Ловушка шанса бесплатное чтение

Глава 1

На улице стояла жара. В такие дни ждать наплыва покупателей могут только продавцы мороженого и прохладительных напитков. Ювелирные магазины, как думала про себя Анжелика, можно было бы просто переводить в режим двухчасового рабочего дня. Если уж кому-то срочно понадобятся обручальные кольца или какие-то побрякушки по случаю знаменательной даты, то, пожалуйста, будьте добры: магазин работает час утром и час вечером. Но это, конечно, были только мечты.

Анжелика просто изнывала в такие дни от скуки. Чего только ни придет в голову, когда магазин пустой, покупателей нет, всех жара загнала по домам, а ты вынужден мерзнуть под кондиционером…

«Как у вас хорошо, нежарко!» – говорили посетители, заглянувшие в магазин с единственной целью – немного охладиться. А постояли бы они целый день за прилавком под этим кондиционером. Правда, если никого не было, то владелица магазина все-таки разрешала им присесть, но во всем остальном – строжайшая дисциплина. Никаких перекусов на рабочем месте, никакого телефона в руках. Спасибо еще, что с коллегой можно было перекинуться несколькими словами. Да и то девочки старались не злоупотреблять и этим послаблением, знали, что камеры установлены в магазине не для красоты. Потом начнутся вопросы: «Почему болтали? Почему витрины не переоформили? Почему цены на акционные товары поменяли с опозданием?» И даже если всё было идеально и действительно ничего делать не надо было, всё равно вопрос оставался: «Что? Заняться нечем было? Языки чесали… Премию не ждите».

А с чего её ждать вот в такие дни? Ни одной крупной продажи. С утра какая-то бабушка внучке купила крохотные золотые сережечки да две девчонки по серебряному кулончику.

Иногда Анжелика завидовала своей соседке Томке, работавшей продавцом на рынке. Конечно, у нее не было такого стильного черного облегающего платья, какое было положено носить «консультантам» ювелирного магазина, и черных туфелек на изящном высоком каблуке. Да-да, именно «консультантам» – так называла своих продавцов владелица магазина, подчеркивая их привилегированность в сфере торговли.

Томка же на работу ходила в чем попало, целый день таскала тяжелые ящики с фруктами, но зато… Зато на своем рабочем месте она чувствовала себя королевой! Беспрерывно хохотала с соседками по прилавку, шутила с покупателями, кокетничала с молодыми людьми. Сколько раз Анжелика ни проходила мимо нее, каждый раз видела ее в отличном настроении. Томка всегда снижала для нее цену, а иногда могла и просто угостить фруктами. А еще в доверительной беседе она как-то оборонила, что ей не надо ждать премию целый месяц – она сама себе премию хоть каждый день сделать может. В подробности Анжелика вдаваться не стала – все-таки они хоть и обе продавщицы, но между ними – пропасть. Она никогда не поймет Томку: почему ей там нравится работать? Неужели не может получше и полегче найти работу? Как, впрочем, и Томка не поймет её. Когда Анжелика тоже как-то что-то рассказывала ей про свою работу, Томка сразу отрезала: «Ох! Я бы не выдержала! Я бы сразу послала… и твоих покупателей, и твою хозяйку!»

Анжелика представила, как сегодня проходит день Томки. Жара, но покупатели всё равно идут. Никакие погодные условия не заставят их отказаться от фруктов и овощей. И Томка сидит, как королева на троне, за своим прилавком. Обмахивается веером, попивает из бутылочки холодную газировку, слопала уже пару порций мороженого. Вокруг нее витают запахи зелени, абрикосов, персиков и перед глазами вся палитра даров лета. У нее было свежее утро, томный жаркий полдень и сейчас, после трех часов, начинает спадать пекло… Торговля оживляется, и Томка точно не скучает.

В магазине Анжелики невозможно определить время суток, если только не глянуть на часы. Весь день, с утра и до вечера, ярким светом горят лампы, освещающие витрины. Здесь нет ни жары, ни холода: кондиционер поддерживает одну и ту же «комнатную» температуру. И сам товар бесполезен – Томка за день хоть свежих фруктов вдоволь поест!

Анжелика с надеждой глянула на часы: «Сколько еще до конца рабочего дня?» Но они как будто остановились… Стрелки показывали пятнадцать часов десять минут. А до конца рабочего дня еще почти четыре часа. «До пяти часов покупателей можно точно не ждать, – размышляла про себя Анжелика, – хорошо, если под вечер какие-нибудь туристы забредут».

Не успела Анжелика так подумать, как дверь магазина открылась и вошла женщина. На покупательницу она явно не походила, поэтому ни Анжелика, ни её коллега не двинулись с места. Какая-то бедная тетка зашла просто на пару минут отдохнуть от жары. Девочки уже давно научились с первого взгляда определять покупательские способности клиентов и редко ошибались. Это же всё считывается: как одет человек, как держит себя, к какой витрине идет. А если еще пару вопросов задаст, то сразу понятно: будет покупать или только приценивается, понимает что-то в ювелирке или полный профан.

Женщина, которая зашла в магазин, вообще не тянула на покупательницу никак: стоптанные туфли, старомодное заношенное платье, сумка, хоть и кожаная, но потрёпанная до такой степени, что место её уже только на мусорке, тяжелый пакет, из которого торчат перья зеленого лука. Прошло пять минут – посетительница никуда не спешила. Она постояла у витрины с серебром, потом задержалась еще на пять минут у витрины с золотом и затем прямиком шагнула к витрине с бриллиантами.

Анжелика вышла из-за прилавка и спросила, не нужна ли посетительнице консультация. Все-таки камеры работают… Какая бы странная женщина ни была, а они обязаны уделить внимание посетителю магазина. Коллега Анжелики кинула на нее осуждающий взгляд: «Лучше всех хочешь работать?» Но Анжелика не обратила на это никакого внимания. В конце концов, это ее работа, и она должна ее выполнять хорошо независимо от камеры и независимо от того, что подумает про нее напарница.

– Если что-то вас заинтересует, обращайтесь, – предложила она посетительнице.

– Спасибо, пока ничего не надо, я только посмотрю, – и женщина, как показалось Анжелике, с какой-то жадностью стала рассматривать украшения.

«Что же… Любого можно понять, – подумала Анжелика, – вот так зашла эта тетушка в магазин остудиться немного, да и удивилась. На те гроши, что она живет, такое не то, что не купишь, даже не увидишь. Бьется, видно, межу продовольственным магазином да домом… Сколько людей так живут… Ей обувь нормальную не на что приобрести, а тут кто-то бриллианты себе позволяет».

Про обувь Анжелика подумала, потому что читала когда-то статью какого-то стилиста, который писал, что в образе именно этот элемент гардероба имеет ключевое значение: «На вас может быть надето старье, но при хорошей дорогой обуви даже оно будет смотреться стильно. И вы можете купить самые модные и дорогие вещи, но, если на вас старая стоптанная или дешёвая обувь – эти же самые вещи «подстроятся» под нее, и вы будете выглядеть, как минимум, безвкусно, а как максимум – бедно». Анжелика почему-то очень хорошо запомнила этот совет и всегда теперь обращала внимание на обувь.

Анжелике стало жаль женщину, и она еще раз к ней обратилась:

– Может быть, вы хотите посмотреть что-то поближе?

– Хочу! – вдруг неожиданно ответила женщина. – Вот эти серьги!

И ткнула пальцем в серьги с бриллиантами, окаймленными изумрудными вставками.

– Это бриллианты. Они стоят… – Анжелика на всякий случай озвучила цену, вдруг женщина не понимает вообще, что хочет посмотреть.

– Всё равно покажите.

Анжелика надела перчатки и очень осторожно достала серьги. Коллега смотрела на нее уже просто издевательски. Явно бы и пальцем у виска покрутила, но всевидящее око камеры сдерживало.

– Можно примерить?

Анжелика посмотрела на огрубевшие, неухоженные руки посетительницы – как бы застежку случайно не сломала.

– Пожалуйста. Только позвольте: я вам помогу. Тут не очень удобная дужка, – соврала Анжелика.

Приблизившись к покупательнице вплотную, она почувствовала, как от нее пахнет кухней – видно, в чем дома борщ варила и котлеты жарила, в том и в город пошла. Понятно, что не купит ничего, зря потраченное время, но имеет право примерить.

Анжелика аккуратно продела сережку в мочку уха посетительницы и сделала шаг в сторону, как того требовал этикет.

– Можно я посмотрю в большое зеркало?

– Конечно, – ответила Анжелика при этом ни на минуту не спуская глаз со странной женщины.

Та подхватила свои сумки и двинулась к большому зеркалу, предусмотрительно установленному в глубине зала, подальше от входной двери.

Коллега тоже уже перестала бросать уничтожающие взгляды на Анжелику и стала предельно внимательной, стараясь не упустить ни одного движения этой дамочки.

– Ну как вам? – спросила Анжелика, став за спиной посетительницы.

– Ну не зна-а-ю, – протянула посетительница, – что-то уже очень дорого, а так, может быть и ничего…

Анжелика смотрела на отражение этой бедно одетой женщины, и вдруг откуда-то в памяти у нее всплыла поговорка: «Как на корове седло!» Бриллианты не только никак не украсили эту женщину, а, наоборот, еще больше подчеркнули её немолодой возраст, бедность и какую-то бесперспективность во всём. «Ну не может человек так выглядеть, если у него в семье всё хорошо, – подумала про себя Анжелика, – тут даже не бедность и скромность, а какая-то неряшливость во всём… Даже в движениях, жестах… И бумажных салфеток нет или хотя бы платка – шмыгает носом».

– А покажите мне другие серьги.

– Я могу вам предложить более бюджетный вариант.

– Нет, покажите мне те, что там рядом были – бриллианты с сапфирами.

Анжелика и её напарница переглянулись: как бы не развод какой был… Уже про сапфиры это чудо знает. Напарница подошла к покупательнице – теперь они с Анжеликой работали исключительно слаженно. Пока Анжелика протирала и укладывала в футляр первые серьги, напарница достала вторую пару и помогла надеть их женщине.

Та опять пошла к большому зеркалу, опять долго себя рассматривала…

Теперь у нее за плечами стояли обе продавщицы: дамочка всё-таки странная, нужно быть начеку.

Потом она примерила еще третью пару, и четвертую, и пятую… Девочкам даже стало казаться, что она просто тянет время, ждёт, что кто-то зайдёт в магазин и отвлечёт их. Никогда они не были так рады тому, что в магазин никто не заходит. Разумеется, у них есть «тревожная кнопка», и камеры всё пишут, но рвани эта ненормальная куда-то с этими сережками, всё равно виноваты останутся они в том, что допустили такую ситуацию.

А дамочка явно была не в себе, потому что после шестой примерки она заявила:

– Заверните мне все шесть пар!

Девушки еще больше напряглись: что за афера? На всякий случай внимательно пересмотрели каждую пару, которую она примеряла: всё на месте, подмены быть не могло.

– Заверните мне все шесть пар, – настойчиво повторила посетительница.

– Простите, куда завернуть? – машинально спросила Анжелика, не очень понимая, чего еще о них хочет эта тётка.

– Ну куда вы заворачиваете серьги? Я же не знаю. Заверните просто.

– Ювелирные изделия могут быть упакованы в футляр.

– Ну, значит, в футляр.

Напарница Анжелики придвинулась ближе к «тревожной кнопке». Анжелика жестом, понятным только им двоим, показала, что еще рано.

– Слушайте, ну что вы стоите как вкопанные? Заворачивайте, упаковывайте, что хотите делайте. Я уже спешу!

– Вы будете покупать серьги? – осторожно спросила напарница Анжелики.

– Да, я буду покупать.

– Какую пару? – уточнила Анжелика, стараясь выдерживать корректность в обращении с покупателем.

– Все шесть.

Девочки переглянулись. Затем Анжелика медленно, четко и громко озвучила стоимость каждой пары.

– Что вы мне это повторяете сто раз?! – посетительница повысила голос так, как обычно повышают его люди, обделенные в жизни возможностями кем-то хоть изредка руководить. – Я просила вас завернуть товар!

– Вы будете покупать?

– Да.

– Вы будете рассчитываться карточкой или наличными деньгами?

– Карточкой.

Девушки переглянулись – уже легче, хотя бы не надо переживать за подлинность банкнот.

– Итоговая сумма… – Анжелике самой не верилось, что она сейчас должна будет пробить по кассе такое число.

Бриллианты нечасто покупают. И максимум, что удавалось ей продавать одновременно, – это пары: например, кольцо и серьги, серьги и кулон. Правда, один раз за ее практику был и комплект из трех наименований, но это очень большая редкость.

Как-то раз она ехала в поезде и попутчицей оказалась очень пожилая женщина, с которой они разговорились по дороге. И та, когда узнала, что Анжелика работает продавцом в ювелирном магазине, рассказала ей, что в один год, когда еще Анжелика и не родилась на свет, была такая инфляция, что люди раскупали всё золото, стараясь таким образом сохранить сбережения, и что она сама была свидетельницей тому. Помнит, как стояли огромные очереди в ювелирном магазине и как кто-то кричал продавцам: «Больше трех комплектов с бриллиантами на руки не давать!» Анжелика слушала тогда это как небылицу, а сейчас вот вспомнила: «Может быть, эта тётка ненормальная из тех времен? Зачем ей эти шесть пар серег с бриллиантами? Вот для чего? Лучше бы сходила в парикмахерскую да обувь заменила».

Девочки-продавцы медлили, стараясь понять, что будет дальше делать загадочная покупательница после того, как они начнут оформлять покупку через кассу. Не ждет ли она этого момента, чтобы, воспользовавшись тем, что они переключат внимание на оформление покупки, провернуть какую-то махинацию. Однако тянуть время бесконечно долго было невозможно.

– Приложите, пожалуйста, карточку и введите ПИН-код.

Женщина достала совершенно ободранный кошелек, извлекла из него карточку и приложила к терминалу.

– Пожалуйста, код.

Покупательница тыкнула несколько раз в цифры кассового аппарата:

– Код неверный. Повторите, пожалуйста, правильно.

Покупательница повторила манипуляцию.

– Неверно. У вас осталась одна попытка, дальше карточка может быть заблокирована.

– Подождите, я сейчас проверю.

В это время дверь магазина открылась и в магазин зашла молодая пара.

«Отвлекающий маневр», – подумала Анжелика и опять сделала жест, понятный только напарнице: «Всё внимание на покупку, никуда не отвлекаемся».

Молодые люди остановились у витрины с обручальными кольцами.

Женщина порылась еще в сумке и достала какой-то замусоленный блокнот.

– Точно! Ошиблась на одну цифру. Вот сейчас будет правильно, – и бодро простучала пальцем по цифрам.

– Платёж одобрен, – механическим голосом произнесла напарница Анжелики, словно не веря себе самой.

Анжелика сложила все коробочки в один фирменный бумажный пакет и передала его посетительнице:

– Носите на здоровье.

А что ещё можно было сказать? Только дежурную фразу.

Покупательница небрежно сунула пакет в сумку, долго не могла застегнуть на ней молнию, но, наконец, справилась. Ни сказав ни слова благодарности за то, что ей всё же уделили столько внимания, вышла из магазина.

Анжелика с напарницей не сразу смогли обсудить произошедшее, потому что еще пришлось уделить внимание молодым людям – они купили обручальные кольца. Когда наконец в магазине опять воцарилась тишина, они осторожно заговорили:

– Как ты думаешь: что это было? – спросила Анжелику напарница

– Не знаю.

– Мне кажется, это какая-то ненормальная. Всю жизнь копила, во всём себе отказывала, а потом вот так взяла и всё потратила.

– Или, может быть, инфляция грядет? Я слышала, что такие истории именно в такие моменты бывают, – предположила Анжелика.

– Да какая инфляция. Так не в это же вкладывать. Хотя бы слитки тогда надо покупать, а так потом все равно сдавать по цене лома. Кому сейчас нужно это всё? Если бы у меня такие деньги были, я бы на её месте себя в порядок привела, ходит как чучело и бриллианты скупает. Правда, я сначала чуть не попросила ее уже выйти из магазина. А потом, когда ты с ней заговорила, думаю: ты совсем ненормальная. Видно же, что не просто нулевая, а с минусом тетка. А ты молодец оказалась. Премия нам в этом месяце обеспечена.

– А как ты думаешь: с платежом всё нормально? – с тревогой спросила Анжелика.

– Ну так по карточке же.

– А вдруг она на самом деле ненормальная и недееспособная?

– Успокойся. Это не наше дело, а дело того, кто за карточкой тогда недосмотрел.

– Хоть бы по дороге не потеряла. Ты видела, как у нее эта сумка не закрывалась? Замок разъезжается.

– Это нас не касается.

– А мне все равно жалко человека: если вот так живет, ничего себе не позволяет, а потом все деньги потратила, да еще потеряет. Может, хоть такси вызвать догадается?

– Пешком пошла, я глянула в окно.

Девушки помолчали. Потом продолжили разговор, но уже в другом русле.

– Если бы у меня вот так завелись лишние деньги, – мечтательно заговорила напарница Анжелики, – я бы сразу одну небольшую операцию сделала… коррекцию…

– Да у тебя же всё в порядке.

