дошла до последнего имени: Моника Сантос.

На секунду Лиззи перестала дышать, но потом попыталась вдохнуть полной грудью. Это могла и не быть ее подруга. В Салите несколько миллионов человек. Мало ли сколько Моник Сантос тут живет.

Вновь зазвучал мужской голос. Скорее всего это был генерал.

— Мисс Винтерсс, мы пришли за помощью. Я уверен, некоторые ваши ученики могут оказать нам поддержку…

— Эй, вы чего тут? — Пит и Лиззи резко обернулись на голос, который услышали с лестницы. Это был Саймон. Местный староста. Лиззи вспомнила, что он несколько раз помогал ей в библиотеке. Хоть он и помог ей попасть в академию, они толком еще не общались.

— Мы уже уходим, — Пит схватил Лиззи и потащил вниз по лестнице, не дав ей ничего сказать.

Они оба спустились на первый этаж, оставив Саймона чесать затылок в недоумении. Пит вывел Лиззи на улицу. По-хорошему, сейчас они оба должны были идти на свои занятия, но оба стояли, прислонившись к стене в полном молчании. Лиззи пыталась понять чувство внизу живота. Такое тянущее и неприятное. Волнение? Страх? Плохо переваренных завтрак? Но с чем это может быть связано? С именем Моники? Но нет ведь никаких гарантий, что это именно она, подруга Лиззи. Никаких гарантий.

— Черт! — выругалась девушка, удивил Пита.

— Ты чего это? — он уставился на подругу, моргая.

— Имя, которое назвала мисс Винтерс — Моника Сантос. Это может быть моя подруга…

— Ты серьезно? — слишком быстро отреагировал Пит. — То есть, ты уверена?

Лизи помотала головой. Как она, может быть, в этом уверена? Поникшее настроение девушки не ушло от внимания парня. Он взял Лиззи за руку и погладил ее ладонь пальцами.

— Эй, не раскисай. Это же не обязательно она, верно?

— Наверное, — Лиззи продолжала смотреть вниз. Пит шуточно пихнул ее в плечо, чтобы взбодрить.

— Перестань уже, Лиз. Вряд ли это твоя Моника. Наверняка, это какая-нибудь скверная старуха, которую никто не любит.

— И это должно меня успокоить?

Вопрос поставил Пита в тупик. Он почесал затылок с глупой улыбкой.

— Ну, типа того. В любом случае, военные и супергерои найдут этих людей и спасут их. Тебе не о чем волноваться.

— Ты же тоже узнал чье-то имя. Я заметила твою реакцию.

— Заметила все же, — Питер отпустил ее руку и взъерошил свои рыжие волосы. — Я услышал имя тети Микки. Но, как и ты, я не могу быть уверен, что это она.

— Думаешь, стоит сказать Микки об этом?

— Я думаю, что мы случайно услышали чужой взрослый разговор и не должны пока никуда лезть. Идем, мы все равно пропустили медитацию, так что у нас сейчас тренировка, — он потащил подругу к тренировочному полю. Лиззи не сопротивлялась и спокойно плелась сзади. Ее мысли сейчас были заняты всевозможными догадками и домыслами, которые она отчаянно пыталась заглушить.

Линда уже ожидала на поле и делала растяжку. Питер передал ученицу в руки наставницы, а сам ушел к своему преподавателю чуть дальше.

— Ну, что, начнем? — женщина была как всегда активна и полна энергии. Они вместе начали выполнять разминку. Выполняя упражнение Лиззи, слегка озиралась вокруг. На поле также было еще несколько ребят. Она заметила свою соседку Кирку, сестер Флоренс и, в том числе, Микки. Он выглядел расстроенным, что не могла не заметить Лиззи. Ей захотелось подойти к спросить, что случилось. Он же не мог узнать о своей тете. Может, Пит, все де прав, и в списке не она. И не Моника.

— Не спи! — крикнула Лидия, нанося удар. Лиззи не успела увернуться и полетела на землю. В своих раздумьях, она и не заметила, как они приступили уже к самим упражнениям.

— Ты спишь на ходу. Что с тобой? — Лидия не скрывала волнения. Она протянула руку и помогла ученице подняться. Лиззи воспользовалась ее помощью, но вопрос оставила без ответа.

— Давай продолжим.

Линда слегка поджала губы, но кивнула и начала показывать ученице новую стойку.

Однако их тренировка прошла не долго. Внезапно, земля начала трястись. Все одаренные вокруг прервали свои занятия. Одна из сестер Флоренс чуть вскрикнула от испуга, и сестры обхватили ее плечи.

— Что это? — Лиззи встретилась взглядом с Питом. У того был такой же растерянный взгляд, как и у девушки. Линда схватила свою ученицу за руку.

— Держись рядом, — почти прошептала она, осматриваясь. Пит подошел к Лиззи и тоже взял ее за руку. В любом другой ситуации, девушка бы возмутилась, но не сейчас.

Раздался крик. Откуда-то со стороны Песочницы. Все разом ринулись туда. На ходу Лиззи начала замечать, что ученики внезапно просто начали резко останавливаться.

— Что происходит? — ответом послужило то, что ноги самой Лиззи вдруг застряли в земле. Будто она провались за текстуру, какой-нибудь дерьмовой видео игры. Она упала на колени, а Линда и Питер дернулись всем телом назад, так как все еще держали ее за руки.

— Какого? — Пит выпучил глаза, увидев, что случилось с его подругой. Линда решила действовать быстро. Она подняла ногу, чтобы разломать землю, но стоило ей это сделать как сама женщина отлетела назад, неизвестной силой.

— Линда!! — Элизабет машинально попыталась схватить ее, но наставница отлетела на несколько метров и ударилась о каменную дорожку. Раздалось еще несколько криков. Вокруг теперь творилась настоящая паника.

— Возьми мою руку, — Пит взял руку Лиззи и попытался вытащить ее. Физически у него ничего не получалось. Лиззи чувствовала, как почва буквально засосала ее ноги.

— Ай, перестань, мне только больнее, — она вырвала руку и потёрла запястье. Они оба услышали грохот и увидели еще пару учеников отшвырянными назад на траву.

— Да, что же происходит? — Пит не собирался сдаваться. Он схватил Лиззи за плечи и заставить тело девушки фазировать.

— Ты не умеешь этого делать, Пит. Ты должен идти!

— Куда?

— Найди Микки. Вдруг ему нужна твоя помощь, — Лиззи оттолкнула его руки.

— А ты?

Внезапно кто-то врезался в Пита и сбил его с ног.

— Чувак, ты… — голос парня сорвался. Он увидел бездыханное тело ученика, который врезался в него.

— Он…

Крики продолжались. Лиззи начала паниковать.

— Песочница! Там Генри! Пит, прошу!! — она схватила друга за футболку, до которой смогла дотянуться, и толкнула Пита вперед что было сил. Ему не нужно было больше повторять. Он побежал к Песочнице, маневрируя между одними учениками и пробегая сквозь других.

Рядом с Песочницей уже была Ванесса. Ей удалось найти виновника атаки и схватить непрошенного гостя в свои цветочные силки. Стебли сжимали его тело и держали руки на виду.

— О, знаменитая Деметра. Какая честь, — ухмылялся веснушчатый парень. Казалось, чем больше его сжимали силки, тем больше ему это нравилось.

— Кто вы такой? — Сирила телепортировалась на лужайку и встала рядом со своей заместительницей. Она обращалась к нарушителю. Ее голос был спокоен и сдержан.

Парень захохотал.

— Зовите меня Гранит.

Ванесса заставила цветы овиться вокруг его шеи. Ее глаза пылали.

— О, кто-то злится. Должен признаться это возбуждает, — Гранит наслаждался ситуацией. Внезапно Ванесса поняла, что земля под ее ногами двигается. Она была вынуждена отпустить Гранита и отступить. Силки вернулись в ее тело. Сирила же не шелохнулась. Она телепортировалась за спину парня, но тут что-то схватило ее. Невидимая сила. И заставила взмыть в воздух.

— Сирила? — испугалась Ванесса и ринулась вперед к директрисе.

— Не так быстро, Деметра, — хохотнул Гранит и продолжил атаковать женщину, мешая ей нормально двигаться. Земля под ногами женщина буквально танцевала под аккомпанемент злостного хохота. Ванесса выпустила стебель из руки, обмотала им ногу Гранита и кинула его подальше с дороги. Парень сумел сгруппироваться, но его дар перестал действовать. Сирила телепортировалась назад к помощнице. В этот момент к парню подбежала Линда. Она хотела схватить злоумышленника, но он оказался быстрее. Развернувшись, он воткнул ей в грудь заостренный камень и провел линию вниз до пупка. Из раны молниеносно хлынула кровь.

Пит, как раз подбежал ближе, когда это все произошло. Во рту сразу появился вкус рвоты. Наставница Лиззи упала на колени. Сирила поймала ее падающее на землю тело, а Ванесса вновь атаковала Гранита, который начал парировать ее дары. Как Питер мог помочь? Никак. Он просто ученик. Но Лиззи ожидала, что он защитит одного ребенка.

Пит побежал в Песочницу. Дверь и окна была защищены растениями Ванессы, но он мог пробежать прямо внутрь.

Оказавшись в здании, Пит закрыл рот рукой, чтобы не закричать. Прямо за стойкой сидел Смити. Его голова безвольно болталась на сломанной шее. Послышался шум сверху. Через секунду по лестнице уже скатывалась такая же мертвая мед сестра. Пит отошел к стене в страхе. Он понимал, что на втором этаже кто-то есть. Кто-то сейчас рядом с беззащитными детьми. Кто-то очень опасный.

Парень слышал стук своего сердца. Страх окутывал его и не позволял двигаться. Даже, когда плачь и крики наверху резко заглохли, он не мог двинуться. Даже когда, на лестнице появилась маленькая девочка с ребенком на руках. Пит превратился в статую. Он мог лишь наблюдать. Девочка подошла к нему очень близко. Мальчонка на ее руках спал. Девочка посмотрела на Пита. Ее глаза были полностью белыми и незрячими. Затем она исчезла в портале.

Снаружи послышалось мельтешение, но Пит не обратил внимание. Он упал на колени. Дверь в Песочницу открылась. Ванесса прошла мимо парня и ринулась наверх. Директриса следовала за ней. Некоторые другие взрослые начали проверять прочие комнаты. Кто-то потряс Пита и велел ему уходить. Все голоса звучали очень отдаленно. Пит кое-как поднялся и вышел на улицу. К нему уже спешила Лиззи. Она спотыкалась, а на лодыжках у нее были куски земли. Непрошенные гости исчезли, студенты были в безопасности. Скорее всего. Лиззи обняла своего друга.

— Пит, ты цел? Все нормально?

Он не ответил, молча прижимая девушку к себе. Лиззи не возражала. Она не стала отталкивать его, а просто обняла в ответ.

Глава 13. Пропажа

Нападение на Академию оставило кучу вопросов и не меньше мертвых тел. Натали, и другие работники лаборатории делали подсчеты. Среди погибших были имена как наставников, так и студентов, в том числе и детей.

Лиззи было стыдно признать, насколько ее радовала новость, что Пит и Микки в порядке. Эти двое были теми немногими в Академии, о ком она переживала. Больше она толком никого и не знала. О соседке по комнате она не переживала так как видела ее живой и целой в коридоре академии после нападения.

В Песочницу никого не пускали. Лиззи не могла узнать, что с Генри. Ванесса распорядилась, чтобы детский корпус охраняли и никого не пускали внутрь. Они сама оставила там свои лозы, которые обвили здание точно силки. Многих детей переводили в медицинский отсек или селили к кому-то из персонала или к старшим ребятам. Но все происходило в суматохе и никаких ответов никто не давал.

Медицинское крыло работало на износ. Было много раненных. Кто-то из работников и учеников впал в кому. Как например Нора – тетя Генри. Об этом Лиззи узнала на собрании, которое созвала директриса.

На следующее утро после нападения все услышали объявление о собрании в актовом зале академии. Многие студенты удивились этому и переговаривались по пути в зал.

— Это странно. Обычно все важные вопросы решаются только среди наставников. Мы никогда не допускались на совещания, — бубнил Пит.

— Но, разве актовый зал не создан для собраний с учащимися? — Лиззи шла чуть позади, заплетая волосы в косу. У нее не было времени их причесать.

— Да, в обычной школе, так и есть. Но не здесь. Я лично был в актовом зале всего один раз. Когда мы все праздновали новый год. И это было всего один раз!

— Значит, сейчас все иначе, — отозвалась Лиззи. Микки догнал их уже на лестнице в главном корпусе. Он зевал во весь рот и потирал глаза.

Когда они втроём вошли в зал и заняли свободные места, рядом с ними сел Саймон и еще одна девочка. Лиззи сразу узнала Саймона и кивнула ему, а вот его спутница была ей не знакома. Хотя внешность у нее была запоминающаяся. Темная кожа и карие глаза, как у самого Саймона, а вот волосы были абсолютно белые. Очень необычно. На вид девочка была младше Микки. Когда она села на стул, ее ноги сразу встали на мыски ботинок.

Лиззи решила представиться этой девочке и протянула свою руку.

— Мы еще не знакомы. Я Лиззи Томпсон, — она улыбнулась, чуть наклонившись вперед.

— Не трогай меня, — пробурчала девочка, глядя вперед на сцену. Она даже не думала удостоить Элизабет взглядом.

— Грубиянка, — прошептала Лиззи и села прямо. Она скривила рот, одергивая свою косу. Пит услышал ее и прикусил щеку, чтобы не заулыбаться. Он глянул на девочку, Саймона и на Лиззи. Затем чуть наклонился к подруге и зашептал.

— Это Рита Уайтхолл. Она не любит, когда до нее дотрагиваются. Ее дар — это видение воспоминаний, но она это не контролирует. Каждый раз касаясь кого-то она видит воспоминание этого человека. Даже то, чего ты сам не помнишь.

— Ужасно, — отреагировала Лиззи и еще раз взглянула на Риту. Сидя рядом с ней и Саймоном, она казалось совсем ребенком. И все же ее каменное лицо и грубый нрав не особо способствовал желанию узнать ее лучше или дать ей второй шанс. Лиззи вновь скривилась, но уже более задумчиво и откинулась на спинку своего стула.

Ученики заполнили зал. Ванесса уже стояла на краю сцены вместе с другими наставниками. Когда все уселись, ей достаточно было лишь топнуть раз, чтобы все замолчали и устремили взгляды на Сирилу, которая поднималась по ступенькам.

Микки перегнулся через Пита и похлопал Лиззи по коленке, потянувшись к ней. Он прошептал.

— Смотри, тот мужчина рядом с заместителем, в зеленом свитере. Это мой тренер мистер Браун.

— Круто. Он одаренный?

— Да, он может лечить раны прикосновением. — Микки звучал очень гордо и продолжал хлопать коленку девушки. Питер заметил это и остановил его руку, молча покачав головой.

— Ого, значит он помогает в мед отсеке сейчас? — Лиззи чуть сменила позу и положила ногу на ногу.

Пит вклинился в их разговор.

— Простите, я вам не мешаю? — ему не нравилось находится между двумя разговаривающими людьми. Микки показал ему язык и сел прямо, глядя на сцену.

Директриса прикрепила микрофон к горлу начала свою речь.

— Сегодняшний день, без сомнений можно назвать траурным днем. Это нападение было…неожиданным. Мы не были готовы…

По залу пробежалась волна шепота, но быстро стихла. Тем не менее Лиззи почувствовала недовольство.

— Разве Академия не должна защищать нас? Я думала, что здесь мы в безопасности, — она говорила тихо, словно просто думала вслух, но ее услышал Саймон, сидящий рядом.

— Она имеет в виду, что на нашу Академию, никогда не нападали Одаренные.

Пит подхватил.

— Я вообще не уверен, что на какую-нибудь Академию нападали Одаренные.

— То есть другие нападали? — было страшно даже уточнять подобное, но Лиззи сама начала этот диалог. Саймон и Питер оба замялись и переглянулись мельком.

— Нет, ну я имел в виду в целом, — начал заикаться Пит, — зачем Одаренным нападать на академии, правильно? Это же не логично.

— А кому логично? — надавила Элизабет.

Парни молчали, но вместо них ответила Рита

— Несогласные, фанатики, военные, больные, маньяки, озлобленные, обиженные и прочее. Выбери, что больше нравится, — она стрельнула глаза в сторону Лиззи, и, можно поклясться, что ее губы дрогнули в улыбке.

Лиззи сглотнула и расстегнула верхнюю пуговицу на своей рубашке. Саймон потер переносицу.

— Рит, обязательно было?

— Я не виновата, что рыжий даже на простой вопрос ответить нормально не может.

Тем временем мисс Винтерс продолжила.

— Вчера погибло много учащихся, так же, как и наставников. Их имена вы видите на экране, — женщина махнула рукой на экран позади. Среди всех имен Лиззи увидела имя Лидии Стоун и Артура Смита. Все внутри девушки сжалось, но она сохранила спокойствие. Хотя некоторые люди в зале начали всхлипывать.

Ванесса вышла чуть вперед и встала наравне с директором.

— Однако среди этих имен, стоит обратить внимание на имя Роберта Фишера. — Она выделила его имя из списка. — Мы все с вами знали Роберта. Возможно, многим привычнее называть его Монитор. Хоть и не все коллеги со мной согласны, я считаю, вы должны знать, как он умер.

На экране начала проигрываться запись с камеры наблюдения. Все увидели комнату с мониторами, в которой всегда сидел Роберт. Все было обычным. На нем привычный халат, кружка кофе и руке, экраны мигают и меняют изображения. Но в какой-то момент сзади мужчины образовалась тень. Скорее даже какой-то сгусток или дымка темно серого цвета. Она пролетела сквозь тело мужчины и Роберт безвольно упал со своего стула. На этом запись остановилась, и Ванесса выключила экран.

Ученики не знали, как реагировать на такое. Кто-то не скрывал испуга и паники. Кто-то злился.

— Какого хрена? – Микки выругался чуть громче был было положено ребенку, но никто на это не отреагировал. Лиззи и Пит не смогли бы высказаться более цензурно в данный момент.

— Как такое возможно? — Саймон стиснул зубы, а Рита молча продолжала сидеть и смотреть на заместителя директора и остальных взрослых.

— Это случилось перед основным нападением, — продолжила Ванесса. — Те Одаренные знали на кого нападают. Они знали, что Роберт являлся для них главным препятствием. Его дар, отключать дары других через монитор, мог им помешать, поэтому они убили его первым. Но как они узнали о нем и его даре? Откуда знали, где он находится?

— На что ты намекаешь? — подали голос наставники. Судя по их лицам, подобные высказывания Ванессы не обсуждались заранее. Директриса выглядела удручено и взволновано, но пока молчала.

— Я не намекаю, а говорю прямо! Среди нас есть крыса, может и не одна.

Ученики начали возмущаться.

— Никто не стал бы!

— Зачем кому-то быть крысой?

— Это бред!

К голосам учеников добавлялись и голоса преподавателей. Разумеется, никому не хотелось верить, что кто-то мог такое сделать и допустить столько смертей.

Были те, что испугался.

— А если это повторится? — прозвучало за спиной Саймона.

— Логично, — прошептала Рита. Она теребила в руке перчатку. Если честно, Лиззи не могла не согласиться с ней. Слова Ванессы хоть и били по больному, но в них был смысл.

— Ты не можешь так говорить! — настаивали наставники.

— Этого быть не может, — так же не верил Микки. Ванесса не стала ни с кем спорить или приводить доказательства, которых, скорее всего, не было. Она вызвала бурю и просто покинула зал.

Директриса несколько раз попросила всех успокоиться и вновь взяла слово.

— Я уже отправила запрос в другие Академии, чтобы выяснить что-то о нападавших. У нас есть сведения только об этом молодом человеке, — экран переключился на фотографию с места нападения. — Академия в Лондоне узнала своего выпускника. Его зовут Томас Блэк. Он назвался Гранитом. Его дар, насколько мы можем судить, это манипуляция земными пластами. Однако весь его потенциал не известен. Судя по всему, его задача была отвлечение внимание. Однако, с ним явно был кто-то еще. Одаренный способный на телекинез.

Лиззи и Пит переглянулись.

— Помнишь того ученика, котором в тебя кинули, — прошептала Лиззи на самое ухо парню. Он кивнул и ответил так же тихо.

— Линду так же что-то тогда отшвырнуло. Наверное, это был второй нападавший.

Экран вновь показал запись с Робертом и тень, что его пронзила.

— Остается еще и эта тень, — продолжила Сирила. — Чей-то дар, несомненно. Но кому он принадлежит мы так же не знаем, — директор выключила экран и сняла микрофон. Разумеется, ни ученики, ни наставники не были довольны таким отчетом.

— Чушь какая-то. Напал не пойми кто, еще и среди нас крыса может быть. Не верю, — Микки ерзал на стуле как на иголках. Его поддержали пара человек, сидящие рядом.

Саймон и Рита сидели молча, но Рита хмурилась и продолжала теребить перчатку.

— Там была девочка, — прошептал Пит.

— Что? — его услышала только Лиззи. Он повернул голову к ней.

— Девочка. Я видел ее в Песочнице, когда вошел туда.

Лиззи развернулась к другу всем корпусом.

— Ты уже говорил директрисе или кому-нибудь? — Пит помотал головой. — Скажи обязательно. Это же может быть очень важно.

