Равновесие бесплатное чтение
Посвящается светлой памяти Папы.
От автора:
И к холодной стене спиною…
Мне душа камня близка.
Я молча прощаюсь с тобою,
В предвкушенье покоя, как сна.
Ни усталость, ни слепая обида
На то, что я мог, но не стал.
Я любил, но любовь мне брезгливо
Поднесла к запястью металл.
Пусть стираются в памяти лица,
В тишине утонут все голоса.
Темнота мне тайны открыла…
Смерть – та же жизнь…,
Но без тебя.
В.К. 2004г.
Книга вторая: Равновесие.
– Кто здесь?
… Здесь обязательно должен кто-то быть.
– …
– Есть ли здесь кто-нибудь, кроме меня?
– Я…
– Так и знало! Здесь кто-то есть!
… Кто ты?
– Я?
– Да, да… ты!
– Я?! Я тишина…
– Тишина?!
– Тишина.
– А это как… быть тишиной?
– Просто… Не звучать. Не мешать. Не нарушать.
– И что ты делаешь?
– Ничего… Молчу.
– Зачем?
– Не знаю. Так положено
– Странно…
– А ты? Кто ты?
– Я?
– Ты!
– Я темнота…
– Темнота?!
– Да.
– И что ты делаешь?
– Ничего… Просто я есть.
– Как и я?
– Получается… да.
– Если мы ничего не делаем… зачем мы?
– Может, в этом и есть смысл?
… И Быть – уже достаточно!
– Но кто услышит тишину?
…Кто увидит темноту?
– Тот, кто перестанет искать шум и свет.
Утренний свет цвета молодой сакуры, начал неторопливо проникать сквозь чуть пыльную прозрачную панель стеклянного здания. Мимолетность этой нежности, была предвестником лишь одного… нового дня в затерянном вдали от цивилизаций мире.
Первое солнце этого дивного мира только появлялось на горизонте, окутывая планету нежно-розовым сиянием, и пройдет совсем немного времени, как его вишневый ханами растворится в нежно желтом оттенке второго светила, которое на порядок крупнее и следует сразу за первым. Ну, а к вечеру на небосвод выйдет и третий огненный шар, чтобы завершить сорокачасовой дневной цикл оставляя лишь трехчасовую темноту короткой ночи для сна.
В самом центре просторного помещения и полной тишины, в объятиях «Морфея» нежился молодой человек. На первый взгляд можно было подумать, что он мирно и сладко спит, еле слышно посапывая. Но внимательный наблюдатель, заметил бы странные поведенческие явления… Волну глубочайшего транса от обычного сна выдавали веки глаз, которые от напряжения, ритмично можно даже сказать судорожно дергались.
В этот момент его сознание, а если быть немного точнее «душа», находилась в пограничном скольжении, балансируя между размытыми реальностями пространства и времени, в поисках ответов на свои вопросы…
– Кто я?
– Зачем я?
Разум блуждал по бесконечным уголкам пространства вариантов, записанных в книге памяти информационной эфира. Он жаждал получить все знания вселенной, что находятся там….
«Что было…, что есть…, и что будет?»
Смыслы петляли, обвивались, сливались становясь едиными, и спустя мгновенья вновь разлетались в хаотичном беспорядке становясь…
«Тем, чего никогда не было…, и не когда не произойдет…»
Но и эта кажущая на первый взгляд системой, является не конечной и не постоянной… Она беспрерывно преобразовывается и обновляется, колеблется и сомневается. Она вальяжно предлагает тебе кажущийся «выбор», но при этом оставляя всю свою истинность, справедливость, ответственность и даже страх, только тебе!
Из сдвоенных высоких врат, стоящих на самом краю иллюзорного мира, коими управляет бог сновидений, не спеша выходил Максим. Он слегка толкнул роговые ворота ладонью от себя и посмотрел на соседние створки, сделанные из слоновой кости. Петли предательски заскрипели, отвлекая его от путанных мыслей.
– Истина и иллюзия… – подумал Странник.
За его спиной, тихо зашептались, издавая свой манящий аромат ярко-красные цветы мака. Они звали к себе, прося остаться… Хоть чуть-чуть…, еще минуточку побыть рядом с ними.
Но Максим понимал…, время, проведенное в царстве грез, среди этих дурманящих кровавых цветов крайне относительно и обманчиво. Каждая минута здесь, может оказаться вечностью в реальном мире. И это коматозное состояние может просто убить тело путешественника по осознанным снам, так что даже душа не поймет произошедшего.
Открывая роговые ворота и выходя из сладкого мира сновидений, странник уносил с собой свою правду. Он понимал, что соседние слоновые врата, являются иллюзией, и несут лишь приятную на вкус ложь. Люди часто путают их, принимая одно за другое и тем самым совершают ошибки. Являющиеся иногда роковыми и стоящими целой жизни. Но, как и всегда, любое действие или бездействие, как и следующий за всем этим результат чье качество порой проявляется через крайне большие промежутки времени, всегда зависит только от «выбора», ведь оба пути не являются однозначно положительными или отрицательными, они представляют собой способы взаимодействия причины и следствия…
«Сны всего лишь открывают варианты возможной реальности…»
– Максим просыпайся – прошептала нежно Лилия, стараясь вести себя как можно спокойней, чтобы не напугать.
Странник чуть дернулся от звуковых колебаний, поступавших из вне. Созданный в тоже мгновенье внутренний импульс стремглав полетел по всем рецепторам тела, давая точный сигнал к пробуждению. Веки резко сжались чуть вздрагивая, и крайне плавно поднялись, открывая реальности яркие блестящие глаза. Солнечной излучение мгновенно опустилось на их радужную оболочку и через сузившийся зрачок пронеслось по зрительным каналам прямо в мозг.
Сознание с натужным трудом стало выпутываться из силков смоделированных им образов и видений. Разум медленно и волнообразно начал приходить в себя.
– Уже утро? – спросил он, зевая со скрипом.
– Ну можно и, так сказать, хотя больше подходит… «день».
– М-да… Что-то я разошелся сегодня.
– Разлежался – улыбнулась Лилия.
– Конечно, хорошо говорить тому, кому сон не нужен чисто физиологически…
– Не завидуй, не идет…
– Хо-ро-шо!
– Максим, – в этот раз серьезно спросила Лили – ты опять балуешься осознанными сновидениями?!
– Ну, мне так просто немного интересней…
– И что же на этот раз?
Максим задумчиво ответил:
– Тишина и темнота…
Хотя по его медлительному ответу, казалось…, что он и сам особо не уверен в конечной цели всех этих своих поисков.
– Ты их видел? – глаза Лили чуть округлились, заблестев жемчугом.
– Нет, – он отрицательно мотнул головой – мне кажется их невозможно увидеть…, но, я точно ощущал их! Я осознавал их существование… Понимаешь? Я их слышал и чувствовал… словно являлся их частью.
– Ты хочешь познать Начало…
– А разве это возможно? –по-детски искренне спросил он.
– Я не знаю Максим, но думаю, ты не там ищешь.
– Почему?
– Видишь ли… Астральные проекции полны «фантомов», а они зачастую, преследуют исключительно свои собственные цели. Так что информация почерпнутая таким образом, слишком противоречива и коварна. Она задает больше вопросов, чем дает нужных ответов. Да и к тому же, это все крайне опасно, хоть и на первый взгляд кажется простой шалостью.
– Я понимаю, – вздохнул он – может ты и права…
– Я всегда права! – громко и наиграно ответила Лилия, пытаясь изобразить на лице гранитное спокойствие.
