Поганка бесплатное чтение
![](/img/b/43367.jpg)
Глава 1
– Мама, одумайся! Это какое-то безумие! – возмущенно воскликну я, наплевав на косые взгляды посетителей кафе.
Интересно, почему именно в моей любимой кофейне она решила сообщить мне это пренеприятнейшее известие? Видно надеялась, что я постесняюсь устроить скандал публично. Ну что ж, она ошиблась – не постесняюсь.
– Полина, сядь, – настояла мама, смущенно оглядываясь по сторонам. – Откуда столько эмоций? В конце концов, это моя жизнь и моё личное счастье. Ты девочка взрослая и должна понять.
– Понять? Сейчас тебе удобно рассуждать о моей взрослости. А когда именно я повзрослела, мам, не подскажешь? А я скажу: четыре года назад, когда соскребала тебя с пола, пока ты отходила от этого развода! Пока я самостоятельно покупала продукты и готовила нам еду, бесконечно выслушивала тебя и утешала, прятала бутылки с вином, а потом шла делать уроки, чтобы мою несчастную мамочку не тревожили по поводу моей успеваемости. Хорошо, что по суду нам достался дом и какие-то деньги, на которые мы могли жить, пока ты выпала из своей жизни и жизни своего ребёнка.
– Ты утрируешь, – отмахнулась мать, поправив свое блондинистое каре и уставившись в окно. – Да, я переживала, потому что любила. Прошло время, я научилась жить без него, но эти чувства по-прежнему сильны и, как оказалось, Юра тоже всё ещё любит меня.
– Где ты только его нашла на свою голову? – прошипела я, отпивая ледяной хорнет.
– Столкнулись на вечеринке по поводу открытия ресторана на Пушкина, в котором я оформляла летнюю террасу.
– А он что там забыл?
– Он главный инвестор проекта.
– Ну конечно, кто бы сомневался, – скривилась я.
Мы вернулись домой в тревожном молчании. Я поднялась на второй этаж и заперлась в своей комнате. Подошла к тумбочке, достала шкатулку и уставилась на блистеры недопитых транквилизаторов. Годны еще пару месяцев, в крайнем случае… Нет! Захлопнула крышку. Я не для того два года ходила на психотерапию, чтобы вернуться к таблеткам.
За что мне всё это?! Клан Амурских вновь намерен испортить нам жизнь? Мне казалось, что я избавилась от этой ярости и немыслимой жажды мести, но стоило показаться призраку этих рыжих мерзавцев, как меня вновь накрывает такой ненавистью, будто прошло не четыре года, а четыре дня.
Всего несколько свиданий и он вновь делает моей матери предложение! Такое ощущение, что она только этого и ждала – даже фамилию не сменила после развода. Какое безрассудство! Как можно было забыть все эти унижения и измены? Здравый рассудок и влюбленная женщина несовместимы. Я не в силах её изменить, но в силах избавить себя от лицезрения их «счастливой» семейной жизни. Через неделю мне, наконец, исполнится восемнадцать и я смогу сама снять квартиру, подписав договор аренды. Знала бы я заранее, какую подлость приготовила мне судьба, поступила бы в университет в другом городе и попросила комнату в общежитии. Но имеем то, что имеем.
Юрий Амурский вошел в наш дом овеянный лучами утреннего солнца точно греческое божество. Не сомневаюсь, что моя мама увидела его именно таким, отвлёкшись от панкейков на плите и глупо улыбаясь своему суженому-ряженому. Я же смотрела на самодовольного стервеца с чрезмерно любезным белоснежным оскалом.
– Полина, поздоровайся с Юрой. Ты что, ещё не проснулась? – буркнула родительница.
Я нарочито громко сёрбнула чай, отставила чашку и недовольно сощурилась.
– Может мне его ещё папой начать называть? Раз уж мы снова большая дружная семья.
Мама собиралась было возмутиться, но её перебил жених:
– Я не против. Ты очень выросла, Полина. Настоящая красавица, совсем как мать.
– Льстец, – сладко хихикнула она, смахивая с мужчины несуществующие пылинки. – Не обижайся на Полю, она просто за меня переживает, но я-то знаю, что для этого нет причин.
Я закатила глаза и встала из-за стола, намереваясь где-нибудь спрятаться от этой тошнотворной сцены.
– Ничего, через несколько дней приедет Ян, и ей будет с кем пообщаться на равных.
Мои руки похолодели, сердце пропустило удар, даже во рту вмиг пересохло. Всепоглощающая тихая паника охватила мое тело ледяными тисками.
– В каком смысле? – спросила не без усилия. – Он тоже женится?
– Я пригласила пожить их с нами, чтобы не тратиться на гостиницу. В конце концов, это тоже их дом, – беспечно пояснила мама. – И, конечно же, Ян не мог пропустить свадьбу отца. Почему тебя это удивляет?
– Этот дом был их, а теперь он наш, не забывай. Разве этот… Ян не где-нибудь в Англии на учёбе?
– Он закончил в этот году бакалавриат, а сейчас на каникулах, – не без гордости за своего отпрыска ответил Юрий.
– Понятно, – сухо прохрипела и пошла наверх, вяло переставляя ноги по ступенькам, окунувшись в какой-то оглушающий омут, будто всё это происходило вовсе не со мной.
Ян. Ян – это отдельная и бо́льшая часть моей психотерапии. Я просто не смогу заново пройти через весь этот ад. То время, когда мы жили под одной крышей с нашими родителями, до сих пор вспоминается с неподдельным ужасом и содроганием. Два года издевательств, насмешек и, как вишенка на торте, домогательств к четырнадцатилетнему подростку! Я была напугана и по-детски глупа. Не понимала, как действовать и где искать защиты. Уверена, расскажи я сейчас маме о том, как мне приходилось выживать в семье Амурских, она отмахнулась бы ровно так же, как сделала это утром в кофейне. А я, между прочим, до сих пор не могу заходить в ту кладовку.