– Это только кажется. Всегда нужно стремиться к лучшему.

– А я бы пошла еще поучилась. Так надоело в этом магазине торчать.

– Так ты же вроде училась на психолога?

– Училась… Так училась, что здесь вот прозябаю.

– Ну так иди работай психологом, кто тебе мешает, – наставительно посоветовала напарница.

– Я уже всё забыла. Надо было сразу идти, а сейчас уже нет смысл. Нет, я, конечно, могу пойти, но всё равно больше, чем здесь не заработаю, потому что…

Анжелика не успела развить мысль до конца, поскольку дверь открылась и на пороге магазина появилась та самая покупательница.

– Я у вас картошку забыла, – резко сказала она, шагнула к прилавку и подхватила пакет, из которого торчали перья зеленого лука, и, не попрощавшись, быстро вышла.

– Точно дура! – не удержалась от комментария напарница Анжелики. – А я еще думаю: что за запах? А это лук зеленый. Эта клуша пошла на базар за луком и картошкой и по дороге зашла в ювелирный магазин, растратила все свои сбережения.

– Хорошо, если свои, – заметила Анжелика, ее почему-то не покидало чувство тревоги. – А завтра спохватится, придет сдавать. Или еще родственники нам претензии предъявят.

– Это уже не наше дело. Мы всё делали, как полагается. Не переживай – камеры всё записали! Еще даже хорошо, что она код не сразу вспомнила, то есть было время опомниться, покупка совершалась осознанно.

Рабочий день подходил к концу, и девушки чувствовали себя пилотами, чей самолет попал в шторм, но, в конечном итоге, благополучно приземлился…

Глава 2

Прошло несколько дней. Анжелика с коллегой если и вспоминали странную покупательницу, то только доброй шуткой: платеж прошел, хозяйка магазина их похвалила, обещала хорошую премию. Она, кстати, сразу предположила, что эта дама и была тем самым «тайным покупателем», о котором она слышала от других владельцев магазинов, торгующих элитными товарами. Приходит молодой человек, выглядит нищебродом, требует самые дорогие вещи, провоцирует продавцов на замечания, а сам всё снимает скрытой камерой и потом в своем блоге выкладывает.

– Но это же была женщина, – заметила Анжелика.

– Вы не знаете эту молодежь! Такие артисты, такие фокусники! Посмотрите, какие они ролики выкладывают: идет бабушка с клюкой, еле плетется, падает, прохожие подбегают ей помочь, а она вскакивает, кувыркается – и оказывается очень спортивным молодым человеком, а никакой не бабушкой!

Но какие бы ни были интересные рабочие моменты в коллективе, все они очень скоро затираются другими будничными ситуациями. Так было бы и с историей продажи шести пар серег с бриллиантовыми вставками очень-очень странной покупательнице, если бы ровно через неделю в послеобеденное время в магазин ни зашел высокий, статный, одетый с иголочки немолодой мужчина. Он не стал останавливаться возле витрин, а сразу направился к девушкам-консультантам. И Анжелика, и ее коллега абсолютно искренне улыбались посетителю: такие деловые мужчины обычно за ценой не стоят, время не тянут. Правда, и среди них бывают исключения.

Как-то был у них один такой представительный товарищ: неделю ходил присматривался, просил достать то одно украшение, то другое. Потом требовал, чтобы ему точно сказали, когда будут акции. Наконец что-то все же купил и уже на следующий день пришел с претензией, потому что заявленный на бирке вес изделия был, по его мнению, на самом деле меньше. Как он его измерял, объяснять не стал: «Меньше – и всё!» Пытался сдать украшение – не приняли. Тогда он пришел через неделю с требованием вернуть деньги за украшение, так как на нем оказался заводской брак. Брака не было – деньги ему никто возвращать не стал. Магазин не пострадал, а вот девушки-продавщицы жаловались друг другу, что от общения с ним у них голова начинала болеть: ничего такому человеку невозможно было доказать – он прав априори!

Но зашедший мужчина не было похож на такого. Он тоже очень приветливо заговорил с девушками:

– Моя супруга на днях покупала у вас себе серьги.

– У нас многие покупали серьги.

– Но вы должны были бы ее запомнить. Она купила шесть пар сережек с бриллиантами. Я думаю, у вас такие украшения – не пирожки, которые улетают сразу.

Анжелика и ее коллега сразу стали серьезными. Вот оно – то, чего они боялись. Что-то всё же не то было с этой покупательницей и ее покупкой. А прежде всего не то, что у такого интересного, хорошо одетого, импозантного мужчины не может быть такой жены-клуши.

– А что было не так с покупкой?

– Все так! Не волнуйтесь, – поспешил успокоить девушек незнакомец. – Просто моя жена хотела бы вас отблагодарить за внимание. Этот день был для нее очень важен. Не буду вдаваться в подробности, она, если вы примете ее приглашение, сама объяснит все вам. Подумайте, в какой день вам было бы удобно приехать к нам в гости.

– К вам в гости? – удивилась коллега Анжелики. – Это как-то странно.

– Послушайте, я знаю, что сегодня все боятся стать жертвами аферистов. Но поверьте: нам от вас ничего не надо. Вы просто сможете провести выходной в прекрасном месте: дом наш расположен за городом, рядом лес, озеро.

– Рядом лес? – почему-то испуганно спросила Анжелика.

– Ну что вы так волнуетесь. Рядом лес. Если вы опасаетесь все же, приезжайте компанией. Есть же у вас друзья? Берите их. Дом большой. Вы отлично проведете время. У нас есть и бассейн, и площадка для волейбола. Приезжайте, вы точно не пожалеете. Мне некогда вас уговаривать. Вот визитка моей супруги. Позвоните ей, договоритесь. Я буду очень раз видеть вас у нас в гостях.

Выходя из магазина, мужчина обернулся, приветливо помахал девушкам рукой:

– Мы ждем вас! – и скрылся за дверью.

Анжелика не сразу обрела дар речи, впрочем, как и ее напарница. Та очнулась первая:

– Ты что-нибудь понимаешь? У этой клуши сначала деньги на шесть пар серег с бриллиантами оказались, а теперь еще и такой муж-красавец.

– Ничего не понимаю. И не понимаю, зачем нас куда-то приглашают, – с опаской сказала Анжелика. – И женщина эта, и муж ее какие-то мутные.

– Нет, точно, надо становиться недотепой. Говорят же не зря: дуракам везет. Тут полгорода таких красавиц ходит – замуж выйти не могут. А эта…. Я обязательно поеду. Мне просто интересно посмотреть, как они вместе могут сочетаться. Не представляю их вдвоем!

– Я спрошу у Виталика. Сможет он со мной поехать или нет. Одна я не поеду. Виталик вообще не любит, когда я без него куда-то хожу, а тут еще ехать не известно к кому.

– Поедем с твоим Виталиком, так и быть. Ты еще замуж за него не вышла, а уже без него никуда. Не понимаю такого. Я, может быть, сестру уговорю поехать.

Анжелика промолчала. Они никогда не были с коллегой особо близкими подругами, но та почему-то периодически позволяла себе давать ей совершенно непрошеные советы. «Пусть говорит, что хочет, – подумала про себя Анжелика, – без Виталика я никуда не поеду».

Глава 3

«Как же хорошо за городом! – думала Анжелика, наблюдая, как ловко Виталик забрасывает мяч в баскетбольное кольцо, закрепленное на стене дома. – А люди живут так каждый день… Наслаждаются тишиной, лесом. Сутки принадлежат им целиком… Не надо час добираться на работу, час – обратно, восемь часов дарить кому-то…»

– Молодые люди, подтягивайтесь к столу! Шашлык готов! – прокричал хозяин дома.

Тяжелый баскетбольный мяч неожиданно стукнул прямо рядом с гамаком, в котором отдыхала Анжелика. И так же быстро, как мячик, подскочил к ней Виталик:

– Испугалась? Вставай! Нас зовут!

Анжелика и так прекрасно слышала, что их зовут.

– Надо позвать Инну и Владу.

– Чего их звать? Сами придут!

«И в самом деле, – подумала Анжелика, – что я вечно обо всех беспокоюсь? Все тут рядом».

Действительно, территория за домом была вовсе не большая и поделена на зоны: площадка с волейбольной сеткой, беседка и место для мангала, полянка с несколькими лежаками, гамак между двумя деревьями с пышными кронами, на стене дома – баскетбольное кольцо. Перед домом тоже есть место для отдыха: за высокими кустами парковых роз притаились маленькая лавочка для двоих и круглый столик. Чуть в стороне, под навесом, стоянка для двух машин и небольшая велопарковка.

Все было очень просто и в то же время продуманно. И сам дом был небольшим и немаленьким – именно таким, каким должен быть дом, в котором будет удобно жить хозяевам и в котором найдется место гостям. Построенный из деревянного бруса, он не нарушал гармонии природы и в то же время обещал прохладу в жару и тепло в холода.

– Ну что, молодежь, не жалеете, что приехали? – весело обратился к гостям хозяин, когда все собрались за столом в беседке.

– Нет, конечно, – поспешила ответить Инна, – вы такой сделали нам сюрприз, мы никак не ожидали такого подарка! Никогда еще никто из покупателей не приглашал нас к себе в гости. Чудеса просто, что так, оказывается, бывает!

– Я рад, очень рад. Мы с женой любим делать людям подарки.

– А что? Жена ваша с нами не посидит? Вроде как она нас приглашала, а почему-то ее нет, – продолжала тараторить Инна.

– Подождите немного, она сейчас занята, но скоро выйдет к нам. Кстати, пойду спрошу, когда она освободится.

Как только хозяин отошел на расстояние, с которого невозможно было бы расслышать тихий голос, Инна тут же шепнула Анжелике:

– Он ее стесняется! Вот посмотришь: сейчас вернется и скажет, что супруга нездорова или еще что-нибудь в таком духе.

– Почему ты так думаешь?

– Потому что все равно тут что-то нечисто. Вроде и все хорошо: и дом классный, и природа, и хозяин такой радушный, но что-то не то.

– Давай уже не будем говорить об этом, – Анжелике стало неловко обсуждать гостеприимных хозяев. – Какая нам разница: как живут эти люди? Нас встретили, привезли сюда, комнаты дали, угощают как! Игорь Владимирович очень приятный человек. Таких людей нечасто встретишь.

– То-то и оно, – продолжала тихо бубнить Инна, – и красивый даже для своего возраста. А ему уже точно за пятьдесят. И культурный... А жена такая, что показать людям стыдно. Видно, еще и руководит им. Ты помнишь, как она в магазине уже в конце чуть ли не командирским голосом требовала ей все упаковать? Вот оно так и бывает: в тихом омуте… Видимо, когда-то окрутила такого красавца, а самой никакие деньги не помогают быть интересной. Такое бывает... Когда у женщины вкуса нет.

– Перестань, это не наше дело.

– Не наше, – согласилась Инна и добавила: – но вот идет… послушаем, что он сейчас скажет. Увидишь: я права.

Игорь Владимирович будто услышал, о чем говорили девушки, потому что начал с оправдания:

– Ничего не подумайте, но жена сейчас не может выйти: разболелась голова. Просит ее извинить. А я предлагают разрезать арбуз!

Инна чуть заметно толкнула локтем Анжелику, желая подчеркнуть свою правоту.

А Игорь Владимирович нагнулся за огромным арбузом, охлаждавшимся в траве под тонкими струйками воды. В лучах солнца казалось, будто от насадки шланга, возвышающейся над арбузным "мячом", тянутся серебряные нити. Такие же «фонтанчики» периодически включались то в одном, то в другом месте идеально ровного газона, окружавшего дом, создавая ощущение прохлады и свежести.

Какое-то время за столом никто не разговаривал – сочный спелый холодный арбуз был интереснее любой темы. Только стучали вилки и ножи по тарелкам да трещала корочка разрезаемого арбуза.

Наконец гости наелись так, что уже никто не мог съесть ни кусочка, сколько ни уговаривал хозяин «не стесняться и угощаться».

– Кажется, все сыты. Теперь можно было бы и погулять? – предложил Игорь Владимирович, когда заметил, что молодые люди уже устали сидеть за столом. – Здесь недалеко озеро, можно и порыбачить. Есть среди нас рыбаки?

– Я не рыбак, но пройдусь с удовольствием, – тут же согласился Виталик. – А лодки случайно нет?

– И лодка есть.

– Отлично! Тогда идем, а то засиделись. Хорошо поели – надо хорошо подвигаться!

Анжелика смотрела на Виталика с любовью: как он умеет быстро находить контакт с незнакомыми людьми. Ведь только сегодня первый раз увидел Игоря Владимировича, а уже держит себя так, как будто давно знаком с ним. И не теряется от того, что тот его намного старше.

– Девчонки, вы с нами? – бодро, и, как показалось, Анжелике, призывно, обратился Виталик к Инне и ее сестре.

Обе откликнулись тут же:

– Конечно!

– Мы с вами! Только надо купальники взять.

Анжелика вспомнила, что она-то как раз купальник не взяла: не собиралась загорать, а про озеро не знала. Кроме того, она вдруг как-то резко огорчилась: мог бы Игорь Владимирович пригласить только этих сестер, а они бы с Виталиком вдвоем погуляли – так редко бывают вместе на природе! Когда еще выдастся такой момент?

– Я не пойду, у меня нет купальника, – объяснила Анжелика, – Посижу здесь, почитаю.

– Каждый выбирает, что хочет! Пойдем, Виталий, выберем удочки в кладовке, – обратился Игорь Владимирович к молодому человеку.

Как только они отошли, Инна тут же обратилась к Анжелике:

– Слушай, задержи своего Виталика здесь тоже. Зачем он нам там на озере нужен?

– В смысле? – удивилась Анжелика.

Ей всегда казалось, что Виталик никогда и нигде не может быть лишним – такой он симпатичный и обаятельный. Просьба Инны показалась просто нелепой.

– Нет-нет, Виталик обязательно идёт с нами, – игриво вступила в разговор Влада. – Он нам и рыбы наловит, и на лодке покатает.

Когда вся компания собралась у калитки, чтобы отправиться на озеро, Анжелика заметила, как Влада подхватила Виталика под руку - будто ей нужна поддержка. Конечно, Виталик, как истинный джентльмен не мог сбросить ее руку, а вот Влада могла бы и подумать, что невесте молодого человека это будет не очень приятно. "Какие же бывают девушки, – подумала Анжелика, – видят, что парень занят и все равно норовят понравиться. За Виталика я спокойна, но есть же и такие, что поддадутся на провокацию и потом могут легко расстроиться отношения".

И хотя Анжелике этот момент очень не понравился и она уже пожалела о том, что отказалась идти на озеро,девушка постаралась проявить всю силу воли, чтобы не расстроиться: такой чудесный день ничто и никто не может испортить!

Глава 4

Калитка захлопнулась… Какое-то время еще слышны были веселые голоса удалявшейся компании, а потом стало не только пусто, но и как-то непривычно тихо.

Анжелика прошлась несколько раз вокруг дома по дорожке, вымощенный плиткой, имитирующей камень, придумывая себе развлечение. Несколько раз попробовала забросить мяч в баскетбольное кольцо, но у нее ничего не получилось. «Как, оказывается, это непросто, – подумала она, – а Виталик так сходу попадал… Ни разу не промахнулся. Вот что значить спортивная сноровка…»

Подошла к бассейну, попробовала рукой воду – совсем нехолодная. Пока никого нет, можно было бы и без купальника искупаться. Но почему-то стало лень.

Затем Анжелика зашла на несколько минут в беседку – ухватила со стола пару ягод черного винограда и съела кусочек арбуза.

Еще раз прошлась вокруг дома. Потом присела на ту самую лавочку, спрятавшуюся в кустах роз, так, что голова была в тени, а руки и ноги на солнце. «Солнечные ванны особенно полезны тем, кто целый день работает в помещении», – в этом Анжелика была убеждена. Можно было бы сходить в дом за планшетом, чтобы что-нибудь посмотреть или почитать, но так не хотелось делать никаких лишних движений.

Вокруг куста гудели пчелы и порхали бабочки изумительной красоты. Одна из них присела на краешек стола, и Анжелика несколько минут рассматривала дивный узор ее крыльев. На черном фоне, будто тонкой кистью, были симметрично прорисованы две широкие ярко-оранжевые полоски и две тоненькие белые. Будто конкурируя в красоте, рядом с первой бабочкой вскоре присела вторая – ее расцветка была богаче. На крыльях цвета спелого апельсина неизвестный «дизайнер» поставил симметричные графитовые кляксы, а потом, видимо недовольный первоначальной своей работой, добавил ажурное окаймление из переплетения линий черного и серого цветов. Но и этого художнику явно показалось недостаточным, потому что передние крылья украшали два ярких белых элемента, сам рисунок которых по форме напоминал перышко.

Солнце хорошо припекало, и от этого тепла, разливающегося по телу, клонило в сон. Анжелика задремала…

– Вы не перегреетесь на солнце?

