Брак с условиями бесплатное чтение

Пролог

Лев

– Мне нужна жена, – произношу я, твёрдо, как приговор.

– Ты говоришь мне это сейчас? – голос Алины дрожит, но не от усталости. В нём слышится скрытая обида и гнев.

Я лежу рядом с ней, машинально поглаживая её обнажённую спину. Её кожа холодная, гладкая, почти мраморная. Физический голод утолён, поэтому мои мысли уже далеко. Работа не даёт мне покоя даже сейчас, в постели с любовницей. Алина медленно поворачивает ко мне голову, в её глазах – разочарование. Она ждала другого, я это знаю. Я смотрю на неё прямо, без жалости. Для меня это просто сделка. Мы оба взрослые люди, и она должна понимать: бизнес – всегда на первом месте.

– Я не могу больше тянуть. – В моих словах слышится резкость. – Компания отца на грани сделки с зарубежными инвесторами. Им нужно видеть стабильность и семейные ценности. Женщина рядом со мной – это гарантия успеха, и чем раньше, тем лучше.

Она застывает на мгновение, а затем её губы искривляются в горькой усмешке. Алина всегда знала, что я не из тех, кто верит в романтические чувства, но предложение выйти замуж – это то, чего она ждала слишком долго. Но в нашем мире желания ничего не значат, если они не подкреплены реальностью. И знаю, что теперь, когда я говорю об этом ей придётся отказаться. А мне искать подходящий вариант.

– Лев, – её голос становится холодным, как лёд, – отец не позволит мне выйти за тебя сейчас. Репутация нашей семьи слишком шаткая после аварии с моим братом. Брак сейчас – катастрофа для нашей репутации. Он только привлечёт нежелательное внимание. Особенно брак с тобой.

Её слова звучат так ожидаемо для моей идеально выстроенной стратегии. Я предугадал ее ответ наперед. Проблемы не новы для меня – я привык их решать, а не обсуждать. Если она не может быть частью моего плана, значит, найдётся кто-то другой. Всё под контролем. Я умею разруливать любые ситуации, и эта – не исключение.

Алина наблюдает за мной, и я чувствую её внутреннюю борьбу. В её глазах больше нет тепла, только холодный расчёт, и это то, что я в ней ценю. Через мгновение она произносит:

– У меня есть идея. – Голос её становится низким и уверенным. – Я знаю, кто может помочь.

Мой взгляд становится жёстче. Предложение должно быть стоящим, если она предлагает кого-то вместо себя. Она выдерживает паузу, словно даёт мне время осознать, насколько важно то, что она собирается сказать.

– Валерия, – произносит она с лукавой усмешкой. – Валерия Синкевич. Ты ведь её помнишь?

Валерия… В памяти всплывает образ хрупкой блондинки с большими голубыми глазами. Она всегда казалась мне слишком мягкой для нашего жёсткого мира. Ничего особенного, если честно. Почему она?

– Почему именно она? – мой голос становится резким, я не люблю, когда мне предлагают сомнительные решения без аргументов.

Алина откидывается на подушки, и на её лице появляется коварная усмешка.

– Потому что я её ненавижу.

Яркие эмоции в ее голосе удивляют меня, потому что Алина такая же, как и я. Именно это меня в ней и устраивает. Мы друг для друга – привычная стабильность, без лишних эмоций и вопросов. Но её слова цепляют меня, пусть я и не сразу это показываю. Я продолжаю лежать, закинув руку за голову. Она прижимается к моему телу, как ласковая кошка.

– Продолжай, – холодно бросаю я. – Чем она заслужила такую честь?

Алина тихо смеётся, этот звук раздается в комнате, как ржавый скрежет. Её голос холоден, словно она размышляет о выгодной сделке.

– Она разрушила жизнь моего брата, – продолжает Алина, водя пальцем по моей груди, как будто вплетает свои слова в узор на коже. – Помнишь его аварию? Это всё её вина. Она бросила его, когда он был без ума от неё, и это довело его до катастрофы. Теперь я хочу, чтобы она почувствовала ту же боль.

Я поднимаю бровь, но сохраняю внешнее спокойствие. Признание Алины задевает меня лишь поверхностно – слишком яркие эмоции для женщины, которая всегда действовала рационально. Однако, что-то в её плане начинает вырисовываться для меня. Месть, завёрнутая в деловую сделку? Возможно, это именно то, что нужно.

– И что ты предлагаешь? – спрашиваю, не скрывая скуки, хотя в глубине сознания уже формируется любопытство.

Алина, не отрывая взгляда, продолжает, голос её становится более расчётливым:

– У Валерии сейчас ужасное положение. У неё долги. Отец оставил ей гору обязательств. Я позаботилась, чтобы её семья больше не имела поддержки в бизнес-кругах. Она отчаянно пытается найти выход. Ты можешь стать её спасением… или тем, кто окончательно её уничтожит.

Я начинаю понимать, куда ведёт эта игра. Алина уже поставила Валерию в тупик, лишила её всех возможных ходов. Теперь, если я предложу ей свою помощь в обмен на брак, Валерия не сможет отказаться. Единственный вариант для неё – это принять мои условия. Мне остается только принять это решение – вынудить её на фиктивный брак ради спасения её семьи.

Мысленно усмехаюсь. Алина подготовила хорошую почву. Лучшею кандидатуру и не найти.

Всё будет под контролем. Моим контролем.

– Она станет моей женой, – произношу я, холодно и решительно, как будто диктую условия контракта.

– Но я не хочу, чтобы она стала твоей любовницей, – заявляет моя партнерша.

И это разумное условие, учитывая, что она подсовывает мне эту девицу.

– Конечно. Зачем она мне, если у меня есть ты. Уверен, это первое в чем она захочет себя защитить, когда я предложу ей сделку и мое согласие расположит ее ко мне.

Я уже обдумываю наш разговор и просчитываю свои ходы. Алина откидывается на подушки и, продолжая свой холодный монолог, добавляет:

– Но есть одно одолжение, о котором я хочу попросить, – её голос становится едва слышным, как будто она раздумывает, стоит ли это озвучивать, но решает идти до конца. – Я хочу, чтобы ты сделал больше, чем просто женился на ней. Ты должен заставить её влюбиться в тебя, позволить ей поверить, что ты её спаситель… А затем разбить ее сердце.

Я поднимаю бровь, глядя на неё с легким удивлением. Это жестоко даже по меркам нашего мира. Манипулировать чувствами, чтобы сломать человека – такой игры я не ожидал. Однако что-то в её предложении вызывает у меня едва заметную усмешку. Однако я всегда знал истинную природу этой женщины. Именно она и привела ее в мою постель.

– Это слишком жестоко, не находишь? – спокойно замечаю я, хотя на самом деле мне всё равно.

Я никогда не тратил время на моральные дилеммы. В конце концов, бизнес есть бизнес. Чувства? Их не существует в реальности. Лишь договора, сделки и обязательства. Чувства – для слабых.

– Слишком жестоко? – Алина смеётся, её смех звучит достаточно резко. – Лев, я знаю, что ты не альфонс и не игрок. Но неужели ты думаешь, что женщинам нужно больше, чем толику внимания? Поверь мне, эта наивная дурочка влюбится сама, стоит тебе проявить толику внимания к ней. Тем более что ты будешь ее мужем.

Её уверенность удивляет, но я не показываю этого. Возможно, она права. Такие девушки как Валерия привыкли ждать прекрасного принца. Учитывая ее ситуацию, а стану им. Для меня же это не больше, чем ещё один ход в игре.

Алина не спешит продолжать, будто смакуя момент, прежде чем озвучить финальную часть своего плана.

– Тебе даже не придётся прилагать особых усилий, – продолжает она, её голос снова холоден и уверен. – Заставь её подписать брачный контракт, в котором будет чётко указано: она не может подать на развод в течение двух лет. Если этого срока достаточно для твоих планов, я уверена, что этого более чем хватит. А потом…

Она тянет паузу, наслаждаясь своей жестокой игрой.

