Ангелы бесплатное чтение
Ангелы
Всеволод Сотов
рассказ
1
Было еще совсем раннее зимнее утро, когда они прощались. Юра смотрел ей в лицо, но не рассчитывал увидеть в нем хоть что-нибудь. Свое он уже один выплакал в гараже, сказав ей, что отмечает отвальную с пацанами, а ее чувства были слишком затуманены женской формой неприятия, обличенные в кокон агрессивного безразличия. Она давно ему уже все сказала, и сейчас, отворачивая заспанное лицо со спутанными волосами, Аня не хотела видеть его взгляд, чтобы опять не начинать все сначала. Он держал ее за плечи, а она куталась в рваный домашний халат поверх сорочки. Ее живот уже обрел форму, провоцирующую на догадки и сплетни. В коридоре было холодно, и ей скорее хотелось забраться в теплую кровать.
– Ангелы мои, ждите меня! – сказал он.
Аня подняла на него осторожный и безразличный взгляд.
– Помнишь? Когда мы сидели в Ейске и смотрели на падающие звезды? Облака на закате, они стали как ангелы.
– Помню.
– И я тогда сказал, что ты мой ангел.
Аня слабо улыбнулась и отвернула лицо. Она помнила, но с тех пор прошло уже слишком много времени, и все это было совсем в чужой для нее жизни. Все звезды давно спали с неба.
Юра крепко обнял ее.
– Ангелы мои, ждите меня! – повторил он.
Уже собравшись выйти за дверь, он почувствовал, как Аня остановила его, протянув тряпичный пакет.
– Возьми, я блинчики испекла и…
– Спасибо, – Юра улыбнулся, поймав ее взгляд. Стена безразличия защищала Аню.
Он ушел, а она поспешила вернуться в кровать и укутаться одеялом. Она еще хотела догнать уносящийся, как поезд, сон.
2
Заходя в разрушенный поселок, они попали в засаду. Пуля-дура пронзила височную область прямо под шлемом с шапкой и застряла в тканях уже на выходе. Он даже не успел зажмурить глаза, которые выперли из орбит. Под бушлатом ёкнуло сердце.
Двигаясь малой группой, рассредоточено и под покровом тумана, им удалось избежать больших потерь, сразу же отойдя на исходные позиции. Но авангард был посечен шквальным встречным огнем. Застройку стали накрывать артиллерией.
Его оттащили в подвал в надежде, что трансплантологи смогут поживиться хоть чем-то, но здание накрыла мина, и его бросили в сточную канаву за домом.
Уже через день село было полностью взято.
3
В военкомате ее уже узнавали и даже слегка посмеивались. От суда Аня перестала ждать признания ее мужа умершим. В надежде получить хоть какую-то информацию она который уже раз приходила к военному комиссару. В этот день она принесла коньяк «Ной» по твердому настоянию ее матери, которая осталась с маленьким двухлетним Сашей.
– Уберите это, – сказал комиссар.
– Я не знаю, что мне делать.
– Устраивать свою жизнь, – сказал комиссар, – я же вам говорил, нужно, чтобы прошло два года. В прошлом году закончились боевые действия. Через годик вы получите документы.
– Почему вы так говорите?
Комиссар поднялся, чтобы лучше держать себя в руках. Эта чокнутая все еще его ждала.
– Воды хотите? Чаю?
– Нет, спасибо.
– Ну, я вот что вам скажу. Я вас прекрасно понимаю. Но, если он не погиб, то что же получается, что он дезертир?
– По мне бы лучше дезертир.
Они уже это проходили, и он использовал все методы убеждения, на какие был способен.
– Я вас понимаю, – опять сказал он.
4
Коньяк она вернула матери. Та в недоумении смотрела на Аню, но отец только обрадовался. Под вечер они опять рассорились, Аня хотела забрать Сашу с собой, но мать не дала.
– Анечка, уже поздно, – сказал отец, как всегда, утешая ее, – оставайся у нас.
Она прятала глаза, а когда их взгляды пересекались, отец наталкивался на холод безразличия.
В это позднее время Аня никогда не пошла бы через темный парк, у которого в последнее время к тому же была очень плохая репутация. Обычно все обходили парк по осветленным улицам, на что могло уйти до получаса. Аня чувствовала себя сильно уставшей, и над тяжестью усталости витала мысль о том, что пусть уж лучше ее сегодня убьют в этом парке. И самое страшное было то, как легко Аня принимала эту мысль к сердцу. Очередная волна депрессивного одиночества нахлынула на нее в ответ на все безуспешные попытки хоть как-то устроить свою жизнь. Так было не всегда, но в этот раз она даже как-то слишком легко ступила на гравийную дорожку, ведущую через парк.
По мере сгущения темноты страх начал сковывать ее жилы, и она несколько раз ловила себя на шальной мысли – может, все-таки вернуться и пойти по улицам в обход. Но откуда-то взявшаяся смелость, которая никогда не была ей свойственна, гнала ее вперед.
Ветка хрустнула где-то сзади справа, совсем не далеко. Ее тело с пяток до самой макушки пронзил озноб. Она резко развернулась, но ничего кроме темных силуэтов деревьев не увидела. Уткнувшись взглядом в землю, она ускорила шаг, оступившись на длинном каблуке.
Внезапно она поняла, что хочет жить. Всю глупость с ее одиночеством, как ветром сдуло. Но теперь она уже отчетливо слышала, как ветки то и дело ломались следом за ней. Кто-то приближался, пробираясь к ней через кусты. Ее горло сдавил ком немой боли.
Она почти перешла на бег, но споткнулась и ушибла коленку, разодрав ее до крови. Кое-как поднявшись, она, застонав, продолжила быстрый шаг.
