Попаданка для инквизитора 2 бесплатное чтение

От автора: Дорогие читатели, это 2 заключительная часть истории про Дэмиана и Серафиму. 1 часть читайте бесплатно.

Пролог

Наконец-то проверка закончилась. Только два педагога остались в живых после ритуального огня. Инквизитор снял с них все обвинения – несчастных просто подставили.

Дэмиан повернулся к брату. Принц выглядел уставшим: нелегко поддерживать магическое пламя, когда столько испытуемых проходит проверку на верность Короне.

– Иди уже к своей истинной, – мягко улыбнулся Андрриас, отпуская инквизитора. – Заждалась, поди, ведьмочка.

– Спасибо. А ты сомневался, – хмыкнул дракон, вспоминая, как брат отговаривал от его от прохождения проверки вместе с Роситой.

– Ты же знаешь, я люблю тебя и не хотел, чтобы ты пострадал, если бы кенарина не оказалась твоей истинной парой, – принц похлопал его по плечу. – Огонь не прощает подобных ошибок.

– Знаю, Андри, – улыбнулся мужчина. – Не жди меня и завтра тоже. До встречи, брат.

Инквизитор быстро зашагал в сторону домика ведьмы. Наконец-то он обнимет её и всё расскажет: огонь принял Роситу, и дракон понял, что девушка является его истинной парой. Хотя сам инквизитор осознал это раньше, потому как влюбился в ведьму безоговорочно и навсегда. Ни одна женщина настолько не будоражила его ум и сердце. От одного взгляда на ведьму в мужчине просыпался жуткий собственник, который хотел сделать девицу своей и единственной. Только проклятие напоминало ему о том, что с ведьмой следует быть сдержаннее.

– К сархану проклятье! – прорычал Дэмиан, всё для себя решив, и постучал в дверь.

– Ваше Светлейшество… – недоумённо смотрел на него Дженаро.

Опять этот молокосос рядом с его Роситой! Дракону так и хотелось двинуть ему по наглой роже, но мужчина сдержался.

– Я за Роситой, она ждёт меня, – сделал он шаг и потеснил мага вглубь дома.

– Она спит, – Дженаро растерянно посмотрел себе под ноги,– устала очень…

Не успел магистр договорить, как незваный гость рванул по лестнице вверх.

– Погодите! – запаниковал маг, пытаясь догнать инквизитора, но не успел.

Дэмиан распахнул двери и кинулся прямиком к постели. Росита спала в одежде, лёжа на спине. Дракон внутри него заворочался, напрягаясь. Инквизитор заметил обескровленные щёки девушки и тусклые волосы, разметавшиеся по подушке. Сердце сжалось от дурного предчувствия.

– Что с ней? – обернулся инквизитор, обращаясь к магу. – Почему она такая бледная? Она дышит вообще?

Не дожидаясь ответа, мужчина бережно взял руку девушки, прощупывая пульс. Вдруг судорога свела ладонь ведьмы, и она застонала во сне. Инквизитор ошеломлённо разжал холодеющие пальцы, выпустив руку чужой девушки. Дракон внутри разразился диким возмущением и непониманием.

– Где МОЯ Росита? – сжав челюсти, инквизитор медленно встал и грозной тучей двинулся на Дженаро. – Где МОЯ истинная?

– Это и есть… Росита… настоящая… – запинался маг, пятясь назад. – Пожалуйста, только не трогайте её!

Магистр умоляюще взглянул на дракона, потом на спящую девушку.

– Я люблю Роситу, настоящую. Она вернулась в своё тело, – затараторил он, осмелев. – Вашу истинную зовут Серафима Абрамова, её душа временно пребывала в теле Роситы.

– Что ты сказал?! – зрачки инквизитора вспыхнули от злости.

– Два часа назад ваша истинная вернулась домой, в своё тело и в родной мир. Пожалуйста, только не трогайте Роситу, ей нужно отдохнуть. Я расскажу вам всё, что знаю про Серафиму…

Глава 1. Сеанс

– Говорите, снова видели того мужчину? – врач спокойно задала очередной вопрос.

– Да, – выдохнула я, лёжа на мягком диване. Белый натяжной потолок со свисающей люстрой раздражал стерильной чистотой, но я старалась не отвлекаться. – Он снится мне каждую ночь. Его глаза пылали огнём, он целовал меня так неистово, что я…

– Вы боитесь его? – осторожно произнесла Евгения Родионовна, мой лечащий врач-психотерапевт.

– Нет, даже наоборот. Мне он нравится, я чувствую тягу к нему и желание… – запнулась я, не зная, как описать своё состояние.

– Он вас возбуждает?

– Именно. И ещё у меня такое чувство, что я знаю его, но не могу никак вспомнить имя, – я досадливо закусила губу. – Буква «Д» всё время вертится на языке, а как дальше, не помню. Дмитрий? Денис? Демьян? Всё не то…

– Вы принимаете антидепрессанты, что я вам выписала? – перешла врач на другую тему.

– Да, но они мне совсем не помогают, – вздохнула я, поднимаясь с дивана. Сеанс подходил к концу. – Вчера в лаборатории меня опять накрыло. Я думала, умру: воздуха не хватало, сердце билось, как будто пробежала марафон, голова кружилась. Забилась в угол как крыса и просидела там полчаса, пока не пришла в себя. До смерти напугала опять всех.

– Приступы участились, – записала она в карту, затем внимательно посмотрела на меня через очки.

– И ещё кое-что заметила… не знаю, стоит ли говорить об этом, – замялась я.

– Конечно стоит, говорите всё, что вас волнует, Серафима.

– Не пойму, совпадение это или нет, – пожала я растерянно плечами, – но когда меня накрывает паническая атака, на улице усиливается ветер. Вчера даже окно чуть не разбилось в лаборатории от сквозняка. И это не в первый раз. Дома тогда тоже сквозняк открыл окно в квартире, хотя я точно помню, что оно было закрыто. У меня шизофрения? Паранойя?

– Хм, интересно, – задумалась женщина, внимательно разглядывая меня. – Знаете что, Серафима, я настоятельно рекомендую вам уехать недельки на три в санаторий. Могу порекомендовать отличное место, где работает мой однокурсник, замечательный врач. Он проходил стажировку в Германии, у него большой опыт работы с людьми с пограничными состояниями, вот как у вас.

– А как же учёба? Моё исследование? – напряглась я.

– Ваша учёба никуда не денется, и наука тоже, – на меня устремился строгий взгляд серых глаз. – Вам срочно нужно сменить обстановку. Режим дня, сбалансированное питание, свежий воздух, ежедневные процедуры и сеансы – всё это поможет вам прийти в себя и справиться с депрессией. Я выпишу направление, получите хорошую скидку. Хотите, прямо сейчас позвоню Роберту?

– Хорошо, звоните, – сдалась я. Может, действительно отдохнуть, отвлечься от учёбы и шумного города.

Евгения Родионовна взяла со стола мобильный телефон и быстро набрала нужный номер из контактов. Я услышала через динамик длинные гудки вызова.

– Алло, Роберт, здравствуй, – заулыбалась женщина, глядя в окно. – Да это я, звоню по делу… Тут у меня сидит пациентка, хочу отправить её к тебе в санаторий… Очень интересный случай, по твоему профилю… Да, верно, дорогой… Отлично! Договорились. Я тогда выписываю ей направление, а ты не забудь сделать Серафиме хорошую скидку… Спасибо, Роберт… Прости, давай потом созвонимся. Ну всё, пока.

Она отложила телефон, её глаза удовлетворённо сияли.

– Всё, договорилась. Послезавтра можете выезжать в санаторий. Места там красивые, с хорошей энергетикой.

– Спасибо, Евгения Родионовна, – устало улыбнулась я. – Пойду тогда.

– Подождите, я сейчас подготовлю направление и выписку, – женщина энергично нажала на клавишу уснувшего компьютера, и экран тут же ожил, включившись. – Можете подождать в коридоре, это минут пять.

– Хорошо, спасибо, – я встала и направилась к дверям.

