Ты никогда не станешь моим бесплатное чтение
![](/img/b/97149.jpg)
Пролог 1 Катя
– Я хотела поговорить с тобой, – неуверенно начинаю я. Даже примерно не могу представить, какую реакцию ждать от Кости Лисянского, моего близкого друга в прошлом и совершенно построенного человека в настоящем.
– Если ты о той ночи… – начинает мужчина, но я мгновенно перебиваю его.
– Да, то есть нет, – отрывисто вздыхаю я. – Не совсем, Кость.
– Ты права, мы должны это обсудить. Все же мы с тобой не посторонние и взрослые люди, чтобы делать вид, что ничего не произошло, и бегать друг от друга, – он поворачивает во двор, и я на автомате ищу взглядом свою машину. Стоит только убедиться, что с ней все в порядке, как спутанные мысли о предстоящем разговоре с Лисом моментально врезаются в голову.
Я искоса наблюдаю за Костей. Он больше не мальчик, который был рядом со мной на протяжении тех лет, что мы учились и дружили. Теперь он состоявшийся мужчина, знающий, чего ждать и хотеть от жизни. Пристальный взгляд, сканирующий всех и вся, хмурые брови, играющие желваки на скулах говорят о том, что мальчик вырос, и теперь с ним шутки плохи.
– Да, Костя, мы должны все обсудить, – я вкладываю в свой голос максимум уверенности, но он все равно кажется хриплым и тихим.
– Приехали. Думаю, удобнее будет поговорить в квартире. У меня скоро встреча, я должен принять душ и переодеться, – Костя чеканит каждое слово. – Пойдем.
Не могу не сказать ему. Это было бы неправильно, но в настоящий момент я волнуюсь так, что, кажется, сердце выпрыгнет из груди, сто́ит мне только переступить порог его квартиры. Но ведь это Костя, мой дорогой друг, который всегда понимал и поддерживал меня. Ну и пусть прошло слишком много лет с тех пор, как мы в последний раз говорили как друзья.
– Располагайся, Кать, – мужчина бросает ключи на полку в прихожей, а в моей памяти всплывают картинки недавней ночи. – У меня не так много времени, ты уж прости.
– Не думаю, что нам следует обсуждать то, что было, полдня, – выдавливаю из себя хоть что-то, наконец-то набираясь смелости и заглядывая в глаза Лису.
– Я так понимаю, что мы не просто уснули, – резко говорит Костя. – Давно я не надирался до такой степени, что отшибло память.
– Не просто, Кость, – киваю я, не двигаясь с места.
– Я ещё утром понял, что что-то не так. Твоя реакция была слишком очевидной, – усмехается мужчина.
– Что ж не переспросил? – нервно сглатываю я, потирая ладошки, которые уже успели вспотеть.
– Башка раскалывалась на части, да и зная тебя… – Лис замолкает и прислоняется к дверному проему, складывая руки на груди. – Если бы Катя Соболева хотела, я бы узнал об этом.
– Есть последствия той ночи, – я смотрю в глаза Косте. Он в изумлении выгибает бровь.
– О чем ты? – грубо спрашивает Лисянский.
– У нас будет ребенок, – быстро отвечаю я.
– Я не ослышался? – мужчина резко меняется в лице.
– Нет, – сохраняю спокойный тон. – Я беременна. От тебя.
Он окидывает меня презрительным взглядом с головы до ног, после чего начинает смеяться. Но в этом смехе не слышится ни капли радости, скорее наоборот – горечь и отчаяние. Я сжимаюсь, будто от холода, хотя в его квартире очень даже комфортная температура. Все дело в нем, в отце моего ребенка. За все то время, что мы друг другу знаем, я еще никогда не видела Костю Лисянского таким.
– Твое вранье может дорого тебе стоить, Соболева, – Лис мгновенно оказывается возле меня и резко хватает за подбородок, пристально заглядывая в глаза.
– Я не вру, – почти выкрикиваю я.
– Замолчи, Катя! – он отпускает меня также молниеносно. – И послушай внимательно. У меня не может быть детей. Никогда! А теперь проваливай. И навсегда забудь дорогу в мой дом.
Мне больно, слезы струятся по моим щекам, но я не чувствую их. В груди словно кто-то прокручивает раз за разом острым клинком, и образовавшаяся дыра становится все больше. Мне трудно дышать, кажется, что кислорода и вовсе не остается. Я словно на последнем издыхании хватаю воздух ртом, но тщетно. Пячусь к входной двери, не отводя взгляда от человека, который только что навсегда разбил мое сердце.
– Ты никогда не станешь моим, Костя, даже если приползешь на коленях с ворохом извинений. И когда тот момент наступит, я попрошу, – я задыхаюсь, в горле моментально пересыхает. – Нет, не просто попрошу, я сама лично засуну их тебе в одно место.
– Не обольщайся, Катюша, – он намеренно выделяет мое имя. – Этого не произойдет. Я не терплю в своем окружении лгунью. Не представляю, что за игру ты затеяла, могу сказать лишь одно – ты в нее заочно проиграла. А теперь уходи, пока мне не пришлось силой выставить тебя из моей квартиры.
Я выбегаю, глотая соленую воду, струящуюся по моим щекам. Пелена слез застилает мои глаза, и я на автомате нажимаю на брелок своей машины. Усаживаюсь на сиденье, вставляю ключ и выезжаю с парковки. Не успеваю проехать и ста метров, путаю педаль газа и тормоза и становлюсь виновницей аварии. Правой рукой потираю лоб, которым успела стукнуться о руль, и выхожу из своего автомобиля.
– Ты в своем уме? – громко кричит разъяренный мужчина, глядя на свои наручные часы.
– Простите, я вас не заметила, – невнятно блею я, переводя взгляд на помятый бампер дорогого внедорожника последней модели, после чего негромко восклицаю. – Черт возьми!
– Нет у меня времени с тобой возиться, – чуть спокойнее говорит он, по всей видимости, обращая внимание на мои заплаканные глаза. – Вот моя визитка. Жду звонка завтра утром, – я непонимающе смотрю на прямоугольную ламинированную бумагу. – По поводу ремонта. Тебе придется возместить ущерб.
Мужчина в деловом костюме открывает дверь своего внедорожника и моментально срывается с места.
– Только этого мне не хватало, – бормочу себе под нос.
– Катя! – окликает меня знакомый голос. Я поворачиваю голову и застываю на месте, готовясь провалиться сквозь землю. – Какая неприятность! – сокрушенно произносит девушка.
– И тебе добрый день, Лера, – сквозь зубы говорю я. А сама в этот момент думаю о том, что же ещё должно произойти сегодня? Ещё одна подобная ситуация, которая окончательно добьет меня?
– Ты какими судьбами здесь? – хитро улыбается девушка Лиса.
– По работе, – сглатываю ком, который снова подступает к горлу.
– Понятно. Слушай, Кать, я сама хотела с тобой связаться, а тут по воле случая мы и встретились, – девушка делает небольшую паузу, вероятно, намереваясь создать интригу, но замечая, что я никак не реагирую на ее слова, продолжает. – Как ты уже знаешь, на следующей неделе у нас с Лисом свадьба.
Я стараюсь ничем не выдавать эмоции, которые в буквальном смысле хватают меня за горло и душат так сильно, что мне в очередной раз за этот гребанный день не достаёт воздуха.
– Мне бы хотелось, чтобы ты – как близкий друг моего будущего супруга – присутствовала на таком значимом событии. Я знаю, что для Кости ты значила очень многое, и как ты не раз вытаскивала его из различных передряг. Поэтому вот держи, – Лера даёт мне невероятной красоты конверт, из которого торчит приглашение, после чего садится в автомобиль, и, не прощаясь, уезжает, оставляя меня наедине с дерьмовым настроением, которое, казалось бы, хуже уже быть не может. Но нет. Сегодня определенно не мой день. В довершение ко всему я получаю приглашение на свадьбу к отцу своего ребенка. Что может быть ужасней?
Глава 1 Катя
Шесть лет назад
– Лис, ты видел того чудака в оранжевом парике? – смеюсь я, подхватывая лучшего друга под локоть. Парень морщит нос, демонстрируя всем своим видом, что мужчина в парике его совсем не интересует. – Напоминает тебя в нашу первую встречу.
– Я почти простил тебя, Соболева, – серьезным тоном произносит Костя. Я перевожу взгляд на парня, и замечаю в его глазах озорные смешинки. – Поэтому в твоих же интересах не напоминать мне об этом,
Мы с Костей бредем по оживленной улочке, которая наполнена смехом и весельем. Сегодня выходной день, а это означает, что к вечеру здесь протолкнуться будет весьма затруднительно. И именно по этой причине мы решаем пройтись сейчас после напряженного, наполненного несколькими экскурсиями дня.
– Честно говоря, я валюсь с ног от усталости, Кость, – хнычу я. – Мы только за сегодня прошли километров тридцать. Не меньше. Я выжата как лимон.
Лис смеется. Своим глубоким низким бархатным смехом, который каждый раз заставляет меня замирать. Ведь так умеет только он. Мой лучший друг мужского пола. Удивительно, сколько раз судьба или жизнь, кому как нравится, сталкивала нас друг с другом, мы всегда оставались, и продолжаем оставаться близкими друзьями.
– Хочешь перекусить? – спрашивает он, чуть наклоняясь. Этот жест означает, что он готов предоставить мне свою спину в качестве транспорта.
– Костя, ты самый лучший! – восклицаю я, обнимая руками за шею. Он подхватывает меня под бедра, и я чувствую, как устали мои ноги, и что они больше не пройдут ни одного метра. – Давай перекусим. Внизу улицы есть отличная забегаловка. Помнишь, мы в первый день там обедали?
– Предлагаешь нести тебя целый квартал? – усмехается он, двигаясь в нужную сторону. А я невольно вдыхаю его потрясающий парфюм, гоня от себя ненужные мысли.