— Ты права. Скажу, после собрания. Но я ее почти не запомнил. Я был так напуган… — голос парня утих. Он чувствовал себя бесполезным. Рита повернулась к говорящим и наклонилась. Она молча дотронулась до руки Пита, заставив его дрогнуть.

— Ты чего?

Девочка достала блокнот из своей сумки и начала рисовать.

— Ты может и не запомнил, но наш мозг видит и помнит все, — через пару секунд она показала хоть и грубый, но точный набросок той девочки.

— Это она, — подтвердил Пит. Лиззи взяла рисунок, чтобы увидеть получше.

— Значит ты увидела его воспоминание. Это нереально круто.

Девочка лишь пожала на это плечами.

Собрание продлилось недолго. Директриса сообщила, что все учащиеся могут вернуться в свои комнаты. Тренировки были отменены. Лиззи, Пит и Микки вышли из актового зала и двинулись к лестнице. Но не успели они дотронуться до перил, как мисс Винтерс окликнула их. А точнее Лиззи.

— Мисс Томпсон. На два слова, пожалуйста, — голос директрисы был спокойным, но в нем угадывались нотки… тревоги? Лиззи молча кивнула своим друзьям, чтобы они шли вперед. — Мы пойдем с тобой, — Питер хотел ухватить Элизабет за руку, но директриса телепортировала себя и девушку в сад за главным корпусом.

Там они обе сели на скамейку в беседке.

— О чем хотели поговорить?

Женщина молчала. Она сняла свои темные очки, и Лиззи заметила, как часто та моргает. Ее белые зрачки-полосы так и расширялись. Лиззи уже отвыкла видеть инопланетные глаза директора, и по спине девушки пробежала дрожь.

— Да. Это касается Генри. Я знаю, что ты помогала Норе присматривать за ним. Мальчик был к тебе привязан…

— Был? — Лиззи перебила директора, зацепившись за одно единственное слово. Хотелось сглотнуть, но слюна начала застревать в горле, вызывая приступы кашля. — Что с ним?

— Песочница была, скорее всего, главной целью нападавших. По крайней мере, такое сложилось впечатление, — женщина потерла глаза. — Генри пропал.

Лиззи вскочила со скамейки, но не смогла сделать, ни шагу.

— П…про-пал?

— Видимо, его забрали те, кто вторгся к нам.

— Но зачем?

Женщина так же поднялась на ноги и положила руку Лиззи на плечо.

— Мисс Томпсон, я рассказала вам, потому что вы близки с мальчиком и его семьей. Сегодня я сообщу его родителям и хочу, чтобы вы присутствовали, когда они приедут. Уверена, они захотят…почувствовать вашу поддержку.

Лиззи рухнула обратно на скамейку. В день, когда Генри только привезли, его отец попросил Лиззи присматривать за мальчиком. Не оставлять его. А теперь он пропал. Разумеется, это не была вина Лиззи, но легче от этого не становилось.

Мисс Винтерс позволила себе слегка улыбнуться и погладить ученицу по предплечью. Она понимала, что ее студентка оказалась в ужасной ситуации. Возможно, ситуация была даже страшнее, чем Лиззи могла понять.

— Сейчас вам лучше пойти к себе и отдохнуть. Вам потребуются силы.

С этими словами директриса телепортировалась из сада. Лиззи же осталась сидеть на скамейке, обдумывая все что произошло. Нападение, пропажа Генри, смерть учеников и наставников. Еще и пропажа нескольких людей, о которой она с Питом подслушали ранее. Что вообще творится в этом мире?

Лиззи последовала совету директора и вернулась в свою комнату. Кирки там не было. Возможно, она сидела где-то со своими друзьями или просто приходила в себя. Но зато на ее кровати сидели Пит и Микки. Они тут же вскочили, когда их подруга появилась в двери.

— Ну? — не удержался Пит.

— Чего хотела мисс Винтерс? — проявил такой же интерес Микки. Они оба позволили Лиззи войти внутрь комнаты, но окружили их с двух сторон.

— Она хотела рассказать о Генри, — девушка села на край своей кровати. Парни устроились рядом. Микки рядом с ней на кровати, а Пит уселся на пол, скрестив ноги.

— Генри? Тот мальчишка, который предметы оживляет? — Вспомнил Питер. Лиззи кивнула.

— Ты помнишь дары всех учащихся? — спросил Микки.

— Да. И почти всех наставников, - зарделся Питер и усмехнулся. Но, заметив, что Лиззи на настроена на улыбки, замолчал и подался вперед.

— И что с этим мальчиком?

— Его нет. Он пропал, — Лиззи было сложно даже произносить это. Казалось, с каждым словом, страшная реальность становилась еще страшнее и хуже.

Комната погрузилась в тишину. Лиззи легла на спину на кровать и положила подушку себе на лицо. Прохлада ткани немного успокаивала. Хотя, хотелось просто надавить на нее сверху и покончить с этим ужасом. Микки теребил рукав своей футболки, глядя на Пита. Тот же так и сидел на полу, не переставая глядеть на подругу.

— Ты думаешь его похитили? — Начал он неуверенно. Его голос слегка заикался.

— Я не хочу об этом думать, — раздался приглушенный голос девушки. — Мисс Винтерс хочет сообщить его родителям, и я должна присутствовать.

— А ты тут при чем? — тут же отозвался Микки. В ответ Лиззи лишь пожала плечами. Она сама до конца не понимала логику директрисы. Точнее понимала, но ее пугала встреча с Дереком и Самантой. С одной стороны, никто не мог предугадать, что подобное произойдет. Лиззи не могла предотвратить или как-то узнать про нападение. И все же чувство вины не проходило.

— Я наверное…должен сказать… — Питер сел рядом на кровать и убрать подушку с лица Лиззи. Она повернула на него голову и села прямо. Питер закашлялся.

— Что с тобой? В горле першит?

— Нет! Это не то… я…наверное…видел Генри и…

— Что? Когда? — Лиззи сжала колено парня так сильно, что он пискнул. Микки решил отсесть от этих двоих. Ему не нравились зажатость Пита и возможная реакция девушки.

— Там в песон…песочнице…когда я туда по-попал, я видел…девочку и у нее был…ребенок на руках. Я не…уверен, — Пит мялся и отказывался смотреть в глаза собеседнице. Он отчаянно осматривал комнату, желая зацепиться за что-то взглядом и отвлечься от боли в колене.

— Не понимаю. Что ты говоришь? Когда ты это видел? Во время нападения? — не отступала Лиззи и сильнее надавил на его ногу. Пит сжал зубы и молча кивнул. Он понимал, что сейчас любое слово может подействовать как искра над пролитым бензином.

— То есть…ты видел, как Генри похищали?

— Наверное, я не уверен…

Питу не позволили оправдаться. Лиззи не желала слушать его оправдания. Она набросилась на парня, столкнув его на пол. Ее руки схватили его воротник и вцепились мертвой хваткой.

— И ты говоришь это только сейчас?! Ты не остановил их? Ты позволил забрать его! Ты! – она ударила его в челюсть. Последовал бы и еще удар, но Микки успел схватить девушку своими каменными руками. Он оттащил ее назад.

— Успокойся, Лиз. Это не его вина!

Пит отполз чуть назад. Из его губы шла кровь. Микки удерживал Лиззи, которая пыталась отодрать его руки от себя. В конце концов она закричала от злости и негодования. Вокруг девушки образовалось защитное поле, которое отшвырнуло Микки к стене. Не контролируя свои эмоции, Лиззи покинула комнату, оставив своих пока еще друзей одних.

Глава 14. Крыса

Кевин сидел в своем офисе, не желая ни с кем разговаривать. Последняя неделя его жизни выдался кошмарным. И это не было преувеличением. Сестра оказалась Одаренной, в компании началась новая политика, мать в последнее время названивала слишком часто. Голова шла кругом. Мужчина каждый вечер сидел в пустой квартире за банкой пива и решался навестить Лиззи в этой проклятой Академии. Потом же наступало утро, и он отказывался от затеи.

Это утро не отличалось от прочих. Кевин проснулся, запихнул в себя какой-то завтрак и прибыл на работу, как всегда, вовремя. Разумеется, он заметил, что его друг Дерек еще не вернулся из своего больничного. Кажется, что-то случилось в семье. Хорошо было бы позвонить товарищу и узнать, все ли в порядке. Но после той сцены, что Кевин устроил в гостях у своего коллеги, ему не хотелось выходить на контакт. Дело было не в гордыне или злости. Ему было стыдно и неудобно. Так же, как и перед секретаршей. Она вроде бы уже давно замяла их ссору, но испытывать судьбу не хотелось.

Ближе к обеду к Кевину решила заявиться его бывшая Хлоя. Девушка, как всегда, была окутана ароматом духов. Раньше Кевина заводил этот запах, но сейчас он его только раздражал. В основном из-за того, что возбуждение все еще присутствовало.

— Слышал новость? — необычайно радостно начала Хлоя. Она по обыкновению уселась на стол мужчины и наклонилась вперед, заглядывая ему в лицо.

— Смотря, о чем ты говоришь? Если об аварии сегодня на мосту, то да. Я видел скорую и полицию, когда ехал на работу, — Кевин не отрывался от компьютера и продолжил проверять документы.

— Вообще-то я про нашу Академию.

Рука Кевина дрогнула, совершив опечатку.

— Да? И что там?

— Говорят на нее напали. Представляешь? Надеюсь, этим уродам досталось по полной, — в голосе женщины отчетливо можно было услышать нотки восторга и удовлетворения.

— Напали? Кто? — Кевин старался не изображать заинтересованность. Однако в голове прозвучало: «На Эли напали».

Хлоя лишь пожала плечами. Она подняла телефон парня, что лежал на столе и начала играться с устройством, неаккуратно вертя его в руках. Кевин поджал губы, наблюдая эту картину.

— Да какая разница. Это же Одаренные. Уроды, да и только. Уверена, это правительство, наконец, взялось за ум и решило прикрыть их лавочку. Давно пора, скажу я тебе.

— Вряд ли государство стало бы что-то такое делать. В этом нет смысла, — Кевин выхватил свой телефон и спрятал его в пиджак. Хлоя слегка поигралась уже пустыми пальцами в воздухе и положила руки на колени улыбнувшись.

— Значит, это сделал кто-то другой. Какая разница? Кому вообще какое дело?

Один из их коллег показался в проеме и сообщил, что мистер Ньюман вызвал Хлою к себе. Девушка ушла, не прощаясь и ничего не добавив. Однако с ее уходом, документ на рабочей столе Кевина тут же закрылся, заменившись на страницу браузера. Мужчина хотел знать больше. Когда напали? Кто? Есть ли пострадавшие? Он вбивал все новые и новые запросы, стараясь сформулировать свои мысли, но интернет, впервые не давал никаких ответов. Возможно, Хлоя все это придумала? Она могла, но зачем? Она всегда так упивается страданиями Одаренных, что ей не за чем выдумывать подобное. Кевин должен был знать наверняка.

Он схватил свой пиджак и кинулся на первый этаж к стойке.

— Сильвия!

Секретарша подавилась чаем, когда он так выкрикнул ее имя.

— Что такое? — она вытащила салфетку из сумки и начала протирать столешницу от пролитого чая.

— Извини, я хотел спросить, — мужчина перевел ду, – ты слышала про нападение на нашу Академию?

— Что? — Сильвия не стала скрывать свой интерес и удивление. — На них напали? Кто?

— Я не знаю, но… Мне нужно туда. Сейчас… Я… — он не мог подобрать слов. Его захлестывали эмоции. Страх, негодование, волнение. Все смешалось и давило на мозг. Девушка закусила губу, словно ей нужно было секунда чтобы все обдумать.

— Там сейчас пробки из-за той аварии на мосту. Бери мой мотоцикл, — Сильвия протянула ключи.

— Мото… у тебя есть мотоцикл? — Кевин посмотрел на секретаршу сверху вниз. В его представлении она не была похожа на человека, гоняющего на байке. Сейчас ее худая фигура показалась ему совсем уж маленькой и хрупкой.

— Ну, извини, что не предлагаю байк на воздушной подушке последней модели. Всего лишь старый добрый мотоцикл с мотором. Ты берешь или нет?

— Я не умею ездить на них – уши парня слегка покраснели.

Сильвия закатила глаза.

— Хорошо, поедем вместе, — она вышла из-за стойки и направилась к выходу, не особо дожидаясь Кевина.

Они оба вышли на улицу. Мотоцикл был припарковал на углу улицы на ближайшей бесплатной парковке. Сильвия протянула Кевину шлем, когда они подошли ближе.

— У тебя не будет неприятностей? — Кевин взял шлем и водрузил его себе на голову.

— У меня сейчас обеденный перерыв. В отличии от тебя, — секретарша хмыкнула и уселась на транспортное средство. Кевин устроился позади и крепко схватил Сильвию за талию.

— А как ж твой шлем?

— У меня есть только один и, судя по всему, тебе он нужнее. Держись.

Мотоцикл пришел в движение и выехал на дорогу. Сильвия оказалась права насчет пробок. Казалось, почти все машины сегодня просто стояли на дороге. К счастью, мотоцикл умело маневрировал среди них.

— А почему тебе нужно в Академию? Поглумиться хочешь? — Кевину не понравился сарказм в голосе девушки, но он понимал, что она имеет основание на такое заключение.

— Это личное — проворчал он в ответ. Повисла пауза.

— Это из-за сестры?

— Чт… Ты запомнила?

Сильвия ухмыльнулась.

— Я секретарша. Я все про всех помню. Это же ее Дерек упомянул на том ужине. Как ее звали? Лайза?

— Лиззи. Элизабет, если полностью. Я ее обычно Эли зову. Да. Она оказалась Одаренной. Я в открытую, об этом ни разу не говорил.

Мотоцикл миновал первый светофор.

— Стыдишься ее? — ответа на этот вопрос не последовало, что позволяло сделать определённый вывод. — Но все равно переживаешь, — подытожила Сильвия.

— Она моя сестра! — резко отреагировал Кевин.

— Понимаю. Ты хороший брат. Придурок, конечно, но хороший.

— Эй! — Кевин стукнул девушку легонько по плечу, от чего та захохотала.

Вновь пауза. Мотоцикл двигался плавно и довольно быстро. Они проехали центральную площадь и кафе «Три сиропа» где раньше работала Лиззи.

— Ну, а ты чего? Почему поддерживаешь Одаренных? — решил продолжить беседу Кевин. Ему было не комфортно в тишине. По крайней мере не сейчас.

— Я считаю, они такие же люди, как и мы.

— То есть ты просто добрячка. — подразнил он коллегу. Сильвия усмехнулась.

— Наверное, — этот ответ прозвучал тихо.

— Должно быть что-то еще, верно? Расскажешь?

Сильвия молчала пару минут. Кевин уже решил, что это был неуместный вопрос. Но он впервые разговаривал с человеком, который поддерживал Одаренных. В основном его окружали Несогласные или нейтральные как Дерек. Ему стало очень любопытно.

— У меня тоже есть сестра. Была.

— Что случилось?

— Она умерла.

— Из-за Академии, — тут же сделал вывод Кевин. Сильвия помотала головой, от чего мотоцикл слегка дернулся. Кевин впечатал свои пальцы в талию девушки.

— Из-за наших родителей. Мою сестру звали Сара. Мы были близнецами. Она стала Одаренной, когда нам было тринадцать. Родители не верили во все это и, разумеется, не отвели ее в Академию. Хотя к нам приходили их представители. Они пытались вразумить родителей, но те их не слышали. В конце концов сестра умерла. Прямо рядом со мной на нашей кровати. При вскрытии выяснилось, что ее тело не справилось с мутацией. Она могла выжить, если бы наши родители не были бы такими пустоголовыми, — пальцы девушка сжали ручки руля.

— Мне очень жаль, — Кевин не знал, сочувствовал ли он на самом деле или это просто была вежливость. Но Сильвия все же поблагодарила его.

Челюсть Пита все еще ныла после вчерашнего удара от Лиззи. Он не злился на свою подругу. На ее месте, он бы вообще выбил из самого себя все дерьмо. Он на самом деле не остановил злодеев. Позволил похитить ребенка. Даже, если бы это не был Генри, какая разница. Это был маленький ребенок, и его забрали. Прямо у него под носом. С этими мыслями, Пит решил сделать единственное правильное действие. Он постучал в кабинет директора.

Мисс Винтерс сидела за своим письменным столом. Принтер за ее спиной что-то печатал. Несколько листов бумаги появились в воздухе и повисли в пространстве.

— Заходите, мистер Брайс, — велела она, не поднимая глаз, которые вновь были скрыты за темными очками.

Питер громко сглотнул и зашел в кабинет. Он оглядел стены и подошел ближе к столу, сминая в руках рисунок, который сделала Рита еще во время собрания.

— Вы что-то хотели? — спросила женщина. Обычно все боялись заместителя Ванессу, но сейчас голос директора хоть и был спокойным, но вызвал волну холода по телу парня.

— Да, я хотел показать это, — выпалил Пит и положил рисунок перед мисс Винтерс. Опомнившись, он быстро перевернул его, чтобы она могла увидеть девочку. Директриса взяла листок и поднесла к лицу.

— Кто это?

— Я видел ее. В Песочнице во время нападения. Она была, — он сглотнул еще раз, — одной из нападавших. Я видел, как она… унесла ребенка.

Питу визуально поплохело. Ссадина на челюсти заболела вновь.

Сирила все еще держала портрет перед глазами. Ее лицо ничего не выражало, но она спросила.

— Она была одна, или там был кто-то еще?

— Я не знаю. Я видел только ее. Она забрала кого-то. Может это был малыш Генри? – выпалил Питер, не подумав. Директриса перевела взгляд на него.

— Я вижу, мисс Томпсон рассказала вам. Что ж…

— Да, простите. Если это секрет, я буду его держать.

— Секрет, но о нем все равно все уже скоро узнают. Пропажа одного из учеников не может долго храниться в тайне, — женщина вздохнула и потерла переносицу двумя пальцами. Она опустила рисунок на столешницу.

— Вы видели, как она ушла? Эта девочка.

— Она просто исчезла. В портале.

— Портале? – тут же переспросила Сирила. Она сняла очки и откинулась на спинку стула. Ее глаза были полностью белыми, что означало, что они закрыты, хотя веки оставались неподвижными. Питер перенес вес своего тела на одну ногу, потом обратно.

— Дела наши не становятся лучше. Выходит, их была четверо, — начала размышлять директриса. – Парень, который управлял землей, кто-то способный на телекинез, эта девочка и еще та тень, что убила Роберта.

Пит вздрогнул на слове «убила». Ему сразу вспомнилось безжизненное тело Смити и одной из мед сестер тогда на лестнице в Песочнице.

— Спасибо, мистер Брайс. Это все что вы хотели сказать? – женщина посмотрела на него своими зрачками полосами.

— Да, — пискнул Пит в ответ и, извинившись, вышел из кабинета.

Он быстрым шагов отправился к лестнице. Сердце колотилось в груди и было больно дышать. Но он поступил правильно. Он поделился очень важной информацией, и теперь директор будет знать, что делать. Взрослые будут знать, что делать. Он был в этом уверен.

Однако, подойдя ближе к лестнице, он услышал голоса из одного из кабинетов. Дверь была прикрыта, но не до конца. Два женских голоса. Питер прошел бы мимо, если бы не звук бьющегося стекла.

— Он мертв, Ванесса! Моя муж мертв, — последовал истеричный плач. Ванесса разговаривала с Натали и пыталась ее успокоить.

— Не только он, Нат. Мы потеряли многих.

— Плевать мне на многих! Уж, извини, но мне плевать, — сорвалась ассистентка.

Питер пригляделся в дверной зазор и увидел двух женщин. Одна стояла на коленях, содрогаясь всем телом, а вторая стояла рядом, удерживая ее плечи. Потом Натали сказала следующее.

— Я помогу. Чего бы не стоило уничтожить этих подонков, я помогу это сделать. Только скажи.

— Я не знаю, что делать, — признала Ванесса. Натали подняла на нее глаза и сжала ее руку.

— Ты всегда знаешь, что делать. Что бы это ни было, я прикрою тебя от Сирилы и остальных. Разберись в этом.

Питер перевел взгляд назад на кабинет мисс Винтерс. В своем кабинете женщина понимала, что теперь у нее было больше поводов еще раз обсудить все с коллегами. Так же она захотела связаться с генералом. Возможно, эти Одаренные так же связанны с пропавшими людьми. А может это два разных дела, с которыми предстоит разобраться.

Все больше директрису беспокоил тот факт, что ее заместитель могла оказаться права. Нападавшие точно знали об устройстве Академии. Они знали про Роберта, знали где искать Генри. Скорее всего они так же знали о его способностях, хотя он появился в стенах заведения только недавно. Среди сотрудников на самом деле была крыса.

Глава 15. Похороны

С самого утра в тот день велась подготовка к похоронам. Ванесса руководила всем вместе с остальными наставниками. Саймон и Микки помогали с гробами. Ей пришлось смастерить их самолично ночью, поэтому они больше напоминали коконы из переплетенных ветвей.

Лиззи так и не ночевала в своей комнате. После разговора с директором, а также после стычки с Питером, ей хотелось поговорить еще с кем-нибудь. Она отправилась на поиски Норы и узнала, что та подверглась атаке и впала в кому. Лиззи просидела к ее кровати всю ночь.

Вся комната была заставлена больничными койками пострадавших учеников и сотрудников. Многие просто спали, излечиваясь от ран, а кто-то прибывал в более плачевном состоянии. В самом углу можно было увидеть тройняшек, которых все избегают. Сейчас они казались очень даже милыми. Их лица обрамляли белые волосы, а сама кожа казалась синеватой под светом ламп над кроватями.

