Эндорфин бесплатное чтение

Глава 1

Предисловие от автора:

Дорогие мои читатели, спасибо, что дождались.

Я знаю, многие из вас ждали продолжения истории Мии и Дэймоса с того самого момента, как закрылась последняя страница «Дофамина». Но я сознательно не начинала публикацию «Эндорфина» во время праздников. Новогодняя суета, каникулы, время, когда все мы немного отключаемся от реальности и погружаемся в семейные хлопоты – это прекрасно, но я знала: эта книга заслуживает вашего полного внимания. А я очень хочу ваших отзывов, вашей обратной связи, вашей искренней реакции.

Потому что именно вы делаете мои книги живыми.

Я получила так много невероятных отзывов на первую книгу. Поэтому я очень надеюсь, что и здесь, в «Эндорфине», вы меня поддержите. Напишете. Расскажете, что чувствуете. Потому что эта книга – не просто о любви. Она о выборе. О том, можно ли простить непростительное. О том, как склеить себя из осколков, когда кажется, что ты разбит навсегда.

Небольшое важное уточнение:

Внимательные читатели могли заметить, что в «Дофамине» помощницу Дэймоса звали Валери. В «Эндорфине» вы встретите её под именем Николь.

Да, я изменила имя. Работая над второй книгой, я поняла, что этот персонаж, гораздо более глубокий и интересный, чем я изначально планировала. Николь – это не просто эффективная ассистентка, холодная и безупречная. Это женщина со своей историей, своими демонами, своими мечтами.

И, возможно, она однажды получит собственную книгу.

Что вас ждёт в «Эндорфине»:

Если «Дофамин» был о зависимости и о том, как страсть затягивает, разрушает, сжигает дотла, то «Эндорфин» будет об исцелении.

Но исцеление, это не мгновенный процесс. Это не «прости меня» и «хеппи-энд» через три главы. Это боль. Это работа. Это ежедневный выбор – доверять снова, когда доверие разбито. Любить снова, когда любовь причинила боль.

Мия и Дэймос пройдут через ад. Отдельно и вместе.

Моя история – о людях, которые НЕ умеют любить, но очень хотят научиться. Ведь не всех нас научили любви, а большинству из нас в детстве ее просто не дали в необходимом количестве. Многих из нас не любили без условий, и это отложило свой отпечаток на нас.

Приготовьтесь. Будет больно. Будет красиво. Будет реально.

Глава 1

Мия

Двери лифта распахиваются с колокольным звуком, и я выхожу слегка шатаясь, будто пьяная, хотя трезвее не была никогда в жизни.

Лобби встречает меня белым светом, слишком ярким, режущим глаза. Мраморный пол под ногами ощущается таким холодным и скользким. Черт, только сейчас осознаю, что сбежала из пентхауса Дэймоса босая. Делаю шаг, ещё один, и понимаю, что не чувствую ног. Не чувствую тела. Только шум в ушах – монотонный и оглушающий, он разрывает голову изнутри.

Охрана окружает меня мгновенно, и сейчас, я как никогда рада видеть своих бодигардов, поскольку меньше всего, я хочу, чтобы Кайс добрался до меня не только по видеосвязи. Поднимаю взор на двух знакомых мужчин в черных костюмах: их лица напряжены и внимательны:

– Мисс Вайс, вы в порядке?

Их голоса доносятся до меня словно сквозь вату. Я моргаю, пытаюсь сфокусироваться на них.

– Лифт заблокировался, я думала, что застряла надолго…

– Мы в курсе. Камеры были отключены, но причина не ясна: это технический сбой или попытка вновь причинить вам вред. Вы можете рассказать нам все подробности?

– Ничего не случилось. Свет в лифте погас, он остановился. Я словила паническую атаку в полной темноте, но после он начал двигаться вниз.

Я не собираюсь докладывать им всю правду. Это может спровоцировать Кайса на более звериные и активные действия. Честно говоря, я правда не знаю, как мне лучше всего поступить, чтобы сохранить свою безопасность. И возможно…сохранить в безопасности моего ребенка.

Моего ребенка.

Я назвал его Михаил.

Господи, если это правда…если ой малыш, которого носила под сердцем семь месяцев жив…я тогда вообще уже ничего не знаю об этой жизни. И я даже не знаю, правда это или нет.

Если это игры Кайса и психологическая уловка или манипуляция – то это очень жестоко. Несправедливо жестоко и бесчеловечно. Но от данного экземпляра можно ожидать, что угодно.

– Вы уверены, что больше не произошло ничего подозрительного? – уточняет один из бодигардов, пока второй тихо переговаривается по рации.

– Я очень сильно испугалась. В очередной раз. На этом все…

– Мисс Вайс, вам необходимо вернуться домой, к господину Форду, – я отрицательно мотаю головой, прекрасно понимая, что даже в таком уязвимом состоянии я не хочу сейчас видеть Дэймоса. Я не могу принять его таким…таким жестким. Это небезопасно, это страшно. И однажды, подобный мужчина уже причинил мне невероятную боль. Даже если Дэймос в десятки раз лучше Кайса аль Мансура, он все равно не тот, кто мне нужен.

Я в этой жизни, хочу одного – спокойствия, мать вашу. Надежности. Стабильности. И уравновешенного и здорового мужчину! Должен же быть в паре хотя бы один психически здоровый человек.

Стою посреди лобби, обхватив себя руками, и дрожь проходит по телу дикими волнами – от самого затылка до пяток. Не могу остановить ее. Не могу контролировать себя.

– Мия! – женский оклик прорезает шум в ушах.