Наша первая встреча становится полным крахом. Это происходит еще в сентябре четыре года назад. Первая неделя первого курса в университете выдаётся не самой простой. Да и дома все не так идеально, как хотелось бы. Словом, я нахожусь в крайне подавленном состоянии, не зная и не понимая, как из него выбраться.
У отца большие проблемы с бизнесом, который держится буквально на последнем издыхании. По правде говоря, если бы не моя помощь, то абсолютный крах оказался бы неминуем. Я вкалываю днями и ночами на фабрике отца, лишь бы выбраться из тяжелой ситуации, в которой оказалась наша семья. Казалось бы, молодая девушка уже восемнадцати лет должна наслаждаться жизнью, встречаться с друзьями, влюбляться в парней, но у меня просто нет на это времени. С прошлого года я помогаю отцу сводить концы с концами, и результаты моих трудов уже начинают приносить свои плоды. Ещё годик-другой в таком темпе, и мы заживем как раньше, когда еще моя мать жила с нами. Именно в это время по воле случая я знакомлюсь с Костей Лисянским, с человеком, который переворачивает всю мою жизнь с ног на голову.
Ещё со школы за мной таскается Саша Юматов, которого в прошлом я отшивала далеко не один раз. Но этому кадру наплевать. Он даже в университет поступил, лишь бы быть ближе ко мне. По мне так полный бред. Но факт остаётся фактом. И по какой-то неизвестной мне причине Саша сходится с Костей Лисянским.
– Красотка, привет! – небрежно бросает Юматов, направляясь к столику, за которым обедает компания парней, буквально в первый же день зарекомендовавших себя "королями" первокурсников.
– Иди, куда шел, Юматов! – злобно рычу я, поперхнувшись брусничным морсом, который мгновенно встаёт мне поперек горла. – У тебя какие-то проблемы с мозгами? Я тебе уже несколько лет твержу одно и то же. Отвали от меня.
– Ух, какая ты строптивая, Катюха! – усмехается он, касаясь своими тонкими пальцами моего плеча. – Кстати, угощайся!
Парень ставит на стол перед моим лицом стакан с оранжевой жидкостью, по внешнему виду напоминающей апельсиновый сок, который, к слову сказать, я не переношу даже на дух. Да и, ко всему прочему, у меня аллергия на цитрусовые. И Саше это хорошо известно. Парень закатывает голову и заливисто смеётся, чем обращает на себя ещё бо́льший гнев, который разрастается внутри меня буквально в геометрической прогрессии.
– Кать, он того не стоит. Идиотом был, идиотом и останется, – моя лучшая подруга Есения берет меня за руку. Я перевожу свой взгляд на нее, но взять себя в руки уже не представляется возможным. Вероятно, не начнись этот день так дерьмово, я могла бы и вовсе не реагировать на неадекватного человека.
Я резко встаю со своего стула и хватаю стакан с апельсиновым соком, расплескивая содержимое на пол. Чувствую на себе взгляды всех собравшихся, но не обращаю внимания ни кого и ни на что, кроме спины в белой рубашке. Уверенной походкой двигаюсь в сторону столика, за которым восседает компания из шести человек. Трое из них повернуты спиной, но мне не составляет труда найти ненавистного Юматова. Недолго думая, подхожу к нему и выливаю содержимое стакана парню на голову.
Внезапно становится тихо. Слышен лишь звук капель оранжевого цвета, которые хаотично опускаются на пол. Мне нисколько не стыдно, Юматов заслуживает наказания за долгие годы своей навязчивости. Остается только надеяться, что после моей выходки он отстанет от меня раз и навсегда.
– Какого чёрта?! – раздается грозный голос, больше напоминающий разъяренный рев быка, от которого буквально подскакиваю на месте. Медленно осознаю, что только что произошло, и не могу пошевелиться. Ноги в прямом смысле слова деревенеют, а внутри меня постепенно разливается неприятное, но такое знакомое чувство вины.
Я поворачиваю голову вправо и замечаю самодовольную ухмылку Юматова. Твою ж…! Возможно, эта ситуация могла бы стать забавной, если б не была настолько идиотской.
– П-прости, – едва слышно одними губами бормочу я.
– Облажалась так облажалась, Соболева! – смешно оказывается только одному Саше.
– Заткнись, Юматов! Ты полный кретин! – сквозь зубы произношу я.
Чувствую себя полной идиоткой. Я только что облила белоснежную рубашку совершенно незнакомого мне парня яркой сладкой жидкостью. У Юматова такого же оттенка волосы, как у этого человека, и белоснежная рубашка. Чёрт!
Он медленно оборачивается. Презрительный взгляд, которым этот человек окидывает меня, красноречивее всяких слов. Чувствую, как в помещении резко становится жарко, а внутри меня все сжимается.
– Прости, я не хотела, – еле слышно произношу я. – Нет, не так. Я хотела, но приняла тебя за другого. Попробую все исправить.
Что движет мной в этот момент, совершенно не ясно, но я хватаю со стола несколько салфеток и промачиваю ими жесткие волосы темноглазого шатена. Стараюсь не смотреть на него, но все равно замечаю, как темные брови незнакомца выгибаются в изумлении. Несколько секунд парень не предпринимает никаких действий, вероятнее всего, он пребывает в шоковом состоянии, впрочем как и я.
– Идём! – приказывает он, перехватывая мою руку. Его голос звучит грозно среди оглушающей тишины, которую по-прежнему никто не решается нарушить.
Он резко поднимается со своего места, возвышаясь надо мной высокой скалой, отчего я чувствую себя сантиметров на двадцать ниже, чем я есть на самом деле. Успеваю уловить лишь сочувствующий взгляд своей лучшей подруги, прежде чем меня буквально вышвыривают из столовой.
– Что ты себе позволяешь? – возмущаюсь я в безуспешных попытках выдернуть свою руку из крепкой хватки "зверя". Он тащит меня к выходу из здания университета, и, честно говоря, мне становится не по себе. В голове рисуются не самые приятные картины того, что со мной будет из-за этой маленькой оплошности. – Я, конечно, понимаю, что виновата, но давай как-то полегче, хорошо?
– Замолчи! – рявкает парень, после чего открывает входную дверь.
– Куда ты меня тащишь? У меня ещё две пары, я не могу их пропустить, – пытаюсь держать свои эмоции под контролем, но каждое слово даётся мне с большим трудом. Я понимаю, что попала.
– Сегодня ты не вернёшься в универ, – отрезает он, когда мы подходим к белоснежному спортивному автомобилю. – Едешь со мной искупать свою вину. Очень вовремя ты мне попалась.
– С чего ты решил, что я куда-то поеду с тобой? Да я даже не знаю, кто ты? – меня буквально вталкивают на переднее сиденье спорт кара, после чего дверь моментально закрывается.
Парень быстро обходит автомобиль, на ходу снимая свою мокрую рубашку. Мой взгляд невольно падает на рельефное тело, и я моментально отворачиваюсь. Не на что мне глазеть, тем более, в той ситуации, которой я оказалась, парни – это последнее, о чем я должна думать или мечтать. Всему своё время.
– Меня зовут Костя Лисянский, учусь на первом курсе, – парень поворачивает ключ в замке зажигания и выезжает с парковки. Его нисколько не смущает отсутствие одежды до пояса, зато я чувствую себя, мягко говоря, неловко.
– Куда мы едем? – спрашиваю я, разглядывая за окном сменяющиеся один за другим пейзажи.
– За новой рубашкой, – коротко отвечает парень. Некоторое время он молчит, после чего, наконец, задаёт вопрос. – Ты Соболева? Катя?
– Да, – в изумлении поворачиваю голову в его сторону и тут же ощущаю, как заливаюсь румянцем. – Ну конечно, Юматов.
– Слушай, раз уж ты готова искупить свою вину, – отрывисто говорит Костя, а я удивленно ахаю, – то сегодня у тебя как раз есть такая возможность.
– Что я должна сделать? – спокойно спрашиваю я.
– Притворишься моей девушкой, – пожимает плечами парень, ехидно улыбаясь.
– П-прости? – заикаясь, произношу я.
– Есть ещё вариант, – невозмутимо отвечает Лисянский. – Ты можешь купить мне новую рубашку.
– Я предпочитаю второй вариант, – фыркаю я.
– Ее стоимость около тридцати тысяч, – он паркуется рядом с торговым центром, и я понимаю, что Костя не шутит. Здесь находятся самые дорогие бутики города. Парень глушит двигатель и поворачивается ко мне. На его губах играет лёгкая ухмылка. – Так что, идём за рубашкой?
Глава 2 Катя
– Кость, честное слово, мне очень стыдно за нашу первую встречу, – хитро улыбаюсь, когда мой друг открывает дверь только что выбранной забегаловки.
– Рад, что ты испытываешь подобные чувства, – парень открыто усмехается. – Я ведь до сего момента считал, что тебе это чуждо. Вот тот столик свободен, – Костя машет рукой в сторону свободного столика у окна, после чего берет меня за руку, продвигаясь к пункту назначения.
Прикосновение Лиса совершенно обычное, едва ощутимое, но я чувствую легкое покалывание. Не понимаю, что так на меня действует: усталость или же нечто другое, но в этот момент решаю отбросить все мысли из головы и насладиться приятным времяпрепровождением в отличной компании своего лучшего друга. По правде говоря, в последние несколько дней я ощущаю определенную неловкость в присутствии Кости. Меня будоражит его близость, что очень странно, учитывая, сколько лет мы остаёмся просто друзьями.
– Я так рада, что ты согласился поехать со мной, – искренне произношу я. – Это первое лето, когда я, наконец, могу вздохнуть спокойно. Папин бизнес потихоньку набирает обороты, и у меня теперь есть время и на себя.