— Ты здесь всю ночь провела, — Натали Фишман делала обход. Она вызвалась помогать в мед отсеке. Увидев свою знакомую Одаренную, она сразу приблизилась и положила руку ей на плечо.

Лиззи повернула голову и потерла глаза.

— Да. Кажется, так, девушка сразу отметила слегка красноватые глаза женщины.

— Что-то случилось? — Натали придвинула себе стул и села.

— Что-то? — Элизабет провела рукой по воздуху указывая на слова на комнате. Это «Что-то» было очевидным.

— Я имела в виду лично у тебя.

— Нет, все нормально. Лично у меня, — быстро ответила Лиззи, хотя ее голос все равно звучал не уверено.

Натали замолчала на пару секунд. Она смотрела на свою коллегу Нору, лежащую на кровати. Женщина всегда казалась ей до ужаса прямолинейной и не ориентированной на работу с детьми, но вместе с тем она была профессионалом, на которого можно было положиться. Лиззи же вспоминала, как в детстве пересекалась с Норой, пока приглядывала за маленьким Генри. Лиззи и сама тогда была лишь подростком, но играть с малышом ей всегда нравилось. Нора порой пугала ее, но она всегда казалась невероятно крутой. Бойкая, умная, с розовыми волосами и татуировкой. Вспоминая Генри, Лиззи почувствовала слезы на лице.

— Это моя вина, — она всхлипнула, когда две слезы упали на ее руки. – Я обещала присмотреть… — ее плечи затряслись, и Натали прижала ее к себе.

— Тише, тише, — женщина обняла девушку и положила свой подбородок на ее голову. — Здесь нет твоей вины. Ты не могла предсказать, что произойдет.

— Но я обещала его защищать!

— Знаю, знаю, — Натали провела по рыжим волосам девушки. — Все будет хорошо, Лиззи. Все будет хорошо. Я верю, и ты верь.

Натали провела взглядом по другим пациентам. Она знала почти всех здесь.

— Пойдешь на похороны? — спросила она одаренную. Это был хороший вопрос. С одной стороны, это было бы правильным поступком. Проститься со всеми погибшими. Принять реальность. Но, с другой стороны, Лиззи чувствовала себя слишком паршиво, чтобы вообще думать о таком.

— А вы?

— Разумеется, — Натали даже не думала над ответом. Для нее он был очевиден. — И ты должна. Я понимаю, что ты тут всего лишь неделю, но нужно проститься хотя бы с Линдой. Она была твоим наставником как никак, — Натали положила руку на плечо девушки еще раз и сжала его слегка.

— Я понимаю. Я…может чуть позже. Хочется еще тут посидеть.

Тишина медицинского отсека помогала расслабиться. Как бы странно это не звучало. Перед Лиззи лежала Нора, пострадавшая от нападения, как и многие другие. Но то, какой спокойной она сейчас выглядела в своей коме, способствовало успокоению. В некоем извращенном виде.

Натали не стала ничего больше говорить. Она поднялась со стула и, поставив его на место, вышла из палаты.

Позади главного корпуса начали собираться все студенты Академии. Саймон заметил свою подругу Риту и подошел к ней вместе с Микки. Они молча кивнули друг другу и присоединились к остальным. Никому не хотелось ничего говорить. А может, слова и не нужны были. Все смотрели на то, как наставники погружали тела в гробы, и все слова тут же застревали в горле. Студенты были одеты в темные, но не траурные одежды. Ни у кого видимо не было в гардеробе ничего подходящего. Оно и понятно. Поступая в Академию, меньше всего хочется думать, что тебе может понадобиться траурная одежда. Саймон обвел всех взглядом. Он заметил пару ребят в белых рубашках и галстуках. Одна девчонка была в черном, но очень коротком платье, которое она отчаянно пыталась натянуть на колени. Сам Саймон был одет в черную футболку и такие же джинсы. Как и Микки. А вот белая толстовка Риты совершенно выбивалась из атмосферы. Саймон наклонился к девчонке.

— Ты не могла надеть что-то темное? — прошептал он.

— Зачем? — тут же отозвалась Рита. Она так же вытащила один наушник из уха. Это привело Саймона в бешенство, но он прикусил язык.

— Здесь как бы похороны, — напомнил он очевидную вещь.

— И? Моя белая толстовка что-то меняет? — Рита оставалась невозмутимой. Саймон хотел возразить, но она продолжила. — Вон, мисс Гарднер тоже не в темной одежде. На ней вообще оранжевая майка.

Ванесса стояла во главе всего происходящего. Она не толкала речи и не читала молитвы. Она просто молча наблюдала за тем, как ее коллеги опускали гробы в ямы и засыпали их землей. На ней на самом деле была оранжевая майка и военные штаны. Саймон посмотрел на заместителя директора и начал заикаться.

— Она…она взрослый человек. Ей…

— Ей можно? Серьезно? — усмехнулась Рита. Микки увидел ее улыбку и решил вставить слово.

— Может, не стоит, ну, улыбаться.

Рита перевела взгляд на мальчишку.

— Почему же? Если я буду стоять вся в черном и плакать, мертвые вдруг воскреснут? Мы все с вами знаем, что это все чушь. Все эти приметы и обычаи. Простая ерунда.

Сказав это, Рита двинулась обратно к главному корпусу. Саймон хотел было пойти за ней, но Микки одернул его и кивнул в сторону, приближающейся Лиззи. Она все-таки решила появиться на этом мероприятии.

— Как ты? — тут же спросил Микки у своей подруги. Лиззи подошла к парням, кутаясь в свою рубашку.

— Вы не видели Пита? — спросила Лиззи. Саймон помотал головой.

— Он хотел пойти к директору, — ответил Микки. — По поводу того рисунка.

Лиззи кивнула. Она планировала найти Пита и поговорить с ним. Извиниться, если ей было за что извиняться, но раз уж он решил сам рассказать все директрисе, то пусть будет так.

Девушка перевела взгляд на могильные плиты. Ей сразу попалась надпись: «Линда Питерс. Любимый наставник и прекрасный человек. 2045 – 2086 год».

Лиззи вспомнила, как Линда бежала сражаться, защищать других. Она не была Одаренной, но тренировала остальных. Она была доброй и по-настоящему смелой.

Рядом стояла плита с надписью: «Роберт Фишман. Любящий муж и отец. 2051 – 2086 год».

— Роберт был женат? — удивилась Лиззи, обращаясь к Саймону. Тот перевел взгляд на девушку и пожал плечами.

— Ну, да. Ученая Натали. Она его жена. Ты не знала?

— Нет, не спрашивала, как-то, — Лиззи задумалась. Натали была назначена ее куратором, но за все это время, они не особо общались или вообще взаимодействовали. Из наставников, Лиззи проводила больше времени с Линдой или Норой. А теперь одна мертва, а вторая в коме. Еще и Генри пропал и Моника, возможно, тоже. Лиззи до сих пор помнила о том, про что рассказывал генерал. Люди пропадают. Лиззи уже потеряла родителей, брата, подругу, наставника и мальчика, которого ей поручили.

Микки испугался, когда его подруга вдруг начала плакать, падая на колени.

— Эй, ты чего? — он обхватил ее руками. Саймон точно так же положил ладони ей на плечи. Лиззи просто плакала, закрывая лицо руками. Ее всю трясло, от холода и усталости и злости. Она даже не понимала, на кого злилась.

Саймон заговорил спокойно и понимающе.

— Тебе стоит пойти в свою комнату. Отдохнуть. Директор отменила тренировки сегодня. Так что мы все можем отдохнуть.

Лиззи вытерла слезы

— Я всю ночь отдыхала. Все нормально, — она поднялась на ноги и вытерла нос. Ей не хотелось идти в свою комнату и оставаться одной.

— Ты уверена? Ты не ночевала в своей комнате. Вряд ли ты отдохнула, — решил поспорить с ней Микки, скрещивая руки на груди. Он не мог выкинуть из головы сцену, что развернулась вчера между его двумя друзьями. Микки сам всю ночь переживал.

— Микки, правда. Все в порядке, — девушка сжала ему плечо и кивнула. Это не утешило мальчишку, но он промолчал. Саймон же, кажется, был доволен.

— Хорошо, как скажешь, Лиз.

Церемония подходила к концу. Ванесса оставила все своим коллегам и ушла к главному корпусу. Вместо нее появилась Сирила. Она обратилась ко всем собравшимся, но Лиззи не слышала ее речь. Если директриса пришла сюда, значит Питер уже с ней поговорил. Девушка хотела найти его и извиниться, поговорить. Обнять его. Но, к сожалению, ее рыжего друга нигде не было видно.

Зато рядом с девушкой вновь оказалась Натали. Она подошла сзади и прошептала на ухо.

— Тебе нужно подойти к главным вратам. Тебя там ждут, — женщина кивнула ей и взглядом попросила следовать за ней. Лиззи не стала спорить. Она махнула своим друзьям, мол, все хорошо, и пошла вслед за своим куратором.

— Эм, Натали, я хотела спросить. Насчет Роберта, — Лиззи прикусила губу, понимая, что такое обращение прозвучала довольно бестактно.

— А что насчет него? — тем не менее женщина не подала никаких признаков недовольства.

— Вы были женаты?

— Всего год. Мы познакомились здесь в Академии. Мы вместе устраивались на работу.

— Понятно. И, у вас есть дети?

Натали не вписывалась в концепцию жены или матери. Она создавала впечатление немного несобранного человека, который тем не менее вечно в работе. Лиззи была сложно представить ее меняющей подгузник.

— У Роберта есть сын от первого брака. Артур. Он сейчас учится в частной школе.

— Он Одаренный?

— Нет. Самый обычный мальчишка. Ему сейчас 14 так же, как и Микки.

Лиззи хотела задать еще один вопрос или еще парочку вопросов, но они подошли к главным вратам. За решеткой стоял человек, которого Лиззи думала уже никогда не увидит.

— Кевин? — она смотрела на своего брата, а он смотрел на нее сквозь стальные прутья. И именно он сделал первый шаг. Он вошел во врата Академии и сжал свою младшую сестру в объятиях.

— Ты в порядке. Ты…цела. Все хорошо, — бубнил он, прижимая ее к себе. – Все же хорошо? — он заглянул ей в лицо и увидел все ту же маленькую девочку, о которой он всегда заботился.

Лиззи понадобилось несколько секунд, чтобы осознать, что ее брат на самом деле здесь. Человек, который буквально выставил ее из дома, когда у нее появился дар. Человек, который не выходил на связь с ней. Она должна сейчас же уйти от него. Показать, что у нее все хорошо и без него. Но будет ли это правильным? Будет ли это правдой?

— Кевин… — она прильнула к нему еще раз, пряча лицо в его плече. На глаза навернулись слезы. Ей нужен был ее старший брат.

Кевин улыбнулся и обнял ее за плечи.

— Я…я слышал про нападение. Что случилось?

Лиззи вытерла слезы и сделала шаг назад.

— Да. Вчера на нас напали. Мы не знаем кто и толком не понимаем почему.

— Значит это правда? — за спиной Кевина появилась девушка, и Лиззи не была уверена, что знает ее. Она посмотрела вопросительно.

— Я Сильвия Мейсон. Секретарь, — она предложила Лиззи руку для рукопожатия.

— О, приятно познакомиться, — Лиззи тут же отреагировала улыбкой. Они пожали руки. Сильвия имела очень приятную натуру.

— Значит, на вас, на самом деле, напали. Кто-то пострадал? — Сильвия звучала по-настоящему встревоженно. Она подошла ближе и скрестила руки на груди. Кевин сделал тоже самое. Они были похожи на строгих родителей. Лиззи бы усмехнулась, если бы не ее следующие слова.

— Ну у нас…похороны сегодня.

— О боже, — сразу отреагировала Сильвия. Она прикрыла рот рукой. Кевин неловко качнулся на пятках.

— Это ужасно. Много… — Сильвия не смогла задать вопрос, который хотела. Она подошла еще ближе. — Можно мы войдем? Я бы хотела, высказать соболезнования, — она перевела взгляд на Натали, которая стояла позади. Лиззи так же обернулась на своего куратора.

— Если хотите. Не думаю, что в этом есть что-то плохое, — Натали жестом пригласила гостей следовать за ней. Сильвия сразу же поравнялась с ней. Лиззи же предложила руку своему брату. Она понимала, что это значит для Кевина. Академия все еще была его врагом номер один. Вряд ли что-то могло это изменить. Тем не менее, он взял сестру за руку и пошел вслед за ней и остальными.

Натали привела их к могилам. Некоторые ученики все еще стояли там. Многие не обратили внимание на прибывших, но были те, кто начал перешептываться. Кевин почувствовал себя не в своей тарелке. Больше, чем прежде. Он видел, что Академия относилась к нему так же враждебно, как и он к ней.

Сильвия и Натали начала прохаживаться вдоль рядов и о чем-то разговаривать. Кевин шел позади вместе с Лиззи. Они не слышали, о чем говорили их товарищи. Им самим было, что обсудить.

— Уже неделя прошла, — начал было Кевин. Он еще сам не понимал, о чем говорить. В голове была пустота, хотя в дороге, у него возникало столько вопросов.

— Да. Я здесь уже совсем обжилась, — подхватила Лиззи.

Ее слова отразились на лице брата горькой гримасой. К счастью, она этого не увидела.

— Нашла друзей?

— Да. Несколько. Мне многие тут помогают. Тренировки мне еще трудно даются, но я делаю успехи, — Лиззи вытянула руку и продемонстрировала маленький шарик силового поля.

Кевину захотелось отвернуться и сблевать, но он этого не сделал. Он обратил внимание на гордую улыбку сестры. Она радовалась этого дару. Она не жалела, что оказалась в этой Академии.

— Я рад, — выдавил из себя Кевин. Он много чего не понимал сейчас, многое ему было противно и мерзко. Находиться в обществе Одаренных, прямо в их логове. Но мысль, что он мог потерять Лиззи так просто, задевала его сильнее.

— Как это произошло? Нападение, — спросил он.

— Очень быстро. Я толком даже ничего не поняла, — признала девушка.

— Ты была ранена?

— Нет. Меня просто обездвижили. Вот, кто пострадал на самом деле, — она обвела рукой могилы вокруг. Кевин так же прошелся по ним взглядом. Только сейчас он заметил, что их было не мало.

— Это все…кто вчера?

— Да. Двадцать человек.

— Были те, кого ты хорошо знала?

— Да, — прошептала Лиззи. – Мой тренер Линда. Ее могила вон там, — она указала направление. — Ее убили. Линда не была Одаренной, но все равно защищала нас, — Лиззи почувствовала слезы на глазах и быстро заморгала.

Старший брат притянул ее к себе и обнял.

— Тише, все хорошо. Ты в порядке, это главное, — шептал он, гладя ее по голове. Лиззи не начала плакать, но обняла брата в ответ.

Стоя вот так, Кевин вдруг увидел всех людей вокруг. Не Одаренных, а людей. Таких же, как и его сестра. Были ребята младше и старше, но все они стояли тут по одной причине. Скорбь, боль, потеря. Чувства, которые были ему очень знакомы. Когда он потерял отца, когда ушла мать. Он был единственным, кто защищал сестру. Он был главным в их семье. Но ему так же было больно и обидно. Неужели эти уроды чувствуют тоже самое? У них так же есть чувства и эмоции? Они не просто ходячие ошибки. Такие же…дети, которые лишились семьи, друзей, веры в людей, возможно.

Впервые Кевин увидел себя среди них. Он был также потерян, также одинок. Он понимал какого это. Только у него была сестра, была девушка на тот момент. У них же, скорее всего, никого нет. Вполне вероятно, что, единственные, кто их поддерживал, теперь лежат в земле.

— Лиззи, — обратился он к сестре, отходя чуть назад. Он поднял ее голову за подбородок и улыбнулся. — Я рад, что ты нашла здесь дом. Он не забывай, что я тоже всегда тебя жду.

Лиззи не смогла ответить. Эмоции захлестнули ее. Она не потеряла своего брата. Он все еще здесь, все еще с ней. И она все еще важна для него.

Их трогательный момент, был прерван Натали и Сильвией, которые успели обойти все надгробные плиты.

— Миссис Фишман, спасибо, что разрешили нам прийти сюда. Это многое значит, — благодарила Сильвия, пожимая руку женщины.

— Не стоит, мисс Мэйсон. Я рада видеть, что для вас это так же важно, как и для нас.

Они улыбнулись друг другу и перевели взгляды на Кевина и Лиззи.

— Нам пора обратно, наверное. Боюсь, мистер Ньюман уже ищет нас.

— Ты права, — опомнился Кевин. Ему еще предстояло объяснить начальнику, по какой-такой причине он осмелился покинуть офис в разгар рабочего дня.

Однако не успели они отправиться к выходу, как к их группе приблизилась Ванесса.

— Что здесь за сборище? — ее голос не звучал злобно или возмущенно. Скорее просто устало.

Натали переглянулась с Лиззи и заговорила первой.

— Это наши гости. Они пришли проведать Элизабет. Узнать о ее самочувствии.

Ванесса мельком взглянула на Сильвию, а потом перевела взгляд на Кевина и ухмыльнулась, скрестив руки.

— Проведать? Спустя неделю? — Ванесса до сих пор помнила, как прошла ее последняя встреча с Кевином в его доме. Как он пытался буквально задушить Сирилу. Кевин так же все понял. Об этом говорили его сжатые кулаки. Однако он продолжал молчать и смотреть то на Ванессу, то на Лиззи, то куда-то вдаль.

— Мы уже уходим. Это я попросила нас впустить, — Сильвия сделала шаг вперед к заместителю директора.

— А вы…

— Сильвия Мэйсон, — представилась секретарша. Ванесса сразу изменилась в лице.

— Мейсон? А Сабрина Мейсон вам не…

— Сестра. Она была моей сестрой, — перебила ее Сильвия и посмотрела вниз.

— Я слышала о ней. Примите мои соболезнования, — произнесла Ванесса, так же склонив голову, но все еще смотря на девушку.

— Да, и вы мои. То, что произошло ужасно.

На лице Кевина отразилось вначале изумление, а потом появилось понимание. Он подошел к Сильвии и неловко похлопал ее по плечу. Она улыбнулась ему. Лиззи не могла не заметить это и тоже улыбнулась. Она видела связь между этими двумя и обрадовалась, что ее брат все еще общается с девушками. Сильвия была намного лучше Хлои, по ее мнению.

Ванесса перевела взгляд на Элизабет.

— Мисс Томпсон, директор попросила вас пройти в ее кабинет. К ней пришли О’Доннеллы.

— Что простите? Дерек и Саманта? Почему они здесь? — начал осыпать вопросами Кевин. Он впервые услышал о своем друге за несколько дней. Да еще и в стенах Академии. Дерек должен быть о отпуске с семьей. С женой и сыном. — Что-то случилось? С кем из них? С Генри?

Лиззи подошла к брату и схватила его за предплечье.

— Кевин, я… — она запнулась, понимая, что она не может все рассказать. Не сейчас. И, возможно, она не тот человек, который должен рассказывать. Взглянув на остальных, Лиззи отвела брата чуть в сторону.

— Что происходит? — Кевин понизил голос почти до шепота.

— Я…не уверена, что могу говорить об этом. Мне кажется, Дерек и Саманта сами все тебе расскажут, они же твои друзья.

— Ну, я надеюсь на это, — проворчал Кевин и скрестил руки. — Просто скажи, это что-то насчет Генри, да?

Лиззи молча кивнула.

— Прости, что не хочу тебе всего рассказывать, но у меня, на самом деле, другая к тебе просьба. Насчет Моники.

— Моники? Это…которая твоя коллега из кафе?

— Да. Я просто переживаю. Мы давно не связывались. Не мог бы ты, — Лиззи решила не упоминать о пропавших людях. Ей казалось, что эта часть информации должна быть все еще сокрыта. Опять-таки, даже Лиззи не должна об этом знать.

— Понимаю, — кивнул Кевин. — Хорошо, я схожу в ваше кафе и поговорю с ней. Что мне ей передать?

— Да, просто узнай, как у нее дела. Скажи, что у меня все хорошо. И что Саймон передает ей привет.

— Саймон?

— Она поймет.

Ванесса помахала ей рукой, показывая на время, поторапливая.

— Мне пора. Спасибо, что пришел сегодня, — Лиззи обняла Кевина. Тот ответил ей тем же.

— Разумеется. Ты все-таки моя сестра. Несмотря ни на что, — проговорил он ей на ухо.

Натали решила проводить Кевина и Сильвию до ворот, а Лиззи отправилась с Ванессой в кабинет директора.

Еще в коридоре она услышали женский плач. Войдя в кабинет, Лиззи обратила внимание на Саманту, сидящую на диване и закрывающую лицо руками. Дерек сидел рядом с ней и обнимал за плечи. Сирила была за своим столом.

— Я привела ее, — подала голос Ванесса. Сама она не собиралась оставаться в комнате, а потому сразу ушла. Лиззи почувствовала себя подставленной. Она машинально тоже повернула к двери, но директриса заговорила.

— Хорошо, что вы пришли, мисс Томпсон. Прошу, — она указала на стул перед ее столом.

— Я постою, пожалуй, — решила девушка. Саманта все еще всхлипывала, но начала успокаиваться. Лиззи понимала, что ей предстоит ответить на множество вопросов без ответов. Она избегала взгляда двух потерянных родителей.