В ответ легкая улыбка отобразилась на его чуть небритом лице. Он неторопливо посмотрел на нее, наслаждаясь каждой секундой красоты, которая была подарена ему этим утром.
В нежном струящемся свете серебристые чешуйки местами пробивавшиеся из-под кожи, блестели каплями росы на рассвете. Напоминая украшение из чистейших бриллиантов, которые переливаясь в лучах нежного солнца, создавали волшебную ауру. Каждый блик лучика, словно застывал в воздухе превращаясь в нити паутины в которую он попал.
– Я люблю тебя – чуть слышно произнес Максим.
Лилия немного смущаясь улыбнулась и, ее лицо загорелось счастливой радостью. Она слегка дотронулась до его небритой щеки ладонью, и тут же одернула руку, будто обожглась.
– Вставай-ка, а то все бока отлежишь!
– На этой кровати вряд ли…
– Встава-ай… – протяжно повторила она.
«Легкость подъема с постели, всегда зависит от уровня счастья в душе».
Максим медленно поднялся и стал слезать с кровати, которая представляла собой маленькую платформу, установленную на белоснежном полу. Но несмотря на свой небольшой размер, эта чудо машина, преодолевала местную гравитацию и позволяла отдыхающему на ней левитировать в пространстве, тем самым снимая нагрузку со всего организма, и сокращая физиологический сон до минимума. Ни матраса, ни одеяла, ни подушки. Лишь только тело и сон. Хотя к невесомости ни каждый привыкнет быстро, особенно «Землянин», но у Максима это вышло на «Ура».
– Завтракать будешь?
Макс прищурил один глаз и слегка подумав, ответил:
– Давая попозже. Я сначала хотел бы прогуляться и побегать…
– Не хотел бы…, – поправила его Лили – а хочу!
– Да какая разница?!
– «Хотел бы» это будущее, а оно может и не случится. «Хочу» настоящее. Лучше жить в настоящем, а не в будущем!
– Кого-то ты мне напоминаешь…
– Кого это?! – нахмурилась в ответ она игриво.
– Да все…, никого! – отмахнувшись протараторил Макс – Хочу побегать!
– Так-то лучше!
Их новый мир покрывал прекрасного вида как, впрочем, и темперамента океан. Всегда спокойный и добрый… Нет, конечно, иногда он и хмурился, внося в свою нежною и однообразную палитру темные оттенки. Впрочем, даже в такие периоды он оставался удивительно мягким.
Хотя и океаном его тоже было сложно назвать. В общем и целом, прозрачная вода покрывала всю эту небольшую по сравнению с «Землей» планету, окружая со всех сторон небольшой клочок земли, на котором они собственно и жили. Это была своего рода планета-океан с маленьким островком где пряталась их любовь…
Максим обожал бегать по утрам, совершая утреннюю зарядку рядом с водой бескрайнего океана. Его ласковый белый шум равномерно покрывал бесконечно береговую полосу, делаясь идеальным саундтреком начала дня. Он не торопил время и не призывал к спешке… становясь просто молчаливым собеседником во время ежедневных пробежек, тихо напивая свою неповторимую музыку волн.
– Хорошо – оторвала его от мыслей Лилия – Чтобы бы ты хотел на завтрак?
Макс артистично задумался и аристократично произнес:
– Яичницу… с беконом!
Она широко улыбнулась.
– Из Идуна?
– А ты сможешь? – резко улыбаясь в ответ, спросил он.
– Ну… – цокая раздвоенным языком, произнесла она – Вряд ли…, лучше я сделаю тебе… салат!
– Хорошо… – вздохнул он – Салат, так салат.
– В саду поспели прекрасные листья Риогранде. Думаю, тебе понравится.
Что такое это Риогранде, Макс конечно не знал, но, если Лили сказала, будет салат, значит, будет салат. И не стоит ей в данный момент как-то перечить. Он, салат, скорей всего был уже сорван, и даже с большей вероятностью порезан или порван. Тут, кто как больше любит. Все дело в том, что Лилия никогда не спит. Рептилойды к чьей расе она относилась, лишены этой приятной возможности отдохнуть.
– Только не слишком долго. В саду много работы накопилось. Мне было бы очень приятно, если бы ты мне помог сегодня.
– Конечно милая.
– Ах да Максим, вот еще кое-что…
– И что же? – Макс улыбнулся, переходя вновь на аристократический тон.
– К вечеру нужен теплый, но не сильный дождь…
– Что?! – смеясь, спросил он – Я что волшебник вызывать тебе дождь?!
– Нет! Ты странник… – ответила она, широко улыбаясь и вышла из комнаты – или ты забыл?
– Так ты тоже… – вслед ей бросил он – вроде как…
В ответ она уже в коридоре протяжно крикнула своим нежным голосом:
– Мы вроде договорились не говорить про это, или ты забыл!
– Извини.
– И не забудь, про дождь…
Ритмичной поступью, босые ступни мягко опускались на белоснежный, с легкой желтизной песок. Жильные ноги грациозно и активно работали в циклическом движении и по мере увеличения скорости, с каждым шагом поднимали колени все выше и выше, и вскоре в боку появилось знакомое покалывание.
– Не спеши, – тут же повторял самому себе Максим – не гонят.
Постепенно сбавляя темп, он при этом старался сохранить идеальный ритм. Боль отступала, а дыхание выравнивалось, и тело вновь обретало гармонию. Каждое движение становилось отточено-выверенным, мышцы сокращались и растягивались в идеальном аллюре, превращая организм в совершенный биологический механизм.
Мощный насос сердца разгонял горячую кровь по венам, насыщая каждую его клеточку живительной энергией. Легкие расширялись и поднимали грудь как можно выше, набирая в себя прохладный воздух и даря телу желанное охлаждение. Задержав дыхание в альвеолах на миг, они плавно выпускали отработанный газ, чтобы вновь вобрать в себя очередную порцию свежести утра, и передать ее бегущему человеку.
Весь этот процесс был подобен некой медитации, где тело и разум находясь в полной гармонии друг с другом, подключались к внешнему, создавая тонкую нить единения с окружающим миром.
Странник, двигался вдоль криво прочерченной прибоем береговой линии. Голубая вода легкой волной набегала на берег, где чуть касалась его ног, и тут же возвращалась обратно, унося с собой в бездну оставленные им на песке следы. Спустя мгновения набравшись сил, океан вновь бросал свое могучее дыхание к бегущему по песку человеку, и так снова и снова… Живой маятник, создающий при этом умиротворяющий шум, поглощающий все заботы и страхи, и поднимая наружу странные глубинные мысли, не имеющие ни начала, ни конца…
– Сколько времени прошло с того момента как мы с Лили оказались здесь? – размышляя, самому себе задавал вопросы Максим – Год?! Два?! А может пару недель?!
Время действительно словно остановилось в этом волшебном мире. Оно стало, каким-то бесконечно приятным и по доброму ленивым. Тихая размеренная жизнь среди шума волн и шелеста листьев Идунн, протекала безмятежно и легко. Их живущих на этой одинокой планете, вдали от цивилизаций, все устраивало и радовало. Этот мир, который они когда-то выбрали, стал их домом.
Домом, в который он периодически что-то добавлял, иногда что-то исключал, вносил легкие штрихи, корректировал детали, при этом всегда старался советоваться с любимой. Хотя если присмотреться с расстояния, то все становилось ясно… кажущиеся его собственными порывы к изменениям рождались не в глубине души, а приходили извне, ненавязчиво вплетенными мудрой и нежной женской рукой в поток его мыслей. И сила странника, неведомым образом, словно послушный инструмент, воплощала эти желания, черпая из бескрайнего пространства вариантов.