– Хороший он у тебя мужик, – серьезным тоном говорит Лис, забирая чашку с кофе у только что подошедшего официанта. Парень некоторое время молчит, и, казалось бы, едва уловимое напряжение, которое исходит от Лиса, я ощущаю чересчур остро.
В голову невольно врываются воспоминаний трёхлетней давности и первая встреча с семьёй Кости, когда мне пришлось притвориться его девушкой. Ещё тогда я удивилась, как родители наседают на него. А парню было всего-то восемнадцать. Лисянский-старший довольно успешный предприниматель, у которого в столице имеется огромное количество знакомых в разных сферах, поэтому для меня этот человек представляется тем, кого лучше обходить стороной. Супруга Виктора и по совместительству мама Кости Татьяна тоже, что называется, непростых кровей. Зато сестричка Кости Агния невероятно приятная и умная девушка, с которой несмотря на небольшую разницу в возрасте мы сразу же находим общий язык. Она младше Кости на три года, но между братом и сестрой складываются теплые отношения, которые видны невооруженным глазом. И, по правде говоря, когда окунаешься в атмосферу семьи Лисянских, кажется, что Костя и Агния вовсе не дети своих родителей. Настолько они отличаются от холодных и своенравных Виктора и Татьяны. Но навряд ли я имею хоть какое-то право рассуждать на тему их семьи, ведь моя никогда не являлась примером для подражания.
– Родителей не выбирают, Кость, – обреченно вздыхаю я. – Но, так или иначе, думаю, твои желают тебе счастья. Просто… делают это своими способами.
– Не уверен, что они желают счастья, – горько усмехается парень, переводя взгляд на оживленную улицу. – Эти двое из тех, кто ищет выгоду и пользу от всех, кто находится в радиусе ста километров. И их дети, к несчастью, исключением не являются.
– Мне очень жаль, – я кладу свою ладонь поверх кисти парня и моментально встречаюсь с ним взглядом, в котором помимо теплоты и благодарности вспыхивает какой-то незнакомый мне огонек. Я несмело улыбаюсь и медленно убираю свои руку, но он перехватывает мои дрожащие пальцы, тем самым заставляя пульс участиться.
– Спасибо, – парень едва шевелит губами, после чего неловкий момент рушит подошедший вовремя официант.
К отелю мы с Костей направляемся на удивление молча. Ощущение неловкости ни на мгновение не покидает меня. Искоса поглядываю на парня, но на его лице не замечаю ни единой эмоции.
По своим ощущениям четко понимаю, что несмотря на усталость навряд ли мне удастся быстро заснуть. Что-то в голове щелкает, а в сердце стреляет, и я пока не понимаю, что с этим делать. А, главное, не могу перестать думать о будоражащей близости моего лучшего друга. Черт возьми!
– Хочешь или нет? – Костя пожирает меня пристальным взглядом, который я так отчетливо чувствую на себе, но не могу заставить повернуть голову в его сторону.
– Чего хочу? – непонимающе качаю головой, по-прежнему не глядя на друга.
– Кать, ты в облаках витаешь, что ли? – усмехается Лис, резко останавливаясь.
– Нет-нет, просто задумалась, – вру я.
– Я говорю, хочешь пройтись к морю, подышать воздухом перед сном? – спрашивает парень. – Нам через пару дней возвращаться, а на море в ночное время мы так и не были.
– Да, конечно, я “за”, – чувствую, как мои губы расплываются в натянутой улыбке.
– Тогда идем, – тихо произносит он.
Море сегодня спокойное, а на берегу нет ни души. Костя пропускает меня вперед, и я смело шагаю по вытоптанной дорожке, которая располагается среди высокой травы.
– Здесь потрясающе! – восклицаю я, глядя на гладкую поверхность моря, освещаемую светом луны. – И почему мы только перед отъездом решили прийти сюда ночью?
– Слишком насыщенной у нас оказалась поездка, – спокойно отвечает Лис, разглядывая звездное небо. – Было не до этого.
Я поднимаю глаза вверх и поражаюсь открывшейся картине. Темное полотно усыпано бесчисленным числом звезд, свет которых отражается на водной глади. Вид завораживает, и я достаю из сумки телефон, чтобы запечатлеть этот удивительный пейзаж.
– Видел? – восторженно вскрикиваю я. – Упала звезда!
– Успела загадать желание? – веселым тоном спрашивает Костя, после чего начинает снимать с себя футболку.
– Да, – весело произношу я, сменив фокус с неба на парня. – Ты что делаешь?
– Купалась в море ночью хоть раз?
– Нет, конечно! – я изумленно таращусь на лучшего друга, но он, не обращая на меня никакого внимания, продолжает снимать с себя предметы одежды.
– Нет желания? – даже в темноте я вижу озорные смешинки в его глазах. Парень подмигивает мне, после чего разгоняется и ныряет в темную воду.
– Костя! – кричу я, когда спустя несколько секунд парень не выныривает из моря.
Проходят еще секунды, и я начинаю не просто волноваться. Мне становится страшно, ведь только что могло произойти нечто непоправимое. На ходу снимаю с себя одежду и, оставшись в одном нижнем белье, пулей мчусь к тому месту, куда только что нырнул мой лучший друг.
– Ну наконец-то, Соболева! Воздух-то уже стал заканчиваться, – раздается откуда-то слева, и я мгновенно поворачиваю голову.
– Лис, я ненавижу тебя! – восклицаю я, после чего бью по теплой воде рукой, обрызгивая и без того мокрого Лиса.
– Это вряд ли, – тон парня резко становится серьезным. – Мне известно твое истинное отношение ко мне.
Костя ныряет в море и буквально за считанные секунды оказывается рядом со мной. На опасно близком расстоянии. Я резко разворачиваюсь, когда ощущаю на своей талии жестковатые пальцы. Темно-русые волосы Лиса кажутся почти черными, а в карих глазах парня читаются незнакомые эмоции, направленные в мою сторону. Далее события развиваются весьма стремительно. Мой друг осторожно притягивает меня к себе и касается своими губами моих. Невесомо, почти неосязаемо, но это прикосновение вызывает внутри меня такую бурю, которая не проходит даже по возвращении домой.
– Месячное воздержание, Лисянский? – нервно усмехаюсь я, медленно отрываясь от Кости. Делаю над собой усилие, заглядывая в глаза лучшему другу, который только что своим поведением разрушил все мои стереотипы о дружбе между мужчиной и женщиной.
– Типа того, – хмыкает Лис. В его поведении ничего не меняется, и я искренне рада этому, потому как с тем ощущением неловкости, которое начало развиваться во мне еще сильнее после поцелуя, бороться непросто даже мне.
– Хочешь сказать, даже не ёкнуло? – я игриво хлопаю парня по плечу, после чего делаю попытку выйти из моря.
– Соболева, на что ты рассчитываешь? От ворот поворот ты мне дала сразу же после ужина у моих родителей, – Костя подаёт мне руку, и мы вместе выходим из воды. – Как ты говорила? – парень принимает задумчивый вид, но я точно знаю, что он помнит. Ведь мы не раз за эти три года обсуждаем мою цитату.
– Любовь – это одна сплошная иллюзия, поэтому давай не будем забивать голову подобными глупостями, – повторяю я свои же слова, после чего добавляю. – Знаешь, я в самом деле считаю, что невозможно любить одного человека всю свою жизнь.
– Ты так считаешь? – отстраненно переспрашивает Костя, натягивая на себя футболку.
– Да, – пожимаю плечами, собирая намокшие волосы в высокий хвост. – Все дело в том, что мне неизвестны такие пары, которые бы относились друг к другу с тем же трепетом, что и в самом начале отношений. Либо пары разваливаются спустя несколько лет, либо… – я запинаюсь.
– Живут как мои родители, – заканчивает за меня Костя и попадает в самую точку.
Я быстро киваю и перевожу тему. По пути в номер мы говорим почти обо всем на свете, избегая только произошедшего между нами. Я хоть и болтаю всякую чепуху, смеюсь порой невпопад и веду себя как обычно, но, на самом деле, внутри бушует ураган необычных и несвойственных мне эмоций.
Смотрела ли я хоть раз на Лиса как на бойфренда? Нет! Вру! Да, конечно, да! В самом начале нашей дружбы подобные мысли посещают мою голову, но я гоню их от себя подальше. Во-первых, потому что я должна помогать папе, а, во-вторых, Костя из тех парней, кто оставляет после себя глубокий след в душе. Он весьма симпатичный, харизматичный и уверенный в себе парень. Уже в восемнадцать такие качества, как целеустремленность и самодостаточность, выделяют его среди сверстников. И дело не в материальном благосостоянии, а в том, что он знает, чего хочет, он не идёт на поводу у отца и матери, а живет своей жизнью, не забывая учитывать интересы родных. А если прибавить к этому ко всему высокий рост, широкие плечи и осанку как у Аполлона, то остается лишь тайно или открыто вздыхать по нему, как это делает добрая женская половина университета.
– Я в душ, – выпаливаю я, на ходу снимая свои сандалии. Вечная борьба между мной и Лисянским продолжается на протяжении всего отпуска, независимо от того, в какой стране мы находимся. А все потому, что мистер Чистая пятая точка моется почти час.
– Черт! Кость! – кричу я, потому как не сразу замечаю, что полотенце здесь отсутствует. По всей видимости, его забрали во время очередной уборки, а чистые сложили на кровати вместе с постельным бельем.
Я жду добрых пять минут, но когда мой друг не откликается и в пятидесятый раз, то решаю забрать полотенце самостоятельно. Выглядываю из-за двери и, никого не замечая, пробираюсь к кровати. Заворачиваюсь в полотенце, но чувствую на себе пристальный взгляд. Ищу глазами источник моего дискомфорта, и мгновенно ощущаю, как щеки заливаются краской, когда вижу, что Костя лежит на диване в наушниках и ни на секунду не отводит взгляда от моей персоны.
