Лебединая песнь бесплатное чтение
![](/img/b/84551.jpg)
Полная аннотация
Лебединая песнь – история, случившаяся до появления легендарных героев – Геракла, Одиссея, Персея и Тесея, Ахилла и прочих.
Фаэтон – сын смертной женщины и бога Аполлона. Он – красив и силен, но не удостоился внимания отца, покровителя музыки и искусств, – ибо парню сатир на ухо наступил.
Кикн – царевич Лигурии – наоборот, не может похвастаться властолюбием и воинскими навыками, но сколь чудесно поет и играет!
Эпаф – сын Зевса от жрицы Ио, ненавидим самой ревнивой и коварной богиней – Герой, но это ничуть не мешает ему бросать вызов высшим силам, бахвалиться и считать себя великим героем!
Наяда Мемфида – всего лишь речная нимфа, внучка титана Океана, коих у праотца вод – тысячи тысяч. Что ждет ее – участь многочисленных сестер, обманутых бессмертными и смертными, или нечто великое?
А юному кентавру Хирону еще далеко до наставника героев – Асклепия, Ахилла и Ясона.
Воспоют ли их в песнях, станут ли эти имена легендой или канут в безвременье Леты? Ведь боги жестоки, порой они соревнуются друг с другом, не благоволят ни собственным отпрыскам, ни героям, а тем более – смертным.
Ретеллинг мифа о Фаэтоне.
Берег зеленый реки Эридана своей он печальной
Жалобой полнил и лес, приумноженный сестрами друга.
Вдруг стал голос мужской утончаться, белые перья
Волосы кроют ему, и длинная вдруг протянулась
Шея; стянула ему перепонка багряные пальцы,
Крылья одели бока, на устах клюв вырос неострый.
Новой стал птицею Кикн. Небесам и Юпитеру лебедь
Не доверяет, огня не забыв – их кары неправой, —
Ищет прудов и широких озер и, огонь ненавидя,
Предпочитает в воде, враждебной пламени, плавать.
Овидий – Метаморфозы
Карта древнего мира
Земли и моря в древнегреческих мифах (и истории)
Герои
Феб – прозвище Аполлона – предстает в истории как талантливый музыкант. Он знакомится с Клименой, которая привлекла бога творческим дарованием. Они пели, плясали и радовались – и в этом лихом веселье, коему благоволила каждая из муз (а не только бог искусства и света), зачали дитя.
Однако за уподобление себе (и сей дерзкий поступок, который позволителен лишь Богу богов, а еще в пример привели целомудренную сестрицу – Артемиду (пока не родились иные дети Аполлона – Асклепий и Орфей, а наказывали Лучезарного бога еще несколько раз после этого случая), – отец – Зевс – решил покарать сына; к тому же, Гелиос устал от правления солнечной квадригой – каждодневно, по двенадцать часов бороздил он небесные широты, да и дело подобное требовало хватки, дабы норовистые кони – не сходили с пути (И без того Персефона проводила шесть месяцев в царстве Аида – и увядала на такой срок жизнь, а страшно представить, что станется, если с солнечной колесницей уставший бог не управится, или Гелиос откажется от этих трудов, а уж давно он просил подыскать ему замену, ведь сестре – богине Луны, Селене – ничего не стоило навлечь ночь – та являлась сама по себе, оставалось лишь править спокойной рогатой коровой, другая сестра – Эос – лишь будила старика, да открывала ему ворота – труд – пустяковый – чего еще требовать от женщин?).
Феб прощается с Клименой и дарует ей на память золотую флейту (и лелея надежду, что их ребенок унаследует страсть к музыке и искусствам), еще обещает, что каждый раз, как будет пролетать днесь – присмотрит за ней и будущим дитем с высот небесных.
Климена – смертная женщина, названная в честь Климены (богини – дочери Океана и Тефиды) – мать Фаэтона.
Фаэтон – сын Феба (Аполлона) и Климены. Светловолос, ясноглаз, крепко сложен и хорош собой, но напрочь лишен (или не желает заниматься подобным нарочно) тяги к искусству.