От неожиданности Анжелика резко проснулась: кто это? Не сразу поняла: где она и откуда голос? А когда совсем очнулась – испугалась. Она ведь здесь должна быть одна…

– Я хотела предложить вам чашечку кофе. Обидно проспать такой чудесный день! – незнакомый голос будто повторил ее собственные мысли. Ведь именно так она думала полчаса назад: «…чудесный день»!

Однако голос был вовсе не страшным, а, наоборот, чарующе приятным. Анжелика оглянулась – никого!

– Не пугайтесь! Посмотрите вверх!

Анжелика подняла голову. На балкончике с резными перилами стояла симпатичная женщина средних лет.

– Заходите в дом! Попьем кофе с мороженым здесь. На улице уж очень жарко, пломбир растает сразу.

Анжелика вспомнила про таинственную хозяйку. Точно! Ведь она оставалась в доме. Значит, это и есть она. Очень даже интересно с ней пообщаться.

– Спасибо! От кофе невозможно отказаться!

– Я знала, что вы не устоите! Иду ставить кофе! – хозяйка дружелюбно кивнула гостье и скрылась в глубине комнаты, к которой примыкал балкон.

Только одно смутило Анжелику: разве это та женщина, которая была у них в магазине? Абсолютно не похожа на загадочную покупательницу.

Глава 5

Когда вся компания вернулась с озера, Анжелика уже сидела во дворе.

– Ты многое потеряла! – нравоучительно обратился к ней Виталик. – Место очень красивое! Как тебе могло прийти в голову – не взять купальник? Да и просто могла пойти с нами погулять.

В другой момент Анжелика бы, наверное, огорчилась и чувствовала себя виноватой от этих слов любимого человека, но сейчас ее волновало совсем другое.

– И правда: ты очень многое потеряла, – словно эхо повторила за Виталием то же самое Инночка и ехидно добавила: – Может быть, даже потеряла больше, чем могла подумать!

Но и на удочку подруги Анжелика тоже не клюнула. Правда, ей сейчас было вовсе не до всей этой суеты.

– Виталик, мне надо с тобой посоветоваться.

– Вот прямо сейчас? Давай попозже, не горит ведь. Я обещал Игорю Владимировичу помочь сварить уху – мы ведь и рыбы наловили.

– Но мне, правда, нужно с тобой посоветоваться и срочно.

– Ну говори, так и быть, – несмотря на то, что Анжелика и Виталий были почти ровесники, он давно взял привычку говорить с ней, особенно на людях, покровительственным тоном.

– Нет, давай отойдем от всех подальше. Я это могу рассказать только тебе.

– Придумала ты что-то. Ну давай. Игорь Владимирович, я на пять минут отлучусь! – крикнул Виталий. – Справитесь пока без меня?

– Да хоть на полчаса!

Игорь Владимирович колдовал над мангалом и было похоже, что помощь ему нужно только в одном – чтобы никто не мешал.

– Ну говори быстрее, – торопил Виталий Анжелику, как только они чуть отошли от компании.

– Нет, сначала давай выйдем из двора.

– Что за ерунда? Мы только пришли.

– Это вы пришли, а я никуда не выходила и хочу пройтись.

– Слушай, не морочь мне голову, – Виталик очень быстро начинал терять терпение, – ты сказала, что хочешь со мной посоветоваться. Ну так советуйся. Зачем нам еще ходить по этой деревне? Поверь, кроме озера, тут особой красоты нет.

– Пожалуйста, я очень тебя прошу – давай пройдемся. Это тоже относится к тому, о чем мне надо с тобой посоветоваться.

– Ладно, уговорила. Только быстро! Я уже и голодный, надо поскорее за стол!

Анжелика взяла Виталика под руку: какой он все же надежный! Хоть слегка повозмущается всегда, но это просто характер. А так он никогда не откажет ей ни в помощи, ни в совете.

Как только они шагнули за ворота, Анжелика тут же затараторила. Все, что она стала рассказывать своему жениху, можно было бы рассказать и попозже, но ей не терпелось поделиться новостями.

– Слушай, как только вы ушли, меня хозяйка позвала на кофе. И пока мы с ней пили кофе, она…

– Это за этим ты меня оторвала от всего, чтобы рассказать, как вы пили кофе? – недовольно буркнул Виталий, будто его и в самом деле оторвали от дел исключительной важности.

– Нет, конечно, не ради этого. Слушай дальше. В общем, оказалось, что она – это вовсе не та женщина, которая была у нас в магазине.

– И что из этого?

– Но хозяйка все равно причастна к той покупке.

– Анжела, ты умеешь быстро рассказывать? Что мне с того, что она причастна к той покупке? Давай в двух словах.

– В двух словах: она предложила мне уволиться с работы и пожить у них в доме.

– Что значит: уволиться с работы?

– Ну просто уволиться.

– Что значит: пожить у них в доме? Прислугой что ли?

– Почему прислугой? – Анжелике даже стало слегка обидно за то, что любимый так невысоко оценивает ее возможности.

– Ну а кем еще?

– А если она, наоборот, предлагает мне уволиться и пожить здесь, чтобы, не отвлекаясь ни на что, начать работать по своему диплому?

– По какому диплому? – и этот вопрос показался Анжелике обидным, будто жених не знал о том, что она имеет высшее образование.

– По тому, который я получила в институте.

– И сколько ты должна у них жить?

– Год.

– А на какие деньги?

– Все за их счет.

– Ерунда какая-то. Что ты хочешь от меня?

– Ну посоветуй, как мне быть.

– Я все равно не очень понимаю, к чему все это.

– Понимаешь, у этой женщины есть какое-то обещание перед самой собой. Когда-то ей кто-то хорошо помог взять старт в карьере, и она решила, что должна тоже кому-то помочь.

– Не очень понимаю… Но хорошо, если она так хочет тебе помочь… Только непонятно, почему именно тебе? Тогда пусть даст денег. Вот ту сумму, которую она готова потратить на тебя здесь, – пусть даст деньгами, а мы уже сами разберемся, как ее применить.

– Нет, это исключено. Условие такое: я увольняюсь и здесь живу. Дом будет пустовать – хозяева уезжают.

– Так это другое дело! Конечно, нужно соглашаться! Поживем здесь годик. От города не так далеко. Можно в будние дни ночевать в городе, а на выходные – сюда.

– Ты не понял: я должна буду жить здесь одна.

– Ну должна. А кто знает: одна или не одна?

– Нет, это исключено. Я не буду обманывать Елену Павловну, если соглашусь на ее предложение. Ты вообще не заметил, что эта деревня очень странная?

– Чем это она странная? Деревня как деревня…

– Ну вот смотри: мы прошли с тобой уже не один дом – и нигде не слышно лая собак. Да и людей не видно. В деревне так ведь не бывает.

– Ну да… Я почему-то не подумал. Правда, очень тихо. А в чем дело?

– У этой деревни есть своя история. Но это долго рассказывать. Пока скажу только главное: здесь все дома принадлежат одному хозяину, и он их сдает людям, которые хотят уединиться для того, чтобы заниматься творчеством.

– Так какие конкретно условия предлагает тебе эта Елена Павловна?

– Тебе, правда, это интересно?

– Конечно, раз ты начала рассказывать, то давай до конца и с подробностями.

– Ты серьезно думаешь, что я могу согласиться?

– Почему бы и нет?

– Но мы же с тобой наметили на осень свадьбу. Я думала, что ты сразу меня отговоришь.

Виталий, как показалось Анжелике, немного замялся, но тут же нашелся:

– Ну хотя бы надо подумать и все взвесить. А когда тебе нужно дать ответ?

– Сегодня.

– Вечером еще обсудим. Давай возвращаться. Я очень голодный!

Когда они вернулись во двор, Виталий активно подключился к приготовлению шашлыков, а к Анжелике подсела Инна. Ей тоже не терпелось поговорить.

– А Виталик твой, между прочим, очень даже шустрый парень! Я его по твоим рассказам другим представляла.

– И каким же? – удивилась Анжелика.

– Ну он мне казался таким прямо занудой, а он нормальный парень! Смешил нас всю дорогу так, что животы от смеха болели. Особенно у Влады! Ты за ним смотри: он очень шустрый! Слушай, а кикимора эта не показывалась пока нас не было?

– Елена Павловна показывалась. Мы даже кофе с ней пили.

– И как она?

– Очень приятная женщина.

– Вот тут уже ни за что не поверю! Да ты вообще, как я поняла, неважно разбираешься в людях! – и в голосе Инны опять прозвучали нотки издевки.

Анжелика не стала ни спорить, ни оправдываться, ни даже просто продолжать разговор. Инна, заметив, что подруга не склонна беседовать далее, пошла в беседку, где Виталий и Игорь уже раскладывали по тарелкам аппетитные горячие куски шашлыка с аппетитной поджаристой корочкой.

– Чуть подгорели, – сетовал Игорь Владимирович.

– Да все отлично! – успокоил его Виталик и громко, по-хозяйски, крикнул: – Все к столу! Уха и шашлыки готовы!

Прежде чем идти в беседку, Анжелика достала телефон и написала сообщение: «Согласна!»

Глава 6

Иногда одно слово может закрутить такой вихрь событий! Именно так произошло и в жизни Анжелики. Была отложена свадьба, оставлена работа. Но и это еще не все! Спонтанное, как всем казалось, решение Анжелики вызвало бурю эмоций в ее окружении. Родители сетовали на то, что она оставляет хоть и малооплачиваемую, но все же стабильную и непыльную работу. Тема «неудачи» стала главной в семье.

– Это несерьезно! – говорил папа.

– Это так тревожно! – вторила ему мама.

– Бесплатный сыр бывает только в мышеловке! – твердили одно и то же бабушка с дедушкой.

Под напором этого коллективного семейного мнения Анжелика уже готова была бы и сдаться, если бы не история, рассказанная Еленой Павловной в тот самый день, когда она предложила Анжелике «шанс».

***

– Конечно, в вашем магазине была не я, а моя подруга. Несчастная женщина. Она мечтала о сцене. У нее прирожденный актерский талант, вы это поймете, когда познакомитесь с ней.

– И почему же она не стала актрисой?

– Потому что семья была против. Ее убедили в том, что она не поступит в театральный институт. А если и поступит, то никогда не станет звездой. А если и станет звездой, то будет все равно неудачницей в другом: карьера не оставит ей времени на создание благополучной семьи. Улавливаете цепочку? Любой шаг, не одобренный родителями, вел к фиаско.

– И что в результате?

– В результате? В результате она поступила туда, куда предложили родители. Стала специалистом в той области, которая никогда не была ей по-настоящему интересна. Вышла замуж за того, кого одобрила семья. Ненавидит свою работу. С трудом терпит мужа.

– А дети? Дети у нее есть?

– Да, у нее есть дети, уже взрослые. Но и с ними нет взаимопонимания. Человеку, у которого нет внутреннего счастья и гармонии в душе, трудно выстроить хорошие отношения и с детьми.

– Почему? Она же их любит.

– Вы еще очень молоды, вам это не понять. Она их любит, и они ее любят. Это бесспорно. Но, поскольку всю жизнь она жила в напряжении, стараясь выполнять не ею самой намеченный план, это не могло не отразиться на ее характере.

– У нее стал тяжелый характер?

– Нет, не совсем так. Хотя… Да, и характер тоже изменился. Из веселой хохотушки она в какой-то момент превратилась в страшную зануду. А сын и дочь, став взрослыми, поняли, что мама не счастлива, а разыгрывает семейную идиллию. И это вроде как обман… Получилось, что, будучи детьми, они всегда были уверены, что рядом с ними самая счастливая мама. И они сами от этого тоже считали себя очень счастливыми детьми. Понимаете… Как бы вам объяснить… Все дети любят правду и не хотят прощать ложь, если обнаружат ее. Ну и потом: какие советы может давать человек, который не смог сам до конца разобраться в своей собственной жизни? Он, разумеется, может советовать, сколько угодно, но грош цена его наставлениям. Поэтому сейчас у моей подруги очень непростой период. Дети ее любят… Но между ними нет того взаимопонимания, которое ожидалось. Когда человек счастлив, у него такая аура, что он буквально ионизирует пространство вокруг себя частичками радости. Когда несчастен – то же самое, только с противоположным знаком. И тогда тот, кто оказывается рядом с этим недовольным всем на свете человеком, если у него все хорошо, чувствует себя несколько виноватыми перед тем, у кого тоска в душе. Вот примерно это происходит сейчас в жизни моей подруги. Дети получились «без вины виноватые». Но у них у самих, слава Богу, все хорошо.

– А ваша подруга?

– Что моя подруга?

– Что она делает, чтобы у нее стали лучше отношения с детьми?

– Она… Она работает над собой: перестала давать им советы и вернулась к своей личной мечте. Потому что, – тут Елена Павловна как-то тяжело вздохнула, – так часто бывает, что человек реализует чью-то мечту, не получая от этого никакой радости.

– Решила стать актрисой?

– Нет, поезд уже ушел. Теперь она просто для души, для собственного развлечения разыгрывает сценки. Участницей одной из этих постановок, кстати, стали и вы.

– Но зачем ей это нужно?

– Просто для того, чтобы вновь поверить в себя, поверить в то, что у нее был талант.

– А откуда она знает, что у нее это получается?

– О… тут уже «живая» сцена. У нее целая коллекция отзывов. У вас ведь она тоже забывала сумку?

– Да, сетку с луком и овощами.

– Там был диктофон. Всегда интересно узнать, удалось ли воплотить роль.

–А бриллианты?

– Там уже другая история. Они ей были нужны.

– Зачем? Шесть пар серег?

– Послушайте, когда что-то кому-то нужно, нам не всегда нужно знать: зачем? А мне нужен был человек, который бы уже в сознательном возрасте захотел бы поучиться и что-то изменить.

– Разве так трудно найти такого человека? Зачем нужны какие-то сценки. Только объявите – увидите, сколько будет кандидатур, - Анжелике тоже хотелось как-то проявить себя в этом разговоре, ведь не такая уж она дурочка, чтобы ничего не понимать.

– Желающих было бы много. Но мне нужен был человек с потенциалом, способный на такой эксперимент.

– И почему вы решили, что я вам подхожу?

– Сложились три составляющие. Первое: вы подошли к абсолютно безнадежному покупателю, уделили ему много внимания, были корректны и предупредительны. Это значит, что вы готовы решать нестандартные ситуации. Второе. Когда вы с коллегой обсуждали деньги странной покупательницы, то именно вы сказали, что потратили бы их на обучение. И третье… Я наблюдала сегодня за вами из окна. Вы способны отрываться от большинства, а это значит, что у вас есть какой-то свой мир – вам не скучно в одиночестве. Это очень важно. Большинство людей не достигают своих целей именно потому, что не могут оторваться от своей компании, от своего, так сказать, привычного круга. Кстати, моя подруга сказала, что вы ей понравились. Ее слово тоже сыграло роль. Затем в магазин зашел мой муж. Он только кажется со стороны простачком – на самом же деле хорошо разбирается в людях. И сейчас он специально увел всю компанию, чтобы мы могли с вами поговорить наедине. У вас есть несколько часов для того, чтобы принять решение.

– Почему нельзя подумать подольше? Посоветоваться с семьей, подругами?

– Потому что чем больше вы будете думать, тем больше будете сомневаться. Вам это ни к чему. Никто: ни родители, ни подруга, ни ваш жених – не имеет никакого отношения к вашему ответу на мое предложение. Любое решение человек принимает самостоятельно, и потом за него отвечает, хотя иногда очень хочется свалить ответственность на кого-то – решение принимаете всегда только вы. И только я… и так любой другой человек. Когда будете все взвешивать, не забудьте печальную историю моей подруги. И учтите: вы уже в ловушке шанса!

– Что значит: в ловушке шанса?

– Это значит, что, если у человека был шанс, а он его не реализовал, он будет очень жалеть. Но если он пошел и по другому пути, то нет сомнения, что не все будет гладко: и здесь он тоже будет жалеть о том, что решился сделать шаг. Это я и называю ловушкой шанса.

– А как же тогда в нее не попасть?

Елена Павловна вдруг громко рассмеялась:

– Не мечтать, не желать, не знать! Тогда вы никогда не попадете в такую ловушку, но и никуда не попадете… Всю жизнь будете топтаться на одном месте, убеждая себя, что это и есть ваш «потолок»! Решайте сами. Сегодня до двенадцати часов вы должны дать мне ответ. Когда стрелки часов перешагнут за полночь, «карета» превратится в «тыкву», - пошутила Елена Павловна. – Завтра вы уедете отсюда. Если ваш ответ будет «нет», то мы никогда больше с вами не увидимся. Вы вернетесь на свою работу, выйдете замуж за этого замечательного молодого человека, ну и дальше все будет идти… впрочем, это уже не важно и меня не касается.

Именно этот странный диалог и стал причиной разыгравшихся в дальнейшем событий.

Глава 7

Какое-то время Анжелике казалось, что она вытянула самый счастливый билет в жизни. Потому что кому еще вот так вдруг предложили уйти с работы, пожить годик в прекрасном месте и ни о чем не думать это время? Вернее, думать, но только о будущем успехе.

