Сомнительное наследство для попаданки бесплатное чтение
![](/img/b/52790.jpg)
Глава 1. Как же жалко салатик
Новогоднее настроение было на высоте, я с утра сварила овощи, днём всё покрошила, заправила, жаркое отправила в духовку. В общем, в новогоднем меню был мой любимый салат из кальмаров, оливье и жаркое из баранины, на сладкое я сделала клубничный тирамису.
Ох, Новый Год! Как же я его люблю, с детства ещё, мандарины, двухметровая ёлка, старый чемодан с игрушками, и мы всей семьёй наряжаем зелёную красавицу.
А какая ёлка была у бабушки в деревне, живая, из леса, дедушка сам делал крестовину, а мы с сёстрами обкладывали её ватой, ставили туда дедушку Мороза, а рядом Снегурочку. Но больше всего мне нравилось рассматривать старинные потёртые игрушки, какие-то из них были сделаны из картона, были даже из ваты и странного пенопласта.
Когда на верхушку дерева водружали красную пятиконечную звезду, начиналось самое интересное для нас, детей: на ель развешивались конфеты и мандарины. И, о чудо, нам разрешалось их аккуратно срезать и есть! Конечно, бабушка следила, чтобы мы не переедали, хотя подозреваю, что на трёх сестёр развешивали конфет двенадцать и столько же мандаринов, а нам казалось, что вся ель усыпана сладостями.
Пока была жива моя бабулечка, мы часто встречали Новый Год в её большом загородном доме, который любя звали логовом богомолов. Родовая фамилия наша Богомол. Бабушка ею гордилась, рассказывая всем, что род наш настолько древний, что мои предки застали динозавров.
Мария Юлиановна Богомол и выглядела всегда как дама из высшего общества, не сегодняшнего, а того, века восемнадцатого. Гордая, красивая, добрая, непременно с прямой спиной, идеальной укладкой, очками на золотой цепочке. Платья бабуля носила закрытые, с длинным рукавом, в пол.
Все говорили, что я невероятно на неё похожа. Ой, рассказываю свою историю и не представилась.
Алёна Семёновна Богомол, двадцати семи лет от роду, не замужем, рост сто семьдесят пять, вес пятьдесят пять, спортивного телосложения, тёмно-русые волосы до пояса. Высокий лоб без чёлки, большие зелёные глаза, обрамлённые пушистыми чёрными ресницами, и моя гордость, пухлые розовые губы. Характер добрый, отзывчивая, люблю детей и, что таить секрет, очень хочу замуж, да никто не берёт. А может, это я такая привередливая?
Этот Новый Год я встречаю вдали от семьи. Такая ностальгия накатила, захотелось вспомнить детство, поэтому, предупредив родителей и сестёр, у которых давно уже свои семьи, дети и мужья, укутав своего любимого пса (Джека Алегро фон Богомол, карликового пинчера, или Цвергпинчера по-другому) в тёплую шубку, отправилась в путь.
Родовой дом был ухожен, отец не забывал время от времени сюда наведываться, а вот я, к сожалению, редко тут бывала.
До Нового Года было далеко, ещё три часа ждать, но желудок отказывался участвовать в этом марафоне и требовал пищи. Поэтому, включив телевизор, надев приталенное вечернее платье и найдя знаменитый фильм, положила на тарелку оливье, взяла бабушкин старый альбом с фотографиями и с ногами уселась в кресло.
Листочки альбома были переложены тонкой калькой, на которой красовались цветы, птицы и животные. Кто-то проделал кропотливую работу, рисуя эту красоту.
Джек наглым образом, совершенно не стесняясь хозяйки, стащил со стола тонкий ломтик копченой колбасы и ладно бы с виноватым видом направился в дальний угол, нет, решил съесть её у меня на коленях. И вот тогда-то всё и произошло.
Не могу поверить, что такое бывает, да и никто бы не поверил!
Пёс прыгнул, я резко подняла альбом вверх, тарелка на моих ногах качнулась, кресло окутало невыносимо белым светом. Последнее, что я услышала, громкий визг Джека, затем наступила темнота, от живота к горлу прокатилась тошнота, и тут же всё прекратилось.
Я моргнула и поняла, что сижу на каменном полу, по которому от меня укатывается тарелка, теряя по дороге вилку и любимый салат, сглатывая, понимаю, что забыла положить зелёный горошек. Кубики картошки, морковки, кусочки мяса есть, а горошка нет. Рядом медленно закрывается альбом, на который ставит лапу Джек.
– Матушка, кто это? – спереди раздался громкий визгливый ломающийся голос.
– Твоя невеста, – женский голос был сух. – Я права, маг?