— Я, наверное, должна что-то сказать, — она обратилась к Дереку, хотя не смотрела на него. Дерек отозвался не сразу. Он обнимал свою жену. Его глаза были на мокром месте, однако он не плакал. Он выглядел подавленным и злым.

— Нет, я жду объяснений не от тебя, Лиз, — возразил мужчина. – А от женщины, которая заверила нас, что Генри будет здесь в безопасности. Мы доверили вам нашего мальчика, думая, что вы единственные, кто может нам помочь. А теперь вы заявляете, что мой сын пропал?!

Дерек вскочил и склонился над столом директора. Лиззи шагнула вперед, но Сирила оставалась спокойной. Она только скрестила пальцы рук и спокойно смотрела перед собой. Очки скрывали ее инопланетные глаза.

— Кто забрал моего сына?! — Дерек застучал по столу, — Где он?!! — он схватился за край столешницы и опрокинул стол вместе со всем содержимым. Лиззи взвизгнула и отпрыгнула назад от монитора компьютера, который упал прямо к ее ногам. Саманта посмотрела на мужа расширенными от ужаса глазами. Однако Сирила даже не шелохнулась.

— Отвечайте мне! — Дерек двинулся на женщину, но Лиззи среагировала быстро. Она протянула руку и создавала защитное поле вокруг Дерека. Мужчина в миг замер на месте. Саманта подобрала под себя ноги, сидя на диване. Она обратилась к девушке.

— Лиззи, что ты делаешь? — в голосе несчастной матери был слышен страх.

— Успокойтесь, пожалуйста, — Лиззи говорила с Дереком. Тот молчал, прожигая взглядом директрису. Она не двигался.

— Пожалуйста, — повторила Элизабет. Она все еще держала защитное поле.

Наконец, Дерек кивнул и ринулся вон из комнаты. Как только он начал шагать, поле вокруг него исчезло. Лиззи посмотрела на свои руки, когда мужчина вышел в коридор. Саманта поспешила за ним, но перед уходом сказала, обращаясь к мисс Винтерс.

— Найдите Генри, прошу.

— Мы найдем его, миссис О’Доннелл. Я уверена в этом, — отозвалась Сирила. Саманта покинула комнату.

Лиззи вперила взгляд в опрокинутый стол. Она поверить не могла, что Дерек вот так сорвался. Наверное, его можно было понять. Пропал его единственный ребенок. Лиззи вспомнила, как вчера новью ударила Пита. Она так же сорвалась. Вот только Дерек выбрал мебель своим врагом, а она друга, перед которым она все еще не извинилась.

— Вы уверены, что мы найдем его? Кто были те люди, что напали на нас? – Лиззи повернулась к директору и сделала шаг вперед, перешагнув через разбросанные бумаги.

— Пока что мне известен только один из них.

— На собрании что-то упоминали про Томаса Брика? – в голосе юной Одаренной появилась надежда и нетерпение. Сирила заметила это и откинулась назад на стуле.

— Его зовут Томас Блэк. О нем мне рассказал мой коллега из Лондонской академии. Это их бывший ученик по прозвищу Гранит.

Глаза Лиззи загорелись, хотя она ничего не говорила. Директриса продолжила.

— Во время нападения этот Томас был на первый планах. Я советую тебе быть осторожной Элизабет.

— Что? Я не…

Директор не позвонила ей закончить.

— Я уже давно поняла одну вещь о вас Элизабет. Даже если вы еще сами не поняли этого. Но, если мне так легко удалось найти Томаса Блэка, есть вероятность, что он хочет быть найденным. Он ждет этого, так же, как и его товарищи. Чтобы вы не затевали мисс Томпсон, будьте осторожны. Я не смогу вас остановить.

Лиззи вышла из кабинета директора и направилась в жилой корпус. Она была намерена найти Пита и извиниться перед ним. Перед его дверью, она помедлила, собираясь с духом. Она постучала сначала тихо и неуверенно. Разумеется, ответа не последовало. Тогда Лиззи постучала сильнее. Дверь открылась после второго стука. Лиззи увидела Риту.

— Ты очень громко стучишь, — монотонно высказалась девочка, пропуская гостью в комнату. Лиззи вошла внутрь и увидела своего друга, сидящего на кровати.

— Пит, я хотела, — она замолчала, заметив открытую сумку посади Питера.

— Что происходит?

— Глупость вселенского масштаба, — ответила Рита, хотя обращались не к ней. — Может, ты сможешь вразумить этого идиота, — пробурчала она, покидая комнату.

Лиззи осталась наедине со своим другом и села на пол напротив него.

— Пит?

— Я должен извиниться, — начал Питер.

— Что?

— Ты была права насчет моей трусости. Я видел, как они забрали ребенка. Даже если это был бы не Генри. Я должен был помешать, сделать хоть что-то. Я должен был.

— Тише, — она положила руку ему на колено, — Я была не права, сорвавшись на тебе. Ты мой друг. Мой лучший друг здесь. Я не хочу больше злиться на тебя.

Питер очень хотел услышать эти слова. Может, он сомневался, что заслуживает их, но они придавали ему сил и решительности. Он резко развернулся и сжал девушку в крепких объятиях, слегка отрывая ее от пола. Лиззи положила голову на плечо парню. На секунду все проблемы исчезли. Были только эти двое. Двое Одаренных. Двое друзей.

Но хорошего понемножку. Лиззи отклонилась от Пита и обратила внимание на его открытую сумку.

— Что ты делаешь?

Пит обернулся к кровати и почесал затылок.

— Я знаю, ты захочешь отговорить меня, как и Рита, но я решил. Я оплошал, подвел тебя и маленького Генри, его родителей….

— Ты хочешь найти его?

— Я должен попытаться. Это все, что я могу сделать. Знаю, это тупо и безрассудно. Но я должен.

— Я не стану тебя останавливать, — возразила Лиззи и скрестила руки. – Но я пойду с тобой.

— Что? Нет! Это опасно.

— Вот именно. Одного я тебя не отпущу, — настаивала Лиззи. Ее голос звучал твердо.

— Лиз…

— Ты мой друг! Я тебя не отпущу, — жестко перебила его девушка. Пит почувствовал тепло на щеках от такого напора. Элизабет заметила это и усмехнулась.

— Ты пропадешь без меня. Одного я тебя не отпущу.

Пит не мог не усмехнуться и не потрепать девушку по голове. Лиззи увернулась от него, но на ее губах так же появилась улыбка.

— К тому же, как ты намеревался найти Генри?

— Ну, я…

— Да? — Лиззи приложила руку к уху, притворяясь, что она готова услышать сверхпродуманный план.

— Ой, все, — сморщился Питер и легонько толкнул подругу в плечо. Та засмеялась.

— Видишь. Я тебе нужна. И не только я.

Тут Лиззи осенило. Она села на край кровати.

— Так вот о чем говорила директор. Она знала, что я пойду к тебе. Ты говорил мисс Винтерс, что пойдешь искать Генри?

Питер присел рядом.

— Нет, но я был у нее сегодня утром. Рассказывал про ту девочку, что Рита нарисовала.

— Да. Я тоже была у директора сегодня. И она рассказала мне об одном из нападавших. И где мы можем узнать, что-то о нем, — в глазах девушки загорелись огни.

Кажется, Сирила была права насчет своей ученицы. Стоило какой-то идее возникнуть в ее голове, как безумный план уже обрастал деталями своего исполнения.

— Мы сможем отправиться в Лондон и узнать в той Академии об одном из нападавших, — начала рассуждать Лиззи. Питер положил ей руку на плечо.

— Погоди, что? Лондон? Как ты собралась попасть в Лондон. Вряд ли мисс Винтерс согласиться просто телепортировать нас в английскую столицу, — Пит усмехнулся, наивно полагая, что подруга шутит. Однако, Элизабет говорила серьезно, хоть и с улыбкой на лице.

— Мы попросим Саймона о помощи, — она поднялась на ноги и отправилась к двери. Пит схватил ее за локоть и развернул к себе.

— Постой, стоп. О чем ты вообще говоришь? Неужели ты думаешь, что мы найдем тех отморозков и спасем Генри? Вдвоем?

— Ты собирался отправиться в путь вообще один. Так что, кто бы говорил, — Лиззи усмехнулась. Она понимала, почему он сомневался. Она сама боялась собственных мыслей в этот момент, но нужно было действовать. Им всем был дан дар, силы. Возможно, наступил момент их использовать.

Глава 16. Странные события

Вернувшись в офис, Кевин еще долго не мог прийти в себя. Посещение Академии и того кладбища что-то сделало с ним. Он впервые увидел перед собой не мерзких ошибок природы, а людей. С их эмоциями, болью потерей. Он видел, как Сильвия поддерживала их, как она хотела разделить с ними их скорбь. Это не могло не вызывать эмоции. Правда, Кевин еще не мог понять, какие именно эмоции он испытывал.

Разумеется, мистер Ньюман был не в восторге, когда Кевин покинул рабочее место во время рабочего дня. Он вызвал сотрудника к себе на разговор.

— Что с тобой происходит, Кевин? Все последнюю неделю тебя словно подменили. А теперь ты вообще уходишь неизвестно куда в рабочее время, — начальник сидел за своим столом, изучая Кевина внимательным взглядом. В его голосе не было злости или раздражения. Только волнение.

— Я понимаю, что поступил ужасно непрофессионально. Я не могу найти оправдание тому, что уехал сегодня.

— Мне не нужны твои оправдания. Ты, Дерек и Хлоя всегда были моими лучшими сотрудниками. Я до сих пор помню, как вы пришли ко мне на собеседования один за других в один день. Все втроем такие уверенные и профессиональные, но все равно разные. Хлоя была дерзкой и гордой, Дерек общительным и находчивым, а ты внимательным и терпеливым. Я сразу понял, что с вами компания многого добьется и не ошибся, — мужчина откинулся назад и скрестил руки на животе. – Поэтому мне печально видеть, как с вами что-то происходит. Ладно. Хлоя. К ее недовольству по поводу Одаренных, я уже привык. Я знаю, что и ты не любишь этих ребят, но ты никогда не позволял себе это показывать. Дерек вообще не знамо сколько будет в отпуске или на больничном. Мне кажется, он и сам не понимает, куда он ушел.

Упоминание друга, заставило Кевина сжать кулак. Он знал, что у его товарища гораздо большие проблемы, чем думает мистер Ньюман. Как и у самого Кевина. Вот только делиться всем этим, он был не готов.

— Я понимаю, мистер Ньюман. Обещаю, исправиться. На работе я буду думать только о работе.

Начальник не стал ничего добавлять. Он отпустил сотрудника, хотя в его глазах все равно оставалось беспокойство.

Кевин вернулся в своей офис и приступил к написанию отчета. Но работа не шла. Он все еще думал о сестре и ее жизни в Академии. Он бы хотел посетить ее еще раз. Расспросить о ее тренировках, познакомиться с ее друзьями. Это желание становилось все сильнее.

Сцена на кладбище повлияла на мужчину. Он увидел Одаренных под другим углом. Он увидел в них что-то большее. Обычных людей. Кевин решил вызвать к себе Пола. Это был единственный Одаренный в их компании, с которым Кевин был знаком.

Парнишка пришел спустя минуты две. Потерянный и взволнованный, как и всегда. Он держал в руке несколько папок.

— Мистер Томпсон, вы хотели меня видеть? — Пол звучал немного встревоженно. Кевин растянул губы в полу улыбке и предложил коллеге присесть.

— Я просто хотел поговорить.

Пол кивнул и сел на стул напротив письменного стола.

— О чем? Что-нибудь по поводу наших проектов, отчетов?

— Нет, не о работе, — Кевин сделал вдох, — Я хотел поговорить об Академии. Ты же учился в одной.

— Да. Я учился в нашей местной Академии, — Пол стал звучать менее встревоженно, но все равно ему было не понятно, почему с ним вообще завели этот разговор.

— Расскажи мне о своей жизни там. Как ты вообще попал в Академию и прочее. О своих друзьях и наставниках там.

— Вам, правда, интересно? — Пол скептически приподнял бровь. Кевин усмехнулся.

— Раз уж я спрашиваю.

Пол засмеялся над собственным глупым вопросом.

— Действительно. Но, я даже не знаю, что именно рассказать. Ну, мои силы проявились, когда мне было пятнадцать. Мать тут же отвела меня в Академию.

— Она поддерживала тебя? – перебил Кевин. Пол помедлил с ответом.

— Мой отец сказал ей, что, либо она отдаст меня, либо он придушит и ее и меня во сне.

Повисла пауза. Кевин не ожидал такого ответа, но не мог сказать, что его это сильно удивило. Кевин отклонился назад. Он попросил Пола продолжать, но сам уже не слушал. Он задумался. А что, если бы отец был жив. Если бы мать не ушла в запой и загул. Что если бы они узнали, что их дочь Одаренная, как бы они отреагировали? Вдруг, отец бы отреагировал точно так же? Захотел бы избавиться от такого отпрыска. Чью сторону тогда принял бы сам Кевин?

Пол плавно перешел к рассказу о днях в Академии. Кевин силился следить за его словами. Иногда она задавал уточняющие вопросы, но его мысли все равно витали уже в другом времени. В прошлом. Когда все было проще и понятнее.

Такие же мысли посещали и Лиззи. Всего несколько дней назад она работала в кафе и училась играть на гитаре. Теперь же она сидела в столовой Академии за одним столом с Питом и Саймоном, прося последнего помочь им найти Генри.

— Скажите честно, вы спятили. Совсем умом тронулись? Оба? — Саймон пил быстро растворимый кофе и листал новостную ленту в телефоне. Лиззи ужинала рисовой кашей, а Пит вообще решил ничего не есть. Ему кусок не лез в горло из-за волнения.

— Мы понимаем, что это все звучит дико. Но выслушай нас, — настаивала Лиззи. Она подалась чуть вперед. — Мы должны это сделать. Генри был под моей ответственностью. Я прошу твоей помощи.

— Он под нашей ответственностью, — добавил Питер, понизив голос.

В столовой было мало людей. Мало у кого разыгрался аппетит после похорон. И все-таки лишние свидетели им были не нужны.

— Это безумие. Вы не супергерои.

— Мы понимаем, — ответила Лиззи. Разумеется, они были всего лишь учениками Академии. Она лично только-только начала осваивать свой дар и использовать его.

— Но мы должны это сделать. Попытаться.

— Попытаться, чтобы нас тоже убили? — вдруг вспылил Саймон и прикусил нижнюю губу. Его пальцы сжались на кружке с кофе. — Вы видели, на что способны те убийцы. Я не хочу быть монстром, но с чего вы взяли, что Генри вообще еще жив.

Это мысль возникала в голове Лиззи. Она прогоняла ее всеми правдами и неправдами.

— Они забрали его. Никого больше, только его. Значит, он им нужен. Мы можем его найти и спасти.

— Либо ты неисправимая оптимистка, либо ты просто отказываешься принять реальность, — Саймон попробовал усмехнуться и отпил немного кофе. Он положил телефон на стол перед собой, экраном вниз.

— Может быть все сразу, — девушка слегка улыбнулась и откинулась назад на спинку стула. Пит сделал тоже самое, скрестив руки на груди. Он решил сказать.

— Мы понимаем, что просим о многом. Но нам, правда, нужна твоя помощь. Больше нам некого просить.

— И что же вам нужно от меня? Конкретно.

— Нам нужно добраться до Академии в Лондоне. И мы знаем, что у Академии есть самолет. И только ты в курсе, где он.

Саймон засмеялся.

— С чего вы это взяли?

Пит так же усмехнулся.

— Да брось. Ты получил прозвище Староста не просто так. Ты все здесь знаешь. К тому же твой дар это управление техникой и компьютерами. Ты нам нужен, чтобы…

— Угнать самолет Академии, — догадался Саймон. — Простите, но теперь я точно пасс, — Саймон допил кофе и встал, говоря о том, что разговор окончен. Он двинулся к выходу из кафетерия.

— Подожди здесь, — попросила Лиззи и двинулась за Саймоном. Пит остался сидеть за столиком и решил доесть рисовую кашу.

Элизабет вышла на улицу.

— Саймон, постой! — она нагнала его на пути к жилому корпусу. —Я должна тебе еще кое-что сказать.

Саймон обернулся, но не стал останавливаться.

— Хочешь использовать какой-нибудь туз в рукаве?

— Именно.

— Ничто не заставит меня нарушить правила и подвергнуть наши жизни опасности ради призрачной надежды.

— Тогда может ради Моники?

Саймон остановился и обернулся к девушке. Его глаза сузились. Лиззи продолжила.

— Мы с Питом слышали разговор директрисы с генералом. Они упоминали пропавших в Салите людей. Там было имя Моники.

— И ты уверена, что это именно моя Моника? — Саймон подошел ближе. Лиззи положила ему руку на плечо.

— Мне не хотелось в это верить, но это она, — она не отводила взгляда от своего друга. Он должен был согласиться помочь им. — Мы идем не только за Генри. Мисс Винтерс уверена, что те Одаренные стоят за всеми пропажами. Мы найдем их, найдем Генри и Монику. Саймон, прошу, — мольба очень явно прослеживалась в голосе девушки.

Саймон стоял молча, потирая предплечье большим пальцем. Риски и опасность, и тупость этой операции была для него очевидна. Но имя Моники сработало как триггер, как красная тряпка. Лиззи знала, за какие ниточки стоит дернуть, но не была уверена, что это сработает так идеально.

— Через два часа около входа в подземные лаборатории.

Лиззи расплылась в улыбке довольная собой. Она кивнула и двинулась обратно в столовую. Питер все еще был там. Он прикончил кашу в тарелке подруги и взял себе дессерт. Девушка села рядом с ним.

— Он в деле.

— И как ты это сделала? Использовала женские чары? — Пит в шутку толкнул подругу в плечо и усмехнулся. Лиззи улыбнулась в ответ.

— Можно и так сказать. Но не свои.

Лицо парня выразило непонимание.

— Чего? Ты о чем?

Лиззи посмотрела на своего друга, и слова застряли в горле. Она сначала нахмурилась, а потом засмеялась и пихнула парня в бок.

— Да я прикалываюсь. Просто очень вежливо попросила его.

Питер фыркнул и закатил глаза.

— Ну, да, ну, да. Колись, что ты ему пообещала.

Лиззи сделала вид, что она сильно оскорблена.

— Ты не веришь в силу моего убеждения? — ее голос звучал очень обиженно. Питер засмеялся и прикрыл рот рукой, чтобы не обратить внимание остальных на себя.

— Не смейся! — подруга пихнула его в плечо еще раз. Пит пытался подавить смех.

— Прости-прости. Тут дело не в тебе. Просто, порой, мне думается, что нашему Саймону вообще не интересны девушки. Поэтому я удивлен, что он так быстро сдался тебе.

— Ты недооцениваешь мое очарование. Фатальная ошибка, между прочим.

Они оба продолжили смеяться, перекидываясь подобными фразами. Спустя пару минут, Пит перевел дыхание и спросил уже более серьезно.

— В любом случае, как именно Саймон будет нам помогать?

Лиззи так же сделала пару глубоких вдохов.

— Он предоставит нам транспорт.

— То есть это весь его вклад в нашу миссию? — Питер чуть приподнял бровь.

— Да. И это очень весомый вклад. Или ты собрался пешком идти от Агдаса до Лондона? — Лиззи усмехнулась, представляя эту картину. Пит в ее разуме выглядел очень нелепо, совершая поход до столицы Англии.

— Ха-ха, очень смешно, пробурчал Питер, приступая к своему дессерту.

— Саймону можно доверять. Я просто это знаю. Это же он помог мне попасть в академию.

Питер проглотил очень большой кусок, чуть не поперхнувшись.

— Он?

— Да. Подруга дала мне его номер, мы поговорили, и он устроил мне встречу с директором.

— Не, я не спорю, Саймон на самом деле классный парень. Но порой, через чур, правильный.

Ближе к вечеру, пока Саймон выполнял свое обещание, провести ребят в ангар, Кевин решил так же выполнить свое. После работы он направился в кафе «Три Сиропа». Оно еще было открыто, и мужчина надеялся застать Монику на рабочем месте.

«Три сиропа» было не самым популярным кафе в Агдасе. Однако там всегда были люди. В основном пожилые люди, но и подростки также проводили там время за чашкой чая или за стаканом газировки. Кевин вошел внутрь помещения и огляделся. Три столика были заняты. За барной стойкой сидело двое. Барменом сегодня был парнишка лет двадцати трех. Кевин видел его пару раз, когда раньше забирал Лиззи после работы. Моники же нигде не было видно. По залу ходила всего одна официантка. Альбиноска в красном фартуке. Это явно была не Моника. И, судя по всему, эта девушка работала сегодня одна, судя по каплям пота на ее лице. Кевин подошел к барной стойке.

— Что налить? — тут среагировал бармен. Он приблизился к Кевину, протирая стакан.

— Нет, спасибо, я хотел лишь спросить, — отмахнулся Кевин. Он не был фанатом выпивки. По крайней мере, сейчас. Всегда вспоминал о матери в такие моменты. Бармен приподнял бровь. Кевин продолжил.

— Хотел спросить, Моника сегодня не работает?

— Ну, как видите, — несколько грубовато ответил парнишка. Он тут же поправил себя. — Простите, день был долгим. У нас тут вообще все странно. Сначала одна официантка пропала, потом вторая, а теперь еще и начальник на связь не выходит. Остались только я, Таня и наш повар.