Правда, некоторые моменты могли желать лучшего. Например, зачем нужно было жить здесь в глуши? Как бы красиво это место ни было, но это деревня, расположенная довольно далеко от города. Почему нельзя было оставаться у себя дома и спокойно развивать выбранное направление. Но Елена Павловна была непреклонна:

– Поверьте моему опыту: так лучше для вас. Если я дам возможность не работать и оставаться в привычных для вас условиях, вы просто потратите зря время. Вас будут постоянно отвлекать… Этот ваш Виталик, подруги – в жизни ничего не будет меняться. А вам нужен резкий старт – это возможно только тогда, когда вы полностью сможете сосредоточиться на выбранном деле.

Возник и финансовый вопрос. Елена Павловна сказала, что берет на себя полностью проживание и питание своей подопечной, но понимает, что какая-то «подушка» безопасности Анжелике нужна. Возможно, у нее ничего не получится радикально изменить в работе и через год придется возвращаться на старые позиции. Должна быть отложена какая-то сумма: вдруг она не сразу сможет устроиться на работу. Но и тут вариант, предложенный Еленой Павловной, оставлял желать лучшего. И хотя Виталик советовал Анжелике не соглашаться на такие условия, а требовать суммы большей, ценить себя выше, доводы Елены Павловны были железные:

– Сколько денег у вас получается отложить с заработной платы ежемесячно? Только учтите: я спрашиваю: не сколько вы получаете, а сколько удается отложить?

– После всех трат?

– Да, после всех трат. Я так понимаю, что вы живете с родителями и поэтому экономите на коммунальных оплатах и питании? Так вот сколько денег у вас остается ежемесячно?

– Ну если я ничего не тратила бы, то могла бы откладывать…

– Я вас спрашиваю не «если бы», а сколько вы откладываете ежемесячно?

И хотя Анжелике было неудобно признаваться в своих слабостях, но врать она не умела: сумма, которая оставалась на карточке в конце месяца, была очень небольшой, а иногда и просто равнялась нулю, если на эти недели приходились чьи-то дни рождения, какие-то мероприятия, покупки более крупных вещей.

– Ну как-то много откладывать не получается, потому что…

– Прошу вас, не надо мне объяснять, почему не получается. Я же не проверяю ваши расходы. Я только хочу, чтобы вы не пострадали из-за моего проекта. Думаю, что в самые экономные месяцы у вас не получается отложить больше одной четверти ваших доходов?

– Примерно так.

– Эту сумму я буду переводить вам на карточку ежемесячно. А так здесь в деревне искушений нет – деньги тратить не на что.

И еще был один пункт, который тоже не совсем радовал Анжелику. Елена Павловна была против частых поездок домой:

– Конечно, вам нужно бывать дома, видеться с родными, с вашим женихом. Но считайте, что у вас сейчас как вахта. Пару недель здесь – потом два-три выходных. И я попрошу вас, чтобы сюда ваши родственники и друзья не приезжали. Уж если вам очень будет хотеться с ними видеться, то, пожалуйста, по видеосвязи хоть каждый день, если, опять же, это не будет мешать вам заниматься своим профессиональным ростом. Да, и я вам сказала, что дом будет пустовать, но обстоятельства несколько изменились: мой муж будет уезжать-приезжать, а я пока остаюсь здесь. Но места хватит всем. Ваш – весь второй этаж.

Последнему обстоятельству Анжелика как раз была очень рада, потому что жить совершенно одной в деревенском доме ей было бы страшновато.

Эйфория отдыха всегда сменяется обыденностью, если отдых слишком затягивается. Именно так произошло и в жизни нашей героини.

Глава 8

Чувство свободы всегда окрыляет человека. И не удивительно. Теперь Анжелике не надо было рано вставать, спешить в магазин, выстаивать по восемь часов у прилавка – пусть даже с таким красивым товаром, как ювелирные украшения. Ей не нужно было лебезить перед заведующей, улыбаться высокомерным покупателям.

Утро начиналось с прекрасных мыслей: чем бы заняться в свое удовольствие? Конечно, предполагалось, что Анжелика должна посвятить это высвободившееся время профессиональному росту. Но впереди был целый год. Поэтому первый месяц она решила просто хорошо отдохнуть!

Просыпалась рано, но не под настырную мелодию будильника, а под пение птиц. И первое, что видела в окно, это не спешащих на работу людей (окна родительской квартиры выходили на оживленную улицу), а ветки высокой ели, словно специально украшенной крупными шишками.

Анжелика заваривала себе кофе и выходила во двор. Шла босиком по холодной росе с чашкой горячего кофе к лавочке со столиком – месту, которое она облюбовала еще в самый первый свой приезд в этот дом. Вместо профессиональной литературы, которую ей настоятельно посоветовала читать Елена Павловна, просматривала новости из мира моды, читала чьи-то малозначащие мнения в каких-то ветках обсуждения еще менее значимых тем, решала задачи судоку, разгадывала сканворды – одним словом в полной мере наслаждалась безграничным теперь для нее временем утра.

Утолив духовный голод, ближе к обеду Анжелика отправлялась на прогулку. Маршрут не отличался разнообразием: запланированные десять тысяч шагов на день приходилось нахаживать по единственной в деревне дороге туда и обратно. Можно было бы углубиться в лес, дойти и до озера. Но Анжелика была трусихой: вдруг волки? Или дикие кабаны? Лучше не рисковать.

К тому же ей совершенно не было скучно ходить и по этой одной дороге. Во-первых, в ушах наушники с любимыми музыкальными композициями, во-вторых, Анжелике были интересны дома соседей, точнее, сами соседи.

О том, что эта деревня не совсем обычная, она узнала от женщины, которую Елена Павловна называла очень официально «сотрудником клининговой компании», а на самом деле это была простая деревенская жительница, представившаяся при первой встрече «тетей Машей».

Тетя Маша была большой любительницей посудачить. Приходила она раз в неделю и обычно начинала свою работу с того, что говорила:

– Да у тебя тут совсем чисто! – и дальше она замирала на месте с рабочим инструментов в руках – шваброй или пылесосом – и не двигалась с места, пока делилась с Анжеликой новостями, накопившимися у нее за неделю.

Присаживаться она не решалась, так как работой своей дорожила – другого заработка здесь не найти. Анжелика не раз предлагала ей стул, но она наотрез отказывалась, ссылаясь на то, что это «не положено» и «хозяйка может не одобрить».

Именно от нее Анжелика узнала, что лет десять назад дом, который стоит на самом краю деревни, достался одному молодому человеку в наследство. Домик был маленький, но крепкий – такой, что заселяйся и живи. Наследник приехал, пожил пару недель и затосковал. Интересы его были далеки от сельской жизни. Выставил дом на продажу. Через какое-то время явился покупатель – интеллигентный пожилой человек. Выложил сразу всю сумму. «Цена-то была небольшая, – объясняла тетя Маша, – кому нужен такой дом? Хоть бы продать. Глушь. Деревня. Ни магазина тебе тут, ни медпункта, ни школы, до города далеко. А кто сейчас хочет хозяйством заниматься?» Тетя Маша любила порассуждать. И, рассказывая любые истории своей деревни, обычно вспоминала, как раньше велось хозяйство и насколько все было лучше в целом, но мы не будем этим утомлять читателя.

Деньги этот человек выложил, но сказал, что дом этот ему навсегда не нужен вовсе. И он даже не хочет тратить время на оформление документов и потом думать, что с этим «богатством» дальше делать. Он ученый, пишет какую-то научную работу про лес. Ему нужно пожить здесь год, может быть, и меньше. Смотря, как его научный труд будет продвигаться. Но ему нужна гарантия, что никто не будет в это время мешать, нарушать его планы. Поэтому он платит деньги за дом полностью!

Молодой хозяин дома был несказанно рад такому повороту событий. Хотя он и выставил более, чем скромную, цену за дом, но не надеялся так быстро получить за него деньги. Парень оказался очень неглупый и предприимчивый. За вырученную сумму он прикупил заброшенную хибару по соседству. Привел ее в порядок. Потом еще один домик…и еще один. «И теперь эта деревня почти вся его. Пару домов осталось с местными жителями. Он бы и нас выселил и выкупил наши дома, – подытожила свой рассказ тетя Маша, – да ему работники нужны. Мы все тут подрабатываем. Сначала, когда он эти дома стал выкупать, мы испугались, что он будет тут сдавать их посуточно и жить нам спокойно не дадут: будут шумные компании, гулянки… А он умным оказался… Очень даже…»

Так Анжелика узнала, что большинство домов в этой маленькой богом забытой деревне сданы в аренду. Но снимают их как раз не те, кто ищет увеселений и отдыха, а те, кто стремятся к уединению. Арендаторы хотя платили хорошие деньги, но и требования у них были соответствующие: условия должны быть идеальными не только с точки зрения бытового комфорта, но и никаких внешних отвлекающих, раздражающих факторов быть не может.

Постепенно «хозяин деревни» – так звала его тетя Маша – установил свой порядок и для местных жителей, которых-то и осталось человек пятнадцать всего. Нельзя было держать собак – их лай мог кому-то помещать. Не должно быть никакой громкой музыки. Заходить во дворы сдаваемых домов можно только в том случае, если вас пригласили поработать. Кто-то, как тетя Маша, убирал в домах, кто-то готовил, кто-то занимался ремонтными работами, кто-то оказывал услуги как водитель. Но даже и те, кому «хозяин деревни» доверил работать у него, должны быть «невидимками»: ни в коем случае не досаждать жильцам, в разговоры не вступать, быстро делать свою работу – уходить.

– От такие у нас тут «пятизвездочные отели», –- резюмировала свой рассказ тетя Маша. – Ваша вот Елена Павловна сколько тут уже живет, а никогда со мной не поговорит. Кивнет головой, два слова скажет или записку напишет, что убрать – и все. Будто ты и не человек, а робот какой-то.

Насчет Елены Павловны Анжелика не могла не согласиться с тетей Машей. Сначала она тоже думала, что раз уж ее благодетельница осталась жить в доме, то они будут как-то общаться, чай-кофе, например, пить вместе, но нет. Елена Павловна именно так, как и говорила тетя Маша, пройдет, кивнет головой, а иногда и целыми днями ее не увидишь и понимаешь, что она в доме только по тому, что окно в ее комнате то откроется, то закроется, жалюзи то опустятся, то поднимутся.

Тетя Маша утверждала, что все дома «хозяина деревни», а таких насчитывалось в деревне десять, заняты арендаторами. И, поскольку у Анжелики пока было море свободного времени, ей было очень интересно узнать: кто же живет в них? Но высокие деревянные заборы вокруг домов были непроницаемы…

К полудню Анжелика возвращалась домой, с аппетитом обедала тем, что доставляли от местного повара, и ложилась вздремнуть, как и полагается делать, когда ты в отпуске.

Потом опять пила кофе, читала детективы.

По вечерам созванивалась с родителями, иногда с подругами, и обязательно час, а то и два разговаривала с Виталиком. Вроде и новостей особых за день не набегало, но какое значение для влюбленных имеют новости?...

Так проходили день за днем, и незаметно наступила осень…

Глава 9

Осень, сначала радовавшая прохладой и свежестью, богатством красок природы, незаметно принесла в жизнь Анжелики определенную тоску.

Дни становились все короче, дожди шли чаще, лес вокруг деревни с наступлением холодов казался совсем неприветливым.

Анжелика по-прежнему днем выходила за пределы двора, чтобы пройтись вдоль единственной улицы деревни, но старалась не уходить далеко от дома и часто искала повод сократить время прогулки. И еще более серьезные доводы она искала для того, чтобы вернуться домой. Останавливала ее пока, как бы смешно это ни показалось, тоже осень… Лишь только Анжелика представляла, что ей нужно будет рано вставать и идти в любую погоду на работу, как она тут же сама себя начинала уговаривать «еще немного подождать»…

Хотя ждать особо было нечего. За эти месяцы ничего не изменилось в ее жизни, кроме того, что она прочитала десятки детективов, пересмотрела массу ничего не значащих для нее видеороликов и часами слушала музыку. Однако все это ни на шаг не приближало ее к тому, ради чего она здесь оказалась.

Для справедливости нужно отметить, что какой-то минимальный план у нее созрел. Она решила, что хотела бы вернуться к своему образованию, быть психологом, но только работать исключительно на себя – без начальников. Поэтому иногда Анжелика все-таки слушала какие-то лекции по психологии, пытаясь понять, в какую область ей шагнуть, чтобы реализовать эту идею. И даже как-то несколько вечеров посвятила тому, что в нескольких социальных сетях завела аккаунты, не постеснявшись написать о себе «опытный психолог». Маленькая ложь ее нисколько не смущала, потому что по-другому писать было бы просто глупо: кто пойдет к тебе, если ты напишешь о себе «начинающий специалист»?

Чтобы имитировать деятельность, она периодически оставляла на своих страничках какие-то фразочки, которые должны были бы мотивировать потенциальных клиентов обратиться к ней, но все было глухо. Никто не реагировал на призывы: «хочешь изменить свою жизнь – изменись сам», «расстанься с нарциссом и стань счастливой», «поверьте в себя: вы достойны лучшего», «счастье не приходит к унылым», «напиши – и проблемы решатся», «запутались в клубке противоречий – вместе найдем выход», «не понимают близкие – научитесь читать их мысли»… Некоторые слоганы ей самой казались очень удачными, но, увы, коэффициент полезного действия от них был равен нулю.

В общем-то все шло к тому, чтобы оставить эту затею.

А пока Анжелика стала реже ездить домой, потому что родители, будто нарочно, постоянно спрашивали о ее успехах. Раньше они никогда так не интересовались ни ее учебой, ни работой. С появлением же Елены Павловны словно поверили в какие-то уникальные способности дочери – не зря же ее выбрала эта успешная дама. Когда настоящего успеха нет, такие вопросы раздражают.

Виталик тоже не радовал. Анжелика даже периодически на него злилась. Во-первых, он стал реже звонить, и разговоры стали почему-то короче, хотя в городе было точно такая же погода, как раз располагающая к долгим беседам с любимым человеком. Во-вторых, сколько она ни говорила о своих сомнениях, о том, что, кажется, зря тратит время, он ни разу не предложил ей все бросить и поскорее вернуться к нему, чтобы как можно быстрее сыграть долгожданную свадьбу.

Не известно, как долго бы Анжелика пребывала в таком амебном состоянии, если бы однажды ни случилось следующее.

Утром она собралась на прогулку, выглянула на крыльцо – моросил дождь. Анжелика постояла пару минут, подумала и вернулась в дом, громко хлопнув дверью. Поднялась в свою комнату, прилегла на кровать и задремала. Проснулась от разговора на повышенных тонах. Сначала не поняла, кто может так шуметь – потом вспомнила: муж Елены Павловны, довольно часто отсутствовавший, вчера как раз приехал. За все это время, что Анжелика жила в доме, она никогда не слышала, чтобы супруги ругались. Но тут что-то явно у них пошло с утра не так…

Анжелика вовсе и не хотела подслушивать, но Игорь Владимирович так орал, что невозможно было остаться в стороне от «темы» скандала, особенно после того, как наша героиня поняла, что речь идет о ней:

– Мне уже надоело ждать! Почему я должен ждать, пока ты пытаешься образумить какую-то дурочку и вывести в люди!

– Пожалуйста, не кричи… Ты же понимаешь, что я обещала.

– Я всю жизнь понимаю! Мне уже надоело понимать эти абсурдные, чтобы не сказать, идиотские проекты! Ты же видишь: что это абсолютно бесперспективная девчонка в плане карьерного роста или какого-то личного профессионального успеха. Рядовой старательный продавец – потолок! А тебе все что-то мерещится. В каждом, кто чуть приветливее, искру какую-то готова увидеть. Это тебе, милочка, жизнь, а не книги! Это ты там в своем мире можешь, что угодно выдумывать. А здесь реальность. И она не в пользу этой, пусть даже очень милой, девушки. И мы, понимаешь ли, ради того, чтобы она здесь пожила в тепле и без забот, должны откладывать свои личные планы. Нам нет смысла здесь задерживаться дольше. Я сказал свое мнение – и точка!

– Игорь, ты ведь знаешь, что это место необыкновенное. Ну ведь не зря люди здесь годами снимают дома.

– Для кого-то – необыкновенное, но на тебя это место уже не оказывает никакого благотворного влияния. Если сначала я видел, что у тебя действительно был крутой творческий подъем, то сейчас, ты знаешь сама: за последнее время ты не написала ничего такого, что можно было бы успешно продать. Зная твою натуру, как твой литературный агент требую, чтобы мы переехали в другое место. Но никого за собой я тянуть не собираюсь. Отстань от других – займись серьезно собой!

– Но послушай… Я не могу вот так просто дать человеку надежду, а потом ее забрать… Дай хоть сколько-то времени, – мягко пыталась уговорить мужа Елена Павловна.

– Сколько?

– Ну давай два месяца. Это будет честно. Два месяца на попытку что-то найти для себя новое и месяц потом, чтобы вернуться к прежнему формату работы, если что-то пойдет не так.