– Потом, когда она влюбится в тебя, ты можешь показать ей наши с тобой отношения. Представь, каково ей будет – она думает, что нашла своего спасителя, а ты показываешь ей правду, разрушаешь все её иллюзии. Это будет прекрасное завершение. Не только финансовые трудности, которые я уже устроила для неё, но и полное эмоциональное уничтожение. Её жизнь, как и жизнь моего брата, будет разрушена окончательно.

Алина смотрит на меня с тем холодным огоньком в глазах, который я давно научился распознавать. Для неё это не просто месть – это жажда разрушить Валерию до самого основания. Финансовый крах не удовлетворил её полностью, ей нужно больше.

– Значит, ты хочешь, чтобы я её сломал? – спрашиваю я, без эмоций, размышляя над её предложением.

– Именно, – отвечает Алина, её голос звучит почти торжественно. – Это не только для меня, но и для тебя. К моменту, когда этот срок закончится, я буду готова принять твоё предложение. Ты получишь всё, что хочешь: сделку с инвесторами, разрушенную Валерию и меня.

Я смотрю в потолок, обдумывая её слова. Влюбить её в себя? Не так сложно. Контракт? Ещё проще. В конце концов, это всего лишь игра. Вопрос лишь в том, что именно я получу в итоге.

Глава 1

Валерия

Черт, я опаздываю. Слишком долго выбирала, что надеть. Когда в отражении двери ресторана мой взгляд падает на старое платье, которое я достала из закромов шкафа, я понимаю, насколько всё изменилось. Ресторан, куда меня пригласили, был из тех, что казался недосягаемым в моём нынешнем положении. Хотя мое чёрное платье хорошо сидит по фигуре, оно выглядит тускло в свете недавних неудач. Сильнее подчёркивает то, что мне здесь не место.

Вхожу в ресторан и сразу ощущаю, как моя неуверенность сдавливает грудь. Всё вокруг утопает в роскоши, поэтому я чувствую себя здесь чужой. Улыбки персонала натянуты, в их глазах я вижу снисходительное сочувствие. Но стоит сказать, что я гость Льва Волкова и всё меняется. Их натянутые улыбки превращаются в настоящие, и вместо прежнего презрения в их глазах мелькает скрытый страх или, может быть, уважение. Меня проводят в уголок, отделённый от основного зала, где царит странная, почти зловещая тишина.

Вот какой эффект производит это имя.

Конечно, я гуглила, кто это, перед тем как решится на встречу. Сотни заголовков статьей мелькают в голове, когда я сажусь на стул и жду его. Сложив руки на коленях, я пытаюсь успокоиться, но ладони всё равно вспотели. Глубокий вдох. Глаза утыкаются в стакан воды, которая поставили передо мной, стоило мне занят свое место. Но даже его я не решаюсь взять. Встреча слишком важна для меня, чтобы позволить себе сорваться. Особенно из-за нервов. Меня предупреждали, что человек, с которым я увижусь, не похож на всех тех, кто уже отказал мне. Но после всех неудач я с трудом верю в удачу.

Когда входит мужчина, я сразу понимаю, что это он. Высокий, с ледяным взглядом, уверенной походкой, он как будто владеет всем вокруг. Его присутствие мгновенно заставляет меня сжаться в стуле. Этот пугающий мужчина, Лев, тот с кем я надеюсь заключить спасительную сделку.

– Добрый вечер, Валерия, – его голос отдает холодом, без малейшего намёка на дружелюбие.

Конечно, он знает мое имя. Он садится напротив, внимательно изучает меня взглядом. Я чувствую себя, как под лупой, будто меня оценивают на предмет годности для чего-то, о чём я даже не подозреваю. Когда его губы изгибаются в подобие улыбки, я понимаю, что в ней нет тепла. Только холодное спокойствие, словно я уже стала частью его игры, даже не зная правил.

– Вы… такая же, как я вас помню, – его слова повергают меня в замешательство.

Я его не помню вообще. Как мы могли встречаться раньше?

– Простите, но не уверена, что мы встречались раньше, – отвечаю я, стараясь скрыть свою растерянность.

Я никогда не забываю лиц, особенно таких, как его. Лев Волков не тот мужчина, которого реально забыть.

– Мы встречались, – он говорит тихо, но в его тоне чувствуется уверенность человека, который привык всё держать под контролем. – Ваш отец, когда был на вершине, пару раз брал вас с собой на приёмы.

Его слова словно бьют меня под дых. Отец… Когда он ещё был жив, всё было иначе. Я на мгновение нырнула в ту жизнь – светскую, блестящую, полную возможностей. Но после его смерти всё исчезло, рухнуло, оставив меня наедине с долгами и пустотой. И теперь передо мной сидит этот человек, который помнит меня из тех дней, когда я ещё была частью красочного, но безжалостного мира.

– Простите, но я вас не помню, – честно ответила я.

Мне казалось странным, что я могла забыть такого человека. Он лишь усмехается, как будто это было ожидаемо.

– Это неважно, – говорит он с лёгкой усмешкой, откинувшись на спинку стула. – Важно то, что я могу вам помочь. Но помощь не бывает бесплатной, как вы понимаете.

Я почувствовала, как внутри всё сжалось. Однако дальше Лев не спешит переходить к делу. Он вернулся к меню, спокойно откинувшись на стуле, будто этот разговор для него был обычной формальностью.

– Может, сначала пообедаем? – предлагает он, не глядя на меня, изучая карту вин. Его голос такой размеренный, а взгляд – скользящий, как у хищника, который ждёт удобного момента для решающего удара.

Я замерла. Обед? В таком месте? Моя внутренняя тревога тут же дала о себе знать. Меню здесь явно превышало мои нынешние финансовые возможности, и мысль о том, что мне придётся оплатить свою долю, сдавливает грудь паникой. Я осторожно поглядывают на Льва, пытаясь понять, серьёзно ли он это предлагает, или это просто формальность перед разговором.

Конечно, он сразу всё замечает. Моё замешательство его нисколько не удивляет – он будто ожидал такой реакции.

– Валерия, не переживайте, – мягко проговаривает мужчина, но это звучит так же как хищник умасливает свою добычу. – Обед, конечно, за мой счёт. Вне зависимости от того, чем закончится наш разговор.

Я сглатываю, стараясь скрыть своё беспокойство. Ещё одно напоминание о том, насколько мы находимся в разных мирах. Для меня это шанс спастись, для него – просто очередная сделка.

По его кивку перед нами тут же появляется официант. Я даже не успеваю заметить, откуда он взялся. Лев бегло оглядывает меню и легко делает заказ, словно был здесь тысячу раз. Его выбор – как часть привычной рутины, уверенный и спокойный. Я снова чувствую на себе его холодный взгляд, и это заставляет меня нервничать. Невольно ерзаю на стуле. Внутри интуиция вопит, что нужно бежать отсюда. Искать другие варианты. Только их нет. Он – моя последняя надежда.

Открываю меню и неуверенно пробегаю глазами по нему. Все здесь выглядит слишком роскошно для меня. В итоге, я решаюсь на что-то простое – салат с уткой и цитрусовой заправкой, панна-котту на десерт и зеленым чаем. Мой голос звучит неуверенно, когда я говорю это официанту.

Он кивает и исчезает так же быстро, как и появился, а я снова остаюсь наедине с этим тяжёлым, всепроникающим взглядом Льва. Я не знаю, что делать дальше – начинать разговор самой или ждать, пока он заговорит. Молчание давит, и мне становится не по себе.

Я решаюсь нарушить тишину:

– Мне… подсказали друзья, – начинаю я, чувствуя, как голос предательски дрожит.

Лев хмыкает, в его усмешке сквозит цинизм. Он, кажется, знает больше, чем я предполагаю, и это заставляет меня чувствовать себя ещё более неуверенно.

– Они сказали, что вы… ваша фирма может помочь мне, – продолжаю я, несмотря на внутреннее смятение. – Мне нужна поддержка, чтобы покрыть долги и удержать компанию отца на плаву.

Его взгляд не меняется. Лев продолжает спокойно наблюдать за мной, словно уже заранее знал, что я скажу, и всё это лишь игра, в которой он полностью контролирует ситуацию. Я жду, что он скажет, но мужчина удивляет меня.