– Правы, госпожа.
Поморгав и подняв глаза, увидела перед собой старого, сморщенного, словно пересушенный урюк, мужчину, одетого в ярко-синий балахон, этот старичок быстро-быстро размахивал руками перед моим лицом.
– Поисковое заклинание нашло иномирянку, идеально подходящую молодому князю.
– Матушка, не такой был уговор! – заверещал прыщавый подросток лет пятнадцати, сидящий на стуле с высокой спинкой. Стул-трон стоял на сцене, но, скорее всего, это был какой-то постамент, возвышенность, с которой князь смотрел на своих подданных. – Маг обещал красивую и молодую невесту, обладающую магией. А эта старая и некрасивая! Убейте её и мага за одним! – от злости на его лице появились красные пятна, и затряслась куцая бородёнка, состоящая из трёх волосков. Зачем подростку, который ещё и не бреется толком, отпускать такой ужас на подбородке? Не невесту ему, а ремнём по заднице, неистовствовала я в душе. – Обоим отрубить головы!
– Как головы? – увидев, что ко мне направляются четверо странно одетых воинов, держащих в руках оружие, напоминающее топор на длинной палке, я в испуге, схватив на руки Джека, вскочила на ноги и осмотрелась. Бежать? Но куда?
– Сынок, успокойся, такое бывает, что вы совпадаете во всём с попаданкой, кроме возраста, – воины замерли на месте, я же выдохнула, кажется, княгиня в здравом уме. – Так что убьём только попаданку, а маг тебе новую невесту найдёт.
– Что? Меня нельзя убивать, я из знатного рода Богомол! – с испуга закричала я, пытаясь избежать непоправимого, потери жизни. Мои руки разжались, Джек приземлился на пол и зашёлся громким лаем.
– Она понимает наш язык? – княгиня взмахнула рукой, останавливая молчаливых вояк. – Какой род? Откуда ты её притащил? – женщина пристально посмотрела на мага. – Ты решил нас обмануть и выкрал знатную девицу в нашем мире?
– Нет, врёт она, – попятился маг. – Этот род давно вымер, последняя из… – он зайцем метнулся к уставленному склянками столу и раскрыл толстенную книгу. – Пятьдесят лет назад, вот и ветвь засохшая… – на последнем слове он закашлялся и поднял на меня взгляд. – Не может быть! Откуда ты?! Что это за имя? Алиона?
– Алёна, – поправила я, присаживаясь, чтобы успокоить Джека, хотя впору меня саму успокаивать, отпаивая валерианой.
Дрожа телом и голосом, маг заговорил:
– Госпожа, мы не можем убить эту девицу, в реестре родов появилось её имя, – женщина медленно начала опускать руку. – Подождите, она не из этого мира, я сделал благое дело, доставил магичку в её родной мир. Пощадите, княгиня, не губите. Никто не узнает, девка будет молчать! – маг перевёл на меня полные слёз глаза.
– Я буду молчать, только верните домой, – почему я так безапелляционно верю, что не сошла с ума, что у меня не приступ и я не умираю в своём мире, а мозг не транслирует эту ерунду?
– Хорошо, раз ты говоришь, что во всех родовых книгах появилось её имя, то пусть подтвердит, что это она, – постановила княгиня, два воина схватили меня под руки и потащили к столу, Джек, выпрыгнув словно из ниоткуда, встал перед нами и увеличился в размерах, его передние лапы укоротились, морда заострилась, он чем-то начал походить на богомола, такого крупного, откормленного богомола, ростом с небольшого телёнка. Я вскрикнула и потеряла сознание.
Глава 2. Жить надоело?
Голова болела, во рту пересохло, а ещё я очень замёрзла. Приоткрыв глаза, не смогла понять, где нахожусь, но точно не дома. По интерьеру – в подземелье, на эту мысль меня натолкнули каменные стены, низкий потолок и горящие факелы.
– Раз проснулась, то вставай. Нет у меня времени, чтобы на падучих попаданок его тратить, – сбоку раздался знакомый голос мага. Он больно схватил меня за руку и резко поднял. Силён, несмотря на свой хилый вид.
– Где я, кто вы? Где Джек?
Из-под скамьи, виляя хвостом, вылез мой пёсик.
– В магической лаборатории, – недовольно ответил старик. – Из-за тебя меня плетью избили, если бы не твой благородный род, то я бы так тебя отходил той самой плёткой, – сколько же желчи, раздражения и зла было в этом старике. – Раз очнулась, то убирайся из замка, пока княгиня добрая!