Будь это нежный дождь или пушистый снег на случайно выбранную дату нового года, да хоть появление уже взрослого дерева Идунн, которое однажды утром откуда не возьмись появилось рядом с их домом.
В этом мире было все возможно, и чего бы они не захотели, а точнее сказать, не выбирали, все каким-то магическим образом осуществлялось. Но самое главное для них, были не все эти неподдающиеся объяснению разума чудеса, а то что Стражи миров и силы Даркса не знали их местонахождение, а значит, они были в безопасности. Они были дома….
Дом… это не просто стены и крыша… Дом, это некое постоянно меняющееся пространство. Таинственная ойкумена, подстраивающая под условия жизни и внутренние желания обитателя, соединяясь с ним магическими связями и образуя единое целое его мыслей и чувств. Дом будто сфера, зеркально отображающая сокровенный внутренний мир человека.
Задумывались ли вы, насколько разные бывают дома? И неважно, что это… городская квартира, загородный особняк или даже терем на курьих ножках. Каждый рассказывает историю своего обитателя.
Одни жилища захламлены бездумным накопительством. Туда тянут все подряд… и нужное и ненужное, ценное и бессмысленное, превращая пространство в склад чужих надежд и несбывшихся мечтаний.
Другие ослепляют роскошью… золото, бархат, кричащая пышность. Да такое яркое и броское, что аж в глазах рябит. И на первый взгляд эти люди, как и их дома, кажутся такими разными, но стоит приглядеться повнимательней, как окажется, что они очень похожи друг на друга.
Чем спросите вы?!
И те, и другие – «пустые»! Настолько пусты внутри, и так показушно гремят этой пустотой, что оглушают всех вокруг. Их души голодны и обделены самым простым: вниманием, признанием, ощущением собственной значимости. И они пытаются заполнить эту пустоту… кто барахлом, кто золотом, хотя и то, и другое по своей сути лишь хлам.
Есть и иные крайности… жилища, выхолощенные до предела. Голые стены, пол, потолок. Чашка остывшего чая на столе. «Минимализм» – как философия отказа от всего лишнего. Но и здесь не всегда скрывается гармония. Порой за броской аскетичностью прячется обычный страх. Страх впустить кого‑то в свою жизнь, снова испытать боль.
И все же существуют дома, где царит равновесие. Где каждая вещь и деталь на своем месте, где тепло и уютно не из‑за декора, а из‑за внутренней согласованности пространства и души. Их хозяева нашли свой баланс, свой путь. Именно они и являются самыми цельными и самыми счастливыми.
Хотите узнать человека?!
Просто сходите к нему в гости и его дом расскажет все без лишних слов.
«Дом есть область привычного, где образ человека выполняет симбиоз с окружающим миром».
Время в скромном доме Максима и Лилии, как и в созданном ими окружающем волшебном мире, проходило довольно таки размеренно. Днем Макс тренировался с данной ему неизвестно откуда и непонятно зачем «силой», пытаясь научится контролировать и обуздать ее. Иногда это ему удавалась, но чаще всего, увы нет. От этого он бывало довольно часто расстраивался, хотя от неудач, больше всего страдал «Жу». Так звали дерево Идунн, что росло рядом с их домом. С ним он познакомился еще на «Сри17», так назывался мир где когда-то жила Лилия и ее семья. «Жу» часто доставалось от экспериментов странника…, то листья подгорят, то кору обглодает голубой энергией. Он конечно просил Максима проводить свои опыты и тренировки подальше от него. Странник так и делал, уходя ближе к воде. Но спустя время «Жу» звал его обратно…, наверное, ему было просто скучно без общения с Максимом. Уж лучше с подгорелым боком, чем в одиночестве.
«Одиночество всегда терпят, а уединения заслуживают»
Сила странника, представляла собой книгу, написанная на никому неизвестном языке. Максим с большим энтузиазмом старался ее прочитать и осознать. Методом проб и ошибок он учился… буква за буквой, строчка за строчкой… но смысл этой практически стихийной энергии, ее предназначение, он так и не мог разгадать.
Лилия же, обожала работать в саду. От чего тот был до великолепия ухожен и от этого безумно прекрасен. Она заботливо выращивала удивительные растения, которые служили не только питательным угощением на их с Максимом столе, но и создавали райский фон вокруг их дома, украшая его яркими цветами, меняющими свой оттенок в течении дня.
Копошась в земле с утра до вечера, она тихонько напивала песенки на древнем змеином языке и часто с кем-то разговаривала, при этом задорно, смеясь и улыбаясь. С тем, кто был так близок ее сердцу и при этом оставаясь невидимым.
Вечерами отдыхая от дел и забот они вместе с Максом, садились на небольшие качели под гигантским деревом Идунн и скрепя в такт волнам бесконечного океана качались, смотря вдаль на то, как уходят в закат три разноцветных и небольших солнца их маленькой планеты, одно за другим. В этом умиротворении любящие друг друга часто вели теплые и нежные беседы.
Максим рассказывал все возможные истории, большинство из которых он прочитал в детстве. Его семья была по-настоящему книголюбивой, и отец с малых лет привил ему неугасаемую любознательность. Так книги и стали для него не просто источником информации, они превратились в верных друзей и мудрых наставников, сопровождавших его на жизненном пути.
Лилия с неподдельным увлечением слушала эти повествования, то и дело задавая вопросы. Зачастую ее любопытство опережало сам ход мыслей, что иногда чуть раздражало Макса. Она напоминала любознательного ребенка, которому непременно нужно все увидеть, потрогать и досконально понять.
В этой уютной, доброй обстановке, где время никуда не спешило, и они были по-человечески счастливы. Так и проходил их день за днем. И где‑то в глубине души зрело негромкое осознание, дающее подлинное, простое человеческое счастье:
«Любовь без взаимности лишь разновидность эгоизма. Ведь она строится не на стремлении дарить, а на жажде обладать»
Но, все же с каждым прожитым мгновеньем между ними росло нечто необъяснимое. Лилия чувствовала эти нарастающие изменения в поведении Максима, и каждый раз при очередной попытке обсудить их, он под любыми предлогами старался уйти и сбежать от этого разговора. Словно заноза в его голове крутилось ожидание чего-то…, что он не мог объяснить и это нечто, источало только одно:
«Опасность».
Предчувствие странника данное ему вместе с таинственной силой держало его разум будто в тисках. Не позволяя расслабится, отравляя его мысли, заставляя с каждым новым днем отворачиваться от осознания проблемы, ее принятие и поиск решения на потом. Произнося в голове это полное чувство тревоги слово…
«Завтра»
И как жаль, то что он не понимал, на тот момент:
«Жизнь не умеет ждать …»
Максим добежав до больших сиреневых валунов, валявшихся в нескольких километрах от их дома, остановился, стараясь перевести дыхание и чуть успокоится от нахлынувших мыслей, которые ни чего кроме подавленности не вызывали. Эти огромные, отшлифованные ветрами и водой камни, служили неким природным забором, отделяющим большую часть огромного острова, населяющего дикой и не только травоядной природой, от их дома.
– Не плохо на сегодня… – произнес он, подбадривая себя и поднял свой взор на небо.