– Давай сначала отбросим формальности и перейдем на ты.

Киваю, и это кажется вполне логичным. Если я собираюсь сотрудничать с ним, формальности действительно ни к чему.

Официант снова появляется так же бесшумно, как и раньше, расставляет приборы, и я замечаю, как лёгкая дрожь пробегает по моим пальцам, когда беру вилку. Официант исчезает так быстро, что я едва успеваю перевести дыхание. От атмосферы вокруг нас мне становится не по себе.

Лев спокойно откидывается на спинку стула, наблюдая за мной с таким видом, будто он уже заранее знает, что я скажу. Это ощущение ещё больше усиливает мою тревогу. Мне кажется, что каждый мой шаг уже спланирован и рассчитан этим человеком. Для него это всего лишь обычный деловой ужин.

– Я изучил проблемы твоей фирмы, – его голос звучит ровно, уверенно, без намёка на сомнения. – У меня были встречи с твоими финансистами. Я знаю, что нужно сделать, чтобы не только удержать компанию на плаву, но и вернуть её в прибыль.

Моя душа вздрагивает от его уверенности. В его голосе не слышно ни малейшего сомнения, как будто всё это уже решённый вопрос. Я сжимаю руки под столом, пытаясь хоть немного успокоить себя, но от этого напряжение только усиливается.

– Но ты понимаешь, – продолжает он, не теряя спокойствия, – что всё имеет свою цену.

Я киваю, хотя внутри всё сжимается от страха. Конечно, его помощь не будет безвозмездной. Никто не станет спасать умирающий бизнес просто так.

– Я готова предложить часть акций, – говорю я, и мой голос дрожит от волнения. – Ты можешь стать партнёром…

Лев улыбается. Это холодная, снисходительная улыбка, которая моментально заставляет меня замереть.

– Акции? – он смеётся, и этот звук заставляет меня сжаться ещё сильнее. – Валерия, я и так могу скупить всю твою фирму, если захочу. И всё станет моим другим путём. Но зачем мне это? Я не собираюсь вкладывать свои средства и силы в то, что мне не принадлежит.

Эти слова пугают меня ещё сильнее. Я не понимаю, к чему он ведёт, но его уверенность и безжалостная рассудительность ощущаются, как капкан, который медленно захлопывается вокруг меня.

– Что… что ты имеешь в виду? – спрашиваю я, чувствуя, как моё сердце начинает биться быстрее.

Лев слегка наклоняется вперёд, его взгляд остаётся спокойным, но теперь в нём появляется что-то ещё – холодное, расчётливое.

– Ты выйдешь за меня замуж, – его слова звучат чётко, почти как приказ. – Это выгодно для нас обоих. Ты избавишь свою семью от банкротства, а я получу то, что мне нужно. Идеальную жену для получения новых инвестиций.

Моё дыхание застывает в груди. Я не верю своим ушам. Замуж? Разве это шутка? Но глядя в его глаза, я понимаю, что он абсолютно серьёзен.

Как будто он только что предложил обычную сделку, такую же, как и любая другая.

– Замуж? – повторяю я, мой голос почти шепчет.

Я не могу скрыть удивление и, что важнее, страх. Знаю, что он замечает мой испуг. И этим даю ему еще одну возможность воздействовать на меня.

– Именно, – Лев говорит, не отводя взгляда от моего лица. – Это даст тебе всё, что ты хочешь: решение всех финансовых проблем и восстановление твоего бизнеса. А мне – то, что нужно для дальнейших инвестиций и укрепления связей. В наши дни инвесторам нравится, когда ты «устроен», особенно если это с выгодой для обоих сторон.

Он объясняет это так, как будто речь идет о подписании очередного контракта. Как будто он предлагает мне не что-то настолько личное и жизненно важное, а обычную формальность.

Я ощущаю, как холод медленно просачивается в моё сердце. Стать его женой? Это звучит настолько абсурдно. Как мы можем поженится, если только что встретились в первый раз? Это кажется не просто странным предложением, оно ощущается как ловушка. Ловушка, из которой, возможно, не будет выхода. И если я соглашусь, то полностью подчинюсь его власти.

– Но почему именно я? – задаю я вопрос, который не даёт мне покоя. – Зачем тебе нужно это, Лев?

Его глаза, кажется, темнеют, и я вижу на мгновение проблеск чего-то опасного, скрытого за этой ледяной маской спокойствия.

– У тебя хорошая репутация. Незамеченная в скандалах, что важно в наших кругах, несмотря на финансовые трудности. Ты, – он окидывает меня оценивающим взглядом, – красива. Никто не усомнится, что я сделал выбор, исходя из внешности.

Его слова обжигают меня. Оценка настолько циничная и прямолинейная, что я не сразу нахожу, что ответить. Я всегда считала, что красота может дать преимущества, но никогда не думала, что это станет главной причиной для такого предложения. Ощущение, будто меня только что купили. Как вещь, оцененную за внешний вид и репутацию.

– Ты не понимаешь, почему именно ты? – Лев смотрит на меня с легким оттенком скуки, словно всё происходящее не заслуживает более глубоких чувств. – Всё просто. Я взвесил все варианты. Ты подходишь мне по всем параметрам. Это выгодно для нас обоих.

Я чувствую, как мои мысли начинают метаться. Всё кажется слишком внезапным, слишком неправильным. Но в то же время Лев говорит об этом так уверенно, что мои сомнения превращаются в отчаянное желание найти выход. Может, мне нужно время, чтобы обдумать его предложение?

– Это… слишком быстро, – выдыхаю я, и голос предательски дрожит. – Мне нужно подумать. Это серьёзное решение.

Лев прищуривает глаза и на мгновение замолкает, как будто обдумывая мой ответ. Но его следующая фраза обрушивается на меня, как ледяной душ.

– У тебя нет времени. Это предложение действительно только здесь и сейчас, – произносит он без малейших эмоций. – Если ты выйдешь отсюда, оно исчезнет. Я не жду.

Моё сердце замирает. Я слышу, как кровь пульсирует в ушах. Перед глазами мелькают картины: долги, отчаяние, разрушенные планы. Если я не приму его предложение, я потеряю всё, что осталось от отцовского наследия. И пострадаю от этого не только я и моя мама, а и верные люди, которые еще остались на фирме, хотя знают, что наши дела плачевны. У Льва же есть сила, которая может спасти нас. Но его условия…

Я бледнею. Мысли путаются. Но я уже знаю ответ, даже если не хочу его произносить. У меня нет выбора.

– Хорошо, – мои губы едва шевелятся. – Я стану твоей женой.

Глава 2

Сижу напротив Льва и чувствую, как тяжесть его предложенного брака буквально давит на мои плечи. Сердце в груди продолжает бешено колотиться, а мысли мечутся, словно запертые в клетке птицы. Мне кажется, что этот момент нереален – предложение выйти замуж за мужчину, которого я почти не знаю, звучит как бред. Но, к сожалению, это не просто шутка.

– Это, конечно, должно быть фиктивным, – вырывается у меня раньше, чем я успеваю обдумать каждое слово. – Мы не будем настоящей парой… только на бумаге.

«Я не буду спать с тобой», – хочется добавить, но чувствую это будет лишнее. Как будто я предполагаю, что он рассматривает меня в таком контексте. Нервно сглатываю, наблюдая, как его ледяная улыбка слегка расширяется, словно я только что предложила ему очередное удобное условие в деловой сделке. Для него это не вопрос чувств или обязательств – это просто ещё один контракт.

– Фиктивный брак? – Лев делает паузу, оглядывая меня, словно оценивая, насколько глубоко я понимаю, во что ввязываюсь. – Это мне подходит.

Он слишком легко соглашается. Слишком спокойно. Это настораживает. Кажется, он ожидал подобного. Мне не нравится, что я как на шаг позади него. Складывается впечатление, что он все просчитал и я двигаюсь четко по его плану.

– Но… есть несколько моих условий, – его тон становится чуть жёстче, будто он собирается озвучить основное правило игры, которое изменит всё.