Глава 3 Катя
– Я собираюсь закатить вечеринку по приезду, придёшь? – спрашивает Костя в комнате ожидания. Наш рейс задерживается уже на целый час, и мы коротаем время за просмотром какого-то неинтересного боевика.
– Разумеется, Лисянский! – восклицаю я. – Возьму с собой Есю. Моей дорогой подруге уже давно пора развеяться.
– Конечно! О чем речь?! – произносит он, листая в телефоне фотографии из отпуска. несколько секунд молчит, после чего задает короткий вопрос. – Англия, да?
– Да, – протягиваю я, чувствуя, как мой голос наполняет неподдельная радость от невероятных впечатлений о стране, которая, к счастью, полюбилась не только мне одной. – Я и не думала, что меня может что-то поразить настолько сильно. Удивительная архитектура, природа. Да и люди вовсе не снобы, Кость.
– Нам просто попадались такие, – на губах парня я замечаю искреннюю улыбку, от которой мое сердце пропускает удар. – Позитив притягивает позитив. По-другому и быть-то не может.
– О, наш рейс! – говорю я, услышав объявление по громкой связи.
– Наконец-то, – Костя потирает свое лицо, после чего встаёт с места и, схватив нашу ручную кладь, направляется к выходу.
– Спасибо тебе за эту поездку, – едва слышно произношу я. Чувствую, как к горлу подступает ком. – Я никогда не забуду того, что ты сделал для меня.
– Эй! Завязывай хандрить! Твоему милому личику это не идет, – он останавливается возле меня и осторожно касается моей щеки, вытирая одну скупую слезу, которую не успеваю сдержать.
Я моментально убираю руку парня и обнимаю его за шею, прижимаясь всем телом. Для меня действительно эта поездка значит слишком многое. И тот факт, что именно Костя соглашается составить мне компанию, возносит его в моих глазах практически до небес. Все дело в моей матери. Я решаю уехать в спонтанный отпуск как раз из-за нее, вернее будет сказано, из-за ее неожиданно проснувшейся любви ко мне и желании встретиться. Обида на эту женщину так велика, что я как последняя трусиха бегу из столицы туда, где эта, с позволения сказать, родственница не достанет меня. Мне просто больше не хочется бередить старые раны, которые за годы, что мы не общаемся, успевают затянуться.
Костя берёт мое лицо в свои руки и долго смотрит в зеленовато-карие глаза, не давая и мне отвести взгляд куда-нибудь в сторону. В очередной раз я ощущаю легкое покалывание от его прикосновений. Дыхание сбивается, и Лис успевает это заметить, прежде чем мне удается взять себя в руки. Я пытаюсь контролировать свои реакцию на близость парня, но предательское тело выдает меня с головой. Костя не дурак. И ему известно, как на него реагирует весь женский пол. Но я исключение. Я друг. По крайней мере, до этой поездки считала себя им.
– Хочешь, чтоб я поцеловал тебя? – открыто спрашивает Лис, отчего, как мне кажется, мои щеки вспыхивают ещё с бо́льшей силой.
– Я… – пытаюсь что-либо ответить, но слова теряются в поцелуе, которого, как оказывается, я жажду больше всего на свете.
Он не похож на тот, что был в море. В этот раз я чувствую, как жар разливается по всему телу, заставляя сердце трепетать так, что, кажется, слышит весь аэропорт. Меня ещё никогда не целовали с таким чувством и пылом. Я просто тону в тех ощущениях, которые с каждой секундой заставляет меня испытывать мой лучший друг. Губы парня настойчивы, а руки прижимают с какой-то невероятной силой. Ещё мгновение, и во мне появляется страх, что этот безумный момент моей жизни совсем скоро закончится. Поэтому, недолго думая, я поддаюсь эмоциям и с трепетом прижимаюсь к сильному телу, бесстыдно отвечая на совсем не целомудренный поцелуй.
В полном смятении я возвращаюсь домой. Непроизвольно трогаю свои губы, которые по ощущениям горят до сих пор от поцелуя, случившегося несколько часов назад. Обсудить произошедшее до сих пор не удается, потому как по случайному стечению обстоятельств мы с Лисом сидим в разных концах самолета. Костя любезно уступает свое место женщине с маленьким ребенком, а сам пересаживается на ее место в конце авиалайнера. Крайне благородно с его стороны. В этом и есть весь Лисянский.
В аэропорту нас встречает мой папа, по которому я успеваю соскучиться за время своего отсутствия. На его лице играет лёгкая улыбка, но как только я подхожу ближе, в глазах моего родного человека я замечаю слезы.
– Папочка! – со всех ног бросаюсь в объятия к отцу. Он крепко прижимает меня к себе, и я снова чувствую себя маленькой девочкой, которая слишком сильно дорожит самым родным и близким мужчиной в ее жизни.
– Здравствуйте, Алексей Геннадьевич! – вежливо протягивает Лис. Мужчины пожимают друг другу руки, после чего внимание отца возвращается ко мне.
– Надеюсь, вы отлично отдохнули! А теперь я забираю мою крошку домой. Уж очень соскучился. Тебя подбросить, Кость?
– Нет, я на такси. Вы в дороге часа полтора потеряете, – с улыбкой отвечает парень.
– Ничего страшного, расскажете как раз о поездке. С первых уст, так сказать, – настаивает папа.
– Алексей Геннадьевич, правда, все в порядке. Не беспокойтесь, я доберусь, – отказывается Костя. Он не хочет обидеть отца, но ехать действительно почти в другой конец города. – Кать, тогда до завтра. Жду тебя к вечеру на вечеринке.
– Хорошо, спасибо тебе за все, – выдавливаю из себя, ловя пристальный взгляд темных глаз своего лучшего друга.
Меня не покидает ощущение, что эти несколько секунд, в которые мы играем в "гляделки", я даже забываю, как дышать. По правде говоря, последние три дня мне кажется, что все происходит будто не со мной. И самым странным во всей ситуации являются мои эмоции и реакция на Костю. Когда-то я зареклась избегать подобную близость с ним, а все потому, что в глубине души была уверена на миллион процентов, что, попробовав раз, остановиться уже не смогу. Что уж греха таить, этот человек всегда привлекал, и привлекает меня не просто как друг. Но, видимо, только сейчас я решаюсь признаться самой себе в этом.
Отец вновь пожимает руку моему другу, теперь уже на прощание, после чего берет чемодан и поворачивается к выходу.
– Догоняй, крошка! – ласково произносит мой родитель перед тем, как уйти.
– Кость… – нерешительно начинаю я, прекрасно понимая, что сейчас не время и не место обсуждать. Но игнорировать свои чувства с каждой секундой, проведенной рядом, становится сложнее.
– Давай так, – говорит он во время образовавшейся паузы. – Мы оба сегодня переспим с мыслями о том, что случилось, и почему это произошло. Нам двоим надо переварить, так ведь?
– Да, – я уверенно киваю головой, понимая, что парень прав.
– Завтра на вечеринке найдем укромное местечко, и все обсудим, – серьезным тоном произносит Лис, после чего проводит рукой по темной копне своих непослушных волос.
– Согласна, Лис, – едва слышно отвечаю я.
– Потому что я ни черта не понял, что именно произошло между нами, – он подходит опасно близко и приподнимает двумя пальцами мой подбородок, заставляя смотреть в глаза. – Нужно понять, что это, чтобы не разрушить те отношения, которыми я дорожу, Катя.
К моему удивлению, засыпаю я мгновенно, сто́ит только голове коснуться подушки. Но сплю крайне беспокойно, то и дело, просыпаясь в холодном полу. Мне снится один и тот же сон. Костя снова и снова целует меня, и каждый раз мы практически переходим черту. Это какое-то наваждение. К утру я вообще не могу думать ни о чем, только о губах, руках и сильном мускулистом теле Кости Лисянского.
Первым делом решаю съездить на производство к отцу, чтобы посмотреть, какое оборудование заказал отец. Я ни один месяц занималась изучением наиболее подходящих моделей, и, в конечном итоге, мы с папой выбрали ту, которая теперь красуется на складе.
– Дочка, доброе утро! А ты чего вскочила ни свет, ни заря? – отец застывает с чашкой кофе в руке, когда я вхожу в кухню. – Ты же любитель поваляться подольше. И учитывая, что мы приехали уже ночью, я был уверен, что не увижу тебя раньше обеда.
– Доброе утро, папуль! Не спится что-то. Хочу съездить на производство, так соскучилась, – я подхожу к отцу и, обнимая его за плечи, целую в щёку.
Удивительно, сколько дел я успеваю переделать за короткий промежуток времени. К вечеру заезжаю за своей лучшей подругой Есенией, и мы вместе с ней колесим по городу в течение нескольких часов. С трудом уговариваю ее поехать на вечеринку к Косте, скорее, ставлю перед фактом, когда мы подъезжаем к дому, в котором он живет в собственной квартире.
Мандраж от предстоящей встречи только усиливается, но я стараюсь ничем не выдавать свои истинные эмоции. Даже лучшей подруге не рассказываю ни о чем, хотя между нами секреты возникают в исключительных случаях. Сейчас, в моей жизни, по всей видимости, случай именно такой. Да и о чем говорить? О душевных терзаниях, которые мне несвойственны?
– Привет, Лис! – веселым тоном произношу я. – Это Есения!
– Привет! – смущенно отвечает Еся.
К нам подходят ещё два парня Егор и Миха, и я непроизвольно начинаю флиртовать. Несмотря на почти полное отсутствие личной жизни с общением и флиртом у меня все в порядке.
Мы болтаем в основном об университете, а также я вскользь упоминаю нашу поездку. Стараюсь вести себя непринужденно, но волнение перед предстоящим разговором берёт верх. Через несколько песен до нас доносятся звуки медленной композиции, и Егор приглашает мою подругу на танец. Миша тоже куда-то отлучается, и мы с Лисом остаёмся наедине.