Макс был явно доволен собой и сегодняшним комфортным началом дня. Новое солнце только начало просыпаться, заливая безмятежное небосвод новыми красками и опуская свой рассеянный нежный свет на землю. Вместе с лучами странник опустил свой взгляд вниз, на большие камни, переливающие зеркальным блеском, тихо прошептал:
– Ну, а теперь пора обратно, домой…
Посмотрев неспешно на бескрайнюю водную гладь, он развернулся и побежал трусцой по направлению к могучему дереву Идунн, макушка которого виднелся далеко вдали.
Какое же оно все-таки огромное, подумал он, и тут же его накрыли воспоминания о первой встрече с этими могучими великанами на Сри17. Тогда он был не в такой хорошей форме как сейчас, раненый Тейном в как выяснилось не случайной схватке, испуганный и полумертвый… бредя по изумрудному крошеву. Какие всё-таки удивительные и по-настоящему героические приключения им тогда пришлось пройти, никакой фантаст такого даже нафантазировать не сможет.
– Вот как там интересно ребята?! Сайли…, Никита…
На обратном пути уже ближе к дому он почувствовал, как на него накатывается легкая и приятная усталость. Обволакивая ноги и поднимаясь все выше и выше, заставляла плавно замедлить бег и перейти на легкий размеренный шаг. Стеклянная многогранная крыша их дома уже витринно блестела вдали, будто одинокий маяк, отражая солнечные лучи и перемигиваясь с небом.
Он слегка прищурился…
– Лили? – произнес он неожиданно, впиваясь взглядом в горизонт.
Девушка стояла на краю цветочного сада и оживленно махала ему руками. Она что-то взволнованно и громко кричала, но из-за расстояния между ними и шума океана, разобрать слов было просто невозможно.
– Случилось что? – подумал он, машинально вновь переходя на бег.
Беспокойство начало наполнять его разум подкрадываясь наихудшими ожиданиями. Раньше она не когда не встречала его с пробежки. А тут она явно ждала, и не только ждала, но и звала. Он заметно ускорился, сбрасывая с ног всю приятную усталость. Да, конечно, можно было бы просто пройти сквозь пространство, используя силу и мгновенно оказаться возле дома. Этим прыжкам он уже давно научился и натренировал эту способность довольно неплохо. Но все же прибегать к пространственным перемещениям в бытовых случаях не любил. И зачастую сам себе убеждая повторял:
«Великая Сила должна использоваться для решения обдуманных целей, а не для сиюминутных задач».
Да на пространственные прыжки уходило много силы. Даже проход сквозь междумирье давался на много легче. А от этих накрывала такая отупленная слабость, что хоть стой хоть падай, а дальше двигаться не как не хочется. Так он и продолжил бежать.
До Лилии оставалась добрая сотня метров, и он уже отчетливо слышал ее нежный голосок.
– Максим, быстрей – кричала она.
Он увеличил бег до максимума и через несколько секунд уже был рядом с любимой. Остановившись, и вплотную подойдя к ней, тяжело дыша спросил:
– Что случилось?
– Там… – она указала рукой в сторону дома – твой медальон, он говорит…
– Какой медальон?
– Да тот серебристый, с темным шаром внутри… – заплетаясь лепетала она – Ну…, на блестящей струне…
Макс сразу понял, о чем она говорила, не так уж и много у него было медальонов. Это был передатчик, который ему еще на «Лету» передал Никита, и который так и остался у него, когда они расстались. Он хранил его как напоминание о друзьях и о пережитых совместных приключениях. Да и как сказал когда-то ему Никита:
«На всякий случай»
Слова Лилии о передатчике в туже секунду отправили странника обратно в воспоминания:
«Сри17» …, Бам…, Сайли…, «Самбхала» …, Виллиан…, Междумирье…, Астаро…, Никита…, «Лету» и конечно Арх Микаэль, которое пожертвовало собой ради их спасения, и пугающий до жути «Даркс» со своим планом по захвату вселенной.
Эти короткие мгновенья растянулись в полноценную историю, пройдя свой путь от начала и до конца в его памяти. Лишь благодаря чуду, они тогда смогли живыми покинуть темную сторону мирозданья. А в данный момент он просто очень скучал по своим друзьям…
– И что он говорит?
– Он называет твое имя, а дальше… – она замотала головой – дальше не понятно, шипит…, булькает…, и снова повторяет, и повторяет, и так по кругу.
– Где он?
– Там, в доме. На столе лежит. Я его не трогала, решила, что лучше позвать тебя!
– Молодец! Хорошо, пойдем-ка, посмотрим.
Максим вместе с Лилией спешно пошли в дом.
На небольшой прозрачной платформе, левитирующей в пространстве холла и служившей чем-то вроде журнального столика, лежал серебристый диск. Максим со временем даже забыл, что он у них есть, и если бы тот о себе не напомнил, то вряд ли бы о его существовании кто-то вспомнил.
Передатчик действительно издавал постоянно повторяющий звук, который сразу и с ходу, сложно было разобрать:
«Максим, равно-веси…, нужна по…,» дальше звучал хрип и треск, и сообщение повторялось вновь: «Максим, равно-веси…, нужна по…»
– Ну что я тебе говорила…
– Это Никита….
– Твой друг, на теле которого множество непонятных рисунков…. Ловчий!
– Да. По крайней мере, это его голос. Вот только не понятно, что он говорит, от слова… совсем.
– Что-то случилось?!
– Я не знаю Лили. Но судя по голосу…
Макс взял передатчик в руку и покрутил его, чуть поглаживая большим пальцем черный шарик в центре – просто так, он вряд ли стал бы меня вызывать – и посмотрел на Лилию извиняющимся взглядом, и она сразу все поняла.
– Ты пойдешь сквозь междумирье?!
Причем она не спрашивала его, а как-то с сожалением или даже с опаской в голосе утверждала.
Он на паузе чуть покачал головой и тихо ответил:
– Да, другого пути особо и нет. Я должен узнать, что случилось…
– Да, конечно.
– Лили, если выйти на связь от сюда, – он опустил взгляд на шипящий диск – они будут знать где мы. Мы не можем так рисковать, это слишком опасно.
– Ты же понимаешь, что так же опасно… и идти туда! Это может быть обыкновенной ловушкой. Голос можно подделать, под нужную волну подстроится…
– Да…, конечно ты права, но! Если я не узнаю, что случилось…, то не смогу…, я не смогу, просто так дальше жить. Понимаешь?! Я должен. Возможно, там ни чего серьезного и нет, напился и буянит. На «Земле» такое в порядке вещей.
– Я пойду с тобой…
– Нет! – резко ответил он, прерывая Лилию на полуслове – Ты останешься здесь…, в безопасности. Поверь мне так будет лучше.
– Кому лучше?
– Мне! Так мне будет намного спокойней.
– Максим.
– Лилия я сказал нет, значит нет! Ты останешься дома, и точка.
Лилия была хотела продолжить, но Максим подошел обнял ее сильно-сильно прижав вплотную к себе. Спустя секунду ослабив объятия, и нежно поцеловав ее в оголенное плечо, прошептал:
– Не спорь, пожалуйста… Я знаю, что я делаю. Ты хранительница «ключа права»! Я же просто странник и им не особо нужен.
– Да. Я хранительница миров, но ты не забывай, они-то об этом не знают!
– И это тоже хорошо, что они не знают… – отпустил ее Максим – Значит, убивать они меня не станут… – и улыбнувшись продолжил – по крайней мере сразу.
– Ты упрямый как дедушка…
– Не напоминай мне о нем, я не похож на него! Я некого не предавал.