Дождик моросил уже несколько часов кряду. Я шла по мостовой, держа зонт над головой. Пронизывающий влажный холодок пробежал по спине. Я поёжилась. В академии мне дали больничный без проблем. В деканате все облегчённо вздохнули, соглашаясь, что это отличное решение. Мне самой уже хотелось уехать куда-нибудь в глушь – побыть наедине с собой и разобраться со смутными переживаниями, терзавшими меня.

Прошёл почти месяц после того, как я очнулась пятнадцатого сентября в пустой квартире и поняла, что выпала из жизни на десять дней. Врачи говорят, это после отравления газом в лаборатории у меня случилась частичная амнезия: я не сразу узнавала близких и не могла вспомнить некоторых фактов из своей жизни. Даже забыла, кто у нас действующий президент.

Я быстро поправилась после отравления, и меня выписали. Но вот тот факт, что из моей памяти выпал кусок жизни, очень взволновал и удивил врачей. Я прошла обследование, но никаких патологий не обнаружили. Потом у меня началась депрессия, которая с каждым днём прогрессировала. И вот уже две недели как я хожу в частную клинику на сеансы к психотерапевту.

Знакомые и соседи, которых я опрашивала, рассказали, что неделю я провела дома и редко выходила на улицу. Где я была и куда ходила, никто не знал.

Даже моя сестра видела меня один раз, и то в больничной палате, – Васелина была занята учёбой и пробами. Её, кстати, взяли на роль второго плана в каком-то историческом сериале, скоро начнутся съёмки в Петергофе. Я никогда ещё не видела сестру такой счастливой. Надо позвонить ей. Я достала из кармана пальто телефон и быстро набрала Васю.

– Алло, привет, – улыбнулась я, услышав родной голос.

– Фима, привет. Как ты? – заботливо спросила Васелина.

– Всё хорошо. Звоню сказать, что завтра уезжаю на три недели в санаторий «Красное озеро», – выдохнула я. – Врач направление дала.

– Вот и отлично! – искренне обрадовалась сестра. – Я переживала, что буду очень занята и не смогу навещать тебя, как прежде. Сама понимаешь, съёмки. А в санатории ты будешь под надёжным присмотром.

– Да, конечно, езжай со спокойной душой.

Я понимала, как я напрягаю в последнее время Васю. Она, бедная, разрывается между мной и учёбой в театральном, а тут ещё и съёмки.

– Звони мне обязательно каждый день, – чувствовалось, что она улыбается.

– Давай лучше ты звони, как будешь свободна, – ухмыльнулась я. – До тебя в обычный день еле дозвонишься, а тут ещё и работа над сериалом.

– Хорошо. Фима, я не говорила тебе… – замялась вдруг сестра. – Я люблю тебя, ты у меня самый близкий человек на земле.

В груди запекло, а глаза защипало.

– И я тебя люблю, сестрёнка, – чуть дыша, ответила я, вытирая руквом скатившуюся по щеке слезинку. – Созвонимся.

Я отключила вызов. Неожиданный порыв ветра чуть не выхватил зонт у меня из рук, но мобильник скользнул между пальцами и плюхнулся прямо в лужу.

– Чёрт! – я наклонилась и быстро вытащила мокрый гаджет.

– Ого! Надеюсь, телефон не успел нахлебаться воды, – раздался приятный мужской баритон.

Я обернулась. Высокий молодой шатен в чёрной кожаной куртке остановился и, улыбаясь, посмотрел на меня.

– Есть у вас чем вытереть? – он одной рукой вытащил из кармана синий носовой платок и протянул мне. В другой руке он держал чёрный зонт-трость.

– Спасибо, – я взяла предложенную помощь и обтёрла мобильник. – Ой, платок теперь грязный, – сообразила я, что наделала. – Простите, не надо было брать его.

– Не переживайте, у меня есть ещё один, – мягко улыбнулся незнакомец. – Но если вы хотите возместить ущерб, предлагаю составить мне компанию и посидеть вон в том кафе, – мужчина указал рукой на заведение через дорогу. – Там подают отличный кофе с шоколадом и корицей. Если вы, конечно, не торопитесь. Ведь нет?

– Нет, – тут же ответила я, закусив губу. Получается, уже согласилась.

– Отлично. Меня зовут Даниил. А вас? – он протянул руку.

– Серафима, – меня вдруг напрягло его имя на букву «Д».

Я поспешно убрала телефон в карман и в ответ тоже подала руку. Но случайный прохожий не торопился пожать её; вместо этого он мягко обхватил мою ладонь, перевернув её, и быстро прикоснулся губами к пальцам. От его жеста мне вдруг стало неловко, и я поторопилась отдёрнуть руку.

– Простите, – смущённо пролепетала я. – Не каждый день незнакомцы целуют мне руки.

– Мы ведь уже с вами познакомились, – его серые глаза лукаво засияли. – Я немного замёрз и хочу согреться чашечкой горячего кофе. А вы?

– Хорошо. – Кофе действительно не помешает, как и согреться.

Глава 2. Новый знакомый

Внутри кафе оказалось уютно и тепло: интерьер в ванильно-шоколадных оттенках и мягкая музыка, тихо разливающаяся из динамиков по небольшому залу, настраивали посетителей на романтичный лад.

Горячий кофе согревал мои озябшие пальцы, а запах корицы, витающий в зале, успокаивал. Я уже перестала беспокоиться из-за того, что сижу за одним столиком с незнакомым мужчиной.

– Серафима, у вас такое необычное имя, – уголок рта собеседника приподнялся в полуулыбке. – Я бы сказал, несовременное, но очень красивое.

– Так звали мою бабушку, – скромно опустила я глаза, отламывая ложкой тирамису.

– Наверное, она хороший человек, раз вас назвали в её честь, – мужчина внимательно посмотрел на меня.

– Да, она действительно была хорошим человеком, – кивнула я и снова отвела взгляд. – К ней со всей области приезжали: кто за мудрым советом, кто за лечением, а кто за отворотом. Она даже помогала находить пропавшую скотину. Правда, сейчас это странно звучит, но местные называли бабушку ведьмой, её уважали и боялись.

Я замолчала. С чего вдруг меня понесло на откровенность?

– Как интересно, – приподнял брови собеседник. – Вы унаследовали дар своей бабушки?

– Что вы, какой там дар, – хмыкнула я. – Она просто знала всё о травах, обладала потрясающей интуицией и умела разбираться в людях.

– Согласитесь, что умение разбираться в людях – это настоящий дар.

– Пожалуй, вы правы, – грустно улыбнулась я, – но я совершенно не унаследовала эту особенность, хотя бабушка одно время говорила, что научит меня всему, так как я способная. Но она не успела передать мне знания – рано умерла.

– Сочувствую, – поджал губы мужчина. – Вы интересная девушка, Серафима. Чем вы занимаетесь?

– Я учусь в магистратуре медицинской академии, – вздохнула я с облегчением оттого, что разговор ушёл в другое русло.

– Вы будущий врач? – удивился новый знакомый.

– Биохимик, – с улыбкой ответила я.

– Как интересно. В чём заключается ваша работа? – Даниил искренне интересовался моей деятельностью.

– Это сложно объяснить в двух словах, – задумалась я. – Мы много чем занимаемся. Я изучаю химические процессы, протекающие в живых организмах. И… мечтаю разработать новое лекарство от рака, которое было бы более эффективным.

– Вы благородная девушка. Я рад, что познакомился с вами, – тёплая ладонь накрыла мою руку, и меня словно ударило током.

– Простите, – отдёрнула я руку, убрав её под стол. – Я многое рассказала о себе, а вот о вас ничего не знаю, кроме имени.

– Моя жизнь не такая интересная, как ваша, Серафима, – ухмылка мелькнула на его губах. – Я закончил юридическую академию, теперь работаю в органах.

Мои брови поползли вверх.

– И вы говорите, что ваша жизнь неинтересная?! – улыбнулась я невольно. – Вы, наверное, настоящий следователь, вон как у меня всё выпытали за пару минут: кто я, чем занимаюсь, даже про бабушку мою узнали.