– Успела отдохнуть? – дыхание Кости опаляет мою шею. Музыка играет довольно громко, поэтому ему приходится наклониться ко мне, чтобы задать вопрос. В нос врезается дорогой и уже полюбившийся парфюм лучшего друга, и я на мгновение закрываю глаза, вдыхая приятный аромат.
– Сегодня ездила на производство, потом с Еськой встречалась, а теперь вот к тебе приехала, – натянуто улыбаюсь я. – А ты?
– Тоже был занят, – коротко отвечает Костя. Он некоторое время молчит, после чего произносит, едва шевеля губами. – Поговорим?
Я несмело киваю, после чего внезапно раздается звонок в дверь.
– Я должен встретить Беркута. Это мой давний друг, – Лис делает шаг в сторону прихожей.
– Да, конечно, – растерянно произношу я, чувствуя, пожалуй, впервые в жизни себя не в своей тарелке.
– Это быстро. В моей спальне мы сможем поговорить, – его губы приподнимаются вверх, образуя подобие улыбки, после чего он скрывается в коридоре.
Через минуту я оказываюсь в спальне лучшего друга, где уже успела побывать несколько раз. Но тем не менее, с любопытством рассматриваю все, что здесь имеется. Взгляд останавливается на черном блокноте в твердом переплете. Я оборачиваюсь, будто совершаю нечто противоправное, и как только вижу, что дверь закрыта, открываю ежедневник. Перелистываю несколько страниц. Ничего интересного. Обычные учебные и рабочие записи.
– Нашла что-то интересное? – внезапно над ухом раздается низкий бархатный голос Лиса. От неожиданности я подскакиваю на месте.
– Как же ты меня напугал! – я делаю вид, что хвастаюсь за сердце, а сама в это время пытаюсь выдавить из себя улыбку. – Встретил Беркута?
– Да, дружище уже во всю развлекается, – усмехается Костя, после чего его лицо резко становится серьезным. – Ты мне нравишься, Соболева.
Я на мгновение теряю дар речи и смотрю на Лиса, будто в первый раз вижу. Хлопаю глазами, понимая, что речь идет не о дружеской симпатии.
– И у нас есть два варианта развития событий, – продолжает он. – Мы оставляем всё, как есть, забываем обо всем, что произошло в Европе, и продолжаем дружить как раньше, никогда не вспоминая о том, что было.
– А второй? – я задаю вопрос настолько тихо, что, кажется, не слышу саму себя.
– Второй вариант мне нравится больше, Соболева, – взгляд парня моментально темнеет. Костя делает шаг ко мне навстречу, оказываясь в нескольких сантиметрах от меня. – Попробуем нечто бо́льшее, чем то, что у нас уже есть.
– Ты с-серьезно? – заплетающимся языком произношу я. – Как ты себе это представляешь, Кость?
– Так и представляю, – спокойно отвечает парень. Но спокойствие оказывается мнимым. Невооруженным глазом видно, как играют желваки на его скулах, а также как сбивается дыхание. – Мы перешагнули черту, и назад дороги уже нет. Давай будем максимально честными. Даже если мы попытаемся сохранить наши с тобой дружеские отношения на прежнем уровне, то из этого все равно ничего не выйдет. Мы постоянно будем возвращаться к тому, что случилось в Европе. Кать, – Лисянский подходит слишком близко ко мне и разглядывает чересчур внимательно, будто видит впервые, – ты мне нравишься не просто как подруга, ты интересная девушка, и мне хотелось бы узнать тебя и с этой стороны тоже.
Я очень хочу принять его предложение, но сама того не желая, мысленно возвожу барьер между нами. Основной и настоящей причиной отказа, которую я не собираюсь озвучивать Косте, является его несерьезность по отношению к девушкам. На протяжении трёх лет я наблюдаю все его отношения, которые не длятся более двух недель. Костя потешит свое самолюбие, после чего со мной произойдет то же, что и с другими девушками. Возможно, мы сможем строить отношения на протяжении нескольких месяцев, но исход будет один: я останусь с разбитым сердцем. И речь не идет о том, что я обязательно влюблюсь в него. Нет! Я не очень-то верю в любовь, о которой пишут в книгах. Я говорю о разочаровании в хорошем человеке, которое придет вместе с разрывом отношений. Костя спокойно переключится на другую, а я буду страдать, понимая, что вернуть дружбу уже никогда не удастся. А я, как и Лис, судя по его словам, очень дорожу тем, что между нами есть.
– Ты тоже мне нравишься, Лис, но, прости, не до такой степени, чтобы терять тебя в качестве друга, – тяжело вздыхаю я, избегая взгляда лучшего друга. – Уверена, что несмотря на те поцелуи, которые, разумеется, были очень приятными, навряд ли нам удастся сохранить и дружбу. Мне очень важен ты и отношения с тобой. Ты дорог мне, Кость. Но вот представь, со временем начнутся проблемы, ревность, скандалы и все то, что обычно разрушает отношения. Мы потеряем друг друга.
– То есть ты не рассматриваешь вариант, что у нас может что-то получиться сейчас, а в будущем мы с тобой поженимся и нарожаем кучу детей? – нервно усмехается мой друг. Он всегда делает так, когда нервничает. Костя Лисянский не привык получать отказ, поэтому его реакция мне понятна.
– Кость… – начинаю дрожащим голосом. Хочу забрать все свои слова обратно, объяснить, что мне просто страшно, ведь у нас может не получиться, но дверь в спальню резко открывается, и договорить я не успеваю.
– Так, виновники торжества! – восклицает Миша Власов. – Вы не наговорились за весь отпуск? У нас там тухло без вас. Погнали тусить!
– Погнали, Мишаня! – Лис расплывается в хитрой улыбке, после чего подходит к другу и хлопает его по плечу. – Действия, некрасиво вышло.
– Вот и я, черт возьми, о том! – громко смеется Миша и выходит из комнаты.
Костя делает шаг, после чего останавливается, расправляет плечи и резко оборачивается. Его лицо светится поддельной радостью. Уж мне-то этот блеск глаз хорошо знаком.
– Я тебя понял, Катюш. Доля правды в твоих словах есть, поэтому оставляем всё, как есть, – спокойно произносит он. – А теперь идём веселиться. Нас уже заждались.
Глава 4 Катя
В учебный заключительный год мы врываемся сломя голову. Время летит так быстро, что, кажется, не успею оглянуться, как диплом будет у меня в руках. И после учебы я смогу окончательно и бесповоротно погрузиться в наше семейное дело. Все же не так-то просто совмещать очное обучение с работой. Да и порой чувствую, что и знаний не всегда хватает.
В университете мы с Лисом пересекаемся довольно часто, но после той вечеринки общаемся исключительно по делу либо банально интересуемся, как друг у друга дела.
Сегодня я совершенно случайно отключаю будильник и опаздываю на учебу. На первую пару и вовсе нет смысла идти, потому как наш лектор не слишком приветствует опоздания даже на пять минут, не говоря уже о тридцати, поэтому я делаю всё размеренно. Мне удается выпить кофе с пирожным и подумать о завтрашней тусовке.
У Власа намечается грандиозная вечеринка. И это первое мероприятие, где мы встретимся с Костей вне стен университета. После того разговора решаю оставить все как есть и не бередить себе душу. В который раз я уверяю себя, что поступила правильно. Да и разу твердить то же самое. Вот только сердце считает иначе.
– Сенька, привет! – я встречаю свою лучшую подругу в коридоре и виновато пожимаю плечами. – Будильник не прозвенел.
– Не прозвенел или ты его наглым образом выключила? – усмехается Орлянская и добавляет. – Привет!
– Ой, не будь занудой! – говорю я, хватая подругу под руку. – Завтра тусовка у Мишани, Егор говорил тебе?
– Говорил, но я не пойду, – быстро отвечает подруга, и я замечаю, как ее настроение мгновенно меняется.
Егор – неплохой парень из той же самой тусовки. Он ухаживает за моей подругой, но невооруженным глазом видно, что душа не лежит к нему. У Есении в прошлом был не слишком удачный опыт с лицами противоположного пола, поэтому подобные мероприятия она не жалует. Но я уверена, что мне удастся уговорить ее, а с поддержкой Егора так и подавно. Вот только есть более весомая причина, по которой Еся не хочет идти туда, и, по всей видимости, она никак не связана с прошлым, скорее с настоящим. И имя ему Влад Беркутов, он близкий друг Кости и по совместительству сводный брат моей подруги.
Немалых усилий мне стоит уговорить Есению пойти на вечеринку, и когда она соглашается, то я почти силком тащу ее в торговый центр выбрать наряд для завтрашнего мероприятия. Я выбираю золотистое платье средней длины. На первый взгляд, оно кажется обычным, но сто́ит повернуться спиной, и ты уже становишься королевой бала.
– То, что надо, Кать! – восклицает Есения.
Весь следующий день я не могу найти себе места, даже несмотря на то, что кручусь как белка в колесе. Волнуюсь перед вечеринкой так, словно иду на подобное мероприятие в толпу незнакомых мне людей впервые. Я точно знаю, в чем дело, вернее, в ком, но, тем не менее, стараюсь взять себя в руки.
Я опаздываю на добрых полчаса. Вхожу в особняк Власовых, от которого пышет роскошью и дороговизной. Я здесь имела счастье побывать ранее. С Лисом. Поэтому не осматриваюсь и не любуюсь представшей картиной, а выискиваю глазами свою компанию.
Спустя мгновение чувствую на себе пристальный взгляд, точно зная, кому он принадлежит. Меня моментально бросает в жар, а щеки и вовсе пылают огнем. По коже пробегают мелкие мурашки, а сердце с трепетом пропускает удар за ударом, когда я встречаюсь с потемневшим взглядом до боли знакомых глаз. Уголки губ лишь подрагивают, когда я совершаю безуспешную попытку улыбнуться. Делаю глубокий вдох и направляюсь к компании, которая в полном составе ведет активную беседу.