– Куда «убирайся»? Без обуви? – о том, что я лишь в капроновых колготках, вспомнила в тот момент, когда попыталась опустить ступни на ледяной пол. – Никуда я не собираюсь убираться, возвращайте откуда взяли, – глазами, полными надежды, я посмотрела на мага.
– Не умею возвращать! А и умел бы, не вернул! Ты в своём мире.
– Тут какая-то ошибка, я родилась на Земле, выросла там и хочу там же выйти замуж и состариться.
Маг что-то смешал в кружке, повернулся и протянул её мне.
– Не родилась! Пей!
– Что это? – пить хотелось, но что этот злющий маг там намешал? – Не буду, – попыталась оттолкнуть его руку и на мгновение оцепенела – старик быстро нажал крючковатыми пальцами на мой подбородок и влил неизвестную жидкость в рот.
– Не дёргайся и не кричи, видишь, дух твоего рода не появился, – он скосил глаза на Джека, а за ним я посмотрела в сторону питомца. – А это означает, что в кружке нет для тебя угрозы, напиток даст тебе сил и душевного здоровья, – снизошёл он до объяснений.
– А-а… кх-м… – ко мне вернулся голос. – Какой дух рода? Верните меня домой, пожалуйста, – на глазах проступили слёзы.
– Не могу и не умею, сколько ещё раз повторить. Придётся тебе в этом мире обустраиваться, а про духа рода сама узнаешь, если захочешь. Держи обувь, – он кинул мне под ноги старые потрёпанные туфли чёрного цвета со сбитыми носками. – Должны подойти.
Я же не была так уверена, но спорить не стала, а то оставит босой.
– Большие, – прошептала, засовывая ступни в обувь с чужой ноги. Меня передёрнуло от отвращения. Бр-р… Потом ноги обработаю, мало ли кто эти туфли носил.
– Ничего, идти сможешь и в таких! – хороший слух у старика, оказывается, раз бормотание разобрал.
– Да куда идти? Вы пытаетесь выкинуть меня из этого мира на улицу, чтобы меня там побыстрее прикончили? Я читала книги, попаданкам или везёт сразу, богатый добрый жених, или закоулки и незавидная участь.
– Не верещи! Иди в ратушу, скажи, что ты наследница такого-то рода, возможно, тебе оставили денег. Род не из последних был, – и маг, схватив за руку, впихнул мне под мышку альбом, чистую тарелку и вилку, быстро потащил к двери. – Выведу тебя за крепостную стену, а дальше ты уже сама.
– Я есть хочу, – заявила, упираясь ногами. Было страшно оказаться одной в незнакомом мире.
– Вот тебе монета, в таверне поешь, – он, не стесняясь, засунул в лиф моего платья большую жёлтую монетку. – Первый раз вижу, чтобы попаданке так везло, живой остаться после встречи с моей госпожой, так она ещё и сопротивляется, уходить не хочет.
– Живой? У вас убивают попаданок?
– Нет, чаще в жёны берут, стирая им память, так как призывать женщин из другого мира запрещено. Алиона, – зашипел старик, сильнее впиваясь пальцами в мою руку, точно синяки останутся. – Забудь, что ты попаданка, ты родилась и выросла в какой-нибудь трущобе, без магии, придумаешь сама. И только сейчас тебя нашёл дух рода, поэтому ты пришла в ратушу, узнать о наследстве. Уф, сил моих больше нет. Ты пойдёшь или умереть хочешь? – мы остановились в длинном полутёмном туннеле.
– Жить хочу, – взяв себя в руки, сильнее прижала к груди свои пожитки. Джек нетерпеливо перебирал ногами, похоже, никто и не подумал вывести собаку на улицу для естественных нужд.
Минут через десять маг вытолкал меня-бедняжку через высокую кованую дверь, которая располагалась вдали от главного входа. В этом мире растекаясь нежными ароматами главенствовало лето.
Занималась заря, было холодно, оставшись одна на улице, я поняла, что вилка впилась мне в бок, а я же, от страха и прилива адреналина, и не чувствовала.
Джек скрылся в ближайший кустах, и я, понимая, что другого выхода нет, последовала за ним.
Как хорошо, что ранее утро и меня никто не видит. Сделав необходимые дела, я наконец смогла себя осмотреть. Платье помятое, грязное, на колготках стрелка, ужасная обувь, норовящая упасть при каждом шаге, что на голове, побоялась представить. И тушь, наверное, размазалась. Вот и встретила Новый Год.
Вилку и тарелку пришлось положить в альбом.
Подняв глаза на огромный серый замок, я поняла, что не хочу возвращаться в это ужасное место. От воспоминаний меня передёрнул озноб.