— Как так? А куда остальные делись?

Бармен отложил стакан и оперся двумя руками о стойку.

— Да, если бы я знал. Просто уже пару дней на работу приходим только мы трое.

— Тогда, почему вы работаете? Закрыли бы кафе и отдыхали.

— Я так и сказал. Но Таня заладила: «Проверка, проверка!» — Бармен сделал вид, что сплевывает. – Дура несчастная. Но я-то не могу ее бросить. Жена как никак. А повару, по-моему, вообще все равно.

— Понимаю, — кивнул Кевин, все обдумывая. Все это начало казаться ему странным. На Академию Лиззи нападают, потом сестра просит проведать ее коллегу и выясняется, что Моника уже пару дней не приходит на работу.

— Слушай, а где Моника живет, не знаешь?

— Уж извини. Чего не знаю, того не знаю.

Кевин встал из-за стойки и двинулся к выходу. Он еще раз посмотрел на единственную официантку Таню. Скорее всего, сейчас она радуется, что кафе не пользуется бешенной популярностью.

Было бы замечательно, узнать, где живет Моника и навестить ее дома. Увидеть, что с ней все в порядке, и Лиззи зря переживает. Хотя, после всего, Кевин сам начал сомневаться, что все, на самом деле, в порядке. Слишком много странных происшествий.

Кевин достал телефон, чтобы позвонить сестре, но увидел время. Было уже довольно поздно. Для Лиззи это должен был быть длинный день. Не стоит беспокоить ее сейчас. Он решил позвонить ей утром и узнать, где живет ее подруга.

Глава 17. Начало операции

Как и договаривались, Лиззи и Пит встретились с Саймоном в ангаре под академией. Староста провел их к одному из летательных аппаратов. Он не был похож, ни на самолет, ни на вертолет. Скорее что-то среднее.

— И что это такое? — спросил Питер. Он не звучал очень впечатлено, в отличие от своей подруги, которая смотрела на аппарат во все глаза.

— Это летательный корабль академии. Достался директрисе от отца на сколько мне известно, — пояснил Саймон, подходя ближе и дотрагиваясь от металлического борта.

— А что-то попроще есть? — ворчал Питер, скрещивая руки. Лиззи пихнула его в плечо.

— Кончай заумничать, — прошипела она на него. Питер лишь закатил глаза, все еще держа руки скрещёнными. Саймона ничуть не оскорбило его поведение. Он усмехнулся и ответил.

— Я понимаю, что инопланетные технологии выглядят помпезно. Особенно такого формата. Но я уже давно…как бы…подружился с этим кораблем, — Саймон видимо смутился и почесал затылок. — Он готов нам помочь.

— Подружился? — переспросила Лиззи. — Как с человеком?

— Да, — Саймон нервно засмеялся. — Мой дар позволяет мне не просто управлять техникой. Я могу общаться с ней. Это как телепатия только с машинами.

— И они, правда, тебе отвечают? — искренне удивился Пит, хотя прозвучало это все равно как издевка. Лиззи пихнула его еще раз. Тот недовольно потер предплечье. Саймон же мягко улыбнулся, и дверь корабля открылась.

— Прошу. У нас, кажется, была миссия в Лондоне.

— И то верно, — улыбнулась довольная как кот Лиззи и поднялась на борт первой. Следом на корабль взошёл Пит, а потом Саймон.

Каждый из них ощущал разные эмоции. Пит не мог отмахнуться от чувства волнения, но также и нетерпения. Мысль о том, что они вот-вот угонят инопланетный корабль, и пугала, и заставляла трястись от возбуждения. Лиззи ощущала…ответственность. Именно она заварила эту кашу и заставила парней помогать ей. Теперь она в ответе за их действия. Можно ли назвать ее лидером? Вряд ли. Можно ли их вообще назвать командой? В этом Лиззи также сомневалась.

Саймон единственный, кто имел четкий компас своих действий. Одно единственное имя — Моника.

Лиззи прошла в переднюю часть корабля.

— Долго идете! — раздался женский голос от одного из кресел. Лиззи аж подскочила.

— Рита?!

Пит и Саймон также подошли, и Саймон выглядел недовольным.

— Рита! Ты как здесь? Мысли мои прочитала? — он сделал шаг к ней, поставив руки на бедра. Рита закатила глаза.

— Я не могу читать мысли, дурень. К тому же мне не нужно было этого делать.

— Тогда как ты поняла, где нас искать?

— Я умная, — усмехнулась девочка. Этот ответ не был принят никем из присутствующих. Требовались пояснения. Рита фыркнула.

— Пит хотел пойти за теми отморозками. Я направила к нему Лиззи. Потом я увидела их двоих в столовой и поняла, что Лиз смогла пробиться сквозь упрямство Питера. А потом я заметила, как ты, Саймон, шел к Академии и бормотал под нос. Ты так всегда делаешь, когда чем-то недоволен. А потом ты всегда идешь в амбар. Вот я и сложила все это в уме и решила подождать здесь.

— Как же ты меня бесишь, — пробурчал Саймон, глядя на свою маленькую подругу исподлобья. Так же невинно усмехнулась его замечанию.

— Я нужна вам. Вы же собрались лететь в Лондон не знамо на сколько, и никто не подумал о еде, воде, медикаментах. Так?

Все трое потупили свои взгляды. Лиззи решила взять слово.

— Мы…не планировали долго там задерживаться.

— Вот именно! — перебила ее Рита. — Вы не планировали. Ничего. Совсем. Как маленькие дети!

— Кто бы говорил, — встрял Пит.

— Я может и младше вас, — согласилась девочка, пожав плечами, – но даже в свои двенадцать лет, я понимаю куда больше, чем вы. И мозги у меня присутствуют, — она наклонилась чуть вперед в кресле и ногой постучала по мешку под сидением. Судя по всему там были необходимые вещи. – Так что я вам нужна.

Сначала, ни у одного из остальных ребят не было ничего для контраргумента. Они просто молча переглядывались друг с другом, пока Саймон не решил сказать.

— Но ты же ребенок. Тебе всего двенадцать…

— И? — тут же атаковала его Рита. — Вы тоже не слишком взрослые. Тебе, например, двадцать один. Это как двенадцать только наоборот.

Лиззи усмехнулась этому комментарию.

— Ты ее не переубедишь, Саймон. К тому же Рита, действительно, подумала о провизии и прочем в отличии от нас, — Лиззи положила руку Саймону на плечо. Парень понял, что не может спорить. Он переживал за свою подругу, но она была слишком упертой. В конце концов он сдался.

— Ладно. Полетим все вместе.

— Да, и вы полетите со мной, — в проходе за ними появилась Ванесса. На плече у нее так же была сумка, а одета она была в костюм, похожий на переплетение разных растений. В некоторых местах ее кожа была оголена: на запястьях, предплечьях, коленях, немного бедрах. Лиззи заметила, как Пит покраснел, и стукнула его локтем в ребро.

— Мисс Гарднер? – Саймон немного заикнулся. — Что вы… почему вы здесь?

— Расслабься. Я не здесь не для того, чтобы сделать выговор. Хотя надо бы. Я лечу с вами.

— ЧТО?! — все кроме Риты не смогли сдержать удивления.

— Неужели, вы такие наивные, полагаете, что справитесь сами. Вы не на соседнюю улицу пойдете, а в Англию полетите. К тому же вы хотите разыскать очень опасного Одаренного, из-за которого погибло слишком много наших людей. Я буду за вами присматривать, как ваш наставник. А потом, когда мы найдем этого Томаса Блэка, я выбью из него все дерьмо, — голос Ванессы звучал уверено и очень холодно. Однако Лиззи ощутила комфорт от ее слов. Они придавали странной уверенности.

— Я полагаю, все готовы, — каждый утвердительно кивнул заместителю директора. Она повернулась к Саймону. — Умеешь пилотировать?

— Да, — Саймон сел за главный компьютер, который управляет всем кораблем. Он коснулся панели и закрыл глаза. Повисла тишина, а потом панель издала звук и загорелись экраны. Двигатель начал работать.

— Вы бы присели все, — посоветовал им Саймон. — Я впервые взлетать буду.

Команда заняла свободные кресла. Их талии тут же опоясали ремни безопасности.

— Круто, — присвистнул Пит. Остальные так же были удивлены этим маленьким действием. Рита слегла повертелась в кресле, принимая более удобную позу. Саймон нажал несколько рычагов, и корабль начал взлетать. Машину немного трясло, и Лиззи начала чувствовать себя нехорошо. Ванесса, которая сидела рядом, обратила внимание на бледное лицо ученицы. Женщина протянула ладонь Лиззи. Сквозь ее кожу показался росток.

— Пожуй. Станет легче, — буквально приказала Ванесса. Лиззи лишь кивнула и взяла маленькое растение. Она положила его в рот и задала зубами. Растение было кислым.

— Что это?

— Поверь, от названия тебе станет только хуже.

Лиззи не стала допытываться, а просто продолжила жевать растение.

Саймон старался вести корабль ровно и плавно. Он включил режим маскировки. Тряска прекратилась и ремни безопасности исчезли сами собой. Рита тут же встала на ноги, потянулась и ушла в один из отсеков. Лиззи решила последовать за ней. Она надеялась найти место, чтобы прилечь. Пит же пересел на место Лиззи ближе к заместителю директора. Костюм женщины вгонял его в краску, но парень отбросил эти пошлые мыслишки и спросил.

— Как вы узнали, что мы собираемся улететь?

— Я заместитель директора. Я должна знать все.

Этот ответ ввел Питера еще в больший ступор. Ванесса поставил локоть на подлокотник и оперла голову на кулак.

— С помощью своего дара я связана с растениями. Я слышу все, что слышат они. А мои растения посажены по всей территории Академии. К тому же, я хорошо тебя знаю, Питер. Как и всех остальных. Я видела твое лицо после нападения. Ты был подавлен,но готов действовать. Это всегда было в твоем характере.

— То, что произошло там в песочнице… — Пит опустил голову. – Я облажался. Струсил. Дал им уйти.

Ванесса положила руку ему на плечо.

— Ты выжил, чтобы все исправить. Не нужно думать, что ты в одно мгновение стал бы героем, спасшим всех. Скорее всего, необдуманные действия убили бы и тебя. И никого бы ты не спас.

Такой жесткий, но справедливый ответ заставил Пита задуматься. Он откинулся на спинку стула и замолчал. Саймон, слышащий весь этот разговор, заметил молчание друга и решил сказать.

— Мисс Гарднер, а почему вы решили нам помочь?

— Я же уже сказала. Чтобы присмотреть за вами.

Саймон развернулся на своем стуле и посмотрел на женщину.

— Да. Но разве это все? Вы и костюм свой надели. Будто готовы не просто наблюдать, а драться.

— Может и готова, — Ванесса положила одну ногу на другую и посмотрела куда-то в сторону. Она, действительно, давно не надевала свою геройский костюм и вообще обещала себе этого больше не делать. Но ситуация вынудила. Саймон подметил ее настрой, но промолчал. Повисла еще одна пауза.

— Кстати, говоря о костюмах, — заместитель директора взяла свою сумку и открыла ее. — Я взяла для вас одежду.

Она достала штаны и встряхнула их расправляя.

— Это не какая-то особая броня, конечно, но когда-то наши ассистенты хотели ввести эту форму для всех учащихся для тренировок.

Питер взял штаны и начал их рассматривать. Черный цвет, эластичная ткань, похожая на спандекс, но более легкая на ощупь. Ванесса протянула Питу еще и верх от костюма — из той же ткани, длинные рукава, ворот под горло.

— Ткань сделана из смеси нашего спандекса и инопланетной ткани. Много лет назад директор смогла договориться об использовании нужных материалов и разработке этих костюмов.

— И почему же это не закрепилось как форма? — Саймон подал голос, когда ему в затылок прилетел его комплект.

— Денег не хватило на полное производство. Сделали только эти образцы, — ответила Ванесса.

Лиззи вернулась на главный мостик. Она все еще была бледна и присела на свободное кресло.

— Ты же хотела прилечь, — сказал Пит, глядя на нее.

— Да. Но там нет ни лежанок, ни кроватей толком. А Рита накричала на меня и велела перестать ныть.

— Накричала? — поразился Питер.

— Она может, — Саймон усмехнулся и отвернулся обратно к штурвалу, продолжил управлять кораблем.

Ванесса передала Лиззи одежду, встала со своего места и подошла к пульту управления. Он был полон неизвестных рычагов, кнопок и прочего. Не было ни одного символа, который женщина бы смогла прочитать.

— Саймон, ты, кажется, без труда управляешь этой машиной, — произнесла она.

— Ну, я бы не сказал, что без труда, — скромно отреагировал Саймон. — Но это мой дар.

— Расскажи нам о нем, — Ванесса прислонилась к стене и скрестила руки. В этот момент Рита тоже вернулась на мостик. Саймон удивился запросу.

— Вы же знаете, как работает мой дар.

— Я знаю, — согласилась с ним женщина, — но не твои товарищи. Вы можете называть эту вашу вылазку как угодно, но сейчас вы команда. А для команды очень важно понимать, как работают силы товарищей.

— В этом есть смысл, — согласилась Рита и присела на свободное кресло. Она скрестила ноги, и сама начала рыться в сумке женщины, выуживая свой комплект одежды.

— Это, правда, может быть важно, — так же отозвалась Лиззи. – Саймон, расскажи нам о своем даре.

Саймон слегка смутился, что все внимание было сейчас направлено на него.

— Ладно. Как хотите. Мой дар так просто не объяснишь. Я уже упоминал кое-что в ангаре. Моя сила похожа на телепатию. Только вместо живых существ я общаюсь с машинами и компьютерами. В общем с любой техникой. Хотя с компьютерами мне общаться проще. По сути, я просто вступаю в контакт и прошу аппарат что-то сделать.

— Звучит сложно и заумно, если честно, — Пит почесал затылок. — А если аппарат скажет тебе отвалить? — он засмеялся от своих же слов, представив, как Саймон сидит и буквально общается с какой-нибудь кофемашиной.

— В таком случае, я могу приказать, — Саймон не заметил юмора в словах парня. — Не люблю этого делать, но, если надо.

— Ясно, — отозвалась Лиззи. Значит, ты можешь буквально управлять машинами силой воли. Это очень интересно, — она улыбнулась, чувствуя восхищение. — Есть ли какие-то ограничения?

— Как я уже упомянул, электроника поддается легче, чем простая механика. Да и инопланетные технологии вряд ли будут подвластны мне. Этот корабль исключение, потому что я давно его знаю.

Все на секунду задумались. Лиззи рассуждала о даре старосты. Он казался ей интересным, но многое было все еще не понятно. Пит все еще представлял разговор Саймона с кофемашиной. Он тихонько хихикал себе под нос. Ванесса обратилась к Рите. Девочка, кажется, вообще не была заинтересована в разговоре, что не могло не удручать.

— Мисс Уайтхолл, не хочешь рассказать о своем даре?

Рита неловко подвигалась в кресле.

— Мой дар — видение прошлого. Я не могу контролировать дар, когда кто-то касается меня, но если я инициатор, то могу выбрать, что увидеть, - она машинально поправила перчатки.

— Так ты увидела похищение Генри из моих воспоминаний, — вспомнил Питер. Рита кивнула.

— А есть ли лимит твоих сил? — Лиззи поддалась вперед.

— Я могу видеть только то, что произошло в последние дни. Мой лимит около пяти дней.

— Думаешь, ты можешь увеличить это время? — продолжала Лиззи. Рита задумалась.

— Не уверена, но возможно, с тренировкой. Просто такой дар довольно сложно тренировать.

— Понимаю, — Лиззи покачала головой, желая спросить еще кое-что. – А ты можешь видеть воспоминания только людей?

— Что ты имеешь в виду?

— Ну, скажем…— девушка немного замялась, силясь сформулировать мысль, — животные или предметы. Ты можешь увидеть, что происходило с ними?

Рита усмехнулась, предполагая, что это шутка, но лицо ее собеседницы было серьезным.

— Ты не шутишь, — пробубнила девочка и прочистила горло, чтобы подавить последний смешок. — Никогда о таком не думала, если честно.

— Понимаю, — кивнула Лиззи и откинулась назад.

Ванесса, наблюдающая со стороны, не могла не отменить искреннюю заинтересованность Элизабет. Девушка задавала все правильные вопросы. Женщина обратилась к следующему.

— Что насчет тебя, Питер? В чем твой дар?

— О, мой дар называется фазированием. Или прохождение сквозь материю, — Питер звучал гордо, будто хвастался. Почти все присутствующие были уверены в этом.

— Если проще, я могу проходить сквозь предметы.

— Но ты не можешь пропускать других сквозь предметы, верно? — Лиззи вспомнила, как во время нападения, Питер не смог вызволить ее из земляной ловушки. Пит чуть поубавил свой пыл и кивнул.

— Да. Именно. Обидно, однако. Используя дар, я меняю структуру своего тела. Не думаю, что могу менять структуру других.

— Это не верно, — возразила Ванесса. Все посмотрели на нее. Пит наклонил голову на бок в вопросе. Ванесса вздохнула.

— Ты без проблем пропускаешь сквозь материю свою одежду вместе с собой. Одежда — это не часть тебя, но ты меняешь ее структуру. Значит, ты можешь менять структуру не живых предметов. Это начало.

Данное объяснение заставило Питера не на шутку задуматься. Он замолчал и стал смотреть куда-то вперед себя. Ванесса продолжила.

— Вам всем есть куда развивать свой дар. Но сейчас важно знать даже свой минимум. Что насчет тебя, Элизабет. В чем твоя сила?

— Ну, моя сила простая. Я могу создавать защитное поле вокруг себя или других предметов. Но, к сожалению, защита исчезает, если предмет двигается. О, кстати, — она посмотрела на Питера. — вспомнила, что хотела спросить, Пит.

Парень повернулся к ней.

— Если ты проходишь сквозь предметы, значит ты можешь пропустить что-то через себя. Например, скажем, если я буду ехать на тебя на машине, ты же сможешь избежать столкновения. Я просто проеду сквозь тебя, верно?

— Ну, в целом…

— А если скорость предмета будет большой. Скажем, пуля.

— Пуля?

— Это просто пример, — Лиззи подалась вперед. — Сможешь ли ты пропустить ее сквозь?

Питер почесал подбородок.

— Теоретически. Думаю, тут все будет зависеть от реакции, скорости и удачи.

Лиззи несколько раз кивнула, беря это на вооружение.

— Раз пошла такая пляска, давайте придумаем себе прозвища. Особые имена, а? — оживился Пит. Вся эта супергеройская тема была ему явно по душе.

— Например, меня можете называть Призраком. Ты, Лиззи, можешь быть Сферой. А Саймон будет Техномайнд, ну или просто Техно. А Риту мы можем назвать…

— Архив, — перебила его девочка, — я буду Архив.

Питер просиял.

— Круто! Тебе очень подходит. И довольно броско. Одобряю.

Ванесса улыбнулась уголками губ. Она дала этим ребятам пищу для размышлений. Каждый из них обладал потенциалом и им было куда расти. Однако был момент, о котором нельзя было больше молчать.

— Элизабет, есть кое-что, что мне нужно тебе сказать, — тон женщины стал намного серьезнее и холоднее. Лиззи посмотрела на нее растерянно и немного испуганно.

— Помнишь свой тест на дар в первый день?

Лиззи кивнула.

— Я еще долго не смогу забыть ту боль, — поежилась она. От одних только воспоминаний ее снова начинало укачивать.

— Боль? — тут же отреагировал Пит. — Тебе было больно? — он наклонился вперед и взял подругу за руку. В его глазах читалась тревога.

— А ты…ее не чувствовал? — голос Лиззи был пораженным. Она посмотрела на остальных. Саймон и Рита выглядели озадачено, но не так встревожено, как Питер.

— Нет, я лично вообще ничего не чувствовал во время теста, — произнес парень. Рита кивнула в подтверждение. Ванесса вновь взяла слово.

— Вот об этом я и хотела сказать. Тест Элизабет был, как бы сказать, уникальным. Мисс Винтерс обращалась к своим коллегам в других Академиях, чтобы выяснить в чем дело. Пару дней назад она выдвинула предположение.

Лиззи отпустила руку Пита и встала, делая шаг к женщине. Все ее тело выражало нетерпение и тревогу.

— В Академии в Париже был такой же случай пару лет назад. Их ученик также имел довольно болезненный тест. Это было связано с ее двойным даром.

— Двойным? — переспросил Саймон. Лиззи пока не особо понимала. Она лишь переводила взгляд с Ванессы на остальных.

— Это опасно? — спросил Питер у Ванессы, хотя все еще смотрел на Лиззи. Женщина покачала головой.

— Сложно сказать. Прошло больше недели, но второй дар мисс Томпсон все еще не проявился, как я понимаю.

Лиззи помотала головой в подтверждении. Она понятия не имела, что такое возможно. В ее голове начали проноситься все ее тренировки с Лидией и прочие занятия в Академии. Ничего странного она не замечала. Никакой второй способности.

— Может тест ошибся? Просто глюк? — спросила она с надеждой. Ей не хотелось думать, что она может быть в опасности.

— Глюк, который вызвал у тебя несусветную боль? — возмутился Пит и встал. — Ну да, конечно.

— Я согласна с Питом, — подала голос Рита. — Это не могло быть ошибкой.

Вся эта информация выбила ребят из колеи. Ванесса не могла не заметить этого, но лучше было сейчас все рассказать, чем позже.