– Не без этого, – честно признался этот… даже не знаю, как его назвать теперь.

– А знакомство наше было случайным? Или вы за мной следили? – мне в голову странная мысль.

– Что вы, – засмеялся мужчина, – я действительно просто шёл за вами. При слежке так близко не подходят к объекту. Да и зачем мне за вами следить?

– Простите, глупость сморозила, – мне вдруг стало стыдно, что я слишком подозрительно отнеслась к новому знакомому. – Просто всё это очень странно…

– Что странного в том, что я помог красивой девушке и пригласил её на кофе? Ваш телефон, кстати, работает? – улыбался мужчина.

Я сунула руку в карман и вынула мобильник. Нажала на кнопку – экран загорелся.

– Вроде работает, – пожала я плечами.

– Позвоните мне, проверьте, не намокли ли динамики. Восемь, девятьсот тридцать семь… – начал он диктовать номер. Мои пальцы быстро повторяли цифры на экране, затем я нажала на вызов. Пошли длинные гудки. Обычная мелодия звонка раздалась со стороны собеседника. Он ловко достал свой мобильник и, коснувшись экрана, приложил его к уху.

– Алло, слышите меня? – раздался его голос из динамика и одновременно рядом.

– Работает, – облегченно вздохнула я. – Ой! У вас теперь есть мой номер телефона, – щёки зарделись румянцем, когда я поняла, что опять совершила глупость. Чёрт, да он настоящий гипнотизёр.

– Как и мой номер сохранился на вашем телефоне, – улыбался довольный мужчина.

– Даниил, вы опасный человек, – прищурилась я с иронией. – С вами нужно быть начеку.

– Не без этого. Но вам не следует меня бояться, – он вдруг стал серьёзным и внимательно посмотрел на меня. – Я не причиню вам зла. Слово офицера.

– Офицера? Какое у вас звание? – я решила выпытать ещё немного информации о нём.

– Капитан, – коротко ответил собеседник, подняв чашку, и пригубил кофе.

Я тоже вспомнила про остывающий напиток и поднесла к губам чашку. Как-то странно это всё.

– Жаль, но мне пора бежать, – мужчина вскинул руку и посмотрел на часы. – Серафима, можно я позвоню? Хочу пригласить вас в театр.

– Я завтра уезжаю в санаторий, меня не будет в городе три недели, – улыбнулась я, радуясь тому, что отказала по уважительной причине.

– В каком санатории вы остановитесь? – спокойно спросил он.

– «Красное озеро», – без задней мысли ответила я.

– Отлично, тогда я к вам приеду в гости на выходные, – тут же нашёлся он. – Не будете против?

Я смущённо замялась, не зная, что сказать. С одной стороны, малознакомый человек навязывается в гости, что странно. А с другой – почему бы нет? Даниил приятный молодой мужчина, вежливый, обходительный, слегка навязчивый, но, возможно, я действительно ему понравилась. Мне давно пора уже заняться личной жизнью: год прошёл, как мы с Костей расстались. Пора забыть его окончательно. Тем более положительные эмоции мне сейчас необходимы.

– Хорошо, приезжайте, – улыбнулась я. – Буду рада вас видеть.

– Спасибо, Серафима. Вы меня просто осчастливили, – он лучезарно улыбнулся. – Можно я вам вечером позвоню?

– Можно, – мои губы ещё шире растянулись в улыбке. Надо же, какой нерешительный, всё разрешения у меня спрашивает – но приятно. Не люблю наглых и напористых мужчин.

– Тогда созвонимся, – он встал и, попрощавшись, ушёл.

Через минуту я допила холодный кофе и тоже вышла на улицу, где дождь перестал сыпать на мостовую.

До дома я добиралась пешком – стараюсь больше ходить и дышать свежим воздухом (если так можно сказать про воздух в городе-миллионнике). Это совет от моего лечащего врача. Мне действительно после прогулок становилось спокойнее на душе, но хватало такого настроения ненадолго.

– Мяу, – жалобный писк отвлёк меня от размышлений.

Я опустила глаза под ноги.

– Ой! – удивлённо уставилась я на грязного рыжего котёнка. – Ты откуда такой взялся?

– Мяу, – с надеждой смотрели на меня зелёные глаза.

– Бедняжка. Голодный, мокрый… Замёрз, наверное, – вздохнула я, присев на корточки, и протянула к нему руку.

– Мяу, – холодный нос коснулся моих пальцев.

– Пошли ко мне, а потом придумаю, что с тобой делать, – я подхватила зверька, как пушинку, и прижала к груди.

Хозяйка квартиры строго-настрого запретила заводить живность, но сегодня я могу хотя бы обогреть котёнка и накормить. Потом пристрою его в приют, где ему помогут найти новый дом и любящих хозяев.

Первым делом я вымыла бедняжку, завернула его дрожащее тельце в полотенце, которое потом поменяла на сухое. Удивительно, что зверёк не успел нахвататься блох, скитаясь по улице; может, он недавно потерялся и живёт где-то рядом. Проверила – он оказался мальчиком, как я и думала.

– Ну и как тебя назвать, малыш? – разглядывала я розовый носик, торчащий наружу. Котёнку где-то месяца три, значит, умеет есть сам. Это хорошо. – Кузя? Барсик? Может, Пушок?

Пришедшие на ум первыми имена никак не вязались с малышом.

– Феликс? Не слишком пафосно? – улыбнулась я. Хотя малышу подойдёт это имя, когда он вырастет.

Котёнок жалобно мяукнул и заёрзал в моих руках, пытаясь освободиться от плена полотенца.

– Хорошо, пойдём, накормлю тебя, – поняла я нетерпение малыша по-своему и освободила его от пут махровой ткани. Котик спрыгнул на пол и тут же начал усердно себя вылизывать.

– Ты уже чистый, – усмехнулась я, направляясь в кухню.

В холодильнике нашла котлету и молоко, которые разогрела в микроволновке на малой мощности, чтобы не перегреть. Малыш принялся жадно уминать котлету, а потом вылакал всё молоко. Его даже немного трясло, пока он ел, – наверное, от счастья.

Какой всё-таки он милашка! Я взяла его на руки, поглаживая за ушком.

– И чей же ты, Феликс? – умилённо заулыбалась я. – Где твой дом? Ой, надо тебе туалет придумать. Пойду поищу что-нибудь подходящее.

Пошарив в шкафах, нашла жестяную коробку из-под конфет «Рафаэлло» – вполне сгодится для временного туалета – нарвала газету, набросала туда и поставила коробку в туалет. Затем посадила в неё котейку и вспомнила, что говорила бабушка, когда спускала котят своей Мурки в отверстие, которое вело в подпол.

– Вот, Феликс, это твой туалет, сиди тут и делай свои дела, а под диван ходить не смей, – строго произнесла я.

Малыш поднял мордочку, взглянул на меня и жалобно запищал.

– Ничего не знаю, твой туалет здесь!

К моему удивлению, котёнок начал грести лапами газету и, покрутившись, пристроился, чтобы оставить небольшую лужицу.

– Какой ты молодец! – обрадовалась я его первым успехам и погладила по спинке. – Умничка, Феликс. Что же делать с тобой, дружочек?

В ответ он рванул из коробки в комнату и сразу взобрался на диван, царапая обивку. Нет, оставить его нельзя. Завтра мне ехать в санаторий. Придётся с утра пристроить его в приют, если не объявится хозяин.

Сделав несколько фотографий уже сухого кота, который клубочком свернулся на диване, я открыла телефон и разослала объявления по местным пабликам в соцсети.

Даниил, кстати, так и не позвонил. Наверное, уже забыл про меня.

А вот незнакомого мужчину, который снился регулярно, на этот раз увидела стоящим в огне. Жгучие языки пламени никак не вредили человеку, даже одежда на нём не тлела. Он тянул ко мне руки, как будто приглашал к себе в ревущее пламя. Сердце заходилось от бешеного ритма и страха, но ноги медленно двигались в направлении огня. Шаг, ещё… и вот я стою так близко, что ещё чуть – и окажусь в страшном костре.