Этот вечер мне не забыть: в доме пахло вишневым пирогом, я вышла из комнаты, чтобы спуститься на кухню, в коридоре стоял Ян – долговязый рыжий гад. Он соврал мне, что моя мама попросила принести новый рулон бумажных полотенец, а он никак не может его найти. Я фыркнула, но пошла за ним в кладовку. Опомнилась лишь тогда, когда он зашел следом за мной в тесное помещение, захлопнул дверь, предварительно щелкнув выключатель снаружи. Удушающая оторопь вмиг овладела моим телом, я вжалась в ближайшую стену, всецело ощущая свое бессилие и обреченность в этой темноте. Я искренне думала, что он собирается меня придушить либо изнасиловать, и мрачно рассуждала, какой из этих вариантов был бы меньшим из зол. На спасение я даже не рассчитывала. Мама позабыла о моём существовании два месяца назад, с того дня, как к нам заявилась любовница Юрия и сообщила о своей беременности. Скандалы и слёзы стали обыденностью в этом доме, и если раньше от Амурских страдала только я, то теперь страдали мы обе. Ян ощутил свою всецелую власть надо мной, зная, что мне никто не поможет, и перешел от запугиваний и оскорблений к конкретным действиям.
– Я буду кричать. Выпусти меня отсюда, придурок, – огрызнулась запуганным зверьком.
– Кричи, – хмыкнул парень, включил громкую музыку на своем смартфоне и закинул его на верхнюю полку. – И не в твоих интересах меня обзывать, Поганка.
– Меня зовут Полина, – привычно ответила на прозвище, которым он давно меня окрестил. – Что тебе нужно?
– Просто захотел пообщаться поближе со сводной сестрой, – его ладонь легла на мою голову и спустилась по полотну черных волос на лопатки.
Я дернулась и от страха задышала быстрее, ослепленная кромешной мглой. Ян стоял за моей спиной, обнюхивая меня и прижимаясь сильней. Он был выше меня на две головы и казался мне очень сильным, несмотря на то, что из-за высокого роста выглядел достаточно худым. По сравнению с ним я была просто мышкой. Безвольной и приговоренной.
– Хочешь выйти? – шепнул он прямо в ушко.
– Да.
– Тогда позволь себя поцеловать.
– Ты спятил! Этого не будет, – я уткнулась лбом в стену, прикрывая лицо ладошками.
– Поганка, я же знаю, что ты ещё ни с кем не целовалась. Лучшей кандидатуры тебе не найти.
– Ты мой сводный брат! – выкрикнула явный аргумент.
– Скоро им не буду. Бумаги на развод уже поданы.
– Это не сделает тебя менее мерзким в моих глазах. Выпусти меня! Иначе…
– Иначе что? – скептически уточнил он.
– Иначе тебя посадят! Я несовершеннолетняя.
– Так и мне восемнадцать только через три месяца. Да и как ты докажешь факт поцелуя? Удивляет твоя глупость, ничего о жизни не знаешь, – Ян медленно убрал мои волосы на одну сторону и наклонился к прикрытому руками лицу. – И как ты только будешь жить без меня, если наши предки всё-таки разведутся?
– Прекрасно! – с надрывом заявила я.
– Ох, Поганка, это удар в самое моё сердечко. Даже скучать не будешь?
– Ни минуты.
– Ладно, раз наши чувства не взаимны – отпущу тебя. Идём есть пирог.
Я оторвалась от стены, увидев свет в дверном проёме, развернулась и сразу же ощутила, как Ян целует меня в щеку. Замерла, а потом оттолкнула его в сторону и опрометью побежала в свою комнату, захлебываясь на ходу рыданиями от испуга и обиды.
Тогда я была очень уязвимой, и подобный эпизод с лёгкостью оставил неизгладимый отпечаток в моём сознании. Хорошо, что всё в прошлом. Я стала другой. По крайней мере, очень на это надеюсь.
Глава 2
Звук мотоцикла встревожил нашу обыкновенно тихую улицу. Я подошла к окну и отодвинула шторку одним осторожным движением. К дому подъехал оранжево-черный спортбайк. Ещё несколько долгих секунд я искренне рассчитывала, что незнакомец просто заблудился и сейчас поедет дальше, но когда он снял шлем, показав свою огненную шевелюру, сомнения развеялись, оставив болезненное сожаление.
Ян лениво поправил волосы, завязанные небрежным пучком на затылке, внимательно осмотрел дом, точно предаваясь ностальгии, и зашел в нашу дверь.
Усилием воли я смогла отмереть, сжала кулаки в попытке унять начинающуюся дрожь. Хватит жить прошлым! Мы взрослые люди, которых давно ничего не связывает, и которым нет никакого дела друг до друга. Поприсутствуем на росписи своих неуемных родственников – и поминай как звали.
– Полечка! – донесся крик матери. – Спускайся, встречай дорогого гостя.
Да уж, учитывая стоимость психотерапии, действительно дорогого. Ладно, нужно просто это сделать. Не могу же я из-за какого-то тошнотворного Амурского просидеть неделю в своей комнате. Презрительное равнодушие – лучшая тактика для выживания в данной ситуации.
Неторопливо зашла в гостиную. Ян стягивал с себя кожаную куртку, оставаясь в обтягивающей белой футболке. Моя челюсть предательски поползла вниз. Он что, упал в чан с мутагенами? Эта груда мышц вовсе не походила на того худощавого парня из прошлого.
Он обернулся, и под колким взглядом синих глаз я быстро вернула свою челюсть на место, выпрямила спину и надменно проворчала:
– Привет. Как добрался?