Я напрягаюсь, ожидая подвоха.

– Ты переезжаешь ко мне. И мы делаем вид, что наш брак по-настоящему счастливый. Не просто бумажный союз. Ты будешь рядом на всех деловых встречах, событиях, да и в повседневной жизни. Мы создаём образ идеальной пары.

Его слова погружают меня в смятение. Я представляла фиктивный брак как что-то отстранённое, формальность, где каждый живёт своей жизнью. Но его условия изменяют всё. Теперь это превращается в спектакль на двоих, где я должна играть роль, словно моя жизнь – это сцена.

– Но почему это так важно для тебя? – моё недоумение перерастает в отчаяние. Зачем ему такие жёсткие условия?

Лев опирается на спинку стула, оценивая мою реакцию. Его спокойствие лишь усугубляет мою тревогу.

– Инвесторы, – произносит он так, словно это слово объясняет всё. – Мне нужно показать стабильность. Семья – это символ надёжности. И ты будешь этим символом. Идеальная жена для идеального бизнесмена.

Мой разум кружится, пытаясь осмыслить всё это. Он использует меня не просто как инструмент для поддержания компании отца, а как элемент своего собственного делового успеха. И, что хуже всего, я ничего не могу сделать.

– Это выглядит как сделка, – произношу я медленно, сдерживая панику.

– Это и есть сделка, – холодно подтверждает Лев, его голос не дрогнул ни на секунду.

Слова Льва, такие уверенные и безразличные, отдаются эхом в моей голове, заставляя вспоминать отца. Его всегдашние наставления: «Никогда никому не доверяй. Люди сначала используют, а потом предают.» В этом голосе моего отца было что-то неизменно правдивое, что я игнорировала годами. Но сейчас, сидя напротив Льва, я словно слышу его вновь, как предупреждение из прошлого, которое так сильно подходит к ситуации, в которой я оказалась.

Я всматриваюсь в холодные, ничего не выражающие глаза Льва и понимаю: доверять ему нельзя. Он играет по своим правилам, и я боюсь, что он уже давно поставил меня в проигрышную позицию. Да, я согласилась, и предложила свои условия, но это было больше жестом отчаяния. Его же условия – жесткие, продуманные, с каждым шагом подталкивают меня к осознанию, что в этой сделке всё будет решать только он. Моя жизнь теперь в его руках.

Лев снова ловит мой взгляд, и в его глазах мелькает что-то, похожее на удовлетворение. Возможно, он чувствует моё сомнение, мою борьбу. Он ведь именно этого и хотел – чтобы я была зависима от него.

– Мы можем оформить все юридически, – произносит он с такой уверенностью, будто это предложение давно продумано. – Контракт на два года. Брак должен просуществовать как минимум этот срок. За это время ты отыграешь свою роль, мы покажем инвесторам стабильность, и твоя компания выкарабкается из долгов.

– Два года? – удивленно переспрашиваю я, пытаясь понять, почему такой срок.

Он кивает, словно это само собой разумеется.

– Развод раньше этого времени невозможен. Не будет никаких подозрений, если мы проживём вместе два года. Если раньше – это сразу вызовет вопросы.

Этот холодный, расчётливый подход потрясает меня до глубины души. Срок в два года кажется вечностью. Как будто я попала в ловушку, из которой не будет так просто выбраться. Но Лев все предусмотрел. Он дает мне выбор только на поверхности, в то время как на самом деле управляет каждым шагом.

– И в этом контракте будут чётко прописаны наши обязанности, – продолжает он, – чтобы избежать недоразумений.

Обязанности. Недоразумения. Это не слова, которыми обычно описывают брак. Я начинаю понимать, что передо мной человек, который всегда получает то, что хочет, и даже то, что я считала своими условиями, на деле – часть его плана. Я чувствую, как его манипуляции затягивают меня глубже. От ощущения зависимости тяжело дышать.

– Ты согласна? – его голос звучит спокойно, но за этим спокойствием я слышу скрытую силу. Ему важно, чтобы я согласилась здесь и сейчас. Он не хочет давать мне время на раздумья, на шанс бежать.

Я опускаю глаза, пытаясь собрать мысли в кучу. У меня действительно нет выбора. Этот человек манипулирует всем, и я уже на крючке. Соглашусь ли я сейчас или позже, разницы не будет – выходить из этой сделки мне будет гораздо сложнее, чем войти.

– Да, – произношу я сдавленным голосом, который едва слышен в тишине ресторана.

Лев наблюдает за мной, когда мои слова наконец срываются с губ. Его лицо не меняется, но я вижу легкое мерцание в глазах – словно очередной шаг в его игре успешно сделан.

– Отлично, – сухо произносит он, как будто это очередное заключение договора на миллион, а не судьбоносное решение для моей жизни.

Я чувствую, как с каждым мгновением, проведённым с ним, всё глубже погружаюсь в эту вязкую паутину. Условности этого контракта сковывают меня, как невидимые цепи, а Лев медленно затягивает их всё крепче.

– Мы оформим контракт, как только ты переедешь ко мне. Тебе нужно будет подготовиться к этому шагу – разумеется, публично. Ты понимаешь, что это будет обсуждаться. Мы сделаем вид, что наши отношения начались недавно, и это будет естественно. Но ты должна привыкнуть к мысли, что с этого момента – ты моя.

Он проговаривает это с таким спокойствием, словно ему даже не нужно задавать вопрос, не нужно подтверждения – он уже знает, что я не откажусь. Взгляд его становится на мгновение резче, холоднее.

– Ты должна делать всё так, как я скажу. Никаких самостоятельных решений. Никаких попыток выйти за рамки того, что мы обсудили. Всё должно быть по плану. Понимаешь?

Я чувствую, как каждая фраза словно забивает гвоздь в крышку моего собственного гроба. В голове мелькают сцены будущего, в котором я пленница в его мире, вынуждена играть роль его идеальной жены на публике и скрывать свою ненависть в частной жизни.

Мой голос звучит почти автоматически:

– Понимаю…

Он кивает, как будто моя покорность была само собой разумеющейся.

– Хорошо. В ближайшие дни я свяжусь с юристами, чтобы всё оформить. После этого ты переедешь ко мне.

Слова звучат холодно и отстранённо, но я слышу за ними контроль и властность. Никаких эмоций, никаких иллюзий – только голая реальность этого контракта. Я представляю себе, как мои вещи переносят в его дом, как я засыпаю в незнакомой кровати, с этим чувством, что моя жизнь больше не принадлежит мне.

Официант бесшумно возвращается, расставляя еду перед нами, но аппетит уже пропал. Я ловлю себя на мысли, что этот обед, который должен был быть просто деловой встречей, стал началом чего-то большего и пугающего. Такого исхода я точно не ожидала. В моей голове сплошная каша. Я сижу напротив мужчины, который очень скоро станет моим мужем и чувствую, что продалась ему. Я вижу, как его губы изгибаются в легкую, почти незаметную улыбку. Он уверен, что победил, что я попалась в его сеть. И в этом он прав. Меня предупреждали, что он акула, но я даже не догадывалась насколько хищным он может быть.

Меня охватывает оцепенение, и, глядя на Льва, я ощущаю, как внутри всё переворачивается. Его лицо остаётся таким же невозмутимым и властным, с выверенной, почти каменной маской, которую невозможно прочитать. Глаза тёмные, холодные, сверкающие умом и расчетом. Взгляд пронзительный, сдержанный, но с скрытой опасностью.

Высокий, атлетически сложенный. Лев источает уверенность в каждом своём движении. Его челюсть чётко очерчена, а тонкие губы кажутся почти всегда сжатыми, как будто он постоянно обдумывает что-то важное. Едва заметная щетина добавляет к его образу немного брутальности, а короткие волосы подчёркивают строгую мужественность. На нём безупречно сидит дорогой костюм, скроенный идеально по его фигуре, как символ его статуса и власти.

Лев кажется тем, кто привык к абсолютному контролю, и не терпит ослушания. Все в нем говорит о том, что он мужчина, знающий, чего хочет, и всегда добивающийся своего.