– Вот смотри, какое место я нашел, – голос супруга Елены Павловны стал поспокойнее, – ты видишь, какая тут красота! Ну что сейчас делать в это время года здесь? В глуши лесной? Тебе нужно море! Мир заиграет для тебя другими красками, новые люди, впечатления, и в твоей прозе опять появится эта энергия, которой, не обижайся, последний год нет вообще! Ты исписалась! Еще немного – и ты вернешься к дешевому копирайтингу. Ну кому еще предлагают такие условия? Я же все делаю не для себя, а для тебя, любовь моя.

– Ну пойми меня…

– Месяц! Месяц, и потом дашь ей денег на пару недель. Нам это выйдет все равно дешевле материально, чем ее содержать еще до лета. Новый год мы с тобой должны встретить не здесь.

– Подожди…

– Месяц! И ни дня больше! Если ты сама не можешь ей это объявить, то это сделаю я и не так корректно, как ты.

Голоса постепенно затихли, потом хлопнула входная дверь, похоже, что супруги сами пошли прогуляться.

Анжелика была ошарашена: все это время она совершенно не задумывалась о том, что у Елены Павловны тоже могут быть какие-то свои проблемы. И уж тем более не предполагала, что Игорь Владимирович, казавшийся таким добряком и даже почти «тюфяком» рядом со своей немногословной строгой супругой, может так деспотично разговаривать с женой. Но более всего Анжелике было обидно то, что он назвал ее «дурочкой» и «абсолютно бесперспективной девочкой». Впрочем… Анжелика была самокритична и понимала, что доля истины в его словах была.

Обида – отличный повод бросить эту затею и вернуться на свое место в этой жизни!

Глава 10

Подслушанный разговор все менял.

«Теперь здесь нельзя оставаться ни одного дня! Нельзя ждать, чтобы тебя с позором выставили за дверь, указав на бесперспективность, и с барского плеча кинули какие-то гроши», – думала Анжелика, собирая чемодан.

Вроде и вещей она сюда брала немного: где здесь щеголять в нарядах? Тем не менее, когда все было вывернуто из шкафа, получилось, что ее гардероб не помещается в тот чемодан, с которым она приехала. Дело в том, что, уезжая на выходные, Анжелика каждый раз что-то еще привозила. С легкой сумочкой она бы сразу сейчас покинула дом навсегда, даже никому ничего не говоря. Оставить записку: «Спасибо за все!» – и уехать. Но взять часть вещей, а после возвращаться за остальными? Это как-то несерьезно. Попросить сумку у хозяев и потом пообещать вернуть – тоже смешно.

«Надо позвонить Виталику! – спохватилась Анжелика. – Как я сразу не подумала! Он сегодня же примчится, и с ним я буду чувствовать себя увереннее. Можно даже будет ничего не объяснять, не упоминать про подслушанный разговор, про обиду. Просто скажу, что жених приехал и забирает меня домой. Обстоятельства такие...»

Виталик очень удивился новости, но сказал, что во всем ее поддерживает и приедет за ней, как только найдет машину.

Анжелика проверила: ничего ли не забывает в комнате? Комната крошечная, все на виду: кровать, письменный стол, стул, шкаф, а все равно казалось, будто здесь остается что-то личное… Сумку Анжелика поставила поближе к двери, сверху бросила все те вещи, которые не поместились в нее. И села ждать. Прошел час, второй… Анжелика пыталась прикинуть, сколько времени понадобится Виталику, чтобы найти машину и доехать к ней. Получалось – максимум часа два. Значит, вот-вот приедет. Можно пока прилечь минут на пятнадцать…

Когда Анжелика проснулась, в комнате было уже темно. Посмотрела на часы – половина седьмого вечера. И только подумала о том, не глупо ли сейчас выходить из комнаты и пытаться что-либо объяснять насчет своего отъезда, если Виталика до сих пор нет, как в комнату кто-то постучал, а потом, не дожидаясь ответа, открыл дверь:

– Анжелика, вы хорошо себя чувствуете? Я волнуюсь: вы сегодня, кажется, никуда не выходили. Сначала думала, что вы ушли куда-то и заблудились, хотела вас разыскивать, но потом заметила вашу обувь у порога и поняла, что босиком вы бы далеко не ушли, – попыталась пошутить Елена Павловна. – Все хорошо? Вы не заболели?

Анжелика хотела гордо ответить, что у нее все «прекрасно» и что она уезжает, как вдруг неожиданно для самой себя, ничего не промолвив, расплакалась.

– Что у вас случилось?

– Ничего, все хорошо, – всхлипывая, тихо ответила Анжелика.

– Когда все хорошо, взрослые девушки не плачут.

– Правда, все хорошо.

– Мне не нравится это ваше «хорошо». Идемте ужинать.

Анжелика не поверила своим ушам: с тех пор, как она стала жить в этом доме, Елена Павловна ни разу не приглашала ее обедать или ужинать вместе. Раньше бы Анжелике такое приглашение польстило, но сейчас ей совсем не хотелось встречаться с Игорем Владимировичем. После того, как она узнала о том, что он ее считает совсем недалекой, не хотелось сидеть с ним за одним столом. Но Елена Павловна будто умела читать мысли:

– Пойдемте, не откажите мне. Муж уехал срочно, и я буду очень рада, если вы составите мне компанию. Я кое-что вам расскажу…

Прекрасно Анжелика знала это «кое-что», но решила, что лучше все выслушать от Елены Павловны, чем от ее мужа, оказавшегося столь черствым человеком. К тому же она готова к разговору и знает, что ответить: Виталик уже все равно едет за ней!

Глава 11

В столовой, расположенной на первом этаже и примыкавшей к кухне, было очень уютно: в камине плясали язычки пламени, создавая живое тепло, особенно бесценное в такие моменты, когда в окно барабанит холодный осенний дождь.

В центре комнаты стоял небольшой круглый стол, сервированный на две персоны. Анжелика не очень хорошо знала правила застольного этикета, поэтому всегда боялась попасть впросак: взять не ту вилку, не ту ложку – чем больше предметов, тем сложнее сделать выбор. Вот и сейчас она сразу отметила про себя: слева от тарелки две вилки – одна побольше, другая поменьше. Какую взять первой? Центр стола был отмечен блюдом с аппетитной жареной курицей и запеченными овощами.

«Зачем это все лишнее? – подумала Анжелика. – Живут в деревне, а стол накрывают будто в ресторане». Она даже хотела открыто высказать свое мнение, но не успела: Елена Павловна, уже сидевшая за столом, начала разговор первой:

– Вы собрались уезжать?

Анжелика стушевалась:

– Да нет… Почему Вы так решили?

– Решить вовсе не трудно, если видишь, что человек собрал сумки.

– Я просто хотела съездить на выходные домой и отвезти летние вещи.

Анжелика сама не понимала, почему вдруг стала врать. Разве только потому, что в этот момент осознала, насколько же ей не хочется покидать этот дом и расставаться с мечтой, столь прочно поселившейся в ее мыслях за эти месяцы – стать независимой!

– Нет, не лукавьте. Вы собрались уезжать. Берите курицу, а то остынет, – Елена Павловна положила Анжелике на тарелку большой сочный кусок мяса и украсила его цветными дольками овощей.

– Понимаете… Я услышала…

Анжелике вдруг захотелось рассказать все честно и поставить на этом точку:

– Понимаете, утром…

– Я ведь вас не спросила: почему вы собираетесь уезжать? – ледяным тоном остудила порыв честности Елена Павловна. – Я спросила только: вы собрались уезжать?

– Понимаете…

– И понимать ничего не хочу. Сейчас вы мне расскажете про то, что нашли причину для того, чтобы сбежать от своей задачи только потому, что ничего не смогли сделать другого.

– Почему сбежать? Вы же сами знаете, что сегодня утром сказал ваш муж.

– При чем тут то, что сказал мой муж?

– Но он же сказал, что через два месяца…

– Так вот у вас еще целых два месяца! А вы пакуете чемоданы, даже не попытавшись отстоять свою мечту. Ведь, кажется, вы мечтали что-то поменять в своей жизни в плане работы?

– Но я же…

– Вы никогда ничего не добьетесь, если при малейших проблемах будете «паковать чемоданы».

– Вам легко говорить… А я не могу оставаться у вас после того, как услышала мнение вашего мужа о себе. Когда в тебя не верят – нет смысла что-то доказывать! – пафосно заявила Анжелика.

– Конечно, мне легко говорить, – тихо сказала Елена Павловна и на минуту ушла в свои мысли, а потом продолжила: – Даже не знаю, стоит ли вам рассказывать свою историю, если уж вы все равно решили уезжать. Пожалуй, и не стоит. Только запомните: никто не обязан в вас верить или не верить, никто не придумывал для вас мечту, само собой разумеется, никто не должен ее воплощать в жизнь, в вашу жизнь, между прочим.

– Я лучше буду мужу борщи варить, –Анжелика вдруг брякнула фразу, которую когда-то услышала от какой-то очень уверенной в себе дамы.

– Какие борщи? Я что-то не совсем вас поняла, – удивилась Елена Павловна столь быстрой смене темы.

– Ну борщи… Буду приносить пользу своей семье, мужу.

Елена Павловна задумчиво посмотрела на Анжелику:

– Скажите: кто дал вам такое интересное имя? Его редко сегодня встретишь.

Анжелика, только минуту назад нащупавшая «твердую основу под ногами» в разговоре с этой очень уверенной в себе собеседницей, опять стушевалась.

– Папа.

– Понятно. Наверное, он хотел вас видеть необыкновенной, яркой личностью?

– Может быть…

– Так что вы там говорили про борщи? Хотите их варить всю жизнь?

– Я не так сказала.

– Как бы вы ни сказали, суть этой, если можно так выразиться, философии не меняется. Ваши борщи могут быстро надоесть мужу. Эта стратегия была актуальна тогда, когда не были развиты услуги «домашней кухни». Что же, вас никто здесь не держит. Чемоданы готовы. Наверное, за вами уже и едут?

Тут Анжелика глянула на часы, стоявшие на камине: маленькая стрелка приближалась к отметке «восемь». Вряд ли Виталик сегодня уже приедет, что-то задержало его.

Елена Павловна перехватила ее тревожный взгляд и заметила:

– А может быть, и хорошо, что сегодня у нас вами еще есть вечер для разговора. Видите ли, я в некоторой степени чувствую себя у вас в долгу. Вроде как я дала вам ключ, но не показала дверь. Знаете, а мне ведь и ключ когда-то никто не давал… Если вам интересно, могу поделиться своим «рецептом счастья». Интересно?

– Очень! – выпалила Анжелика.

Ведь, и в самом деле, все это время Елена Павловна, державшая такую дистанцию, живя в одном доме, была для нее настоящей загадкой.

– Вы, наверное, слышали обо мне еще раньше, чем со мной познакомились.

– Нет, не слышала.

– Знаете ли вы кофейню «Золотое перо»? Она находится…

– Кажется, я поняла, кто вы!

И Анжелика отчетливо вспомнила один день...

Глава 12

И тут Анжелика вспомнила один разговор, состоявшийся прошлой весной. Они намотали с подругой по весеннему городу уже несколько километров – такое время, когда прогулка после зимы кажется настоящим наслаждением, и готовы были еще гулять бесконечно.

– Ты еще не устала? – спросила Анжелика свою подругу.

– Совсем нет! Давай только куда-нибудь зайдём на кофе, – предложила Виолетта.

– С удовольствием! Только куда?

– Я знаю одно интересное место!

– Там хороший кофе?

– И не только! Там есть определенная аура, созданная благодаря удивительной женщине, которую считают писательницей.

– А на самом деле? Она не писательница?

– Я не могу тебе дать точный ответ на этот вопрос. Могу только рассказать то, что я слышала.

– Мне уже интересно!

– Давай зайдем в эту кофейню, это здесь недалеко, и я тебе там, на месте, расскажу то, что знаю о ней.

Девушки впорхнули в уютное кафе – не совсем маленькое, но и не совсем большое.

Помещение явно изначально не предназначалось для кафе – уж очень нестандартной была его планировка. Вход был со стороны оживленной улицы. Поднявшись по нескольким ступенькам, находившимся внутри самого помещения, посетители оказывались в достаточно большой прямоугольной комнате. Обстановка этого заведения была максимально скромной: пять круглых столиков, выполненных из дешевого материала, вокруг них самые простые офисные кресла, два двухместных диванчика стояли по левую сторону помещения, с правой стороны – барная стойка и витрина с десертами. Помещение казалось очень светлым за счет двух больших – в пол – окон.

– Вот смотри, – тараторила Виолетта, – нам просто повезло: людей сегодня нет! Мы можем в свое удовольствие посидеть здесь часик-другой!

– А что? Здесь может не быть мест? – удивилась Анжелика.

– Так это же не просто кофейня, у этого заведения есть «легенда»!

Милые девушки очаровали улыбками молодого бариста, заказали кофе, выбрали пирожные и поспешили занять второй столик от окна – на первом лежали несколько книг, открытки, ручка и стояла табличка с надписью: «Просьба не занимать место Писательницы».

– Вот видишь: это ее место! Как жаль, что мы не встретились здесь с ней. Но подождем – мы же никуда не спешим: вдруг она появится! А так мы могли бы заказать «историю» для себя.

– Ничего не понимаю. Никогда не видела, чтобы на столах стояли такие таблички. Обычно все коротко: «зарезервировано».

– Я же тебе сказала, что это необычное кафе! У него своя легенда!

– Ну тогда быстрее рассказывай, не тяни время.

Всевозможные загадки, даже бытового уровня, всегда притягивают наше воображение, что уже говорить о таких, про которые сказано «легенда».

– Ну я тебе расскажу так, как слышала… Эта кофейня терпела страшные убытки. Хотя вроде все предпосылки у хозяина были для успеха. Ты сама видишь: центр города, многолюдные улицы. Но что-то пошло не так… Как сглазили.

– Ты веришь в сглаз?

– Я тебе просто рассказываю все точно так, как слышала, с подробностями. Он, хозяин этой кофейни, был в долгах, как в шелках. Готовился либо сдать это место в аренду, либо продать. И вдруг появилась какая-то женщина, которая приходила каждый день, занимала лучший столик, как я понимаю, вот этот самый – у окна, и сидела за ним целый день, что-то не то писала, не то читала. Хозяин сначала был рад, что хоть кто-то сидит в пустом зале. Это хороший прием для привлечения посетителей: если хоть один посетитель за столиком, значит, есть интерес к заведению. Но потом он стал раздражаться, потому что женщина всегда занимала лучший столик, сидела за ним весь день, а покупала только чашку-две кофе. В один день он попросил ее пересесть за столик у выхода – самый «неходовой». Она встала, ушла и не появлялась в этом заведении очень-очень долго.

– И что потом?

– А потом… Потом женщина перестала приходить, и с ней вместе исчезли и те немногие посетители, которые числились вроде как постоянными. Говорят, хозяин очень жалел и даже пытался как-то выпытать через знакомых, никто ли не знает эту женщину. А дела шли все хуже. И, как назло, не находился никакой покупатель, никого не интересовала и аренда площади. Хозяин был в отчаянии. У него еще и жена ушла. Ну это понятно, правда?

– Почему же понятно?

– А какой нормальной жене нужны эти проблемы?

– Нет, ну тут я с тобой не согласна. Наоборот, она должна была его поддержать.

– Ты честно так считаешь?

– Слушай, какое мне дело до личной жизни этого владельца кафе. Ты рассказывай, что было дальше с этой женщиной.

– Короче, она один раз мимо проходила и зашла. То ли уже про обиду забыла, то ли ноги сами привели ее на это место, непонятно.

– Да, так бывает, это верно. Иногда сами ноги куда-то ведут. Я так однажды по привычке свернула к дому молодого человека, с которым уже рассталась навсегда. И вот теперь собираюсь выходить за него замуж.

– Да, бывает. И вот… Этот хозяин так обрадовался, из-за стойки выскочил, за ее любимый столик провел. Дорожки только у него красной не было, а так бы и ее постелил. Кофе за счет заведения угостил.

– А почему, интересно, он вдруг так себя повел?

– Ну, знаешь, когда люди терпят неудачи, они часто становятся сентиментальными. Короче, потом разговорился с ней, предложил ей каждый день приходить и сидеть за любимым столиком, сколько хочет. А что ему было уже терять? Хоть кто-то пусть сидит, все равно заведение терпело крах.

–- А она что? Согласилась?

– Она сказала, что не будет приходить, потому что у нее теперь нет возможности просиживать часами в кофейнях, так как книги, которые она написала, доход не приносят. Отложенные деньги заканчиваются, и теперь ей надо искать работу.

– А он что?

– Кто он?

– Ну хозяин кафе.

– Ты совсем не умеешь слушать. Не перебивай, я и так все подробно рассказываю, как мне передавали.

– А ты вовсе не умеешь рассказывать кратко.

– Так тут все важно, каждая деталь.

– А она, кстати, молодая была?

– Не знаю, я же ее не видела. Кто-то говорит, что молодая, кто-то – не очень. Не знаю точно.

– Ну а дальше?

– А дальше… Хозяин оказался вовсе не глупым человеком. Он сообразил, что из этой женщину можно сделать «легенду» своего заведения.

– Хорошо, сделаешь легенду, а дальше что? Какое это отношение имеет к его бизнесу? Разве от этого пойдут дела лучше?