– Серафима… – пылающие огнём глаза притягивали неведомой силой. – Где ты?

Удивлённо посмотрела на мужчину. В каком смысле где? Я же рядом, тут…

– Ты кто? – решила, наконец-то, узнать его имя.

– Ты тоже меня забыла, – удручённо вздохнул он, и его руки безвольно опустились.

– Тоже? – брови мои изогнулись в изумлении.

– И Росита ничего не помнит. Кажется, это побочный эффект запрещённого заклинания, – скривил он рот от досады.

– Кто такая Росита? – ничего не понимала я. – Какое ещё заклинание?

– Иди ко мне, – мужчина не ответил, видимо, решив, что это бесполезное занятие, – я очень соскучился.

И его руки вновь потянулись ко мне.

Что-то заворочалось в моей груди, отзываясь на искренний призыв мужчины. И я шагнула вперёд, оказавшись в крепких объятиях. Мы стояли в ревущем пламени, которое согревало, но совсем не обжигало.

– Серафима, я найду тебя обязательно… – шептал он страстно, прижимая меня к груди.

И мне хотелось, чтобы он нашёл меня…

Глава 3. Санаторий

Хозяин к утру не нашёлся, желающих забрать котёнка – тоже. Устроив Феликса за пазухой, я объездила все приюты, какие нашлись в окрестностях Питера. Некоторые заведения оказались переполнены, и мне предлагали принести котёнка позже, потому что сажать малыша в клетку ко взрослому коту или кошке опасно. В других мне самой не захотелось оставлять Феликса – приюты находились в плачевном состоянии, котёнку там точно не место.

Автобус не спеша двигался по направлению к городу, а я сидела в самом конце салона, не зная, что предпринять. Не ехать в санаторий? Подождать денёк-другой?

– И что мне с тобой делать? – посмотрела я на торчащую из-под куртки рыжую мордашку. – Куда тебя девать? Это был последний приют. Скоро обед, а я до сих пор не в санатории.

Только я проговорила это, как мобильник запел знакомую мелодию. На экране высветился номер Евгении Родионовны.

– Алло.

– Серафима, вы почему не в санатории? – голос врача в динамике звучал взволнованно. – Роберт Альбертович звонил мне, говорит, вас до сих пор нет. Простите, здравствуйте.

Я кратко обрисовала ситуацию, досадуя, что никак не могу пристроить котёнка.

– Уф, я думала, у вас что-то серьёзное стряслось, – выдохнула в трубку женщина. – Берите кота с собой, там можно с живностью. Главное, лоток и еду с собой возьмите.

– Правда можно? – я аж подпрыгнула на месте. – Тогда я сейчас заеду в зоомагазин, потом домой за вещами, и мы с Феликсом отправляемся на автовокзал.

– Хорошо, сообщу Роберту, что вы приедете с питомцем, – успокоилась Евгения Родионовна. – Позвоните мне, как доберётесь.

– Спасибо, – я обрадовалась, что проблема решилась сама собой.

В санаторий мы приехали только к ужину. Пришлось потратить изрядно времени на сборы и денег в зоомагазине. Лоток, наполнитель, переноска, шлейка, корм, миска, когтеточка и спальное место для Феликса – всё это пришлось купить для комфорта малыша, и я тащила с собой не только чемодан, но и сумку с вещами для котёнка и его самого в переноске.

Четырёхэтажное кирпичное здание смотрело на меня большими зеркальными окнами, в которых отражалось пасмурное темнеющее небо. Интересное решение нашёл архитектор, сделав корпус санатория частью небольшой горы и встроив задний фасад прямо в породу. Казалось, что дом – часть природного ландшафта.

Я вдохнула полной грудью, наслаждаясь свежим воздухом. Тайга, окружающая санаторий, щедро делилась ароматами влажной хвои и преющих опавших листьев.

– Вот мы и прибыли на место, – обратилась я к Феликсу, поднимаясь по широким ступеням. Котёнок жалобно мяукнул в ответ. Устал, бедняжка, мотаться со мной сегодня.

Небольшой холл санатория встретил теплом и тишиной. Он был почти пуст, только юная блондинка стояла за стойкой ресепшена. Администратор быстро оформила документы и заселила меня в двухместный номер, в котором я пока буду одна. Сейчас не сезон, и желающих отдохнуть не так много.

Взяв ключ и поблагодарив девушку, я со своими котомками двинулась к лестнице.

– Добрый вечер, – из длинного коридора вышел молодой мужчина в белой рубашке. – Вы Серафима Абрамова?

– Да, – кивнула я, остановившись и разглядывая его густую щетину.

– Меня зовут Роберт Альбертович, я ваш лечащий врач и заведующий лечебным отделением, – улыбнулся мужчина, обнажив белые зубы. Цепкий взгляд серо-голубых глаз в одно мгновение прошёлся по мне.

Как он молодо выглядит по сравнению с Евгенией Родионовной – ему можно дать от силы лет тридцать с небольшим.

– Очень приятно, – натянула я улыбку. – Простите, что опоздала, у меня появилась причина, – покосилась я на переноску, где Феликс притих, как только увидел врача.

– Ничего, всё в порядке. Располагайтесь, обживайтесь, скоро ужин, – посмотрел он на руку, где блестели серебром дорогие часы. – Завтра с утра вас осмотрит терапевт, потом придёте ко мне на приём, и я составлю для вас расписание сеансов.

– Благодарю вас, Роберт Альбертович. – Я поправила лямку переноски, которая так и норовила сползти с плеча.

– Давайте я помогу вам донести вещи, – мужчина тут же подхватил мой чемодан и пошёл к лестнице.

Я даже сказать ничего не успела, как он уже поднимался по ступенькам, легко неся мой чемоданище, словно пакет с хлебом. Хотя качком его нельзя было назвать, но сильные мышцы явно угадывались под тонкой тканью рубашки.

Мне оставалось только поспешить за ним, держа сумку с вещами для котёнка.

– Какой у вас номер? – обернулся на секунду врач.

– Двести одиннадцатый.

Заведующий быстро подошёл к нужной двери, избавляя меня от блужданий по коридору.

– Вот ваш номер, – остановился он, поставив чемодан на пол. – Из окна чудесный вид. Убедитесь в этом сами.

– Спасибо большое, – робко улыбнулась я и вставила ключ в замочную скважину.

– Увидимся завтра, – мужчина сунул руки в карманы брюк и бодро зашагал по ковровой дорожке.

– До свидания, – я опомнилась, что нужно ответить, и открыла дверь.

Вид из окна действительно был чудесный. С холма отлично просматривалось широкое озеро, растекшееся внизу блестящим неровным овалом. Солнце уже садилось за тайгой, подсвечивая невероятную смесь хвойных и лиственных деревьев, что яркими пятнами хаотично проглядывали сквозь тёмно-зелёное море старых елей.

Комната оказалась небольшой, но вполне уютной: две узкие кровати, две тумбочки, письменный стол, над которым висел телевизор, два стула рядом, два платяных шкафа по углам.

– Добро пожаловать в наш временный дом, – я поставила сумку и чемодан на пол, сняла с плеча переноску и открыла её. Феликс тут же выскочил и принялся обнюхивать все углы в комнате. Надо его срочно в лоток посадить, а потом покормить.

Только я успела расправиться с делами, позвонила Васелина, расспрашивая, как я устроилась. Говорили мы недолго, так как перерыв на съёмочной площадке объявили всего на десять минут. Попрощавшись, я облегчённо вздохнула и нажала отбой. Кажется, отношения с сестрой налаживаются. Было время, когда она не хотела даже слышать мой голос: мы крупно поссорились, после чего Васелина съехала из квартиры, которую мы вместе снимали.

Я положила телефон на тумбочку, но он снова ожил, заиграв мелодию, установленную на незнакомые номера. Интересно, кто это?