– Не говори так Максим, он мой дедушка и мы совсем не знаем почему он так поступил.
– Зачем?! Почему?! А какая разница?! Он убил Астаро! И этого вполне достаточно. И если бы не Арх Микаэль, мы бы все тогда погибли, а Даркс бы заполучил «ключ права».
– Мы этого не знаем!
– Какая ты у меня все-таки наивная – улыбнулся Максим и вновь обнял ее стараясь прекратить этот ни к чему не ведущий спор.
– Я хочу пойти с тобой.
– Я знаю любимая, но давай не будем спорить, пожалуйста…Ты останешься дома. Да и в случае чего, я быстро сквозь междумирье прыгну обратно, хрен поймаешь.
Лилия глубоко вздохнула и резко выдохнув, нехотя произнесла:
– Ладно.
– Вот и хорошо. Обещаю, что буду крайне осторожен.
Лилия глубоко вздохнула:
– Когда ты пойдешь?
– Сейчас. Только переоденусь…
– А как же салат?
– Салат?! Вот вернусь и все съем! Обещаю!
– Хорошо.
– Будем надеяться это ненадолго – Максим положил хрипящий передатчик обратно на стол и пошел по лестнице вверх, чтобы принять душ и переодеться.
Лилия осталась в холле и нервно ходила из стороны в сторону. Она то и дело поглядывала на серебряный диск, который вновь и вновь повторял одно и то же…
– Неужели это никогда не закончится?! – размышляла она – неужели нам всю жизнь придется прятаться и кому-то противостоять?! … Я Принцесса Лилия… дочь Великой Королевы Виллиан! Погибшей от рук стражей миров. Я не вольный носитель «ключа права» и Хранительница миров. Должна скрываться и прятаться как какой-то преступник от тех, кто обязан защищать. Эта сила не дар, это проклятье!
После того как они пришли в этот как они считали на тот момент, безопасный мир, и обосновались здесь, на этой одинокой планете. Максим совершил обряд передачи «энергии начала» Лилии, хотя она и противилась тому. Но все же именно она была истинной наследницей «ключа права» и продолжателем древнего рода, поэтому Максим и настоял на передаче силы ей. Хотя причины для него, были совсем иные. Он просто очень боялся, что кто-то захочет нанести ей вред или убить, а «ключ права», так или иначе убережет ее от опасности. Обряд прошел в тайне от всех, и на него была наложена печать безмолвия, так что, ни стражи миров, ни Даркс, никто теперь не знал кто истинный хранитель миров, и тем самым великая сила стала защищать их обоих.
«Максим, равно-веси…, нужна п…» – проворчал вновь передатчик, вырывая принцессу из водоворота тревожных мыслей.
Лилия понимала, что это сообщение, всего лишь начало долгого пути. Это и есть та самая дорога…, к которой все время так упорно готовился Максим, тренируясь дни на пролет. Скверное предчувствие надвигающей беды теперь не только не отпускало ее, оно разрасталось с геометрической скоростью метастазами тревоги, поглощая все добрые мысли, которые она старалась проецировать в окружающий их мир. Посмотрев на свою ладонь, которая нервно подрагивала от напряжения, она резко сжала ее в кулак, испугавшись этого неконтролируемого состояния.
– Я не должна показывать слабость! – собирая свои мысли в порядок повторяла она про себя – Только не сейчас, когда я ему так нужна. Мы справимся! Мы обязательно справимся!
В этот момент за спиной послышались тихие шаги. Максим бесшумно спустился по лестнице и подошёл к столику, где стояла Лилия, погруженная в свои мрачные размышления. Его взгляд встретился с ее глазами, полными тревоги.
Взяв в руки передатчик, он снова прослушал искаженное помехами сообщение и затем решительно надавил на темный шар. Диск наконец-то замолк.
– Все… Мне пора! – тихо произнес он, приближаясь к Лили.
– Ты обещал, что будешь осторожней…
Максим в ответ крепко обнял ее и держа в своих объятьях почувствовал, как она слегка дрожала.
– Если обещал, значит сделаю.
– Позови меня сквозь междумирье…, – в ее голосе звучала не просьба, а мольба – пожалуйста, ты ведь умеешь…
– Будем надеяться, этого не потребуется – ответил он стараясь быть максимально спокойным – Все будет, хорошо… не волнуйся. Я многому научился – улыбнулся он.
– Я знаю… – улыбнулась в ответ она, стараясь разрядить обстановку – у «Жу» до сих пор северная сторона не восстановилась. И как он только терпит, эти твои тренировки?!
Макс засмеялся.
– Я же не специально.
– Еще не хватало, чтобы ты, это и специально делал?!
– Так получилось. Вот возьми….
Он подал ей маленькую серебряную тарелку, вложив ее прямо в ладонь Лилии. Удивительно, но по цвету передатчик прекрасно подходил к ее коже, сливаясь с ней будто единое целое. Лишь маленький шарик посередине выделялся, притворяясь черной жемчужиной.
– Если его повесить на шею, получится довольно таки красивое украшение – улыбнулся Макс.
– Зачем мне это? – с грустью произнесла Лили, стараясь не заплакать навзрыд.
– Как говорят на моей родной планете: «на всякий пожарный случай».
– Здесь то и гореть не чему, одна вода кругом…
– Лили…
– … Но если тебе так будет спокойней, то хорошо – Лили аккуратно одела передатчик на шею, выправляя из-под шнурка волосы.
Он нежно поцеловал ее и не спеша пошел к выходу, при этом стараясь не задерживаться. На самом пороге обернувшись, он подарил ей свою искреннюю улыбку. Она же улыбнулась в ответ и ее губы молча прошептали:
– Я люблю тебя.
Максим в ответ лишь весело подмигнул и вышел из дома. Прямиком сквозь сад он направился в сторону дерева Идунн. Он не любил говорить слова: «я люблю тебя» …. Боялся, что, если часто повторять их, то они потеряют свою магическую суть.
«Слова любви должны быть тихими словно шепот звезд, их никто не должен слышать кроме космоса любви»
– Жу – произнес он, подойдя к огромному стволу могучего дерева.
– Слушаю тебя странник? – зашумели листья в ответ, и какая-то еле видимая пыль посыпалась с его кроны, плавно опускаясь водопадом в лучах солнца.
– Присмотри пожалуйста за Лилией, мне нужно отлучиться ненадолго…
– Тебя призвало равновесие?!
– Я не знаю…
Дерево выдержав паузу, словно обдумывая свои слова, продолжило:
– Иди с миром странник. Ты готов…
– К чему «Жу»?
– Узнать ответ на незаданный вопрос…
Максим задумался и тихо спросил, обращаясь в пустоту:
– Почему я?
– Ты найдешь… свои ответы! А если повезет…, то и правильные вопросы к ним!
Макс пару раз похлопал по стволу ладонью, будто по плечу друга и пошел вдаль.
Жу тихо шумя листвой, произнес ему вслед:
«Иногда задать правильный вопрос важнее, чем получить нужный ответ»
Яркие бабочки летели вслед за странником, провожая его своей разноцветной пыльцой. Любящий взгляд скользил по его спине…, и он чувствовал его теплоту и нежность. Пространство начало плавится, и искажать существующую впереди него реальность. Большая воронка в пространстве по спирали всасывала в себя все краски этого мира, еще несколько шагов и он исчез, растворяясь в воздухе. Междумирье пропускало его сквозь себя…
Волнообразное завихрение сингулярного прыжка надавив своей воронкой объяло окружающее пространство заставляя его крутится по спирали вверх, тем самым заставляя парящие снежинки падать вверх. Через мгновенье в образовавшейся гравитационной аномалии материализовался светло-серый силуэт странника.