– Сразу чувствуется, что ты на своей работе очень далека от коммерческих идей. Конечно, пойдут. Он стал делать рекламу, в основе которой была концепция о том, что у него не просто хороший кофе, а особая, творческая атмосфера в заведении. Здесь постоянно работает писательница, достигшая больших творческих успехов именно благодаря его заведению. Здесь, понимаешь ли, за чашкой кофе, она писала свой первый роман, принесший ей славу! И теперь она знаменитость.

– А она на самом деле стала знаменитостью?

– Ой, а то ты не знаешь… Сейчас несложно, кажется, стать знаменитостью. Особого ума для этого не надо – нужна только грамотная реклама. Короче, он на рекламе не остановился. Стал сотрудничать с туристическими фирмами. За определенные вознаграждения экскурсоводы стали подвозить туристов именно к этому кафе. Туристы ведь любят, чтобы каждый объект был окружен тайной, легендой. И вот экскурсовод объявляет, что есть возможность не только выпить кофе, но и пообщаться с местной знаменитой писательницей.

– И что? Сработало?

– Еще как! Видишь же, столик ее стоит.

– Непонятно только: туристы прямо-таки и знают, кто в этом городе знаменит?

– Ну ты странная, правда. Они знают то, что рассказывает им экскурсовод! Вот зашли они – книги лежат, значит, правда, работает здесь писательница. Можно тут же книжечку приобрести с дарственной надписью. Вот открыточки с автографом – хозяин кафе придумал. Что еще нужно туристам в дополнение? Только хороший кофе. Ну и хозяин стал постепенно из долгов выходить и раскручиваться.

– Надо же… как бывает…

– Я вообще удивляюсь, что ты не знаешь этой истории. Кажется, ее в нашем городе все слышали, во всяком случае те, кто часто бывает в центре.

– Нет, я точно не слышала.

– Конечно, с тех пор, как ты собралась выходить замуж, ты уже никого и ничего не слышишь. Удивляюсь, как еще удалось тебя сегодня на прогулку вытащить.

– Ну а дела этой женщины как дальше сложились?

– О! У нее тоже все пошло отлично! Она тоже создала свою бизнес-стратегию: во-первых, книги стали покупать. Потом у нее здесь есть свой прейскурант услуг: можно с ней сфотографироваться, попросить оформить семейные воспоминания в книгу или заказать рассказ или повесть о себе или для кого-то.

– Интересно… Но я бы, мне кажется, побоялась такой рассказ на будущее просить – вдруг сбудется.

– Ты странная. Это же не гадание – и рассказ всегда только с хорошим финалом.

– А… Тогда понятно. Так это все?

– Нет, не все. Хозяин открыл еще вторую точку. И там тоже хотел повторить «легенду»: пригласил какого-то в самом деле известного в городе футболиста сидеть и раздавать автографы. Но эта «легенда» не сложилась. Футболист оказался очень неусидчивым, его на месте не могли застать не то, что туристы, но даже и местные кофеманы.

– Да, очень жаль, что мы не встретили сегодня здесь эту писательницу, – грустно сказала Анжелика, – может быть, я бы и рискнула тогда заказать у нее для себя историю, раз там всегда счастливый конец.

– Как тебе, кстати, кофе? – сменила тему Виолетта.

– Очень хороший!

Глава 13

– Вы меня, кажется, совсем не слушаете.

Тут только Анжелика будто очнулась: пока она старалась вспомнить в мельчайших деталях один разговор, Елена Павловна что-то ей рассказывала.

– Нет-нет, я все слышала, – Анжелике стало очень неудобно за то, что она и в самом деле упустила нить беседы.

– Так вот… Понимаете, если у человека нет мечты, ему проще жить на белом свете. Он живет, как получается, и часто вполне счастлив. Но если у человека была мечта… Он уже нарисовал себе в воображении свою жизнь на каждом этапе или хотя бы на одном, а все пошло не так... Тогда надо быть достаточно сильным человеком, чтобы принять реальность и махнуть рукой на свои «наброски» юности. Вы понимаете: о чем я говорю?

– Да-да, конечно, – поспешила ответить Анжелика, минуту назад уличенная собеседницей в невнимательности.

– И очень тяжело смириться людям слабым. Видели себя успешными – оказались заурядными пешками на работе, богатыми – а жить приходится от зарплаты до зарплаты, любимыми – остались одинокими или же тянут семейную лямку, которая не приносит никакой радости.

– Но ведь каждый сам хозяин своей судьбы, – Анжелика рада была наконец ввернуть в разговор нужное слово, чтобы, во-первых, подтвердить свое активное участие в разговоре, а во-вторых, показать Елене Павловне, что и у нее есть свое мнение по этому поводу, что не такая уж она глупая в жизненных вопросах.

– Сентенция…

Анжелика помнила, что когда-то слышала это слово, но сейчас не могла точно понять, что оно обозначает. Елена Павловна будто прочитала ее мысли и добавила:

– Сентенция… умное изречение. Знаете, часто бывает так, что, чем меньше у человека реальных успехов, тем больше вот таких вот изречений. Простите, я нисколько не хотела бы вас обидеть, это я просто рассуждаю сама с собой.

Наступила пауза. Елена Павловна, казалось, ушла в свои мысли, Анжелика не знала, что сказать, впрочем, она быстро нашлась:

– А я вспомнила, кто вы! – решительно сменила тему разговора Анжелика и таким образом вышла из неловкой ситуации. – Вы та самая писательница, которая сидела в кофейне и писала всем истории под заказ.

– Ну не всем… А только тем, у кого получались хорошие истории, – грустно прокомментировала Елена Павловна.

– Мы даже хотели с подругой заказать вам свои истории, приходили в эту кофейню, но вас там не застали.

– И хорошо, что не застали.

Анжелике показалось, что Елена Павловна устала от разговора. Если в начале ужина она была бодра, то сейчас говорила все тише и как-то будто бы нехотя.

– А вы могли бы мне написать историю? Раз я уже вас встретила.

– Несколько месяцев назад не только могла, но и начала писать для вас историю. Но сейчас, извините, продолжать не буду.

– Почему?

– Потому что вы тот самый человек, который никогда не придет к своей мечте.

– Почему это не приду? – обиделась Анжелика.

– Этого я не могу вам объяснить. Давайте заканчивать наш ужин, уже довольно поздно.

Анжелика глянула на часы – в ночь Виталик вряд ли за ней поедет. Посмотрела на экран телефона – и даже сообщений от него нет. Нет, так просто она не может закончить этот разговор, раз уж Елена Павловна сама подняла эту тему, то пусть договаривает.

– Пожалуйста, я очень вас прошу, хотя бы расскажите мне мою историю, если вам лень ее записывать.

– Зачем? Она вас разочарует.

– А может быть, не разочарует?

– Вы девушка с мечтой, поэтому обязательно разочарует.

– А откуда вы знаете, что с мечтой?

– Я писательница: я так вижу. Если бы у вас не было мечты, я не стала бы приглашать вас к себе в гости.

– Ну тем более, пожалуйста, я очень вас прошу. Хотя бы намекните мне на мое будущее.

Елена Павловна внимательно посмотрела на Анжелику.

– Только не обижайтесь, пожалуйста, если что-то в этой истории вам не понравится…

– Обещаю!

– Ну хорошо, уговорили. Сейчас я только принесу самовар, и мы продолжим наш с вами разговор.

– Я вам помогу!

– Не стоит, вы все же моя гостья!

В комнате был разлит аромат леса, исходящий от догоравших в камине поленьев, за окном мелкой дробью барабанил дождь и изредка слышалась перекличка сов. Анжелика вдруг почувствовала, что несмотря на то, что еще полгода назад она и вообразить себе не могла, что бросит работу, будет жить на этой даче, вот именно этот вечер, эту обстановку будто бы когда-то уже видела… «Дежавю, – подумала она, – это точно дежавю… Теперь и я понимаю это ощущение».

– А вот и чай!

Елена Павловна поставила в центр стола красивый старинный, или стилизованный под странный, медный самовар, украшенный вставками из цветной эмали.

– До чего уже у вас уютно! – не удержалась от комплимента Анжелика.

Елена Павловна неожиданно рассмеялась:

– Перефразируя Михаила Афанасьевича Булгакова, могу вам сказать: «уют» не в самоварах, а в наших мыслях! Так вернемся к теме нашего разговора. Вы бы хотели услышать свою историю…

Глава 14

Анжелике не терпелось поскорее услышать историю, которую для нее придумает Елена Павловна, но та, как назло, не спешила начинать рассказ. Сначала она очень медленно пила чай, будто бы наслаждаясь каждым глотком, потом извинилась за то, что ей надо отвлечься – ответить на сообщения в телефоне. Пользуясь паузой в разговоре, Анжелика тоже глянула на экран своего телефона – никаких сообщений никто ей не написал.

Наконец, Елена Павловна отложила телефон и обратилась к Анжелике:

– Вы знаете, мне не хочется сочинять для вас историю. Она вас разочарует.

– Почему же?

– Потому что, как я вам уже говорила, вы девушка с мечтой.

– Так это же хорошо! Вот многие психологи как раз и говорят, что надо иметь свою мечту и к ней идти.

– Идти, а не ползти… – задумчиво произнесла Елена Павловна. – И идти самому, а не ждать кого-то, кто подвезет.

– Я не очень понимаю вас. Мне кажется, что я-то как раз и иду к своей мечте, иначе бы я здесь не сидела.

– Да, вы хотели… Но уже, мне кажется, передумали… Или ваш запал закончился. И если бы ваш жених сегодня приехала, я так понимаю, что вы его ждали, то вас бы здесь вечером уже не было.

– Почему же? – Анжелика чувствовала, что ей уже начинает не нравиться этот разговор, потому что Елена Павловна говорила так, как будто бы знает про нее все.

– Вы собрали чемоданы. Но не уехали сразу. Значит, кого-то ждали. Ждать вы могли только своего жениха. Вы очень к нему привязаны.

– Не просто привязана, я его люблю.

– Если честно, то мне нет никакого дела до ваших чувств. Я вижу только внешнюю сторону вашей жизни: вы не смогли уехать сами.

– Но транспорт…

– Я вас умоляю… Какие проблемы с транспортом? Если бы только вы решились уехать сами, то нашли бы способ вызвать такси – это не так уж сложно в двадцать первом веке.

Анжелике стало совсем неудобно, потому что Елена Павловна попала в яблочко: на самом деле ей, во-первых, не так уж хотелось уезжать, а во-вторых, своим приездом Виталик и определил бы – нужно ей бросать затею с этим непонятно пока куда ростом или еще немного подождать.

– Так вот о мечте… Видите ли, чем меньше у человека мечты, тем ему легче жить. У него нет разочарований, нет недовольства своими достижениями, потому что все его мечты воплощены в жизнь.

– Как это прямо все воплощены в жизнь? – недоверчиво спросила Анжелика.

– Очень просто. Вот мечтает он о новой удочке – не так уж трудно накопить на нее денег. Или, например, у девушки есть мечта – купить какую-то брендовую сумочку. Не удочка, но тоже вполне реальная мечта. На дорогую коллекционную сумочку, может быть, придется ей копить и не один год, но когда-нибудь накопит. Или купит подержанную – тоже вариант. Так или иначе, но она станет обладательницей этой вещи – мечта сбудется.

– Но ведь не у всех мечты связаны лишь с материальными вещами.

– Вот именно к этому я и хотела перейти. Сложнее, когда у человека мечты большие, возвышенные, требующие большой духовной работы, а чаще всего еще и какие-то знания.

– Например?

– Желание славы, признания, свободы от рутинной работы, большой любви, настоящей дружбы. Да мало ли о чем может мечтать человек.

– Так почему с большими мечтами сложнее?

– Неужели вам еще не стало понятно: большие мечты – это вам не «удочка», это образ жизни, это, если можно так сказать, вершина, к которой идет человек. Пока человек молодой эти большие мечты тянут его вперед, они как путеводный маяк. Но если что-то пойдет не так и к ним он не сможет приблизиться – они же станут тяжким якорем в его жизни.

– Почему же?

– Потому что он постоянно будет помнить, о чем он мечтал – это с одной стороны, с другой стороны, наблюдать вокруг себя совершенно другую реальность, очень далекую от его придуманного когда-то мира.

– Ну и что?

– А то, что от этой разницы – мечты и реальности – характер человека начинает меняться.

– Как?

– Да по-разному. Мы с вами совсем заговорились, уже поздно, пора расходиться отдыхать.

– А моя история?

– Я должна подумать.

– Долго?

– Постараюсь побыстрее придумать.

– Спасибо вам за ужин.

– Это вам спасибо, что помогли мне скоротать вечер.

– Я, правда, так утром была огорчена, – Анжелике захотелось оправдаться перед гостеприимной хозяйкой и за подслушанный разговор, и за желание уехать.

Но Елена Павловна совсем не была склонна продолжать разговор.

– Поздно, уже очень поздно, пора спать. Спокойной ночи.

Анжелике ничего не оставалась, как тоже пожелать «спокойной ночи» Елене Павловне и подняться в свою комнату. Не раздеваясь, она плюхнулась на застеленную пледом кровать – очень хотелось спать и лень было искать пижаму в сложенных в сумке вещах.

«Завтра надо будет написать Виолетте, – успела она подумать, прежде чем провалиться в глубокий сон, – о том, что я встретила эту загадочную женщину, долго с ней беседовала и она уже пишет для меня историю!»

Глава 15

Утром, едва проснувшись, Анжелика первым делом потянулась к телефону. Что написал любимый? Почему вчера не приехал? Просто так он не мог бы проигнорировать ее просьбу. И увидев, что на экране «висит» непрочитанное сообщение, несказанно обрадовалась. «Зая, извини, не получилось! Сегодня постараюсь».

«Всего несколько слов, а как тепло на душе, – подумала Анжелика и поспешила ответить: – Не приезжай. Отъезд отменяется. Поговорила с Еленой Павловной, она убедила меня остаться. Еще немного потерплю. Очень скучаю по тебе, но знаю: это все ради нашего будущего».

Отправив сообщение, Анжелика задумалась: почему она всегда старается оправдаться? Что за привычка? И перед чужими людьми, и перед близкими – особенно. Вот Виталик ничего не объяснил ей, почему он не приехал. «Не получилось!» – и все. Она бы, конечно, подробнейшим образом описала ему каждую минуту дня, чтобы он понял, как она хотела приехать и что помешало. «А, кстати, почему он не смог?» – подумала Анжелика.

Она, может быть, еще бы поразмышляла на эту тему, но на экране телефона мелькнул значок электронной почты – ей письмо. Последние дни Анжелика очень активно, насколько это было возможно для ее ресурсов, продвигала рекламу своих услуг психолога. На часах всего семь утра. Она не будет открывать почту до девяти – надо себя уважать. За время, проведенное на даче, она начиталась немало советов по поводу того, как формировать имидж специалиста, как выдерживать временные рамки свободном графике работы «на себя», как отвечать клиентам «все занято, но постараюсь найти для вас окошко», даже если у тебя совершенно пустой от записей дел календарь.

Поэтому Анжелика сначала спустилась в кухню, заварила себе чашку крепкого ароматного кофе… Утро было великолепным! Она чувствовала себя отдохнувшей, полной сил, будто бы и не было вчерашних переживаний. И раз уже она осталась пока здесь, то нужно брать от этой ситуации для себя все, что только возможно. Кто, работая в городе каждый день по восемь часов, может себе позволить с утра прогулку по лесу? А она может!

В этот раз Анжелика шла по этой тихой, немного загадочной деревушке с особым чувством: ведь вчера она могла отсюда уехать и больше никогда не увидела бы эти уютные домики, озеро, обрамленное сосновым лесом. Сейчас, после дождя, особенно чувствовался запах неповторимый осени – грибов, прелых листьев, мокрой хвои.

А что бы она сейчас делала дома? Анжелике от этой мысли стало даже не по себе: она представила расстроенные лица родителей, которые и так всегда сомневались в ее способностях. И сейчас нужно было бы им все объяснить. И если говорить откровенно, то нужно было бы рассказать про подслушанный разговор, то есть подветрдить свою никчемность.

Ну, конечно, Виталик бы ее понял и поддержал. Он бы, в этом нет сомнения, сразу бы приехал – с утра! И ей гораздо было бы легче разговаривать с родителями. Тем более что тут говорить о работе, когда на носу свадьба – и чем быстрее, тем лучше!

Размышляя так, Анжелика уже чуть не убедила себя в обратном – в том, что все-таки надо было уезжать вчера. И только одна мысль отрезвила ее. Она вспомнила слова Елены Павловны про «ловушку шанса», о том, что человек всегда жалеет об упущенных возможностях. А ведь у нее есть мечта!

Вернувшись с прогулки, Анжелика застала в доме тетю Машу, орудовавшую шваброй. И хотя дом был напичкан современной техникой для поддержания чистоты, тетя Маша была в этом вопросе предельно консервативна.

– А… вот и утренние птички вернулись, – поприветствовала она Анжелику. – Уже думала не дождусь тебя! А нужно прибрать в твоей комнате.

– Я всегда разрешаю вам заходить, даже если меня нет.