Аня сказала себе, что будет кричать, хотя и знала, что никто ее здесь не услышит. Только чокнутая могла пойти через парк в такое время. Хруст веток за спиной прекратился, отчего ей стало еще ужаснее. Сердце бешено заколотилось, а какой-то голос в голове требовал повернуться. Странный холодный голос, который желал, чтобы она увидела смерть в лицо. Оборачиваясь, она услышала частые шершавые шаги по гравию.
– Кто вы, что вам надо? – еле выдавила она черной фигуре, которая шла прямо на нее.
Мужчина достал длинный нож, она это видела. Зачем он достал нож?
– Пожалуйста, не надо, – сказала она, выставляя руки перед собой. В висках билось ее сердце. Мать смеялась над ней.
Ноги ослабли, и она оступилась на каблуке, как вдруг услышала:
– Ангелы мои, ждите меня!
Мужчина с ножом остановился, обернувшись в сторону голоса. Аня тоже посмотрела в черноту за кустарником. Там кто-то был, она видела слабый силуэт. Мужчина с ножом юркнул в кусты с противоположной стороны. Опять захрустели ветки.
– Юра? – спросила она в черноту.
Но никто ей ничего не ответил. Аня всматривалась в темноту, но никакого силуэта уже не видела.
А когда она добралась до квартиры, тяжело дыша и постоянно возвращаясь к боли в коленке, Аня уже и не совсем понимала, что же произошло с ней в парке.
5
Ее близкая подруга Света, с которой они учились в школе, недоумевала:
– Ты посмотри на себя в зеркало! Ты ведь молодая и очень красивая! Так и будешь ждать?
Они пили дешевое вино на кухне, и у Ани уже слегка затуманились мысли. Она могла бы многое сказать Свете, однако говорить ничего не хотелось, потому что она была полностью согласна со Светкой. А вся эта история о том, почему она так и не завела новых отношений, уже почти скинула засохшую шелуху оправданий заботой о маленьком Сашке и надеждой, что Юра все еще был жив. Случай, произошедший в парке около полугода назад, тоже эмоционально почти стерся. Она в красках рассказала Светке обо всем, что тогда произошло, умолчав лишь о том, что кроме нее и маньяка в парке был кто-то еще. И этот кто-то будто бы крикнул тогда то, что знали только она и Юра. В голове не укладывалось.
– Ну? – Света в упор смотрела в лицо Ани, – так и будешь мучить себя и Сашу?
Аня пригубила вино и засмеялась. Ну не в клуб же ей идти? Где сейчас эти мужики водятся?
– Знаешь что? У нас появилось место делопроизводителя. Я поговорю с начальником, чтобы тебя взяли. Хватит тебе на шее у родителей сидеть.
– Света, нет! Я не справлюсь, я и компьютера-то не знаю.
А уже через две недели она работала в небольшом, но очень уютном офисе с евроремонтом, навесными потолками и электрическим чайником. Удивляясь самой себе, Аня справлялась с работой на отлично. Она легко освоила пиратский офис от компании «Майкрософт» и набирала ровные и красивые документы, которые всем очень нравились.
Они по-прежнему часто общались на кухне, и Света всегда испытывала теплое чувство превосходства, потому что это именно она устроила Аню в офис. А когда начальнику Виктору Сергеевичу уже стало сложно скрывать свои чувства к Ане, и весь офис за его спиной хихикал над такой пикантной историей, разыгрывающейся у всех на глазах, Света даже сама не подозревала, как быстро переменит отношение к подруге. Вначале она говорила:
– А ты, я смотрю, совсем не дура! Как он блеет перед тобой! А вчера выронил ручку, ну, как школьник, честное слово! – Света смеялась, будучи уверенной, что при всех чувствах Виктора Сергеевича, дистанция между ним и Аней останется непреодолимой.
Но уже через месяц, будучи сотрудницей отдела кадров и узнав, что Аню собираются сделать личным секретарем Виктора Сергеевича, Свете стало не смешно. А щупальца зависти, поначалу охватившие ее сердце, теперь вдобавок пустили едкий яд презрения и ненависти. Да кто такая эта Аня, чтобы за ней бегал сам Виктор Сергеевич?
– Он пригласил меня на свидание, – сказала Аня в прихожей. Она забирала Сашу у Светы и выпроводила его в коридор подождать, пока они с тетей Светой перекинутся парой слов.
Света кусала губу, но все же нашла в себе силы сохранить лицо. Она повернулась к Ане с улыбкой.
– Ну а ты что? Сходи, конечно! Это так здорово!
– Вот и мама говорит, что нельзя упускать этот шанс.
– Надо слушаться маму! – сказала Света, а сама была уверена, что ничего у них не выйдет. Виктор Сергеевич был мужиком хватким – только такие могли вести успешный бизнес – и никогда не тянул с тем, чего хотел добиться. Он и женат не был поэтому. – Ты очень красивая! У тебя все получится.
– Ты так думаешь? Спасибо тебе!
В самом дорогом ресторане «Встречи» было полно народу. Аня никогда не бывала в таких местах. Она надела свое самое лучшее платье, но даже в нем все равно выглядела блекло и неуверенно. Аня была уверена, что Виктору Сергеевичу было очень стыдно находиться рядом с ней. Хотя он и не подавал виду.
Они сели за столик у окна, и это было как в сказке. Уютный ресторан, приятная музыка, за окном прохладный зимний вечер, а они сидели на мягких креслах в тепле и расслабляющей атмосфере. Аня была очень благодарна Виктору Сергеевичу за то, что он полностью взял на себя общение с официантом и порекомендовал ей очень дорогое блюдо из мяса. А пока они ждали еду, им принесли волшебное вино, и они пили его, и Аня никак не могла перестать удивляться про себя, что вино может быть таким вкусным.