Мероп – смертный, отчим Фаэтона, уже не молодой муж, на союз с которым Аполлон благословил покинутую им Клемену.
Сестры Фаэтона (единоутробные), дочери Меропа – названная в честь отца – Меропа, Гелия, Эгла, Лампетия, Феба, Этерия, Диоксиппа.
Кикн – царевич лигурийцев, лучший друг Фаэтона, сын царя Сфенела. Лигурия – страна на побережье Средиземного моря (современная материковая (северная) часть Италии). Темноволос, кареглаз, носит прическу с косичкой, увлечен музыкой и пением.
Братья Кикна – нигде не упоминаются. Введены в повествование, потому что, скорее всего, царевичи существовали. Мы тоже не упоминаем их имен, чтобы не перегружать историю.
Эпаф – до чего же пафосный (Эпафос – полное имя) сын Зевса и Ио (жрицы храма Геры, – превращенная Зевсом в корову), хвастливый и высокомерный, мечтает стать героем (в ту эпоху – именитые (и известные нам) герои (полубожественной сути иль смертной) еще не родились, а жившие в то время полубоги и смертные – не отличались обилием подвигов). Усыновлен царем Египта (в Мемфисе) – Телегоном, который взял в жены Ио (одна из положительных развязок в вариациях мифа). Этот юноша – смуглый, темноволосый и кудрявый.
Мемфида – нимфа (наяда – речная богиня), дочь Нила. В последствие станет супругой Эпафа. Бледна, кожа с синевой, холодна на ощупь, волосы с зеленым отливом.
Молодой Хирон – кентавр, сын Кроноса и нимфы Филиры. В последствие станет учителем героев – Асклепия, Ахилла, Ясона и прочих. Хирон – хоть и назван кентавром (центавром) не имеет родства с прочими подобными ему созданиями – по происхождению наш герой – бог. А племя кентавров берет исток от диких племен (наездников), мужи которых силой брали элладских нимф – их дети рождались с торсом людским и окончанием конским – эдакое проклятье. Возможно, назвали их кентаврами лишь из-за схожести с Хироном. Никогда никого сие не смущало многие тысячи лет – не нужно и нам ломать голову.
В оригинальном мифе про Фаэтона Хирон не фигурирует, но здесь он (в целом) уместен (для разнообразия и по логике вещей), чтоб подчеркнуть – как от дикости и буйства герой перешел к спокойствию и мудрости, интересу к наукам и медицине (До Хирона и Кирки (Цирцеи) фармакея не существовала в мире Эллады; и уж смертных могли исцелить только боги).
***
Зевс – глава Олимпийцев, бог грома и молнии.
Гера – супруга Зевса, богиня брака.
Афина – богиня ремесла/искусства войны (ее поле деятельности отличается от удела Ареса – того не интересует ни стратегии, ни переговоры, ни осады или защита – как и прочие мелочи, где нужно хотя бы миг подумать, прежде чем действовать) и мудрости.
Артемида – богиня охоты, сестра Аполлона.
Гермес – бог-посланник, покровитель плутов и торговцев.
Гелиос – титан, бог солнца.
Селена – титанида, богиня луны, сестра Гелиоса и Эос.
Эос – титанида, богиня зари, сестра Гелиоса и Селены.
Концепт
По велению Зевса решили боги обучать ветвь крови божественной и талантливых отроков от смертных – искусствам, грамоте и почитанию (и подчинению) Олимпийцев, чтоб росли они вместе в дружбе и любви, не удумали встать на сторону противную, не припомнили о павших титанах и не искали милости их, побеждали чудовищ, строили царства и храмы и славили Додекатеон до скончания времен.
И явился посланец, Гермес, в семьи избранные, чтобы юношей и девушек богов, смертных и даже тварей доставить в храм знаний и воспитать из них достойных мужей и жен.
***
Эпаф подвергает божественное происхождение Фаэтона сомнению – всю дорогу. И, мягко говоря, они не дружат. Единственный, кто верит парню и сопереживает – царевич Кикн.
Близится завершение учения, каждому из воспитанников предстоит совершить подвиг, чтобы заслужить звание героя. Фаэтон бросает вызов Эпафу и сообщает – отец доверил ему правление солнечной квадригой.