Лиззи извинилась и ушла с мостика. Ей хотелось только найти тихое место и подумать или поплакать. Или все сразу.

Глава 18. Девочка и тень

Логово, обустроенное в пещере, было холодным и сырым, хоть и имело все необходимое для пребывания там группы людей на короткое время. Томас Блэк сидел в кресле, играясь с парой камней, которые он заставлял парить в воздухе. Рядом с ним была люлька. Несколько раз камни падали вниз в опасной близости от бортиков, грозясь приземлиться прямо на голову, мирно спящего внутри ребенка.

Портал озарил комнату, и слепая девочка с длинными черными волосами оказалась напротив парня.

— Я же велела быть осторожными с ребенком.

— С чего ты взяла, что я не осторожен? — Томас взял один камень и бросил его в стену сам. Тень за спиной девочки зашевелилась, являя существо, сотканное из черного дыма. Оно резко подлетело к Томасу и остановилось в сантиметре от его груди. Парень замер и постарался откинуться как можно дальше в кресло.

— Я понял, остынь. Все нормально с этим мелким.

Тень словно посмотрела в сторону люльки и вернулась к хозяйке. Девочка поправила волосы, чтобы они не закрывали ее незрячие белые глаза и спросила.

— Где Мария?

— Кормит своего ребенка. Ну или делает вид. Короче она там сзади, — Томас махнул в сторону двери, ведущей в остальные комнаты их убежища.

Девочка молча кивнула и оставила его, направившись ко второй своей напарнице. Мария сидела в соседней комнате. Она устроилась прямо на полу, скрестив ноги. Сгорбленная спина была направлена к двери, черные кудри закрывали ткань красного цыганского платья. Пальцы босых ноги выглядывали из-под коленей.

— Как твой ребенок? — тихо произнесла девочка и прикрыла дверь. Мария не повернулась, продолжила сидеть неподвижно, словно склонившись над чем-то.

— Он проголодался. Его нужно кормить каждые несколько часов. Со всей этой суматохой с Академией, я переживала, что у меня пропадет молоко.

— Я велела вам приглядывать за мальчиком, которого мы забрали. Он очень важен.

— Я знаю, но мне нужно было подумать и о своем ребенке, — спина женщины выпрямилась, она поправила тканевый кулек на своей груди. Видимо ребенок уже уснул.

Девочка подошла к ней ближе и наклонилась к ее лицу. Она протянула руку к кульку, но Мария быстро откинулась назад, избегая контакта.

— Он очень чутко спит.

— Понимаю, — девочка не стала настаивать и отступила. — Дети — это, наверное, сложно. Я слышала они довольно требовательны. Но становится проще, если их двое. Ты бы хотела, чтобы у твоего ребенка был старший брат?

Мария вздернула подбородок. Сама эта мысль заставила кровь в ее венах бурлить с новой силой. Ее напарница услышала, как участилось дыхание матери.

— Если мальчишка выживет после ритуала, ты сможешь забрать его себе. Я смогу договориться.

— У меня будет два ребенка? — Мария поднялась на ноги, прижимая ткань на груди ближе к себе, почти сдавливая. Девочка кивнула. Тень за ее спиной еле заметно затрепетала.

— Но для этого нам нужно чтобы Мерлин был цел и невредим перед самим ритуалом.

— Все поняла. Я присмотрю за ним, — воодушевлённая женщина вылетела из комнаты. Вскоре за соседней дверью можно было услышать ругань между Томасом и Марией.

Девочка же направилась чуть дальше по коридору, вниз по узкой лестнице, в комнату с одним единственным компьютером старой модели. Она нажала на кнопку. Экран засветился, демонстрируя человеческую фигуру. Это был мужчина. Плохое изображение искажало его черты.

— Ты хорошо справилась, Мишель. Хотя другого я от тебя и не ожидал.

— Прошу не зовите меня Мишель. Мне кажется, это имя мне не подходит. Оно слишком абстрактное. Мой вариант подходит мне больше, девочка присела на шаткий стул, ножки которого неприятно скрипнули под весом ее тела.

— Неужели ты ожидаешь, что я буду называть тебя Слепой, — мужчина усмехнулся и промочил горло каким-то напитком.

— Это слово олицетворяет мой изъян, — она коснулась нижнего века. — Оно мне вполне подходит.

— Твоя слепота не изъян. Ты моя идеальная дочь, превосходное творение. Ты никогда не подводишь.

— Я просто делаю, что вы велите.

— Вот именно, — мужчина откинулся чуть назад перед экраном. — Ты никогда не задаешь вопросы, никогда не сомневаешься. Всегда выполняешь задачу.

Мишель моргнула пару раз, словно прокручивая эти слова в своей голове.

— Не понимаю. Зачем задавать вопросы, если поставлена четкая цель. Вы сказали найти Мерлина и привести сюда живым любой ценой.

— Да, обычно люди начинают спрашивать зачем нужен этот Мерлин, какой у него дар, с кем придется сражаться и прочее.

Повисла небольшая пауза. Мишель вновь анализировала услышанное. Тень под ее ногами зашевелилась и обвилась вокруг ее ног.

— Зачем мне такое спрашивать. Мне не интересны эти подробности. Они лишние и дают ненужные уточнения, которые сбивают с толку и усложняют задачи. Зачем люди стали бы усложнять себе задачу?

Мужчина усмехнулся.

— Вот поэтому ты моя любимица. Просто доставь Мерлина к месту назначения и проконтролируй, чтобы он был в порядке.

Мишель кивнула и выключила экран. Когда она поднялась на ноги, тень встревожено заерзала и перекинулась на стену.

— Что такое? — Мишель обменялась взглядами с темным силуэтом, внимательно слушая его немой голос.

— Поняла. Это еще одно ненужное усложнение. Но может, — она чуть замешкалась, — может это сделает происходящее хоть чуть интереснее.

Поднявшись обратно наверх, она нашла Томаса и Марию. Женщина склонилась над люлькой, напевая что-то на иностранном языке. Томас дремал в кресле. Мишель подошла к люльке. Ребенок все еще спал, тихонечко причмокивая.

— Зачем ты поешь?

Мария замолчала и пожала плечами.

— Это просто колыбельная. Я ее с детства помню.

— Колыбельная? — Слепая произнесла это инородное для себя слово и слегка пожевала губу, словно хотела распробовать слово на вкус. — И зачем это?

— Их поют, чтобы дети быстрее засыпали, — женщина поправила собственного ребенка на своей груди и продолжила тихо мычать мелодию себе под нос, качая люльку.

— Мерлин и так спит благодаря лекарству. Он не услышит колыбельную. Зачем тогда ее петь?

Томас поерзал в кресле и открыл глаза. Он вытянул ноги.

— Чего ты к ней пристала? Пусть наша чокнутая мамаша поет свои песенки, если так хочет, — он хохотнул, но тут же поперхнулся, когда невидимая сила сжала его горло.

Мария напряглась всем телом и прошипела.

— Что ты сказал про моего малыша?

Томас продолжал задыхаться, хватаясь за ворот рубашки и силясь встать с кресла. Глаза его налились кровью. Мишель перевела взгляд с Марии на Томаса и обратно. Ее тень перекинулась на едва заметную тень Марии, заставив женщина вскрикнуть от боли. Томас вновь начал дышать и скатился на пол.

— У меня есть работа для тебя, — Мишель подошла к женщине и кивнула своей тени отпустить ее. Темный силуэт вернулся к ногам хозяйке, и Мария перестала корчиться. Мишель продолжила.

— Мне стало известно, что кто-то из той академии направился по нашему следу. Твоя задача остановить их.

Женщина поднялась на ноги, поправляя платье. Ее плечи все еще еле заметно тряслись.

— И как же я их найду?

Мишель закрыла глаза на секунду и глубоко вздохнула через нос. Ее тень двинулась к женщине. Та вскрикнула и отпрыгнула назад.

— Ты чего это? Убери этот от меня!

— Он покажет тебе, куда нужно идти, - спокойно объясняли Мишель. Томас за ее спиной почесал затылок и откинулся на спинку стула. Одну ногу он перекинул через подлокотник.

— А я думал прикосновение твой тени убивает.

— Убивает, — подтвердила девочка. — Но только если я приказываю.

Тень поползла вверх по ногам Марии. Женщина ощутила холод и легкое покалывание словно от колючей ткани. Она сжала свой свёрток. Затем тень прошла сквозь ее голову, передавая информацию и вернулась на прежнее место. Мария выдохнула и сделала неуверенный шаг.

— Я все поняла. Мне нужно их убить?

— Если так выйдет. Мне все равно, — ответила Мишель и покинула комнату.

Томас простонал.

— Блин, почему тебя посылают. Я хочу прикончить этих детишек. Ну, или кто там. Я бы и ту старуху директора прикончил бы. Слышал у нее глаза инопланетные. Вот бы оставить их себе.

— Ты ужасен, — помотала головой женщина и отправилась на задание.

Томас не отрицал ее слов. Он бросил взгляд на мальчишку в кроватке и вновь начал кидать камни, чтобы убить время.

Мишель заперлась в своей личной комнате, такая была только у нее, и присела на холодный пол. Голос в ее голове спросил.

— Что ты делаешь?

— Я хочу понаблюдать, — спокойно ответила девочка с закрытыми глазами. Она дышала ровно, а руки держала скрещенными. Голос продолжал.

— Я не о том. Что ты делаешь здесь? С этими пародиями на сверх людей.

— Ты не прав. Томас и Мария работают вместе со мной. Отец так велел. Я не сомневаюсь в решениях, принятым отцом или его людьми.

Тень довольно обвилась вокруг коленей девочки, словно недовольный кот. В комнате стало холоднее, по коже ребенка пробежали мурашки, но сама Мишель не дернулась.

— Пока мне, - в приказном тоне велела она. Тень молча скукожилась, но поднялась выше к глазам хозяйки. Тьма накрыла ее веки и заползла в самый разум. Мысли понеслись далеко через океан, леса и поля. Взор задерживался на людях. Тех, кто жил в городах, в горах или на берегу морей. Мишель наблюдала как они ведут быт, как общаются, как занимаются любовью или ссорятся.

Одна женщина зашла в булочную. Она перекинулась парой слов и продавцом, и тот дал ей буханку хлеба.

— Это еда, верно? — спросила Мишель. Тень кивнула.

Женщина вышла из магазина, на улице ее ждали двое мальчишек и мешковатых джемперах. Они начали тянуть ее за юбку и рассказывать что-то наперебой. Язык Мишель не узнавала.

— Зачем люди придумали столько еды? Разве нельзя питаться через лекарства? Там есть все необходимое, — проговорила она ровным тоном. Тень вновь кивнула.

— Это лишь показывает эгоизм людей. Они придумывают себе развлечение даже в пище. Еда должна быть сладкой, острой, кислой, соленой, чтобы они захотели ее съесть.

— Странно. Еда нужна для энергии и функционирования организма. При чем здесь вкус?

— Люди глупы.

Мишель продолжила наблюдение.

Глава 19. Защита других

Кевин так и не смог ничего узнать о Монике. Это не могло не расстраивать. На работе ее не было. Адреса девушки он не узнал. Скорее всего, это ничего не значит. Завтра Кевин сможет зайти в кафе еще раз, и Моника будет там.

Сигнал чайной машины вывел мужчину из раздумий. Он вытащил чашку с готовым чаем. Запах меда сразу заполнил маленькую кухню его квартиры. Кевин переехал в квартиру, с тех пор как Лиззи ушла в Академию. Хоть, отношения между братом и сестрой стали намного лучше, Кевин все равно не видел пока повода возвращаться в их дом. Может, когда Лиззи закончит свое обучение…

Попивая чай, Кевин услышал стук в дверь. Было уже поздно для гостей, тем более Кевин никого не ждал. Тем не менее, он сделал большой глоток напитка и пошел открывать дверь. На пороге стояла низкого роста женщина. Волосы ее были взъерошены и в уголках губ оставалась не до конца смытая помада.

— Простите, я ваша соседка Пенелопа Найт. У вас не будет пищевой бумаги?

— Бумаги? — Кевин посмотрел на свой диван, будто это самое подходящее место для хранения такого важного предмета в готовке. — Наверное…надо посмотреть. Проходите пока, — он пропустил соседку внутрь и отправился на кухню. Пенелопа прошла в гостиную и бегло осмотрелась. Она держалась скромно и просто встала у стены.

— А вы, Кевин Томпсон, верно? — спросила она неуверенно. Он ответил из кухни.

— Да. Вы, вроде недавно, переехали сюда?

— Полгода назад. Вы тоже переехали недавно.

Кевин нашел бумагу и вернулся к входной двери.

— Не совсем. Я жил с сестрой, а теперь решил вернуться в эту старую квартиру, — он передал рулон женщине. Та взяла его.

— С сестрой? — ее лицо просияло. — О, я помню вас. Точнее вашу сестру. Элизабет Томпсон, верно?

Кевин слегка приподнял бровь в немом вопросе. Пенелопа поспешила продолжить.

— Вы не помните, но я полицейский, которая доставила вашу сестру в участок после той аварии.

Кевин секунду подумал. Он не мог вспомнить эту женщину, но все же кивнул.

— Значит, вы работаете в полиции, — сделал он вывод, и потом его будто осенило. Он открыл уже было рот, но потом закрыл его и через секунду произнес совсем не то, что хотел.

— О таком, наверное, нельзя просить представителя закона.

Пенелопа усмехнулась и скрестила руки на груди.

— Я может и представитель закона, но я так же женщина, готовая помогать соседям. Что у вас случилось?

Кевин не ожидал такой реакции. Ее инициативность не могла не вызывать восхищения.

— Я хотел найти, точнее мне нужно найти одного человека.

Он жестом пригласил Пенелопу сесть с ним на диван. Женщина опустилась на край.

— Отсюда подробнее, если можно.

Кевин кивнул. Он чувствовал, что мог доверять этой женщине. Она знала его ситуацию с сестрой. Она знала, что Лиззи Одаренная, и, судя по всему, ее это никак не волновало. Она была приветлива и готова помочь. И это не выглядело притворством. Работая вместе с многими Несогласными, Кевин всегда видел разницу. Он и сам ни раз натягивал искусственную улыбку на свое лицо. Хлоя точно была бы в шоке от поведения Пенелопы. Эта мысль позабавила Кевина.

— Моя сестра сейчас в Академии, и она давно не видела свою лучшую подругу. Ее зовут Моника Сантос. Я хотел сегодня застать ее на работе, но мне сказали, что она не появлялась там уже несколько дней.

— Понимаю. Уверена вашей сестре сейчас нелегко, и она нуждается в друге, — Пенелопа положила руку на плечо Кевину. Это был очень материнский жест.

— Я попробую что-нибудь сделать. Не обещаю, но постараюсь, — она улыбнулась и встала на ноги. Кевин тоже поднялся и отдал ей пищевую бумагу.

— Спасибо.

Они попрощались, Пенелопа пошла домой. Кевин закрыл за ней дверь и почувствовал облегчение. Возможно, еще есть шанс сделать что-то для Лиззи.

Только почувствовав себя лучше, Кевин получил сообщение от Хлои.

«Включи новости»

Мужчина нехотя отдал голосовую команду телевизору. Если писала Хлоя, хорошего ждать не приходилось. Он попросил включить местные новости. События на экране вмиг привлекли его внимание. Он увидел здание своего офиса. Кевин отложил телефон и теперь внимательно слушал слова журналиста, прибавляя звук.

— Сегодня в три часа по местному времени был произведен взрыв в здании местной строительной компании «Ньюман Корп». По словам очевидцев взрыв так же сопровождался чередой выстрелов внутри здания. Наши эксперты и полиция считают, что это был террористический акт совершенный Несогласными. Причиной могло послужить решение президента компании Артура Ньюмана нанять на работу Одаренных. Подсчёт пострадавших все еще продолжается, но сейчас на экране вы видите имена тех сотрудников, кто погиб или находятся в больницах.

Волна холода обдала Кевина, когда она увидел имя Пола. Его коллега, этот бедный парнишка, сейчас, возможно лежит в больнице. Кевин начал молить, чтобы Пол был, хоть и в ужасном состоянии, но живым.

Перед глазами возникло кладбище Академии. Пол не просто Одаренный. Он чей-то сын, друг. Есть ли у него семья?

Репортер продолжал рассказывать, но телевизор уже не волновал Кевина. Он схватил свою куртку и выскочил из квартиры, даже не выключив телевизор и не заперев дверь.

Центральная больница Салита была полна людей и суматохи. Две женщины администратора старались перекричать людей и ответить на их вопросы. Они делали все возможное, чтобы оставаться вежливыми и спокойными. У одной это получалось хуже, чем у другой. Кевин смог протиснуться к ним только спустя десять минут. Толпа буквально придавила его к стойке.

— Пол Грейсон здесь?

Одна из сотрудниц посмотрела на мужчину. Она была уже готова начать задавать ему стандартные вопросы, но коллега ее остановила.

— Палата 308.

Кевин благодарно кивнул и двинулся к лифтам. Удивительно, как при таком количестве посетителей, ему удалось попасть в совершенно пустой лифт. На ватных ногах он нашел нужную палату. Перед дверью остановился, чтобы перевести дух. Кевин не ожидал, что будет так переживать за своего Одаренного. Но та сцена в Академии оставила свой след. Мужчина сделал вдох и, постучав для приличия, вошел в палату.

Пол лежал на кровати. Рядом с ним сидела женщина в вязаной кофте. Он была явно старше Пола и выглядела уставшей. Кевину сразу бросились в глаза следы слез на ее щеках. Сам Пол лежал на подушке и тихо что-то говорил. У него была перебинтована рука и ключица. Как только Кевин вошел, Пол замолчал и посмотрел на вошедшего.

— Мистер Томпсон, — прохрипел он.

— Эй, приятель, — Кевин улыбнулся. Намного радушнее, чем сам планировал.

— Я Эллисон, его домовладелица. А вы его коллега, видимо, — Женщина протянула Кевину руку. Ее хватка была крепкой, не смотря на хрупкое телосложение. Она не позволила Кевину ничего сказать и повернулась к Полу, — Я пойду выпью кофе, — она вышла из палаты быстрым шагом.

Кевин присел на ее место на стуле.

— Твоя домовладелица?

— Да. Эллисон очень хорошая и переживает обо всех своих квартирантах, — Пол хотел приподняться, но Кевин остановил его.

— Как ты? Что произошло?

— На наше здание напали. Я был на первом этаже, когда услышал взрыв и выстрелы.

— В тебя стреляли? — Кевин кивнул на бинты. Пол слегка пошевелил раненной рукой.

— Нет. Это я включил героя. Отпихнул нашу секретаршу.

— Сильвию? — Кевин машинально подался вперед на своем стуле. — Она в порядке?

— Насколько я знаю, да. Ее, вроде, не задело. Я слышал мистер Ньюман так же в больнице, — Пол прочистил горло. Он все еще хрипел. Кевин увидел кулер в углу комнаты и пошла налить воды.

— Надо будет и его навестить, — он достал стакан.

— Я не ожидал, что ты решишь навестить меня, — признался Пол. Его слова были ожидаемы. Кевин вернулся к его кровати. Он помог ему сесть выше и передал стакан. Пол сделал маленький глоток.

— Твоя семья уже была здесь?

— Нет, все мои родные остались в Канаде, — признался парниша и сделал еще глоток.

— Так ты из Канады? У тебя почти нет акцента.

— Ага, — Пол усмехнулся, — я переехал в Агдас сразу, как только окончил Академию.

— Семья тебя поддержала в этом?

— Они не знают, где я. Мой дар проявился в десять лет. Отец тут же отвел меня в Академию и больше я их не видел.

Это признание поразило Кевина. Хотя, он должен был ожидать чего-то подобного. Скорее всего, истории Одаренных примерно одинаковые. Это все брошенные дети, которые ни в чем не виноваты. И они брошены самыми близкими людьми. Кевин все больше и больше понимал это и видел себя, как на их месте, когда потерял отца и мать ушла из семьи, так и на месте тех уродов родителей, когда отвернулся от своей сестренки.

— А друзья?

Пол сделал еще глоток.

— Миссис Элисон мой единственный друг, по сути.

Это был ужасный ответ. Кевин дотронулся до плеча парня.

— Ну, теперь у тебя есть еще друг, — он усмехнулся, стараясь сменить настроение в палате. Уж слишком трагичным оно стало. Пол так же улыбнулся.

— Ты прав. Спасибо.

Дверь в палату открылась. Кевин решил, что это домовладелица вернулась, а Пол ожидал увидеть медсестру. Однако ни один из них не угадал. На пороге стояла Хлоя Вудс. Она держала в руках роскошный букет. Пол тут же поежился и отвернул лицо.

— О, Полли, ты не так плохо выглядишь, как я ожидала. Наш настоящий герой! Спас хрупкую секретаршу. Она теперь должна тебе поцелуй, — женщина вошла в палату без приглашения и положила букет в ноги пациента. Пол чихнул.

— Что такое? — спросил Кевин.

— У меня аллергия на цветы, — Пол чихнул еще раз и еще. У него покраснел нос. Хлоя засмеялась.

— Ой, извини, я же не знала. У Одаренных тоже бывают аллергии. Буду знать, — она подбоченилась. Кевин медленно поднялся со стула.

— Пошла от сюда, — прошипел он.

— Что ты сказал? — Хлоя наклонилась чуть вперед, глядя на своего бывшего.

— Я сказал, катись отсюда!! — Кевин схватил букет и швырнул его в коридоре через незакрытую дверь.