– Джек, милый, а ты говорить умеешь? – с опаской присела и протянула руку в сторону своего питомца. – Ты же стал духом рода?
Но тот, завиляв хвостом, гавкнул и лизнул мою руку.
– Значит, привиделось там, в зале, – пробормотала и, поднявшись, осмотрелась. Справа сквозь деревья были видны дома, вот туда, гонимая голодным желудком, я и направилась. Радовало, что речь этого мира шла в довесок к попаданию.
Но не успела я выйти на широкую дорогу, как услышала топот копыт и громкие крики.
– Опустить голову, королевский кортеж едет! Всем опустить голову!
Кому всем? На улице было пусто, в домах даже ставни были закрыты, но я, сделав шаг назад и уперевшись спиной в какую-то дверь, наклонила вниз голову.
Неожиданно дверь распахнулась, и я упала навзничь на пол.
– Тебе жить надоело? – раздался тихий детский голос, дверь бесшумно захлопнулась. – А что, если бы ты понравилась дракону?
– Пошла бы она сейчас на ужин к нему, – в темноте послышался другой голосок. – Король и его свита с охоты возвращаются, и ещё неизвестно, сытые ли.
Я икнула и почувствовала, что Джек пытается забраться ко мне на колени.
Глава 3. В таверне так вкусно не накормят
– Извините, – пробормотала я, пытаясь подняться.
– Сейчас кортеж проедет, и город вновь заживёт своей жизнью, – уверенно произнёс ребёнок. – Сможем свет зажечь, а то драконы такие любопытные, могут и на огонёк зайти, а уж его величество, ему и стучать не нужно, любая дверь открыта.
– А где ваши родители, вас не будут ругать, что вы впустили в дом постороннюю? – драконы начинали меня пугать.
– Родители? – два звонких голоска зашлись в смехе. – Наши родители далеко, в другом доме служат. Всё, Карл, зажигай фонарь, – за дверью затихли: грохот и цокот копыт.
В темноте раздался щелчок и тут же стало светлее, голубой фонарь на стене давал ровный свет.
– Здравствуйте, – после небольшой заминки произнесла я, передо мной стояли не дети, а два маленьких существа.
Девочка и мальчик, нет, скорее всего, женщина и мужчина, судя по бороде второго. Стоит их описать. Ростиком сантиметров пятьдесят, пропорционально сложенные, опрятно одетые в форму прислуги, на мужчине чёрный костюм с бабочкой, а вот на женщине чёрное форменное платье и белейший фартук, идеально выглаженный, на ногах обоих чёрные чулочки, обуты в лакированные туфли с золотыми пряжками.
Лица круглые, глаза очень большие и тоже, почти круглые, будто малыши удивляются, что на самом деле не так, уши заострённые и полностью покрыты мехом, как мне показалось, брови и ресницы невероятно густые, такой густоты у ресниц я никогда не видела, будто беличьи кисточки плотно так посадили на глаза. У мужчины короткие чёрные волосы, а вот у женщины непонятно какая причёска на голове, которую украшал интересно завязанный платок.
Не скажу, что существа красивые, но милые и притягательные точно.
Джек смело подошёл к ним и принюхался.
– Какая собачка, первый раз вижу, – женщина протянула руку, на которой тут же волшебным образом оказалось большое печенье. Джек принюхался и отвернулся. – Не хочет, – захихикала представительница незнакомого мне вида. Может, домовые? Или в этом мире так выглядят гномы?
– Как вы необычно одеты и дрожите, милая, – мужчина окинул меня взглядом. – Что с вашей обувью? Фу-у, она мужская.
Теперь и женщина внимательно на меня посмотрела и именно в этот момент голодный желудок заурчал, существа переглянулись.
– Вы голодная? У меня с ужина остался отварной картофель, молоко и кусок мяса, – забеспокоилась женщина, махнула рукой, предлагая следовать за ней.
– Неудобно, я могу в таверне поесть, – сглотнула, но сделала шаг вперёд. Когда я ещё эту таверну найду? Джек побежал впереди всех, будто знал, где тут кухня.
– В таверне так вкусно не накормят, да и нам ненакладно тебя угостить, хозяев всё равно нет, а нам в удовольствие поухаживать. Присаживайся, – мы оказались на большой кухне, тут всё сверкало. Незнакомка быстро-быстро начала махать руками.
Пройдя на кухню и осмотревшись, удивилась, а как она достаёт до шкафов или раковины, как готовит или режет хлеб? Но тут же увидела ответы на свои вопросы, приоткрыв рот, я, молча с детским восхищением, смотрела на магическое представление. Шкафы сами собой открывались, продукты аккуратно ложились на стол, неожиданно из ящика для столовых приборов вылетел нож и принялся нарезать хлеб, незнакомка всё это время продолжала махать руками.