– Алло, – ответила я напряжённо, ожидая услышать бездушную запись «заманчивого» предложения от очередного банка.

– Добрый вечер, Серафима, – раздался знакомый голос. – Простите, что вчера не позвонил. На работе случился аврал, забегался, вздохнуть некогда было.

– Добрый вечер, Даниил, – невольно улыбнулась я, обрадовавшись, что случайный знакомый всё же не забыл про меня. – Ничего страшного, я понимаю, у вас непростая работа.

– Вы даже не представляете, насколько непростая, – усмехнулся он в трубку. – Как устроились в санатории?

– Хорошо, спасибо. Тут чудесно, а какой вид из номера, вы не представляете, – и ноги сами понесли меня к окну. Я разглядывала сумеречную осеннюю природу, отмечая про себя, что всё выглядит очень романтично.

– Охотно верю и надеюсь, в скором времени сам увижу. Вы не будете против, если я приеду к вам на выходные? – осторожно поинтересовался он.

– Буду рада видеть вас, – волнуясь, ответила я, теребя шторку. – Только вы позвоните заранее, если вдруг у вас не получится.

– Хорошо, договорились, – горько усмехнулся он. – Простите, смена заканчивается, мне нужно сдать оружие. Я позвоню вам, как смогу.

– Буду ждать, – я искренне надеялась, что он сдержит обещание. – До свидания, Даниил.

– Можно просто Даня и на «ты». Согласна? – вдруг осмелел мой невидимый собеседник.

– Согласна, – и мои губы дрогнули в улыбке.

– Тогда созвонимся, Серафима. Добрых снов тебе, – пожелал мужчина и отключился.

И чего я так волнуюсь? Вздох вырвался из груди.

– Феликс, а он вроде ничего, – посмотрела я на котёнка, развалившегося на кровати.

– Мяу, – равнодушно отозвался тот, зевнув.

– Какой ты у меня разговорчивый, однако, – присела я на краешек постели и погладила рыжую голову. – Кажется, мне придётся искать квартиру, где хозяева разрешают проживать с питомцами, особенно такими милыми, как ты.

После вкусного ужина в местной столовой я приняла душ и легла спать. Свежий воздух и усталость сделали своё дело, буквально свалив меня с ног. Засыпая, я ощутила мягкие лапки на своих ногах. Кот без зазрения совести топтался по мне, укладываясь. Вот ведь маленький проныра, не хочет спать на своём месте. Возвращать наглеца на лежанку было лень, и я спокойно уснула. В последнее время это было для меня редкостью.

Глава 4. Гипноз

Удивительно, однако ночь прошла без странных сновидений с участием незнакомца. Я так привыкла видеть его, что, проснувшись, грустно вздохнула. Феликс сладко потянулся и обнажил клыки, широко зевая. Шёл дождь, тёмные тяжёлые облака хмуро глядели в окно.

Покормив котёнка, я спустилась на первый этаж, где располагалась столовая. Позавтракала и отправилась в кабинет к терапевту. Пожилая женщина осмотрела меня, измерила давление, послушала сердце, расспросила, чем я болела. Затем назначила мне целый список процедур, некоторые из которых придётся проходить с самого утра, перед приёмом пищи. Терапевт добавила, что назначения должен также подписать мой лечащий врач Роберт Альбертович, к которому мне следовало идти прямо сейчас.

Кабинет заведующего отделением находился в этом же коридоре, в дальнем его конце. Я робко постучала в дверь и, услышав громкое: «Войдите», потянула ручку на себя.

Мужчина сидел за письменным столом, заваленным бумагами. Длинные пальцы быстро летали над клавиатурой ноутбука. Врач бросил на меня мимолётный взгляд.

– Доброе утро, Серафима, – и тут же продолжил работу. – Вы уже были у Елены Вячеславовны? Она выдала назначение?

– Здравствуйте. Да, была, – шагнула я вперёд, разглядывая голубые стены, увешанные дипломами и сертификатами в рамках. Настоящая галерея успеха. Я положила на стол листок со списком рекомендуемых процедур.

– Присаживайтесь, – махнул он мне на кресло напротив него. – Одну минутку, сейчас закончу.

Я опустилась на мягкое сиденье, утопая в нём. Светлый просторный кабинет успокаивал и расслаблял, а едва ощутимый аромат мужского одеколона щекотал ноздри. Роберт Альбертович сегодня выглядел немного взъерошенным: светлая рубашка была отлично отглажена, а вот галстук небрежно болтался на расстёгнутом воротнике.

Мужчина закончил стучать по клавиатуре, отодвинул ноутбук, открыл ящик и достал чистый бланк.

– Прежде, чем мы начнём, Серафима, хочу сообщить, что каждый наш сеанс я буду записывать на диктофон, – он указал на мобильник, лежавший рядом с ним. – Вам нужно подписать согласие на обработку и хранение аудиоматериалов, которые я могу использовать в своей исследовательской деятельности. Не волнуйтесь, ваше имя нигде в моей работе упоминаться не будет.

– Хорошо, – кивнула я, придвигая листок к себе. – Я могу взять ручку? – и взглядом указала на органайзер с канцелярскими принадлежностями.

– Конечно, – лучезарно улыбнулся мужчина, наблюдая, как я, сжав пальцами ручку, начала вчитываться в строки бланка. – Пока вы пишите, поделюсь планами. Сегодня мы беседуем: как обычно, расскажете всё, что вас волнует, тревожит. Потом проведём сеанс гипноза.

– Гипноза? – замерла я, вглядываясь в невозмутимое лицо врача.

– Что вас так пугает? – не понял он моей реакции. – В этом нет ничего страшного. Вы просто погрузитесь в транс, а я запишу ваши ответы на диктофон. Так вы узнаете, как провели каждый день из тех, что забыли. Да, Евгения ещё отправила мне выписку по электронной почте, – поспешил он объяснить, откуда знает о моей частичной амнезии.

– Хорошо, – задумалась я, – пусть будет гипноз. Евгения Родионовна не предлагала мне такого.

– Не все доктора пользуются этим методом, – улыбнулся врач. – Пишите-пишите, а я взгляну, что вам терапевт назначила.

Мужчина взял листок со стола и принялся внимательно его изучать.

Я быстро справилась с бланком, вписав свои данные. Роберт Альбертович подписал назначение, согласившись с каждым пунктом. Затем я, лёжа на софе, рассказала врачу всё о своём состоянии и мыслях, что беспокоили меня, стараясь максимально подробно отвечать на вопросы. Весь наш разговор мужчина записал на диктофон, делая какие-то пометки в толстой тетради.

– Хорошо, Серафима, – удовлетворённо произнёс врач. – Во-первых, я отменяю все препараты, что вам назначила Евгения Родионовна. Во-вторых, я выпишу другие, если в этом будет необходимость.

– Спасибо, я не вижу хоть какой-то толк в них, – облегчённо вздохнула я.

– А теперь предлагаю вам вспомнить первый день, который выпал из вашего сознания. Не вставайте, так будет удобнее, – остановил он меня, когда я зашевелилась, чтобы сесть.

– Ладно. Что нужно делать? – напряглась я.

– Во-первых, расслабьтесь, а во-вторых, закройте глаза и внимательно слушайте мой голос, – бархатный спокойный тембр уже успокаивал.

Я, вздохнув, расслабилась и сосредоточилась на голосе врача.

– Серафима, вы идёте по лестнице вверх, – вкрадчиво начал он говорить низким голосом. – Я досчитаю до десяти, и вы уснёте. Один… два…

Нога моя шагнула на каменную ступень. Серые стены окружали меня, ярко горящие факелы освещали путь.

«Шесть… семь…» – глухой голос отсчитывал дальше.

Я поднималась и поднималась. «Десять». И вдруг передо мной выросла огромная дверь, обитая железными рейками. Пришла мысль, что я непременно должна её открыть. Пальцы ухватили металлическую ручку и дёрнули на себя, но дверь не поддалась. Тогда я толкнула её от себя – снова ничего не произошло.

«Мне нужно открыть эту сарханову дверь!» – странное выражение само вплелось в мои мысли.