Поцелуй прекращается, даже не успев начаться. Костя резко отстраняется от меня, заставляя чувствовать себя круглой дурой. Все происходит настолько неожиданно, что я даже не сразу понимаю, что Лис оказывается в противоположной стороне комнаты. Он осторожно отодвигает штору, пристально разглядывая огромный двор, в центре которого располагается бассейн. Выражение его лица кажется задумчивым и сосредоточенным. И если бы я не знала своего друга настолько хорошо, то могла бы подумать, что он чем-то недоволен, хотя на самом деле есть какие-то проблемы, которые в настоящее время его тревожат.
– Извини, Катя. Я необоснованно вспылил. Есть кое-какие проблемы, тебе о них знать необязательно, – я разглядываю профиль парня, ощущая разочарование. Ожиданием не совпадает с реальностью.
– Хорошо, как будешь готов, расскажешь, – с улыбкой произношу я.
– Кстати, платье отличное, но чересчур открытое. Не хочется, чтоб тебя приняли за… – Лис замолкает. Парень поворачивает голову в мою сторону, встречаясь со мной взглядом, в котором разглядеть какие-либо эмоции не представляется возможным. – Ты понимаешь, о чем я.
– Конечно, – быстро киваю, не понимая, что происходит со мной в этот момент. – Но оно не выглядит так.
– Ладно, предлагаю закрыть эту тему. Я тебя понял ещё в прошлый раз, поэтому теперь давай по делу, – он подходит ко мне, соблюдая дистанцию и не нарушая мое личное пространство. – У меня совсем скоро день рождения. Буду рад, если ты поможешь мне все устроить. Ты – прекрасный организатор, поэтому мне бы хотелось, чтобы именно ты и занялась этим. Отмечать будем на турбазе, – спокойно говорит парень, будто мы только что обсуждали погоду.
– Конечно, я с радостью, – натянуто улыбаюсь я, машинально поправляя свое платье. – На празднике будет вся наша компания? Или кто-то ещё?
– Да, все наши, – отвечает Лис. – И ещё плюс один человек.
В этот момент, кажется, мои щеки вспыхивают, а лоб покрывается испариной. Меня бросает в жар от простой фразы моего друга, потому что я сразу понимаю, что именно она значит.
– Кто она? – вопрос вырывается непроизвольно. Разумеется, речь идет девушке.
– Кира Рахмеева, – руки Кости медленно опускаются в карманы джинсов, а выражение лица продолжает оставаться непроницаемым.
– Ты и Кира? Серьезно? – я едва могу сдерживаться. Пару недель назад Лис говорил об отношениях со мной. Хотя чему я удивляюсь, это ведь Костя Лисянский.
– Да, почему бы и нет. Мы оба свободные люди, – пожимает плечами парень.
– Она же с Красновым встречается, – я опускаю взгляд на свои руки, чувствуя, как потеют ладошки.
– Уже нет, – усмехается он. Аргумент теряет свою силу. – Ты ревнуешь?
– Нет, Кость, с чего ты взял? Просто, на мой взгляд, это не та девица, которая подходит для серьезных отношений, – раздраженно произношу я. Едва сдерживаю эмоции, потому что эта новость становится для меня полной неожиданностью. Надо сказать, не самой приятной.
– А с чего ты решила, что мне нужно что-то серьезное? – Костя многозначительно играет бровями, после чего продолжает серьезным тоном. – Так что, возьмёшь организацию праздника на себя?
– Конечно, – я озадаченно поджимаю губы в то время, когда парень направляется к двери.
– Спасибо, – небрежно бросает он, после чего выходит из комнаты, напоследок крикнув. – Идем веселиться, Катюш.
Я оседаю на кровать и закрываю лицо руками. Ощущение какой-то пустоты или даже потери разливается внутри меня тягучей лавиной. Второй раз в моей жизни сердце буквально рвется на куски от осознания ненужности другому человеку. Моя мать стала точкой отсчета. И сейчас после разговора с Лисом я чувствую почти то же самое. Наши отношения с Костей безнадежно испорчены и восстановлению, к сожалению, уже не подлежат.
– Всем привет! – с придыханием произношу я, совершая один оборот вокруг своей оси, чтобы продемонстрировать свой наряд. Стараюсь вести себя как обычно, не выдавая волнение и истинные чувства, которые бушуют внутри меня.
– Ты шикарна, детка! – Миша приобнимает меня, и я одариваю парня ослепительной улыбкой.
– Идем, Кать! Дело к тебе есть на миллион, – резко произносит Лис, тем самым вызывая недоумение на лицах присутствующих.
Костя хватает меня за руку и ведет на второй этаж особняка. Но больше всего меня поражает его настроение. Он зол. И за три года я впервые вижу подобные эмоции. Даже со своими родителями на моих "смотринах" в первый же день знакомства он выглядел более добродушным.
Мы стремительно преодолеваем двадцать ступеней и оказываемся в первой попавшейся комнате. Парень плотно притворяет дверь, после чего поворачивается ко мне, сохраняя все то же выражение лица.
– Костя, что случилось? – я складываю руки перед собой.
– Ты меня злишь, Соболева! – после нескольких минут молчания и разглядывания моего наряда, наконец, произносит Лисянский.
– Что это значит? Не узнаю тебя, Лис, – растерянно говорю я, чувствуя себя в обществе Кости не в своей тарелке. Пожалуй, впервые за три года.
– Решила кого-то подцепить в таком наряде? – вопрос ошарашивает меня до такой степени, что я просто ахаю. – Тебе надо переодеться.
– Что? – я качаю головой, понимая, что мне вовсе не послышалось.
Лис в два шага преодолевает образовавшееся расстояние между нами, и я ощущаю его дыхание, которое моментально опаляет мою кожу. Всегда рассудительный и спокойным Лис остается на первом этаже, а сейчас передо мной другой человек.
– Платье, говорю, открытое, – парень чуть сбавляет обороты.
Он кладет руку мне на талию совсем как тогда, когда мы были в море, после чего наклоняется к моим губам. В этот момент я едва контролирую себя, ощущая, как к щекам приливает жар. Меня неоспоримо тянет к нему, а эмоции оказываются сильнее здравого смысла. Я сама тянусь к горячим губам, утопая в водовороте чувств, которые растут с невероятной силой к этому человеку.
Все детали празднования дня рождения я продумываю тщательно. Несмотря на холод в наших отношениях не могу подвести близкого мне человека. Стараюсь не думать и даже игнорировать его отношения с Рахмеевой, хотя, судя по всему, развиваются они стремительно.
Иногда меня посещают мысли, что отношения моего лучшего друга с Кирой – это не больше, чем фарс, будто он таким образом хочет сделать мне назло, отомстить за то, что я ему отказала, ведь Лисянский не привык к отказам.
– С днем рождения, мой дорогой друг! – я приезжаю одной из первых и, увидев Костю, бросаюсь к нему в объятия. – Подарок вручу чуть позже.
Я бросаю взгляд за спину парня и замечаю недовольную Киру, которая, скрестив руки перед собой, вероятно, ждет, когда я отлипну от Лиса. По правде сказать, мне наплевать, что она думает. Тем более, я считаюсь привилегированным гостем на этой вечеринке, ведь всей организацией занимаюсь я.
– Надо организовать стол, Кость. Думаю, мы можем расположиться и на улице. Сегодня отличный денек, – говорю я, не обращая внимания на Рахмееву, которая молчит, будто в рот воды набрала. – Кира, давай организуем, пока остальные ещё едут.
Девушка закатывает глаза, после чего идёт разбирать пакеты, брезгливо доставая из них содержимое.
– Кира, это всего лишь продукты! Не отрава! – усмехаюсь, ловя ее негодующий взгляд. У меня нет цели задеть ее или унизить. Меня просто раздражает то, что она ведёт себя не как девушка виновника торжества, которая должна бегать и суетиться, хотя бы организовывая стол, а как столичная моделька, по-королевски сидящая на троне, и не делая ровным счетом ничего.
Спустя некоторое время у нас все же случается конфликт из-за того, что она начинает указывать мне, куда поставить ту или иную тарелку. И, получив не самый приятный ответ, девушка не выдерживает и кидает в меня первым попавшимся предметом. Начинается драка, вернее, ее жалкое подобие. Я никогда не ввязываюсь в подобные мероприятия, но сейчас не могу упустить такую прекрасную возможность, и, что называется, выпустить пар. Поэтому спустя несколько секунд окружающие уже растаскивают нас.
Лис берёт Киру за руку и заводит в дом, куда следом топаю я. Меня трясет от переизбытка эмоций, но я не жалею о том, что выдрала этой мерзавке несколько прядей волос.
– Кто-то решил испортить мне праздник? – Лис лениво разваливается на диване, рассматривая нас обеих. Его забавит сама ситуация, но я чувствую себя неуютно, будто прохожу какой-то непростой отбор, в котором фавориткой вовсе не являюсь.
– Нет, Кость, никто не собирался портить тебе день рождения, – отвечаю я, нагло разглядывая своего оппонента.
– Думаю, лучше будет, если одна из нас уедет отсюда, Костюш, – Рахмеева подходит к дивану, присаживается рядом с парнем и повисает на руке Кости, жеманно улыбаясь. – Я бы не хотела, чтобы ты слушал выяснение отношений в свой праздник двух неотёсанных девиц. Именно так со стороны мы и выглядели.
– Что думаешь, Кать? – спрашивает парень, приобнимая Киру за талию. Я чувствую себя не в своей тарелке. В настоящий момент я лишняя, и сладкая парочка ясно даёт мне это понять.
Я ничего не отвечаю. Нет никакого смысла что-то доказывать и портить настроение имениннику. Именно поэтому, из большого уважения к Лисянскому, я просто хватаю свою сумку и выбегаю из дома.