– Карлина, – Карл подошёл к женщине и что-то зашептал той на ухо. Она прекратила махать руками и внимательно посмотрела на меня.
– А ведь и в самом деле. Деточка, – она непостижимым для меня образом в один миг оказалась на соседнем стуле. Вот только что стояла на полу и дирижировала продуктами. – Скажи, а ты не из княжеского замка сбежала?
Мой рот резко закрылся и я мысленно сжалась, предупреждал же меня маг, что никто не должен узнать о том, что я попаданка.
– Ну чего ты испугалась, птичка? – мужчина возник на соседнем стуле. – Неужели попаданка и сбежала от злого мага? В нашем мире никто и никогда не удивляется видя магию или нас, домовых.
Всё, приехали, сейчас они меня сдадут властям.
– Я не сбежала, он сам отпустил, – мои глаза искали Джека, нужно делать ноги, но тот спокойно поглощал из небольшой миски, поставленной специально для него нарезанное мясо, а я и не заметила, когда его успели обслужить.
– Вот как? Отпустил… – домовые переглянулись.
– Да, да, потому что я не совсем попаданка, я из этого мира, из рода Богомол, откроется ратуша, пойду за наследством, – тараторила я, сильнее прижимая к себе бабушкин альбом.
– Не бойся, мы никому не скажем, что ты пришла из другого мира. Расскажи о себе, пока ешь, – те заинтересованно на меня уставились.
– Хорошо, расскажу. А что вы хотите знать?
– Всё-всё! – хлопнула в ладоши Карлина. – Это так интересно. В вашем мире есть магия? Им правят драконы?
– Карлина, да по девушке понятно, что магии нет, а то она бы не смотрела на нас, распахнув глаза и рот, – засмеялся Карл.
– И домовых нет, – я повеселела, радуясь, что никто властям меня сдавать не собирается. У вас имена похожи, вы брат и сестра? – поинтересовалась, осмелев.
– Что ты, деточка, – рассмеялась Карлина. – Карл мой муж, поэтому, выйдя за него замуж, я получила новое имя, – с гордостью произнесла домовая.
– Очень красивые имена, благородные, – подлила я мёда, заставив домовых от счастья покраснеть.
– А ты знаешь, мы же сначала решили, что ты сильная магичка, а сейчас видим, что и магии в тебе нет.
– Почему решили, что магичка? – уплетая картофель и вкусное нежирное, со специями, мясо, посмотрела на говорившую.
– Так ты нас не просто слышишь, но и видишь, а это могут лишь невероятно сильные маги да противные драконы, – домовую передёрнуло.
Я пожала плечами, но задумалась.
– В моём мире нет магии, домовых, драконов и других существ, только лишь люди и животные. Вместо магии у нас техника, которая стирает, убирает полы, показывает другие страны, за нас считает и даже вслух читает книги, – домовые, притихнув, слушали мой рассказ, я же так увлеклась, что забыла про чай, который к моменту окончания повествования о Земле, остыл.
– Невероятно, повозки летают по воздуху, как драконы, – выдохнула Карлина, наполняя чашку свежим чаем.
– Молю вас, расскажите хоть что-то об этом мире…
Домовые улыбнулись и уже собирались открыть рот, как выражения их лиц поменялись на испуганные.
Где-то раздался щелчок, открылась дверь, послышались шаги.
– Хозяин вернулся, но почему сегодня? – глаза Карла забегали из стороны в сторону, я же сжалась в комок. Сейчас меня объявят воровкой, забравшейся в чужой дом.
Глава 4. Трус
– Не паникуй, милый, – Карлина быстро-быстро замахала руками, на мгновение мне показалось, что с её ладоней срываются искры. – Сиди тихо, не двигайся и не говори, он тебя не увидит.
Я побоялась не то что ответить, но и кивнуть.
– Эй, вы где, бездельники и дармоеды? – прокуренный, будто надтреснутый голос раздался где-то там, в другой комнате. – Вот вы где, одежду почистить, и завтрак подавайте! – шаги приближались. – Не чувствую аромата кофейного, вы что, гадость домашняя, не ждали меня?
На кухню вошёл высокий худощавый мужчина неопределённого возраста, ему могло быть как шестьдесят, так и сорок. Скрюченный, с шаркающей походкой и небольшим горбом на спине. Прижав с силой к себе альбом, замерла, так как начало происходить то, чего не то что не ожидала, но даже во сне бы не увидела.
Карлита уже вовсю строгала ножиком, а хозяин дома, ворча, что домовые совершенно ни на что не годятся, начал расстёгивать верхние пуговицы рубашки.