Моё сердце сжимается при мысли о том, что он скоро станет частью моей жизни. Что каждый день я буду вынуждена находиться рядом с ним, изображая идеальную жену, когда внутри будет кипеть страх и насторожённость.

Я пытаюсь подавить эти мысли, но они не отпускают. Этот мужчина – настоящий хищник, и я – его очередная жертва, добровольно шагающая в ловушку.

– Ты продумал всё, – говорю я, пытаясь вернуть контроль хотя бы над своим голосом.

– Я всегда всё продумываю, – Лев произносит это так, будто это очевидно. Ему не нужно напрягаться, чтобы поставить всё на свои места, его власть пронизывает каждое слово.

Я снова смотрю на свою тарелку, но желание есть полностью исчезло. Но когда он кивает на мою тарелку, я подчиняюсь и беру в руки вилку.

– Все условия развода тоже пропишем в договоре, – рассуждает он. – Я даже выплачу тебе компенсацию, если эти два года ты будешь вести себя идеально.

Это предложение злит меня. Я не эскорт, чтобы мне платили за роль жены. Спасибо, что он не потребовал, чтобы я спала с ним. Хотя уверена, у такого мужчины нет проблем с женщинами. Правда, когда я наводила справки – то никакой информации о постоянной партнерше не нашла. Не то, чтобы я уделила много внимания этому вопросу. Но теперь во мне проснулось желание поискать тщательнее.

Я снова посмотрела на Льва и попыталась понять, как этот человек так легко управляет ситуацией, как будто держит меня на ладони, играя своими правилами. Но в этот момент что-то внутри меня просыпается. Я не могу позволить себе полностью утратить контроль, даже если внешне всё выглядит так, будто я уже прогнулась под него.

– Всё, что меня интересует – это спасение фирмы, – повторяю я с упорством, надеясь, что смогу хотя бы в этом остаться верной себе.

Лев слегка прищуривается, словно оценивает мои слова, а затем едва заметно кивает.

– Хорошо, – отвечает он. – Но не забывай, Валерия, что в этой сделке мы оба получаем то, что хотим. Ты спасаешь свою фирму, я – укрепляю свою репутацию. Я даю тебе возможность сохранить то, что дорого твоему отцу. И, поверь мне, это – гораздо больше, чем могла бы предложить любая другая сделка. Не дай мне пожалеть о нашем сотрудничестве.

Его слова снова пронизывают меня, оставляя в сердце тяжесть. В комнате воцаряется короткое молчание. Я едва касаюсь еды, но чувствую, что мне нужно что-то сказать. Что-то, чтобы почувствовать, что у меня всё ещё есть хоть капля контроля над ситуацией. Мой голос дрожит, но я заставляю себя произнести:

– Два года. Это долгий срок, Лев.

Он наклоняется вперёд, его лицо на мгновение смягчается, но глаза остаются такими же холодными.

– Время пролетит быстрее, чем ты думаешь. Ты будешь играть свою роль, я – свою. Всё будет идеально. Развод будет таким же тихим, как и наша сделка. Никто не узнает правды, если ты не захочешь этого.

Я молча киваю, но внутри меня всё бурлит. Пленница в его ловушке, я понимаю, что выхода действительно нет. Он победил. Я смотрю на него, пытаясь разглядеть в его ледяных глазах хоть какую-то слабость, хоть намёк на человечность, но не нахожу ничего. Только силу и холодный расчет.

«Валерия, ты пожалеешь потом об этом», – шепчет внутренний голос, но я заставляю его замолчать.

– Когда ты хочешь, чтобы я переехала? – мой голос звучит хрипло, но твёрдо.

Лев бросает взгляд на часы и пожимает плечами.

– Чем раньше, тем лучше. Моя машина заберёт тебя завтра. Ты должна быть готова.

Его уверенность в том, что я подчинюсь, поражает. Похоже, он будет диктовать мне мою жизнь следующие два года.

– Завтра, – тихо повторяю я, чувствуя, как последний луч надежды угасает.

Лев снова кивает, словно подтверждая договорённость.

– Всё будет хорошо, Валерия. Ты поймёшь, что это лучшее решение для нас обоих, – говорит он, и его голос звучит как уверенное предсказание, как заключительная точка в сделке, из которой уже не выйти.

Официант появляется с чеком, и Лев, не глядя, достает карту, чтобы оплатить наш обед. Я ощущаю себя как зритель, который наблюдает за происходящим со стороны, в собственном теле. Это больше не моя жизнь. Это его сцена, и я – часть его игры.

Лев встает из-за стола, и я вижу, как он властно протягивает руку, ожидая, что я возьму её. Я колеблюсь, но он терпеливо ждёт. В конце концов, я поднимаюсь и кладу свою ладонь в его.

– Приготовься, – произносит он почти шёпотом, его голос звучит как приказ. – Теперь всё пойдёт по нашему плану.

И с этими словами он выводит меня из ресторана и садит в такси, оставляя чувство, что я только что подписала договор с дьяволом.

Глава 3

Чёрный автомобиль Льва остановился у моего дома с ровной точностью, как будто всё, что происходит в моей жизни, теперь идёт по его расписанию. Однако, Льва в машине не было – только водитель, который молча ждал, когда я выйду из дома. Эта деталь почему-то задела меня: он даже не счёл нужным приехать сам, чтобы познакомиться с моей семьёй или хотя бы убедиться, что я не передумала.

Мама, стоящая рядом в дверном проёме, смотрела на меня с выражением растерянности и скрытого беспокойства. Я понимаю, что она так и не смогла осмыслить новость. Как объяснить ей, что я ухожу к мужчине, которого она никогда не видела, о котором я никогда не рассказывала?

– Лера, ты уверена, что это правильное решение? – мягко спросила мама в который раз.

Я заранее знала, что этот разговор будет неизбежным, и придумала правдоподобную историю, хотя в голове всё смешивалось от лжи и правды. Я сделала глубокий вдох и начала говорить, стараясь сохранять уверенность.

– Мы с Лёвом расстались, потому что он не был готов к серьёзным отношениям, – начала я, глядя на мамино лицо, которое, казалось, ожидало объяснений. – Но сейчас всё изменилось. Когда всё начало рушиться, он появился снова. Он предложил мне помощь… и сделал предложение руки и сердца.

Мама прищурила глаза, глядя на меня с недоверием. Её выражение лица говорило о том, что она слишком хорошо меня знала, чтобы поверить в такие резкие изменения.

– Но ты не обязана принимать его предложение только потому, что сейчас тяжело. Если ты не уверена, если не чувствуешь… – Она замолчала, подбирая слова. – Защита не может быть причиной для брака.

– Нет, мама, – перебиваю её, чувствуя, как тяжесть лжи висит на моих плечах, но я вынуждена продолжать. – Я его люблю. Мы потеряли много времени зря, и я хочу быть с ним. Я не хочу… больше не ждать.

Я вижу, как в глазах мамы пробегает тень сомнения, но она сдерживается и кивает, словно принимает мой ответ. В её взгляде отражается усталость – с тех пор как отец умер, все тяготы семьи лежали на мне. Возможно, она даже рада, что я наконец-то нашла поддержку.

– Хорошо, милая, – вздыхает мама. – Ты уже взрослая, сама знаешь, что делать. Может быть, это и к лучшему.

В ее слова звучит облегчение, и я не могу не чувствовать горечь от того, что мне приходится лгать ей. Я обещаю ей, что скоро она сможет лучше узнать Льва, когда всё устаканится. Я приведу его для знакомства.

После этого я быстро собираю свои вещи, пытаясь не оглядываться на дом, который я оставляю. Водитель открывает багажник, и кладет туда мой единственный чемодан. Я взяла только самое нужное. Маме объясняю это тем, что остальное мне купит Лев, а дома я хочу оставить свой уголок не тронутым.

Машина медленно трогается с места, и я сразу чувствую, как сердце сжимается в груди. Я не смотрю назад, но внутри всё кричит, что я совершаю огромную ошибку. Мама остаётся на пороге, её лицо постепенно исчезает за окнами, и с каждым мгновением я всё дальше и дальше отдаляюсь от привычной жизни. На глазах начинают накапливаться слёзы, но я отчаянно сдерживаю их, не позволяя себе слабости.