– Нет, нет, лучше я подожду или лучше пусть пыль лежит на своих местах, но в чужие комнаты я не захожу. Зачем? Там личные вещи. А потом мало ли что… – и дальше тетя Маша пустилась в рассуждения о том, что может пропасть, как на нее будут смотреть и как ей потом жить на белом свете с таким подозрениями.

На самом деле тете Маше доверяли все в доме и двери всех комнат всегда были открыты. Анжелика подозревала, что пожилая женщина, как и многие в ее возрасте, просто очень любила поговорить – и только это заставляло проявлять мнимую осторожность.

Анжелика мало ошибалась, потому что как только тетя Маша, перешагнув порог комнаты, увидела собранные сумки, тут же отставила в сторону свою швабру и начала долгий монолог:

– Ты что это надумала? Уезжать? Еще чего придумала! Тут тебе такие условия райские, а ты в бега! Небось, жених твой командовал? А я уже давно поняла, что он у тебя такой командир.

– Тетя Маша, вы его ни разу не видели, – попыталась отшутиться Анжелика, чтобы не начинать долгие разговоры.

– А мне и видеть не надо. Я по тебе вижу. Таких неуверенных в себе девушек всегда выбирают командиры.

– Почему вы решили, что я неуверенная?

– Так а сумки почему стоят? Чтобы уверенная в себе девица бросила это место? Да она бы выжала него все возможное. Кстати, через два дома дача освободилась.

– Ну и что?

– А то, что говорят, вроде как молодой человек снимать ее будет. Вот бы и присмотрелась со всех сторон, а то сумки собрала.

– Тетя Маша, спасибо за совет. Убирать будете? – Анжелику уже начинала утомлять беседа.

– Так чего убирать? Убрать я всегда успею. А ты меня послушай. Я все же постарше тебя и мудрее, между прочим.

«Это просто какое-то испытание, – подумала Анжелика, – когда возле тебя все такие опытные и все знающие: вечером тебя учит жизни Елена Павловна, утром – тетя Маша. И обе абсолютно уверены в своих советах. Одна образованная и с деньгами, вторая вряд ли прочитала пару книг и работает за копейки, но уверенность у обеих одинаковая. Почему так?»

– Вот взяла и собрала сумки. А я знаешь, когда-то от своего мужа тоже уезжала. Вот как ты взяла и собрала сумки…

«Разговор будет долгим, опять вернулись к сумкам, – подумала Анжелика и обреченно приготовилась слушать: – Лучше бы я их с утра разобрала. Впрочем, я же никуда не спешу теперь… Психолог должен быть всегда внимательным. Любая история может что-то подсказать…»

– Так вот. Я собрала сумки. Лишь бы уехать… Надоело мне все. Я была еще молодая, как ты. И что это «замуж»? Одна работа в деревне, никаких развлечений. А подруга уехала в город и письма оттуда писала, фотографии присылала. То на концерте, то в кино. А тут… Один огород! Ты меня слушаешь?

– Конечно! Но с вами же рядом был любимый человек.

– Где же рядом! Целый день на работе тоже! А вечером придет усталый, злющий! Вот я бы посмотрела, как бы ты запела, если бы в деревне не пила по утрам кофий, да не гуляла, а с утра бы до ночи работала. Вот сколько бы ты выдержала? Как думаешь?

Тетя Маша была мастером в разговоре переводить тему с одной на другую. Анжелика уже знала эту ее манеру. Впрочем, ее также легко было вернуть к началу разговора:

– Вы лучше мне расскажите, куда вы с этими сумками уезжать собирались?

– А куда? В город! К подруге!

– И уехали? – обреченно спросила Анжелика, понимая, что своим вопросом только разогревает тему.

– Вот я же тебе говорю: собрала сумки! Но, слава Богу, ума хватило не уехать. Что бы я там делала, в городе?... Здесь муж, дом, огород…

Дальше шло подробное описание мыслей и событий в жизни тети Маши на протяжение определенного промежутка времени, которые Анжелика уже, честно говоря, не слушала, а только кивала головой. Она вспомнила про письмо по электронной почте, хотелось поскорее посмотреть, кто и что написал. Вдруг это важный клиент, а она сейчас тратит время на воспоминания тети Маши. Но последняя, видимо, все-таки заметила, что слушают ее не особо внимательно, потому что, не дожидаясь просьбы Анжелики подсократить рассказ, резюмировала:

– Так вот: если человек делает все по плану – уважаю. Собираешься уехать, переехать по плану – молодец. А если вот так вдруг взял да собрал сумки, не зная куда и зачем, то это, я тебе скажу, ерунда! Только проблем себе в жизни наделать.

Анжелика взглянула на свои сумки, виновато прижимающиеся к дверям. «И правда, есть что-то в словах тети Маши, – призналась она самой себе, – сидела бы я сегодня с этими сумками у родителей и не знала, что делать дальше».

Как только тетя Маша, максимально выговорившись и минимально уделив внимание уборке, вышла из комнаты, Анжелика тут же достала из одной из сумок ноутбук. Можно, конечно, было бы все прочитать и с экрана телефона, но она не позволит себе такой небрежности в работе. И, приготовив все на письменном столе: ноутбук, блокнот, ручку, чтобы можно было сразу сделать себе какие-то заметки – открыла электронное письмо.

Это действительно было письмо от потенциального клиента. Но очень странное.

«Здравствуйте! Прочитал объявление о том, что вы оказываете услуги психолога. Мне нужны консультации каждый день с шести до семи утра, кроме субботы и воскресенья. Если время Вам подходит, дайте знать. Оплату гарантирую».

«С шести утра до семи? Каждый день? Какой-то странный клиент», – подумала Анжелика. Потом вспомнила, что она указала, не скромничая, на своей странице достаточно хорошую цену за час консультации: «Пока других предложений нет, почему бы и не попробовать? И вот же опять плюс: если бы вчера уехала с этими сумками, к которым прицепилась тетя Маша, то, вернувшись на работу в магазин, я бы точно не могла оказывать консультации в это время».

«Здравствуйте! Ваше время мне, – Анжелика на минуту задумалась и дописала: - Пока подходит. Когда Вы готовы начинать консультации?»

И сразу, будто бы кто-то очень ждал от нее письмо, прилетел ответ: «Завтра!» А еще через минуту поступило сообщение о том, что на счет поступили деньги. Анжелика глазам своим не поверила: это была первая сумма, пусть небольшая, но заработанная не в магазине, а вот так, будто бы играя…

Глава 16

Сложно встать рано, если у тебя нет приятной цели на утро. Вы замечали это? Впрочем, это касается не только пробуждения – человек горы готов свернуть, если впереди его ждет что-то интересное. Именно с таким настроением проснулась ровно в пять утра Анжелика. Ей даже показалось, что она уже не спала, когда сработал будильник на телефоне.

К шести утра она не только сделала небольшую зарядку, приняла холодный душ, выпила чашку кофе, но еще и просмотрела вопросы, которые приготовила с вечера. Дежурный набор фраз, через которые психолог должен постараться установить контакт с клиентом: «Как к вам лучше обращаться?», «С какой проблемой вы хотите ко мне обратиться?», «Какие ожидаете результаты?» и так далее. Анжелика даже порепетировала немного перед зеркалом, чтобы чувствовать себя увереннее.

Ровно в назначенное время клиент вышел на связь. Только сеанс пошел несколько не так, как его планировала Анжелика. Во-первых, минут десять она не видела самого клиента, а только слышала его голос. Во-вторых, он не дал ей ни минуты для того, чтобы она смогла задать свои вопросы.

– Доброе утро!

– Доброе утро! Как к вам лучше обращаться?

– Как вам спалось?

– Хорошо. Скажите, с какой проблемой вы решили ко мне обратиться?

– Не трудно было проснуться в такую рань?

– Если работа этого требует, то вовсе не сложно. – Анжелика пыталась нащупать почву для того, чтобы ввернуть свои вопросики. – Вы что-то ожидаете от наших встреч?

Собеседник напрочь игнорировал ее слова, будто не слышал, и спрашивал сам:

– Вы жаворонок или сова по жизни?

Анжелика совсем растерялась: то ли она такая неопытная, что не может взять инициативу в разговоре, то ли к ней на самом деле обратился псих, которому, кажется, нужно не к психологу, а к психотерапевту.

– Я жаворонок, – неуверенно ответила Анжелика. – Скажите, вы не слышите мои вопросы?

– Пока вопросы задаю я! – рявкнул голос.

Анжелика почувствовала себя совсем не в своей тарелке: самого клиента не видно, разговор какой-то получается непонятный, в экране она видит только фрагмент стола, на котором стоит чашка и тарелка с бутербродами.

– Расскажите что-нибудь про себя, – предложил невидимый собеседник.

– Я психолог, помогаю людям, – Анжелика решила, что ни в коем случае нельзя отступать от намеченного плана, если этот человек неуравновешенный или со странностями, он должен вспомнить: он на консультации у специалиста.

– Про психолога я знаю. Расскажите, чем вы увлекаетесь, кроме работы.

– Кроме работы? А чем я должна увлекаться, кроме работы? – Анжелика вспомнила про такой прием, о котором когда-то где-то читала: «Отвечай вопросом на вопрос, если не знаешь, что ответить».

– Книги, музыка, спорт… Что-то же вас должно интересовать? Может быть, что-то коллекционируете? Только, пожалуйста, не отвечайте вопросом на вопрос: этот трюк очень старый и мне совсем неинтересен.

Анжелика совсем растерялась. Растерялась настолько, что чуть не заплакала от разочарования: она так готовилась к этой первой в своей жизни самостоятельной сессии, представляла, как ей будет интересно помогать неизвестному человеку обрести уверенность, решить какие-то проблемы. А что она может сейчас, если ее просто выбили из колеи, и она не знает, как разговаривать с ним.

В это время на экране появился прозрачный стеклянный чайник, из носика которого хлынул горячий чай. Анжелика хотела уже выйти из разговора – ведь это так просто! Но вспомнила про деньги, которые вчера поступили на карточку. Прошло только минут десять, а заявлен был час. Нарушить профессиональную этику она не может никак – деньги взяла, значит надо отработать! И все! Больше никогда никаких переводов от этого ненормального – заблокировать.

Анжелика отвела глаза от экрана и стала смотреть в окно: лапы ели, плавно покачиваясь от ветра, будто кивали ей, стараясь успокоить… «Еще немного, каких-то сорок-пятьдесят минут… Я не буду ему ничего отвечать…» Невидимый клиент вроде как тоже приустал от этого бессмысленного разговора, потому что на какое-то время воцарилось молчание.

– А вы красивая!

Анжелика вздрогнула и перевела глаза на экран. Место за столом уже не пустовало: на нее смотрел довольно симпатичный мужчина. Возраст она не могла определить: скорее всего, больше тридцати, но меньше сорока лет.

«Придурки тоже бывают симпатичными!» – отметила про себя Анжелика.

– Вы мне подходите! И голос у вас приятный, и сама вы очень даже ничего.

Анжелика чувствовала, что закипает: этот ненормальный переходит уже все грани. «Скажу, все что думаю, деньги перечислю назад – не проблема узнать, с какого счета они поступили».

– Послушайте, я психолог, а не двушка с сайта знакомств! И ваша фамильярность ни к чему. Я верну вам деньги. Сеанс окончен.

– Подождите! Подождите одну минуту. Только одну минуту и деньги возвращать мне не надо.

– Минуту… Хорошо… Но только минуту и, пожалуйста, без вопросов и без комплиментов. Если у вас есть что сказать мне по делу, то я слушаю, – Анжелика сама не ожидала от себя такой строгости.

– У меня нет проблем, мне не нужен психолог. Хотя, может быть, вы как психолог сейчас и скажете, что это проблема. У меня одна минута?

– Да, и полминуты вы уже проговорили.

– Но оплачены у меня еще, как минимум, сорок. Не так ли?

«Псих, и еще меркантильный», – подумала Анжелика.

– Так. Слушаю вас, – Анжелика немного взяла себя в руки.

«В конце концов, чего я боюсь? Это всего лишь экран. Что бы он там ни говорил, пусть говорит… Послушаю».

– У меня полгода назад ушла жена.

– Я вам уже сказала, что я психолог, а не та, кого вы ищете.

– Вы никогда не станете хорошим психологом, потому что не имеете терпения. Какая-то гордыня у вас непонятная…

Анжелике стало неудобно: «Псих психом, а ведь прав…»

– Если вы меня еще раз перебьете, я больше к вам не обращусь. А у меня было очень хорошее для вас предложение, – мужчина сделал паузу, будто бы испытывая терпение Анжелики.

Она молчала.

– Так вот, полгода назад ушла жена. И все бы ничего… У меня все хорошо. И, если вы уж так боитесь, то и девушка у меня есть – я никого не ищу. Единственное вот что: я привык, за пятнадцать лет можно привыкнуть, к тому, что утром мы всегда завтракали вместе. И вот это утро одиночества – оно меня выбивает из колеи на весь день.

– Но вы же сказали, что у вас есть девушка, – не удержалась Анжелика.

– И что? Вы хотите сказать, что она должна в шесть утра вот так вот выходить на связь и сидеть меня слушать?

– Ну так женитесь на ней, и она будет у вас всегда дома… Завтрак будет вам готовить.

– Когда мне нужно будет жениться, это я решу без вашего совета. Пока у меня запрос такой: в шесть утра вы должны быть здесь – в экране – и просто поддерживать со мной разговор. Жена у меня была довольно молчаливая, она просто меня слушала и только отвечала на вопросы, если я ее спрашивал о чем-то. Все, больше от вас ничего не нужно. Я плачу вам за час консультации, но иногда я завтракаю гораздо быстрее – пятнадцать минут, полчаса, может быть, когда-то и час, если захочется не спешить никуда. Суббота и воскресенье – выходные. От вас ничего не надо: ни вопросов, ни советов – просто быть здесь в шесть утра.

– Я могу…

– Подумать? Нет. Только «да» или «нет». Я не буду тратить время.

– А как долго вам нужна будет такая… услуга?

– Не знаю. Но сразу оплачиваю месяц вперед. Считайте, что покупаю у вас абонемент. Согласны?

Анжелика хотела сказать «нет», но неожиданно для самой себя ответила:

– Да…

Глава 17

Глава 17

«Когда не изменяешь своей большой мечте, не рассеиваешься на десятки других, маленьких, она обязательно сбывается. Так казалось Кате, когда она каждый день начинала рабочий день. А последнее время мечта ее жизни приобрела такой формат, о котором она и не мечтать не могла! Потому что теперь она вела прием не в официальной обстановке пусть даже очень хорошо оборудованного офиса, а в маленькой уютной квартире на первом этаже старого двухэтажного дома, затерявшегося в самом центре города на одной из маленьких улочек.

Решение с этой квартирой пришло очень неожиданно, как и многое приходило в жизни Кати. Однажды к ней на прием пришла очень милая женщина. На все ключевые вопросы у нее были положительные ответы: родители благополучные, муж – вполне приличный человек, есть дочь, есть работа – все хорошо! Катя так и не поняла, зачем она пришла на прием. Единственное, что выдавало какую-то тоску – взгляд! Такой затравленный, угасший. Чувствовался какой-то внутренний надрыв, при этом женщина продолжала утверждать, что у нее все в жизни прекрасно.

– У вас все хорошо, вам просто нужно отдохнуть, – прощаясь посоветовала Катя.

Прошла неделя, другая, и Катя уже почти забыла про эту странную посетительницу, как вдруг получила от нее сообщение: «Здравствуйте! Не могли бы Вы еще уделить мне время, только, пожалуйста, если можно, если вам это будет не сложно, давайте встретимся в неформальной обстановке. В вашем кабинете на меня все так давило, что я не могла быть искренней».

Катя в тот же день с возмущением рассказывала эту историю дома мужу:

– Такой уютный кабинет! Сколько я в него вложила! Обстановка новая, цветы.

– А я тебе давно говорю: пора купить маленькую квартирку и вести прием там. Платишь постоянно аренду в «никуда». А так можем даже в ипотеку взять эту квартиру – и работай себе на здоровье! Это вложение будет понадежнее любой твоей работы – внукам потом будет что передать. А ты, Катюша, все мне не веришь. А тут тебе уже сами клиенты говорят: слишком казенная обстановка в офисе.

Катя знала, что муж всегда все просчитывает, и понимала, что он всегда прав.

А с той женщиной они еще потом не раз встречались. Действительно в неформальной обстановке она разговорилась, оказалось, что за полным внешним благополучием кроется много семейных проблем: страх, что муж уйдет к другой женщине, страх не угодить родителям, страх не справится с упрямством дочери, постоянное напряжение на работе опять же из-за страха сделать что-то не так. И в конце концов, самый большой страх – пойти к психологу и признаться, что у тебя в жизни не все так хорошо. Большая умница, отличница в школе, в вузе, где ее всегда только хвалили, клиентка начала терять почву уверенности во взрослой жизни. И чем больше она пыталась всем угодить – тем меньше получала благодарности. В конце концов из когда-то очень уверенной в себе девушки превратилась в женщину с крайне низкой самооценкой. И близкие люди, самые близкие, те, которые, казалось бы, должны были ее встряхнуть и сказать: «А ну-ка! Никакой грусти, никакой неуверенности, смотри на жизнь веселее! Уделяй больше внимания себе!» – наоборот подыгрывали ее образу какой-то нелепой неудачницы, постоянно указывая ей на то, что она сделала не так в этой жизни, давая советы, как ей надо поступать впредь, полностью гасили ее собственное «я».