– Ох, отстоял я сутки на воротах замка, всё тело затекло, – говорил и продолжал расстёгивать рубашку. – Вы меня слышите? Я вам рассказываю! – ножик замер и несколько раз стукнул по деревянной доске. Похоже, мужчина и в самом деле был одинок. – Благо драконы вернулись сытые с охоты, говорят, поймали трёх буйволов, стадо пятаков (похоже, в этом мире так называют кабанов, или это личный сленг хозяина дома, подумала я).
Рубашка была полностью расстёгнута и полетела в сторону ближайшего стула.
Зажав рукой рот и расширив глаза от ужаса, наблюдала за метаморфозой.
– И только поэтому всем выдали по золотому и отпустили домой, драконы магией наполнены под завязку, и охрана им не нужна. Чтобы правителю и всем хвостатым найти своих истинных. Хотя, – он почесал затылок, а я смотрела, как розовая кожа становится серой, – если они все найдут истинных, то всегда будут наполнены магией, и я останусь без работы, – и вот на этих словах мужчина полностью стал серым, выпрямился, его горб исчез, а за спиной возникли огромные серые крылья, похожие на крылья летучей мыши. – Ох, и хорошо! Вот бы сейчас полетать, – в его голосе появилась грусть. Он потряс крыльями и неожиданно замер, принюхался. – Чувствую страх, – резкий поворот, и я смотрю в алые глаза.
– Р-р-р… гав… – из-под скамьи выскочил Джек и смело бросился в ноги горгулье. На мгновение задумалась, как называется горгулья мужского пола и горгулья ли передо мной.
– Что?! – взревел трескающимся голосом хозяин дома. – Собака? Кто впустил? Карл! Разве вы не знаете строгое правило, никаких животных в доме! Тут есть ещё кто-то? Неужели вы пропустили воров? – на кухне зазвенело стекло, а мои уши заложило. – Прокляну, изгоню! Издохните на улице, месяц от меня магии не получите.
Нож неожиданно упал на доску, я видела, что по щекам Карлины покатились крупные слёзы, в душе поднималось негодование. Да как этот гад посмел обижать таких милых созданий!
Я видела, что от рук негодяя к домовым протянулись тонкие белые линии, неужели их связывает договор? Чего так беситься-то из-за собаки, или у него на неё аллергия?
– Джек, фас! – словно сама не своя закричала, увидев, как в воздухе задёргались домовые. Он решил их наказать?
Я не ждала ничего особенного от пса, но, помятуя вчерашний день, в душе лелеяла надежду, и она не осталась неотвеченной. Джек зашипел, увеличился в размерах, став огромным богомолом. Черты Джека угадывались, но это был не он.
– Кто тут? – в глазах пятящегося мужика появился страх, крылья сложились и исчезли. – Не губите! – запричитал он. И вот тут я не поняла, да, я не ждала чуда, но трусость от того, кто стоит на воротах… – Не убивайте, не высасывайте магию, – Джек резкими движениями передних лап легко разрубил белые нити, домовые отлетели в сторону, а хозяин дома, понявший, что произошло, удивлённо произнёс:
– Вам нужны домовые? Забирайте, тем более они стары, только меня не трогайте. Я верно служу короне.
Он всё пятился задом в сторону комнаты, достигнув её, вскочил на ноги и с криком выбежал на улицу.
– Госпожа, спасибо за спасение, но вам пора уходить, – грустно произнесла Карлита. – Тут есть запасная дверь.
– А как же вы? – я смотрела на поникших домовых. – Идёмте со мной.
Домовая молча глотала слёзы, ответил Карл.
– Наши дни сочтены, разрезав нити, дух вашего рода лишил нас и дома, и магии, которой с нами делился хозяин, мы за это служили ему. Бегите, через несколько минут горгул вернётся, и не один, а с охраной. Вас схватят.
– Нет, нет, раз ваши дни сочтены, и в этом виноваты мы с Джеком, то нам и исправлять. Джек, ты сможешь помочь?
Богомол смешно помахал передними лапками, как бы делая знак, что не знает, и начал уменьшаться.
– Как я вас могу забрать?
Домовые переглянулись, пошептались и неожиданно, уменьшившись до размеров комара, забрались в шерсть Джека. Я же, понимая, что больше ждать нельзя, кинулась к запасной двери.
Через минуту я стояла в узком переулке. Джек махнул головой, которой, подозреваю, управляли домовые, кинулся влево. Чуть не теряя тапки, я последовала за ним.
Отдышаться получилось лишь через время, когда Джек наконец остановился возле неказистого домика, на котором красовалась вывеска «Таверна у Роби».