Я еду в мир, который принадлежит Льву, и не могу избавиться от чувства, что я теперь в его руках. Смешанные эмоции – страх, неуверенность, но в то же время странная решимость – накрывают меня с головой. Вдали появляются силуэты высоток. Мы подъезжаем к огромному современному жилому комплексу с блестящими фасадами и зелёными насаждениями вокруг.

Когда машина останавливается, водитель выходит и открывает мне дверь. Передо мной возвышается здание, сияющее под солнечными лучами. Внутри меня всё переворачивается. Я знаю, что здесь буду чужой – этот место не принадлежит мне.

– Пойдёмте, – водитель указывает мне на вход.

Мы проходим через холл с высокими потолками, украшенный мрамором и дорогими элементами декора. Внутри всё выглядит стерильно, холодно, безжизненно – как и все современное. Водитель провожает меня к лифту, а когда двери закрываются за нами, в голове всплывают обрывки разговора с мамой. Ложь, которую я ей рассказала, кажется сейчас особенно тяжёлой.

Лифт плавно останавливается на последнем этаже, и водитель открывает дверь пентхауса. Просторная квартира встречает холодным, минималистичным интерьером: огромные панорамные окна с захватывающим видом на город. Повсюду серые и белые тона, стекло, металл – всё продумано до мелочей.

В центре гостиной стоит Лев, сложив руки на груди. Он встречает меня в деловом костюме, словно только вернулся со встречи. Все такой же властный, как и вчера, но сегодня он выглядит немного более расслабленным. Хищник, который ждет свою жертву в клетке.

– Я отменил все встречи на сегодня, чтобы помочь тебе обустроиться, – спокойно говорит он, наблюдая за мной, как за объектом своего владения.

Это должно вызвать во мне благодарность, но я была бы рада, если бы он не уделам мне столько внимания. Водитель заносит мой чемодан и уходит, оставляя нас наедине. После этого Лев проводит меня в просторную гостиную с огромным кожаным диваном и стеклянным журнальным столиком. Дизайн напоминает холостяцкий стиль – холодный, функциональный, без намёка на уют. Современные картины на стенах, огромная развлекательная система – всё говорит о статусе хозяина.

– Садись, – Лев указывает на диван, передавая мне папку. – Это контракт. Мои юристы работали всю ночь, чтобы подготовить условия. Прочитай его внимательно.

Я медленно беру папку, тревога усиливается. Внутри слишком тихо, эта тишина давит на меня, заставляя осознать, в какую ловушку я попала.

– Мы будем жить здесь недолго, – продолжает Лев, присаживаясь напротив. – После свадьбы мы начнём показательно выбирать дом. Молодой паре лучше жить в частном респектабельном доме, где они смогут строить свою семью. Журналисты это оценят.

Он говорит об этом так легко, будто это часть его плана. Я киваю, хотя внутри всё кричит о том, что это решение не моё. Я понимаю, что моя жизнь теперь полностью в его руках.

Я открываю папку и начинаю бегло просматривать документ, хотя каждая строка кажется абстрактной, как будто эти слова не касаются моей жизни. Юридический язык, холодный и беспристрастный, описывает мои обязанности и права в предстоящем браке. Чувствую, как сердце начинает учащённо биться, когда я нахожу раздел о «поведении супругов» – пункт, который касается наших публичных и личных обязанностей друг перед другом.

Лев внимательно наблюдает за мной, не произнося ни слова. Его неподвижность и спокойствие контрастируют с моим внутренним хаосом. Его уверенность не оставляет сомнений – он привык к тому, что все происходит так, как он хочет. Этот контракт – ещё одно доказательство его полной власти надо мной.

Я пытаюсь сосредоточиться на строках, но в голове всё смешивается. Это не просто брачный контракт – это сделка, где я становлюсь частью его тщательно спланированной игры. Мои личные границы стираются, словно их никогда и не существовало.

– Ты всё поняла? – его голос прерывает мои мысли, заставляя поднять на него взгляд. – Или нужны дополнительные разъяснения.

Я киваю, стараясь скрыть панику, которая поднимается внутри меня. Он снова складывает руки на груди, его лицо остаётся всё таким же непроницаемым.

– Отлично. Я не хочу, чтобы у нас были какие-либо недоразумения. Это вопрос бизнеса, и ты должна понимать это.

Он делает паузу, словно даёт мне время осознать сказанное.

– Не спеши, перечитай еще раз. Возможно ты захочешь внеси корректировки. У тебя есть время до завтра, – спокойно произносит он. – Если корректировок не будет, то утром я жду подписанные экземпляры на своём столе. Ты должна понять, что времени на раздумья немного, – его голос не терпит возражений, хотя сказанное не звучит как угроза. Скорее как данность.

Я молчу, чувствуя нарастающее беспокойство, но он, похоже, уверен, что я не буду ничего исправлять. Взгляд Льва становится ещё более пронзительным, он слегка наклоняется ко мне.

– А теперь я покажу тебе твою комнату, – его тон стал более мягким, но от этого не менее властным.

Он жестом приглашает меня следовать за ним, и я послушно встаю. Мы идём через длинный коридор. Наконец, Лев открывает одну из дверей и делает шаг в сторону, пропуская меня вперёд. Комната, которую он отвёл для меня, простая, но роскошная – огромная кровать с белыми простынями и большие окна с видом на город.

– Это дверь в гардеробную. Ванная рядом с комнатой, – говорит Лев, снова смотря на меня. – Особо не привыкай. Мы не будем жить здесь долго. После свадьбы начнём показательно искать новый дом. Он будет больше, предоставит каждому из нас своё пространство.

Его голос звучит спокойно, но в словах есть особенный акцент на том, что это личное пространство – ключевой момент.

– Так у нас будет меньше поводов пересекаться, – добавляет он, наблюдая за моей реакцией.

Меня такой расклад вполне устроит. Я осознаю, что этот холодный, властный мужчина не привык делить своё жильё с кем-то. Холостяцкая жизнь была для него комфортной, и теперь даже этот брак – только формальность, деловая сделка. Он создаёт вокруг себя мир, где у каждого есть своя роль и свои границы.

Словно пентхаус и так не был огромным, он планирует ещё большее пространство, в котором мы будем существовать параллельно друг другу. Прекрасное решение, поэтому я скупо улыбаюсь.

Лев продолжает смотреть на меня, как будто что-то оценивает, словно ожидает, что я предприму попытку приблизиться к нему. Но я остаюсь холодной и спокойной, не позволяя себе выдать ни единой эмоции, которая могла бы указывать на попытку что-то изменить в его мире. Мы оба знаем, что этот брак – фикция. И пусть я согласилась на это ради спасения семьи.

– Хорошо. Мне это подходит.

Лев слегка нахмурился, но потом на его лице снова появляется то же холодное, отстранённое выражение. Для него всё должно идти по плану, и я играю свою роль, как и обещала.

– Отлично, – произносит он сухо, делая шаг назад. – Утром жду подписанные документы.

Он больше не удостаивает меня взглядом и быстро выходит из комнаты, оставляя меня одну. Как только дверь за ним закрывается, я позволяю себе выдохнуть. В тишине пентхауса я остаюсь наедине со своими мыслями, глядя на ночные огни города.

Я сделала свой выбор. Теперь я должна справиться с тем, что меня ждёт.

Глава 4

Я просыпаюсь, когда лучи солнца только начинают пробиваться через полупрозрачные шторы. Встаю без будильника – привычка раннего подъёма не отпускает, даже несмотря на недавние перемены. В пентхаусе тихо. Лев, кажется, ещё спит, а я не могу сидеть без дела, особенно когда внутреннее напряжение, будто натянутая струна, не даёт покоя.

На кухне царит идеальный порядок. Белоснежные мраморные столешницы, блестящая техника – всё напоминает выставочный зал, а не место, где кто-то готовит. Но для меня кухня – это островок спокойствия. Я всегда любила готовить, это занятие помогает упорядочить мысли. Особенно мне нравится делать завтраки, поэтому и сегодня решаю не отказывать себе в этом занятии.