— Что на тебя нашло, Кевин? — Хлоя изменилась в лице.

— Вон!! — он выпихнул ее за дверь. Хлоя ударилась о стену, но это не уняло ее гнева. Она стукнула по закрытой двери.

— Скотина! Чтоб вы оба сдохли!! — она пихнула свой же букет ногой и двинулась к лифтам. Хлоя не привыкла к подобному обращению. Особенно после того, как она бросила Кевина.

Пол был поражен выдавшейся сценой, но он был благодарен парню.

— Она все-такие пришла. Может, она…

— Хлоя не меняется. Поверь, твое самочувствие — это последнее, что ее интересует, — Кевин вернулся на стул и потер свою шею. Пол откинулся назад на подушку. Его чихание прошло.

— Порой, я злюсь на таких, как Хлоя и Несогласные. Они делают ужасные вещи, как сегодня. Те люди напали на наше здание, и их совершенно не волновало, кто Одаренный, а кто обычный. Это ставит меня в тупик. Неужели людская ненависть может быть такой слепой и безжалостной?

Кевин ответил не сразу. Он сжал кулак, а потом расслабил его.

— Боюсь, никто из нас и представить не может, насколько люди могут быть слепо жестоки.

Дверь палаты открылась вновь. Оба мужчины напряглись, ожидая вновь увидеть Хлою, но она пороге стояла Миссис Элисон. Она улыбнулась, держа два стаканчика кофе. Кевин понял, что ему уже пора. Он попрощался с Полом и вышел в коридор. У лифта, его нагнала миссис Элисон.

— Простите, — она тронула его плечо, и он повернулся к ней.

— Я только хотела поблагодарить вас.

— Меня? — удивился Кевин. — За что?

— Я знаю, что вы с Полом только коллеги, но я рада видеть, что он становится близок с кем-то. Пол хороший человек, хоть и Одаренный.

Последняя реплика заставила Кевина сузить глаза.

— А вы против этого? — спросил он напрямик. Лифт приехал, но Кевин решил пока не входить в него.

— Не подумайте, я не из Несогласных. Те люди вообще ужасны. Просто я сталкивалась с нечестными Одаренными, когда только начинала управлять домом. Но я хочу верить, что нечестность никак не связана с даром.

— Это понятно, — кивнул Кевин и нажал на кнопку лифта еще раз, когда двери уже закрылись. Он подождал пару секунд, когда они откроются вновь и вошел внутрь.

— Я был рад познакомиться с вами, миссис Элисон, — он кратко улыбнулся ей, и его лифт начал спускаться вниз.

Запертый в тихом лифте, Кевин невольно подумал, сколько еще людей и мире желают убить Одаренных просто потому, что они существуют. Теперь это касается и его родной сестры, а значит эти мысли ранили мужчину, как никогда раньше.

Элизабет тем временем сидела в одной из кают инопланетного корабля. До Лондона лететь еще несколько часов. Ванесса настояла на том, чтобы Саймон не гнал слишком сильно. На то были две причины. Первое, Саймон все-таки, впервые управляет кораблем за пределами Академии, а также излишняя активность может привлечь внимание военных. Ванесса хоть и бывшая военная, но это операция не санкционирована.

Лиззи размышляла о том, что они будут делать, долетев до Лондона. Когда узнают все что нужно. Поможет ли это найти и одолеть тех, кто напал на Академию и убил стольких ее товарищей и наставников. Неужели они, действительно вступят в противостояние? Лиззи всего девятнадцать, Рите вообще двенадцать. Единственный опытный в таких делах человек — это мисс Гарднер. Именно с ней и стоило поговорить.

Заместитель директора находилась на мостике вместе с Саймоном. Она неустанно следила за полетом. Лиззи подошла к ним обоим и кашлянула, чтобы привлечь внимание. Саймон и бровью не повел. Он был слишком сосредоточен. Ванесса же повернулась и осмотрела Лиззи с ног до головы.

— Элизабет, что-то хотела?

— Да. Можно поговорить с вами. Наедине? — тон Лиззи был более взволнованным и напуганных, чем она рассчитывала. Но зато женщина сразу согласилась выделить пару минут для ученицы. Они решили пойти в отдаленную каюту и поговорить там. Ванесса пропустила девушку внутрь и закрыла дверь за своей спиной. Она молча предложила Лиззи сесть. Девушка послушалась и кашлянула перед тем, как начать говорить.

— Можете рассказать, как вы были супергероем?

Ванесса потерла шею и облокотилась на стену, напротив девушки.

— Это было довольно давно. Не люблю я, когда меня называют супергероем, но, если так проще. Наверное, будет лучше, если я начну с самого начала. В моем прошлом полно темных дней и моментов, о которых хочется забыть. Но сейчас я понимаю, насколько они все важны. Мой дар открылся, когда мне было пятнадцать лет. Сразу после того, как я узнала о своей беременности.

— Беременности? — пискнула Лиззи и тут же прикрыла рот рукой. Она не хотела перебивать наставника. Однако Ванесса просто продолжила.

— Это было давно. Я забеременела не по своей воле и узнала только, когда почувствовала жгучую боль в животе. У меня началось кровотечение. В больнице на узи был виден плод, пронзенный сотней маленьких тонких стеблей. Моя сила убила моего возможного ребенка, и я до сих пор не знаю благодарна ли я за это.

В эту секунду Лиззи не видела перед собой взрослую опытную наставницу. Она видела лишь травмируемую женщину, которая прошла сквозь ад и, возможно, не один. Девушке захотелось обнять мисс Гарднер, но она поборола это желание, так как посчитала его неуместным.

— Меня сразу же определили в Академию. Честно скажу, директор моего приюта была даже рада этому, — Ванесса усмехнулась, вспоминая лицо той старухи.

— Вы жили в приюте?

— Да, — кивнула женщина. — Мои родители погибли, когда мне было три кода. Авария. Меня перевезли в Агдас. Но это лишняя информация. Тебе интересно знать, как я стала Деметрой.

Ванесса села рядом с Лиззи и размяла плечи.

— Я окончила Академию в семнадцать. Мне потребовалось меньше времени, чтобы овладеть даром. Становиться супергероем я не собиралась, но не хотела, чтобы боевые навыки пропали. В итоге я пошла в армию. Служила несколько лет. Участвовала в операциях и сражениях. Примерно, в 22 года, я встретила свою будущую подругу Роксану. Она работала в лаборатории, и мне приказали ее защищать. Очень быстро я поняла, что моя защита ей совершенно не нужна.

— Роксана обладала даром? — догадалась Лиззи, и наклонилась чуть вперед.

— И еще каким. Она могла создавать и управлять любым проявлением огня и жара. Огонь, свет, тепло, лава, все было в ее контроле. Она была очень сильной. В итоге мы подружились, но общались редко. У каждой из нас были другие обязанности.

— Но вы любили ее?

— Больше всего на свете. Она была моей лучшей подругой.

Эти слова тронули Лиззи сильнее, чем она могла подумать. Девушка не ожидала увидеть эту сторону заместителя директора. Ранимую сторону. В жизни Ванессы был очень важный человек, с которым она рассталась. Неужели Элизабет и всем остальным так же придется пройти через это? На секунду Лиззи подумала, что очень мало знает о своих товарищах. Даже о Пите она знала лишь какой-то минимум, не смотря на их дружбу.

Их беседа бы продолжилась, но корабль начало трясти.

— Какого… — Ванесса вскочила с места и пошла на мостик. — Саймон, что происходит?

Лиззи последовала за ней. В коридоре она столкнулась с Питом. Тот был крайне недоволен.

— Какого черта, Саймон! — судя по виду, Пит хотел вздремнуть. Рита молча прошла мимо ребят прямо на мостик вместе с Ванессой.

Саймон пытался нажимать на кнопки и рычаги, но корабль все еще шатало.

— Это не я, — его голос полон замешательства.

— Тогда в чем дело? — требовала ответа Ванесса.

— Я не уверен. Корабль говорит, что…кто-то ее держит. Я не понимаю.

— Держит? — Ванесса почувствовала неладное. Это не было простым сбоем в системе. — Нужно покинуть корабль, — скомандовала она.

— Что? Но мы… — Лиззи не успела закончить. Стены корпуса начали скрипеть и искажаться. Они сдавливались, словно их сжимали гигантскими пальцами. Саймон закричал от боли и схватился за голову. Рита подбежала к нему.

— Что нам делать?

Наставница уже использовала свою силу, чтобы проделать дыру в корпусе корабля.

— Прыгайте!

Все были в полном недоумении. Питер был первым, кто прыгнул. Рита сильнее ухватилась за Саймона, уставившись на дыру широкими глазами. Ванесса оттащила Саймона от панели управления и прыгнула вместе с ним и Ритой, крепко держа ее за руку. Лиззи была последней. Ей хватило доли секунды, чтобы увидеть воду под их ногами. Они пролетали над океаном. Испугавшись за своих друзей, она создала защитное поле вокруг каждого из них. Но лишь на пару секунд. Этого оказалось достаточно, чтобы смягчить удар от падения на воду. Однако Рита, ввиду слабого тела все же потеряла сознание. Пит подхватил ее, будучи рядом.

— Рита! — Лиззи подплыла к ним.

Ванесса и Саймон наблюдали за кораблем в небе, который корежился и разрушался от неизвестной силы. Саймон чувствовал все это и ему было визуально плохо.

— Отключи связь, Техномайнд! — голос Ванессы был тверд, но в нем прослеживались нотки волнения и неопределенности. Она понимала, что происходит, но не была до конца уверена.

— Не могу, — сопротивлялся Саймон. Его связь с кораблем была слишком сильна.

— Осторожнее!! — завопил Пит, когда корабль вдруг начал падать прямо на них. У них не было времени отплыть. Даже если бы Рита не потеряла сознание, а Саймон мог бы нормально функционировать, они бы не успели. Лиззи попыталась создать щит, вокруг них. Какая-то непонятная дымка появилась вокруг них, но быстро исчезла. Даже сама Лиззи не была уверена, что ей это не показалось. Ванесса выпустила из рук лианы и создала что-то наподобие навеса из них. Корабль упал на лианы и скатился по ним в воду рядом с героями. Огромная волна отшвырнула их от корабля. Пит держал Риту, Лиззи вцепилась в него. Ванесса пыталась удержать Саймон. Волна оказалась не такой большой, благодаря навесу Ванессы, но все же она смогла накрыть команду и заставить их биться с водой за право вновь всплыть на поверхность. Питер думал о том, чтобы Рита была под водой как можно меньше. Как только они все вынырнули, Рита очнулась и закашлялась.

— О, ты жива. Слава богу, — выдохнул Пит с облегчением. Рита вцепилась в его плечи и оглянулась на остальных, на корабль и довольно быстро все поняла. Она обратилась к Ванессе.

— На нас напали, — пробубнила она, силясь держаться на воде.

— Именно. Не теряйте бдительности. Они могут быть еще рядом, — наставница держала Саймона, но внимательно озиралась по сторонам. Они были на открытой местности. Никаких укрытий. Враг мог атаковать откуда угодно.

Внезапно Рита резко ушла под воду. Словно ее что-то утащило.

— Рита!! — Пит тут же нырнула за ней. Лиззи хотела последовать за ним, но ее остановил тот факт, что Саймон был буквально вырвал из рук Ванессы и теперь висел высоко в воздухе, словно кукла. Его руки и ноги были расставлены в стороны. Напротив него парила женщина. Откуда она появилась, никто не заметил, но не нужно было быть гением, чтобы понять, что это не друг. Мексиканка судя по внешности. Смуглая брюнетка с копной спутавшихся на ветру кудрявых волос. Она была одета в длинное красное цыганское платье. На груди у нее был сверток. Ванесса пыталась атаковать ее лозами, но женщина отклоняла их своей силой.

— Она телекинетик, — догадался Пит. Он только что вынырнул вместе с Ритой.

— Вы так сильно шумите. Мой ребенок хочет поспать, — проговорила женщина томным, приглушенным голосом. Ей будто было вообще все равно, что происходит вокруг. Она использовала телекинез и сломала ногу Саймону. Тот закричал от боли. Лиззи попробовала защитить его защитным полем, но телекинез сломал его. Ванесса обратилась к Элизабет.

— Создай сферу вокруг нее, — приказала женщина.

— Но это не срабо…

— Делай!!

Лиззи опешила, но не стала спорить. Ванесса бывшая героиня. Она знает, что делает. Лиззи сосредоточилась и создала защитное поле вокруг врага. Женщина даже не двинулась с места и просто сломала это поле, однако Ванесса на это и рассчитывала. Она воспользовалась моментом и схватила женщина за ноги своей лозой. Она резко дернула и заставила мексиканку упасть в воду. Саймон стал так же падать так как телекинез его уже не держал. Пит поймал его. Лиззи и Рита держались рядом друг с другом. Ванесса нырнула к тому месту, где был враг, но женщина уже скрылась.

— Что все это вообще было, — Пит говорил с паузами. Держать Саймона было намного сложнее, чем Риту.

— Скорее всего это был один из тех, кто напал на Академию, — предположила Ванесса. Она отплыла чуть подальше и начала говорить по переговорному устройству.

Лиззи подплыла к Питу и Саймону. Рита наблюдала за наставницей, пока та с кем-то разговаривала. Каждый из них понимал, что это далеко не последнее нападение. Пит думал о том, как защитить Лиззи и Риту. Саймон винил себя в том, что не заметил угрозы раньше. Рита чувствовала себя лишь обузой, ведь она вообще ничего не смогла сделать, а Лиззи страшилась того, во что втянула своих друзей.

Глава 20. У каждого свои причины

После нападения на здание компании, работа была приостановлена. Разумеется, мистер Ньюман хотел настоять на том, чтобы вернуться к своим обязанностям, но его состояние требовало отдыха. Пол так же оставался в больнице вместе с некоторыми другими пострадавшими сотрудниками.

Всех остальных в разные дни приглашали в полицию для допроса. Кевин оказался в первой группе, но стоило ему прийти в участок, как его встретила соседка. Пенелопа была одета в свою униформу и фуражку. Она сняла ее, когда подошла к мужчине.

— Я отмазала тебя от этих вопросов, — она подмигнула ему. — Зачем тебе на них отвечать, если я знаю, что ты был не на работе, верно?

Кевин кивнул, соглашаясь.

— Но я все равно хочу поговорить, — продолжила женщина. Она взяла Кевина под руку и повела в свободную комнату.

— О чем поговорить? — они сели друг напротив друга. Пенелопа скрестила пальцы в замок и подалась чуть вперед.

— Я смогла найти Монику Честер, как ты и попросил.

— Правда? — Кевин вмиг оживился. Хоть одна хорошая новость. Однако Пенелопа не выглядела радостной.

— Точнее я знаю, где она может быть.

— Что это значит? — Кевин также подался вперед. Пенелопа кашлянула в кулак и продолжила.

— Уже месяц один из наших отделов занимается…пропажей людей в Салите.

Кевин изменился в лице. Он впервые слышал, что в его родном городе пропадают люди. Хотя, откуда ему такое знать. Сейчас новости освещают только бойню между Несогласными и Одаренными. Будто других новостей не бывает.

— И… выходит…

Пенелопа поспешила прервать его.

— Я не могу сказать наверняка. Но по некоторым данным, Моника подходит под описание девушки, которая была похищена. Есть запись с камеры. Я не могу рассказать больше. Мне жаль.

— Нет, ты смогла хоть что-то узнать. Новости, разумеется, ужасные, но уже лучше, чем ничего.

Кто-то вызвал Пенелопу по рации, и женщина покинула комнату, оставив Кевина одного. Мужчина откинулся на спинку стула, переваривая услышанное. Стоит ли сообщать Лиззи эти новости. Она переживает за подругу и имеет права знать, но у нее сейчас и так забот хватает. Брат решил оставить информацию при себе. По крайней мере на время.

Он был прав, считая, что Лиззи хватает забот. Так и было. Сейчас она и ее товарищи летели на личном скоростном самолете героя по имени Призрак. Это имя ничего не говорило девушке, но вот Пит чуть в обморок не упал, увидев его. Призрак оказался давним другом Ванессы еще со времен ее супергеройской деятельности. Судя по акценту, он был французом, но большего сказать было нельзя. Да, и не о нем Элизабет думала сейчас. Она прошла в отдельный отсек, где еще один герой лечил ногу Саймона. Когда девушка вошла, лечение как раз закончилось. Молодая женщина лет тридцати с небольшим повернулась и одарила гостью улыбкой.

— Здравствуй, я Одри, — сказала она с сильным французским акцентом. Лиззи лишь кивнула и перевела взгляд на своего друга. Саймон сидел на койке и смотрел в пустоту.

— Я залечить его нога. Но он слаб и побавлен, — сказала Одри, вставая.

— Подавлен, — тихо поправила ее Лиззи и села на край кровати. Саймон никак не отреагировал на ее присутствие. Одри еще немного постояла, переминаясь с пяток на мыски, но потом все же решила оставить молодых людей одних.

Лиззи не знала, что сказать, хотя сказать она хотела много чего. Она несколько раз открывала рот, но тут же закрывала его.

— Извини, — вдруг подал голос Саймон. Он все еще не смотрел на девушку.

— Что? Почему ты извиняешься?

— Я отвечал за наш корабль. Я должен был почувствовать, что что-то происходит, — голос Саймона был тихим, и он говорил медленно. Лиззи вспомнила, как плохо было Саймону во время нападения. Она дотронулась до его ладони.

— Здесь нет твоей вины. Ты и так много делал. Управлял целым космическим кораблем. Да и вообще ты согласился помочь мне, — девушка убрала свою руку и потёрла свое предплечье. — И, если честно, я уже жалею обо всей операции.

Саймон сел чуть повыше, морщась. Его нога была в порядке, но головная боль никуда не делась. Лиззи продолжила.

— Во что я вас всех вовлекла? Нужно было…

— Сделать все одной? — перебил ее Саймон. — Ты серьезно? И как ты себе это представляешь? У тебя не было бы ни транспорта, ни помощи, ничего. Я предоставил корабль, Рита подумала о провизии, Пит вообще изначально был зачинщиком всего этого. И, неужели, ты думаешь, что без наставника мы бы хоть куда-нибудь продвинулись? Каждый из нас внес свой вклад, потому что мы тут не просто тебе помогаем. У нас есть и личные интересы. Насчет моих ты знаешь, хотя это действительно ты меня так подло подкупила. Пит хочет исправиться перед тобой, а Рита, скорее всего, хочет мести.

— Мести? — Лиззи не ожидала такого варианта.

— Да, — Саймон откинулся назад. Головная боль начала отступать. — Может со стороны и кажется, что я ее единственный друг, но это не так. Рита привыкла избегать людей, но в Академии есть тройняшки, которых она очень любит.

— Те, слепые тройняшки, которых все избегают?

Саймон усмехнулся, и Лиззи смутилась своей реакции. Это было не очень вежливо.

— Прости… — пробубнила она.

— Да, ладно. Ты в чем—то права, — Саймон скрестил руки на груди и откинулся на подушку. — Их на самом деле избегают. В основном, из-за их слепоты. Порой кажется, что они только притворяются. Но Рита почти сразу подружилась с ними. Когда я спросил ее об этом, она сказала, что у них нет визуальных воспоминаний.

— Чего? — такое словосочетание девушка слышала впервые.

— Да, у меня была такая же реакция, — усмехнулся Саймон, — но тебе лучше ее спросить. Я не особо силен в этой терминологии.

Лиззи кивнула и поднялась на ноги. Она пробежалась взглядом по уже вылеченной ноге Саймона.

— Отдыхай, — она улыбнулась и вышла из медицинского отсека, чтобы найти Риту.

Девочка сидела в машинном отделении, среди всяких труб и двигателей. Одри подсказала Лиззи, что Рита именно там.

— Ну ты и забралась, — проворчала Лиззи, проходя под какой-то трубой. Однако ее улыбка вмиг исчезла, когда она заметила, что Рита вытирает лицо рукавом.

— Эй, не плачь. Ты чего? — было неожиданно увидеть Риту такой. Лиззи тут же оказалась рядом с ребенком и накрыла ее плечи своими ладонями.

— Я не плачу, — отмахнулась девочка и стряхнула руки со своих плеч.

— Прости, мне показалось…

— Тебе показалось! — грубо огрызнулась Рита и поднялась на ноги, чтобы уйти, но Лиззи схватила ее за рукав.

— Постой. Это нормально чувствовать себя плохо. Особенно после того, что было.

Рита глянула на нее через плечо.

— Все нормально, — она отдернула руку и оставила Лиззи одну в машинном отделении. Гудение двигателей вмиг стала намного громче.

Ванесса уже успела изложить детали произошедшего своего другу Призраку. Рассказ озадачил его.

— То, что ты рассказываешь, Несси…Это очень серьезно.

— А то я не знаю. И не называй меня Несси, Ник, просила же, — женщина скрестила руки на груди, глядя в лобовое стекло самолета. Призрак, чье настоящее имя было Николас ла Руж, не обратил внимания на ее просьбу.

— Нападения на Академии стали слишком частыми в последнее время.

— Что тебе известно?

Мужчина откинулся на спинку стула, все еще держа руки на штурвале.

— В том месяце мы с Одри были в Парижской Академии, где она училась. Там тоже произошло нападение. А неделю назад я слышал то же самое произошло в Сиднейской.

Брови женщины сами по себе встретились от таких новостей.

— Известно, почему нападали?

— Нет, в Париже и Сиднее они устроили погром, многих ранили, кого-то убили.