Эвелина врывается в лобби: ее волосы растрёпаны, а глаза широко распахнуты, лицо бледное. Взгляд «подруги» хаотично скользит по мне, и я чувствую странное и незнакомое напряжение, между нами.

– Ты жива?! Ты точно в порядке? – она почти бежит ко мне, руки тянутся к объятиям. – Боже, я думала… когда увидела, что с тобой что-то произошло на той улице…я себе места не находила. Но тебя окружила охрана и я не подошла сразу. А потом тебя увезли, – сразу оправдывается девушка.

Эва останавливается в шаге от меня, и я вижу слёзы на её щеках. Настоящие? Или очень хорошо сыгранные? Я уже никому и ничему не могу доверять.

– Мия, с тобой всё в порядке? Говори что-нибудь! Скажи мне.

Я изучающе смотрю на неё: на её обеспокоенное лицо и на дрожащие руки девушки, вспоминая нашу последнюю встречу в кафе. Как именно она позвала меня, именно в то время. Вспоминаю, страшное покушение на мою жизнь и внешность…что-то холодное вдруг сжимается в груди до нестерпимой боли.

– Это ты меня сдала? – шепчу я, и голос звучит чужим.

Эвелина замирает и ее глаза становятся еще шире, челюсть слегка падает.

– Что?

– Я спросила, – повторяю я громче и чётче. – Это ты все подстроила?

Между нами воцаряется слишком долгая тишина, охрана встает между мной и Эвой.

Я вижу, как что-то мелькает в её глазах – секундная заминка, микровыражение, которое она не успевает скрыть.

Страх. Или вина. Возможно, черт возьми, я себе придумываю…

А потом маска возвращается на ее черты, и вот она снова обеспокоенная подруга, которая не понимает, о чём речь.

– Мия, ты просто в шоке, – говорит она мягко, тянет руку ко мне. – Давай я отвезу тебя…тебе нужна поддержка по-настоящему близкого человека, а не своры охраны.

– Не трогай меня. Я больше не уверена, что могу тебе доверять.

– Это он промыл тебе мозги, да?

Она отдёргивает руку, словно я ее обожгла. Мы стоим, глядя друг на друга, и в воздухе висит невысказанное обвинение.

– Очнись, Мия! – голос Эвелины становится резче. – Ты думаешь, я… что?! Подстроила нападение? Серьёзно?!

Она делает шаг ближе, и я вижу, как лицо меняется и из обеспокоенного становится почти обиженным.

– Я была рядом, когда ты потеряла ребёнка, – произносит она тише, но каждое слово звучит для меня как удар хлыста. – Я держала твою руку в больнице, когда врачи сказали, что он не выжил. Я сидела с тобой ночами, когда ты не могла перестать плакать. Я была там. Где были все остальные? Никого не было рядом, только я. Как ты смеешь меня обвинять после этого.

Что-то дрогнуло внутри: словно она провела ледяным лезвием по моим старым шрамам и распорола их. Она права.

– Это не ответ на мой вопрос, – говорю я, и голос не дрожит больше. – Ты была в том кафе. Ты позвала меня туда. И женщина с кислотой появилась там не случайно. Я видела твое лицо…

– Я была в шоке, не знаю, что ты там увидела на моем лице, но я точно не желаю тебе зла! – бросает Эвелина быстро. – Мия, послушай себя! Ты параноишь!

– Может быть, – киваю я. – А может, на это есть реальная причина.

Эва открывает рот, чтобы ответить, но тут в лобби входит Николь и быстро направляется к нам.

Это непоколебимая блондинка, как всегда очень спокойная и собранная: на ее фигуре красуется черное кашемировое пальто, волосы идеально уложены, лицо остается невозмутимым и слегка строгим.

Она быстро окидывает взглядом развернувшуюся перед ней сцену: меня, дрожащую посреди лобби; Эвелину, застывшую в защитной позе; охрану, нервно переминающуюся в стороне.

– Мы уезжаем, – произносит Николь коротко, и даже не обращается к кому-то конкретно, а просто констатирует факт.

Ассистентка Дэймоса подходит ко мне, медленно кладёт руку на спину, лёгким прикосновением направляя меня, но не оказывая давления.

Эвелина делает шаг вперёд.

– Подожди, я могу…

– Нет, – обрывает Ника, и в ее голосе звенит лёд. – Не можешь. Оставь ее в покое, пока я не приказала охране выставить границу более жёстким образом, – «адвокат дьявола» поворачивается к ней, и я вижу, как Эвелина сжимается под этим взглядом.

– Отойди, – бросает Николь тихо, но в тоне столько власти, что Эвелина послушно делает шаг назад. Валерия ведёт меня к выходу. Я иду, не оглядываясь, но слышу шаги за спиной.

– Мия! – раздается мне вслед голос Эвелины. Такой отчаянный, почти умоляющий.

Я останавливаюсь и оборачиваюсь на человека, который реально поддерживал меня в самые трудные жизни.

Она стоит посреди лобби, и лицо её – странная смесь страха и чего-то ещё. Сожаления? Или расчёта?

– Посмотри на него трезво, – шепчет она, и голос эхом отдаётся в пустом пространстве. – Дэймос Форд. Посмотри, кто он на самом деле. Он тебя сломает.

Я хочу ответить, но Николь тянет меня дальше, и мы выходим через двойные двери на достаточно прохладный воздух. Стоить отдать должное охране: мне уже принесли теплейшие угги и мои ноги мгновенно согрелись натуральной шерстью.

Последнее, что я вижу, слегка обернувшись, это Эвелина, всё ещё стоящая в лобби, смотрящая нам вслед жалобным, почти слезливым взором. Но я больше не уверена ни в ком. Может ли предать тот, кого ты считал близким?