Я моментально принимаю решение ехать домой и ни в коем случае не возвращаться обратно, даже если Костя будет настаивать, в чем, кстати говоря, я нисколько не сомневаюсь. Выезжаю с парковки, ожидая звонка от Лиса, но получаю сообщение только от Есении. Она просит сообщить ей, когда доберусь домой.
Когда спустя пять минут, полчаса и даже спустя час от Лиса нет ничего: ни звоночка, ни сообщения, слезы выступают одна за другой, хаотично падая мне на колени. Я сижу в машине около дома уже несколько минут и не выхожу. А через мгновение уже рыдаю так, что прохожие заглядывают в машину, жестами предлагая свою помощь. Но мне не нужно ничего. Теперь мне остается только мириться с осознанием того, что в какой-то момент я перестаю быть значимым для него человеком. И мне так больно и горько от того, что он выбирает не меня именно тогда, когда я так отчаянно в этом нуждаюсь.
Я не сразу понимаю, откуда исходит этот отвратительный звук. Трель напоминает звучание домофона. Чёрт возьми, это он и есть! Неужели папа забыл ключи? И решил уехать от своей Лии среди ночи? Нет, он бы так не поступил, это точно не папа.
Сползаю с кровати и беру свой мобильный. Смотрю в экран. Два часа ночи. И двадцать пропущенных от Кости Лисянского.
– Понял, что был не прав, да? – заплетающимся голосом произношу я, глядя на телефон.
Кстати, громкие звуки прекратились. Может, мне это только приснилось? Сто́ит подумать об этом, как трель раздается снова.
– Кто? – на автомате поднимаю трубку домофона, хотя могла бы просто отключить звук.
– Открывай! – слышу низкий бас, после чего нажимаю на кнопку.
Несколько минут стою, прижавшись спиной к входной двери, и жду человека, которого видеть мне совсем не хочется. Я понимаю, что, скорее всего, он сделает попытку извиниться, но вот нужны ли мне его извинения. Большой вопрос.
– Сделаешь кофе? – виноватым голосом спрашивает он.
– Я не хочу говорить с тобой, – Костя стоит на пороге, и я не предлагаю ему пройти в квартиру. – Поздновато для визитов в гости, не находишь?
– Может, все же пустишь меня? – он касается моей руки, которая находится на дверной ручке, но я мгновенно убираю ее. – Катя, мне нужно с тобой поговорить.
Лисянский бесцеремонно вторгается в мою квартиру, закрывая за собой дверь. В маленькой прихожей резко становится нечем дышать, поэтому я направляюсь в кухню и нажимаю кнопку на чайнике. Из холодильника достаю торт, купленный сегодня отцом, и молоко. Чувствую за своей спиной какое-то движение, но не оборачиваюсь. Атмосфера напряжена до предела, а такого ранее никогда не случалось. Наливаю кофе в две чашки и ставлю на стол, избегая взгляда именинника.
– С днем рождения! – грубо произношу я, салютуя чашкой кофе, после чего делаю глоток.
– Прости, Кать! Ты убежала слишком быстро, я бы ни за что не поступил так с тобой. У нас с Кирой состоялся разговор. Я объяснил ей, что ты для меня друг, и она не имеет право так говорить, – я слышу в голосе искренность. Знаю, что он раскаивается, но обида сильнее меня.
– Ты оправдываешься, Лисянский? – горько усмехаюсь я. – Что-то не очень-то на тебя похоже.
– Спустя две минуты я вышел из дома, тебя уже не было. Еся сказала, что пока тебя лучше не трогать, и написала сообщение сама, – Костя делает маленький глоток, после чего продолжает. – Я обидел тебя. Прости меня за это.
Я поднимаю глаза на Лисянского. Парень говорит совершенно серьезно, а его слова раскаяния и прощения звучат так искренне, что я на мгновение забываю о том, что произошло.
– Если это все, то допивай кофе и возвращайся к своим гостям, которые для тебя что-то значат. Они наверняка тебя уже потеряли, – произношу деланно безразличным тоном, но, откровенно говоря, я уже простила его, и мне совсем не хочется, чтобы он уезжал. – Особенно один из них. Вернее будет сказать, одна.
– Злишься, Кать? – Костя ставит чашку с кофе на стол и поднимается со стула. Парень делает шаг в мою сторону. Сейчас нас разделяет несчастных пол метра. – Понимаю, имеешь право. Но я примчался, черт возьми, как только смог, как только приехало гребанное такси. И после этого будешь утверждать, что ты ничего не значишь для меня?
– Ну, хорошо, – сдаюсь я. – Я не буду скрывать, что эта ситуация стала для меня показательной. Я много времени потратила на подготовку, а все мои труды оказались напрасны. Мне нужно время, чтобы простить тебя окончательно. Теперь все, доволен? – непроизвольно зеваю. – Я хочу спать.
– Я рад, – Лис расплывается в улыбке, от которой моментально учащается пульс. Ещё совсем недавно я ничего подобного не испытывала, а сейчас одно касание, улыбка или же простой взгляд этого человека вытягивают мое тело в одну тоненькую струну. – Отца дома нет?
– Нет, – качаю головой, убирая чашки в раковину. – Тебе пора.
– Я ждал такси почти два часа, чтобы приехать сюда, и ехал ещё час, – раздраженно произносит Костя. – Обратно не поеду. Могу остаться у тебя? Глаза слипаются.
– А как же твои гости? – я резко поворачиваюсь, встречаясь с напряжённым взглядом парня.
– Все уже спят. Поеду с утра пораньше, если ты не против, – губы Лисянского трогает чуть заметная улыбка.
– Ладно, оставайся. Все равно сил спорить с тобой нет. Диван как всегда свободен.
Глава 5 Катя
В наших отношениях с Костей словно пробегает кошка. Мало того, что мы довольно редко общаемся, так, к тому же, если пересекаемся, то чаще всего спорим друг с другом. Ничего не имею против спора, но когда это превращается почти в скандал, то я начинаю ругаться в ответ. Дружба трещит по швам, если она вообще таковой является.
Если окунуться в прошлое, и проанализировать наши с Лисянским отношения, то, безусловно, это человек многое сделал для меня и всегда был рядом, если мне требовалась первая психологическая помощь. Он никогда не переступает черту, но все идёт наперекосяк в Европе. А вы ведь до сих пор могли бы дружить. Хотя, если по-честному, рано или поздно я бы призналась самой себе, что Костя Лисянский значит для меня. Жаль, что из-за своих страхов, предубеждений или, правильнее сказать, глупости я теряю не только надёжное плечо, но и возможность попробовать стать счастливой с ним.
– Привет, Кать! – останавливает меня в коридоре университета Костя.
– Привет, Кость! Что-то срочное? – торопливо говорю я, поглядывая на свои наручные часы. – Я ужас как опаздываю на финанализ. Дай, пожалуйста, пройти. Поговорим позже.
– Отменили лекцию. Задание у Орлянской потом возьмёшь, – напряжённая поза парня свидетельствует о том, что он не намерен отступать. – Выпьем кофе?
– Давай, – в удивлении выгибаю бровь, после чего разворачиваюсь и, не дожидаясь Кости, топаю в кафетерий.
Делаю над собой усилие, стараясь не выдавать волнение, которое появляется настолько неожиданно, что, откровенно говоря, я теряюсь. О чем нам общаться с Костей сейчас, если в последние несколько недель мы почти не разговариваем?
– Тебе как обычно капучино? Или в этот раз попробуешь латте? – внезапно раздается над ухом, когда я опускаю свою огромную сумку на стул.
– Попробую, Кость, – натянуто произношу я. Лисянский задерживает взгляд своих темных глаз на мне дольше дозволенного, после чего, отвернувшись, бредет к пустой кассе.
Не успеваю оглянуться, как передо мной опускается поднос с кофе и моей любимой булочкой с корицей. Аромат исходит необыкновенный, и я в наслаждении прикрываю глаза.
– Пойдешь сегодня на вечеринку в клуб? – спустя несколько минут молчания все же произносит парень.
– Кто будет? – торопливо спрашиваю я, зная ответ на этот вопрос.
– Все наши, – срывающимся голосом отвечает Лис. – Давай как в старые добрые оторвёмся как следует?
Я невольно улыбаюсь, вспоминая все наши походы в клуб, которые можно пересчитать по пальцам одной руки. Пусть не слишком часто, но зато крайне весело. Перевожу взгляд на парня, его губы также подрагивают от знакомой улыбки.
– Я приду, но сомневаюсь, что мы сможем потусить как раньше, – я глазами указываю на мобильный Лиса, который разрывается от настойчивых звонков Киры. – Хочу немного развеяться перед предстоящими экзаменами, – поясняю я, пытаясь придать голосу уверенности, чтобы все мои слова не звучали оправданием. – А теперь мне, правда, пора. Благодарю за кофе.
Я забегаю в здание клуба с большим опозданием. А все дело в том, что перед самым выходом рвется подол платья, которое я с таким трудом откапываю в своем шкафу. Привожу в порядок свой наряд настолько, насколько это оказывается возможным, после чего натягиваю кусок серебристой ткани на себя.
Выискиваю глазами столик со знакомыми лицами, и, зацепившись взглядом с тем, кого в самом деле ищу, начинаю медленно подниматься на второй этаж, ещё не зная, чем для меня закончится этот вечер.
– Всем привет! – я киваю ребятам, которые резко замолкают и переводят свое внимание в мою сторону.
– Катюша, ты как всегда сногсшибательна! – Миша Власов встает с мягкого диванчика и через мгновение оказывается около меня, приобнимая за плечи. В нос врезается аромат терпкого парфюма, а губы парня касаются моей щеки.
– Спасибо, Мишаня! – как можно спокойнее произношу я, широко улыбаясь. Стараюсь ничем не выдать возникшего волнения при виде сладкой парочки.