На наше счастье, та работала. Толкнув дверь, я оказалась в почти пустом зале, за одним из столов сидели бородатые гномы, стараясь сильно не таращиться, проследовала за псом, он, осмотревшись, выбрал столик в углу.
– Что желаете? – тут же подскочил ко мне официант в белом фартуке, протёр и так чистый стол и уставился в ожидании.
– Кашу, две тарелки, – произнёс Джек, заставив мою душу похолодеть от страха и упасть в пятки. Официант кивнул и быстро записал. – Два чая и две булочки, – как ни в чём не бывало продолжил пёс.
– С вас три медяка, – улыбнулся мне разносчик. Достав монету, протянула, тут же получив две медные монетки на сдачу.
– Что это было? – прошептала я, смотря в район холки собаки. – В этом мире животные говорят?
– Не говорят, – Джек на меня не смотрел. – Это я, Карл, говорю.
– Но?.. – в непонимании посмотрела на суетящегося возле стойки официанта.
– Духи рода разговаривают, молодая девица, сопровождаемая духом рода, частое явление в городе, никто не удивляется, а дух рода, экономя свои магические силы, может и не являть народу истинный лик, превращаясь в мелкого зверя.
– Ничего себе, – пробормотала и задала мучающий меня вопрос: – Но что произошло с вашим хозяином? Он же горгул, охраняет замок дракона-короля, значит, сильный воин.
В ответ раздался тихий смех.
– Какой он воин, работает украшением на воротах, ужасный трус с детства, лет сто назад отец его по невероятной случайности устроил на работу в замок, это он дома перед нами врёт, что что-то там охраняет. Своим слугам и не такое можно рассказать. Из-за его трусости ни одна горгулья за него замуж не идет, характер хозяина за многие года испортился, он стал вспыльчивый, неуживчивый, ворчит с утра до вечера и даже летать боится.
Не успела я доесть кашу, как двери таверны распахнулись, и на пороге появился знакомый горгул в криво застёгнутой рубахе.
– Вот она, та самая собака, страшная, костлявая, это точно дух рода, а вот и хозяйка-воровка, в мой дом забравшаяся. Хватайте её!
– Госпожа, мы вынуждены вас задержать, и прошу вашего духа рода не встревать, или будет хуже, – один из стражей начал снимать с древка копья тонкую светящуюся цепочку.
– Не нужно угроз, господа, я и мой пёс, который не дух рода, пройдём с вами добровольно, – подхватив притихшего Джека и взяв в другую руку альбом, поднявшись, прошла к охране города.
Холодея всем своим нутром, подумала: «И откуда во мне столько заячьей храбрости, так нагло врать в глаза магам?».
Глава 5. А где же ратуша?
Окинув взглядом, главный страж не стал заковывать меня в странные цепи. Возможно, я не была похожа на обычных преступников этого мира. Как по мне, так скорее на бедняжку, которую ограбили.
Горгул же, идя позади, клевал мозг стражам, требуя немедленно меня связать, как особо опасную, договорился до того, что получил предупреждение о наложении штрафа, я мысленно улыбнулась, похвалив стража.
В высоком сером здании было немноголюдно, утро, за стойкой в зале, зевая, сидел сухопарый мужчина и что-то писал в большом журнале.
– Шелкос, принимай, – страж больновато меня толкнул в спину.
– Что в такую рань? – поинтересовался тот, не поднимая глаз.
– Горгул утверждает, что эта девица забралась к нему домой и напала, забрав домовых.
– Да, да, именно так всё и было, – закивал головой горгул.
– Врёт он всё, – мне стало обидно. – Не нападала я, – и тут мою фантазию, то ли от страха, то ли от обиды понесло галопом. – Приехала я из захудалой деревеньки, что на окраине королевства находится, может, слышали о Белом когте? – надеюсь, что на самом деле в этом мире есть такое поселение. – Я жила и даже не знала, что являюсь наследницей рода Богомол, – все молча слушали и даже горгул не пытался перебить. – В один из дней появился дух рода и сообщил, что давно искал меня, – я показала на Джека и, наконец, опустила его на пол. – По дороге в столицу меня ограбили, – всхлипнула я, размазывая остатки туши, по глазам, не уверена, что она там ещё осталась после всех моих мытарств, но глаза потёрла.
– Ограбили? – господин Шелкос перевёл взгляд на Джека. – До такой степени ослаб дух рода, что не смог защитить хозяйку? И что же было дальше?
Мне показалось или никто не поверил, что дух рода не смог защитить хозяйку?
– Дальше, добравшись до столицы, я брела по городу, мимо промчался королевский кортеж, я, как законопослушная гражданка опустила голову вниз.