Катя всегда замечала, что каждый клиент, которому она помогла, помогал и ей самой лучше понять жизнь. Но эта женщина, назовем ее условно Наташа, помогла ей выйти на новый уровень в работе: ведь и ее саму от этого шага удерживал только страх – страх сделать все не так, как у других, страх взять на себя ипотечные обязательства, страх перейти в новый формат работы, который казался нереальным. А заключался он в том, что она открыла для себя новый способ общения с клиентами – в неформальной обстановке: «завтра к с подругой», «прогулка с подругой», «поездка с подругой».

Такие сессии стали пользоваться большим спросом. Оказалось, что многие женщины на самом деле не хотят признавать свои слабости и тем более делиться с ними на приеме у психолога. Неформальная обстановка позволяла им почувствовать себя раскованнее, свободнее, вроде как гуляешь себе с подругой, болтаешь с ней о жизни, о разных пустяках, а она дает тебе хорошие советы.

Рабочий день должен был начаться через полчаса. Катя всегда заранее приходила на свое, теперь такое любимое, рабочее место. Можно было до начала работы выпить чашечку кофе, просмотреть план на день. Сегодня одна встреча на месте, одна прогулка и групповая терапия на тему «Как зарабатывать больше денег без стресса». За годы работы у нее сложилась практика таких групповых встреч на разные житейские темы. И если, когда она начинала практиковать эту форму работы, на встречу приходили 2-3 человека, то сейчас места разлетались как горячие пирожки сразу после объявления темы. Встречи всегда проводились в уютных кафе. Со стороны посмотреть – сидит компания оживленно беседующих людей. На самом деле, Катя это точно знала, каждый получает для себя важный опыт: слышит мнение незнакомых ему ранее людей, может высказать свою точку зрения, получает вопросы, о которых ранее не задумывался. Такие сеансы не дают мгновенный эффект. Но каждый участник меняет вектор своих мыслей и приходит к чему-то новому, возможно, более рациональному для своей жизни.

День обещал быть интересным».

Анжелика дочитала историю: какая прелесть! Это то, о чем она мечтала, но не могла еще точно сформулировать свои желания. Как здорово, что именно сегодня Елена Павловна оставила ей эти листочки в столовой на том месте, где Анжелика всегда завтракала. Нужно срочно подняться к ней в кабинет и поблагодарить. Чудесная история! Не зря к ней многие обращались, умеет понять человека.

Зная, что Елена Павловна не любит, когда ее отвлекают от работы, Анжелика не без робости постучала в дверь ее комнаты:

– Зайдите!

Анжелика шагнула в кабинет. Елена Павловна сидела за письменным столом, на котором ничего не было, кроме ноутбука. «Я всегда думала, что у писателей стол завален бумагами», – подумала про себя Анжелика, а вслух сказала:

– Елена Павловна, доброе утро! Спасибо огромное за историю!

Елена Павловна, не отрывая глаз от экрана компьютера и продолжая быстро стучать по клавишам ноутбука, неожиданно ответила:

– А почему вы решили, что Вы – успешная героиня этого рассказа. Там, кажется, два образа в этой истории…

Глава 18

Анжелика немного опешила от вопроса Елены Павловны, но быстро спохватилась:

– Я уверена, что этот рассказ про мой будущий успех. Там именно описано все так, как я хочу.

– В любом случае: только вы автор сценария своей жизни. Вам решать!

Анжелика еще раз поблагодарила Елену Павловну и поспешила выйти из комнаты, чтобы не мешать ей и не углубляться дальше в тему, а сохранить уверенность в том, что эта чудесная история именно про нее – про ее успех!

Весь день Анжелика ходила под впечатлением, как точно Елена Павлова поняла, что она хочет от жизни, как подметила деловую хватку Виталика. Не зря она прозябает в этой лесной глуши: у нее сложится все даже лучше, чем она могла подумать.

В таком радужном настроении Анжелика пребывала всю неделю. В эти дни ей даже легче стало работать по утрам. И хотя работа эта заключалась лишь в пассивном сидении перед экраном и попытках отбивать колкости своего клиента, однако теперь Анжелика, вдохновленная историей, особенно старалась держаться спокойно и с достоинством: она-то знает, что это всего лишь маленькая ступенечка к будущему большому успеху. А клиент, нужно отметить, совсем разошелся и все чаще задавал ей вопросы, нисколько не относящиеся непосредственно к работе.

Например, в одно утру, жуя бутерброд и аппетитно прихлебывая кофе из большой синей керамической чашки, он поинтересовался:

– Вот, Анжелика, смотрю на вас и думаю: какой дурью вы маетесь! Поверили незнакомым людям, хотите зарабатывать на том, о чем толком ничего не знаете. Ну как вы можете помочь кому-то, если у вас ни опыта, ни достижений. Ну вот, допустим, от меня ушла жена. И я бы обратился к вам за советом. Чем вы можете помочь? У вас еще у самой нет ни мужа, ни детей. Что вы знаете о семейной жизни?

Анжелика понимала, что лучше всего молчать, потому что этот человек всегда оставался при своем мнении, что бы она ни сказала. Но сейчас решилась ответить:

– Я бы вам посоветовала… Я бы вам посоветовала пересмотреть свое отношение к жене. Я, конечно, ничего не знаю о ней, но я по утрам сижу вроде как на ее месте и понимаю, как ей было непросто с вами.

– И в чем же ей было непросто?

– Чтобы ответить на ваш вопрос точно, мне нужно было бы встретиться с вашей супругой.

– Хорошо. Ну что не нравится вам лично? Не будем сейчас затрагивать мою жену. Я недурен собой. Не так ли? Образован. Хорошо зарабатываю. Заметьте: веду здоровый образ жизни. Уделяю внимание детям. Что не так?

– Вот вы даже сейчас задали вопрос и сами на него ответили, – заметила Анжелика. – И так всегда: для вас не существует другого мнения, кроме вашего собственного.

– И это все мои недостатки?

– Нет, не все. Вы высокомерны и часто проявляете резкость в разговоре даже с чужим человеком, могу себе представить, в какой манере вы разговаривали с супругой, если были чем-то недовольны.

– Да-да, принимаю критику. Но тем не менее вы работаете со мной уже несколько недель. Почему не отказываетесь от такого неудобного клиента? А я еще и время поставил такое, что вам не выспаться в будний день.

Анжелика замялась…

– А я отвечу сам на ваш вопрос, если вы не возражаете. У меня же всегда есть готовый ответ. Вы работаете, я подчеркиваю слово «работаете», так как не ради меня лично вы тут дремлете у экрана по утрам, так как я надежно оплачиваю вашу так называемую «работу». Не так ли?

– Так, – уныло протянула Анжелика.

– Так вот я вас спрашиваю: надежность, с точки зрения женщин, вообще не играет никакой роли? То есть если бы у вас был выбор выйти замуж за человека непростого по характеру, но надежного или человека романтичного, легкого, то вы бы выбрали второго?

Анжелика тут же подумала про Виталика. Он как раз такой – легкий, романтичный. И уверенно ответила:

– Второго.

– Ну я, видимо, точно попал в вашего жениха. Не отрицайте. Так бойко ответили, не постарались даже клиенту угодить, если он хотел услышать другое.

– Но я …

Ей не дали договорить:

– То есть так: вам предлагают выбрать надежную хорошо оплачиваемую работу или работу легкую, интересную, но без малейшей гарантии на стабильную зарплату? Вы еще будете выбирать?

– При чем тут работа? Мы же говорим про семью.

– Мы говорим сейчас про склад характера. Если у вас мозги на месте, вы всегда будете выбирать надежность.

– Мы говорим про семью, про любовь…

– Простите, но я вас не понимаю. Какая любовь может быть, если вы не уверены в своем завтрашнем дне? А дети? Для себя лично вы, конечно, можете выбирать любые «качели», но если речь идет о детях, тогда о чем вы?

Анжелика хотела что-то возразить, но не успела.

– Какие у вас на сегодня планы?

Этим вопросом клиент всегда завершал сеанс. Анжелика, глянув на часы в уголке экрана, несказанно обрадовалась: на целых пятнадцать минут раньше!

– Хочу послушать одну лекцию, кое-что прочитать, и сегодня у меня онлайн-встреча с новым клиентом, – не без гордости отчиталась она.

– Хорошего дня! – небрежно кинул собеседник и исчез с экрана.

Насчет клиента Анжелика нисколько не соврала. Активное продвижение рекламы давало свои плоды.

Глава 19

Глава 19

С наступлением холодов в этом богом забытом уголке стало совсем тихо. Прогуливаясь по единственной улице в деревне, Анжелика никого не встречала. Казалось, что в домах живут невидимки и выдают себя только окошками, которые иной раз бывают открыты и иногда в них горит свет. Анжелика настолько привыкла к этой пустоте улицы, что, когда однажды во время прогулки приоткрылась одна калитка и кто-то крепко схватил ее за руку, она чуть сознание не потеряла от страха: за секунды в голове пронесся самый страшный сценарий финала ее жизни.

– Не бойтесь! Зайдите ко мне на минутку!

Анжелика немного пришла в себя: женщина, державшая ее за руку, казалась вовсе не похожей на злодейку. Это была очень миловидная полненькая дама лет сорока пяти – пятидесяти.

– Ну не бойтесь же! Смелее! Заходите ко мне в гости.

– Простите, ну тут такие правила в этой деревне, что никто ни к кому не ходит, чтобы не мешать.

– Какие еще правила! Правила в деревне! Ну вы насмешили меня. Знать не знаю ни про какие правила. Заходите, я вчера испекла печенье, попьем с вами чай.

Женщина была такой приветливой и доброжелательной, что Анжелика просто не смогла отказаться. «Чего бояться? – подумала она. – Это же закрытая деревня, тут о каждом все известно. Если меня начнут искать, то тетя Маша точно знает мой маршрут. Да и потом… Если этой женщине сдали дом, значит, все в порядке». От тети Маши Анжелика уже знала, что владелец комплекса этих домов очень придирчив, лишь бы кому не позволит заселиться. Всего его постояльцы должны быть людьми серьезными.

– Видите, как у меня тут все уютненько! – продолжала незнакомка, увлекая Анжелику в глубь двора. – А это мой домик! Вы замерзли. Сейчас сразу поскорее поставлю чай.

Анжелика отметила про себя, что домик был одноэтажным и меньше по площади, чем тот, который снимали Елена Павловна с мужем. Сразу с порога они шагнули в небольшие сени, в которых было еще две двери.

– Вот сюда, пожалуйста, направо. Налево дверь ведет в баню. Да-да, не удивляйтесь! Хозяин тут такой фантазер. Дом маленький, а внутри все есть: удобства и даже банька. Мне, правда, париться как раз нежелательно, по здоровью. Но муж сказал, что цена аренды не зависит здесь от бани. А вот моя кухня. Смотрите, я привезла с собой свои орхидеи. Скажите, ведь сразу с ними уютнее? – незнакомка так быстро говорила, что Анжелика не успевала вставить слово. – Вот тут я пекла печенье. Духовка, знаете, вполне хорошая. Ну весь дом я вам сейчас показывать не буду, я еще не совсем навела такой порядок, как люблю. Здесь еще спальня и гостиная. Потом, когда все доделаю, приглашу вас на новоселье.

Анжелика про себя отметила: «Она что? Собирается тут всю жизнь что ли жить – новоселье справлять».

– Вы знаете, я тут уже целую неделю живу. И удивляюсь: никого нет! Вот вас только заметила на этой дорожке пару раз. Сразу не решилась остановить. А сегодня думаю: нет, не могу я сидеть тут в одиночестве вечно, а эта девушка такая симпатичная, мы точно должны с ней подружиться. Я и печенье, если честно, специально для вас испекла. Я-то сама стараюсь ограничивать себя в мучном. Хотя муж говорит, что полнота мне очень идет. Меня зовут Варвара. А вас как?

– Анжелика.

– О! У вас тоже редкое имя! Но вы садитесь, садитесь за стол, чего же вы стоите, – суетилась Варвара.

Анжелика только сейчас заметила, что стоит возле стула и не решается сесть. И вообще, несмотря на открытость новой знакомой, чувствует себя неловко: во-первых, приглашение это было очень неожиданным, во-вторых, ей казалось, что она сама одичала за месяцы, проведенные в этой деревне. Раньше она легко и непринужденно заговаривала с абсолютно незнакомыми людьми – благодаря работе в ювелирном магазине у нее были навыки общения с самыми разными типажами. Сейчас же она растерялась и не знала, как поддержать разговор. К счастью, хозяйка оказалась сама большой болтушкой и тараторила без перерыва:

– Тут такая странная деревня! Вот неделю смотрела в окно – и почти никого не видела. Какие-то пожилые женщины пару раз прошли, дед на велосипеде проехал тут и обратно – и никого больше! Ой, как я обрадовалась, когда увидела, что вы тут есть. Эта деревня вымирающая что ли? Не знаете?

– Да вроде нет, наоборот, сюда приезжают люди поработать.

– Поработать? Так как же они работают, если никого не видно? В полях что ли?

– Не в этом смысле поработать, не физически.

– В деревне не физически?

– Вот именно. Сюда приезжают люди, которые ищут тишины и спокойствия, им нужно пространство для духовной, так сказать интеллектуальной работы, чтобы их никто не отвлекал.

– Понятно, понятно теперь, почему муж меня сюда отправил. Он так и сказал: «Варюша, тебе надо отдохнуть, собраться с силами. Есть прекрасное место, где ты будешь в спокойствии».

– Вы над чем-то работаете? – Анжелика посчитала уместным и самой задать даме вопрос.

– Я? Я замужем. Это и есть моя работа. Знаете ли, у мужа моего должность… Не буду говорить какая, но он очень занятой человек. Я тоже могла построить карьеру, но выбрала семью. Да! Семью. А вы, Анжелочка, здесь с мужем?

– Нет, я только собираюсь выходить замуж, пока работаю над своей темой.

– И какая же у вас тема?

– Я психолог, – Анжелика давно мечтала вот так громко и уверенно сказать кому-то, что она психолог. – Я психолог, помогаю людям разобраться в трудных жизненных ситуациях.

Но особого эффекта это заявление не имело.

– Ну надо же… Давайте еще подолью вам чайку. А я никогда в жизни, ни разу не обращалась к психологам. Хотя, скажу вам по секрету, мои две приятельницы регулярно ходят на сеансы психологов. У одной проблемы с мужем, у второй просто денег куры не клюют. Но меня бог миловал: в семье все в порядке и лишних денег не водится. А ваш жених тоже здесь?

– Нет, я здесь одна, работаю, а он в городе, тоже работает.

– Слушайте, это какая-то ерунда получается. Он там, вы здесь…

– Я работаю над важной темой, от нее зависит мое будущее в профессии, поэтому мне нужны были такие условия, – постаралась оправдаться Анжелика.

– Как вам мое печенье?

– Очень вкусное! Тает во рту.

– Я обязательно дам вам рецепт. Вашему жениху тоже понравится. Когда выйдите замуж, будете его баловать.

Анжелика вдруг представила: как это здорово – просто беззаботно печь печенье, чтобы порадовать Виталика. Когда-то, и уже очень скоро, этот момент наступит.

– Спасибо, думаю, моему будущему мужу обязательно понравится это печенье.

– Я даже не знаю, как это обращаться к психологу. Что ему надо говорить. Вы мне потом обо расскажете. Это такая удача познакомиться здесь, в деревне, с такой милой девушкой, да еще психологом. Знаете, я очень люблю интересных людей. Вы, может быть и психолог, но я вам тоже дам пару дельных советов на будущее. Знаете, как много зависит от женщины в семье?

– Конечно.

– Вот это очень хорошо, что вы это понимаете. Знаете, некоторые женщины очень легкомысленные, и только поэтому у них не получается счастливый брак. А знаете: сколько раз мой счастливый брак мог пошатнуться, если бы я не проявила женскую мудрость?

– Да не сосчитать сколько! Это в двух словах не расскажешь. Ох, как я рада, что вы ко мне зашли в гости! Мы с вами еще обязательно встретимся и наговоримся.

Анжелика глянула на часы: «Правда, пора и честь знать».

– Спасибо большое за чай, изумительно вкусное печенье. Я вас тоже как-нибудь к себе приглашу.

– Вы уже уходите?

– Да, спасибо. У меня еще сегодня работа есть.

– Да-да, понимаю, понимаю. Я и сама сейчас чем-нибудь займусь. А вы всегда заходите, когда проходите мимо!

Тепло попрощавшись с Варварой и дав обещание обязательно к ней заходить, домой Анжелика возвращалась в прекрасном настроении. Последнее время она была окружена такими серьезными людьми, что час в гостях у этой милой болтушки был как глоток свежего воздуха – есть же люди, которые живут чувствами, не строят большие планы, радуются житейским делам. С ними рядом так легко и просто!