Серые кеды без шнурков осторожно ступили на белый ни кем нетронутый снег, лежавший мягким пуховым одеялом на спящей земле. Ветер несущий на своих крыльях зимний холод, быстро и крепко обнял Максима, словно старого друга, которого давно не видел. Большие и редкие снежинки кружили в торжественном танце вокруг него. Он поднял свою ладонь прямо перед собой и, одна из них упала прямо к нему на руку. Идеально симметрическая фигура, кристаллизованная в дендритную форму, быстро растаяв, превратилась в маленькую каплю воды. Она словно многогранный бриллиант, лежала на его ладони, чуть подрагивая.
«Форма и содержание, никогда не поменяют сущность красоты»
Подумал странник и подняв свой взгляд, устремив его вперед:
– Земля…
Да… давно он не был на родной планете. Пытаясь сосчитать в голове сколько лет прошло с момента их с Сайли поиска Самбхалы на Байкале, но осознав, что в разных частях вселенной, время и идет по-разному, в зависимости от местной гравитации, оставил эту затею в покое. Много-мало, какая разница?!
Здесь и сейчас, в первых лучах утреннего солнца, далеко вдали прорисовывался заснеженный серый город. Он еще тихо спал, посапывая и испуская белое морозное дыхание из высоких черно-красных труб, натыканных по нему в хаотичном порядке. Некоторые из них правда, дышали и иным, цветным паром. Все это незатейливое промышленное «пестрое чудо», вместе с неотъемлемой своей частью в виде хронических заболеваний, дарил местным жителям химкомбинат, опорожняя излишки ненужных токсинов от своего варева наружу.
Чуть ближе к индустриальному району города, лежавший по газонам и редким посадкам снег, резко менял свой цвет, и с девственного наряда молодой невесты облачался в черный балахон той, которая приходит всегда внезапно. Все дело в том, что другой градообразующий завод, а именно металлургический комбинат и его аспирационные системы, не справляясь с желанием их хозяина заработать как можно больше денег, часто гнали пыль мимо фильтров, и вот вся эта чернота, отбеленная коррупционными схемами, под прикрытием власть имущих, накрывала город. Превращая весь его образ в чёрно-белую хронику со старых кинофильмов.
Жители этого города как, впрочем, и множества других промышленных городов, по одиночке терпеливо молчали и вместе терпели молча… Понимающе и безропотно смотря на умирающую вокруг экологию, которая билась в предсмертных конвульсиях, находя железное оправдание для своей совести… Этот единственный завод кормил их детей, а дети как говорится это святое. Им было легче найти причину и поворчать, чем возможность хоть что-то изменить, иначе они думать уже и не умели.
На пустых улицах разгоряченные от работы дворники бодро убирали снег, по-доброму ругая погоду. Редкие прохожие куда-то спешили, стараясь обогнать, друг друга. Кто-то очищал машину и в помощь дворникам бранил выпавший снег, как будто зимой для них это была полная неожиданность. В домах потихоньку зажигался электрический свет. Город постепенно просыпался, и зевая начинал шуметь своей обычной коммунальной жизнью.
Максим медленно двинулся в сторону серого города…
Городские анклавы, некогда созданные людьми, но впоследствии подчинившие своих создателей, словно безумные отшельники, продолжают заманивать все новых приверженцев в пучину своих бредовых идей, сомнительных целей и искаженных ценностей, и смыслов. Их разнообразно-безобразная архитектура, дырявая и примитивная культура, создали токсичную среду, где социальное положение определяется лишь искусственными маркерами различия и деления.
В этой среде люди, несчастные и запутавшиеся, вынуждены соревноваться друг с другом, стремясь казаться лучше, чем они есть на самом деле. Человек принес все свое время, на алтарь алчности этих прожорливых монстров, даже не пытаясь осознать, что он для них… всего лишь топливо и пища. Энергия городов, это энергия безликих жителей, утративших свою индивидуальность.
Максим считал, что города существуют в полной дисгармонии с природой. Если взглянуть со стороны, откуда-нибудь сверху… прямо с облаков… эти города предстают как гнойники на теле планеты. Одни больше, другие меньше, но все же… уродские нарывы, наполненные развратом и мерзостью. Лишенные всякой красоты, они лишь бравируют своей напыщенностью и внешним глянцем.
Без передышки, без перерыва на обед и сон, они пожирают людские души, отдавая отработанный ресурс в виде иссохших тел, ярким кладбищам. Таким же безобразным, как и сами города… И даже эти кладбища… последнее пристанище человека, превращаются в подобие обычных свалок. Цветные оградки, наспех окрашенные поверх десятки раз облупившейся краски. Серые памятники и радуга из пластиковых цветков-венков. В общем и целом, место сбора мусора.
И единственное, что несет в себе хоть толику блага на этих кладбищах… тишина.
Максим любил гулять рядом с кладбищем, потому что там редко встретишь спутников, и в ласкающей тишине можно побыть наедине с самим собой. А все остальное не играло роли.
– Ка-ррр! – Издала прямо над головой, хриплым карканьем скупое приветствие довольно упитанная ворона.
Макс поднял голову и улыбнувшись посмотрел на серо-черную птицу из отряда воробьинообразных:
– Ну что Клара?! Как дела? Судя по внешнему виду, ты не воробей и к зиме подготовилась… вон как пузо отъела.
– Ка-ррр! – ответила ворожея.
– Согласен… Стражи, мой проход уже однозначно запеленговали. Значит, скоро будут здесь…, нужно поторопиться.
Максим закрыл глаза и отправил свой разум, в информационный эфир, продираясь сквозь множество слоев вариантов. Ища в этом переполненном шкафу Никиту. Но увы, сканирования этого мира выдавало лишь отрицательные данные. Он не мог, негде обнаружить его, по крайней мере, на этой планете. Хотя все же и вырисовывалась последняя точка его пребывания здесь, больше ни чего.
– Ка-ррр! – вновь привела в чувства его большая ворона.
– Ну и тебе не хворать – ответил Макс, осмотрев все вокруг и вновь закрыл глаза.
Используя свои возможности, он отправился сквозь пространство к этому последнему месту, откуда исчез его друг. Максим при помощи каждодневных тренировок неплохо научился перемещаться в пространстве. Телепортация в одном мире не переходя границу междумирья, была не особо сложным делом. Хотя и случались всевозможные казусы. Особенно на выходе из пространственного прыжка. Тут, если чуть поспешишь, то можно выйти у какой-нибудь стены и набить себе большую шишку. А можно и наоборот, разбить что-нибудь своим случайным появлением. Тут как повезет…
Выйдя из пространственного сгиба, в состоянии будто пробежал марафон, такова физиологическая плата за прыжок, он тут же оказался на парковке. Каждый мускул ватного тела стонал, а в голове пульсировала боль от перенесенной перегрузки.
Максим огляделся вокруг. Обычная охраняемая автомобильная стоянка на окраине, каких с есть с десяток в любом городе. Припаркованный транспорт стоял аккуратными рядами, укутавшись в сугробы, будто пытался согреться. На высоком заборе из сетки рабицы то тут, то там горели не особо яркие желтые фонари, но все же их света вполне хватало для освещения периметра охраняемой территории. Кое где наблюдались видеокамеры чтобы никто не смог сюда проникнуть не заметно, хотя скорей всего это были обычные муляжи.