«Сосредоточься. Направь всю свою энергию в ладони!» – шептал на ухо кто-то невидимый.

Я выставила руки перед собой и сосредоточенно посмотрела на старую, но крепкую дверь. По позвоночнику прокатился лёгкий прохладный ветерок, обволакивая тело. Вдруг неведомая сила всколыхнулась во мне и устремилась на кончики пальцев. В одно мгновение воздух стал плотным и вязким.

«Откройся!» – мысленно скомандовала я. Воздушный поток сорвался с рук и ударил в дверь. Дерево разбилось в щепки, словно взорвалась бомба.

Ветер ударил в лицо, и я чуть не задохнулась от избытка воздуха, который врывался в лёгкие, наполняя их, а потом растекался по венам быстрой рекой.

«Серафима! Как только я досчитаю от пяти до одного, вы проснётесь!» – глухой тревожный голос проник в сознание.

«Пять, четыре, три, два, один!»

Толчок, и я снова оказалась на диване в кабинете у врача. Сердце бешено билось в груди, на лбу выступила испарина. От испуга я подскочила на ноги, удивлённо оглядываясь. Холодный ветер гулял по комнате, врываясь через разбитое окно. Прозрачные осколки засыпали подоконник и пол, белый тюль взлетел до потолка, колыхаясь. Бумажные листы кружились, следуя за ветром, который их снёс со стола. Стоило мне подняться, как поток ветра тут же стих, и листы плавно опустились на пол, как будто и не было ничего.

– Что случилось? – обратилась я к врачу, который сидел, словно окаменев, на стуле и круглыми глазами смотрел на меня.

– Не знаю, – подавленно ответил он. – Я ввёл вас в транс. Пытался узнать, что произошло пятого сентября, но вы упорно молчали, как будто не слышали меня. А потом ветер за окном начал завывать, да ещё с такой силой рвался сюда, что стекло не выдержало и лопнуло от его давления.

– Что?! Как это?– пыталась я осмыслить услышанное. – Вы записывали сеанс на диктофон?

– Конечно, можете прослушать его, – Роберт Альбертович встал и протянул телефон, взглянув на экран. – Ох, я даже не остановил запись.

Я включила аудиотрек: отсчёт до десяти, мерный голос врача расспрашивал меня, что я делала утром пятого сентября, тишина в ответ, потом крепкие мужские ругательства, звон разбитого стекла, а далее обратный отсчёт и наш диалог.

– Почему я не отвечала? – я положила телефон на стол.

– Не знаю. Ваше подсознание поставило мощный блок, который так просто не обойти, – задумался мужчина, оглядываясь по сторонам. – Мы с вами обязательно попробуем ещё раз, но позже. И этот ветер… очень странно всё…

Я поёжилась – в кабинете стало довольно холодно.

– Серафима, вы можете идти, сеанс закончен, – вздохнул врач, поджав губы. – Придётся искать другой кабинет, пока застеклят окно.

– Извините, – зачем-то ляпнула я.

– За что? – удивился мужчина.

– Не знаю. Странное чувство, как будто ветер поднялся из-за меня, – пожала я плечами. Рассказывать, что видела, будучи под гипнозом, не хотелось. – До свидания, Роберт Альбертович. Спасибо.

– Ваше назначение, – напомнил он, кивнув на пол. – Оно валяется где-то здесь.

Я присела, чтобы поднять листы с ковра, то же самое сделал мужчина, и наши лбы ощутимо соприкоснулись.

– Ой, – отпрянула я и упала на пятую точку, растерянно смотря на улыбающегося врача.

– Простите, – он встал и протянул руку, чтобы помочь мне подняться.

– Да, неловко получилось, – усмехнулась я, взяв его ладонь. И тут разряд с треском ударил в наши пальцы.

– Ай! – изумлённо потрясла я рукой. – Что это?

– Статическое электричество, – пожал мужчина плечами и снова подал руку. – Вы убойная девушка, – пошутил врач. – Будет интересно исследовать тайны вашего подсознания.

– Спасибо, я лучше сама встану, – я боялась, что меня опять ударит током, и быстро поднялась.

– Кажется, это ваше назначение, – Роберт Альбертович поднял бумагу с пола. – Точно, оно самое.

Я осторожно забрала листок и пулей выскочила из кабинета.

Глава 5. Атака

Феликс тревожно замяукал, когда я вошла в номер, и бросился ко мне под ноги.

– Что случилось? Чего ты испугался? – хотя почему я решила, что он испугался, может, просто есть просит. Опустилась на пол и погладила питомца. Котёнок потёрся о мою руку, снова мяукнув, рванул на кровать и начал там беспокойно крутиться.

– Ну что с тобой? – и тут я заметила, что подушка не лежит плашмя, как обычно, а стоит на ребре.

Я нахмурилась: у меня нет привычки ставить так подушку, когда заправляю кровать. Оглядела внимательно комнату – вроде порядок, но некоторые вещи лежали не так, как я их оставила до выхода из номера, и ноутбук на столе сдвинут к краю, а не располагается посередине, как я привыкла.

– Что за чёрт? Кто-то шарил в моих вещах? – посмотрела я на питомца, и тот ещё раз мяукнул, глядя на меня, как будто подтвердил мою догадку.

– Неужели горничная тут хозяйничала? А может, просто прибиралась? – что за излишняя подозрительность проснулась во мне. Скорее всего, заходила сотрудница, вытирала пыль – вот и сдвинула ноутбук на край.

И в этот момент раздался стук в дверь.

– Уборка номера! – выкрикнул женский голос.

Я остолбенела.

– Заходите, – ответила я, наблюдая за тем, как горничная, женщина среднего возраста в форменной бело-синей одежде, закатывает в комнату тележку с моющими средствами.

– Доброе утро, – улыбнулась она. – Примерно каждый день в это время я или моя сменщица будем прибираться в номере. Вы не против?

– Нет, конечно, не против, – замороженным голосом ответила я. Кто же тогда был в моей комнате? – Пожалуй, пойду прогуляюсь, пока вы тут работаете. И кота возьму с собой.

Мне срочно нужно было на свежий воздух, пока меня не накрыла паническая атака; сердце уже начинало ускорять бег.

– Как хотите, – она безразлично пожала плечами и развила бурную деятельность.

Я быстро накинула пальто и подхватила Феликса, сунув его за пазуху. Вспомнила, что купила для него шлейку, и взяла её с вешалки.

Выйдя на крыльцо, я огляделась, решая, куда пойти, и выбрала ближайшую дорожку, которая вела к озеру. Мой питомец притих, высунув мордочку наружу и ловя незнакомые запахи. Интересно, что он учуял? Я ощущала лишь свежий прохладный воздух. Вдох, медленный выдох… вот так, чтобы прийти в себя и успокоиться.

Не спеша я шла к озеру. Впереди увидела оборудованный пляж с деревянными лежаками и навесами, которые почему-то ещё не убрали после летнего сезона. Решила посидеть там, созерцая водную гладь, по которой бежала рябь от небольшого ветра. Пара человек тоже прогуливалась по практически пустынному пляжу.

Я села на первый попавшийся лежак. Феликс беспокойно заёрзал. Достала его и решила надеть шлейку, чтобы он не вздумал убежать от меня. Но как я ни пыталась захомутать его, он возмущённо мяукал и всячески уворачивался от поводка.

– Чертёнок маленький! – плюнула я на это бесполезное дело и отпустила сорванца. – Гуляй так, только не убегай от меня!

Рыжий, почувствовав свободу, тут же рванул в кусты, которые росли в нескольких метрах за лежаком.

– Феликс! Стой! – подскочила я и кинулась за малышом. – Потеряешься!

Пробралась через заросли и обомлела – котёнок пропал, словно испарился.

– Гадёныш маленький! Вот поймаю и посажу на цепь, как собаку! – ругалась я, внимательно смотря под ноги. – Феликс! Хватит шутить! Вылезай, проказник!