Сначала думаю сделать его только для себя, быстро осознаю неловкость – я гостья здесь. Лев, возможно, не ожидает от меня ничего, но оставить его без еды кажется неправильным. В конце концов, я уже согласилась быть его женой – пусть пока только на бумаге.

На плите шкварчит масло, и кухня наполняется ароматами жареного хлеба, ветчины и панкейков. Я делаю гренки с яйцом пашот, точно так, как делала их дома. В итоге получается не только мой завтрак, но и его.

И вот, стою я за плитой, как вдруг из-за спины слышу лёгкий шум. Оборачиваюсь и вижу Льва, который заходит на кухню как будто мое присутствие здесь привычное дело – в одних низко посаженных спальных брюках, с обнажённым торсом. От его вида я замираю. Совершенно не осознавала вчера насколько этот мужчина, вне всяких сомнений, физически привлекателен. Его тело – сильное, подтянутое, плечи широкие, каждая мышца словно выточена с идеальной точностью. Я невольно задерживаю взгляд. Сердце пропускает удар, а в горле пересыхает. Невозможно не заметить, как он движется – спокойно, уверенно, без лишних слов. Это вызывает странное покалывание в моем теле. Спешно отворачиваюсь, пытаясь сделать вид, что он не произвел на меня никакого эффекта.

– Ты приготовила завтрак? – его голос спокойный, но с ноткой удивления и утренней хрипотой, которая звучит довольно сексуально.

Неловко киваю, снова повернувшись к нему. Вижу его приподнятые брови и устремленный на еду взгляд.

– Для меня ещё никто не готовил завтрак, – неожиданно признается он, вызывая во мне удивление. – Обычно я ем в ресторанах или заказываю доставку.

Я сдавленно улыбаюсь, подавая ему тарелку.

– Я не могла оставить тебя без еды, – отвечаю, чувствуя лёгкое смущение. – Тем более что я скоро стану твоей женой.

Лев ухмыляется, но принимает тарелку из моих рук. Секунду он просто смотрит на меня, а затем, словно стремясь разрушить неловкость, прокашливается.

– Ты изучила договор? – он кивает на папку, лежащую на кухонном острове.

– Да, – я указываю на подписанные бумаги. – Всё подписала.

Лев не сводит с меня взгляда, словно оценивая мои слова и действия, но ничего больше не говорит. Просто поворачивается, берёт тарелку с едой и садится за кухонный стол. И я, словно по инерции, сажусь напротив. Перед этим поставив чашку кофе перед ним и собой.

Я сижу напротив Льва, не в силах избавиться от ощущения, что это не просто завтрак, а новый семейный ритуал. В воздухе висит напряжение. Я наблюдаю за ним, как он методично ест, но его взгляд время от времени возвращается ко мне. Это странное чувство – сидеть за столом с мужчиной, с которым, по сути, не имею ничего общего, но уже через несколько дней я стану его женой.

Я пытаюсь сосредоточиться на еде, но мысли разбегаются. Вчерашняя решимость постепенно растворяется, уступая место тревоге. Возможно, мне стоит задать больше вопросов о договоре, о том, что меня ждёт. Но слова застревают в горле, как кусок недожёванного хлеба.

Вдруг Лев поднимает глаза и, будто продолжая свои размышления вслух, спокойно говорит:

– Сегодня куплю тебе кольцо.

Я невольно давлюсь. Схватившись за чашку кофе, делаю глоток, чтобы справиться с неожиданной реакцией. Ситуация становится слишком реальной слишком быстро. Лев, видимо, замечает мою неловкость, но никак на это не реагирует.

– За этим делом нас снимут журналисты, – поясняет он, словно это естественно. – Заказная статья уже готова. Там будет написано, что известный холостяк наконец-то покорён. Вчера говорил с отцом – он одобрил наш брак. Так что всё идёт по плану.

Его спокойный, уверенный голос только усиливает моё внутреннее смятение. Всё продумано до мелочей, даже до реакции общественности. Я чувствую себя просто частью его тщательно выстроенной стратегии.

– Через пару дней мы вместе отправимся на приём. Подтвердим статью, так сказать.

Я шумно выдыхаю, словно пытаюсь выпустить всё напряжение, которое накапливалось внутри. Приём. Журналисты. Отец. Всё это было частью сделки, которую я заключила, но осознание того, насколько это теперь реально, настигает меня внезапно и безжалостно.

Лев молча смотрит на меня, его взгляд пронизывающий, будто он видит мои сомнения и страхи насквозь, но при этом не собирается давать мне передышки. Он продолжает есть, не сводя с меня взгляда. В его глазах, как обычно, нет никакой эмоциональной окраски, только этот непробиваемый холод и уверенность.

В моей голове проносятся мысли: что скажет бизнес общество? Как отреагируют люди, когда увидят меня рядом с ним? Это станет темой для обсуждений, и я окажусь в центре внимания, что пугает больше всего.

И Лев это замечает, поэтом спокойно говорит:

– Я уверен, ты справишься. Ты же бывала раньше на приемах со своим отцом.

Я чувствую, как внутри всё напрягается ещё сильнее. Это было несколько лет назад, мама не смогла пойти из-за простуды и папа взял меня. Но я была насколько захвачена этим событием, что сейчас мало что помню. Он тогда хватился мной, студенткой экономического. Как будто целая жизнь прошла.

– Постарайся подготовиться. Это будет твоё первое появление в новом статусе, – добавляет он, поднимаясь из-за стола. – Ты должна выглядеть достойно.

Я киваю, не находя слов.

– В его спокойной уверенности, в том, как легко он принимает каждую деталь нашего «брака», есть что-то удушающее. Он отходит в сторону, открывает шкафчик и достаёт свою кредитную карту. Секунда – и он протягивает её мне, не поднимая глаз.

– Возьми.

– Что? – я смотрю на него, не веря своим ушам.

– Тебе нужно купить подходящее платье. И аксессуары. – Его взгляд холодный, непроницаемый, как будто он отдаёт очередной приказ подчинённому.

– Я справлюсь сама, спасибо, – пытаюсь отвергнуть его жест, но Лев не собирается отступать.

– Это часть сделки. Я хочу знать, что все, что будет на тебе куплено за мой счет. – Он произносит это так буднично.

Я сжимаю губы. Внутри всё кипит, готово взорваться. Он настоящий тиран. Но что я могу сделать? Ничего. Я глубоко вздыхаю и беру карту, силясь не выдать своего раздражения. Пусть это будет ещё одним доказательством, что всё в нашем «браке» – бизнес.

– Хорошо, – говорю сухо.

Он кивает, будто всё так и должно быть. Вместо того чтобы убрать за собой тарелку или хотя бы поблагодарить за завтрак, он произносит:

– Кстати, было неплохо.

Его голос лишён искренности, и я чувствую, как внутри меня поднимается волна негодования. Даже элементарного «спасибо» от него не дождёшься.

Лев разворачивается и уходит. Я смотрю ему вслед, чувствуя, как остатки моего терпения истощаются. Оставаясь одна на кухне, начинаю прибирать со стола, ворча себе под нос:

– Чувствую себя женой-домохозяйкой…

Глава 5

Лев

Работа идет своим чередом. Стол завален бумагами, на экране – графики, отчеты. Всё под контролем, как и всегда у меня. Это моя стихия – цифры, отчеты, сделки. Никаких сюрпризов, никаких эмоций. Каждое действие продумано, каждое решение взвешено. Но, блин, мысли то и дело возвращаются к ней – Валерии.

«Да сколько можно, бл*дь!» – откровенно хочется выругаться, но я таки откидываюсь на спинку кресла и позволяю себе подумать о ней.

Когда Алина упомянула её, я представил себе другую картину. Обычная богатая девочка с именем и связями, но без характера. Избалованная. Неожиданно осталась без отца и финансов. Готовая себя продать. Ее досье подтверждало мои умозаключения. Типичная карьера, правильное воспитание, ничего примечательного.