— Но никто не пропал? — удивилась Ванесса. Призрак помотал головой.

— Насколько я знаю, нет. А у вас кого-то забрали?

— Да. Мальчишку, — Ванесса задумалась. Почему забрали пока только Генри. Есть ли в этом смысл. — Я могу связаться с Академией?

— Одри тебе покажет, — мужчина махнул куда-то назад, не отвлекаясь от дороги.

Ванесса нашла женщину в одной из кают. Та сидела и вязала. Услышав шаги, Одри подняла взгляд и улыбнулась.

— Мисс Гарднер, вам помочь?

— Да. Мне нужно позвонить.

Она понимающе кивнула и, поднявшись на ноги, попросила следовать за ней. Женщины прошли в маленькую коморку с телефонным аппаратом. Это не был земной телефон.

— Инопланетные технологии? Я думала Николас их не любит, — вспомнила Ванесса. Одри согласно закивала.

— Да. Он не любить все инопланетное. Но это безопасность. Правительство все еще не уметь отслеживать такие приборы.

Ванесса признала, что это весьма умно. Призрак, хоть и работает бок о бок с военными и правительством, всегда любил свое личное пространство. Одри оставила женщину одну, и заместитель директора начала набирать номер. Точнее она набрала имя на панели. Инопланетные телефоны работали по принципу напиши имя и держи лицо человека в голове. Специальные датчики считывали эту информацию и находили нужного человека. Именно поэтому многие не любили инопланетные технологии. Почти все устройства требовали чтение мыслей, а это своего рода, вторжение. Так же некоторые находили это весьма неудобным и сложным в использовании.

Через пару сигналов на той стороне раздался знакомый голос.

— Да, кто это?

— Натали? Отлично, я правильно позвонила, — Ванесса почувствовала облегчение.

— Ванесса, где ты? Вся Академия на ушах. У нас пропали ученики. Они с тобой? Знаю, я сказала тебе, что прикрою, но я не думала, что ты потащишь за собой кого-то из ребят, — голос Натали был уставшим, но все равно взволнованным. Она говорила чуть быстрее обычного.

— Нат, успокойся. Я понимаю, что после нападения ты на взводе, как и все остальные. Но мне нужно, чтобы ты заткнулась и послушала меня.

В трубке послышался вздох.

— Ладно, я слушаю.

— Пропавшие ребята со мной. Элизабет Томпсон, Саймон Коул, Питер Брайс и Рита Уайтхолл. С ними все хорошо. Надеюсь, чуть ранее ты имела в виду только их.

— Да. И еще одного ребенка, которого забрали из песочницы, но про него ты и так знаешь.

— Да, я знаю, всего это как раз из-за него. Я тут столкнулась со старым другом и узнала, что на прочие Академии так же были совершены нападения. Но похищение произошло только у нас. Подними данные и выясни, что такого особенного в этом ребенке.

Натали согласилась сделать это незамедлительно. Голос заместителя директора был слишком непоколебимым.

Чуть погодя, Ванесса вышла из комнатки с телефоном и двинулась обратно в кабину пилоту, но натолкнулась на Питера.

— Ой, извините, — тут же среагировал парнишка, уходя с дороги. Однако Ванесса остановила его, коснувшись его плеча.

— Погоди. Я хочу поговорить с тобой, Брайс.

Как только заместитель директора использовала его фамилию, по спине Питера пробежал холодок. Он громко сглотнул и еле заметно кивнул. Его ноги будто онемели, поэтому он несколько раз споткнулся, пока шёл следом за наставницей. Она протолкнула его в багажный отсек и скрестила руки, глядя на него. Питер не понимал, чего ожидать. Особенно оказавшись наедине с женщиной, которая затащила его в маленькое уединенное помещение, все еще одетая в довольно пикантный костюм Деметры. Глаза парня невольно скользнули по ее телу. Ванесса, конечно же, это заметила.

— Боже, мальчик, умерь свои гормоны! — приказала она, заставив его глаза взметнуться вверх к потолку, а щеки покраснеть.

— Простите, — пробурчал он, чувствуя себя полным дураком. Ванесса лишь помотала головой.

— Я просто хотела спросить тебя о том мальчике, которого похитили. Рита сказала, что ты намеревался в одиночку отправиться на его поиски. Почему?

Этот вопрос застал парня врасплох. Он промычал, прежде чем ответить.

— Я хотел исправить то, что натворил…

Ванесса тут же перебила его.

— Исправить? Погоди, ты думаешь, ребенка похитили из-за тебя? — она еле сдержалась чтобы не прыснуть от смеха. Современные дети могли быть весьма драматичными. Питер покраснел.

— Нет, не из-за меня, но я же все видел. И Лиззи разозлилась, так что… — он опять замялся, краснея еще сильнее. Ванесса покачала головой и потерла нос.

— Ладно, ясно. Решил поиграть в героя ради девушки. Значит, ты с тем мальчиком никак не связан. Это все ради Лиззи, — сделала вывод женщина. Питер понял, что отрицать нет смысла и кратко кивнул.

Ванесса потерла щеку, вспоминая, что на встрече с родителями мальчонки, директор попросила Лиззи так же присутствовать. Однако степень знакомства Элизабет с теми людьми была все еще непонятна Ванессе.

По громкоговорителю раздался голос Призрака. Их самолет приближался к Лондону.

Глава 21. Изменить себя

Кевин не часто ходил в бары, но сейчас, когда столько всего происходило в его жизни, но знал, что самое правильное место именно за стойкой с бокалом чего-то крепкого в его руке. Бармен быстро выполнил заказ и продолжил протирать стаканы в ожидании еще клиентов. Само помещение было полу пустым. Люди сидели за столиками в компаниях или поодиночке. Кевин украдкой смотрел на каждого и задавался вопросом, способны ли они понять его жизни. Наверняка у каждого из них, есть свои проблемы, сложности на работе или в семье. Но какой шанс, что у них есть близкий родственник Одаренный, который заставил их пересмотреть все, во что они верили. Какова вероятности, что они замешаны в деле с исчезновением людей, которое, кажется, намного сложнее и глобальнее, чем казалось на первый взгляд. Какова вероятность, что их родитель погиб по их собственный глупости, но они упорно обвиняли других людей.

Кевин осушил очередной стакан и поморщился. Горький алкоголь прожег горло, но тепло, разливающееся после этого, заставило мужчину повторить заказ. Кевин вспомнил о матери. Она бросила их спустя пару лет после смерти отца. Лиззи была все еще ребенком, и старшему брату пришлось все взять в свои руки. Мама не особо интересовалась их жизнью. Она звонила, только когда ей нужны были деньги. Кевин не понимал, почему он все еще хранит ее номер.

Кто-то присел на барный стул рядом с Кевином. Женский голос сделал заказ. До боли знакомый, который Кевин никак не ожидал услышать в баре.

— Сильвия?

Ее бледная кожа казалось совсем прозрачной в тусклом свете бара, а блондинистые волосы придавали ее образу до боли невинный вид.

— Кевин, не ожидала тебя здесь увидеть. — секретарша улыбнулась. Бармен пододвинул к ней стакан с напитком.

— Могу сказать тоже самое, — усмехнулся Кевин, делая маленький глоток из своего стакана. — Я думал, ты не любительница подобный мест.

— Это правда, но порой, это единственное правильное место.

Кевин продолжил улыбаться и сделал еще глоток. Присутствие Сильвии было отрезвляющим и успокаивающим одновременно.

— А ты часто сюда ходишь? — спросила девушка. Мужчина пожал плечами.

— Просто решил расслабиться. В последнее время слишком многое происходит.

— Понимаю, — кивнула Сильвия. На ее лице промелькнула тень страха. Она была такой быстрой, но Кевин не смог ее заметить. Но дальнейшее молчание девушки заставило его предположить, о чем она думала.

— Как ты держишься? После стрельбы?

— Никак, нормально, — она пожала плечами, отставив недопитый стакан. — Меня почти застрелили на рабочем месте, и теперь я даже подумать не могу, чтобы вновь встать за ту стойку. А она мне очень нравилась.

— Ты хочешь уволиться? — Кевин не донес напиток ко рту, удивившись ее словам. Сильвия откинулась чуть назад, разминая плечи.

— Пока не знаю. Мой уход ничего не решит. Где гарантия, что я не окажусь в такой же ситуации в магазине или кинотеатре? Люди спятили, вот и все. Неужели так сложно, просто принимать всех, не разделяться на группы и прочее?

Кевин видел, что девушка искренне не понимала всего этого, и ему стало совестно. За то, каким он был.

— Я понимаю тебя. То, что происходит вокруг, на самом деле страшно.

— Кажется, ты один понимаешь, — она чуть улыбнулась, что чувство стыда лишь усилилось. Действительно ли он понимал? Последние дни заставили Кевина многое пересмотреть, но изменился ли он на самом деле или через месяц другой все вернется к заводским настройкам? Мужчина не хотел об этом думать и осушил свой стакан.

— Ты за рулем сегодня? — спросила Сильвия.

— Нет, — Кевин помотал головой. Внутренний голос сразу подсказал ему, что в баре он выпьет чуть больше, чем стоит.

— Я могу подбросить тебя. Если хочешь, конечно.

Кевин вспомнил, как уже ехал с Сильвией на ее мотоцикле, и что-то внутри у него защемило. Ему вдруг жутко захотелось вновь прижаться грудью к ее спине, обхватить талию руками. Почувствовать ее худенькое тело рядом с собой. Он медленно кивнул, соглашаясь на ее предложение. Сильвия слегка улыбнулась, расплатилась за свой напиток и пошла к выходу. Кевин бросил пару купюр на стойку и последовал за ней.

Был уже поздний вечер, дороги почти пустые. Сильвия ехала чуть быстрее средней скорости, но Кевину все равно казалось, что движение ужасно медленное. Сперва ему казалось, что стоит вновь оказаться рядом с Сильвией, ему захочется продлить момент, но теперь, держа ее за талию, ему хотелось лишь отдернуть руки. Отойти от ее невинного образа и не затемнять его своей тенью.

Они ехали молча. Только изредка девушка проверяла все ли в порядке и удобно ли Кевину. Он отвечал кратко и утвердительно. Пару раз подсказал ей куда именно нужно ухать. Салит был большим городом, но в нем было легко ориентироваться.

Наконец, они приехали к квартире Кевина. Сильвия остановила мотоцикл и заглушила мотор. Мужчина ступил на землю.

— Спасибо, что подвезла.

— Да, не проблема, — девушка улыбнулась искренне. – Спокойной ночи.

— Спокойной, — на автомате ответил Кевин. Он двинулся в сторону дома, но щемящее чувство в груди возрастало с каждым шагом. Он не слышал звука мотора. Сильвия точно так же ждала. Чего она ждала? Чего ждал он? Кевин сделал еще шаг. Казалось, ноги просто не хотят идти. Тело не хочет отдаляться. Что с ним происходит? Целый вечер его мотает из стороны в сторону. То он хочет приблизиться к Сильвии, но не хочет видеть ее, то обнять, то забыть о ее существовании. Может это алкоголь или стресс? А что она? Почему не уезжает? Она тоже чего-то ждет.

Кевин не смог сделать еще шаг. Он отступил. Назад. К ней. К ее маленькому телу, к ее рукам, губам. Двигаться в ее сторону было так легко и так естественно, что он даже не заметил, как их губы соединились. Но он заметил, как она жадно ответила на поцелуй. Обхватила его шею руками, когда он сжал ее талию и слегка прижал к мотоциклу. Ее чувства были такими же. Она отвечала на все его движения. Не отталкивала, не убегала. Она хотела того же. И это опьяняло сильнее любого алкоголя.

Самолет Призрака приземлился недалеко от Лондона.

— Вы вряд ли попадете в Академию сейчас. Уже поздно. В Европе многие Академии закрываются на ночь, — Николас снял специальные наушники и повернулся к Ванессе, стоящей сзади.

— Понимаю, но у нас срочное дело. Ты можешь как-то связаться с ними?

— Я нет, — мужчина помотал головой, — но может Одри. У нее там работает друг из старшей школы. Учился с ней по обмену. Я попрошу ее.

Ванесса положила руку ему на плечо.

— Спасибо, — они кратко улыбнулись друг другу, и Ванесса вышла из кабины пилота.

Лиззи и Пит сидели в хвосте самолета и тихо переговаривались. Они замолчали, завидев наставницу.

— Мы на месте, да? — Лиззи привстала, готовая выдвигаться. Ванесса коснулась ее плеча.

— Нужно подождать.

— Подождать? Мы теряем время! Генри может быть в опасности, он… — Лиззи запнулась, и Питер обхватил ее плечи. Ванесса скрестила руки и прислонилась к креслу.

—Я все понимаю, и я тоже не в восторге от формальностей. Но если мы хотим, чтобы нам помогли, нужно играть по правилам. Особенно после того, как вы украли инопланетный корабль и потопили его в океане.

Лиззи почувствовала удар ниже пояса, но наставница была права. Лиззи и так уже наломала кучу дров. Обманула Саймона, сыграла на чувстве вины Пита, подвергла всех опасности. Сейчас ей не стоило высовываться.

Они кивнула и села обратно.

— Хорошо, как только что-то будет известно, я дам тебе знать первой, — Ванесса ушла проведать Саймона.

Пит так и продолжал держать подругу за плечи. Он хотел что-нибудь сказать, но слова застревали в горле.

— Саймон сказал, что вы здесь не из-за меня, и я не должна себя винить, но я не могу отделаться от этого чувства.

— Саймон прав, ты не должна… — Питер взял девушку за руку, и Лиззи тут же сжала его пальцы.

— Но это уже серьезно. Нас могли убить. Вас могли убить. Здесь происходит что-то очень страшное. А мы лишь кучка студентов Академии. Мы не умеем толком пользоваться способностями.

— С нами мисс Гарднер, — Питер попытался выдернуть свою руку, так как хватка становилась сильнее.

— Она не сможет защитить всех! — Лиззи закусила губу. Пит провел свою руку свозь ее ладонь и сжал пальцы, разминая их.

— Я понимаю твои переживания. Но ты должна довериться. Всем нам. Мне. Я твой друг, да? Доверься мне.

Лиззи посмотрела на Пита, и слезы обожгли ей глаза. Она всхлипнула, но кивнула, прижимая голову к его груди. Он обнял ее, укачивая как младенца.

Немного позже Рита смогла застать Ванессу одну, выходящей из мед отсека. Женщина кратко справилась о самочувствии Саймона и направлялась обратно в кабину пилоту.

— Мисс Гарднер! — позвала она, подходя ближе. Женщина развернулась.

— Мисс Уайтхолл? Вам что-то нужно?

Рита не знала с чего начать. Впервые в жизни. Она сглотнула.

— Я хотела попросить вас об…услуге. Вы, вроде как, наша наставница сейчас или командир. Не важно. Вы бывшая военная, и я хочу попросить вас.

— О чем?

— Научите меня драться!

Ванесса слегка наклонила голову, изучая девочку.

— Драться? Когда ты попала в Академию, ты отказалась от уроков по самообороне из-за прямого физического контакта. Нам пришлось полностью перестраивать твою программу. А теперь?

Рита переступила с ноги на ногу.

— Я знаю. Это правда, я отказалась. И у меня до сих пор проблемы с телесным контактом, но ввиду обстоятельств, я сделала выводы. Когда на наш корабль напали, я не смогла ничего сделать. Моя способность совершенно бесполезна большинство времени. Я не хочу быть обузой и заставлять все остальных волноваться.

Ванесса кивнула, обдумывая эти слова. Она всегда удивлялась рассуждениям Риты. Девочка была умна не по годам. И она крайне редко просила о помощи.

— Хорошо, я потренирую тебя. Пока есть возможность. Разумеется, я успею показать тебе всего пару базовых движений, ты это понимаешь? — Рита кивнула, и Ванесса продолжила. — Хорошо. Также, из-за твоего дара, ты, скорее всего, увидишь мои воспоминания. Там нет ничего секретного, но многие из них не из приятных. Мы с тобой станем ближе, чем ты думаешь, мисс Уайтхолл.

— Я понимаю, — Рита сделала шаг вперед.

Обе женщины вышли наружу. Самолет приземлился на равнину за городом. Были сумерки, и все вокруг освещалось лишь луной. Ванесса кратко оглядела местность. Рита сделала так же, но без какой-то определенной цели. Сейчас она прилагала все усилия, чтобы сосредоточиться на тренировке и не думать о воспоминаниях, которые нахлынут на нее, стоит Ванессе прикоснуться.

— Итак, начнем с парочки базовых уклоняющихся движений. Повторяй за мной.

Ванесса начала демонстрировать движения ног и корпуса. Она показывала достаточно медленно, чтобы ученица все поняла. Сначала Рита только смотрела, но через пару секунд, встала рядом с женщиной и начала повторять. Ее движения были слегка неуклюжими, но она старалась.

— Хорошо, давай попробуем отработать это движение. Я нападаю, а ты уклоняешься, — Ванесса повернулась лицом к девочке. Рита кивнула и расставила ноги, готовясь выполнить упражнение.

Однако движение Ванессы было слишком резким. Она ударила Риту ладонью по голове. Та отлетела в сторону и упала на колени. Перед ее глазами возник образ незнакомой девушки с красными волосами. Она бежала впереди, как бы зовя за собой.

Рита мотнула головой, отгоняя чужое воспоминание и встала.

— Ты как? — наставница звучала слегка встревоженной.

— Еще раз, — настояла Рита и вновь приняла позу.

Они продолжили тренировку. Еще около двадцати минут Ванесса нападала на девочку, а та училась уклоняться или блокировать удары. Почти каждый раз их соприкосновения сопровождались вспышками воспоминаний. Приют, армия, какое-то поле, Николас, вновь та рыжая девушка.

В какой-то момент Ванесса остановилась.

— Я в порядке, продолжим, — возмутилась Рита, хотя ей было тяжело. Она не привыкла тренироваться. Ванесса осмотрела девочку с ног до головы и помотала головой.

— Не в этом дело. Неправильно, что только ты попросила меня тренировать тебя. Остальные так же должны развивать свои силы и навыки. Раз уж вы ввязались во все это. Стой здесь.

Наставница вернулась на борт самолета. Рита проводила ее взглядом. Она поняла слова женщины и мысленно согласилась, но перспектива тренироваться с остальными была ей не очень мила. Тем не менее выбора особо не было. Рита понимала, что ввязалась в опасную игру. Все эти нападения, похищения, смерти. Это уже не тот уровень, что был в Академии с лекциями, медитацией и прочим. Нужно менять себя и учиться работать с людьми.

Через минуту Ванесса вернулась вместе с Питом, Лиззи и Саймоном. Последний плелся позади, все еще прихрамывая. Хотя его нога должна быть в порядке.

— И что мы должны делать? — Пит зевнул, не удосужившись прикрыть рот рукой. Лиззи обхватила себя руками. Ночь была прохладной.

— Вам нужно тренироваться. Я не ожидаю, что вы станете бойцами, но вы все еще ученики нашей Академии и должны развивать дар. И на время тренировок я буду называть вас вашими кодовыми именами. Привыкайте к этому. Итак, Техномайнд, начнем с тебя.

Саймон сделал шаг вперед, ворча, что ему не нравится это имя. Ванесса продолжила.

— Несколько часов назад я воспользовалась переговорным устройством на самолете. Оно инопланетное. Ты как раз говорил, что с такими технологиями тебе сложнее всего установить контакт. Значит, с этого и начнем. Твоя задача узнать, кому я звонила. Только это. Понятно?

Саймон кивнул и развернулся, чтобы идти обратно на самолет, но женщина его остановила.

— Работай от сюда. У тебя не всегда будет прямой доступ к устройствам.

— Но я не могу создавать связь на расстоянии, — возразил парень.

— Вот именно. Работай, — тон Ванессы был по-настоящему генеральским. Ее военная натура давала о себе знать. Саймон сглотнул свое недовольство и сел на ближайший пень. Пит проводил его взглядом и прыснул в кулак. Ванесса кашлянула, и рыжий парниша вмиг вернул взгляд на нее и подавился собственной слюной.

— Сфера, ты будешь развивать свое защитное поле. Ты владеешь своей силой пока хуже всех, поэтому начнем с малого.

Женщина стрельнула семечком из собственной ладони. Оно погрузилось в почву, и небольшой куст показался на поверхности.

— Накрой его своим полем.

Лиззи кивнула и подошла к растению. Она создала защитное поле и в тот же момент ветви куста атаковали поле, разорвав его. Лиззи охнула.

— Что…

— Тренируйся. Твоя задача, удержать поле, — отдала распоряжение наставница. Девушка кивнула еще раз, сделала вдох и продолжила тренировку.

Ванесса повернулась к Питеру и Рите.

— Так теперь вы. Вашей команде явно не хватает бойцов, поэтому будете тренироваться со мной. Вам нужно работать над выносливостью.

— Но мисс Гард…

— Мое кодовое имя Деметра, — перебила наставница. Питер и Рита переглянулись.

Глава 22. Английская академия

Лежа на бетонном полу, Моника перевернулась на бок и посмотрела на своего несменного собеседника. Стену. Вот уже несколько дней или недель она сидела или лежала в этой комнате. Здесь не было ничего. Ни мебели, ни окон. Только небольшая смежная комната с туалетом и душем. Но этого было недостаточно для двадцати людей. Их было двадцать. Но приходили они. Люди в костюмах химзащиты и забирали одного. Порой они приходили каждый день, а потом делали пере