Кидаю быстрый взгляд в сторону Кости и Киры, после чего мгновенно возвращаюсь к повышенному вниманию Миши. Успеваю заметить, как Рахмеева напрягается, но, честно говоря, мне плевать. Я больше не поведусь на ее нападки. Делить нам с ней больше нечего. С Костей у нас исключительно дружеские отношения, которые, к сожалению или к счастью, не смогут перерасти во что-то бо́льшее. А со своими чувствами я уж придумаю, как справиться.
– Присаживайся, красотка! – Миша пропускает меня вперед, и я опускаюсь на удобный диван. Власов присаживается рядом со мной и тут же начинает распинаться в каких-то банальных комплиментах в мой адрес.
Через какое-то время звонит мой мобильный, и, увидев на экране имя своей лучшей подруги, я спускаюсь вниз.
– Сеня, привет! Где ты? Я ж тебе давным-давно сообщение написала, – я выхожу в коридор, где громкой музыки почти не слышно.
– Не видела, – в голосе подруги слышится грусть, и я точно знаю, с чем это связано. Вернее будет сказано, с кем.
– Так ты приедешь? – спрашиваю я.
– Да, Катюш, приеду. Не хочется чахнуть дома в пятницу вечером.
– Какая муха укусила Влада? – интересуюсь я, вспоминая несколько минут назад подошедшего Беркута.
– А что с ним? – обреченно вздыхает Есения.
– Пришел злой, как собака! – быстро говорю я. – За две минуты влил в себя четыре стопки.
– Он не пьет, – напряженно произносит подруга.
– Я в курсе, Сень, – выдавливаю из себя. – Но сегодня, по всей видимости, исключение из правил. Вы до сих пор скрываете свои отношения?
– Мы не говорили об этом с ним. Да не то, что бы скрываем, просто повода как-то не было поделиться с толпой. Ладно, я скоро буду, – отвечает Есения, после чего сбрасывает вызов.
Орлянская добирается довольно быстро. Мы пробираемся через толпу людей, численность которой увеличивается с каждой минутой. В клубе становится нечем дышать, не говоря уже о жаре, которая выталкивает полураздетых парней и девушек на улицу. Состав нашей компании остается неизменным, не считая отсутствия Владислава Беркутова, который совсем недавно был здесь. Я устраиваюсь на диване напротив Лиса и Киры, игнорируя резкие взгляды последней в мою сторону.
Через минуту я перестаю слышать то, о чем беседуют ребята, потому как мое внимание приковывает перепалка двух "голубков". Из-за громкой музыки невозможно разобрать, по какой причине у только что довольной и счастливой пары происходит конфликт. Но воздух в буквальном смысле разряжается от негативной атмосферы. Я смотрю на всех присутствующих, но их внимание обращено только на Костю и Киру. При этом Лисянский оказывается абсолютно спокойным, в то время как Рахмеева активно машет руками и делает безуспешные попытки выдавить из себя несуществующие слезы. В конечном итоге, девушка хватает свою сумку и демонстративно поднимается со своего места, бросая напоследок какую-то колкую фразочку Косте и окидывая меня презрительным взглядом. Она, не прощаясь, направляется к лестнице, но через мгновение оборачивается. И когда Кира видит, что Лис даже не собирается идти за ней, девушка злобно фыркает и уходит.
– Что, Лис, не смог совладать с красоткой? – громко смеется Власов, салютуя другу бокалом.
– Ага, – лениво отвечает Костя, после чего переключает свое внимание на девушку, которая сидит справа от него.
А через несколько минут я замечаю Беркута, сидящего на первом этаже в окружении двух девиц. Эта картина открывается и Есении. Выражение ее лица меняется мгновенно, и подруга, недолго думая, хватает меня и тащит на танцпол. Могу представить, что творится у нее в душе, потому как сама испытываю примерно то же самое.
Я будто смотрю захватывающий фильм с абсолютно непредсказуемой концовкой. Беркут ввязывается в драку с нашим одноклассником Димой, которого мы совершенно случайно встречаем в помещении клуба. Парень ещё со школы сходит с ума по Есении. И не нужно иметь семи пядей во лбу, чтобы этого не заметить. Разумеется, у Беркутова срывает планку, когда он видит Есю в компании Шахова. Драку удается прекратить лишь тогда, когда Костя оттаскивает Влада от Димы. Лис почти силком выталкивает своего друга из здания клуба.
– Бер, да что с тобой? – выбегаю следом за парнями на улицу, даже не накинув куртку. По правде говоря, я волнуюсь за Бера. Он не всегда совершает разумные поступки, а о его уравновешенности говорить порой и вовсе не приходится.
– Влад, – тихо окликаю Беркута, когда тот не отвечает. – Это перебор.
– Знаю, – кивает головой парень, после чего в его глазах вспыхивает огонь.
Я оборачиваюсь и вижу причину перемены в лице Влада. Есения. Подруга семенит на высоких каблуках к нам. Столько злости и агрессии в Орлянской я не видела, пожалуй… никогда. Она со всего размаха бьет Беркута по щеке, тяжело дыша.
– Лис, думаю, нам пора, – шепчу на ухо Косте, на что он кивает и берет меня за руку.
– Идём, да и ты замёрзла. Выскочила в одном платье, – произносит он, после чего мы вместе направляемся к зданию клуба.
Мы пробираемся через толпу к лестнице, ведущей на второй этаж. Внезапно быстрая мелодия сменяется на медленную, и Лис замедляет шаг, после чего поворачивается ко мне лицом и притягивает к себе. На мгновение я забываю, как дышать. И дело не в душном помещении и огромном количестве людей вокруг. Все это становится второстепенным, уходит на второй план. Я чувствую лишь горячие руки на своей талии, которые прижимают меня к себе, и частое дыхание, опаляющее мою и без того горящую огнем щеку. Нервно сглатываю и касаюсь озябшими пальцами шеи Кости. По телу пробегает разряд, будто кто-то только что долбанул меня электрошокером. Эмоции накрывают лавиной, сметающей все на своем пути, и я все крепче прижимаюсь к стальному телу.
– Замерзла? – раздается над ухом. Его губы едва касаются моей кожи, и мое сердце пропускает удар, после чего продолжает отчаянно биться, то и дело, выпрыгивая из груди.
– Уже нормально, – я едва могу проронить хоть одну фразу.
– Ты красива, Кать! – я замечаю неровное дыхание парня и чувствую, как к щекам приливает жар, а внизу живота разливается незнакомое тепло.
– Спасибо, – поднимаю глаза на Лиса и застываю, потому как губы парня находятся в непозволительной близости от меня.
– Как вообще дела? Мы так давно не общались по-человечески, – Костя проводит кончиком пальца по моему позвоночнику. В этот момент я едва контролирую себя, потому как близость этого человека побуждает меня к действиям, которые в данной ситуации не просто неприемлемы, они абсолютно невозможны.
– У кого-то просто личная жизнь отнимает слишком много времени, – совершаю слабую попытку улыбнуться.
– Кто-то ревнует? – щурится он. – Или просто скучает?
– Скучает, разумеется, – я широко раскрываю глаза в изумлении, будто Костя только что сморозил огромную глупость, на что в ответ получаю широкую улыбку.
– Тогда, может, пообщаемся без лишних глаз? – играя бровями, произносит он.
– Куда поедем? – спокойно интересуюсь я, с каждым его словом волнуясь все больше.
– Можем ко мне. По дороге закажем какую-нибудь пиццу или роллы, если хочешь. Красное полусухое стоит в баре. Что скажешь? – песня заканчивается, а мы все еще стоим в центре танцпола, обнявшись.
– Поехали, – только и успеваю ответить я, после чего Костя хватает меня за руку и, забирая вещи из гардероба, выводит на улицу.
Глава 6 Катя
– Чувствуй себя как дома, – улыбаясь, произносит Лис, скидывая с себя куртку и ботинки. – Помочь? – парень замечает, как я безуспешно пытаюсь справиться с замком верхней одежды.
– Да, помоги, пожалуйста, – я заметно нервничаю, – замок заело.
Убираю свои дрожащие пальцы, как только рука Кости опускается на "собачку". Парень с лёгкостью расстегивает замок куртки, и я облегченно вздыхаю, когда он отстраняется. Мне нужно несколько минут, чтобы прийти в себя. Откровенно говоря, я уже жалею, что согласилась на предложение Лиса поехать к нему в гости. Просто в его присутствии мне становится не по себе. Ведь я чувствую то, что не должна, то, во что не верю. Но как ни крути, подавлять в себе эти ощущения мне не хочется. Я впервые испытываю подобные эмоции, и мне очень хочется дать шанс понять самой себе, отчего все влюбленные сходят с ума. Но страх остаться брошенной с разбитым сердцем червяком выгрызает все хорошее, что только может быть.
Я незаметно прошмыгиваю в ванную комнату и слегка ополаскиваю лицо водой. Смотрю на себя в зеркало, призывая к сохранению спокойствия и непринужденности. Улыбаюсь своему отражению, но улыбка выходит неестественной, а, скорее, натянутой, и в этот момент я чётко осознаю, что Лис больше не является моим другом. Теперь это тот человек, который задевает струны моего сердца как мужчина.
Стук в дверь прерывает мои мысли, и я поспешно открываю дверь, встречаясь с загадочным выражением лица Кости. На парне нет той рубашки, что обрамляла его мускулистое тело в клубе. Он стоит в одних джинсах, а в руках я замечаю ту самую вещь, на которой красуется небольшое красное пятно.
– Как можно было всего-то открыть бутылку с вином и так заляпать рубашку, Кость? – нервно усмехаюсь я.
– Это, видимо, у меня в крови, – отвечает он, пристально разглядывая мое лицо. – Все уже на столе. Проходи. Пиццу с роллами только что доставили.