Но даже жалобного «мяу» не раздалось в ответ. Куда он мог деться?! Тревога начинала подниматься к горлу тугим комом. Вот будет прекрасно, если меня сейчас накроет паническая атака! Срочно выйти отсюда!

– Серафима? Что вы там делаете? – удивлённый голос раздался за спиной.

– Роберт Альбертович! – узнала я врача и, развернувшись, поспешила к нему, выходя из кустов. – Мой кот убежал куда-то и пропал!

– Кот?! – задумался он, почесав щетинистый подбородок. – Вот глупый, убежит в лес и потеряется. Пойдёмте поищем его вместе.

– Вместе? А разве вам не нужно на работу? – оглядела я врача. Мужчина был одет в серое пальто, белый шарф закрывал шею, а чёрные кожаные перчатки – руки.

– У меня сейчас перерыв, я отменил приём пациентов по известным вам причинам, – ухмыльнулся он. – Решил прогуляться до обеда.

– Понятно, – поджала я губы. – Вы лучше меня знаете местность, буду благодарна вам за помощь в поисках этого негодника.

– Тогда не будем терять времени. Куда он побежал?

– Вон туда в кусты, – указала я рукой направление.

– Пойдёмте в обход, может, он уже гуляет по дорожке, направляясь к лесу.

Мужчина пошёл к каменистой тропинке, что извивалась за кустами между деревьями. Я поспешила за ним.

Мы обошли всю прилегающую территорию и вернулись на пляж, но Феликс как сквозь землю провалился. Неужели убежал в лес?

– Мелкий гадёныш! – причитала я себе под нос. – Я его спасла, а он удрал от меня.

– Не переживайте, отыщется, здесь некуда бежать, – спокойно ответил Роберт Альбертович, оглядывая местность. – Напишем объявление и повесим на входе в санаторий, может, кто из гостей или персонала его найдёт. У вас есть его фото?

– Да, есть, – вздохнула я. Вдруг сердце забилось, расширяясь в груди, и я часто задышала от нехватки воздуха.

– Роберт… – сдавленно прошептала я, глядя на врача круглыми от ужаса глазами.

– Что? – нахмурился мужчина, заметив моё состояние. – У вас паническая атака?

Ответить я уже не смогла: воздух в лёгких закончился, я как рыба открывала рот, пытаясь вдохнуть. Паника накрыла меня с головой.

– Серафима, садитесь на лежак, – мужчина резко подхватил меня под локоть и повёл к сиденью. – Смотрите на меня. Делайте вдох и медленный выдох. Считайте вместе со мной.

Не чуя ног под собой, я присела на жёсткий лежак. Мелкая дрожь пробивала всё тело, на лбу выступила испарина. Ветер дул прямо в лицо, усиливаясь, и я не могла вдохнуть.

– Серафима, дышите! – приказал врач, присев рядом на корточки. Он схватил мои руки, сжал пальцы. – Слышите! Вместе делаем вдох! Раз!

Роберт глубоко вдохнул, глядя в мои глаза. Я попыталась повторить за ним, но резкий порыв ветра ворвался в лёгкие, наполняя их до предела. Теперь я не могла выдохнуть. Мои ногти вцепились в руки мужчины, хватаясь за них, как за соломинку.

– Выдыхайте медленно! Два! – продолжил отсчёт врач. Ветер толкал его в спину, теребя волосы, но он держался, не обращая внимания на неожиданно разгулявшуюся стихию.

Я усилием воли заставила себя медленно выпустить воздух из лёгких, замечая краем глаза, как деревья наклонились от сильного ветра, который с каждой секундой усиливался. Вдруг рядом накренился деревянный навес в виде гриба и с грохотом упал на землю. Я вздрогнула, а мужчина лишь обернулся на секунду и продолжил отсчёт.

– Раз – вдох! Два – выдох! Серафима, смотрите на меня! Смотрите в мои глаза!

И я вернула взгляд, глядя прямо в серые омуты, застряв в них. Его глаза пристально изучали мои, притягивая, словно магнит, и я увидела в них воронку, что затягивала меня и вводила в состояние лёгкого транса.

– Раз! Два! – снова повторил Роберт, с шумом выдыхая.

– Раз, два… – повторяла я счёт уже вслух, не отрываясь от серого омута, и дышать стало легче.

Ветер успокаивался вместе со мной, словно чувствовал моё состояние. И вдруг я ощутила странную связь с разбушевавшейся стихией. Тонкая невидимая нить потянулась вдоль позвоночника, становясь крепкой и сильной. Слабый ветерок пробежал вдоль спины и успокоился на уровне лопаток. Ошеломлённо я смотрела на врача, понимая, что во мне проснулась стихия, но рассказать о своих ощущениях не смогла, боясь, что врач посчитает меня сумасшедшей.

– Вот так, молодец. Умничка, – Роберт слегка приподнял уголок рта, словно боясь радоваться раньше времени. – Ты справилась. Невероятно… – прошептал он, перейдя на «ты».

Его тёплые пальцы, словно бабочки, коснулись моей щеки, лаская и даря нежность.

– Спасибо, – прикрыла я глаза, и тёплая волна пробежала по телу от его прикосновений. Это как-то неправильно: я его пациентка и не должна вот так сидеть и млеть от его пальцев, но сама даже не двинулась с места.

– Ты такая сильная… – бормотал Роберт себе под нос. – Я в восторге…

Мои глаза удивлённо распахнулись, и я уставилась на мужчину. Что он сказал?

– Простите, – смутилась я, отстраняясь от его ласковых касаний и встав с лежака. – Мне нужно Феликса найти.

– Не переживайте, ваш питомец сам вернётся, – спокойно ответил врач, перейдя снова на «вы», и поднялся на ноги. – Теперь я в этом уверен.

– Почему? – нахмурилась я.

– Сейчас ничего не могу сказать, – уклонился он от ответа, загадочно улыбаясь. – Завтра на сеансе мы поговорим об этом. Сейчас не время и не место.

– Ладно, – пожала я плечами. Загадочный он, этот Роберт Альбертович.

– Скоро обед, пора возвращаться в санаторий, – посмотрел врач на часы, вскинув руку. – Мне проводить вас до номера?

– Не нужно, я прогуляюсь ещё немного, – мужчина настораживал меня своим вниманием, – вдруг найду кота.

– Как хотите. Увидимся завтра, – улыбнулся он, слегка склонив голову.

– До свидания, – пролепетала я.

Роберт развернулся и поспешил прочь с пляжа, а я осталась, удивлённо смотря на озеро. У меня получилось справиться с панической атакой за пять минут благодаря врачу. Невероятно!

Глава 6. Странности

Я сидела на лежаке, подставив лицо прохладному ветерку. Пляж опустел, все ушли в столовую. На обед я не торопилась – аппетит совсем пропал. В голову лезли мысли о недавней панической атаке. Возникшее странное чувство единения со стихией не давало покоя. Я ощущала, что могу управлять ветром и что именно я стала виновницей разбушевавшегося почти урагана. Но как такое возможно?

Поднесла ладони к лицу – вроде обычные, ничего сверхестественного. Встала и пошла по берегу, чтобы уйти подальше от санатория. Остановилась возле леса и, взяв эмоции под контроль, сосредоточилась на позвоночнике. Слабая дрожь прокатилась по спине, обдувая меня ветерком. Вот я снова чувствую стихию. Вытянув руку перед собой, мысленно призвала ветер. Поток воздуха повиновался, взвившись вверх, а потом устремился ко мне невидимыми змеями, окутывая руку, тело, вплетаясь в волосы, поднимая их, лаская каждую прядку.

Я ощущала ветер, чувствовала его радость, словно он был живым существом.

– Ты свободен, но рад подчиниться мне? – прошептала я ошеломлённо, не веря до конца в то, что это происходит со мной наяву, а не во сне.

Поток невидимых змей устремился вверх, закручиваясь в воронку вокруг меня, подбирая мелкий мусор и пыль с земли. Ох! Надо успокоить его, а то кто-нибудь увидит!