Неподалеку от выезда, на небольших бетонных блоках, стоял обычный строительный вагончик, прозванный в народе бытовка, в окне которого мерцал электрический свет. Максим бросив проникающий взгляд сквозь хлипкую стенку сторожки, внутри которой в тепле и уюте, сторож спокойно смотрел старый телевизор…. Охранял чужое добро за скромное вознаграждение. Как говорится: «как платят, так и работаем». Проще говоря опасности он не представлял, и Макс двинулся вглубь стоянки, вдоль рядов с транспортными средствами различных марок и наименований. Как он не старался идти тихо, у него особо ничего не получалось, белый снег так и хрустел предательски под ногами.
– Блин – пробурчал он, стараясь передвигаться аккуратней.
Неподалеку показалась желтая машина. Подержанный автомобиль такси стоял в гордом одиночестве на небольшой отдельной площадке, прямо возле забора под самым фонарем. На удивление желтый свет освещал его ярко. Может это было ошибочное видение и вся тайна света была в том, что и фонарь, и машина были одного цвета. Да и сам автомобиль не был покрыт пуховым одеялом из снега как все остальные, а лишь чуть припорошен белой пыльцой словно вуалью.
Максим быстро осмотрел машину от которого исходил энергослед Никиты. Правое крыло авто, как, впрочем, и фара были разбиты.
– Вляпался куда, – подумал Макс – гонщик хренов.
Подойдя вплотную он не спеша убрал рукой с капота снег, и плотно прижал ладонь к холодному металлу, стараясь растопить своим теплом ледяную корку, для лучшего контакта. Не успев спроецировать в своей голове последние минуты, проведенные здесь Никитой, Максим услышал краем уха, как за его спиной прозвучали скрипучие шаги крадущегося человека.
– Извините… – произнес тут же он, убирая руку с капота, думая, что это сторож парковки – Я уже ухожу!
Обернувшись назад, он увидел перед собой двоих людей, которые очень сильно выделялись на снежном ковре, устелившем все пространство вокруг. Одетые в абсолютно одинаковую строгую одежду черного цвета, двое мужчин с явной армейской выправкой уверенно приближались к нему. Оба были высокого роста и крепкого спортивного телосложения, но визуально ничем особым не отличались, в них не было никакой изюминки, словно люди без лица. Увидишь…, не вспомнишь.
– Прислужники! – твердо решил Макс.
Двое в темном, подошли и резко остановились в пяти метрах от него. Чуть осмотревшись по сторонам и стараясь не выказывать никакой агрессии, начали тихо с четкой артикуляцией говорить:
– Мы Приспешники ордена Стражей миров. Просим выслушать нас, Хранитель миров. У нас к тебе имеется послание…
Максим выдержав короткую паузу при этом сканируя интуицией пространство вокруг в поисках опасности и с каким-то несвойственным ему пренебрежением процедил сквозь зубы:
– Говорите…
Сам же став полубоком, заведя руку за спину, сформировал сгусток энергии, который чуть вибрировал, пульсируя мощью и щекоча его ладонь. Он был готов в любой момент отправить его в сторону этих пришлых двоих, и они, конечно, тут же заметили это неумелое движение и, мельком переглянувшись, сделали пару шагов назад.
– Мы не желаем тебе зла… Хранитель миров!
– Знаю, – улыбнулся Макс и повернувшись, показательно подбросил чуть вверх энергетический сгусток – это так, руки согреть.
– Нас послали Стражи миров… – начал говорить один из них.
– В этом я не сомневаюсь! – перебил говорящего Максим, и едко усмехнулся.
Неожиданно, вдруг откуда не возьмись, рядом с ними, возникла черная кошка. Животное было довольно крупным, с гладкой лоснящейся шерстью и по всему ее ухоженному виду, явно домашним. Вальяжно переставляя лапы, кошка плавно пробежала прямо между приспешниками и странником, поглядывая украдкой, то на одних, то на другого. На мгновенье замерев на краю от всех, словно старалась подслушать их разговор, как-то неуютно посмотрела на странника. Но стоило только тому мельком взглянуть в ответ, как она мгновенно бросилась на утек и скрылась под припаркованном неподалеку автомобиле.
– Стражи миров приглашают тебя в Храм Верности, Хранитель миров, – продолжил один из посланников ордена – на планету «Ци»
– Где Никита? – вновь перебил их резко Максим.
– Он ушел вместе со светоносцами, остальное нам неведомо.
– Ушел или его увели…?
– Он пошел с ними, добровольно.
Максим слегка подумав над тем, как такое могло быть, неуверенно спросил:
– Что еще передали стражи?
– Они сказали… «Равновесия больше нет»! и то что Вселенная в опасности.
– Что?! – чуть слышно спросил Максим, хотя этот вопрос больше был машинальным.
– Это все, что они просили передать Хранитель. Стражи миров призывают тебя в Храм Верности, они гарантируют свободу и безопасность.
– Безопасность?! – произнес Макс ровно, давая понять, что он понял просьбу, исходящую от ордена – Это хорошо!
Двое людей в черном, медленно развернулись и пошли обратно прямо по своим следам, и вскоре полностью исчезли с поля зрения.
– Что это, ловушка?! – тут же начал размышлял Макс – Странно, вроде не похоже…. Хотели бы напасть, делали бы это прямо здесь, зачем приглашать на «Ци»?!…. Оттуда конечно сложнее сбежать, но после всех тренировок с силой, это вполне возможно. Блин, ни черта не понимаю… Странно все это.
Вопросы и мысли нескончаемым потоком неслись в голове Максима. Он вновь повернулся к такси и положил свою ладонь на капот. Тепло пальцев медленно растопило легкую наледь на окрашенном в желтый цвет металле и в тот же миг его разум словно озарился, он увидел все, что произошло здесь несколько дней назад.
Никита, громко ругаясь, паркует машину. Он явно очень сильно расстроен, если не сказать, взбешен из-за ДТП и переживает из-за поврежденного автомобиля, который ему еще и не принадлежит, а взят в аренду. Нервно колотит ладонями по рулю, заставляя машину истерично сигналить. Злость нарастает, и удары становятся все сильнее. В этот момент к нему подходят люди в черном, показывают красные удостоверения, невозможно толком разобрать, те же или другие люди, все на одно лицо.
Никита послушно выходит из автомобиля, смиренно беседует. Через пару минут появляется страж в белом балахоне, украшенном серебристыми браслетами. Они о чем-то беседуют, лицо Никиты бледнеет, он явно чем-то глубоко встревожен. Внимательно слушая собеседников, он поднимает взгляд к небу, словно прощаясь с ним навсегда.
Внезапно открывается портал, из которого выходит светоносец. Никита, добровольно и без какого-либо принуждения направляется к нему. Оборачиваясь и окидывая прощальным взглядом все вокруг, он входит в ослепительный свет и через мгновение растворяется в бесконечности. Все.
– Не соврали…. По доброй воле…, и что же они такое, ему могли сказать, что он так легко согласился с ними идти? – размышлял странник – Может, пообещали гражданство «Ци»? Но взамен на что? Предательство?! Нет-нет! Этого не может быть! Максим не тупи, только не Никита. Ну на хрен ты с ними поперся?! Ник?!
Медленно отойдя от автомобиля, Максим, не замечая приближающего к нему сторожа, продолжал размышлять.
– И что все это значит «Равновесия нет». Какого еще равновесия?! Блин, бред какой-то!