– Девушка, это к делу не относится, давайте ближе к делу, – недовольно поморщился Шелкос.
– Куда уж ближе, – буркнула я. – Ко мне подошёл господин горгул и, увидев в каком я состоянии, предложил пройти к нему и привести себя в порядок. Рассказывал, что служит в замке его величества, что ему меня жаль, – я громко вздохнула, вспомнила, что в том мире остались родители, сёстры, и слёзы градом покатились по щекам. – Он начал приставать ко мне, как только мы оказались на кухне. Домовые вступились за меня, этот нехороший горгул обещал их наказать, за то, что они помогают мне, я кинулась к задней двери, что на кухне и лишь тогда Джек вступился за меня, – я присела и погладила собаку по голове.
– Врёт эта девка! Врёт, – горгул бросился ко мне, пытаясь ударить, но был остановлен стражей. – Не верьте ей, всё было не так!
Шелкос поморщился.
– Успокойтесь, а вы, госпожа Богомол, пройдите ко мне, ещё нужно подтвердить ваше родство с этой благородной фамилией. Я о таком и не слышал.
Мужчина распахнул небольшую книгу, отыскал нужную страницу, достал небольшую металлическую, совершенно обыкновенную цепочку, потребовал, чтобы я её держала и вторым концом дотронулся до древа, то неожиданно шевельнулось и всеми листочками-именами потянулось к цепочке, зелёное свечение быстро-быстро охватило металлическое изделие и поднялось вверх, тут же достигнув моих пальцев, стало щекотно, я хихикнула.
– Проверка пройдена, – как только свечение погасло, произнёс Шелкос. – Девушка не врёт, она на самом деле является наследницей древнего, почти угасшего рода. Алиона Богомол.
– Алёна, – пробормотала себе под нос.
– Вы будете подавать на горгула заявление?
– Зачем, какое заявление? – не поняла я.
– Вы утверждаете, что данный мужчина, – он ткнул пальцем в сторону бывшего хозяина Карла и Карлины. – Заманил вас в свой дом и пытался напасть.
Я повернулась в сторону Карлоса и подумав, произнесла:
– В этом происшествии есть и моя вина, говорили мне в деревни, перед отъездом, чтобы никому не верила, тем более мужчинам. Не буду, мне нужно попасть в управу и получить наследство, нет у меня времени на выяснения недоразумений.
– Тогда дело закрыто и все свободны, – Шелкос был несказанно рад, что всё быстро завершилось и не нужно заполнять бумаги.
– Я буду писать заявление, – взвился горгул. – Где это видано, чтобы уважаемый следователь поверил не законопослушному горгулу, а какой-то оборванке!
– Вы точно хотите писать заявление и дать ход разбирательству? – глаза Шелкоса сузились. – Ваше начальство узнает о происшествии, могут пойти толки и слухи…
Карлос не на шутку испугался, сглотнул, потёр затылок, зло на меня посмотрел и сквозь зубы выплюнул:
– Нет, я не буду подавать заявление. Произошло недоразумение, – нас отпустили, первым из участка выскочил горгул, ещё долго было слышно, как он, удаляясь, ругался.
– Карл, Карлита, – стоило отойти от здания, позвала домовых. – Почему ваш бывший хозяин так испугался огласки? Неужели он раньше попадал в подобную историю?
А в ответ тишина, напугавшая меня до колик, неужели домовые погибли, но тут раздался голос Карла:
– Об этом нам не известно, госпожа Алиона.
– Уф, живы, вы меня так больше не пугайте. Ох, я же не спросила, как пройти к ратуше, – обернувшись к зданию, хотела войти туда, но передумала. Зачем лишний раз попадаться на глаза властям. Спрошу у прохожих.
Глава 6. За наследством
Только не глазеть, Алёна, веди себя, словно ты живёшь в этом мире, уговаривала я себя, направляясь к самому высокому и красивому зданию на площади.
Народа становилось всё больше на улице, но привычных глазу людей было катастрофически мало, куда-то спешили: гномы, огры, эльфы, поросшие шерстью, почти люди, возможно, оборотни, горбатые горгульи, носастые неизвестно кто с острыми, словно бритвы зубами. Шлёпая не по размеру большой обувью, я старалась не поднимать взгляд, одновременно любопытство и страх раздирали мою душу. Ой, как же хотелось посмотреть на всех этих существ поближе. И вскоре мне это удалось.
– Человечка, ты вкусно пахнешь! – с таким заявлением передо мной появилась широкая, поросшая шерстью грудь. – Какая редкость встретить в городе человека, да ещё и не мага.