Но вживую… она оказалась лучше, чем я ожидал. Внешность… на фото смотрелась просто, но в жизни она оказалась куда интереснее. Элегантная, без нарочитой искусственности. И этот взгляд, спокойный, но в то же время полный тревоги, что пробивался сквозь её сдержанность.

Честно говоря, я даже был слегка удивлён. Ожидал, что она будет бояться и не выдержит разговора. Но она стояла твёрдо, хоть и напряжённо, не дала себе сломаться. Это… зацепило.

И завтрак. Я привык к тому, что люди делают для меня что-то ради выгоды. Но она просто приготовила завтрак. Не только для себя, а и для меня. Чёрт, никто никогда этого не делал. Всё чаще я ем ресторанную еду или заказываю что-то домой, так проще. Но она взяла и сделала – будто это было естественно.

Мысли прерываются звуком открывающейся двери. Я знаю, кто это, даже не поднимая головы. Алина. Она входит, как всегда, без стука. И это её фирменное поведение. С одной стороны, оно раздражает, но с другой – в её уверенности есть что-то, что до сих пор цепляет. Она входит, как хозяйка положения, в эффектном платье, подчёркивающем её фигуру. Она точно знает, как привлечь внимание мужчин.

– Ну что, как там твоё новое приобретение? – её голос тянется с едва уловимой насмешкой, в которой, я точно знаю, скрыто что-то большее.

Я молча смотрю на неё. Алина любит вести себя игриво. Она знает, что может позволить себе многое, и пользуется этим. Она умеет напоминать о себе в моменты, когда моё внимание сосредоточено на чём-то другом. Наверное, поэтому наши отношения и длятся так долго. Обычно женщины быстро надоедают, но не Алина.

– Она согласилась, – отвечаю спокойно.

Она подходит к столу, останавливаясь всего в нескольких шагах, её глаза сканируют меня, и она явно наслаждается своей женской властью. Я ловлю себя на мысли, что её эффектность и уверенность – это то, что когда-то меня заинтересовало. Она знает, как играть по правилам, как быть полезной, молчаливой и при этом оставаться желанной женщиной. А ее проделки в постели и вне ее способны завести даже импотента. К счастью, я таким не был.

Алиина подходит ближе, её рука касается моего плеча, и она скользит пальцами по моей рубашке, будто между делом.

– И как тебе твоя невеста? – её голос наполнен легким сарказмом, и я понимаю, что она ждет что я поддержу ее отношения к Валерии и я решаю сыграть в эту игру.

– Такая, как ты и описана, – открыто демонстрирую пренебрежение. – Глупышка. Подписала договор, и даже не показала адвокату.

Алина смеется.

– Тебе будет легко ею управлять, – говорит она, а затем наклоняется ближе. – А как насчёт того, чтобы я помогла тебе расслабиться?

Я уже знаю, куда это ведёт, но, прежде чем что-то успеваю ответить, дверь кабинета открывается снова. Моя секретарша, как всегда, сдержанна и точна.

– Лев Александрович, вам пора на встречу в ювелирный. – Её голос чёток и формален, она даже не смотрит на Алину, будто её здесь нет.

Я замечаю, как Алина скрывает раздражение, её улыбка не исчезает, но теперь в ней чувствуется больше напряжения. Она отстраняется с лёгкой усмешкой.

– Ну, конечно, – её голос сладкий и ядовитый одновременно. – Тебе ведь нужно купить кольцо для твоей новой игрушки.

Она делает шаг назад, позволяя мне встать. Я надеваю пиджак, чувствуя её изучающий взгляд, поэтому наклоняюсь и целую ее в губы. Она улыбается, но её глаза остаются напряжёнными. Несмотря на то, что все идет по ее плану, я вижу, что ей не нравится, что моё внимание теперь распределено не только на неё. Алина привыкла находиться в центре. Ей невыносимо осознавать, что кто-то другой может занять её место, пусть даже на время. Её план с Валерией – это лишь часть игры. Ей нравится контролировать, и сейчас она проверяет, насколько далеко её власть распространяется.

– Меня ждет журналист. Я оплатил статью и фото.

Мое пояснение возвращает искреннюю улыбку на ее лицо. Алина проводит пальцами по моей груди, её голос мягок, но я чувствую, как за этим скрыта требовательность.

– Ты как всегда продумал всё до мелочей, – её улыбка становится шире, как будто она нашла в моих словах подтверждение своей значимости. – Заедешь сегодня?

– У меня важный контракт на носу, – отвечаю, надевая пиджак. – Ты знаешь, что я не люблю отвлекаться перед такими сделками.

Это правда. Я всегда ставлю бизнес на первое место, а всё остальное должно подождать. Даже такие моменты с Алиной. Она это знает, но её не устраивает. Мне нужно быть собранным, а не отвлекаться на её прихоти. Это одно из правил моей игры, и Алина давно научилась его принимать, даже если иногда ей хочется его нарушить.

– Хорошо, – её голос становится спокойнее, но я вижу, что внутри она всё ещё недовольна. Она делает шаг назад, давая мне возможность пройти к двери. – Но не забывай обо мне, дорогой.

Я слегка киваю, не отвечая. Секретарша открывает мне дверь, и я выхожу, оставляя Алину в кабинете.

Вхожу в торговый центр и моментально чувствую, как привычная суета окутывает меня – толпы людей, яркие витрины, гул музыки. Всё это лишь раздражающий фон для меня. Я беру телефон и набираю Валерию.

– Я на месте. – Сообщаю ей. – Давай пойдём в ювелирный.

Побыстрее бы покончить с этим делом. Недовольно разминаю шею. Знаю, что сам заварил эту кашу, но сейчас жалею, что просто не дал секретарше задание подобрать нужное кольцо.

– Я ещё выбираю платье, – слышу её голос. Спокойный, как и всегда, но с лёгким оттенком волнения.

Мгновение я молчу, прикидывая как поступить – приказать немедленно идти ко мне или сделать поблажку, а заодно и оценить ее выбор.

– Где? – спрашиваю.

Она называет магазин, и я решительно направляюсь туда, не теряя времени. Когда подхожу к бутику, то вижу её в центре помещения. Валерия стоит перед зеркалом, боком ко входу. На ней платье – элегантное и простое платье, закрытое спереди по линию ключиц. Но затем она поворачивается ко мне спиной, и тут воздух вокруг меня накаляется. Платье обнажает её спину практически до ягодиц, подчёркивая всё – каждый изгиб, каждый плавный переход. Охренеть, какая у неё спина! Тогда я понимаю еще одну вещь – если она хотя бы чуть-чуть наклонится, платье перестанет быть приличным, и эта мысль меня по-настоящему заводит.

Почему я раньше этого не заметил? Чёрт, у неё действительно красивая фигура. Внутри всё сжимается – проклюнулись те самые первобытные желания, которые обычно держишь под контролем. Вроде бы всё просто – женщина как женщина, но что-то в этом моменте цепляет. Вижу её по-другому, чем до этого, и это раздражает. Не должно быть так, не с ней.

Внутри вспыхивает что-то первобытное – чисто мужское желание, пробуждённое тем, что вижу. И тут же, почти мгновенно, всплывает другое: ревность. Какого хрена, ведь на нее в этом платье будут смотреть другие мужики? Не просто смотреть – разглядывать, жадно оценивать. Я напрягаюсь, ощущая, как внутри закипает раздражение. Это платье создано для того, чтобы привлекать внимание самцов, и мне что-то совсем не нравится эта идея. Она – моя невеста, а не украшение для чужих глаз.

Консультант уже начал петь дифирамбы этому наряду, сыплет комплиментами, как оно «идеально сидит» и как «подчёркивает её естественную красоту». Но меня это не устраивает. Категорически. Подхожу ближе, и, не особо выбирая выражения, говорю своё твёрдое «нет».

– Это не подойдёт, – бросаю я, и Валерия поворачивается ко мне, в её глазах мелькает удивление. – Давай выберем что-то другое. Под моим руководством.

Не дожидаясь возражений, прохожу к дивану и усаживаюсь, давая понять, что готов оценивать другие варианты. Консультант выходит из лёгко