– Погоди, тихо, – я не знала, как утихомирить стихию. – Ты друг, мой друг – не слуга!

И маленький смерч рассыпался, превратившись снова в лёгкие потоки воздуха, которые кружили возле меня. Надо заканчивать странный эксперимент, пока кто-нибудь не заметил.

– Лети! – махнула я рукой, и ветер устремился к озеру, подняв облако пыли над пляжем.

Вот это да! Я могу управлять ветром?! Кому скажу, не поверят. Стоит ли говорить об этом Роберту Альбертовичу? Вдруг он подумает, что я с ума сошла? А если продемонстрирую? В сомнениях я двинулась к санаторию. Пусть пока это останется моей маленькой тайной.

Феликс так и не появился. Я легла спать в одиночестве и долго не могла уснуть, переживая за рыжего. Вот куда он мог убежать?

Ночью мне в который раз приснился тот самый мужчина. Причём видение было исключительно реалистичным и ярким, но я сразу смогла каким-то образом распознать сон.

Я сидела на коленях у мужчины, читая вслух сказку про дракона и ведьму. Он внимательно слушал историю, но его руки постоянно отвлекали меня. Горячие пальцы нежно касались моей шеи, поглаживая кожу, отчего приятная дрожь пробегала по позвоночнику, будоража меня, даря сладкую негу и предвкушение жарких поцелуев.

– Серафима, – шептал мужчина, прикоснувшись губами к чувствительной коже под ухом. – Я безмерно скучаю по тебе.

– Кто ты? – улыбнулась я, млея от его ласки. – Как хоть тебя зовут?

– Дэм, – выдохнул он, опаляя кожу.

– Дэм, – повторила я, пробуя его имя на своих губах. – Почему ты ищешь меня?

– Потому что мне плохо без тебя, – его рука накрыла мою ладонь, легонько сжав. – Тебе тоже несладко приходится здесь: уныние, тоска… Ведь так?

– Откуда ты знаешь? – насторожилась я.

– Потому что чувствую… – он замялся, уткнувшись мне в волосы, и втянул носом мой аромат. – Ты так же чудесно пахнешь… м-м-м…

Вдруг мужчина выхватил книгу из моих рук, бросив её на стол.

– Мы уже читали эту историю, просто ты забыла, – горячо произнёс он, вставая с дивана.

Я оказалась в его крепких объятиях, ощутив, что на мне только ночная сорочка, в которой я уснула, а Дэм одет в рубашку. Мужчина сгрёб меня в охапку, и его губы нашли мои, опаляя жаром. Он целовал меня жадно, неистово, как будто действительно истосковался в долгой разлуке. А я млела от его напора и требования отдать ему обещанную ласку.

Вдруг воздушный вихрь закружил, теребя волосы. Я чувствовала, что стихия волновалась, переживала и хотела оградить меня от мужчины, защищая. Дэм напрягся, отпустив мои губы, и ухмыльнулся, глядя мне в глаза.

– Значит, всё-таки воздух, – поднял он голову, наблюдая за кружащимся ветром. – Неожиданно, но я рад. Наши стихии подружатся.

– Что? – недоумённо посмотрела я на него, не понимая, о чём он говорит.

Внезапно огонь в камине вспыхнул, ярко освещая библиотеку. Ветер кинулся к пламени, пытаясь задуть его обратно в трубу, но оно вспыхнуло ещё ярче, взмыв столбом вверх.

От испуга я схватила мужчину за плечи, прижимаясь к его груди. Сон начал стремительно таять.

– Серафима, береги себя, – услышала я на грани пробуждающегося сознания.

Подскочив на кровати, я уставилась в тёмное окно. Надо же, какой реалистичный сон: у меня до сих пор губы горели от страстного поцелуя незнакомца. Уснуть снова не получилось, до утра я лежала и смотрела телевизор. Через пару часов встала – скоро первые процедуры и завтрак.

Проходя мимо ресепшена на первом этаже, я услышала, как меня позвала администратор. Она сообщила, что Роберт Альбертович уехал в Питер по срочному делу и сегодняшний сеанс переносится на вечер. Значит, после процедур я буду свободна и смогу заняться поисками Феликса. Я спросила у девушки разрешения повесить в холле объявление о пропажи кота, и та любезно позволила.

Время, отведённое на различные манипуляции с моим телом с помощью медицинских аппаратов, прошло быстро. Я позавтракала в гордом одиночестве, снова посетила пару кабинетов, а потом отправилась на массаж. Сильные мужские руки размяли меня до состояния мягкого теста, и я задремала прямо на столе, а когда проснулась, ощутила негу и лёгкость во всём теле. Массаж закончился.

Но расслабляться не было времени, и я развила бурную деятельность по поиску пропавшего кота. Распечатала пару объявлений на ресепшене, повесила их в холле и столовой. Потом вышла на улицу: вдруг рыжий где-то рядом бродит.

Погода радовала солнечными лучами, которые прорывались сквозь редкие белые облака. Дождика сегодня точно не намечается.

Вдруг запел телефон в кармане. Взяв его, увидела имя «Даниил» и улыбнулась.

– Алло, – приготовилась я услышать бархатный голос знакомого.

– Серафима! – тревожно заговорил мужчина. – Срочно уезжай из санатория! Слышишь? Собирай вещи, я через десять минут приеду за тобой!

– Что?! – недоумённо нахмурилась я. – Что случилось?

– Долго объяснять! Главное, сейчас же собирай вещи! – требовал Даниил.

– Погоди, что стряслось? Ты можешь объяснить? – не нравился мне его тон, от которого тревога поднималась комом в груди. И вдобавок порыв ветра ударил в спину, растрепав волосы. Вот опять стихия начинает бунтовать, как только я заволновалась.

– За тобой едут! – коротко бросил он.

– Да кто едет? Объясни толком! – злилась я уже на странного приятеля. – Феликс пропал, я не могу сейчас уехать из санатория, пока не найду его!

– Не переживай за кота, он сам тебя найдёт где угодно! – рявкнул Даниил. – Собирай вещи и выходи к воротам! Я скоро буду!

Он отключил вызов, а я остановилась на аллее, не понимая, какая муха укусила его. Не могу я сейчас бросить всё и уехать неизвестно куда и с кем. Всё же Даниил для меня совершенно чужой человек.

Я продолжила путь вглубь лесопарка, что находился за санаторием, смотря по сторонам в поисках рыжей морды. Ни за что не брошу котёнка здесь одного, его нужно найти.

Обернувшись на секунду, я заметила вдалеке тёмную мужскую фигуру на дорожке и напряглась. Чёртов Даниил напугал меня своей паникой, но я продолжила путь. Мало ли, вдруг кто-то из посетителей решил прогуляться перед обедом.

Вдруг затылком я ощутила пристальный взгляд и невольно снова оглянулась. Мужчина приближался; голову его покрывал широкий капюшон чёрного пальто, пряча половину лица.

В груди что-то заёрзало и заволновалось. Ветер тут же отреагировал на мои эмоции, ударил в спину, словно подгоняя вперёд, и я ускорила шаг, свернув на другую аллею.

Сердце бешено билось в груди, тревога поднималась к горлу. Как бы снова приступ панической атаки не случился. Может, действительно вернуться в санаторий? В комнате я успокоюсь, а Феликса пойду искать позже.

Тяжёлый взгляд буравил мою спину. Я обернулась: мужчина шёл за мной, свернув с дорожки, он стремительно догонял меня. Срочно в санаторий! Я прибавила шагу, стараясь больше не оглядываться, но чувствовала, что преследователь тоже ускорился. Чёрт! Что же это такое?!

– Серафима! – впереди показались трое мужчин, вышедших из-за поворота. Среди них я узнала Роберта Альбертовича в его сером пальто. За ним следовали двое в обычных тёмных куртках. Мужчины угрюмо смотрели прямо на меня.

– Я тут! – помахала я врачу, радуясь ему и думая, что теперь смогу спокойно дойти до номера. И поспешила к троице.

Но стоило мне приблизиться к ним, как я напряглась, видя торжествующую улыбку на �