В путешествие на Край Света – во дворец Гелиоса – отправляются не только Фаэтон (как в оригинале), но и Кикн, Эпаф, Мемфида и Хирон.
В повествование добавлены некоторые изменения, чтобы история (местами противоречивая, но выбраны некоторые подходящие для сюжета вариации мифа) стала интереснее.
***
Страдающего Кикна (после гибели Фаэтона от Зевсовой молнии) Аполлон превратил в лебедя. А Фаэтона возносит к звездам. После Гелиос снова водит колесницу, потому что Аполлон отказался продолжать сие дело из-за утраты сына.
Время: события происходят примерно в 1500 (что наиболее оптимально для повествования) гг. д.н.э.
I. Он шел туда, где звучит музыка
Историю он слышал эту неоднократно – от матери, Климены, но не от отчима, Меропа, – тот лишь кивал и говорил:
– То правда, большего не знаю. Всему есть причина. И велено мне стать тебе отцом не хуже родного. Удалось мне, как думаешь?
– Удалось, отец, – отвечал парень. И не поспоришь – мужчина этот их обеспечивал, кормил и одевал, веселил и никогда не покидал. Слова плохого не сказал и руки не поднимал – ни на пасынка, ни на мать. Да, пусть стар и ворчлив порой, а дочерей жалует больше, нежели его, так и пусть.
“Добиться бы правды от него!” – думал Фаэтон. Но, вестимо, клятвой какой уста его сомкнуты в вопросе этом – так что истины не дождешься.
Мать же рассказывала о давно канувшей в Лету поре восторженно и самозабвенно: горели очи, на щеках цвел румянец, а затейливых слов (смысла некоторых сын никак не понимал и до сих не ведает их доподлинного значения) и не счесть, – но как на устах материнских они перекатывались, возносились и падали, чтобы взмыть вновь – к солнцу, выше, еще! Голос ее – звонкий, мелодичный – как арфа – таким его Фаэтон сызмальства помнил – даже звучал иначе во время песни – именно этой, хотя мать пела (И сколько же сюжетов и рифм она держала в голове!) и другие.
Возможно, так она напомнить о себе желала – вот я, все еще здесь, слышишь ли ты нашу песнь, помнишь ли нашу любовь? Не забыл же ты меня и сына? Мы думаем о тебе каждодневно – заслоняем мокрые лбы руками, щуримся, но смотрим на тебя, – надеясь и уповая, что хотя бы ты нас видишь, как обещался, когда над нашими головами проносишься на солнечной квадриге. Мы преданы искусству и тебе, Сияющий!
И пусть отец – истинный, настоящий, родной – их покинул, более никогда не воротившись, обрек на одиночество, поступил жестоко (но такова природа богов всех, а иные поступали и того хуже – губили отпрысков и возлюбленных, превращали в зверье иль даже тварей, в молчаливые деревья и травы – что еще горше…), Климена любила его столь крепко даже сейчас.
Насчет отношения к богу, который обманул мать и бросил собственного отпрыска, парень так и не определился – глубоко-глубоко внутри он верил, что пока не пришел час, а внимание отца надобно заслужить. Только вот как это сделать, если сына бога искусств и музыки – не прельщают сии увлечения? И слуха отродясь нет – будто сатир на ухо наступил…
“Иль есть у отца сын куда утонченный в науках и искусствах, бог чистых кровей, от лучезарной богини или нимфы, а не полукровка, как я, что и вспоминать обо мне ему некогда?” – Юноша вздыхал и отводил взгляд от светила, прятался в тень и прохладу.
***
Люд вставал с восходом (когда богиня рассвета Эос отворяла двери золотого дворца Солнца), дабы жить и трудиться – так повелось. И семья Фаэтона поступала подобно прочим – всем на всём свете. И порой не хотелось ему пробуждаться и видеть, как золото красное тянется нитью на краю мира, не желал он слушать пение матери вновь, как к нему примешивался густой (будто ихор) басок Меропа, а после и голоса родившихся у них девочек – его сестриц.