Позади Макса раздался хриплый и явно простуженный голос:
– Эй! Ты что тут делаешь?
Странник плавно повернулся, стараясь не делать резких движений. Прямо перед ним стоял маленький мужичок лет пятидесяти. Одетый в потрепанный пуховик он выглядел как круглый шарик на маленьких тонких ножках, словно леденец на палочке. На голове чуть набекрень была одета шапка петушок с надписью «Hockey». В руках сторож держал самодельную монтажку, сделанную из толстого куска арматуры. Весь его вид вызывал лишь добрую улыбку, ну не как не страх.
Но Максим сдержался…, и чтобы не засмеяться, старался выглядеть как можно растерянней. При этом стал сумбурно извиняться, искусственно заикаясь:
– Да… Я уже ухожу… Понимаете, это машина моего зн-накомого. Никак не могу его найти. Очень беспокоюсь за н-него. Еще раз извин-ите…
– А! Понятно. Ты друг Никиты?!
– Угу – кивнул Макс.
– Работаете вместе?
– Да-да. Напарники мы…, сменщик короче я его…
– А сюда как попал?
– Т-так открыто было – кивнул в дальнюю сторону Макс, туда куда ушли приспешники. Хотя где находился выход со стоянки он не знал.
Мужик нахмурился, выискивая в памяти момент, на вопрос: закрывал он или нет калитку?! и продолжал говорить:
– Странно конечно, бросил автомобиль и ничего не сказав, ушел. Даже ключи из замка зажигания не вытащил.
– Д-да что вы говорите…
– Да. Вот…
Сторож стал искать что-то в карманах, и было видно, что с каждой секундой поисков он начинает все больше раздражаться.
– Пьяный, наверное, был… – сказал мужичок и посмотрел в сторону сторожки, подумав про себя: память совсем никудышная стала.
– Вероятно. Вы еще раз извините меня, я пойду, наверное.
– Удачи. Вы это… если найдете этого обормота, скажите, что ключи от машины у меня. И без «пятизвездочного» и двух лимонов, пускай даже не приходит. А захочешь сам машину забрать, документы принеси какие…, – и широко улыбнулся желтыми зубами – ну и сам понимаешь, не забудь, там «чего-нибудь» прихватить. Тебе можно и без лимонов.
– Хорошо – улыбнулся Максим прекрасно понимая намек.
– Может чайку? – спросил раздобревший сторож – У меня есть, – кивнув в сторону сторожки – не пять звездочек конечно, – три, но тоже не чего, аромат присутствует.
– Н-нет, спасибо. Мне еще в офис за документами ехать.
– Ну как хочешь, бывай интеллигент! И аккуратней на дороге, скользко нынче…
– Спасибо, до свиданья – И развернувшись, скрепя снегом Максим медленно пошел вдоль забора к выходу со стоянки.
– Ничего не меняется… – произнес он вслух, начиная в голове рисовать образ белоснежного мраморного зала летающего в бело-голубых облаках планеты гиганта – Ну что ж, «ЦИ» так «ЦИ»
Тут же в воспоминаниях, разрывая красоту белоснежного храма грациозного парящего в голубых небесах цианского мира, пронеслось Арх Микаэль в образе страшного дракона… Но не успело это видение, закончить свое движение, преобразив кровожадного дракона в серебристую каракатицу, которая спасла их из лап Даркса, как яркая вспышка ослепила окружающую действительность.
Появившаяся в полуметре прямо за забором огненная сфера, плавя вокруг себя снег, резко подбросила странника вверх. Он перелетел через рядом стоящий автомобиль и, сделав сальто-мортале, упал на соседнюю машину спиной, промяв тонкое железо иномарки. Скользя по заснеженному и обледенелому капоту, Максим боковым зрением увидел, как огонь плазмы скрутил, казалось бы, мощный оцинкованный столб забора в баранку. Секции проволочного ограждения разлетелись в труху, будто были сделаны из соломы. Через секунду странник упал на землю и, сделав пару кувырков в сторону, спрятался за припаркованной техникой.
– Ловушка! – разозлился он – так я и знал…
Еще вспышка и машина, за которой спрятался Макс, резко толкнула его еще дальше от забора, и он, пролетев вперед, распластался прямо на открытой площадке парковки, пропахав грязный сугроб лицом. В голове шумело. Медленно отрывая затуманенный от удара взгляд, от земли, он увидел в двух десятках метров от себя двух боевых «силов» в полной боевой экипировке. Один из них держал в руках плазменное ружье, второй, непонятную дубинку с мерцающим голубым огоньком на конце. Скорей всего это был какой-то парализатор. Все их движения были выверены и профессиональны.
– Черт! – выругался странник – Стражи…
Тяжело поднимаясь на колени, Макс поднял руку вверх как можно выше и растопырил пальцы, давая понять, что никому не желает зла и просит больше не стрелять. Краем глаза он заметил пробегавшего мимо него напуганного сторожа, ноги которого вязли в снегу, и следом за ним пролетающий импульс плазмы. Пухлый мужичок мгновенно покрылся ярко-зелёной плёнкой и вмиг испарился. Маленькое жёлто-голубое облако нежно поплыло над сугробами и быстро растворилось в утреннем мёрзлом солнце. Лишь ржавая монтажка без звука мягко упала на землю, исчезнув в сугробе.
– Нет! – закричал Макс в бешенстве.
Его глаза расширились, вылезая из орбит, наполнялись едкой злобой. Мгновенно в ладонях образовались небольшие пульсирующие шары из энергии размером не больше теннисного мяча. Резко вскочив на ноги, он метнул их в сторону стражей миров – один за другим. Первый из комков был встречен и остановлен плазменным огнём. Второй же достиг цели, испепелив «сила» и его оружие дотла и оставляя от него лишь два тёмно-серебрённых браслета, которые упали на ледяную корку. Но не успел Максим слепить ещё пару боевых шариков, как рядом с ним в землю снова ударил пучок плазмы. Его вновь отбросило в сторону волной и ударило об стоящий рядом серый внедорожник. Сделав вмятину в двери, он вместе с автомобильным стеклом рухнул на замёрзшую землю. Странник тяжело поднял глаза и, пытаясь прийти в себя, замотал головой. С волос посыпались осколки стекла.
– Да сколько же вас? – прохрипел он, осматривая все вокруг через пелену, нависшую на глазах, в которых все плыло и двоилось.
К нему со всех сторон, окружая, приближались еще четыре группы стражей, по два бойца в каждой. Все были вооружены плазменным оружием и дубинками действуя предельно четко.
– От этих просто так не отделаешься, – подумал Макс, и не вставая, резко испод себя бросил еще два шара – Но и мы не пальцем деланные!
Конечно, энергошары достигли своих целей, но этого было явно недостаточно, и перевес в конечном итоге оказывался на стороне «Силов».
Вдруг один из стражей с невообразимо широкими плечами, закрутился вокруг себя и резко бросил что-то по направлению к так до сих пор и неподнявшемуся на ноги страннику. Это нечто плавно двигалось в небе, чуть мерцая серебристым светом. Максим машинально бросил в небо свой боевой заряд, но тот прошел сквозь него, а непонятный объект продолжил движение к своей цели.
Уже в воздухе, прямо на подлете он стал преобразовываться в энергетическую сеть и, не оставляя не единого шанса, накрыл странника. Жгучий огонь сжал тело Макса словно тиски, обволакивая и парализуя все его мышцы. Адская боль в мгновенье наполнила �